Решение № 2-1168/2025 2-1168/2025~М-221/2025 М-221/2025 от 7 июля 2025 г. по делу № 2-1168/2025

Дело № 62RS0004-01-2025-000288-42

Производство № 2-1168/2025


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Рязань 24 июня 2025 года

Советский районный суд г. Рязани в составе:

председательствующего судьи Рябинкиной Е.В.,

при секретаре Зайцеве О.А.,

с участием помощника прокурора Советского района г. Рязани Пинясовой Е.В.,

истца ФИО1

представителя ответчика ГАУ РО «Рязанский многопрофильный социально-реабилитационный центр «Сосновый Бор» - ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению Прокурора Советского района г. Рязани в интересах ФИО1 к Государственному автономному учреждению Рязанской области «Рязанский многопрофильный социально-реабилитационный центр «Сосновый Бор» о взыскании морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве,

У С Т А Н О В И Л:

Прокурор Советского района города Рязани обратился с указанным исковым заявлением. В обоснование заявленных требований указал, что Прокуратурой Советского района г. Рязани в рамках рассмотрения обращения ФИО1 проведена проверка исполнения требований федерального законодательства в ГАУ РО «Рязанский многопрофильный социально-реабилитационный центр «Сосновый Бор», в связи с произошедшем несчастным случаем на производстве.

В ходе проверки было установлено, что дд.мм.гггг. ФИО1, осуществляющая трудовую деятельность в должности <...>, приступила к работе. Примерно в <...> часов <...> минут ФИО1 <...> поскользнулась и упала. В результате падения ФИО1 почувствовала боль в <...>, истцу вызвали скорую помощь. ФИО1 были установлены диагнозы: <...>

Одной из причин указанного несчастного случая явилось неудовлетворительная организация работ, необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдения трудовой дисциплины.

На основании изложенного Прокурор Советского района города Рязани просил суд взыскать с ответчика ГАУ РО «Рязанский многопрофильный социально-реабилитационный центр «Сосновый Бор» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, в связи с произошедшим с ней несчастным случаем на производстве, в размере 150000 рублей.

В судебном заседании помощник прокурора Советского района города Рязани выразил согласованную позицию со ФИО1, просил удовлетворить заявленные исковые требования. Также ФИО1 пояснила суду, что в результате несчастного случая она испытала глубокие нравственные страдания, в том числе из-за равнодушного отношения работодателя к ее личному несчастью. Травмы, полученные в результате падения, и в настоящее время являются источником физической боли и страдания, из-за них у истца обострились имеющиеся хронические заболевания.

ФИО1 указала, что в штате организации не хватало обслуживающего персонала, в связи с чем, она и другие <...> были вынуждены также самостоятельно мыть полы. Также ФИО1 сообщила, что на протяжении нескольких месяцев информировала работодателя о проблемах с посудомоечной машиной, которая периодически подтекала. По мнению ФИО1, именно из-за течи посудомоечной машины образовалась лужа, на которой она поскользнулась и получила в итоге травмы.

Кроме того, качество и уровень жизни ФИО1 ухудшились, в связи с полученными травмами истцу пришлось перейти на менее оплачиваемую работу. Также истец указала, что из-за бездействия ответчика получила выплату по листу нетрудоспособности только после вмешательства Прокуратуры Советского района города Рязани.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании факт несчастного случая не оспаривал. При этом указал, что одной из причин произошедшего явилась грубая небрежность и невнимательность самой ФИО1 Полагал, что поскольку должность ФИО1 относилась к руководящей, то она сама фактически нарушила должностные обязанности, которые предписывали ей знание правил и норм охраны труда, производственной санитарии.

Пояснил суду, что заявленные требования истца о взыскании морального вреда в размере 150000 рублей не соответствуют требованиям разумности и справедливости, так как почти в 2.4 раза превышают ее средний заработок.

Полагал, что необходимость назначения по делу судебной экспертизы для разрешения вопросов относительно тяжести полученных травм наличия причинно-следственных связей с обострением у истца хронических заболеваний отсутствует.

ФИО2 сообщил суду, что организацией был заключен договор на оказание клининговых услуг, уборка рабочих мест осуществлялась. При этом прояснить ситуацию относительно наличия неисправности посудомоечной машины не смог.

Исследовав материалы дела, выслушав пояснения истца, помощника прокурора представителя ответчика, суд полагает необходимым исковые требования удовлетворить частично по следующим основаниям.

В соответствии с Конституцией РФ в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39).

Трудовой кодекс РФ особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 Трудового кодекса РФ).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных законом случаях, предоставляется в порядке обязательного социального страхования. Отношения по данному виду обязательного социального страхования регулируются Федеральным законом от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний".

Согласно статьям 3, 7 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" право на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая.

В силу абзаца 4 части 2 статьи 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Абзацем 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абз.2 ч. 1 ст. 210 Трудового кодекса РФ).

Частью 1 статьи 214 Трудового кодекса РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников (часть 2 статьи 214 Трудового кодекса РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абз.2 и абз.9 ст. 216 ТК РФ).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", абзацем 2 пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Из разъяснений, данных в абзаце 2 пункта 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 Трудового кодекса РФ). Однако, компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В судебном заседании установлено, что дд.мм.гггг. между истцом ФИО1 и <...> заключен трудовой договор №. Согласно условиям трудового договора работник ФИО1 принята на работу н а должность <...>. Трудовая деятельность осуществлялась до дд.мм.гггг. (уволена по собственному желанию).

Также судом установлено, что дд.мм.гггг. ФИО1 вышла на работу и приступила к осуществлению своих трудовых обязанностей, согласно графику в <...> часов <...> минут по адресу: <адрес>

Судом установлено, что примерно в <...> часов <...> минут ФИО1 <...> поскользнулась и упала.

Указанные обстоятельства сторонами не оспаривались, подтверждаются пояснениями сторон по делу, а также актом о несчастном случае.

В судебном заседании установлено, что после падения ФИО1 была оказана первая медицинская помощь на посту дежурной медицинской сестры, затем вызвана скорая медицинская помощь.

Из медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданного ГБУ РО «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи» от дд.мм.гггг. следует, что дд.мм.гггг. в <...> часов <...> минут в медицинское учреждение обратилась ФИО1 По факту обращения истцу были установлены следующие диагнозы: <...> Кроме указанного, установлено, что, согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, указанные повреждения относятся к категории легкой.

Из медицинской карты ФИО1, находящейся в ГБУ РО «Городская клиническая больница №», следует, что ФИО1 находилась на лечении с диагнозом <...>

Также судом установлено, что ФИО1 с дд.мм.гггг. по дд.мм.гггг. находилась на лечении в дневном стационаре, в связи с выявленными заболеваниями: <...> При этом на фоне проводимой терапии болевой синдром сохраняется. Выписана без улучшений.

Кроме того в материалы дела истцом представлено консультативное заключение ООО «Медицинский Центр ЕЛАМЕД» от дд.мм.гггг., из которого следует, что ФИО1 установлен диагноз <...>, обострение, выраженный болевой синдром.

Из акта № о несчастном случае на производстве следует, что дд.мм.гггг., утвержденного заместителем директора по жизнеобеспечению ГАУ РО «Рязанский многопрофильный социально-реабилитационный центр «Сосновый Бор», следует, что установлены следующие причины произошедшего: основная – прочие причины (код 2.15.1), сопутствующая – неосторожность, невнимательность, поспешность (код 2).

Указанным актом установлено, что ФИО8, заместитель директора по производству, не осуществила надлежащий контроль за действиями подчиненных работников, чем нарушила положения ст. 214 ТК РФ, а также п. 2.5.должностоной инструкции заместителя директора.

Также акт содержит сведения о том, что со ФИО1 инструктаж на рабочем месте по профессии, при выполнении которой произошел несчастный случай, не проводился; обучение по охране труда по профессии, при выполнении которой произошел несчастный случай, не проводилось; проверка знаний требований охраны труда по профессии, при выполнении которой произошел несчастный случай, не проводилось.

Учитывая, что несчастный случай на производстве произошел в результате нарушений охраны труда и техники безопасности, допущенных должностным лицом ответчика при допуске истца к работам, суд приходит к выводу о наличии оснований для возложения на ответчика, как на работодателя, обязанности по компенсации морального вреда истцу.

В ходе рассмотрения настоящего гражданского дела судом установлено, что безопасные условия труда обеспечены ответчиком не были, о чем свидетельствует сам факт несчастного случая, нарушение охраны труда, что привело к травме работника.

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда.

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (часть 2 статьи 1064 Гражданского кодекса).

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" в пункте 25 разъяснил, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 названного постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае (абзац 2 пункт 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Из содержания приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи с причинением вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, размер компенсации морального вреда определяется на основании оценки судом конкретных обстоятельств дела. При этом суд наряду с учетом степени вины работодателя в причинении вреда жизни и здоровью работника в произошедшем несчастном случае, степени физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, должен учитывать требования разумности и справедливости.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, в том числе, учитывает, что, несмотря на отнесение полученных трав при падении истца к легкой степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, выраженный болевой синдром у истца сохраняется, достоверных доказательств, опровергающих причинно-следственную связь между падением и указанными негативными последствиями, суду не представлено.

Представителем ответчика ходатайства о назначении по делу судебной медицинской экспертизы заявлено не было.

Анализируя установленные в судебном заседании обстоятельства, подтвержденные исследованными в судебном заседании доказательствами, учитывая факт нарушения требований охраны труда и безопасности со стороны работодателя, длительность необходимой истцу реабилитации, сохранения на протяжении длительного времени выраженного болевого синдрома, степень физических и нравственных страданий, причиненных ФИО1 в результате полученной травмы, которые обусловлены в виной ответчика, как работодателя, не обеспечившего надлежащие условия труда, возраст истца, которому на момент причинения травмы исполнилось 55 лет, суд приходит к выводу о том, что соответствующей принципу разумности и справедливости будет установление компенсации морального вреда в размере 100000 рублей.

Оснований для установления компенсации морального вреда в большем размере суд не усматривает.

Судом учтено, что, по смыслу действующего правового регулирования, размер компенсации морального вреда определяется, исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями его личности, и иных заслуживающих внимания обстоятельств дела.

В силу положений ч. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Федеральный закон от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ), абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда.

Из разъяснений, данных в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" следует, что виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Разрешая спор и определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает, что в акте о несчастном случае указано на неосторожность, невнимательность, поспешность самой ФИО1 Вместе с тем, указанные причины являются лишь сопутствующими, и не лишают истца, по мнению суда, права за обращением в выплате компенсации морального среда, не свидетельствуют о наличии оснований для освобождения работодателя от ответственности за причиненный вред в результате несчастного случая на производстве.

Признаков грубой неосторожности, на которые в ходе судебного разбирательства указывал представитель ответчика, установлено не было.

Таким образом, правовые основания для применения правового механизма статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

При этом, судом также достоверно установлено, что со стороны работодателя были допущены существенные нарушения требований к безопасности труда и охране труда, то есть, судом установлена вина работодателя в нарушениях нормативных требований по охране труда, данные нарушения находятся в причинно-следственной связи с наступившими последствиями, то есть, то, что вышеуказанные обстоятельства в совокупности привели к получению истцом производственной травмы, которая повлекла за собою причинение вреда здоровью работника.

В материалы дела ответчиком представлен договор № на оказание клининговых услуг в ГАУ РО «РМСРЦ «Сосновый бор», заключенный дд.мм.гггг. между ГАУ РО «РМСРЦ «Сосновый Бор» и ИП ФИО9 Представитель ответчика ссылался на указанный договор, как на подтверждение исполнения своих обязанностей по поддержанию порядка и чистоты, в том числе, на рабочем месте истца.

Вместе с тем, суд считает, что представленный договор не может являться достоверным доказательством выполнения указанных обязательств, в отсутствие иных подтверждений реального исполнения указанного договора (представление графиков уборки помещений с подтверждающими подписями непосредственных исполнителей, свидетельские показания).

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

В ходе судебного разбирательства по делу истец обращала внимание суда, что в связи с наличием выраженного болевого синдрома, вынуждена была поменять работу, перейти на более легкий труд, менее оплачиваемый. Указанные обстоятельства ответчиком оспорены не были. Ходатайства об истребовании дополнительных сведений, о назначении по делу судебной медицинской экспертизы ответчиком не заявлялись.

Суд отмечает, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету, а соответственно является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, в связи с чем, взысканная сумма отвечает критериям справедливости и разумности. При этом, обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс интересов обеих сторон и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Присужденная денежная компенсация в размере 100000 рублей будет способствовать, по мнению суда, восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца, и степенью ответственности, применяемой к ответчику, данная сумма объективно соответствует иным установленным по делу обстоятельствам, связанным с получением истцом телесных повреждений в результате произошедшего несчастного случая на производстве.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования Прокурора Советского района г. Рязани в интересах ФИО1 к Государственному автономному учреждению Рязанской области «Рязанский многопрофильный социально-реабилитационный центр «Сосновый Бор» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве – удовлетворить частично.

Взыскать с ответчика Государственного автономного учреждения Рязанской области «Рязанский многопрофильный социально-реабилитационный центр «Сосновый Бор» в пользу истца ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 100 000 (сто тысяч) рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в большем размере – отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в судебную коллегию по гражданским делам Рязанского областного суда через Советский районный суд г. Рязани в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 08.07.2025.

Судья -подпись