Апелляционное определение № 33-1889/2026 от 2 марта 2026 г.

В О Р О Н Е Ж С К И Й О Б Л А С Т Н О Й С У Д

Дело №33-1889/2026

Строка № 2.219 г

УИД 36RS0022-01-2025-000141-82


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Воронеж 03 марта 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Воронежского областного суда в составе:

председательствующего: Копылова В.В.,

судей: Ваулина А.Б., Зелепукина А.В.,

при секретаре: Еремишине А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Зелепукина А.В. гражданское дело № 2-560/2025 Новоусманского районного суда Воронежской области по иску ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Воронежской области о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате необоснованного уголовного преследования, судебных расходов

по апелляционной жалобе Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Воронежской области и по апелляционной жалобе УМВД России по Липецкой области на решение Новоусманского районного суда Воронежской области от 11.09.2025

(судья Нестерова М.Н.),

У С Т А Н О В И Л А :

ФИО2 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Воронежской области о взыскании морального вреда, причиненного в результате необоснованного уголовного преследования в размере 500 000 рублей.

Требования мотивированы тем, что 25.03.2023 в отношении него СО ОМВД «Становлянский» возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п. «г» ч.3 ст.158 УК РФ. 10.10.2023 и 17.10.2023 ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

После предварительного расследования 20.10.2023 данное уголовное дело направлено прокурору Становлянского района.

31.10.2023 после утверждения обвинительного заключения уголовное дело направлено в Становлянский районный суд для рассмотрения по существу.

16.04.2024 уголовное дело возвращено прокурору Становлянского района по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

28.08.2024 ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.330 УК РФ.

29.11.2024 уголовное дело прекращено по основаниям, предусмотренным п. 2 ч. 1 ст.24 УПК РФ.

На основании ст. 134 УПК РФ за ним было признано право на реабилитацию, которая включает, в том числе, компенсацию морального вреда.

В связи с незаконным уголовным преследованием ему причинены физические и нравственные страдания, сумма морального вреда складывается исходя из следующего:

- незаконное и необоснованное обвинение в совершении 2-х преступлений, которые он не совершал, одно из которых является тяжким;

- повторный в его жизни случай, когда его незаконно и необоснованно привлекли к уголовной ответственности;

- он является пенсионером МВД, всю жизнь был законопослушным гражданином и требовал от других строгого соблюдения закона;

- его обвиняли в совершении преступлений в Становлянском районе Липецкой области, где он длительное время работал в Становлянском РОВД, имеет много сослуживцев и знакомых;

- длительностью уголовного судопроизводства,

- состоянием его здоровья - он является инвалидом 3 группы;

- дальним расстоянием производства предварительного расследования и судебного заседания от места его жительства.

Решением Новоусманского районного суда Воронежской области от 11.09.2025

исковые требования ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Воронежской области о возмещении морального вреда, причиненного в результате необоснованного уголовного преследования, судебных расходов удовлетворено частично; взыскано с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны России в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, компенсацию морального вреда, причиненного в результате необоснованного уголовного преследования, в размере 400 000 (четыреста тысяч) рублей 00 копеек, судебные расходы в размере 10 000 рублей, а всего 410 000 (четыреста десять тысяч) рублей; в остальной части исковых требований - отказано (л.д. 143а, 143-150).

В апелляционной жалобе руководитель Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Воронежской области ФИО6 просит изменить решение Новоусманского районного суда Воронежской области от 11.09.2025 в части определения размера компенсации морального вреда, снизив сумму взыскания (л.д. 160, 169, 154-158, 202-206).

В апелляционной жалобе представитель УМВД России по Липецкой области ФИО7 просит решение Новоусманского районного суда Воронежской области от 11.09.2025 отменить и отказать в удовлетворении исковых требований (л.д. 192-197).

В судебном заседании представитель Министерства финансов Российской Федерации и Управления Федерального казначейства по Воронежской области по доверенности ФИО8 доводы апелляционной жалобы поддержала.

Другие лица, участвующие в деле, в судебную коллегию по гражданским делам Воронежского областного суда не явились, о месте и времени слушания дела в апелляционной инстанции были извещены надлежащим образом, о причинах неявки судебной коллегии не сообщили, об отложении судебного заседания не просили.

При таких обстоятельствах судебная коллегия, руководствуясь положениями части 1 статьи 327 и части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов гражданского дела, в производстве ОМВД России по Становлянскому району находилось уголовное дело №, возбужденное 25.03.2023 по п. «г» ч.3 ст.158 УК РФ по следующему факту: в период с 13.08.2022 по 05.11.2022 неустановленное лицо, имея доступ к банковской карте ФИО1, тайно, из корыстных побуждений, с лицевого счета ПАО «Сбербанк» №, открытого на имя ФИО1, похитило принадлежащие последнему денежные средства в сумме 242 000 рублей, причинив тем самым ему ущерб на указанную выше сумму, которая для последнего является значительной.

25.05.2023 старшим следователем СО ОМВД России по Становлянскому району ФИО9 принято решение о приостановлении предварительного следствия по данному уголовному делу по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ, то есть в связи с не установлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

25.06.2023 руководителем следственного органа - начальником СО ОМВД России по Становлянскому району ФИО10 постановление о приостановлении предварительного следствия отменено, предварительное следствие по уголовному делу № возобновлено и установлен дополнительный срок предварительного следствия в 01 месяц 00 суток, то есть до 25.08.2023.

В последующем срок предварительного следствия неоднократно продлевался, крайний раз срок предварительного следствия руководителем следственного органа - заместителем начальника СУ УМВД России по Липецкой области ФИО11 продлен на один месяц, а всего до 6 месяцев 00 суток, то есть до 25.10.2023.

06.10.2023 в качестве подозреваемого допрошен ФИО2, которому в этот же день избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

10.10.2023 и 17.10.2023 ФИО2 было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст.158 УК РФ, а именно в совершении следующего преступления: ФИО2 в период времени примерно с 06 часов 48 минут 16.08.2022 по 11 часов 10 минут 20.08.2022, имея единый умысел на тайное хищение денежных средств с банковского счета умершего ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, тайно, из корыстных побуждений похитил с его банковского счета №, открытого 12.08.2015 в отделении дополнительного офиса № Сбербанка по адресу: <адрес> на имя ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, денежные средства на общую сумму 212 000 рублей, принадлежащие последнему, используя его банковскую карту, находящуюся у ФИО2 на сохранении. Действия квалифицированы органом следствия как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная с причинением значительного ущерба гражданину, с банковского счета. Данное преступление относится к категории тяжких преступлений.

Согласно материалам дела 17.10.2023 предварительное следствие окончено, 20.10.2023 данное уголовное дело в порядке ст. 220 УПК РФ направлено в прокуратуру Становлянского района Липецкой области для принятия решения в соответствии со ст. 221 УПК РФ.

31.10.2023 заместителем прокурора Становлянского района Липецкой области ФИО12 утверждено обвинительное заключением и уголовное дело направлено в Становлянский районный суд Липецкой области, для рассмотрения по существу.

09.11.2023 по данному уголовному делу Становлянским районным судом Липецкой области назначено судебное заседание в общем порядке судебного разбирательства.

В период с 09.11.2023 по 17.04.2024 проводилось судебное разбирательство, в ходе судебного следствия проводились в том числе допросы подсудимого, свидетелей по делу, судебные заседания имели место 22.11.2023, 28.11.2023, 27.12.2023, 07.02.2024, 16.04.2024.

17.04.2024 оглашено постановление суда, согласно которому уголовное дело

№ (в период следствия номер дела №) Становлянским районным судом Липецкой области возвращено прокурору Становлянского района Липецкой области на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, по следующим основаниям: предварительным следствием в установленном законом порядке не было получено достоверных и допустимых по уголовному делу доказательств о фактическом размере понесённых ФИО2 трат на похороны ФИО1 и в ходе судебного следствия таковых также не было представлено государственным обвинителем, не заявлявшим ходатайств, направленных на их истребование, а также ввиду безусловной юридической значимости указанных сведений для дела. Суд пришел к выводу о невозможности самостоятельного устранения допущенного в ходе предварительного следствия указанного нарушения, препятствующего рассмотрению уголовного дела и принятию решения по существу предъявленного ФИО2 обвинения. В связи с тем, что указанное существенное нарушение закона, допущенное в досудебной стадии, является препятствием к рассмотрению уголовного дела, которое не может быть устранено судом самостоятельно, суд принимает решение об удовлетворении ходатайства государственного обвинителя и возвращении уголовного дела прокурору для устранения выявленного нарушения. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена ФИО2 без изменения.

16.05.2024 уголовное дело из прокуратуры Становлянского района Липецкой области направлено в СО ОМВД России по Становлянскому району.

24.05.2024 уголовное дело № поступило в ОМВД России по Становлянскому району и в этот же день руководителем следственного органа - врио начальника СО ОМВД России по Становлянскому району ФИО9 предварительное следствие по уголовному делу возобновлено, уставлен дополнительный срок следствия - 1 месяц 00 суток.

20.06.2024 руководителем следственного органа - начальником СУ УМВД России по Липецкой области полковником юстиции ФИО13 срок предварительного следствия продлен на 1 месяц 05 суток, а всего до 8 месяцев 00 суток, то есть до 29.07.2024.

25.07.2024 руководителем следственного органа - начальником СУ УМВД России по Липецкой области полковником юстиции ФИО13 срок предварительного следствия продлен на 1 месяц 00 суток, а всего до 9 месяцев 00 суток, то есть до 29.08.2024.

28.08.2024 ФИО2 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ, а именно в том, что он в период времени примерно с 16.08.2022 по 20.08.2022, имея доступ к банковскому счету умершего ДД.ММ.ГГГГ

ФИО1, самовольно, вопреки установленному законом порядку с его банковского счета №, открытого 12.08.2015 в отделении дополнительного офиса № Сбербанка по адресу: <адрес>,

<адрес>, на имя ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обналичил, не имея на то законных оснований, денежные средства на общую сумму 212 000 рублей, принадлежащие последнему, используя его банковскую карту, находящуюся у ФИО2 на сохранении. Действия квалифицированы органом следствия как самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом порядку или иным нормативным правовым актом порядку, совершение каких-либо действий, правомерность которых оспаривается гражданином, с причинением существенного вреда. Данное преступление относится к категории небольшой тяжести.

29.08.2024 руководителем следственного органа - начальником СУ УМВД России по Липецкой области полковником юстиции ФИО13 срок предварительного следствия продлен на 1 месяц 00 суток, а всего до 10 месяцев 00 суток, то есть до 29.09.2024.

17.09.2024 руководителем следственного органа - начальником СУ УМВД России по Липецкой области полковником юстиции ФИО13 срок предварительного следствия продлен на 1 месяц 00 суток, а всего до 11 месяцев 00 суток, то есть до 29.10.2024. 24.10.2024 руководителем следственного органа - начальником СУ УМВД России по Липецкой области полковником юстиции ФИО13 срок предварительного следствия продлен на 1 месяц 00 суток, а всего до 12 месяцев 00 суток, то есть до 29.11.2024.

В ходе дальнейшего расследования следствие пришло к выводу, что ФИО2 при совершении описываемого деяния, преступного умысла на совершение какого-либо преступления не имел, корыстный мотив в его действиях по обналичиванию с банковского счета ФИО1 денежных средств отсутствовал ввиду того, что обналиченные денежные средства ФИО2 частично израсходовал на оплату ритуальных услуг, связанных с организацией похорон и последующем благоустройства места захоронения ФИО1, о чем еще при жизни последний просил своего племянника ФИО2 Также при жизни ФИО1 - ФИО2 многократно пользовался банковской картой ФИО1, оплачивая коммунальные услуги и приобретая продукты питания последнему по его же просьбе.

На момент обналичивания денежных средств с банковской карты ФИО1, ФИО2 не мог предвидеть сумму предстоящих трат, по этой причине снял все денежные средства, находящиеся на счете, имея намерения осуществить волеизъявление ФИО1, высказанное им при жизни и достойно его похоронить.

Кроме того, в действиях ФИО2 по обналичиванию денежных средств с банковской карты ФИО1 отсутствует квалифицирующий признак состава преступления - «тайность», так как указанные действия по обналичиванию денежных средств с карты умершего ФИО1, производились ФИО2 с ведома общих с ФИО1 родственников, корыстных целей изначально и впоследствии он не преследовал, завладеть чужими деньгами он цели в личных целях не имел, а не истраченные на ритуальные услуги денежные средства хранил, выдав их добровольно в ходе предварительного следствия. Таким образом, следствие пришло к выводу, что в действиях ФИО2 на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ отсутствует состав данного преступления.

29.11.2024 постановлением следователя СГ ОМВД России по Становлянскому району прекращено уголовное дело № в отношении обвиняемого ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ, проживающего по адресу: <адрес>, ранее не судимого, по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ - отсутствие в деянии состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ.

Мера пресечения - подписка о невыезде и надлежащем поведении, избранная обвиняемому ФИО2, отменена. Признано в соответствии со ст. 134 УПК РФ за ФИО2 право на реабилитацию, разъяснен ему порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

В рассматриваемом случае истцом ФИО2 ставится вопрос о взыскании компенсации морального вреда в размере 500 000 руб., в связи с незаконностью его уголовного преследования, причинением нравственных и физических страданий.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В силу ст. 133 УПК РФ, право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Согласно п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование, в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

Согласно ч. 3 ст. 133 УПК РФ право на возмещение вреда в порядке, установленном настоящей главой, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу.

В ч. 4 ст. 133 УПК РФ устанавливается исчерпывающий перечень случаев, на которые закрепленные в ней правила не распространяются, а именно когда примененные в отношении лица меры процессуального принуждения или постановленный обвинительный приговор отменены или изменены ввиду издания акта об амнистии, истечения сроков давности, не достижения возраста, с которого наступает уголовная ответственность, или в отношении несовершеннолетнего, который хотя и достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, предусмотренного уголовным законом, или принятия закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния, за исключением случаев вынесения судом постановления, предусмотренного пунктом 1 части третьей статьи 125.1 настоящего Кодекса.

В иных случаях вопросы, связанные с возмещением вреда, разрешаются в порядке гражданского судопроизводства (ч. 5 ст. 133 УПК РФ), и в том же порядке, согласно ч. 2 ст. 136 УПК РФ, подлежат разрешению иски о компенсации в денежном выражении за причиненный реабилитированному моральный вред.

Данному регулированию корреспондируют нормы п. 1 ст. 1070 и ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как предусмотрено п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В силу ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Согласно ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33 от 15 ноября 2022 г. «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Как разъяснено в п. 27, п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33 от 15 ноября 2022 г. «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага. Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Согласно п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации

№ 33 от 15 ноября 2022 г. «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» предусмотрено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 37, п. 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33 от 15 ноября 2022 г. «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом. На основании части первой статьи 151 ГК РФ суд вправе удовлетворить требование о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления, должностных лиц этих органов, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага. Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм статьи 1069 и пункта 2 статьи 1099 ГК РФ, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит. Вместе с тем моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан. Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33 от 15 ноября 2022 г. «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать, в том числе, длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (пункт 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Согласно заключению осмотра невролога от 01.09.2023 истцу установлен диагноз: болезнь Паркинсона, смешанная форма, III ст. тяжести, рекомендовано лечение. Первые симптомы стали отмечаться с 2016 года, к неврологу истец обратился в 2017 году.

Согласно выписке из амбулаторной карты № ФИО2 находился на амбулаторном приеме в неврологическом отделении 03.12.2024 в БУЗ ВО ВОКБ №1, ему установлен диагноз: <данные изъяты> наблюдаются умеренные акинетические проявления, постуральные нарушения, церебрастенический синдром, моторные флуктуации: отсроченное «включение». Рекомендовано лечение.

Согласно справкам от 12.01.2023 (содержащейся в материалах уголовного дела), от 28.03.2024 и от 06.05.2025 ФИО2 установлена инвалидность третьей группы по общему заболеванию на срок с 01.12.2022 по 01.05.2026.

Из справки №, выданной зам. начальником ОПО ЦФО УМФД России по Липецкой области, следует, что бывший помощник начальника отдела - оперативный дежурный дежурной части ОВД по Становлянскому району Липецкой области майор милиции ФИО2 является пенсионером МВД, уволен «по сокращению штатов» на основании Приказа УМВД России по Липецкой области № л/с от 29 августа 2011 г., получает пенсию за выслугу лет.

Из копии представленной трудовой книжки истца следует, что истец проходил службу в органах внутренних дел, срок службы в календарном исчислении составляет 15 лет 2 месяца 19 дней.

Согласно представленному удостоверению № ФИО2 является пенсионером МВД с ДД.ММ.ГГГГ (майор милиции в отставке).

Согласно представленной суду копии приговора Становлянского районного суда Липецкой области от 19.07.2004 по делу № ранее истец привлекался к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 286 УК РФ и был оправдан судом в связи с непричастностью к совершению преступления.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Следовательно, если суд придет к выводу о необходимости присуждения денежной компенсации, то ее сумма должна быть адекватной и реальной. В противном случае присуждение чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы означало бы игнорирование требований закона и приводило бы к отрицательному результату, создавая у потерпевшего впечатление пренебрежительного отношения к его правам.

Таким образом, по смыслу приведенного выше правового регулирования размер компенсации морального вреда определяется, исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени, понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела, разрешение такого вопроса не предполагает произвольного усмотрения суда.

Разумные и справедливые пределы компенсации морального вреда являются оценочной категорией, четкие критерии его определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных же обстоятельств дела. При определении размера компенсации морального вреда действует принцип свободного усмотрения суда, основанного на индивидуальных обстоятельствах каждого дела и характере спорных правоотношений.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец ссылался на незаконное уголовное преследование, которое привело к нарушению личных неимущественных прав, что причинило ему нравственные страдания, в том числе ввиду длительности уголовного преследования, состояния здоровья истца, испытавшего нравственные страдания на фоне имевшегося у него заболевания центральной нервной системы. Также ФИО2 является пенсионером МВД, ранее являлся сотрудником ОМВД по Становлянскому району Липецкой области.

Разрешая спор, установив незаконное уголовное преследование, учитывая продолжительность незаконного уголовного преследования, принятие в отношении истца меры пресечения, ограничивающей свободу передвижения (в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении), учитывая, что ФИО2 на протяжении длительного времени был вынужден представлять доказательства своей позиции, тратить время на свою защиту, которое он мог уделить своей трудовой деятельности, при этом орган следствия, куда неоднократно необходимо было являться для проведения следственных и процессуальных действий, располагался в отдаленности от его места жительства, суд первой инстанции пришел к верному выводу об обоснованности требований истца о взыскании компенсации морального вреда.

Необоснованно предъявленное ФИО2 обвинение, незаконное уголовное преследование привело к нарушению личных неимущественных прав истца (право на честь и доброе имя, право на свободу и личную неприкосновенность, право на свободу передвижения, право на достоинство личности, право на уважение родственных и семейных связей), что причинило ему нравственные страдания.

Между указанными незаконными действиями, повлекшими нарушение личных неимущественных прав истца, и наступившими негативными последствиями в виде причинения морального вреда, нравственных страданий имеется причинная связь.

Суд первой инстанции при разрешении вопроса принимал во внимание фактические обстоятельства дела, длительность и конкретные обстоятельства уголовного преследования, тяжесть преступления, по которому предъявлено обвинение истцу (первоначально предъявлено обвинение в совершении тяжкого преступления, в последующем – в совершении преступления небольшой тяжести), избрание в отношении истца меры пресечения, ее характер, тяжесть причиненных истцу нравственных страданий, степень и характер таких страданий, с учетом состояния здоровья истца и его индивидуальных особенностей личности, а также длительный период предварительного следствия, в течение которого ФИО2 осознавал, что его безосновательно подозревают, а затем и обвиняют в совершении преступления, что не могло не породить у истца недоверия, страха, ощущения унижения и несправедливости, которые оказали негативное влияние на эмоциональную сферу человека и его самочувствие, применение к истцу в течение длительного времени меры пресечения, когда в отношении истца проводились следственные действия, в которых он вынужден был отстаивать свою невиновность, неоднократно допрашивался, поэтому находился в психотравмирующей ситуации, испытывая беспокойство и волнение.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что в рассматриваемом случае нравственные страдания истца выразились в нарушении его душевного спокойствия (чувства стыда, разочарования, ощущения потери уважения к нему ввиду выдвинутых в отношении него подозрений и обвинений со стороны окружающих лиц, в том числе бывших сотрудников по месту его прежней службы в Становлянском РОВД, осведомленных о привлечении его к участию в производстве по уголовному делу в качестве подозреваемого и обвиняемого), при этом нравственные страдания истец испытывал в условиях наличия у него неудовлетворительного состояния здоровья и индивидуальных особенностей его личности, возникших на фоне прогрессирующего хронического неврологического заболевания, которым он страдает длительное время (задолго до момента начала уголовного преследования), что обострило восприятие им неблагоприятной для него ситуации, связанной с незаконным уголовным преследованием по уголовному делу, которое не только длительно расследовалось, но также прошло стадию судебного разбирательства, возврата дела прокурору, после чего продолжилось предварительное следствие, а также ввиду повторного привлечения к уголовной ответственности истца в условиях сохранившихся у него воспоминаний о ранее пережитых страданиях по поводу незаконного привлечения к уголовного ответственности. Негативные эмоции истца обострились также чувством несправедливости ввиду выдвинутых в отношении него подозрений и обвинений в совершении преступления, которые правоохранительные органы связывали с причинением вреда его родственникам, в то время как он испытывал переживания в связи с утратой своего родственника, по просьбе которого после смерти последнего предпринял меры для реализации воли умершего, и не имел намерений причинения вреда своим родственникам.

С учетом изложенного выше, руководствуясь статьей 151, пунктом 1 статьи 1070, пунктом 1 статьи 1099, статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса, разъяснениями, содержащимися в пунктах 2, 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», действующего в период рассмотрения дела, в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г.

№ 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», определяя размер компенсации морального вреда ФИО2, учитывая продолжительность незаконного уголовного преследования, степень и характер нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями истца, а также категорию преступления, в совершении которого он обвинялся, характера и степени понесенных истцом физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями, возрастом, в соответствии с требованиями о разумности и справедливости, суд первой инстанции взыскал в пользу ФИО2 с Минфина России за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 400 000 рублей, что отвечает принципу адекватного и эффективного устранения нарушений прав истца.

Судебная коллегия не может согласиться с правильностью определенного ко взысканию размера компенсации морального вреда.

Так, при определении размер компенсации морального вреда, причиненного

ФИО2 как лицу, подвергнутому незаконному уголовному преследованию, в сумме 400000 руб., судом первой инстанции принимались во внимание обстоятельства общего характера, которые учитываются при определении размера компенсации морального вреда: тяжесть инкриминируемых ФИО2 преступлений, длительность его уголовного преследования и продолжительность применения в отношении его меры пресечения в виде подписки о невыезде, процессуальный статус истца, обстоятельства, связанные с его личностью, а также предоставленные ФИО2 сведения, касающиеся его уголовного преследования и причиненного ему вследствие этого вреда, однако не приведено каких-либо доказательств, свидетельствующих о степени и характере перенесенных истцом в связи с этими обстоятельствами физических и нравственных страданий, не указано, каким образом перечисленные истцом обстоятельства повлияли на размер компенсации морального вреда, взысканной с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу истца.

При этом судом первой инстанции также не было учтено то обстоятельство, что в период уголовного производства в отношении ФИО2 не избиралась мера пресечения, связанная с лишением свободы в виде содержания под стражей, в период следствия истец в учреждениях содержания подозреваемых и обвиняемых не пребывал, то есть не был ограничен в каких-либо правах и свободах, в том числе на передвижение.

Кроме того, уголовное преследование ФИО2 прекращено на стадии предварительного расследования, без рассмотрения материалов уголовного дела в суде с принятием окончательного судебного постановления.

Исходя из цели присуждения компенсации морального вреда реабилитированному гражданину размер этой компенсации должен быть индивидуализирован, то есть определен судом применительно к личности реабилитированного гражданина, к понесенным именно им нравственным и (или) физическим страданиям в результате незаконного уголовного преследования, с учетом длительности и обстоятельств уголовного преследования, тяжести инкриминируемого ему преступления, избранной в отношении его меры процессуального принуждения, причины избрания такой меры и иных обстоятельств, сопряженных с фактом возбуждения в отношении гражданина уголовного дела.

Вместе с тем компенсация морального вреда должна быть адекватной обстоятельствам причинения морального вреда лицу, подвергнутому незаконному уголовному преследованию, и должна обеспечить баланс частных и публичных интересов, с тем чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, поскольку казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Таким образом, решение Новоусманского районного суда Воронежской области от 11.09.2025 принято с нарушением требований норм материального права, в связи с чем, в соответствии с требованиями ст. 328 ГПК РФ подлежит изменению в части установленного судом размера компенсации морального вреда.

С учетом изложенного, принимая во внимание указанные выше обстоятельства и правовые позиции Верховного Суда РФ, требования разумности и справедливости судебная коллегия считает взысканную судом первой инстанции сумму компенсации морального вреда завышенной, в связи с чем, с целью обеспечения баланса частных и публичных интересов, считает необходимым изменить решение Новоусманского районного суда Воронежской области от 11.09.2025, снизив размер взысканной компенсации морального вреда до 200000 руб.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

ФИО2 оплатил расходы по оплате юридических услуг за составление искового заявления в размере 10 000 рублей по квитанции Первой коллегии адвокатов г. Ельца

№ от 16.01.2025, что подтверждено квитанцией № от 16.01.2025.

Согласно пунктов 11, 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Понятие разумности пределов и учета конкретных обстоятельств дела следует соотносить с объектами судебной защиты. При определении суммы расходов на оказание юридической помощи, судом учитывается характер спора, его сложность, длительность рассмотрения дела, количество судебных заседаний, реально оказанный объем юридической помощи.

С учетом изложенного, принимая во внимание категорию настоящего спора, уровень его сложности, объем оказанной юридической помощи, исходя из разумности размера подлежащих отнесению на ответчика судебных расходов, суд обоснованно взыскал в пользу истца за подготовку искового заявления 10 000 рублей.

Руководствуясь статьями 328-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А :

решение Новоусманского районного суда Воронежской области от 11.09.2025 о взыскании компенсации морального вреда изменить в части размера взысканной компенсации морального вреда, снизив её размер до 200000 руб.

В остальной части решение Новоусманского районного суда Воронежской области от 11.09.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу УМВД России по Липецкой области - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение в окончательной форме составлено 05.03.2026.

Председательствующий:

Судьи коллегии: