Решение № 2-1150/2017 2-1150/2017~М-972/2017 М-972/2017 от 8 ноября 2017 г. по делу № 2-1150/2017

Дело № 2-1150/2017


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

09 ноября 2017 года г. Норильск

Норильский городской суд в районе Талнах Красноярского края в составе председательствующего - судьи Ивановой Т.В.,

при секретаре Муратовой Э.Ф.,

с участием прокурора Черновой Л.Н.,

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

представителя третьего лица ФИО4

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Заполярная строительная компания» о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате профессионального заболевания,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском, в котором просит довзыскать с ООО «Заполярная строительная компания» (далее – ООО «ЗСК) компенсацию морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате профессионального заболевания в размере 1 000 000 рублей, а также судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 10 000 рублей, мотивируя следующим.

С 26 января 1996 года по 22 сентября 2014 года истец работал машинистом буровой установки в различных структурных подразделений НГМК им. А.П. Завенягина, реорганизованного впоследствии в ОАО «ГМК «Норильский никель», затем, продолжив работу по вышеуказанной профессии, в порядке перевода перешел в ООО «Норильскгеология», где проработал с 18 марта 2007 года по 22 сентября 2014 года; с 24 сентября 2014 года по вышеуказанной профессии работал в ООО «ЗСК», откуда 28 октября 2015 года уволен по пункту 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ, в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением.

Согласно протоколу ВК ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана» от 27 апреля 2015 года № истцу установлено профессиональное заболевание - <данные изъяты>.

В соответствии с Актом о случае профессионального заболевания от 15 июня 2015 года причиной выявленного у него вышеуказанного профессионального заболевания явилось длительное воздействие на организм вредных производственных факторов, превышающих предельно-допустимые уровни, за период работы машинистом буровой установки - эквивалентного корректированного уровня локальной вибрации (по виброускорении, дБ) при работе на перфораторе и отбойном молотке с превышением ПДУ на 7 дБ; - эквивалентного корректированного уровня общей вибрации (по виброускорении, дБ) при бурении скважин с превышением ПДУ на 1-6 дБ (58 % рабочего времени) (п. 18). Субъектом допустившим нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, указан ответчик ООО «ЗСК» (п. 21), так как не были созданы надлежащие безопасные условия труда, его вины в выявленном профессиональном заболевании не установлено (п.19).

Согласно заключению ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю» от 22 июля 2015 года истцу впервые была установлена потеря профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты> % и определена <данные изъяты> группа инвалидности на срок один год. Заключением ФКУ «ГБ МСЭ по Красноярскому краю» от 06 июня 2016 года повторно установлена потеря профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты> % и третья группа инвалидности на срок один год. 01 августа 2017 года повторно установлена потеря профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты> % и установлена третья группа инвалидности бессрочно.

Указанное профессиональное заболевание негативно сказалось на выявленных у истца сопутствующих заболеваниях - <данные изъяты>.

В результате того, что на его организм в процессе выполнения им работы воздействовали вредные производственные факторы, учитывая тяжесть трудового процесса, данные обстоятельства привели к соответствующему профессиональному заболеванию, соответственно по вине ответчика причинен моральный вред в виде физически и нравственных страданий.

Так, на протяжении длительного времени, более 10 лет (с 2007 года впервые обратился в медучреждение по поводу болей <данные изъяты> Физические страдания обусловлены клиническими проявлениями установленного ему профессионального заболевания в виде <данные изъяты>. Боль возникает при движении, подъеме тяжести, сидении в глубоком кресле, длительном пребывании в одной позе. Боль возникает также в <данные изъяты> Также испытывает душевные переживания негативного характера в виду того, что, имея неотягощенную наследственность и ведя здоровый образ жизни, не может вести активный образ жизни - заниматься спортом, охотой, ходить в тундру, так как это связано с физическим напряжением, которое ему по медицинским показаниям запрещено. Поскольку боли в руках, то домашней работой может заниматься непродолжительное время и без особых нагрузок. Возникают трудности при поездке в отпуск, так как не может поднимать тяжелые сумки; не может ходить по магазинам за продуктами, хотя раньше это было его обязанностью, поэтому вся тяжелая домашняя работа ложится на плечи жены. Все это заставляет его чувствовать себя неполноценным человеком даже в обычной повседневной жизни, так как вышеуказанное профессиональное заболевание отразилось негативным образом на всех сторонах его жизни, причиняя сильные душевные страдания негативного характера.

Ответчиком ему возмещена в качестве денежной компенсации морального вреда определенная денежная сумма.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал, по приведенным в исковом заявлении основаниям, просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1 000000 рублей и расходы на оплату юридических услуг, указав, что у него ухудшилось состояние здоровья, что связано с профессиональным заболеванием, испытывает физические и нравственные страдания, не работает. Полагал, что выплаченной ответчиком суммы недостаточно для компенсации его страданий.

Представитель истца ФИО1 – ФИО2, действующая на основании нотариальной доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>, заявленные истцом требования поддержала по изложенным в иске основаниям, также пояснила, что, выплаченная ответчиком истцу сумма явно не соразмерна причиненному вреду, не учитывает его индивидуальные особенности. У Фролова возникают постоянные боли, он испытывает физические и нравственные страдания, регулярно обращается к врачам, его здоровье не улучшилось, лечение носит непродолжительный эффект, наблюдается отрицательная динамика, ему приходится постоянно принимать лекарственные средства. Истец оценил причиненный ему моральный вред именно в сумме 1000 000 рублей, поскольку добросовестно выполнял свои должностные обязанности, нареканий и замечаний со стороны руководства не имел, данная сумма соответствует заработной плате работников в условиях Крайнего Севера всего за два года, а истец, в свою очередь, лишен возможности заработка в связи с имеющимся профессиональным заболеванием.

Представитель ответчика ООО «ЗСК» - ФИО3, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ №, в судебном заседании с исковыми требованиями истца не согласилась, поддержала представленные письменные возражения, также пояснила, что истец проработал в ООО «ЗСК» 1 год и 1 месяц, с учетом больничных и отпусков фактически 8 месяцев. 12 января 2016 года с истцом было заключено соглашение о компенсации морального вреда, по которому выплачена компенсация морального вреда в размере 186000 рублей, разногласия по поводу размера компенсации отсутствовал. При заключении Соглашения ответчик учел все индивидуальные особенности истца, его возраст, стаж работы, процент утраты профессиональной трудоспособности, <данные изъяты> %, характер профессионального заболевания. Полагала, что ООО «ЗСК» обязательства по компенсации причиненного истцу морального вреда исполнены в полном объеме. При наличии подписанного между сторонами соглашения о компенсации морального вреда основания для повторного взыскания компенсации морального вреда отсутствуют. Учитывая, что ООО «ЗСК» компенсировало истцу моральный вред, считала заявленные истцом требования носящие повторный характер и удовлетворению не подлежащими. Заявленный размер 1000000 рублей полагала неразумным и чрезмерно завышенным. Указала, что факт установления истцу утраты профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты> % не означает, что он не может продолжать дальнейшую трудовую деятельность, поэтому отсутствует причинение моральных страданий в связи с невозможностью дальнейшего осуществления истцом трудовой деятельности. Поэтому выплаченная истцу денежная компенсация морального вреда в размере 186000 рублей является достаточной компенсацией причиненного морального вреда. Расходы на оплату юридических услуг в размере 10000 рублей считала чрезмерно завышенными, не соответствующими степени сложности дела, количеству затрачиваемого времени, необходимого для участия в судебных заседаниях делу. По указанным основаниям просила в удовлетворении исковых требований отказать.

Представитель третьего лица ПАО «ГМК «Норильский никель» - ФИО4, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании поддержала представленный отзыв, согласно которому истец с 01 декабря 1999 года по 17 марта 2007 года состоял в трудовых отношениях с ПАО «ГМК «Норильский никель», исполнял трудовые обязанности машиниста буровой установки подземного участка буровых работ рудника «Таймырский» ПО «Норильскгеология». Диагноз профессионального заболевания установлен истцу в период его работы у ответчика, когда истец уже не являлся работником Компании. У истца профессиональное заболевание было установлено впервые, ранее не имелось. При поступлении на работу истец не имел медицинских противопоказаний, препятствующих выполнению трудовых обязанностей по профессии машиниста буровой установки. В период работы истца в Компании диагноз «профессиональное заболевание» ему не устанавливался. Доказательства приобретения профессионального заболевания истцом в период его работы в Компании отсутствуют.

Представитель третьего лица ГУ – Красноярского регионального отделения Фонда социального страхования РФ в лице филиала № 14, в судебное заседание не явился, просил о рассмотрении дела без участия представителя третьего лица, представив отзыв, согласно которому ФИО1 является получателем обеспечения по страхованию в связи с профессиональным заболеванием на производстве с 20 июля 2015 года и по настоящее время. Приказом от 30 июля 2015 года № ФИО1 назначена единовременная выплата в размере <данные изъяты> и приказом от 30 июля 2015 года № назначена ежемесячная страховая выплата в размере <данные изъяты>, которая в дальнейшем проиндексирована.

Выслушав истца ФИО1 и его представителя ФИО2, представителя ответчика ФИО3, представителя третьего лица ФИО4, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства, заслушав заключение прокурора Черновой Л.Н., полагавшей исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.

Конституция РФ гарантирует в Российской Федерации охрану труда и здоровья людей. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (статья 37 Конституции РФ).

Согласно п. 6 ст. 8, ст. 12 Гражданского кодекса РФ гражданские права и обязанности возникают вследствие причинения вреда другому лицу. Защита гражданских прав осуществляется, наряду с другими способами, в том числе и путем компенсации морального вреда.

В силу ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, вред, причиненный личности, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

На основании ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса РФ (ст. 1099 ГК РФ).

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (ст. 1101 ГК РФ).

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Из содержания ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», следует, что профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

В соответствии с п. 3 ст. 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно пункту 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 марта 2011 года № 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО1 05 апреля 1991 года был принят учеником проходчика 1 разряда с полным рабочим днем под землей на горно-капитальный участок № 3 шахтопроходческого управления № 3 треста «Норильскшахтстрой» производственного строительно-монтажного объединения «Норильскстрой» Норильского горно-металлургического комбината им. А.П. Завенягина. С 26 апреля 1991 года - переведен учеником проходчика 1 разряда с полным рабочим днем под землей на горно-капитальный участок № 3 шахтостроительного управления № 5 этого же треста. 15 августа 1991 года присвоен пятый разряд проходчика. 26 апреля 1994 года уволен по ст. 31 КЗоТ РФ по собственному желанию.

18 августа 1994 года принят в Шахтопроходческое управление № 5 треста «Норильскшахтстрой» проходчиком по 5 разряду с полным рабочим днем под землей на участок № 1.

22 декабря 1994 года Норильский горно-металлургический комбинат им. А.П. Завенягина преобразован в Акционерное общество открытого типа Норильский горно-металлургический комбинат им. А.П. Завенягина.

26 января 1996 года истец переведен машинистом буровой установки 5 разряда подземного участка горно-подготовительных работ с полным рабочим днем под землей управления обеспечения горного производства. 01 августа 1996 года присвоен 6 разряд машиниста буровой установки. 30 ноября 1999 года истец уволен в порядке перевода из Управления обеспечения горного производства ОАО «Норильский горно-металлургический комбинат им. А.П. Завенягина» в ОАО «Норильская горная компания» в соответствии с п. 5 ст. 29 КЗоТ РФ и 01 декабря 1999 года принят в порядке перевода из АО «Норильский комбинат» машинистом буровой установки 6 разряда на подземный участок горно-подготовительных работ Управления обеспечения горного производства. С 01 июля 2000 года - переведен машинистом буровой установки 6 разряда подземной разведочной партии рудника «Таймырский» производственного объединения «Норильскгеология». С 18 августа 2000 года - переведен машинистом буровой установки 6 разряда подземной партии подземного участка горнопроходческих работ производственного объединения «Норильскгеология». 02 марта 2001 года ОАО «Норильская горная компания» переименовано в ОАО «ГМК «Норильский никель». С 02 мая 2006 года - переведен машинистом буровой установки (с полным рабочим днем под землей) 6 разряда подземного участка буровых работ рудника «Таймырский» Подземной партии ПО «Норильскгеология».

17 марта 2007 года уволен в порядке перевода из ПО «Норильскгеология» в ООО «Норильскеология» ЗФ ОАО «ГМК «Норильский никель» с согласия работника по п. 5 ст. 77 Трудового кодекса РФ и 18 марта 2007 года принят в порядке перевода машинистом буровой установки (с полным рабочим днем под землей) 6 разряда подземного участка буровых работ рудника «Таймырский» партии подземного бурения. 22 сентября 2014 года трудовой договор прекращен по инициативе работника, п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.

С 24 сентября 2014 года истец принят машинистом буровой установки 6 разряда с полным рабочим днем под землей на подземный специализированный участок механизации горных работ № 4 шахтостроительного специализированного управления механизации горных работ треста «Норильскшахтстрой» ООО «ЗСК», 28 октября 2015 года истец уволен из ООО «ЗСК» по п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением.

Указанные обстоятельства подтверждается копией трудовой книжки истца и не оспариваются ответчиком.

Согласно медицинскому заключению ФБУН «Федеральный научный центр гигиены им. Ф.Ф. Эрисмана» от 27 апреля 2015 года, истцу установлено профессиональное заболевание – <данные изъяты> выявлены сопутствующие заболевания. Противопоказана работа в условиях воздействия вибрации, физических нагрузок, неблагоприятного микроклимата. Рекомендовано наблюдение и лечение у врачей по месту жительства, в том числе <данные изъяты>

Актом о случае профессионального заболевания от 15 июня 2015 года установлено, что указанное заболевание, полученное истцом, является профессиональным, возникло в период осуществления им трудовой функции в ООО «ЗСК», в результате несовершенства технологических процессов, длительного стажа работы в контакте с вредными производственным фактором. Непосредственной причиной заболевания послужило длительное воздействие на работника уровней общей и локальной вибраций, превышающих допустимые значения. Лицом, допустившим нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов установлено ООО «ЗСК» <данные изъяты>

Данный акт, утвержденный главным государственным санитарным врачом по городу Норильску и Таймырскому Долгано-Ненецкому муниципальному району, в установленном законом порядке не оспорен.

С 20 июля 2015 года ФКУ «ГБ СМЭ по Красноярскому краю» Минтруда России Бюро № 41, в связи с профессиональным заболеванием, ФИО1 впервые установлена инвалидность <данные изъяты> группы до ДД.ММ.ГГГГ, с датой очередного освидетельствования ДД.ММ.ГГГГ, а также с 20 июля 2015 года до ДД.ММ.ГГГГ, в связи с профессиональным заболеванием от 27 апреля 2015 года, на основании акта о профессиональном заболевании от 15 июня 2015 года, истцу определена степень утраты профессиональной трудоспособности – <данные изъяты> % <данные изъяты>

01 августа 2016 года, в связи с профессиональным заболеванием, истцу повторно установлена инвалидность <данные изъяты> группы до 01 августа 2017 года, с датой очередного освидетельствования ДД.ММ.ГГГГ, а также с 01 августа 2016 года до ДД.ММ.ГГГГ истцу определена степень утраты профессиональной трудоспособности – <данные изъяты> % <данные изъяты>

01 августа 2017 года, в связи с профессиональным заболеванием истцу установлена инвалидность <данные изъяты> группы бессрочно, а также с 01 августа 2017 года истцу определена степень утраты профессиональной трудоспособности – <данные изъяты> % бессрочно <данные изъяты>

На основании заключения МСЭК, в соответствии с требованиями Федерального закона № 125-ФЗ, страховщиком истцу были установлены ежемесячные страховые выплаты в связи с профессиональным заболеванием, начиная с 20 июля 2015 года в размере <данные изъяты>, что подтверждается копией приказа филиала № 14 ГУ-Красноярского регионального отделения Фонда социального страхования РФ от 30 июля 2015 года №, которые в дальнейшем проиндексированы, также Приказом от 30 июля 2015 года № истцу была назначена единовременная выплата в размере <данные изъяты>

В соответствии с соглашением о порядке возмещения морального вреда от 12 января 2016 года, заключенным между ФИО1 и ООО «ЗСК», истцу была выплачена компенсация морального вреда, в связи профессиональным заболеванием, в размере 186 000 рублей.

Не согласившись с размером данной компенсации, ФИО1 обратился с иском в суд, указывая, что вследствие неправомерных действий ответчика, который не обеспечил безопасные условия труда, испытывает нравственные переживания в связи с постоянной физической болью, являющейся следствием производственного заболевания, которое также вызвало у него появление сопутствующих заболеваний, на протяжении длительного времени истец испытывает боли, которые стали носить регулярный характер, состояние его здоровья ухудшилось.

Представленными суду приведенными доказательствами подтверждается причина возникновения профессионального заболевания истца - воздействие на организм вредных производственных факторов в течение рабочей смены в период его работы в подземных условиях у ответчика, следовательно, причинение вреда здоровью истца находится в причинной связи с его трудовой деятельностью у ответчика во вредных для организма условиях.

Таким образом, установленное профессиональное заболевание истца возникло по вине работодателя – ответчика ООО «ЗСК», которая заключается в не обеспечении безопасных условий труда. Наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) работодателя и возникшим профессиональным заболеванием истца основано на представленных в материалы дела Акте о случае профессионального заболевания и документах, характеризующих вредные условия труда работника, в связи с чем, именно работодатель истца – ООО «ЗСК», должен выплатить истцу ФИО1 денежную компенсацию причиненного ему морального вреда, в связи с не обеспечением безопасных условий труда.

Доводы ответчика об отсутствии у истца оснований для заявления рассматриваемых требований в виду произведенной ему выплатой в соответствии с соглашением о порядке возмещения морального вреда, суд отклоняет, поскольку истец не согласен с размером произведенной выплаты, считая ее недостаточной и не справедливой, в силу чего, в порядке ст. 237 Трудового кодекса РФ, при возникновении спора размер компенсации морального вреда определяется судом.

Как следует из доводов истца и представленных им доказательств, ФИО1 в период работы машинистом буровой установки 6 разряда с полным рабочим днем под землей на подземном специализированном участке механизации горных работ № 4 шахтостроительного специализированного управления механизации горных работ треста «Норильскшахтстрой» ООО "ЗСК" получил профессиональное заболевание, повлекшее утрату профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты> % и инвалидность <данные изъяты> группы. Актом о случае профессионального заболевания от 15 июня 2015 года у него установлено профессиональное заболевание - <данные изъяты>.

Суд исходит из того, что профессиональное заболевание предполагает, что работник пережил моральные страдания - преждевременная потеря трудоспособности, лишение возможности участвовать в полноценной общественной жизни и другое.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьёй 237 Кодекса, компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела, с учётом объёма и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

При установленных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что ответчик должен выплатить денежную компенсацию причиненного истцу морального вреда, в связи с не обеспечением безопасных условий труда, что привело к возникновению профессионального заболевания, которое установлено в период работы истца у ответчика.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (в редакции от 06 февраля 2007 года).

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

В соответствии с частью 1 статьи 45 Трудового кодекса РФ соглашение - правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнёрства в пределах их компетенции.

В силу ч. 2 ст. 5 Трудового кодекса РФ в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.

Степень утраты работником профессиональной трудоспособности определяется в соответствии с нормативными правовыми актами РФ и субъектов РФ.

С учетом выше приведенных положений закона, при разрешении требований о взыскании компенсации морального вреда, причиненного работнику, суд вправе прийти к выводу об определении размера компенсации, отличной от условий, предусмотренных локальным актом работодателя либо соглашением.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что в связи с наличием имеющихся заболеваний, выплаченная истцу работодателем в добровольном порядке сумма компенсации морального вреда в размере 186000 рублей является недостаточной, не соответствующей тяжести заболевания и связанных с ним нравственных и физических страданий ФИО1, которые он испытывает и по настоящее время, в связи с ухудшением здоровья.

Суд считает, что истец, не смотря на выплату ему ответчиком компенсации морального среда в размере 186000 рублей на основании соглашения о порядке возмещения морального вреда, имеет право на взыскание с работодателя в судебном порядке денежной компенсации этого вреда, так как компенсация морального среда, поскольку не в полной мере учитывает индивидуальных особенностей истца как пострадавшего, в связи с чем, выплата работодателем работнику компенсации морального вреда на основании соглашения не освобождает ответчика в полной мере от обязанности компенсировать причиненный повреждением здоровья моральный вред, не препятствует работнику обратиться в суд за судебной защитой в случае его несогласия с размером указанной компенсации.

Истцом заявлен размер компенсации морального вреда в 1 000000 рублей, однако суд считает данный размер компенсации морального вреда исходя из обстоятельств, установленных в судебном заседании завышенным.

В соответствии с положениями ст. 237 Трудового кодекса РФ, ст.ст. 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, с учетом указанных выше обстоятельств, суд приходит к выводу об определении размера компенсации морального вреда в сумме 200000 рублей, исходя из объема, характера нравственных и физических страданий истца, обстоятельств причинения этого вреда, степени вины ответчика, стажа работы у ответчика, ухудшения состояния здоровья истца, но в то же время принятия ответчиком в добровольном порядке мер, связанных с выплатой истцу компенсации, требований разумности и справедливости.

Вместе с тем, суд считает, что размер компенсации морального вреда должен быть взыскан с учетом добровольно выплаченной истцу суммы работодателем в размере 186000 рублей, а, следовательно, с ООО «ЗСК» в пользу ФИО1 должно быть взыскано 14000 рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае если иск удовлетворен частично, указанные судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела относятся и расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.

На основании ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как следует из представленной квитанции к приходному кассовому ордеру от 22 сентября 2017 года, истец оплатил за составление искового заявления и представительство в суде 10000 рублей <данные изъяты>

Разумность размеров как категория оценочная определяется индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела, связанных со сложностью, характером спора и категории дела, объема выполненной работы, а также объема доказательной базы по делу и существующим в регионе размером оплаты оказания юридических услуг.

При этом понятие разумности пределов и учета конкретных обстоятельств следует соотносить с объектом судебной защиты - размер возмещения стороне расходов должен быть соотносим с объемом защищаемого права и быть меньше его объема, и уменьшение судом заявленного размера возмещения судебных расходов является одним из правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 17 июля 2007 года № 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым на реализацию требований ч.3 ст. 17 Конституции РФ, с целью установления баланса между правами лиц, участвующих в деле.

Учитывая обстоятельства гражданского дела, категорию его сложности, сложившуюся в регионе цену на оплату на рынке юридических услуг, объем и качество проведенной работы, квалификацию представителя, количество судебных заседаний по делу с участием представителя (1), исходя из принципа разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца 6 000 рублей, в качестве расходов на оплату юридических услуг и представителя.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, взысканию с ответчика ООО «ЗСК» в доход местного бюджета подлежит сумма государственной пошлины, от уплаты которой освобожден истец, по требованиям неимущественного характера в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Заполярная строительная компания» о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате профессионального заболевания, удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Заполярная строительная компания» в пользу ФИО1 14 000 рублей в счет компенсации морального вреда, 6 000 рублей в счет возмещения расходов по оплате юридических услуг, а всего взыскать 20000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований, отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Заполярная строительная компания» в доход местного бюджета муниципального образования город Норильск государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Норильский городской суд (в районе Талнах) в месячный срок со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий Т.В. Иванова

Мотивированное решение изготовлено 14 ноября 2017 года