Решение № 2-207/2018 2-207/2018 ~ М-154/2018 М-154/2018 от 27 мая 2018 г. по делу № 2-207/2018

Дело 2-207/2018


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Южноуральск 28 мая 2018 года

Южноуральский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Реутовой И.М.,

при секретаре Варнавской С.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора дарения квартиры, применения последствий недействительности сделки и восстановлении нарушенного права,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора дарения квартиры, применения последствий недействительности сделки и восстановлении нарушенного права, восстановления срока для принятия наследства, признании права собственности на 1/6 долю в праве собственности на указанную квартиру.

В обоснование иска указал, что ДД.ММ.ГГГГ умерла его мама ФИО9, которая на момент смерти состояла в зарегистрированном браке с его отцом ФИО3, проживала в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, которая была куплена ими по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. Право собственности по которому было зарегистрировано только на ФИО3

После смерти ФИО9, ее отец ФИО3, сильно переживал по этому поводу, находился в депрессивном, стрессовом состоянии, в результате чего каждодневно стал злоупотреблять спиртными напитками. За ним нужен был уход, который истец за ним осуществляет с момента смерти ФИО9 и до настоящего времени, в том числе за свой счет оплачивает коммунальные платежи за квартиру.

Через несколько дней после смерти ФИО9, его родная сестра ФИО2 воспользовавшись невменяемым состоянием отца, забрала правоустанавливающие документы из квартиры, подготовила договор дарения и отвела ФИО3 в МФЦ г. Южноуральска, где переоформила квартиру на себя.

О данном факте он узнал только в конце ДД.ММ.ГГГГ, когда не нашел документы на квартиру у отца. Полагает, что договор дарения между ФИО3 и ФИО2 является недействительным. ФИО3 не имел право без надлежащего оформления своих наследственных прав, подарить долю в квартире юридически принадлежащую умершей ФИО9, так как помимо него у ФИО21 имелись еще два наследника первой очереди — сын и дочь.

Кроме того, оспариваемый договор дарения был заключен под влиянием обмана со стороны ФИО2, которая воспользовалась тем, что ФИО3 сильно переживал по поводу смерти своей супруги, находился в депрессивном, стрессовом состоянии, в результате чего стал фактически каждодневно злоупотреблять спиртными напитками и не осознавал и не отдавал отчета своим действиям.

После смерти ФИО9, он как наследник первой очереди совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности: вступил во владение или в управление наследственным имуществом, принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел в том числе за свой счет расходы на содержание наследственного имущества.

Наследственное имущество после ФИО9, находится фактически в его владении, так как все ключи от запорных устройств находятся у него, он практически ежедневно посещает квартиру, ухаживая в том числе за отцом, принимает меры по сохранению данной квартиры. Проводит текущий ремонт квартиры, оплачивает за свой счет расходы по коммунальным платежам.

Просит суд признать недействительным договор дарения однокомнатной квартиры, общей площадью 32,2 кв.м., заключенный между ФИО3 и ФИО2 Применить последствия недействительности сделки. Возвратить стороны сделки в первоначальное положение: прекратить право собственности ФИО2 на однокомнатную квартиру, признать за ФИО3 право собственности на ? долю в праве собственности на указанную квартиру. Признать за ФИО9, умершей ДД.ММ.ГГГГ, право собственности на ? долю в праве собственности на указанную квартиру, с включением указанной доли квартиры в наследственную массу. Восстановить ФИО1 срок для принятия наследства, признать ФИО1 принявшим наследство, признать за ФИО1 право собственности на 1/6 долю в праве собственности на указанную квартиру.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме. Пояснил, что его отец ФИО3 злоупотреблял спиртными напитками до февраля месяца. К нотариусу он не обращался, хотя препятствий для обращения к нотариусу у него не было, но и мыслей таких, что так поступит сестра, тоже не было. Сестра ввела отца в заблуждение. О том, что отец не хозяин квартиры он узнал ДД.ММ.ГГГГ, когда подыскал обмен квартиры на первый этаж. Он несет все расходы по содержанию квартиры и по уходу за отцом. Пенсией отца распоряжается сам.

Представитель истца ФИО1 - ФИО10 в судебном заседании поддержал заявленные требования в полном объеме, просил их удовлетворить.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, пояснила, что родители проживали в двухкомнатной квартире, потом разменяли ее на две однокомнатные. При жизни с родителями было оговорено, что одну квартиру отдадут брату, другую ей. К нотариусу после смерти матери она не обращалась. ФИО1 досталась одна квартира, а эту квартиру отец подарил ей. После смерти мамы она помогала отцу в быту, первое время проживала с ним. Она с отцом вместе ходила оплачивать коммунальные услуги, а ФИО1 пил около полугода. Она с ФИО1 оба имеют ключи от квартиры. Ее брат ФИО1 стал ухаживать за отцом только в ДД.ММ.ГГГГ, когда она отдала ему сберкнижку отца.

Представитель ответчика ФИО2 адвокат ФИО11 в судебном заседании пояснил, что оснований для удовлетворения иска нет, поскольку ФИО1 ссылается на ряд правовых оснований о том, что сделка была совершена под влиянием обмана, указывает, что его отец был недееспособен, в период, когда она была совершена. Между тем доводы его не состоятельны, поскольку ФИО1 не может оспорить эту сделку, так как не является стороной по сделке. ФИО3 совершал сделку, когда находился в нормальном состоянии, порока воли не было, он выразил свою волю, понимая, что он совершает. Указал, что истец производил оплату коммунальных услуг за счет пенсии ФИО3 Квитанции, представленные в материалы дела, не свидетельствуют о том, кто платил лично. Также нет доказательств, что истец постоянно проживал в квартире. Его доверительница и истец совершают уход за отцом, у них у обоих есть ключи, это забота об отце. Что касается вещей и бытовой техники – также нет доказательств, что они передавались и имелись на момент смерти наследодателя. По сути эти вещи он подарил сыну. Без ведома отца и без его воли, они эти вещи бы не получили. Просил в иске отказать.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании участия не принимал, о месте и времени проведения судебного заседания извещен надлежащим образом, представил суду заявление о признании иска. С самостоятельным иском о признании договора дарения недействительным не обратился.

Представитель третьего лица Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области в судебном заседании участия не принимал, о месте и времени проведения судебного заседания извещен надлежащим образом.

Выслушав стороны, их представителей, допросив свидетелей ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу п. 1 ст. 572 ГК РФ: «По договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.».

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно статье 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу части 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В соответствии со статьей 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Согласно п. 33 Постановления Пленума ВС РФ № 9 доля наследодателя, состоявшего в браке, в имуществе супругов, нажитом ими во время брака, включается в состав наследственного имущества умершего супруга независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В соответствии с частью 2 статьи 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В силу статьи 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону.

Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных ГК РФ.

В соответствии со статьями 1113, 1114 ГК РФ наследство открывается со смертью гражданина. Днем открытия наследства является день смерти гражданина.

Согласно части 1 статьи 1153 ГК РФ принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

В силу части 1 статьи 1154 ГК РФ наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Частью 1 статьи 1155 ГК РФ установлено, что по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства (статья 1154), суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.

Согласно пункту 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 9 от 29 мая 2012 года "О судебной практике по делам о наследовании" требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств:

а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (статья 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.;

б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

В соответствии с ч. 3 ст.196 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

В судебном заседании установлено, что ФИО3 и ФИО9 состояли в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ. Брачный договор не заключали.

В период брака ими была приобретена квартира, расположенная по адресу: <адрес>, по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ.

Право собственности на указанную квартиру было зарегистрировано на ФИО3

Согласно записи акта о смерти №, ФИО9 умерла ДД.ММ.ГГГГ. Наследственное дело после смерти ФИО9 не заводилось.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 подарил квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, своей дочери ФИО2

Истец ФИО1 является сыном ФИО3 и ФИО9, что подтверждается свидетельством о рождении I-ИВ № от ДД.ММ.ГГГГ.

Анализ положений пункта 1 статьи 1155 Гражданского кодекса Российской Федерации позволяет сделать вывод о том, что при отсутствии хотя бы одного из указанных в данной норме права условий срок на принятие наследства, пропущенный наследником, восстановлению судом не подлежит.

ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла ДД.ММ.ГГГГ, срок для принятия наследства истек ДД.ММ.ГГГГ, истец ФИО1 с настоящим иском обратился в суд ДД.ММ.ГГГГ, указав, что в конце ДД.ММ.ГГГГ узнал, что отец подарил квартиру ФИО2

Судом установлено, что истцу было известно о смерти матери с ДД.ММ.ГГГГ, поэтому он достоверно знал об открытии наследства после ее смерти с этого времени. Однако, в течение установленного законом срока истец с заявлением о выделе доли умершего супруга к нотариусу не обращался.

Доводы ФИО2 о том, что истец производил оплату коммунальных услуг за счет пенсии ФИО3 ничем не опровергнуты. Квитанции, представленные в материалы дела, не свидетельствуют о том, кто оплачивал коммунальные услуги лично. Также нет доказательств, что истец постоянно проживал в квартире.

То обстоятельство, что истец совершает уход за отцом, у него есть ключи от квартиры, говорит лишь о заботе об отце.

Доказательств того, что ФИО1 передавались какие-то личные вещи ФИО21. А. на момент смерти наследодателя, не представлено.

Свидетель ФИО17 суду пояснила, что ФИО1 после смерти матери забрал себе халаты, гамаши, шапки, мультиварку, миксер, кухонные весы. Ее супруг платит коммунальные услуги, лекарства покупает, а она готовит еду и передает свекру.

Свидетель ФИО18 в судебном заседании пояснила, что после смерти ФИО9 ФИО1 забрал шапки, кофты, трико, бытовую технику, мультиварку, микроволновку.

Эти вещи отец мог подарить сыну. Без ведома отца и без его воли эти вещи ФИО1 бы не получил.

Свидетели, представленные ФИО1 пытались доказать факт принятия ФИО1 наследства после смерти ФИО9, однако с требованиями об установлении факта принятия наследства истец не обращался.

По данному делу истцом в нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ не представлено суду надлежащих и достаточных доказательств уважительности причин пропуска срока для принятия наследства после смерти ФИО9, а также свидетельствующих о наличии обстоятельств, препятствовавших реализации им наследственных прав в установленный законом срок.

Кроме того, в судебном заседании было установлено, что супруги ФИО3 и ФИО9 при жизни разменяли свою квартиру на две однокомнатные, для того, чтобы оформить их потом на детей. Истцу ФИО1 однокомнатную квартиру передали сразу, а ответчику ФИО2 после смерти ФИО9, чтобы выполнить ее волю.

Данные обстоятельства подтверждаются показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей.

Так, из показаний свидетеля ФИО12 следует, что супруги ФИО21 разменяли свою квартиру на две однокомнатные квартиры. Она знает со слов умершей ФИО9 о том, что одну квартиру они хотели передать сыну, а вторую квартиру хотели переписать на дочь.

Свидетель ФИО15 суду пояснила, что она соседка ФИО21. Они поменяли двухкомнатную квартиру на две однокомнатные. Говорили, что у них двое детей ФИО6 и Лена. Нина говорила, что одну квартиру они отдали ФИО6. Потом перед смертью Нина говорила, что они решили квартиру Лене отдать. Когда Нина умерла, она подошла к ФИО5, сказала ему, что он все равно женится и чтобы они про Лену не забыли. Спустя время ФИО5 ей сказал, что он переоформил на Лену квартиру. ФИО3 никогда не говорил, что его Лена обманула. После похорон ФИО3 ни разу пьяным не видела.

Свидетель ФИО16 суду пояснила, что семью ФИО21 знает с ДД.ММ.ГГГГ. В спорной квартире проживали родители ФИО7 и ФИО6. Раньше у них была двухкомнатная квартира, которую променяли на две однокомнатные. Одну квартиру оформили на ФИО6. А в той квартире, в которой сейчас живет ФИО3 – оформили на Лену. ФИО6 об этом знал. После смерти ФИО9, она с Леной приходили к отцу. Вместе покупали продукты. Она ходила оплачивать свою квартиру, а Лена – квартиру отца. ФИО3 был нормальным, опрятным, в состоянии алкогольного опьянения она его не видела. После смерти ФИО9 ФИО3 говорил, что оформит квартиру на дочь Лену.

В связи с тем, что ФИО1 было сразу известно о смерти матери, уважительных причин для пропуска принятия наследства у него не имелось, требования истца о восстановлении срока для принятия наследства удовлетворению не подлежат. В связи с чем, не подлежит удовлетворению требование о признании права собственности на 1/6 долю в праве собственности на указанную квартиру.

Настаивая на признании договора дарения недействительным, истец утверждает на его несоответствие действующему законодательству. Однако истцом не представлено суду каких-либо доказательств, которые бы свидетельствовали о том, что заключенная между ФИО3 и ФИО2 сделка от ДД.ММ.ГГГГ не соответствует требованиям закона.

То основание, что квартира была приобретена в период брака ФИО21 не является основанием для признания договора дарения недействительным.

Сведений о том, что ФИО3 страдает алкоголизмом в материалы дела не представлено.

Из показаний свидетеля ФИО13 следует, что в ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 приходил к ней с дочерью сначала проконсультироваться, а через несколько дней они пришли во второй раз и она по документам подготовила им договор дарения. Они оба раза приходили вдвоем. ФИО3 был адекватен: отвечал на вопросы, сам подписывал, по внешним признакам был трезв. Договор был прочитан, он подтвердил, что согласен с дарением.

Из показаний свидетеля ФИО19 следует, что она знает семью ФИО21, после того как у ФИО2 умерла мама, отец переписывал на нее квартиру. Она видела отца, он заходил к ФИО2 в магазин, где она работала. Он был опрятен. После смерти матери ФИО2 каждый день заходила с продуктами к отцу.

Показания ответчика ФИО3 о том, что он исковые требования признает, его дочь ввела его в заблуждение, суд во внимание не принимает, поскольку самостоятельных исковых требований им не предъявлено.

Кроме того, суд принимает во внимание состояние здоровья ответчика ФИО3 на сегодняшний день, недавно перенесшего инсульт. В настоящее время ФИО3 зависит от своего сына истца по делу ФИО1, который большую часть времени ухаживает за ним. Поэтому изложенные ФИО3 доводы в его заявлении о признании иска ему надиктованы сыном, что известно ответчику ФИО2, так как изымались эти объяснения в присутствии обратной стороны по делу.

В этой связи исковые требования ФИО1 о признании недействительными договора дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО3 и ФИО2 являются необоснованными и не подлежат удовлетворению.

Также не подлежат удовлетворению и требования истца о прекращении права собственности ФИО2 на спорную квартиру, как вытекающие из требования об оспаривании сделки по дарению квартиры.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным договора дарения квартиры, применения последствий недействительности сделки и восстановлении нарушенного права отказать.

Решение может быть обжаловано, в апелляционном порядке в Челябинский областной суд через Южноуральский суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий подпись И.М. Реутова

Копия верна:

Судья И.М. Реутова