Приговор № 1-40/2018 от 19 июня 2018 г. по делу № 1-40/2018

Дело №1-40/18


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Сердобск 20 июня 2018 года

Сердобский городской суд Пензенской области

в составе председательствующего судьи Липатова О.М.,

с участием государственного обвинителя – прокурора Сердобского района Пензенской области Яроша А.А.,

подсудимого ФИО11,

защитника – адвоката Мироновой М.А., представившей удостоверение №673 и ордер №1927 от 11 мая 2018 года Пензенской областной коллегии адвокатов,

при секретаре Худобиной О.В.,

а также с участием потерпевшего ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, <данные изъяты>, зарегистрированного по адресу: <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>, несудимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО11 совершил убийство ФИО1, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Преступление совершено ФИО11 в г. Сердобске Пензенской области при следующих обстоятельствах:

В период времени с 23 часов 30 минут 24 февраля до 5 часов 30 минут 25 февраля 2018 года ФИО11, находясь в состоянии алкогольного опьянения в квартире <адрес>, во время совместного распития спиртных напитков, в ходе ссоры с ФИО1, из личной неприязни, умышленно, с целью причинения смерти, вооружился кухонным ножом без рукоятки, которым нанес лежавшему на диване ФИО1 два удара в область шеи справа, причинив: <данные изъяты>, имевшие как по отдельности, так и в совокупности признаки причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, состоявшие в прямой причинной связи со смертью.

От двух колото-резаных ранений <данные изъяты>, повлекших развитие острой массивной кровопотери, ФИО1 скончался на месте происшествия.

Подсудимый ФИО11 виновным себя не признал и показал, что 24 февраля 2018 года в вечернее время он вместе с ФИО1, ФИО6, ФИО15 распивал спиртные напитки в квартире ФИО1 № <адрес> в <адрес>. ФИО15, сильно опьянев, ушел спать в другую комнату, а он, ФИО1 и ФИО6 продолжили распивать спиртное. Ссоры между ним и ФИО1 не происходило. Сильно опьянев, он (ФИО11) ушел спать в комнату, где на полу лежал ФИО15. ФИО1 и ФИО6 остались в комнате. Утром его (ФИО11) разбудили сотрудники полиции. Он увидел, что ФИО15 мертв. Полагает, что ФИО15 отравился спиртным. Сотрудники полиции ему (ФИО11) сообщили об убийстве ФИО1. Он ФИО1 не убивал, не знает, кто убил ФИО1, не исключает, что ФИО6. Повреждения на ладони и среднем пальце левой руки он получил днем 24 февраля 2018 года, поранив руку о гвоздь, открывая калитку.

Отказался от своей явки с повинной, утверждал, что в протоколе явки с повинной показаний собственноручно он не писал, протокол не подписывал. Предполагает, что показания и подписи от его имени в протоколе явке с повинной выполнили сотрудники полиции.

Отказался от своих признательных показаний в ходе предварительного следствия, данных при допросе в качестве подозреваемого, при допросе в качестве обвиняемого от 26 февраля 2018 года, в ходе проверки показаний на месте. Пояснил, что не давал таких показаний, показания в протоколы от его имени были произвольно записаны следователем. Из-за плохого самочувствия и сильных головных болей он подписал протоколы допросов и проверки показаний на месте, не читая. В ходе проверки показаний на месте следователь предварительно ему указывал, что и как нужно показать. Он выполнил указания следователя, так как тот обещал его доставить в больницу.

Гражданский иск ФИО2 не признал.

Показал, что болен, страдает хроническим психическим заболеванием, лишающим его способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, нуждается в применении к нему принудительных мер медицинского характера.

Ко всем доводам подсудимого ФИО11 в свою защиту суд относится критически, расценивает их как способ защиты от предъявленного обвинения и не принимает их во внимание, поскольку они не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, опровергаются совокупностью собранных по делу доказательств, в том числе протоколом явки с повинной, признательными показаниями ФИО11 в ходе предварительного следствия, показаниями свидетеля ФИО6, других свидетелей, заключениями экспертиз, протоколами следственных действий и другими доказательствами, не доверять которым не имеется оснований и которые суд берет за основу в приговоре.

Никаких доказательств оговора подсудимого ФИО11 свидетелем ФИО6, другими свидетелями, самооговора ФИО11 в ходе предварительного следствия суду не представлено.

По мнению суда, подсудимый ФИО11, будучи явно заинтересованным в исходе дела, защищаясь от предъявленного обвинения, сознательно умолчал в ходе судебного заседания об обстоятельствах совершенного им убийства ФИО1

Виновность ФИО11 в совершении описанного выше преступления подтверждается совокупностью следующих доказательств:

В протоколе явки с повинной от 25 февраля 2018 года ФИО11 собственноручно добровольно написал об обстоятельствах совершенного им убийства ФИО1, указав, что 24 февраля в вечернее время в <адрес> в г. Сердобске Пензенской области во время распития спиртного он подрался с ФИО1, разозлился и в коридоре ударил ФИО1 в шею ножом без ручки (том №, л. д. 55-56).

Из оглашенных в судебном заседании в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ показаний ФИО11, данных в ходе предварительного следствия при допросе в качестве подозреваемого от 25 февраля 2018 года (том №, л. д. 138-142), допросе в качестве обвиняемого от 26 февраля 2018 года (том №, л. д. 165-172), следует, что вечером 24 февраля 2018 года ФИО11 вместе с ФИО1, ФИО6, ФИО15 распивал спиртные напитки в квартире ФИО1 № <адрес> в г. Сердобске Пензенской области, в комнате с журнальным столиком. ФИО15, сильно опьянев, ушел спать в другую комнату, а ФИО11, ФИО1 и ФИО6 продолжили распивать спиртное. Между К-вым и ФИО1 произошла ссора из-за ФИО6, они спорили, кто из них будет вступать в половую связь со ФИО6. В ходе ссоры ФИО1 оскорблял ФИО11 и ФИО6, затем ушел в зальную комнату и лег на диван. ФИО11 обиделся на оскорбления, с журнального столика взял в левую руку нож без ручки, прошел в зальную комнату и нанес лежавшему на диване ФИО1 два удара ножом в область шеи. Нанося ФИО1 удары ножом, ФИО11 порезал свои ладонь и средний палец левой руки. Из ран на шее у ФИО1 пошла кровь. ФИО1 вскрикнул и прикрыл рану рукой, с дивана не вставал. ФИО11 помощи ФИО1 не оказывал. Прибежавшая в комнату ФИО6 стала кричать на ФИО11. Тот успокоил ФИО6, они вдвоем вернулись в комнату с журнальным столиком. ФИО11 сходил на кухню, где под умывальником вымыл руки и нож. ФИО11 принес нож в комнату, положил на журнальный столик. После чего ФИО11 и ФИО6 продолжили распивать спиртное. Затем ФИО11 ушел спать в комнату, где на полу лежал ФИО15. Утром ФИО11 разбудили сотрудники полиции. От сотрудников полиции ФИО11 узнал, что ФИО1 скончался от ножевых ранений в шею. ФИО11 чистосердечно раскаивается в содеянном.

Подтвердил свои признательные показания ФИО11 и при проведении 26 февраля 2018 года проверки показаний на месте с его участием, во время которой в присутствии защитника давал подробные признательные показания об обстоятельствах совершенного им 24 февраля 2018 года убийства ФИО1 в <адрес> в г. Сердобске Пензенской области (том №, л. д. 144-159).

Из оглашенных в судебном заседании в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ показаний ФИО11, данных в ходе предварительного следствия при допросе в качестве подозреваемого от 25 февраля 2018 года (том №, л. д. 138-142), допросе в качестве обвиняемого от 26 февраля 2018 года (том №, л. д. 165-172), в ходе проверки показаний на месте от 26 февраля 2018 года (том №, л. д. 144-159), следует, что свои признательные показания в ходе указанных следственных действий ФИО11 давал добровольно, в условиях, исключавших какое-либо физическое и психологическое воздействие со стороны сотрудников полиции и СК, после разъяснения положений ст. 51 Конституции РФ, всех процессуальных прав, в присутствии защитника, с соблюдением норм УПК РФ. Ни сам ФИО11, ни его защитник каких-либо замечаний, дополнений, заявлений относительно правильности проведения следственных действий не делали.

Оценивая признательные показания ФИО11, суд принимает их в качестве доказательств вины ФИО11 в совершении убийства ФИО1, поскольку данные показания объективно соответствуют фактическим обстоятельствам дела и собранным по делу доказательствам. Указанные в явке с повинной ФИО11 обстоятельства, отличающиеся от его признательных показаний в ходе допросов в качестве подозреваемого, обвиняемого, при проверке показаний на месте, касающиеся драки ФИО11 с ФИО1, количества нанесенных ФИО11 ударов ножом ФИО1, непосредственного места совершения ФИО11 убийства ФИО1, суд объясняет особенностями личности ФИО11, его похмельным состоянием при написании явки с повинной, считает наиболее достоверными признательные показания ФИО11, данные им при допросе в качестве подозреваемого, при допросе в качестве обвиняемого от 26 февраля 2018 года, при проверке показаний на месте.

Из оглашенных в судебном заседании в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ показаний ФИО11, данных в ходе предварительного следствия при допросе в качестве обвиняемого от 23 апреля 2018 года (том №, л. д. 157-160), следует, что ФИО11 вину признал частично, показал, что вечером 24 февраля 2018 года он в квартире ФИО1 распивал спиртные напитки вместе с ФИО1 и ФИО6, сильно опьянел, ушел спать, утром его разбудили сотрудники полиции. От дачи других показаний отказался.

Оценивая указанные оглашенные показания ФИО11, суд не принимает их во внимание, поскольку они не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, опровергаются совокупностью собранных по делу доказательств, не доверять которым у суда не имеется оснований. По мнению суда, ФИО11 при допросе в качестве обвиняемого 23 апреля 2018 года, будучи явно заинтересованным в исходе дела, защищаясь от предъявленного обвинения, сознательно умолчал об обстоятельствах совершенного им убийства ФИО1

Потерпевший ФИО2 в судебном заседании показал, что его отец ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проживал по адресу: <адрес>. ФИО1 злоупотреблял спиртными напитками, для распития спиртного к нему домой приходили его знакомые, в том числе ФИО11

25 февраля 2018 года около 9 часов ему (ФИО2) на мобильный телефон позвонила его жена ФИО9 и сообщила об убийстве ФИО1

26 февраля 2018 года он в морге увидел на трупе отца две раны в области шеи справа.

Также в квартире отца он видел следы крови на диване в зальной комнате.

От сотрудников полиции ему известно, что ФИО1 в ходе ссоры убил ФИО11

Убийством отца ему (ФИО2) причинен моральный вред, а также причинен материальный ущерб, связанный с затратами на погребение ФИО1 Им заявлен гражданский иск о взыскании в его пользу с ФИО11 46340 рублей в счет возмещения причиненного преступлением материального ущерба, связанного с затратами на погребение ФИО1, 450000 рублей в счет компенсации причиненного преступлением морального вреда.

Свидетель ФИО6 в судебном заседании показала, что 24 февраля 2018 года в течение вечера она вместе с ФИО1, ФИО11, ФИО15 распивала спиртные напитки в квартире ФИО1 № <адрес> в г. Сердобске Пензенской области, в комнате с журнальным столиком. ФИО15, сильно опьянев, ушел спать в другую комнату, а она, ФИО1 и ФИО11 продолжили распивать спиртное, все сильно опьянели. Между К-вым и ФИО1 произошла ссора из-за того, кто из них будет вступать с ней в половую связь. В ходе ссоры ФИО1 и ФИО11 словесно ругались, не дрались, выражались в адрес друг друга нецензурной бранью. Затем ФИО1 ушел в зальную комнату, где лег на диван. ФИО11 схватил с журнального столика нож без ручки, прошел в комнату к ФИО1, подошел к дивану и левой рукой нанес лежавшему на диване ФИО1 два удара ножом в область шеи. ФИО1 закричал, сопротивления не оказывал, с дивана не вставал. Она забежала в комнату, увидела, что у ФИО1 из ран на шее обильно течет кровь. ФИО11 с окровавленным ножом в левой руке стоял рядом с диваном. Она крикнула ФИО11: «Что ты натворил!». ФИО11 был озлоблен, ответил ей: «Тише! Не кричи! Всё нормально». Из-за испуга и опьянения она не стала оказывать помощь ФИО1. Она и ФИО11 вернулась в комнату с журнальным столиком, где продолжили распивать спиртное. Затем ФИО11 ушел спать в комнату, где на полу лежал ФИО15. Она ушла в комнату к ФИО1, легла спать на диван рядом с ФИО1.

Проснувшись рано утром, она обнаружила, что ФИО1 не подавал признаков жизни. Она пошла к соседнему дому, постучала в окно, попросила соседа вызвать ФИО1 скорую помощь. Сосед ответил, что у него на балансе нет средств. Вернувшись в дом, она в одежде ФИО1 нашла его телефон, позвонила сожительнице ФИО1 – ФИО8, которой сообщила о смерти ФИО1. ФИО8 пришла в квартиру, увидев труп ФИО1, позвонила снохе ФИО1 - ФИО9, сообщила ей о смерти ФИО1. После чего ФИО9 пришла в квартиру, увидела труп ФИО1.

Затем в квартиру пришла женщина - фельдшер скорой помощи, осмотрела ФИО1, констатировала его смерть, обнаружила на полу в комнате труп ФИО15. В этой же комнате спал ФИО11.

Прибывшие в квартиру сотрудники полиции разбудили ФИО11, который им пояснил, что виноват. Сотрудники полиции задержали ФИО11.

Свидетель ФИО6 подтвердила свои показания при проведении 12 апреля 2018 года проверки показаний на месте с ее участием, во время которой давала подробные показания об обстоятельствах совершенного ФИО11 24 февраля 2018 года убийства ФИО1 в <адрес> в г. Сердобске Пензенской области (том №, л. д. 120-126).

К материалам дела приобщен диск с видеозаписью проверки показаний на месте с участием свидетеля ФИО6 (том №, л. д. 126).

В судебном заседании была просмотрена видеозапись проверки показаний на месте с участием свидетеля ФИО6

На данной видеозаписи зафиксировано, что свидетель ФИО6 на месте преступления в свободной форме давала подробные показания об обстоятельствах совершенного ФИО11 24 февраля 2018 года убийства ФИО1 в <адрес> в г. Сердобске Пензенской области.

Оценивая показания свидетеля ФИО6, суд принимает их в качестве доказательств вины ФИО11 в совершении убийства ФИО1, поскольку данные показания объективно соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждаются признательными показаниями ФИО11, данными им в ходе предварительного следствия, и другими доказательствами, собранными по делу. Незначительные противоречия в показаниях свидетеля ФИО6, по мнению суда, вызваны запамятованием с течением времени каких-то деталей из-за особенностей личности и алкогольного опьянения.

Свидетель ФИО8 в судебном заседании показала, что она с 2012 года сожительствовала с ФИО1, который проживал по адресу: <адрес>.

25 февраля 2018 года в 5 часов 29 минут ей с телефона ФИО1 позвонила ФИО6, которая сообщила, что ФИО1 умер. Также пояснила, что в доме ФИО1 находится ФИО11.

Она сразу же пришла в дом ФИО1, увидела, что в комнате между кухней и спальней на полу лежал ФИО15. В зальной комнате на диване лежал ФИО1, не подавал признаков жизни. Лицо и шея у ФИО1 были в крови. Она позвонила снохе ФИО1 - ФИО9 и сообщила ей о смерти ФИО1.

Прибывшая по вызову фельдшер скорой помощи осмотрела ФИО1, констатировала его смерть. На полу в другой комнате фельдшер обнаружила труп ФИО15. В этой же комнате спал пьяный ФИО11.

В это время в дом зашла ФИО9, в ее присутствии ФИО6 сказала, что ФИО11 и ФИО1 поругались из-за нее, ФИО11 ударил ФИО1 ножом, подробностей не рассказывала.

Прибывшие сотрудники полиции задержали ФИО11.

Свидетель ФИО9 в судебном заседании показала, что ФИО1 приходился отцом ее мужу ФИО2

25 февраля 2018 года в 6 часов 12 минут ей на мобильный телефон с телефона ФИО1 позвонила ФИО8, сообщила ей о смерти ФИО1, пояснила, что ФИО1 весь в крови.

Она сразу же вызвала скорую помощь ФИО1 и поехала к нему домой. В доме ФИО1 в зальной комнате она увидела лежавшего на диване ФИО1, не подававшего признаков жизни. Лицо и шея ФИО1 были в крови.

В доме находились фельдшер скорой помощи, ФИО6, ФИО8. Фельдшер констатировала смерть ФИО1. На полу в другой комнате фельдшер обнаружила труп ФИО15. В этой же комнате спал пьяный ФИО11.

Находившаяся в состоянии алкогольного опьянения ФИО6 сказала, что накануне вечером она, ФИО1 и ФИО11 распивали спиртные напитки. ФИО11 и ФИО1 поругались из-за нее (ФИО6), ФИО11 ударил ФИО1 ножом, подробностей не рассказывала.

Прибывшие сотрудники полиции задержали ФИО11.

Она (ФИО1) позвонила ФИО2 и рассказала о смерти отца.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля фельдшер скорой медицинской помощи ФИО7 показала, что во время ее дежурства 25 февраля 2018 года в 6 часов 28 минут поступил вызов, о том, что по адресу: <адрес> возможно скончался ФИО1

Прибыв по вызову по указанному адресу, она зашла в квартиру, где ее встретила сожительница ФИО1 - ФИО8., которая проводила ее в зальную комнату. Там в кресле сидела ФИО6, находившаяся в состоянии алкогольного опьянения. На диване лежал ФИО1, без признаков жизни. У ФИО1 имелись обильные кровоподтеки из области носовых ходов, рта и области шеи справа. Она констатировала смерть ФИО1, позвонила в полицию и сообщила о возможной криминальной смерти ФИО1.

Она прошла в другую комнату, где обнаружила на полу труп ФИО15. без признаков насильственной смерти. В этой же комнате находился ФИО11, в состоянии сильного алкогольного опьянения. На ее вопрос о том, что произошло в квартире, ФИО11 с улыбкой пояснил ей: «Хозяин стал драться, а больше я тебе ничего не скажу». После этого она второй раз позвонила в полицию и сообщила об обнаружении в квартире второго трупа.

Из показаний допрошенного в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО4 и из оглашенных в судебном заседании на основании ч. 1 ст. 281 УПК ОРФ с согласия сторон показаний свидетеля ФИО5 следует, что указанные сотрудники полиции 25 февраля 2018 года в период с 6 до 7 часов, получив сообщение от дежурного о том, что по адресу: <адрес> фельдшер обнаружил два трупа, незамедлительно выехали по указанному адресу. В квартире находились ФИО9, ФИО6, ФИО8 и ФИО11

В зальной комнате они обнаружили на диване труп ФИО1, у которого лицо и шея были в крови. Также в крови были подушка, на которой лежал ФИО1, и его одежда.

В другой комнате на полу они обнаружили труп ФИО15 без признаков насильственной смерти.

Находившаяся в состоянии алкогольного опьянения ФИО6 им пояснила, что накануне вечером она, ФИО1, ФИО15 и ФИО11 распивали спиртное, ФИО15 ушел спать в комнату, между К-вым и ФИО1 из-за нее произошел конфликт, после которого ФИО1 ушел спать в зальную комнату, а ФИО11 ножом нанес ФИО1 два удара в шею.

ФИО11 находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, особо пояснить ничего не мог, сказал только: «Виноват! Забирайте меня!».

Около 7 часов в квартиру прибыли сотрудники ОУР, СК, после чего они покинули квартиру.

В последующем от коллег им стало известно, что ФИО11 написал явку с повинной о совершенном им убийстве ФИО1 (том №, л. д. 110-112).

Свидетель ФИО3 в судебном заседании показал, что он проживает по адресу: <адрес>. В соседнем доме <адрес> проживал ФИО1, злоупотреблявший спиртными напитками. Для распития спиртного к ФИО1 часто приходили его знакомые, в том числе ФИО11

25 февраля 2018 года в период времени с 5 до 6 часов к нему в окно дома постучалась неизвестная ему женщина, просила вызвать скорую помощь, так как умер его сосед - ФИО1, причину смерти не называла. Он ей ответил, что у него нет денег на балансе телефона, из-за чего он не может вызвать скорую помощь.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля старший оперуполномоченный ОУР УМВД России по Сердобскому району ФИО10 показал, что 25 февраля 2018 года в первой половине дня сотрудники полиции доставили в отдел полиции ФИО11, которого привезли из <адрес> в г. Сердобске. В этой квартире были обнаружены трупы ФИО1 и ФИО15

В беседе ФИО11 добровольно, без какого-либо принуждения рассказал ему, что вечером 24 февраля 2018 года ФИО11, ФИО1, ФИО15 и ФИО6 в квартире ФИО1 распивали спиртное. ФИО15 ушел спать в комнату, а ФИО11, ФИО1 и ФИО6 продолжили распивать спиртное. Затем между К-вым и ФИО1 из-за ФИО6 произошел конфликт. ФИО1 ушел спать в зальную комнату. ФИО11 взял со стола нож, прошел в комнату к ФИО1 и нанес ФИО1 два удара ножом в шею. После чего продолжил распивать спиртное, а затем ушел спать.

Он предложил ФИО11 написать явку с повинной. ФИО11 согласился и добровольно, без какого-либо принуждения собственноручно написал в протоколе явки с повинной свои показания об обстоятельствах совершенного им убийства ФИО1. При этом ФИО11 никаких жалоб на свое состояние здоровья не заявлял.

Свидетелю ФИО10 в судебном заседании предъявлялся протокол явки с повинной ФИО11 (том №, л. д. 55-56).

Свидетель ФИО10, осмотрев протокол, показал, что указанный протокол явки с повинной подписан им и ФИО11 Показания об обстоятельствах ФИО1 в протоколе собственноручно написал ФИО11, при этом у ФИО11, поскольку тот был с похмелья, немного тряслись руки. ФИО11 ошибся с датой совершения им преступления и написал 24.02.008, вместо 24.02.2018 года.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля следователь Сердобского МСО СУ СК РФ по Пензенской области ФИО17 показал, что он проводил начальные следственные действия в ходе предварительного следствия по уголовному делу в отношении ФИО11

ФИО11 Свои признательные показания при допросе в качестве подозреваемого от 25 февраля 2018 года, в ходе проверки показаний на месте от 26 февраля 2018 года, при допросе в качестве обвиняемого от 26 февраля 2018 года давал добровольно, в свободно выраженной форме, без его указаний, в условиях, исключавших какое-либо физическое и психологическое воздействие со стороны сотрудников полиции и СК, после разъяснения положений ст. 51 Конституции РФ, всех процессуальных прав, в присутствии защитника, с соблюдением норм УПК РФ. По окончании следственных действий ФИО11 и его защитник знакомились с протоколами следственных действий, подписывали их. Ни сам ФИО11, ни его защитник, каких-либо замечаний, дополнений, заявлений относительно правильности проведения следственных действий не делали. ФИО11 не предъявлял при допросе в качестве подозреваемого и при проверке показаний на месте жалоб на состояние здоровья. ФИО11 заявил об ухудшении состояния здоровья и сильных головных болях только при допросе в качестве обвиняемого 26 февраля 2018 года, после чего ФИО11 незамедлительно была оказана необходимая медицинская помощь, также ФИО11 осматривался лечащим врачом-психиатром.

Допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей следователь-криминалист Сердобского МСО СУ СК РФ по Пензенской области в судебном заседании ФИО18 и сотрудники полиции ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22 подтвердили показания свидетеля ФИО17 об обстоятельствах проведения проверки показаний с участием подозреваемого ФИО11, показали, что ФИО11 добровольно, без принуждения и указаний со стороны следователя рассказывал и показывал на месте преступления об обстоятельствах совершенного им убийства ФИО1 ФИО11 не предъявлял жалоб на свое состояние здоровья при производстве проверки показаний на месте.

Свидетель ФИО18 дополнительно показал, что 25 февраля 2018 года он проводил освидетельствование подозреваемого ФИО11, зафиксировал у ФИО11 телесные повреждения в виде линейных порезов на ладони и среднем пальце левой руки. ФИО11 пояснил, что порезался, когда наносил удары ножом ФИО1.

Показания потерпевшего ФИО2, свидетелей ФИО6, ФИО8, ФИО9, ФИО7, ФИО4, ФИО5, ФИО3, ФИО10, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22 суд признает достоверными и принимает во внимание, поскольку они соответствуют фактическим обстоятельствам дела, объективно согласуются между собой, подтверждаются другими доказательствами. Каких-либо доказательств оговора указанными лицами подсудимого ФИО11 не имеется.

Свидетель защиты ФИО24, врач-психиатр Сердобской МРБ им. А.И. Настина, в судебном заседании показала, что на приеме 26 февраля 2018 года ФИО11 ей сообщил, что убил человека, подробностей не помнил.

В протоколе осмотра места происшествия от 25 февраля 2018 года, фототаблице к нему зафиксирована обстановка в <адрес> в г. Сердобске Пензенской области, место обнаружения в комнате №1 на журнальном столике ножа без рукоятки, с пятнами на лезвии, меняющих свою окраску на более темную при ультрафиолетовом свете, место обнаружения в комнате №2 на диване трупа ФИО1, место обнаружения в комнате №3 на полу трупа ФИО15, место обнаружения в кухонной комнате на полу полотенца с каплями вещества бурого цвета, ковровой дорожки с пятнами вещества бурого цвета.

На трупе ФИО1 имелись две колото-резаные раны на правой поверхности шеи. Из носовых ходов и ротовой полости трупа обильное выделение крови, которая стекает в область шеи на подушку и покрывало. На стене справа от входа на обоях имелись брызги и помарки вещества бурого цвета на высоте от пола от 0,7 м до 1 м и длиной 50 см.

С места происшествия изъяты:

- из комнаты №1: нож без рукоятки, бутылка полиэтиленовая объемом 1,5 л. из-под портвейна «старый боцман 777», бутылка стеклянная объемом 0,5 л. из-под лимонада, бокал с изображением панды, бутылка полиэтиленовая объемом 0,5 л. из-под чая «Nestia», стеклянная рюмка;

- из комнаты №2: вырез обоев со стены, наволочка с подушки с дивана, вырез из одеяла коричневого цвета с дивана;

- из кухонной комнаты: полотенце с пола, вырез из ковровой дорожки (том №, л. д. 9-40).

Из заключений эксперта №13 от 23 марта 2018 года, №181 мк от 16 апреля 2018 года следует, что при судебно-медицинском исследовании трупа ФИО1 были обнаружены телесные повреждения:

- <данные изъяты> (рана №);

- <данные изъяты> (рана №),

имевшие как по отдельности, так и в совокупности признаки тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, состоявшие в прямой причинной связи со смертью, образовавшиеся в результате двух ударных воздействий одного колюще-режущего предмета, каким мог быть нож без рукоятки, изъятый с места происшествия.

Исходя из анатомической локализации повреждений, направления раневых каналов наиболее вероятно, что потерпевший в момент причинения телесных повреждений находился в горизонтальном положении, правой половиной тела к нападавшему.

Смерть ФИО1 наступила от двух колото-резаных ранений шеи <данные изъяты>, повлекших развитие острой массивной кровопотери.

Смерть наступила в пределах не более 30 минут после причинения повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью, примерно за 8-14 часов до момента экспертизы трупа в морге.

Причинение колото-резаных ранений сопровождалось обильным наружным кровотечением с возможностью фонтанирования из раны нижней трети шеи.

При судебно-химическом исследовании от трупа ФИО1 обнаружено в крови 3,7%, в моче 5,5% этилового алкоголя, что у живых лиц расценивается как тяжелая степень алкогольного опьянения (том №, л. д. 223-247, том №, л. д. 26-35).

Согласно заключению экспертов №180мк от 18 апреля 2018 года словесно-речевая модель условий и обстоятельств образования телесных повреждений у ФИО1, изложенная при допросах подозреваемым ФИО11 не противоречит объективным судебно-медицинским данным в части характера, локализации, механизма образования телесных повреждений, в части количества травматических воздействий, орудия травм; в части взаиморасположения и положения участников события (том №, л. д. 105-111).

Указанные заключения экспертов являются доказательствами причинения ФИО1 телесных повреждений, квалифицируемых как тяжкий вред здоровью, опасных для жизни человека, состоявших в прямой причинной связи с его смертью, подтверждают признательные показания ФИО11 в ходе предварительного следствия, показания свидетеля ФИО6 о времени совершения ФИО11 убийства ФИО1, о характере, механизме причинения телесных повреждений, причиненных ФИО11 ФИО1, об орудии преступления - ноже.

Оценивая протокол осмотра места происшествия и заключения экспертов, суд приходит к выводу, что убийство ФИО1 было совершено ФИО11 в комнате №2, когда ФИО1 лежал на диване и был обращен правой стороной к ФИО11.

В протоколе освидетельствования подозреваемого ФИО11 зафиксированы имевшиеся у него телесные повреждения: линейный порез длиной до 7 см ладони левой руки, линейный порез длиной до 1,5 см на первой фаланге среднего пальца левой руки, а также кровоподтек в левой скуловой области ссадины на лбу слева и справа (том №, л. д. 187-192).

Согласно заключению эксперта №26 от 26 февраля 2018 года у подозреваемого ФИО11 имелись телесные повреждения:

- <данные изъяты>, не повлекшие вреда здоровью, образовавшиеся от не менее одного давяще-скользящего воздействия острого орудия (предмета), каким могло быть лезвие ножа либо другие предметы с подобными характеристиками, не более двух суток от момента осмотра врачом судебно-медицинским экспертом, доступны для нанесения повреждения собственной рукой;

- <данные изъяты>, не повлекшие вреда здоровью, образовавшиеся от не менее трех ударно-скользящих, скользящих воздействий тупых твердых предметов, либо в результате падения (падений) с высоты собственного роста и ударе левой ногой и головой о таковые, которые могли быть получены в пределах 2-5 суток от момента осмотра врачом судебно-медицинским экспертом (том №, л. д. 5-7).

Оценивая указанные протокол освидетельствования и заключение эксперта, суд приходит к выводу о том, что телесные повреждения в виде <данные изъяты> были получены ФИО11 в момент совершения им убийства ФИО1, другие телесные повреждения получены ФИО11 при обстоятельствах, не имеющих отношения к делу.

Согласно протоколам выемки от 26 февраля 2018 года у подозреваемого ФИО11 в кабинете ОМВД России по Сердобскому району изъята его одежда: куртка (бушлат) темно-синего цвета, свитер черного цвета, штаны спортивные черного цвета, полуботинки мужские темно-коричневого цвета; в помещении морга ГБУЗ «Сердобская МРБ им. А.И. Настина» изъята одежда с трупа ФИО1: кофта черного цвета, майка черного цвета, трико черного цвета, пара носков, трусы синего цвета (том №, л. <...>).

Из заключения эксперта №190 от 28 марта 2018 года следует:

- в подногтевом содержимом потерпевшего ФИО1 обнаружены единичные клетки эпителия кожи, содержащие антигены, не исключающие их происхождение от самого ФИО1;

- в следах на фрагментах ногтевых пластин с рук потерпевшего ФИО1 обнаружена кровь человека группы, не исключающей ее происхождения от него самого и исключающей от подозреваемого ФИО11, ФИО15;

- в подногтевом содержимом, смывах с рук подозреваемого ФИО11 обнаружены единичные клетки эпителия кожи, содержащие антиген, что не исключает их происхождение от него самого и исключает от потерпевшего ФИО1, ФИО15 (том №, л. д. 73-77).

Из заключения эксперта №192 от 19 апреля 2018 года следует, что на трусах, футболке, кофте, трико потерпевшего ФИО1, фрагменте обоев, полотенце, наволочке, фрагменте одеяла, фрагменте ковровой дорожки, изъятых с места происшествия, обнаружена кровь человека группы, не исключающей ее происхождение от потерпевшего ФИО1 и исключающей происхождение ее от потерпевшего ФИО15, подозреваемого ФИО11

На ноже без ручки, изъятом с журнального столика, обнаружена кровь человека без примеси пота группы, не исключающей ее происхождение от потерпевшего ФИО1, исключающей происхождение ее от ФИО15, подозреваемого ФИО11 (том №, л. д. 87-98).

Также вина ФИО11 подтверждается и другими материалами дела:

- рапортами сотрудников полиции и СК от 25 февраля 2018 года об обнаружении в <адрес> в г. Сердобске Пензенской области трупа ФИО1 с признаками насильственной смерти (том №, л. <...>);

- копией карты вызова скорой помощи №72900 от 25 февраля 2018 года, в которой зафиксировано время приема вызова: 06-28 (том №, л. д. 165);

- протоколом осмотра предметов: орудия преступления – ножа без рукоятки, одежды с трупа ФИО1, одежды ФИО11, выреза обоев со стены, наволочки с подушки, выреза из одеяла, выреза из ковровой дорожки, которые приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (том №, л. д. 131-142).

У суда не имеется оснований сомневаться в правильности всех приведенных в приговоре заключений судебных экспертов, проведенных экспертами высокой квалификации различных экспертных учреждений, поскольку все выводы экспертов обоснованы, мотивированы и даны на основе конкретных исследований.

Все перечисленные выше доказательства, являются допустимыми, относимыми, получены на основании УПК РФ, учитываются судом в качестве доказательств вины подсудимого ФИО11, берутся судом за основу в приговоре.

Исследовав и оценив приведенные выше доказательства в их совокупности, суд считает их достаточными, вину ФИО11 установленной в судебном заседании. С учетом мнения государственного обвинителя и предъявленного обвинения суд квалифицирует действия подсудимого ФИО11 по ч. 1 ст. 105 УК РФ, поскольку он совершил убийство ФИО1, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Исходя из всех обстоятельств содеянного, учитывая способ и орудие преступления, характер, локализацию, механизм образования телесных повреждений, причиненных ФИО1, суд приходит к выводу о том, что прямой умысел ФИО11 на убийство ФИО1 нашел свое подтверждение в судебном заседании.

В судебном заседании бесспорно установлено, что смерть ФИО1 наступила на месте происшествия от двух колото-резаных ранений шеи с повреждением правой общей сонной артерии и гортани, повлекших развитие острой массивной кровопотери в результате полученных телесных повреждений. Данные телесные повреждения имели признаки причинения тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни человека, состояли в прямой причинной связи с наступлением смерти ФИО1

Указанные телесные повреждения ФИО1 причинил именно ФИО11, который в состоянии алкогольного опьянения в ходе ссоры из личной неприязни умышленно, с целью причинения смерти ФИО1, сознавая общественную опасность своих действий, предвидя наступление общественно опасных последствий в виде смерти ФИО1 и желая наступления таких последствий, нанес ФИО1 два удара ножом в область шеи.

Свой прямой умысел, направленный на лишение жизни ФИО1 ФИО11 реализовал: от причиненных им телесных повреждений потерпевший ФИО1 скончался на месте происшествия.

Допрошенные в судебном заседании свидетели защиты ФИО24, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29 показали о наличии у ФИО11 хронического психического заболевания, лишающего способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Данное заболевание у ФИО11 прогрессирует, психическое состояние ФИО11 ухудшается.

Суд не принимает во внимание указанные показания свидетелей защиты, поскольку они не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, опровергаются собранными по делу доказательствами.

Так, в соответствии с заключением судебно-психиатрической комиссии экспертов ГБУЗ «Пензенская областная психиатрическая больница им. К.Р. Евграфова» по результатам амбулаторной первичной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы №376 от 15 марта 2018 года ФИО11 необходимо проведение стационарной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы для более глубокого и полного исследования основных психических функций, индивидуально-психологических особенностей личности, ответов на поставленные вопросы (том №, л. д. 62-64).

Из заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов ГБУЗ «Пензенская областная психиатрическая больница им. К.Р. Евграфова» по результатам стационарной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы №35 (1 отд.) от 19 апреля 2018 года следует, что на период инкриминируемого деяния и в настоящее время ФИО11 не обнаруживал признаков хронического или временного психического расстройства, слабоумия, иного болезненного состояния психики, лишавших или лишающих его время способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими.

У ФИО11 обнаружены признаки <данные изъяты>), при котором сохраняется способность осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими.

В применении принудительных мер медицинского характера согласно ст. ст. 21, 22, 81 УК РФ ФИО11 не нуждается.

Также у ФИО11 обнаружены клинически достоверные признаки <данные изъяты>). Достоверных признаков наркотической зависимости и токсикомании у ФИО11 не обнаружено.

У ФИО11 в момент совершения инкриминируемых противоправных действий не выявлено признаков, указывающих на развитие в исследуемом эпизоде каких-либо экспертнозначимых особых эмоциональных состояний - аффект, стресс, фрустрация и др., которые могли бы оказать существенное (ограничивающее) влияние на поведение ФИО11 в момент совершения правонарушения, а также на его сознание и деятельность. Об этом свидетельствует отсутствие характерной трехфазной динамики развития эмоциональных реакций, других феноменологических признаков особых эмоциональных состояний. Ссылки ФИО11 на запамятование обстоятельств исследуемого эпизода не являются достаточным основанием для установления состояния аффекта, или каких-либо иных особых эмоциональных состояний, а учитываются лишь в совокупности с другими феноменологическими критериями этих эмоциональных состояний. В исследуемый период ФИО11 находился в состоянии простого алкогольного опьянения. Состояние даже легкого алкогольного опьянения снижает способность к самоконтролю, так же как и порог развития эмоциональных реакций, качественно изменяет функционирование эмоционально-волевой сферы, расширяет зону значимых для личности психотравмирующих обстоятельств, облегчает проявление открытой агрессии в поведении. Выявленные у ФИО11 индивидуально-психологические особенности (интеллектуальные, характерологические, эмоционально-волевые и др.) выражены не столь значительно, чтобы оказать существенное (ограничивающее) влияние на способность ФИО11 осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в момент совершения правонарушения (том №, л. д. 123-128).

Суд находит выводы судебно-психиатрической комиссии экспертов обоснованными, поскольку они даны на основе конкретных исследований, с учетом полных данных о личности и поведении ФИО11, данных медицинской документации, в том числе действующей истории болезни в ОПБ им. К.Р. Евграфова, амбулаторной карты ГБУЗ «Сердобская межрайонная больница им. А.И. Настина», истории болезни ФГУ 354 ОВКГ МО РФ, непосредственного глубокого исследования основных психиатрических функций и индивидуально-психологических особенностей личности ФИО11 в условиях психиатрического стационара, убедительно и ясно мотивированы, и каких-либо оснований сомневаться в их правильности у суда не имеется.

ФИО11 находился в психиатрическом стационаре для производства указанной экспертизы в период с 29 марта по 20 апреля 2018 года, спустя значительное время после совершения инкриминируемого деяния.

Диагноз о наличии у ФИО11 психического расстройства, выставленный лечащим врачом-психиатром ФИО24, а именно: «<данные изъяты>», является предварительным, судебно-психиатрической комиссией экспертов по результатам экспертных исследований этот диагноз не был подтвержден.

После производства экспертных исследований в условиях психиатрического стационара комиссией экспертов не был сделан вывод о наступлении у ФИО11 после совершения инкриминируемого деяния психического расстройства, делающего невозможным назначение наказания и его исполнение.

Суд с учетом заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов приходит к выводу об отсутствии у ФИО11 хронического психического расстройства, слабоумия, лишающих его во время совершения инкриминируемого деяния возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, а также к выводу об отсутствии оснований полагать, что у ФИО11 после совершения преступления наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими.

Оснований для освобождения ФИО11 от наказания в связи с болезнью в соответствии с ч. ч. 1, 2 ст. 81 УК РФ не имеется.

С учетом заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов, фактических обстоятельств дела, поведения подсудимого ФИО11 в ходе судебного заседания, суд:

- находит ФИО11 вменяемым при совершении инкриминируемого ему деяния, способным в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими, способным нести ответственность за содеянное;

- не принимает во внимание доводы стороны защиты и показания подсудимого ФИО11, свидетелей защиты ФИО24, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29 о наличии у ФИО11 хронического психического расстройства, лишающего его способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими;

- отвергает доводы подсудимого ФИО11 о необходимости применения к нему принудительных мер медицинского характера.

Суд приходит к выводу о том, что в применении принудительных мер медицинского характера согласно ст. ст. 21, 22, 81 УК РФ ФИО11 не нуждается. Оснований для применения к ФИО11 принудительных мер медицинского характера не имеется.

Исходя из совокупности конкретных обстоятельств дела, тщательно исследованных в судебном заседании, суд приходит к выводу о том, что в момент совершения убийства ФИО1 ФИО11 находился в состоянии алкогольного опьянения. Указанное алкогольное опьянение, особенности личности подсудимого не свидетельствуют о нахождении ФИО11 в состоянии аффекта либо иного болезненного состояния психики, лишавших его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими.

Со стороны потерпевшего ФИО1 не было допущено таких неправомерных действий по отношению к ФИО11, которые были бы причиной внезапного возникновения у ФИО11 сильного душевного волнения, которое в свою очередь и привело бы к желанию убить ФИО1

Судом также не установлено признаков того, что ФИО11 совершил убийство ФИО1 в состоянии необходимой обороны либо при превышении ее пределов. Данный вывод суда основан на том, что в момент совершения преступления со стороны ФИО1, лежавшего на диване, в отношении ФИО11 не осуществлялось никакого общественно-опасного посягательства, сопряженного с насилием, а также не имелось реальной, непосредственной угрозы совершения такого посягательства.

При назначении вида и размера наказания, суд в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, мотив, цель, способ совершения преступлений, данные о личности подсудимого ФИО11, его отношение к содеянному, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначаемого наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

ФИО11 совершил особо тяжкое преступление, посягающее на жизнь человека, представляющее повышенную общественную опасность.

Судом обсуждался вопрос о возможности изменения категории преступления на менее тяжкую в порядке, предусмотренном ч. 6 ст. 15 УК РФ. Учитывая фактические обстоятельства совершенного преступления и степень его общественной опасности, данные о личности подсудимого ФИО11, суд не усматривает оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую в порядке, предусмотренном ч. 6 ст. 15 УК РФ.

ФИО11 не судим, является ветераном боевых действий на Северном Кавказе, по месту жительства участковым уполномоченным полиции характеризуется отрицательно, соседями – положительно, по предыдущему месту учебы в техникуме характеризуется положительно, привлекался к административной ответственности, состоит на учете у врача-психиатра с диагнозом: <данные изъяты>), инвалид <данные изъяты> группы по общему заболеванию, состоит на учете <данные изъяты> с диагнозом: «<данные изъяты>» (том №, л.д. 123-128, 181-193).

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО11, суд учитывает явку с повинной, признание вины и активное способствование раскрытию и расследованию преступления в ходе предварительного следствия, участие в боевых действиях на Северном Кавказе, состояние здоровья, бессрочную инвалидность <данные изъяты> группы по общему заболеванию, положительные характеристики по месту учебы и от соседей по месту жительства.

Учитывая, что из признательных показаний ФИО11, данных в ходе предварительного следствия, признанных судом достоверными и взятыми наряду с другими доказательствами за основу в приговоре, следует, что в ходе ссоры потерпевший ФИО1 оскорблял ФИО11 и ФИО6, ФИО11 обиделся на оскорбления, вооружился ножом и убил ФИО1, суд признает в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО11, аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления.

Учитывая, что ФИО11 совершил убийство ФИО1 в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, а также принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, конкретные обстоятельства его совершения, личность подсудимого, у которого обнаружены признаки органического расстройства личности и поведения и клинически достоверные признаки алкоголизма, а также очевидное влияние состояния опьянения на поведение ФИО11 при совершении преступления, что выразилось в снижении контроля подсудимого ФИО11 за своим поведением из-за алкогольного опьянения, расширении зоны психотравмирующих обстоятельств, облегчении открытого проявления агрессивности в поведении, суд находит указанные основания достаточными для признания совершения ФИО11 убийства ФИО1 в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в качестве обстоятельства, отягчающего наказание.

Оснований для применения ч. 1 ст. 62, ст. ст. 64, 73 УК РФ при назначении наказания подсудимому ФИО11 не имеется.

Судом изучалась личность погибшего потерпевшего ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, характеризовавшегося отрицательно, злоупотреблявшего спиртными напитками (том №, л. д. 170-178).

При назначении наказания суд также учитывает мнения потерпевшего ФИО2, просившего назначить ФИО11 строгое наказание.

С учетом изложенного, конкретных обстоятельств и повышенной общественной опасности совершенного преступления и подсудимого, суд считает необходимым для достижения установленных Уголовным Законом целей наказания назначить ФИО11 наказание в виде реального лишения свободы, с отбыванием наказания в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ в исправительной колонии строгого режима. Также суд считает необходимым назначить ФИО11 дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ гражданский иск ФИО2 о возмещении причиненного преступлением материального ущерба подлежит удовлетворению в полном объеме на сумму 46340 рублей, поскольку исковые требования ФИО2 полностью доказаны в судебном заседании представленными документами, подтверждающими расходы ФИО2 на погребение ФИО1

Исковые требования ФИО2 о компенсации причиненного преступлением морального вреда, суд на основании ст. ст. 151, 1099-1101 ГК РФ с учетом конкретных обстоятельств дела, требований разумности и справедливости, степени перенесенных потерпевшим ФИО2 нравственных страданий из-за убийства его отца, суд считает возможным удовлетворить полностью - на сумму 450 000 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО11 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 8 (восемь) лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с последующим ограничением свободы сроком на 1 (один) год.

В соответствии со ст. 53 УК Российской Федерации установить ФИО11 следующие ограничения: не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, не изменять место своего жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; возложить на ФИО11 обязанность являться два раза в месяц для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Указанные ограничения действуют в пределах того муниципального образования, где осужденный ФИО11 будет проживать после отбывания лишения свободы.

Меру пресечения ФИО11 в виде домашнего ареста изменить на заключение под стражу. Взять ФИО11 под стражу немедленно в зале суда.

Срок наказания ФИО11 исчислять с 20 июня 2018 года.

На основании ч. 3 ст. 72 УК Российской Федерации зачесть ФИО11 в срок лишения свободы время процессуального задержания по подозрению в совершении преступления и время содержания под домашним арестом в период с 25 февраля по 20 июня 2018 года включительно.

Вещественные доказательства по уголовному делу:

- свитер, штаны спортивные, куртку-бушлат, полуботинки, хранящиеся в камере вещественных доказательств Сердобского МСО СУ СК России по Пензенской области, - возвратить по принадлежности осужденному ФИО11;

- нож без рукоятки, одежду с трупа ФИО1: трусы, пару носков, майку, кофту черного цвета, трико черного цвета, - одежду с трупа ФИО15: трусы серого цвета, джинсы синего цвета, куртку зимнюю синего цвета, срезы ногтевых пластин с рук ФИО1, ФИО15, ФИО11, марлевые тампоны со смывами с рук ФИО11, образцы крови ФИО1, ФИО15, ФИО11, смыв с трубы батареи, вырезы обоев, наволочку с подушки; вырез из одеяла, вырез с ковровой дорожки, два ножа, бутылку стеклянную объемом 0,5л из-под лимонада, бутылку полиэтиленовую объемом 0,5л из-под чая «Nestea», бутылку полиэтиленовую объемом 1,5л из-под портвейна «старый Боцман 777», бокал с изображением панды, образцы волос ФИО1, ФИО11, хранящиеся в камере вещественных доказательств Сердобского МСО СУ СК России по Пензенской области, - уничтожить.

Гражданский иск ФИО2 удовлетворить.

Взыскать с ФИО11 в пользу ФИО2 на основании ст. 1064 ГК Российской Федерации в счет возмещения причиненного преступлением материального ущерба 46340 (сорок шесть тысяч триста сорок) рублей, на основании ст. ст. 151, 1099-1101 ГК Российской Федерации в счет компенсации причиненного преступлением морального вреда 450 000 (четыреста пятьдесят тысяч) рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию Пензенского областного суда через Сердобский городской суд Пензенской области в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным ФИО11, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный ФИО11 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Судья О.М. Липатов