Решение № 2-1267/2019 2-75/2020 2-75/2020(2-1267/2019;)~М-1065/2019 М-1065/2019 от 25 мая 2020 г. по делу № 2-1267/2019

Дело №2-75/2020

УИД 33RS0019-01-2019-001796-08


Решение

Именем Российской Федерации

г. Суздаль 26 мая 2020 года

Суздальский районный суд Владимирской области в составе:

председательствующего Кондратьевой О.А.,

при секретаре Кулистовой М.Ю.,

с участием представителя истца ФИО1- адвоката Байковой О.А., представителя ответчика ФИО2- адвоката Маринич Л.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения земельного участка от 05.12.2014 г., применении последствий недействительности сделки, признании права собственности на земельный участок с кадастровым номером ###,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском ФИО2 о признании недействительным договора дарения земельного участка от 05.12.2014 г., применении последствий недействительности сделки, признании права собственности на земельный участок с кадастровым номером ###, в обоснование требований указав следующее. По договору от 05.12.2014 он, возможно, подарил ФИО4 земельный участок с кадастровым номером ###, расположенный по адресу: <...>. Однако намерений дарить или другим способом отчуждать земельный участок ответчику у него не было. Подписывая договор, он не знал, что совершает сделку дарения, так как поставил свою подпись там, где ему сказал ФИО2 На момент подписания договора ему было 84 года, с 2013 года у него проблемы со зрением, которое затуманено, читать он не может. Он думал, что подписывает завещание. О том, что он не является собственником земельного участка, он узнал из выписки из Единого государственного реестра недвижимости (далее ЕГРН) от 17.09.2019 г. На основании указанных обстоятельств просил признать недействительным договор дарения земельного участка от 05.12.2014 г., заключенный между ним и ФИО2, применить последствия недействительности сделки: прекратить право собственности ответчика на земельный участок с кадастровым номером ###, с признанием права собственности на указанный участок за ним (истцом).

Истец ФИО1, извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, реализовав право на участие в нем через представителя. В ходе рассмотрения дела исковые требования поддержал в полном объеме. Указал, что 05.12.2014 он не подписывал договор дарения и не имел намерения его подписывать и заключать.

Представитель истца ФИО1- адвокат Байкова О.А., действующая на основании ордера, в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, настаивала на их удовлетворении. Указала, что ФИО1 не имел намерения отчуждать ФИО2 спорный земельный участок. Подписывая договор дарения от 05.12.2014 г., истец полагал, что это завещание, так как в силу состояния здоровья он не мог прочитать документ, который подписывал, договор не был зачитан ФИО1 вслух. Возражала против применения срока исковой давности по требованиям ФИО1, который о нарушении своих прав на земельный участок узнал из выписки из ЕГРН от 17.09.2019, до ознакомления с которой он полагал, что является собственником земельного участка с кадастровым номером ###, так как продолжал им пользоваться как своим собственным.

Ответчик ФИО2, извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, обеспечив явку своего представителя. В ходе рассмотрения дела возражал против удовлетворения исковых требований, поясняя, что ФИО1 являлся мужем его бабушки- ФИО5 При жизни бабушки у них были хорошие отношения, и задолго до заключения и подписания договора дарения от 05.12.2014 г., намерение ФИО1 подарить ему земельный участок с кадастровым номером ### неоднократно обсуждалось. Договор дарения от 05.12.2014 зачитывался истцу вслух юристом- консультантом, находившимся в здании регистрационного органа, регистрировался с личным участием истца, который мог читать текст и осознавал и понимал суть подписывавшегося им договора. После регистрации договора дарения от 05.12.2014 г. ФИО1 знал о дарении участка, продолжал пользоваться участком согласно их совместной договоренности, что также обсуждалось в их семье. В дальнейшем после смерти его бабушки в 2016 году отношения с ФИО1 испортились, возникли конфликты.

Представитель ответчика ФИО2- адвокат Маринич Л.И. в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований в полном объеме. Заявила о пропуске истцом срока исковой давности, которому с декабря 2014 года было известно о заключении договора дарения, при оформлении которого он присутствовал в регистрационном органе, и которому содержание договора было зачитано вслух консультантом при оформлении договора.

Третье лицо Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Владимирской области, извещенное о времени и месте рассмотрения дела, явку представителя в судебное заседание не обеспечило.

Заслушав участников процесса, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно выписке из ЕГРН ответчик ФИО2 является собственником земельного участка с кадастровым номером ###, площадью ### кв.м., расположенного по адресу: <...>, категории земель- земли населенных пунктов, виды разрешенного использования- для ведения личного подсобного хозяйства.

Ранее собственником указанного имущества являлся истец ФИО1

Основанием к регистрации перехода права собственности на приведенный земельный участок от ФИО1 к ФИО2 явился договор земельного участка от 05.12.2014 г., согласно которому даритель ФИО1 безвозмездно передал в собственность одаряемому ФИО2, принявшему в дар, земельный участок площадью ### кв.м., с кадастровым номером ###, местоположением границ по адресу: <...>

Согласно ч. 1 ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В соответствии с п. 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии со ст.166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

В силу ч.ч.1,2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Статья 169 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 ГК РФ.

П.1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации определен, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Статья 178 ГК Российской Федерации предусматривает недействительность сделки, совершенной под влиянием заблуждения. Согласно её положениям сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения. Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, соответственно применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 167 настоящего Кодекса. Кроме того, сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненного ей реального ущерба, если докажет, что заблуждение возникло по вине другой стороны. Если это не доказано, сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне по ее требованию причиненный ей реальный ущерб, даже если заблуждение возникло по обстоятельствам, не зависящим от заблуждавшейся стороны.

Статья 179 ГК Российской Федерации предусматривает недействительность сделки, совершенной под влиянием обмана, насилия, угрозы или неблагоприятных обстоятельств. Согласно положениям данной статьи обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Рассматривая доводы стороны истца о недействительности договора дарения от 05.12.2014 г. по приведенным основаниям, суд исходит из следующего.

Согласно п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с пп.1,2 п.8.1, п.1 ст.131, п.1 ст.551 Гражданского кодекса Российской Федерации и положениями Федерального закона от 13.07.2015г. №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» переход к одаряемому права собственности на недвижимость по договору дарения недвижимости подлежит государственной регистрации. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в Единый государственный реестр недвижимости.

Приведенный договор дарения от 05.12.2014 г. прошел государственную регистрацию 19.12.2014 г.

Как следует из дела правоустанавливающих документов на спорный земельный участок, истец ФИО1 принимал личное участие в регистрации перехода права собственности на принадлежавший ему спорный объект недвижимости на основании договора дарения от 05.12.2014 г., лично подписал все документы, необходимые для регистрации перехода права собственности, в том числе оспариваемый договор дарения от 05.12.2014 г. Подлинность подписей истца в документах дела правоустанавливающих документов на земельный участок с кадастровым номером ### в ходе рассмотрения дела не оспаривалась.

По ходатайству истца судом в ходе рассмотрения дела назначалась судебная медицинская экспертиза с постановкой вопроса: мог ли ФИО1 при подписании договора дарения земельного участка от 05.12.2014 г. с учетом состояния его здоровья, видеть, читать текст подписываемого договора?

Во исполнение определения суда в материалы дела было представлено заключение комиссионной медицинской судебной экспертизы ГБУЗ ВО «Бюро судмедэкспертизы» ### от 28.02.2020 г., согласно выводам которой ФИО1 в течение длительного времени страдает хроническими заболеваниями <данные изъяты>. У него имелась <данные изъяты>, состояние после хирургического лечения <данные изъяты>, а также <данные изъяты>. Поскольку комиссии неизвестно фактическое состояние <данные изъяты> ФИО1 на момент подписания сделки, высказаться достоверно о возможностях его зрения на этот момент не представляется возможным. Согласно представленным медицинским документам в 2014 году острота его зрения на каждом глазу составляла от <данные изъяты> при этом на право глазу (OD) она не корригировалась, а на левом глазу (OS) на 28.11.2014 г. (за неделю до совершения сделки) с коррекцией составляла ###. При такой остроте зрения возможность прочтения текста документа, набранного обычным машинописным шрифтом 11-12-го формата представляется крайне маловероятной. Обычно люди с таким зрением могут различать отдельные буквы и слова, но не могут прочитать целый документ, статью, книгу. Согласно «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утв. Приказом МЗ и СР РФ от 24.04.08 г. №194н, и прилагающейся к ним таблице процентов утраты стойкой трудоспособности, острота зрения от 0,04 и ниже приравнивается к слепоте.

Заключение соответствует требованиям закона, выполнено экспертами надлежащего учреждения, имеющим высшее образование и достаточный стаж, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 Уголовного кодекса РФ. Оснований для сомнений в достоверности заключения у суда не имеется.

Суд принимает указанное заключение, выводы которого не оспаривались сторонами в ходе рассмотрения дела, в качестве доказательства.

Статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации возлагает на каждую из сторон спора обязанность доказывания обстоятельств, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Принимая в качестве доказательства по делу заключение комиссионной медицинской судебной экспертизы ГБУЗ ВО «Бюро судмедэкспертизы» ### от 28.02.2020 г., суд приходит к выводу, что оно с достоверностью не подтверждает, что ФИО1 был лишен возможности прочитать текст договора дарения от 05.12.2014 г., знать его содержание.

Как пояснила в ходе рассмотрения дела свидетель ФИО6, ФИО1 до заключения договора дарения от 05.12.2014 г. имел намерение подарить земельный участок внуку своей супруги ФИО2, активно обсуждал это в кругу семьи.

Допрошенные судом свидетели ФИО7, ФИО8 поясняли, что ФИО1 до подписания и регистрации договора дарения от 05.12.2014 г. имел намерение подарить земельный участок ФИО2, на дату заключения договора дарения от 05.12.2014 г. знал, что заключает договор дарения, содержание которого ему зачитывалось вслух до подписания и передачи его на регистрацию. При этом ФИО1 пользовался очками и лупой, читал тексты, книги.

Принимая показания свидетелей, предупрежденных судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в качестве доказательств по делу, суд полагает, что в ходе рассмотрения дела стороной истца не было представлено доказательств того, что ФИО1 был лишен возможности прочесть договор дарения от 05.12.2014 г., ознакомиться с его содержанием, не знал и не понимал содержание подписываемого им договора.

Также суд приходит к выводу, что стороной истца не было в ходе рассмотрения дела представлено доказательств тому обстоятельству, чтобы ФИО2, кто- либой иной убеждал ФИО1, что он 05.12.2014 г. подписывает завещание, истец каким-либо иным способом был введен в заблуждение относительно природы сделки.

В силу п.3 статьи 10 ГК Российской Федерации разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

В отсутствие доказательств в соответствии с приведенной статьей 56 ГПК РФ у суда отсутствуют основания к сомнению в равной добросовестности участников договора от 05.12.2014 г.

Согласно ч.1 статья 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Суд считает указанный срок пропущенным при обращении истца с настоящим иском в суд 23.10.2019 (согласно дате на штемпеле конверта, направленном в суд с исковым заявлением), и исполнением сделки в декабре 2014 года.

Указанный вывод суда основан на установленных судом обстоятельствах того, что истец знал о природе совершенной им сделки, передаче договора дарения на регистрацию в декабре 2014 года. Также суд принимает во внимание, что по сведениям Межрайонной ИФНС России №10 по Владимирской области оплата земельного налога за 2013-2014 г.г. производилась ФИО1, с 2014 года- производится ФИО2

При указанных обстоятельствах суд ставит под сомнение доводы истца о том, что он не знал о переходе прав на земельный участок с кадастровым номером ### до ознакомления в выпиской из ЕГРН от 17.09.2019, так как он, являясь добросовестным владельцем, не мог не знать, что с 2014 года не несет расхода по уплате налога на землю, мог удостовериться в том, кем и на каком основании за него вносятся указанные платежи.

Исходя из приведенных выводов, установленных в ходе рассмотрения дела обстоятельств, вывода суда о пропуске истцом срока исковой давности, исковые требований ФИО1 не подлежат удовлетворению в полном объеме.

Согласно ч.2 статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации если вызов свидетелей, назначение экспертов, привлечение специалистов и другие действия, подлежащие оплате, осуществляются по инициативе суда, соответствующие расходы возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч.2 статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (ч.1).

Таким образом, расходы в предусмотренных ч.2 статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации случаях несет суд за счет соответствующего бюджета.

Возмещение таких издержек урегулировано статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации (часть 1). При отказе в иске издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, взыскиваются с истца, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены (часть2). В случае, если иск удовлетворен частично, а ответчик освобожден от уплаты судебных расходов, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, взыскиваются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, с истца, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально той части исковых требований, в удовлетворении которой ему отказано (часть 3). В случае, если обе стороны освобождены от уплаты судебных расходов, издержки, понесенные судом, а также мировым судьей в связи с рассмотрением дела, возмещаются за счет средств соответствующего бюджета (часть 4).

Заключения комиссионной (комплексной) медицинской судебной экспертизы ГБУЗ ВО «Бюро судмедэкспертизы» №20 от 28.02.2020 г. принято судом в качестве доказательства по делу. Стоимость экспертизы составила 51 870 рублей 50 копеек, оплата которых была возложена на бюджет.

В соответствии с приведенными нормами Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации приведенные расходы подлежат возмещению в федеральный бюджет истцом ФИО1, не освобожденным от уплаты судебных расходов по настоящему делу.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 96,98,103, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения земельного участка от 05.12.2014 г., применении последствий недействительности сделки, признании права собственности на земельный участок с кадастровым номером ###- оставить без удовлетворения в полном объеме.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета расходы по экспертизе в сумме 51 870 (пятьдесят одна тысяча восемьсот семьдесят) рублей 50 копеек.

На решение может быть подана апелляционная жалоба во Владимирский областной суд через Суздальский районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено судом 2 июня 2020 года.

Председательствующий О.А.Кондратьева