Решение № 2-2134/2017 2-2134/2017 ~ М-1452/2017 М-1452/2017 от 15 октября 2017 г. по делу № 2-2134/2017

Дело № 2 – 2134/2017 К О П И Я


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 октября 2017 года г. Новосибирск

Калининский районный суд г. Новосибирска

в с о с т а в е:

Председательствующего судьи Авериной О.А.

С участием прокурора Маньковой Я.В.

При секретаре Гнездиловой О.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ЮЛ о взыскании компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в виде профессионального заболевания при исполнении трудовых обязанностей,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ЮЛ требуя взыскать компенсацию морального вреда в связи с причинением вреда его здоровью в результате возникновения профессионального заболевания при исполнении трудовых обязанностей в размере <данные изъяты>. и судебные расходы на оплату услуг представителя в размере <данные изъяты>. и оформление доверенности в размере <данные изъяты>.

В обоснование заявления истец указал, что профессиональное заболевание у него наступило по вине ответчика под воздействием вредных производственных факторов во время работы у ответчика, который обязан обеспечивать безопасные условия труда. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец работал в ЮЛ. В ДД.ММ.ГГГГ главным врачом Центра государственного санитарно- эпидемиологического надзора <адрес> на предприятии ответчика, где истец работал фрезеровщиком, было проведено расследование случая его профессионального заболевания. В результате расследования ДД.ММ.ГГГГ составлен и утвержден Акт о случае профессионального заболевания, устанавливающий у него профессиональное заболевание: «Двусторонняя нейросенсорная тугоухость 3ст. (выраженное снижение слуха с восприятием шепотной речи 0,2/0,2м.)». В пункте 18 данного акта установлена причина заболевания: «Длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ: производственного шума.». В пункте 19 акта от ДД.ММ.ГГГГ о случае профессионального заболевания установлено, что вины ФИО1 в профессиональном заболевании нет, а в пункте 15 указано, что у него ранее не имелось профессионального заболевания и он не направлялся в центр профессиональной патологии (к врачу-профпатологу) для установления профессионального заболевания. Таким образом, между профессиональным заболеванием и негативным воздействием на его организм вредных производственных факторов, во время работы у ответчика фрезеровщиком, имеется причинно-следственная связь. В результате наступления у него профессионального заболевания, органами МСЭ установлены 30 % утраты профессиональной трудоспособности. Ему противопоказан труд в шуме. На протяжении нескольких лет он испытывает проблемы со слухом, что заставляет его переживать за состояние своего здоровья. В связи с полученным заболеванием он испытывает неудобства в общении с людьми, чувствует себя неполноценным. Он получил заболевание и утратил трудоспособность даже не достигнув пенсионного возраста. Факт причинения ему морального вреда от профессионального заболевания, согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», предполагается, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания и судам следует установить лишь соответствующую сумму размера компенсации морального вреда. Между профессиональным заболеванием и негативным воздействием на его организм вредных производственных факторов, во время работы у ответчика, имеется причинно-следственная связь, подтверждаемая актом о случае профессионального заболевания. Ответчик не создал истцу безопасных условий труда, что явилось нарушением нематериальных прав на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности, а также повлекло за собой причинение вреда его здоровью и причинение морального вреда по вине ответчика. Кроме того, в акте о случае профессионального заболевания установлено отсутствие вины истца в заболевании и установлено отсутствие у него профессионального заболевания до работы у ответчика. Следовательно, в результате причинения вреда здоровью, ответчик причинил истцу моральный вред и обязан его возместить. Рассчитывая компенсацию морального вреда, взыскиваемого с ответчика, истец исходит из следующих критериев: физические болевые ощущения, общее ухудшение состояния здоровья; нравственные страдания (эмоциональные стрессы); тяжесть и последствия полученного профессионального заболевания, а также утрата профессиональной трудоспособности; наличие на предприятии ответчика вредных производственных факторов, в результате которых у меня развилось профессиональное заболевание; отсутствие вины в профессиональном заболевании; отсутствие профессиональных заболеваний у истца до работы у ответчика (л.д. 4-8).

Истец ФИО1 в настоящее судебное заседание не явился, о дате судебного заседания извещен надлежащим образом посредством телефонограммы (л.д. 145), доверил защиту своих интересов представителю (л.д.51-52).

Представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ сроком на 3 года (л.д. 51-52), исковые требования поддержал в полном объеме, дополнительно пояснил, что в настоящее время истцу установлена 3 группа инвалидности и 40 % утраты профессиональной трудоспособности.

Представитель ответчика ЮЛ ФИО3, действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, сроком на 1 год (л.д. 95), в судебном заседании исковые требования не признала в полном объеме, представила письменные пояснения по делу (л.д. 96-98, 103-106), дополнительно указала, что по сведениям, имеющимся в медицинских документах, впервые снижение слуха у истца было зафиксировано еще в ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем оснований полагать, что это именно работа у ответчика привела к развитию профессионального заболевания, не имеется, поскольку на рабочем месте истца отсутствовали вредные производственные факторы.

Суд, выслушав пояснения представителей сторон, исследовав письменные доказательства по делу, заслушав заключение прокурора, полагает, что исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению частично по следующим основаниям.

Согласно ч. 2 ст. 7 Конституции РФ в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты.

Судом установлено, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ДД.ММ.ГГГГ был принят на работу на Новосибирский приборостроительный завод на должность фрезеровщика, уволен ДД.ММ.ГГГГ в связи с призывом в Советскую армию, ДД.ММ.ГГГГ принят пресовальщиком изделий на завод треста «Химэлекстромонтаж», ДД.ММ.ГГГГ уволен в связи с переводом в ЮЛ ДД.ММ.ГГГГ зачислен на должность фрезеровщика, ДД.ММ.ГГГГ уволен в порядке перевода и ДД.ММ.ГГГГ в связи с организацией промышленного участка № принят фрезеровщиком, ДД.ММ.ГГГГ уволен в связи с переводом по распоряжению треста «Химэлекстромонтаж», ДД.ММ.ГГГГ принят в Строительно-монтажную лабораторию (СМЛ) в порядке перевода на должность фрезеровщика, после чего трест «Химэлекстромонтаж» был реорганизован в производственное монтажно-строительное объединение (ПМСО) «Электрон», а ДД.ММ.ГГГГ ЮЛ реорганизовано в ЮЛ ДД.ММ.ГГГГ ЮЛ переименовано в ЮЛ и в последствии реорганизовано в ЮЛ куда ФИО1 переведен ДД.ММ.ГГГГ на должность фрезеровщика, ДД.ММ.ГГГГ уволен по собственному желанию, ДД.ММ.ГГГГ вновь принят на должность фрезеровщика, уволен ДД.ММ.ГГГГ по собственному желанию, ДД.ММ.ГГГГ принят на должность фрезеровщика на участок производства инструмента и оборудования, ДД.ММ.ГГГГ уволен по собственному желанию, что подтверждается копией трудовой книжки (л.д. 9-14).

В силу ст. 11 Федерального закона № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» индивидуальные предприниматели и юридические лица в соответствии с осуществляемой ими деятельностью обязаны: выполнять требования санитарного законодательства, а также постановлений, предписаний осуществляющих федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор должностных лиц; разрабатывать и проводить санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия; обеспечивать безопасность для здоровья человека выполняемых работ и оказываемых услуг, а также продукции производственно-технического назначения, пищевых продуктов и товаров для личных и бытовых нужд при их производстве, транспортировке, хранении, реализации населению.

В силу п. 1 ст. 25 Федерального закона № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» условия труда, рабочее место и трудовой процесс не должны оказывать вредное воздействие на человека. Требования к обеспечению безопасных для человека условий труда устанавливаются санитарными правилами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Индивидуальные предприниматели и юридические лица обязаны осуществлять санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия по обеспечению безопасных для человека условий труда и выполнению требований санитарных правил и иных нормативных правовых актов Российской Федерации к производственным процессам и технологическому оборудованию, организации рабочих мест, коллективным и индивидуальным средствам защиты работников, режиму труда, отдыха и бытовому обслуживанию работников в целях предупреждения травм, профессиональных заболеваний, инфекционных заболеваний и заболеваний (отравлений), связанных с условиями труда.

В соответствии с п. 30 Положения о расследовании профессиональных заболеваний, N 967 "Об утверждении Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний", акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве.

Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ установлено (л.д. 18-24), что на рабочем месте ФИО1 согласно карте аттестации рабочего места по условиям труда ФИО1, эквивалентный уровень звука составляет 80 дБа при ПДУ 80 дБа, максимальный уровень звука составляет 84 дБа при ПДУ 110 дБа. Все показатели тяжести трудового процесса относятся к классу оптимальных или допустимых условий труда.

В результате расследования, проведенного главным врачом Центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора <адрес> ДД.ММ.ГГГГ составлен и утвержден Акт, которым у ФИО1, должность фрезеровщик, установлено следующее профессиональное заболевание: двусторонняя нейросенсорная тугоухость 3 ст. (выраженное снижение слуха с восприятием шепотной речи 0,2/0,2м) (л.д. 25-27).

При этом, в п. 17 Акта о случае профессионального заболевания отражено (л.д. 26), что основными неблагоприятными производственными факторами, воздействующими на фрезеровщика являются: локальная вибрация, шум, вынужденная рабочая поза. Время воздействия локальной вибрации составляло 40 % времени рабочей смены, воздействию шума подвергался практически в течение всей рабочей смены, а в п. 18 Акта отражено (л.д. 27), что причиной профессионального заболевания послужило длительное (в течение рабочей смены) воздействие на организм человека вредных производственных факторов: производственного шума. Согласно карте аттестации рабочего места по условиям труда ФИО1, эквивалентный уровень звука составляет 80 дБа при ПДУ 80 дБа, максимальный уровень звука составляет 84 дБа при ПДУ 110 дБа, а в п. 20 Акта сделано заключение (л.д. 27), что непосредственной причиной заболевания послужило воздействие производственного шума.

Согласно справке ФКУ ГБ МСЭ <адрес> бюро № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 в связи с двусторонней нейросенсорной тугоухостью установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 30 % (л.д. 28).

В настоящее время, как следует из справки ФКУ ГБ МСЭ <адрес> бюро № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 113) степень утраты профессиональной трудоспособности составляет 40 %, кроме того, ФИО1 в связи с профессиональным заболеванием установлена 3 группа инвалидности (л.д. 112).

По установленным ФИО1 диагнозам ФКУ ГБ МСЭ по <адрес> Бюро МСЭ № составлена Программа реабилитации (л.д. 114-123), в соответствии с которой истцу необходим постоянный прием лекарственных препаратов, рекомендовано санаторно-курортное лечение и бессрочно противопоказан труд в условиях воздействия шума, с ДЭУ, на высоте.

Согласно ст. 212 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда в организации возлагаются на работодателя.

В соответствии со ст. 21 ТК РФ работник имеет право, в частности, на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с ч. 8 ст. 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

На основании ч. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», возмещение застрахованному лицу морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств нашел свое подтверждение тот факт, что между профессиональными заболеваниями истца ФИО1 и негативным воздействием на организм истца вредных производственных факторов в период работы на предприятии ответчика, имеется причинно-следственная связь.

Факт причинения вреда здоровью истца в результате профессионального заболевания по вине ответчика установлен в судебном заседании и подтверждается материалами дела.

Согласно п. 35 Положения о расследовании профессиональных заболеваний, N 967 "Об утверждении Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний", разногласия по вопросам установления диагноза профессионального заболевания и его расследования рассматриваются органами и учреждениями государственной санитарно-эпидемиологической службы Российской Федерации, Центром профессиональной патологии Министерства здравоохранения Российской Федерации, федеральной инспекцией труда, страховщиком или судом.

Судом принимается во внимание то обстоятельство, что в установленном законом порядке ответчиком акт от ДД.ММ.ГГГГ не оспаривался.

В силу ст.56 ГПК РФ ответчиком не представлены суду доказательства того, что ответчиком, как работодателем, были созданы истцу безопасные условия труда, которые ограничивали бы воздействие на истца вредных производственных факторов, либо при которых уровень их воздействия не превышал бы установленных нормативов.

Ответчиком не представлены суду доказательства, что имеющееся заболевание истца получено не в период работы у ответчика, и не является профессиональным.

Кроме того, суд также учитывает, что в пункте 19 Акта от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 25-27) установлено, что вины ФИО1 в профессиональном заболевании нет, а в пункте 15 указано, что у него ранее не имелось профессионального заболевания и он не направлялся в центр профессиональной патологии для установления профессионального заболевания.

Указанные обстоятельства свидетельствует о том, что именно негативное воздействие вредных производственных факторов по месту работы у ответчика стало причиной возникновения профессионального заболевания истца.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 20.12.1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в ред. Постановления Пленума ВС РФ от 6.02.2007 г. N 6), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная.. . и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной.. ., распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" от 26 января 2010 года N 1, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Поскольку профессиональное заболевание у истца возникло в силу воздействия вредных факторов производства, суд считает возможным удовлетворить его требования о возмещении морального вреда.

Как разъяснено в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" от 26 января 2010 года N 1, при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

При этом суд принимает во внимание характер и степень физических и нравственных страданий истца, его индивидуальные особенности, длительность работы во вредных условиях, степень утраты профессиональной трудоспособности – 40 %.

Также, судом учитывается, что следствием полученного истцом профзаболевания является потеря трудоспособности до достижения пенсионного возраста, физические болевые ощущения, общее ухудшение состояния здоровья, нравственные страдания (эмоциональные стрессы). На протяжении нескольких лет истец испытывает проблемы со слухом, что заставляет его переживать за состояние своего здоровья, испытывает неудобства в общении с людьми, чувствует себя неполноценным.

На основании изложенного, суд полагает возможным взыскать в счет компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в связи с профессиональными заболеваниями с ответчика в пользу истца <данные изъяты>., удовлетворив исковые требования ФИО1 частично.

Подлежат частичному удовлетворению и требования истца о взыскании в его пользу судебных расходов.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Исходя из длительного периода рассмотрения дела (5 судебных заседаний), категории дела, объема выполненной представителем работы, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате услуг представителя в размере <данные изъяты>.

Кроме того, с ответчика в силу ч.1 ст. 103 ГПК РФ, подлежит взысканию государственная пошлина в размере <данные изъяты> от уплаты которой истец был освобожден при подаче иска в силу закона.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ЮЛ в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью в виде профессионального заболевания при исполнении трудовых обязанностей <данные изъяты> и судебные расходы по оплате юридических услуг в размере <данные изъяты>, а всего взыскать <данные изъяты>.

В остальной части в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с ЮЛ государственную пошлину в доход местного бюджета в размере <данные изъяты>

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения суда.

Судья: «подпись»

Мотивированное решение изготовлено 23 октября 2017 года.