Решение № 2-347/2017 2-347/2017~М-224/2017 М-224/2017 от 5 марта 2017 г. по делу № 2-347/2017

Дело № 2-347/17


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 марта 2017 года г. Белая Калитва

Белокалитвинский городской суд Ростовской области в составе

председательствующего судьи Н.Д.Матвеевой

при секретаре Калининой М.П.

представителей ответчиков ФИО1 и ФИО2 по доверенности

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к Обществу с ограниченной ответственностью «Шахтоуправление «Садкинское» о компенсации морального вреда в связи с повреждением здоровья в результате получения профессионального заболевания,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском к ответчику о компенсации морального вреда в связи с повреждением здоровья в результате получения профессионального заболевания. В обоснование своих требований указал на то, что с 29 июля 2010 год по 15 февраля 2015 год работал в Обществе с ограниченной ответственностью «Шахтоуправление «Садкинское». Был уволен в связи с признанием полностью нетрудоспособным в соответствии с медицинским заключением, пункт 5 статьи 83 Трудового кодекса Российской Федерации.

В результате воздействия неблагоприятных производственных факторов при работе по профессии «Проходчик» у истца возникло профессиональное заболевание -«<данные изъяты>».

Дата установления диагноза профессионального заболевания - 15 мая 2015 года. Дата установления утраты (снижения) профессиональной трудоспособности - 10 июня 2015 года. В результате полученного профессионального заболевания истцу в настоящее время установлено 50% утраты профессиональной трудоспособности.

Кроме того, в результате воздействия неблагоприятных производственных факторов при работе по профессии проходчик у него возникло профессиональное заболевание «<данные изъяты>».

Дата установления диагноза профессионального заболевания - 02.12.2015 года, что подтверждается Актом о случае профессионального заболевания от 23.12.2015 г.

В результате полученного профессионального заболевания истцу установлено 10% утраты профессиональной трудоспособности (Справка МСЭ-2011 №0080162).

С целью возмещения морального вреда, связанного с утратой профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания, истец обратился к ответчику с письменным заявлением о выплате единовременной компенсации из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности, согласно гарантии предоставленной пунктом 5.4. Федерального Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на период с 2013 по 2016 годы.

В счет возмещения морального вреда на основании изданного ответчиком Приказа №968 от 19 декабря 2016 года, было назначено к выплате единовременное пособие в сумме 67320 рублей 59 копейки. Данная выплата была произведена ответчиком в счет возмещения вреда, в связи с профессиональны заболеванием, возникшим 02.12.2015 г. - «<данные изъяты>».

В выплате, в счет возмещения вреда, в связи с профессиональны заболеванием, возникшим 02.04.2015 г. - «<данные изъяты>», истцу было отказано, о чем свидетельствует письмо ответчика исх.№ от 03.02.2017 г., в котором ответчик ссылается на то, что нормами Федерального Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на период с 2013 по 2016 годы и Коллективным договором общества не предусмотрена «повторная выплата компенсации морального вреда при ухудшении состояния здоровья работника и увеличения процента утраты профтрудоспособности в дальнейшем».

Истец полагает действия ответчика незаконными, нарушающими его права, поскольку речь идёт об абсолютно разных профессиональных заболеваниях, возникших по вине работодателя, полагая, что эти денежные средства хоть в какой-то степени компенсируют физические и нравственные страдания, которые истец испытывает в связи с полученным профессиональным заболеванием. Просил суд взыскать с ответчика в связи с получением 02.04.2015 г. профессионального заболевания, а также третьей группы инвалидности, компенсацию морального вреда в сумме 800000 рублей и рассмотреть дело без его участия.

Представители ответчика ФИО1 и ФИО2 исковые требования признали частично, пояснив, что ФИО3 работал в ООО «Шахтоуправление «Садкинское» с 29.07.2010 года по профессии - проходчик участка подготовительных работ (УПР-1). 15.02.2015 года был уволен в связи с признанием полностью нетрудоспособным в соответствии с медицинским заключением, пункт 5 статьи 83 Трудового Кодекса Российской Федерации.

15.05.2015 года, актом о случае профессионального заболевания, ФИО3 установлено профессиональное заболевание «<данные изъяты>», возникшее в результате воздействия неблагоприятных производственных факторов при работе по профессии «проходчик».

В результате профессионального заболевания «<данные изъяты>», ФИО3 установлено 50% утраты профессиональной трудоспособности, что подтверждается справкой МСЭ-2011 №0080161 от 14.06.2016г.

23.12.2015 года, актом о случае профессионального заболевания, ФИО3 установлено профессиональное заболевание «<данные изъяты>», возникшее в результате воздействия неблагоприятных производственных факторов при работе по профессии «проходчик».

В результате профессионального заболевания «<данные изъяты>.» ФИО3 установлено 10% утраты профессиональной трудоспособности, что подтверждается справкой МСЭ-2011 № 0080162 от 14.06.2016г.

С целью возмещения морального вреда, связанного с утратой профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания, установленного актом о случае профессионального заболевания от 23.12.2015г., Истец обратился на предприятие с письменным заявлением (вх.№389 от 16.12.2016г.) о выплате единовременной компенсации из расчета не менее 20 % среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности, согласно гарантии предоставленной п.5.4. Федерального Отраслевого Соглашения по угольной промышленности.

ООО «Шахтоуправление «Садкинское».

В соответствии с п. 5.4. Федерального Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2013-2016гг. и Федеральным законом от 24.07.1998 г. № 125 «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессионатьных заболеваний» (с изменениями от 22 декабря 2005 г.), на основании письменного заявления ФИО3 предприятие произвело расчет и начисление единовременной компенсации в сумме 67 320 руб. 59 коп., в счет возмещения вреда причиненного вследствие профессионального заболевания, на основании приказа № 968 от 19.12.2016г.

В феврале 2017 года ФИО3 представил письменное заявление (вх.№22 от 02.02.2017г.) о выплате единовременной компенсации из расчета не менее 20 % среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности, согласно гарантии предоставленной п.5.4. Федерального Отраслевого Соглашения по угольной промышленности по профессиональному заболеванию, установленному актом о случае профессионального заболевания от 15.05.2015г.

В удовлетворении заявления от 02.02.2017 года ФИО3 было отказано, в связи с тем, что выплата единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда в связи с утратой профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания в соответствии с Федеральным Отраслевым Соглашением п.5.4. и Коллективным договором п.8.2. выплачивается один раз, при установлении утраты профессиональной трудоспособности впервые.

Однако, в ходе изучения данного вопроса и судебной практики по данному вопросу, была установлена правомерность требований ФИО3 о выплате единовременной компенсации из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности, согласно гарантии предоставленной п.5.4. Федерального Отраслевого Соглашения по угольной промышленности по второму профессиональному заболеванию, установленному актом о случае профессионального заболевания от 15.05.2015г.

Согласно ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами.

В силу ст.237 ТК Российской Федерации при возникновении спора размер компенсации морального вреда определяется судом.

Статья 151 ГК РФ предусматривает возможность выплаты гражданину, которому причинен моральный вред, денежной компенсации на основании судебного решения. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя или иные заслуживающие внимание обстоятельства.

ООО «Шахтоуправление «Садкинское» согласно выплатить ФИО3 единовременную компенсацию в счет возмещения морального вреда в связи с утратой профессиональной трудоспособности вследствие второго профессионального заболевания, установленного актом о случае профессионального заболевания от 15.05.2015г. (50% утраты профессиональной трудоспособности).

Тем не менее, ООО «Шахтоуправление «Садкинское» считает, что исковые требования истца в сумме 800000 рублей являются завышенными, не соответствующими требованиям разумности и справедливости и в полном объеме не признает.

ООО «Шахтоуправление «Садкинское» считает компенсацию вреда причинённого вследствие профессионального заболевания в размере 465009,96 руб., рассчитанную в соответствии с п. 5.4 Федерального Отраслевого Соглашения на 2013-2016годы и п.8.2.Коллективного договора согласно представленного расчета, соответствующей требованиям разумности и справедливости.

Более того, исходя из вышеуказанного, доводы истца о том, что ООО «Шахтоуправление «Садкинское» намеренно произвело выплату компенсации по меньшей степени утраты профессиональной трудоспособности для своей материальной выгоды необоснованны, т.к. истец лично подал в ООО «Шахтоуправление «Садкинское» письменное заявление о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в первую очередь по 10% (16.12.2016г.), а уже после оплаты 10% в ООО «Шахтоуправление «Садкинское» от истца поступило заявление о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием по 50% (02.02.2017г.).

Суд, выслушав пояснения представителей ответчика, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии с частью 3 статьи 1099 ГК РФ моральный вред имеет самостоятельное значение и подлежит возмещению независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных убытков.

В соответствии с Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» и на основании статей 12, 151, 1099, 1100, 1101 Гражданского кодекса РФ истец, как лицо, получившее профессиональное заболевание, имеет право на возмещение морального вреда, что является одним из способов защиты нарушенных гражданских прав.

В соответствии со статьёй 151 Гражданского Кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со статьёй 1083 Гражданского Кодекса РФ при причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В соответствии со статьёй 1101 Гражданского Кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме; размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий; при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости; характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.); моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи.. . невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы,.. . физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» установлению подлежат следующие обстоятельства: чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

В соответствии со статьей 1 «Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан» (утв. Верховным Советом РФ 22 июля 1993 года № 5487-1, ред. от 28 сентября 2010 года) повреждением здоровья признается утрата человеком полного физического или психического благополучия.

В соответствии со статьёй 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Факт того, что профессиональное заболевание было получено истцом в результате работы в ООО «Шахтоуправление «Садкинское», подтвержден надлежащим доказательством, а именно - Актом о случае профессионального заболевания от «15» мая 2015 года.

Данным Актом расследования установлено, что непосредственной причиной возникновения заболевания явилось несовершенство технологического процесса, физические перегрузки (тяжесть трудового процесса), одномоментное поднятие тяжестей 30 кг, суммарно за смену 435 кг.

Согласно Акту расследования вина истца в получении профессионального заболевания отсутствует (как в форме умысла, так и в форме неосторожности).

Следовательно, условия труда истца не соответствовали нормам, установленным статьей 9 Федерального закона от 19 апреля 1991 года №1034-1 «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» (в редакции от 02 июня 1993 № 5076-1), в соответствии с которыми обязанностью предприятия является обеспечение и соблюдение действующего санитарного законодательства и установленных санитарных правил, осуществление производственного контроля за выполнением санитарных правил, разработка и проведение гигиенических и противоэпидемических мероприятий, направленных на предупреждение и ликвидацию загрязнения окружающей среды, оздоровление условий труда.

В соответствии со статьей 2 Трудового кодекса РФ одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений, является обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены.

В соответствии со статьей 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Из вышеизложенного следует, что ответчиком не было обеспечено право истца на безопасные условия труда, в результате чего у истца возникло профессиональное заболевание и какое-либо возложение ответственности за неблагоприятные условия труда на истца будет противоречить действующему законодательству РФ и имеющимся материалам дела, которыми вины истца не установлено.

Полученным профессиональным заболеванием истцу были причинены значительные физические и нравственные страдания.

В связи с полученным профессиональным заболеванием истец испытывает целый комплекс нравственных и физических страданий, выражающихся в постоянном ощущении острой боли в шее и плечевом поясе, сильной головной боли, головокружений, плохого сна, а также боли в плече и руке. Истец не может продолжать вести активную общественную жизнь, должен регулярно принимать медикаментозное лечение, стал чаще болеть и находиться на стационарном и амбулаторном лечении, что негативно отражается на его душевном и физическом состоянии. Приобретенное профессиональное заболевание отрицательно сказалось на привычном укладе жизни его семьи. Истец лишен возможности вести активный образ жизни, занятием физкультурой и спортом, опасаясь за свое здоровье, вынужден постоянно проходить лечение, быть ограниченным в быту, труде и общению с людьми. Все эти негативные переживания сопровождаются стрессом, чувством тревоги, нервным напряжением, беспокойством и опасением, обусловленные негативной перспективой в будущем, чувством страха, вызванным испытываемой физической болью, чувством горя, связанным с утратой здоровья, а также чувством неудовлетворенности, вызванным ухудшением материального положения. Все перечисленное приводит к нравственным страданиям, неполноценности и чувству вины перед семьей.

Трудовая деятельность истца была связана с тяжёлой и опасной для здоровья работой, при этом работодатель, владелец источника повышенной опасности, не принял мер по обеспечению надлежащих условий труда, надлежащей охраны труда, которая снижала бы уровень профессиональных заболеваний.

Как следует из материалов дела, истец ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ рождения в период работы на предприятии ответчика в качестве проходчика с полным рабочим днем под землей повредил здоровье вследствие профессионального заболевания. При освидетельствовании медико-социальной экспертизой истцу в связи с профессиональным заболеванием выявленным 2.04.2015года установлено 50% утраты профессиональной трудоспособности с 10.06.2015 года по 01.07.2016 года согласно Акту о случае профессионального заболевания от 15.05.2015г. (л.д. 18-21), основание- акт освидетельствования №1623 ФГУ МСЭ, бюро МСЭ №19 от 10.06.2015 г. (л.д. 22,23).

Согласно положениям п. 1 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

При этом, как указано в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Согласно ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами.

В силу ст.237 ТК Российской Федерации при возникновении спора размер компенсации морального вреда определяется судом.

Суд соглашается с доводами ответчика и находит правомерными требования ФИО3 о выплате единовременной компенсации из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности, согласно гарантии предоставленной п.5.4. Федерального Отраслевого Соглашения по угольной промышленности на 2013-2016годы по профессиональному заболеванию, установленному актом о случае профессионального заболевания от 15.05.2015г., при утрате профессиональной трудоспособности 50%.

Суд считает компенсацию морального вреда в размере 465009,96 руб., рассчитанную в соответствии с п. 5.4 Федерального Отраслевого Соглашения и п.8.2.Коллективного договора согласно представленного расчета ООО «Шахтоуправление «Садкинское», соответствующей требованиям разумности и справедливости.

Требования истца о взыскании 800000рублей, в части, превышающей данный расчет, суд находит не обоснованными не подлежащими удовлетворению на том основании, что имеется вступившее в законную силу решение Белокалитвинского городского суда от 01.12.2015года по иску ФИО3 к ООО ШУ «Садкинское» о компенсации морального вреда в связи с повреждением здоровья в результате профессионального заболевания, в соответствии с которым: в пользу ФИО3 с ответчика взыскана компенсация морального вреда в размере 300000рублей за причинение вреда здоровью с установлением истцу 50% утраты профессиональной трудоспособности по нормам ГК РФ.

Судом расчет компенсации морального вреда причинённого вследствие профессионального заболевания в размере 465009,96 рублей проверен, признан законным и обоснованным.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ с ответчика, в доход государства подлежит взысканию государственная пошлина в размере 7850руб, округленно, от уплаты которой был освобождён истец при подаче иска в суд.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 103, 192-199 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ООО «Шахтоуправление «Садкинское» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 465009,96 рублей, рассчитанную в соответствии с п. 5.4 Федерального Отраслевого Соглашения на 2013-2016годы и п.8.2.Коллективного договора по профессиональному заболеванию, установленному актом о случае профессионального заболевания от 15.05.2015г. с утратой профессиональной трудоспособности 50%, а также государственную пошлину в доход государства в размере 7850руб., округленно.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Ростовского областного суда через Белокалитвинский городской суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение изготовлено 09.03.2017 года.

Судья подпись Н.Д.Матвеева