Апелляционное постановление № 22-39/2020 22-7650/2019 от 13 января 2020 г. по делу № 1-383/2019

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

14 января 2020 года г. Уфа

Верховный Суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Янгубаева З.Ф.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Янгировой Л.И.

с участием прокурора Теняевой Е.А.,

осужденного ФИО1 в режиме видеоконференц-связи,

адвоката Назарова А.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и адвоката Назарова А.В., а также представлению (включая дополнение) государственного обвинителя Ханнанова Р.Ф. на приговор Октябрьского городского суда Республики Башкортостан от 5 ноября 2019 года, по которому

ФИО1, дата года рождения, судимый:

...

осужден по ст. 264.1 УК РФ к 1 году лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года.

На основании ч. 5 ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров по правилам ч. 4 ст. 69 УК РФ к назначенному дополнительному виду наказания частично присоединена неотбытая часть дополнительного вида наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, назначенного по приговору от дата, и окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 1 год с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1 изменена на заключение под стражу, и он взят под стражу в зале суда.

Срок наказания исчислен с момента вступления приговора в законную силу.

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в срок отбывания наказания зачтено время содержания ФИО1 под стражей с 5 ноября 2019 года по день вступления приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Решен вопрос о вещественных доказательствах.

Изложив содержание обжалуемого приговора и существо апелляционных жалоб и представления, выслушав выступления осужденного ФИО1 и адвоката Назарова А.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Теняевой Е.А. в поддержку доводов представления (включая дополнение), суд

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 признан виновным и осужден за управление автомобилем в состоянии опьянения, будучи подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения, а также имея судимость за совершение преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ.

Преступление совершено дата в адрес при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО2 вину признал полностью.

В апелляционной жалобе адвокат Назаров А.В. в защиту интересов осужденного ФИО2 просит приговор отменить и с учетом совокупности смягчающих обстоятельств вынести новое решение. Не соглашаясь с приговором, считает его незаконным и необоснованным. Утверждает, что в материалах дела должны содержаться рапорт сотрудника ГИБДД М.А. от дата с подробным изложением обстоятельств остановки транспортного средства и данных, указывающих на нахождение водителя ФИО2 в состоянии опьянения, протокол об отстранении от управления транспортным средством и акт освидетельствования на состояние опьянения от дата с приобщением к нему бумажного носителя с записью результатов освидетельствования. Перед освидетельствованием сотрудник ГИБДД М.А. не информировал свидетельствуемого ФИО2 о порядке освидетельствования с применением технического средства измерения, целостности клейма государственного поверителя, наличии свидетельства о поверке или записи о поверке в паспорте технического средства измерения, а также не были разъяснены его подзащитному права и обязанности, и существо проводимого административного действия, что подтверждается объяснениями понятых. Далее, автор жалобы, сославшись на п. 9 постановления Правительства Российской Федерации от дата №... и материалы дела, указывает, что сотрудником ГИБДД М.А. был составлен единый рапорт, в котором им были отражены обстоятельства остановки транспортного средства, фиксации состояния опьянения, выявления признаков преступления. Как следует из данного рапорта, к нему М.А. приложил оригиналы протоколов об административном правонарушении адрес от дата, об отстранении от управления транспортным средством адрес от дата, о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения адрес от дата, акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения адрес от дата, бумажного носителя с записью результатов исследования прибора «Алкотектор» №..., свидетельства о поверке №..., а также копии объяснений понятых В.А., Р.Р. и привлекаемого лица М.Н. В то же время, как утверждает адвокат, копии этих объяснений к материалам уголовного дела приобщены не были, в связи с чем не понятно, на каком основании и почему они находятся в уголовном деле. Полагает, что при отсутствии сведений, указывающих на факт управления транспортным средством именно ФИО2, принятие решения о возбуждении уголовного дела по ст. 264.1 УК РФ было поспешным, поскольку в данном случае по материалу проверки должно было приниматься решение об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с необходимостью истребования материалов ДТП от дата, а уже после этого приниматься решение о возбуждении уголовного дела. Поводом и основанием для возбуждения уголовного дела в данном случае должно было являться наличие таких обстоятельств как отобрание объяснения от собственника транспортного средства, которым управлял ФИО2, попавший в ДТП, а также установление данного лица, что дознавателем сделано не было. Утверждает, что сотрудник ГИБДД М.А. в своем рапорте от дата умышленно не указал, что водитель ФИО2 не был остановлен возле адрес, а, прибыв на место ДТП вместе с инспектором Н, они пытались установить лицо, управлявшее автомобилем. При его допросе дата в качестве свидетеля он также говорил, что ФИО2 им был остановлен на адрес напротив адрес. В то же время допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля М.А. суду показал, что дата по факту ДТП на перекрестке адрес и адрес он совместно с инспектором Н выехали на место, где были установлены обстоятельства произошедшего и участники ДТП. Между тем указанные противоречия не были устранены, в том числе путем оглашения показаний ФИО2 в судебном заседании, кроме того, судом не был направлен запрос в ГИБДД по факту ДТП с участием водителя ФИО2, имевшего место дата, также не был допрошен в качестве свидетеля инспектор Н. Кроме того, в деле отсутствуют копии материалов ДТП и документов по факту получения ФИО2 в результате столкновения телесных повреждений в виде раны губы и кровоподтеков на лице, на что в ходе судебного заседания от дата было указано ФИО2. С учетом вышеизложенного, адвокат считает, что после проведения доследственной проверки с учетом отсутствия в материалах достаточных доказательств, указывающих на то, что транспортным средством управлял именно ФИО2, дознаватель Я не могла вынести постановление о возбуждении уголовного дела. В нарушение закона дознаватель Я после возбуждения уголовного дела у сотрудника ГИБДД ФИО14 произвела выемку документов административного производства в отношении ФИО2, составленных не им и уже фактически переданных в установленном порядке дознавателю еще сотрудником ГИБДД М.А.. После чего она произвела их осмотр и приняла решение о признании этих документов вещественными доказательствами и приобщении их к уголовному делу. Полагает, что данные документы не обладают признаками вещественных доказательств, а выступают в качестве иных документов в соответствии со ст. 84 УПК РФ. Отмечает, что дата дознаватель Я, не допросив в качестве подозреваемого ФИО2, допросила в качестве свидетеля инспектора по ИАЗ ОГИБДД ОМВД России по адрес РБ. Более того, в этот же день с ... часов она же допросила в качестве свидетеля ФИО14, после чего в 14.35 часов вынесла постановление о производстве выемки у последнего документов и составила протокол выемки с указанием времени (выемка начата ..., окончена ...). Однако данная ошибка (описка) судом не была устранена, а именно свидетелю ФИО14 относительно допущенной ошибки вопросы не задавались, понятые и дознаватель Я в суд не были вызваны. В этой связи протокол выемки от дата допустимым доказательством не может быть признан, в связи с чем он должен быть исключен из числа доказательств. Следовательно, как считает адвокат, все последующие следственные действия, в частности, протокол осмотра документов от дата и постановление о признании предметов (документов) вещественными доказательствами от дата являются недопустимыми доказательствами. Хотя уголовное дело в отношении его подзащитного по ст.264.1 УК РФ было возбуждено дата, дознавателем для проведения следственных действий с подозреваемым ФИО2 в порядке ст. 51 УПК РФ вынесено постановление о предоставлении последнему защитника по назначению, которое датировано дата. Между тем данная ошибка (описка) также судом не была устранена, а именно адвокат Ю и дознаватель Я для устранения противоречий в судебное заседание не были вызваны. Тем самым, как полагает адвокат, при наличии в уголовном деле таких существенных противоречий все последующие действия могут быть признаны незаконными, а составленные документы, в частности, протоколы разъяснения прав подозреваемому ФИО2, допроса подозреваемого от дата, постановление об избрании меры пресечения от дата, подписка о невыезде и надлежащем поведении от дата могут быть признаны недопустимыми доказательствами. Утверждает, что в ходе проведения дознания не был допрошен в качестве свидетеля понятой Р.Р. К материалам уголовного дела приобщен только рапорт врио начальника ОГИБДД ОМВД России по адрес Ф об исполнении поручения без указания даты его составления. В то же время в нем имеется информация об отце Р.Р., который не был опрошен по данному вопросу. Ни по месту учебы, ни по месту нахождения второго понятого о его допросе никакого поручения дознавателем Я в адрес не было направлено. Таким образом, как считает адвокат, в уголовном деле отсутствуют достаточные доказательства, указывающие на факт присутствия и участия во время составления административного материала второго понятого, что в силу положений Постановления Правительства РФ от дата №... является одним из основных условий при составлении материалов административного дела. В то же время дознавателем это положено в основу возбуждения уголовного дела и предъявления обвинения ФИО2 по ст. 264.1 УК РФ. Полагает, что одно лишь признание вины в инкриминируемом преступлении не может являться достаточным основанием для признания М.Н. виновным и привлечения его к уголовной ответственности. Отмечает, что в ходе дознания ФИО2 было сообщено, что он женат и имеет на иждивении двоих несовершеннолетних детей: трех и восьми лет, следовательно, единственным доходом семьи являлся заработок ФИО2. Вместе с тем, вопреки интересам семьи, судом необоснованно принято решение об изоляции ФИО2 от общества. Кроме того, на иждивении его подзащитного находилась его бабушка Ф.Н., дата года рождения, имеющая серьезные хронические заболевания, за которой ФИО2 осуществлял уход, что подтверждается справкой УПФ РФ по адрес. Более того, мать осужденного - Г.Р. фактически также находилась на его иждивении, так как является пенсионером по старости уже с 2014 года, за которой он осуществлял уход. Утверждает, что при назначении наказания судом не были учтены требования закона о том, что если наряду с обстоятельствами, указанными в части 1 статьи 62 УК РФ, суд установит наличие смягчающих обстоятельств, наказание должно назначаться с учетом всех смягчающих обстоятельств. Полагает, что имелись основания для применения положений ст. ст. 64 и 73 УК РФ. Суду следовало принять во внимание то, что ФИО2, как человек семейный, очень дружно живет со своей семьей. Череда смертей близких ему людей в семье заставила его преступить закон, а именно смерть его родного брата И.А. в ... году, дедушки А.К. в ..., отца Н.А. в .... Утверждает, что на сегодняшний день его подзащитный является единственным трудоспособным мужчиной-кормильцем, который помогает содержать свою семью. В этой связи полагает, что назначенное судом наказание в виде лишения свободы приведет к серьезному ущемлению прав его семьи и окажет негативное влияние на условие жизни семьи. С учетом наличия противоречий в материалах уголовного дела, которые в силу принципа презумпции невиновности трактуются в пользу лица, привлекаемого к уголовной ответственности, а также признания ФИО2 своей вины, раскаяния в содеянном, совокупности вышеперечисленных смягчающих обстоятельств, считает, что судом принято заведомо незаконное и необоснованное решение, которое подлежит отмене.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2, не соглашаясь с приговором, указывает, что суд не в полной мере учел смягчающие обстоятельства, вследствие чего назначил ему суровое наказание.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Ханнанов Р.Ф. предлагает приговор изменить ввиду неправильного применения уголовного закона, назначенное по ст. 264.1 УК РФ дополнительное наказание снизить до 2 лет 10 месяцев лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на основании ч.5 ст.70 УК РФ с применением правил ч.4 ст.69 УК РФ окончательно назначить дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года. Указывает, что за совершенное преступление ФИО2 назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 3 года. При назначении наказания ФИО2 судом применены положения ч.5 ст.70 УК РФ и ч.4 ст.69 УК РФ при сложении дополнительного наказания. В соответствии с ч.5 ст.70 УК РФ присоединение дополнительных видов наказаний при назначении наказания по совокупности приговоров производится по правилам, предусмотренным ч.4 ст.69 УК РФ. В соответствии с ч.4 ст.69 УК РФ при совокупности преступлений к основным видам наказаний могут быть присоединены дополнительные виды наказаний. Окончательное дополнительное наказание при частичном или полном сложении наказаний не может превышать максимального срока или размера, предусмотренного для данного вида наказания общей частью УК РФ. Между тем судом при сложении дополнительных наказаний окончательно ФИО2 назначено 3 года лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами. Таким образом, как полагает государственный обвинитель, применяя частичное сложение, суд фактически наказания не сложил. При указанных обстоятельствах, по мнению автора представления, приговор суда нельзя признать законным и обоснованным, в связи с чем он подлежит изменению.

В дополнении к апелляционному представлению государственный обвинитель предлагает приговор изменить ввиду того, что суд неправильно определил ФИО2 вид исправительного учреждения, и назначить ему отбывание лишения свободы в колонии-поселении.

Заслушав участников процесса, проверив материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб и представления (включая дополнение), суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Содержащиеся в приговоре выводы суда о виновности ФИО2 в совершенном им преступлении являются обоснованными и мотивированными, они подтверждены достаточной совокупностью исследованных и оцененных доказательств, при указанных обстоятельствах доводы адвоката об отсутствии достаточных доказательств в подтверждение виновности осужденного в совершенном преступлении, являются несостоятельными.

Представленные сторонами в судебное разбирательство доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы судом, правильно оценены в соответствии с положениями ст.ст. 87, 88 и 307 УПК РФ.

Суд, оценив все имеющиеся материалы дела и доказательства в их совокупности, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, правильно признал доказательствами виновности ФИО2 его собственные показания в судебном заседании о том, что дата он, употребив 2 бутылки пива, двигался по адрес, где, не справившись с рулевым управлением, задел попутный автомобиль, у него была разбита губа, пройти освидетельствование не мог, поэтому отказался как от освидетельствования на месте, так и в наркологическом диспансере, понятые присутствовали, давления по поводу отказа от освидетельствования не было; показания свидетеля ФИО14 в судебном заседании о том, что в соответствии с его должностными обязанностями материалы передаются ему для проверки, он установил, что ФИО2 уже привлекался к ответственности, в связи с чем направил запросы для получения решения, затем дело об административном правонарушении было прекращено и материал был направлен в отдел дознания; свидетеля М.А. в судебном заседании о том, что дата с инспектором ДПС Н был в отделе полиции, в это время из дежурной части поступило сообщение о ДТП на перекрестке адрес и адрес, они выехали туда, на месте они увидели автомобили «...» и «...», установили водителей, у водителя автомобиля «...» выяснили обстоятельства происшествия, вторым водителем был ФИО2, от которого шел запах алкоголя, его отстранили от управления транспортным средством, от освидетельствования и медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ФИО2 отказался, у него была разбита губа, речь была невнятной, при совершении процессуальных действий присутствовали двое понятых, один из которых в последующем изменил место жительства и проживает где-то в адрес; свидетеля В.А. в судебном заседании о том, что дата он с другом ехал по адрес, на перекрестке с адрес их остановили сотрудники ГИБДД, его пригласили быть понятым, был также второй понятой, на перекрестке было ДТП между автомобилем «...» и еще каким-то автомобилем, водителя автомобиля «Нива» отстранили от управления, предложили пройти освидетельствование алкотектором, но он отказался, тогда ему предложили проехать в наркологию, от которого он тоже отказался, у этого водителя была разбита губа и он не мог говорить, от него шел запах алкоголя, причину отказа от освидетельствования водитель не пояснял, давление с целью отказа от освидетельствования ему не оказывалось, составлялись документы, в которых он расписался.

Эти показания судом обоснованно признаны достоверными, поскольку они стабильны, подробны, последовательны, логичны, названные показания согласуются с объективными доказательствами по делу, каковыми являются данные, зафиксированные в протоколах об отстранении от управления транспортным средством, о направлении на медицинское освидетельствование, об административных правонарушениях, выемки, в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, в постановлении от дата, в приговоре и.о. мирового судьи судебного участка №... по адрес РБ от дата, и в других, указанных в приговоре доказательствах.

Таким образом, на основании совокупности исследованных доказательств, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности виновности ФИО2 в управлении автомобилем в состоянии опьянения, будучи подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения, а также имея судимость за совершение преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ.

Вопреки доводам жалобы адвоката, все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, в том числе виновность в совершении преступления, форма вины и мотивы, судом установлены с приведением в приговоре обоснований принятого решения, оснований не соглашаться с которыми суд апелляционной инстанции не усматривает.

Исходя из материалов дела и протокола судебного заседания, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что судебное следствие по делу проведено объективно, полно и всесторонне.

Судом были созданы все необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и реализации, предоставленных им прав, все заявленные ходатайства были рассмотрены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, по ним приняты обоснованные и мотивированные решения, права и законные интересы участников уголовного судопроизводства, в том числе и подсудимого ФИО2, не были стеснены или нарушены.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, в материалах дела содержатся все необходимые документы, подтверждающие факт управления ФИО2 автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, в том числе рапорт инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по адрес М.А. об обнаружении признаков преступления, протокол об отстранении от управления транспортным средством, акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. ФИО2 были разъяснены его права, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ, и ст. 25.1 КоАП РФ, что подтверждается протоколом об административном правонарушении от дата (...).

Постановление о возбуждении уголовного дела от дата соответствует требованиям УПК РФ.

Как усматривается из данного постановления поводом и основанием для возбуждения уголовного дела послужили сообщение о преступлении в виде рапорта инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по адрес М.А. об обнаружении признаков преступления и материалы проверки, что, вопреки доводам жалобы адвоката, не противоречит ст. 140 УПК РФ.

В приговоре как доказательство виновности осужденного судом приведены показания свидетеля М.А. в судебном заседании, которые полностью согласуются с показаниями осужденного ФИО2, данными им в ходе судебного разбирательства, и иными приведенными в приговоре доказательствами. Как следует из протокола судебного заседания, данные показания указанного свидетеля никем не оспаривались, в том числе стороной защиты. Поэтому суд обоснованно признал их достоверными и положил в основу приговора.

С учетом того, что у суда не вызывало сомнений достоверность этих показаний, не было необходимости в устранении имеющихся несущественных противоречий в показаниях свидетеля Мирибян, которые не могли повлиять на законность принятого решения.

Вопреки доводам адвоката, в истребовании материалов ДТП и документов по факту получения ФИО2 в результате столкновения телесных повреждений, а также в допросе в качестве свидетеля инспектора ФИО3 также не было необходимости, поскольку в материалах уголовного дела содержатся достаточно доказательств в подтверждение виновности ФИО2 в совершенном преступлении.

Довод адвоката о том, что поскольку выемка и осмотр документов административного производства в отношении ФИО2 была произведена после возбуждения уголовного дела, они не могут быть вещественными доказательствами, а являются иными доказательствами, обоснованным не может быть признан, так как основан на неправильном понимании закона.

Вопреки доводам апелляционной жалобы адвоката, ошибочное указание времени в протоколе выемки от дата не может повлечь за собой признание данного процессуального документа, в том числе протокола осмотра документов, постановления о признании предметов (документов) вещественными доказательствами, недопустимыми доказательствами.

Неправильное указание даты вынесения постановления о назначении подозреваемому ФИО2 защитника также не может являться основанием для признания протоколов разъяснения прав подозреваемому ФИО2, допроса подозреваемого, постановления об избрании меры пресечения, подписки о невыезде и надлежащем поведении, недопустимыми доказательствами.

Тот факт, что по делу не был допрошен в качестве свидетеля понятой Р.Р., на законность и обоснованность принятого решения не влияет, поскольку материалы дела располагают достаточными доказательствами о виновности осужденного.

Обоснованно придя к выводу о доказанности виновности ФИО2 в совершении преступления, за которое он осужден, суд назначил ему наказание в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 60 УК РФ, с учётом характера и степени общественной опасности содеянного, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, данных о личности виновного, а также смягчающих наказание обстоятельств, каковыми судом признаны чистосердечное раскаяние, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, наличие двоих малолетних детей.

Вопреки доводам адвоката, в материалах дела отсутствуют объективные данные в подтверждение того, что мать осужденного находилась на его иждивении.

С учетом отсутствия обстоятельств, отягчающих наказание, и наличия смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд правильно применил при назначении наказания ч.1 ст.62 УК РФ.

Назначение осужденному основного наказания в виде реального лишения свободы и окончательного дополнительного наказания со ссылкой на ч. 5 ст. 70 и ч. 4 ст. 69 УК РФ в приговоре надлежаще мотивировано.

Суд обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ и ст.ст. 64, 73 УК РФ, с чем полностью согласен суд апелляционной инстанции, следовательно, оснований для применения ст.ст. 64, 73 УК РФ, о чем просит в своей жалобе защитник, не имеется.

Вместе с тем приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

В суд апелляционной инстанции стороной защиты представлены выписной эпикриз из истории болезни №... от дата, согласно которому Ф.Н. (...) имеет ряд заболеваний, в том числе тяжелое, ксерокопия паспорта на имя ФИО4, дата года рождения, проживающей по адресу: РБ, адрес, а также ксерокопия справки, выданной УПФР в адрес РБ, согласно которой ФИО1 состоит на учете в ГУ-УПФ РФ в адрес РБ и ему установлена выплата неработающим трудоспособным лицам, осуществляющим уход, в размере ... рублей. С учетом наличия в деле вышеупомянутых документов суд апелляционной инстанции полагает, что заслуживает внимания довод адвоката об осуществлении осужденным ухода за тяжелобольной бабушкой Ф.Н.

Кроме того, в материалах дела имеются характеристики на осужденного ФИО2, согласно которым он характеризуется положительно как по месту жительства, так и по месту работы (...). Между тем этим характеристикам суд никакой оценки не дал, оставив их тем самым без внимания.

Также в суд апелляционной инстанции стороной защиты был представлен медицинский документ о наличии заболевания у малолетнего сына осужденного.

Согласно материалам дела, в том числе протоколу судебного заседания и приговора, как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании ФИО2 свою вину признал полностью, что судом также не было учтено.

С учетом вышеизложенного суд апелляционной инстанции считает необходимым признать эти обстоятельства смягчающими наказание, что влечет за собой смягчение наказания.

В соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ с указанием мотивов принятого решения суд назначил ФИО2 отбывание лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Вместе с тем с учетом полного признания ФИО2 своей вины и раскаяния в содеянном, а также то, что ранее он не отбывал лишение свободы, суд апелляционной инстанции не может согласиться с приведенной судом мотивировкой и полагает ее неубедительной, а назначенный вид исправительного учреждения несправедливым, в связи с чем считает необходимым назначить ему отбывание лишения свободы в колонии-поселении.

На основании п. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО2 под стражей с 5 ноября 2019 года до вступления приговора в законную силу 14 января 2020 года подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день за два дня отбывания наказания в колонии-поселении, с учетом положений, предусмотренных ч. 3.3 ст. 72 УК РФ.

В остальном судебное разбирательство по уголовному делу проведено полно и объективно. Приговор постановлен в соответствии с требованиями ст.ст. 297, 307-309 УПК РФ, иных нарушений норм уголовного, уголовно-процессуального законов, влекущих изменение либо отмену приговора, не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 38913, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Октябрьского городского суда Республики Башкортостан от 5 ноября 2019 года в отношении ФИО1 изменить:

- признать смягчающими наказание обстоятельствами осуществление ухода за тяжелобольной бабушкой, положительные характеристики, полное признание вины, наличие заболевания у малолетнего сына Артема;

- смягчить назначенное по ст.264.1 УК РФ основное наказание до 8 месяцев лишения свободы, дополнительное наказание – до 2 лет лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

На основании ч. 5 ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров по правилам ч. 4 ст. 69 УК РФ к дополнительному наказанию, назначенному по данному приговору, частично присоединить неотбытую часть дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, назначенного по приговору от дата, и ФИО1 назначить окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 8 месяцев с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года, чем частично удовлетворить апелляционные жалобы и представление.

На основании п. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей с 5 ноября 2019 года до вступления приговора в законную силу 14 января 2020 года зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за два дня отбывания наказания в колонии-поселении, с учетом положений, предусмотренных ч. 3.3 ст. 72 УК РФ.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий:

...

...