Решение № 2-3340/2018 2-3340/2018~М-3248/2018 М-3248/2018 от 14 ноября 2018 г. по делу № 2-3340/2018

Дело № 2-3340/2018 14 ноября 2018 года

29RS0014-01-2018-004606-75


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Ломоносовский районный суд г. Архангельска в составе:

председательствующего судьи Панковой А.В.,

при секретаре Ульяновой Ю.Л.,

с участием прокурора Пузыревой Е.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Архангельске гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Тепло-энергетическое предприятие Архангельских котельных» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Тепло-энергетическое предприятие Архангельских котельных» (далее ООО «ТЭПАК») о взыскании компенсации морального вреда. Свои требования обосновала тем, что 21.12.2017 ее брат ФИО2 во время исполнения трудовых обязанностей, поднимаясь по лестнице, не имеющей поручней и дополнительной ограждающей планки, упал на движущуюся ленту скребкового транспортера топливоподачи, получив в результате падения и движения движущихся частей транспортера телесные повреждения характера тупой сочетанной травмы тела, приведшей к развитию состояния, угрожающего жизни - травматического (геморрагического) шока тяжелой (III-VI) степени. От полученной травмы, оценивающейся как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, ФИО2 скончался. Согласно акту № 1 «О несчастном случае на производстве» от 02.02.2018 причиной несчастного случая явилась неудовлетворительная организация и содержание территорий, проходов в помещение котельной, выразившееся в отсутствии поручней у самодельной технологической лестницы и ограждения скребкового конвейера по всей его длине, чем нарушены требования ч. 2 ст. 212 ТК РФ, п. 2.5.6, 2.5.7, 4.1.24 «Межотраслевых правил по охране труда при эксплуатации промышленного транспорта», утвержденных Постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 17.06.2003 № 36. Кроме того, допущено нарушение требований, предусмотренных ст. 212, 225 ТК РФ, по допуску работника к самостоятельной работе без повторного инструктажа на месте, прохождения обучения и проверки знаний требований охраны труда, а также п. 2.2.1, 2.2.2 раздела II Постановления Министерства труда и социального развития РФ № 1/29 от 13.01.2003 «Об утверждении порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций». Соломбальским районным судом г.Архангельска 26.07.2018 в отношении инженера по охране труда ФИО3 вынесен приговор, которым он признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 143 УК РФ. Согласно ст. 1063 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых обязанностей. ФИО2 являлся ее братом, в связи с его трагической кончиной она испытывала сильные нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях из-за утраты одного из самых близких людей, утраты опоры и стержня, который поддерживал ее, ее близких. Просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, которую она оценивает в размере 1 000 000 рублей.

Истец в судебное заседание не явилась, извещена о месте и времени судебного разбирательства, просит о рассмотрении дела в ее отсутствие. В предварительном судебном заседании истец поясняла, что брат был для нее близким человеком, они часто с ним встречались, вместе отмечали праздники, дни рождения. Она живет одна в частном доме, брат часто приезжал к ней в гости, оставался ночевать, всю мужскую работу по дому делал, перебрал в доме полы, сделал крышу, сарай, в помощи никогда ей не отказывал. Сейчас ей помочь некому. Она до настоящего времени испытывает нравственные страдания в связи с трагической гибелью брата.

Представитель истца в судебном заседании поддержал заявленные требования по основаниям, указанным в иске.

Представитель ответчика с иском не согласился, указал, что размер компенсации морального вреда завышен. У ФИО2 была своя семья, график его работы не позволял ему часто встречаться с ФИО1 Кроме того, в г.Архангельске он проживал с 2007 года.

Третье лицо ФИО4 с иском не согласился, пояснил, что вину в случившемся не отрицает, обстоятельств произошедшего не оспаривает, однако указал, что у погибшего была своя семья, поэтому он не мог часто встречаться с истцом и выполнять всю мужскую работу в её доме. Кроме того, потерпевшей по уголовному делу была признана другая сестра ФИО2 – ФИО5

С согласия представителей истца, ответчика, третьего лица дело рассмотрено при данной явке.

Заслушав стороны, свидетелей, заключение прокурора, полагавшего необходимым снизить размер требуемой истцом компенсации морального вреда, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из копии трудовой книжки, ФИО2 работал в ООО «ТЭПАК» с 01.11.2015 в должности машиниста крана, машиниста кочегара. Трудовой договор прекращен 22.12.2017 в связи со смертью работника.

Из акта № 1 о несчастном случае на производстве от 02.02.2018 следует, что 21.12.2017 ФИО2, в период выполнения трудовых обязанностей при подъеме по стационарной технологической лестнице, не имевшей ограждающих элементов (перил), запнулся на ступеньках, потерял равновесие и упал с высоты 2,5 метров от уровня пола на работающий цепной транспортер. ФИО2 получил тупую сочетанную травму тела, которая являлась опасной для жизни, так как привела к развитию травматического (геморрагического) шока тяжелой (III-VI) степени. От полученной травмы, оценивающейся как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, ФИО2 скончался. Причиной несчастного случая явилась неудовлетворительная организация и содержание территории, проходов в помещение котельной, выразившееся в отсутствии поручней у самодельной технологической лестницы и ограждений скребкового конвейера по всей его длине, чем нарушены требования ч. 2 ст. 212 ТК РФ, п. 2.5.6, 2.5.7, 4.1.24 «Межотраслевых правил по охране труда при эксплуатации промышленного транспорта», утвержденных Постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 17.06.2003 № 36, допуск работника в самостоятельной работе по профессии машинист (кочегар) котельной без повторного инструктажа на рабочем месте, прохождения в установленном порядке обучения и проверки знаний требований охраны труда, чем нарушены требования ст. 76, 212,225 ТК РФ, п.2.2.1, 2.2.2 раздела II Постановления Министерства труда и социального развития РФ № 1/29 от 13.01.2003 «Об утверждении порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций».

Согласно ст. 212 ТК РФ работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; обучение безопасным методам и приемам выполнения работ по охране труда и оказанию первой помощи при несчастных случаях на производстве, инструктаж по охране труда, стажировку на рабочем месте и проверку знаний требований охраны труда, безопасных методов и приемов выполнения работ; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты.

В соответствии со ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Как следует из приговора Соломбальского районного суда г.Архангельска от 26.07.2018 ФИО3, инженер по охране труда ООО «ТЭПАК», на которого были возложены обязанности по соблюдению требований охраны труда, допустил их нарушение, что повлекло по неосторожности смерть человека.

В соответствии с п. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Пунктом 1 ст. 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п., осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя в случае, если вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности. Поскольку вред жизни и здоровью ФИО2 причинен источником повышенной опасности – конвейером, обязанность по возмещению вреда на ответчика может быть возложена и при отсутствии его вины.

Таким образом, ООО «ТЭПАК» должно нести ответственность за вред, причиненный жизни и здоровью ФИО2

В судебном заседании установлено, что истец является сестрой ФИО2 Данное обстоятельство представителем ответчика не оспаривается.

В обоснование требований о взыскании компенсации морального вреда истец указывает на то, что в связи с трагической гибелью брата она испытывала нравственные страдания.

В силу положений п. 1 ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» указано, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из пояснений в предварительном судебном заседании истца, свидетелей следует, что между истцом и ее погибшим братом были близкие отношения, некоторый период времени он проживал в ее семье, после того, как брат стал проживать отдельно, они достаточно часто общались, отмечали вместе праздники, семейные даты, ФИО2 никогда не отказывал в помощи истцу, делал всю мужскую работу в доме, по мере необходимости занимался ремонтом дома. После развода истца с мужем, ФИО2 стал фактически единственной опорой для ФИО1 Смерть брата вызвала у истца нервное потрясение, она была в шоковом состоянии, не могла говорить. Моральные и нравственные страдания истца выразились в переживаниях, моральной травме, чувстве потери и горя.

Статьей 1101 ГК РФ установлено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При определении размера подлежащего возмещению вреда суд принимает во внимание наличие близких отношений между истцом и погибшим братом, их эмоциональную близость, переживания истца, вызванные трагической гибелью близкого. Вместе с тем, суд считает, что размер компенсации морального вреда, заявленный ко взысканию истцом, не отвечает принципу справедливости, соразмерности и разумности.

Учитывая все обстоятельства дела, исходя из тяжести и степени нравственных страданий истца, суд полагает возможным определить размер компенсации причиненного истцу морального вреда в размере 250 000 рублей.

В связи с удовлетворением требований истца, в силу закона освобожденного от уплаты государственной пошлины, в доход местного бюджета с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Тепло-энергетическое предприятие Архангельских котельных» о взыскании компенсации морального вреда - удовлетворить.

Взыскать в пользу ФИО1 с общества с ограниченной ответственностью «Тепло-энергетическое предприятие Архангельских котельных» компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей (Двести пятьдесят тысяч рублей 00 копеек).

Взыскать в доход местного бюджета с общества с ограниченной ответственностью «Тепло-энергетическое предприятие Архангельских котельных» государственную пошлину в размере 300 рублей (Триста рублей 00 копеек).

На решение может быть подана апелляционная жалоба, принесено апелляционное представление в Архангельский областной суд через Ломоносовский районный суд г. Архангельска в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий А.В. Панкова