Решение № 2-3180/2018 2-3180/2018~М-1373/2018 М-1373/2018 от 25 октября 2018 г. по делу № 2-3180/2018

Дело № 2-3180/2018

26 октября 2018 года


р е ш е н и е

Именем российской федерации

Пушкинский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

Председательствующего судьи

ФИО1

При секретаре

ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда,

с участием истца ФИО3, представителя ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО4, представителя третьего лица прокуратуры Санкт-Петербурга ФИО5,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО3 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации, в котором просит взыскать за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 рублей, причиненного ему незаконным уголовным преследованием в рамках уголовного дела № 0 и незаконным применением меры пресечения в виде подписки о невыезде в период с 11.03.2011 по 24.10.2016 года, в обоснование заявленных требований указал, что в связи с длительностью уголовного преследования, избранием мер пресечения в виде подписки о невыезде и длительностью нахождения под указанной мерой, он испытывал чувство возмущения, обиды, страха, беспомощности; действиями органов следствия ему были причинены физические и нравственные страдания, в результате чего его состояние здоровья ухудшилось.

Истец, находящийся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, участвуя в судебном заседании посредством использования системы видеоконференц-связи, заявленные требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации против удовлетворения иска возражал, представил письменные возражения на исковое заявление, указал, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие причинение истцу нравственных или физических страданий, размер компенсации морального вреда истцом не обоснован, доводы истца документально не подтверждены, кроме того, указал, что решением Пушкинского районного суда Санкт-Петербурга от 19.05.2010 года в пользу истца уже взыскана компенсация морального вреда в размере 500 000 рублей, решением Санкт-Петербургского городского суда от 14.09.2017 года по административному исковому заявлению ФИО3 присуждена компенсация за нарушение права на судопроизводство в разумный срок по уголовному делу № 0 в размере 120 000 рублей.

Представитель третьего лица прокуратуры Санкт-Петербурга представила отзыв на исковое заявление, пояснила, что доводы истца о необходимости компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием сводятся к длительности уголовного преследования по уголовному делу, однако, вступившим в законную силу решением Санкт-Петербургского городского суда от 14.09.2017 года по административному исковому заявлению ФИО3 уже присуждена компенсация за нарушение права на судопроизводство по уголовному делу № 0 в разумный срок в размере 120 000 рублей, остальные доводы истца сводятся к несогласию с размером компенсации морального вреда, взысканной в пользу истца в связи с незаконным уголовным преследованием по уголовному делу № 0 за период с 26.09.2001 по 06.03.2007 решением Пушкинского районного суда Санкт-Петербурга от 19.05.2010 года, вступившим в законную силу. Истцом не доказан факт наступления каких-либо негативных последствий в связи с незаконным привлечением его к уголовной ответственности, причинно-следственная связь между ухудшением здоровья истца и действиями государственных органов по незаконному привлечению к уголовной ответственности, длительности уголовного преследования отсутствует, материалами дела не подтверждается.

Суд, выслушав объяснения истца, представителей ответчика, третьего лица, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, приходит к следующему.

Согласно ст. 53 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно ч. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с абз. 3 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что 18.09.2001 года дознавателем отдела дознания МОБ УВД Пушкинского района Санкт-Петербурга возбуждено уголовное дело № 0 по признакам преступления, предусмотренного пунктами «в», «г» ч. 2 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ).

24 сентября 2001 года истец ФИО3 задержан по подозрению в совершении указанного преступления, 26 сентября 2001 года истцу ФИО3 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного пунктами «в», «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

06.03.2007 года следователем следственного отдела при УВД Пушкинского района г. Санкт-Петербурга вынесено постановление о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО3 по основанию, предусмотренному пунктом 1 части 1 статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ) - непричастность подозреваемого или обвиняемого к совершению преступления; за ФИО3 было признано право на реабилитацию, предусмотренную ст. 134 УПК РФ.

В силу ч.2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Вступившим в законную силу решением Пушкинского суда Санкт-Петербурга от 19.05.2010 года по гражданскому делу № 0 были удовлетворены исковые требования ФИО3 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, в пользу истца ФИО3 с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации взыскана компенсация морального вреда в размере 500 000 рублей.

11.03.2011 года заместителем прокурора Пушкинского района Забурко П.А. постановление следователя следственного отдела при УВД Пушкинского района г. Санкт-Петербурга от 06.03.2007 года о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО3 отменено, с указанием на его незаконность; уголовное дело возвращено в следственный отдел при УВД Пушкинского района г. Санкт-Петербурга для проведения дополнительного расследования.

14.03.2014 года уголовное дело № 0 поступило в следственный отдел МВД России по Пушкинскому району.

02.04.2014 года следователем следственного отдела МВД России по Пушкинскому району Санкт-Петербурга вынесено постановление о прекращении уголовного дела за истечением сроков давности уголовного преследования и прекращении уголовного преследования в отношении ФИО3

06.10.2014 года постановление следователя следственного отдела МВД России по Пушкинскому району от 14.03.2014 года отменено Пушкинским районным судом Санкт-Петербурга. Этим же постановлением суда на начальника СО ОМВД России по Пушкинскому району Санкт-Петербурга возложена обязанность устранения допущенных нарушений.

Постановлением начальника следственного отдела МВД России по Пушкинскому району отменено постановление следователя следственного отдела МВД России по Пушкинскому району Санкт-Петербурга от 02.04.2014 года.

Постановлением следователя СО ОМВД России по Пушкинскому району от 19.01.2015 года уголовное дело № 346876 прекращено по основанию, предусмотренному пунктом 1 части 1 статьи 27 УПК РФ, одновременно прекращено уголовное преследование в отношении ФИО3; за ФИО3 было признано право на реабилитацию, предусмотренную ст. 134 УПК РФ.

Постановлением исполняющего обязанности заместителя прокурора Пушкинского района Санкт-Петербурга от 15.05.2015 года постановление следователя СО ОМВД России по Пушкинскому району от 19.01.2015 года о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении ФИО3 отменено. Материалы уголовного дела направлены начальнику следственного отдела ОМВД России по Пушкинскому району Санкт-Петербурга для организации дополнительного расследования.

01.06.2015 года предварительное следствие по уголовному делу № 0 возобновлено, однако в этот же день следователем СО ОМВД России по Пушкинскому району Санкт-Петербурга вынесено постановление о прекращении уголовного дела по основанию, предусмотренному пунктом 3 части 1 статьи 24 УПК РФ - в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Постановлением судьи Пушкинского районного суда Санкт-Петербурга, принятым 30.11.2015 года по жалобе ФИО3, постановление следователя СО ОМВД России по Пушкинскому району Санкт-Петербурга от 01.06.2015 года о прекращении уголовного дела отменено. На руководителя СО ОМВД России по Пушкинскому району г. Санкт-Петербурга возложена обязанность устранения нарушений, послуживших основанием для отмены постановления.

Постановлением судьи Пушкинского районного суда Санкт-Петербурга, принятым 19.05.2016 года по жалобе ФИО3, постановление исполняющего обязанности заместителя прокурора Пушкинского района Санкт-Петербурга от 15.05.2015 года, которым постановление следователя СО ОМВД России по Пушкинскому району К.А. от 19.01.2015 года о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении ФИО3 отменено, признано незаконным и необоснованным. Этим же постановлением суд обязал прокурора Пушкинского района Санкт-Петербурга устранить допущенное нарушение.

Постановлением прокурора Пушкинского района Санкт-Петербурга от 24.10.2016 года постановление исполняющего обязанности заместителя прокурора Пушкинского района Санкт-Петербурга от 15.05.2015 года отменено.

Вступившим в законную силу решением Санкт-Петербургского городского суда от 14.09.2017 года по административному делу 3 3а-137/17 по административному исковому заявлению ФИО3 о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок, требования ФИО3 удовлетворены частично, в пользу ФИО3 с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств федерального бюджета взыскана компенсация за нарушение права на судопроизводство по уголовному делу № 0 в разумный срок в размере 120 000 рублей.

Указанным выше решением установлено, что общий срок уголовного преследования ФИО3 по уголовному делу № 0 с момента его начала (26.09.2001 года) и до прекращения (19.05.2015 года) составляет 13 лет 7 месяцев 24 дня, из общего срока производства по делу подлежит исключению период с 06.03.2007 года по 11.03.2011 года – 4 года 6 дней, и общий срок судопроизводства по делу, в течение которого продолжалось уголовное преследование ФИО3 составляет 9 лет 7 месяцев 18 дней.

Истцом ФИО3 заявлены требования о компенсации ему морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием в рамках уголовного дела № 346876 и незаконным применением меры пресечения в виде подписки о невыезде в период с 11.03.2011 по 24.10.2016 года.

Таким образом, доводы представителя ответчика Министерства финансов Российской Федерации о том, что решением Пушкинского районного суда Санкт-Петербурга от 19.05.2010 года в пользу истца уже взыскана компенсация морального вреда в размере 500 000 рублей необоснованны, поскольку указанным судебным решением в пользу истца взыскана компенсация за период незаконного уголовного преследования с 26.09.2001 по 06.03.2007 года.

Также несостоятельны доводы ответчика Министерства финансов Российской Федерации о том, что истцу решением Санкт-Петербургского городского суда от 14.09.2017 года уже присуждена компенсация по уголовному делу № 0, поскольку предметом настоящего иска является взыскание в пользу истца компенсации морального вреда, причиненного истцу незаконным уголовным преследованием в рамках уголовного дела № 0 в период с 11.03.2011 по 24.10.2016 года, тогда как указанным решением Санкт-Петербургского городского суда в пользу истца взыскана компенсация за нарушение права на судопроизводство в разумный срок.

Положениями статьи 133 УПК РФ, право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

По смыслу статей 133 - 139, 397, 399 УПК РФ, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований: вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого - прекращение уголовного преследования.

Учитывая, что в отношении истца уголовное преследование прекращено и признано право на реабилитацию, истец вправе требовать компенсацию морального вреда.

При указанных обстоятельствах, суд полагает, что факт незаконного уголовного преследования в отношении истца установлен и на основании ст. 61 ГПК РФ в доказывании не нуждается.

При этом факт причинения истцу морального вреда в связи с указанными обстоятельствами не вызывает сомнений и не нуждается в доказывании, поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что поскольку факт незаконного уголовного преследования истца в рамках уголовного дела № 0 в период с 11.03.2011 по 24.10.2016 года подтверждается всей совокупностью собранных по делу доказательств, отвечающих требованиям главы 6 ГПК РФ, имеются законные основания для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 1071 ГК РФ, в случаях, когда в соответствии с ГК РФ или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Таким образом, обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу, должна быть возложена на ответчика Министерство финансов Российской Федерации.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде.

Согласно ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, суд исходил из положений статьи 1101 ГК РФ и принимает во внимание характер предъявленного истцу обвинения, а также тяжесть наступивших для него последствий, связанных с привлечением к уголовной ответственности за вменяемое ему преступление, длительный период уголовного преследования истца, избрание в отношении истца меры пресечения в виде подписки о невыезде, также учитывает индивидуальные особенности истца, состояние его здоровья, в связи с чем взыскивает в пользу истца с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, полагая таковой размер с учетом совокупности установленных по делу обстоятельств в наибольшей степени отвечает требованиям разумности и справедливости, а также способствует восстановлению нарушенных прав истца.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 100 000 (сто тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья