Решение № 2-6024/2018 2-6024/2018~М-4831/2018 М-4831/2018 от 26 сентября 2018 г. по делу № 2-6024/2018

Дело № 2-6024/18


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 сентября 2018 года г. Петропавловск-Камчатский

Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе:

председательствующего судьи Сычевой О.В.,

при секретаре ФИО5,

с участием помощника прокурора ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску по иску ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего сына ФИО2, к ООО «ГАСК» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, действующая в интересах несовершеннолетнего сына ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обратилась в суд с иском к ООО «ГАСК» о компенсации морального вреда.

Свои требования мотивировала тем, что ДД.ММ.ГГГГ в 08 час. 00 мин. сменный механик ФИО7, капитан ФИО8, матрос-мотрист ФИО3 прибыли на буксир КЖ-218, расположенный в <адрес>, для несения круглосуточной стояночной вахты (срок – 1 неделя). В связи с ограничением на передвижение судов маломерного флота в осенне-зимний период на катере КЖ-218 указанная команда несла стояночную вахту для обеспечения живучести судна. ДД.ММ.ГГГГ, около 20 часов, капитан ФИО8 и матрос ФИО3 по неустановленным причинам упали за борт (в бухту) около платформы и погибли в результате длительного нахождения в ледяной воде. Место падения пострадавших в воду не установлено. Согласно заключению специалиста от ДД.ММ.ГГГГ № смерть ФИО3 наступила от острой гипотермии при переохлаждении в воде, которая имеет свои особенности: при погружении в воду, температура которой равна 0 градусов, смерть наступает от эффекта внезапного охлаждения сердца. Проведенной судебно-медицинской экспертизой установлено, что у ФИО3 имелись телесные повреждения в виде множественных внутрикожных излияний, кровоподтеков и поверхностных ссадин на туловище, верхних и нижних конечностях. Данные повреждения характерны для воздействия тупых предметов с неровной шероховатостью, при скольжении, волочении, например, кромка льда, затвердевший снежный покров. При этом очередной периодический медицинский осмотр был пройден ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, противопоказаний выявлено не было. Согласно карте специальной оценки условий труда матроса-моториста № периодичность медицинского осмотра составляет один год. ФИО3 был допущен к выполнению должностных обязанностей без обязательного периодического медицинского осмотра, в нарушение требований ч. 1 ст. 76 и ч. 2 ст. 212 ТК РФ. Указанный несчастный случай был квалифицирован как несчастный случай на производстве, повлекший смерть работника, в связи с чем ДД.ММ.ГГГГ генеральным директором ООО «ГАСК» был утвержден акт по форме Н-1.

Истец является супругой погибшего ФИО3, обратилась в интересах несовершеннолетнего сына ФИО2, полагает, что смерть отца причинила ребенку значительный моральный вред, нанесла неизгладимую душевную рану. У сына возникли трудности со сном, аппетитом, появились головные боли и ночные кошмары. Ребенок часто плачет, скучает по отцу, начались сложности в обучении и в общении с другими детьми. Из-за переживаемого горя он не может сосредоточиться, ухудшилась память, резко изменился характер не в лучшую сторону. В дальнейшем сын не получит воспитания и отцовской любви.

С учетом изложенного, истец просила суд взыскать с ответчика в пользу несовершеннолетнего сына ФИО2 компенсацию морального вреда, причиненного смертью отца, в размере № руб.

Истец ФИО1, действующая в интересах несовершеннолетнего сына ФИО2, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, в судебном заседании участия не принимала, о причинах неявки не сообщила.

Представитель истца ФИО9, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «ГАСК» ФИО10, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признал по основаниям, изложенным в письменном отзыве на исковое заявление, в соответствии с которым вину работодателя в причинении смерти ФИО3 полагал неустановленной. Доказательств, что смерть ФИО3 наступила в результате воздействия источника повышенной опасности – морского судна либо от проявления его вредоносных свойств истцом не представлено. Согласно выводам комиссии, изложенным в акте формы 4 и формы Н-1, смерть ФИО3 наступила от острой гипотермии при переохлаждении в воде, которая имеет свои особенности: при погружении в воду, температура которой равна 0 градусов по Цельсию, смерть наступает от эффекта внезапного охлаждения сердца, поэтому других причин смерти или телесных повреждений, в том числе полученных в результате воздействия источника повышенной опасности или полученных в результате его вредоносных свойств, комиссией и экспертизой, другими материалами не установлено. Считал, что основная и единственная причина наступления смерти ФИО3 изложена в актах формы 4 и формы Н-1, а именно: нарушение пострадавшим дисциплины труда, выразившееся в распитии на рабочем месте алкогольных напитков в нарушение Трудового кодекса РФ, правил внутреннего трудового распорядка, трудового соглашения и должностных обязанностей. Данное обстоятельство подтверждается имеющимися материалами дела, а именно: актами формы 4 и формы Н-1, которые истцом не обжаловались; протоколами осмотра места происшествия, в ходе которого в бытовом помещении была обнаружена бутылка из-под водки; заключением судебно-медицинской экспертизы, в ходе которой у ФИО3 в крови обнаружен этиловый спирт в концентрации 1,61%, что соответствует алкогольному опьянению средней степени. Помимо этого, вывод комиссии о причине несчастного случая - падения в воду ФИО3, также полностью подтверждается показаниями очевидца несчастного случая ФИО11, согласно которым ФИО8 пронес на борт судна спиртное и предложил его распить, что экипажем судна и было сделано, несмотря на запрет всех возможных нормативных актов на специальный пропускной режим, действующих на территории военного объекта, дополнительных локальных нормативных актов, запрещающих такие действия, и несмотря на грубое нарушение Устава службы на судах морского флота, в соответствии с которым запрещается покидать судно во время вахты, запрещается распитие спиртного.

Кроме того, полагал, что сумма заявленной компенсации морального вреда является чрезмерно завышенной, поскольку исковые требования истца уже были удовлетворены решением о взыскании страховой выплаты в связи со смертью работника предприятия в размере № руб. и № руб. за компенсацию морального вреда в результате смерти ФИО3, в котором истец одним из оснований также указывала душевные переживания ребенка ФИО2 Поэтому ООО «ГАСК» полагает, что последующие иски о компенсации морального вреда в связи со смертью ФИО3 носят характер обогащения. С учетом изложенного, полагал, что сумма в размере № руб. будет являться достаточной в конкретном случае для возмещения причиненного морального вреда.

Выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего исковые требования обоснованными и подлежащим удовлетворению, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В силу ст.3 ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» несчастным случаем на производстве является событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору (контракту) и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях, как на территории страхователя, так и за ее пределами во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, доставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода страхованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной работоспособности либо его смерть.

Согласно ч. 3 ст. 8 ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» установлено, что возмещение морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии со ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

На основании ст. 1079 ГК РФ ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п.2 и 3 ст.1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ст. 1101 ГК РФ).

В судебном заседании установлено, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 состоял в трудовых отношениях с ООО «ГАСК» в должности матроса-моториста.

Приказом и.о. генерального директора ООО «ГАСК» № от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с введением ограничения на передвижение по Авачинской бухте судов маломерного флота с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ место стоянки буксира БУК-218 установлено - бухта ФИО13 на объекте «Пункт погрузки изделий. Причал м. Казак», на время нахождения буксира на объекте для экипажа введена стояночная вахта, работа экипажа проводится вахтовым методом по три члена экипажа; продолжительность круглосуточной вахты установлена в количестве 7-10 дней в зависимости от производственной необходимости.

Согласно графику сменности КЖ-218 за март 2017 года в <адрес>, ФИО3 осуществлял свои трудовые обязанности ДД.ММ.ГГГГ во вторую смену с 16 час. 00 мин. до 00 час. 00 мин., время для питания и отдыха с 20 час. 00 мин. до 21 час. 00 мин.

ДД.ММ.ГГГГ в 08 часов 00 минут работники технического флота ООО «ГАСК»: сменный механик ФИО7, матрос-моторист ФИО3 и капитан ФИО8 для несения круглосуточной стояночной вахты прибыли в <адрес> Камчатского края на буксир КЖ-218, пришвартованный к рабочей платформе. ДД.ММ.ГГГГ, ориентировочно в 20 часов 00 минут ФИО3 и ФИО8 по невыясненным причинам упали в бухту близ платформы и погибли в результате длительного нахождения в ледяной воде. Предпринятые очевидцами данных обстоятельств меры по оказанию им помощи и извлечению из воды спасательным кругом и другими подручными средствами положительных результатов не принесли.

В результате указанного события ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ, смерть произошла в результате несчастного случая на производстве, что подтверждено актом от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденным ДД.ММ.ГГГГ директором ООО "ГАСК" ФИО12, судовладельцем судна «КЖ 218» является ООО «ГАСК» (л.д.13-17).

Согласно акту № о несчастном случае на производстве, произошедшем ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ в 08 час. 00 мин. работники технического флота ООО «ГАСК»: сменный механик ФИО7, матрос-моторист ФИО3 и капитан ФИО8 для несения круглосуточной стояночной вахты (срок - 1 неделя) прибыли в <адрес>, Камчатского края на буксир КЖ-218, пришвартованный к рабочей платформе. ДД.ММ.ГГГГ, ориентировочно в 20 час. 00 мин., матрос-моторист ФИО3 и капитан ФИО8 по невыясненным причинам упали в бухту близ платформы и погибли в результате длительного нахождения в ледяной воде.

Согласно акту № о несчастном случае на производстве по форме Н-1, утвержденному ДД.ММ.ГГГГ генеральным директором ООО «ГАСК», с ФИО3 произошел несчастный случай на производстве, результатом которого явилось переохлаждение в воде. Основной причиной несчастного случая явилось нарушение пострадавшим дисциплины труда, выразившееся в распитии на рабочем месте алкогольных напитков в нарушение п. 9.1 «Правил внутреннего трудового распорядка», утвержденных генеральным директором ООО «ГАСК» от ДД.ММ.ГГГГ; подп. «г» п. 6.3 Трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с ФИО3 Сопутствующая причина не установлена. Также отражено, что несчастный случай, произошедший ДД.ММ.ГГГГ с работником ООО «ГАСК» ФИО3, произошел в период несения им стояночной вахты.

Решением Петропавловск-Камчатского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, иск ГУ – Камчатское региональное отделение Фонда социального страхования РФ к Государственной инспекции труда в Камчатском крае, ООО «ГАСК» о признании недействительным акта ООО «ГАСК» формы Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ № о несчастном случае на производстве в отношении ФИО3, его отмене, признании несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ с ФИО3, не связанным с производством, оставлен без удовлетворения.

При этом судом установлено, что пострадавший ФИО3, неся ДД.ММ.ГГГГ круглосуточную стояночную вахту, относился к лицу, участвующему в производственной деятельности ООО «ГАСК», поэтому произошедший с ним несчастный случай связан с производством.

В силу п. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

При рассмотрении гражданского дела по иску ГУ – Камчатское региональное отделение Фонда социального страхования РФ к Государственной инспекции труда в Камчатском крае, ООО «ГАСК» были установлены юридически значимые обстоятельства и принято судебное решение, которое в соответствии с ч. 2 ст. 61 ГПК РФ имеет преюдициальное значение для рассматриваемого спора. Установленные судом обстоятельства не подлежат доказыванию и оспариванию при рассмотрении настоящего дела.

Согласно заключению специалиста по судебно-медицинскому исследованию трупа от ДД.ММ.ГГГГ №, поступившему в ГБУЗ «Вилючинская городская больница», смерть ФИО3 наступила от острой гипотермии при переохлаждении в воде, которая имеет свои особенности: при погружении в воду, температура которой равна 0 градусов по Цельсию, смерть наступает от эффекта внезапного охлаждения сердца.

Указанным заключением также установлено, что у ФИО3 имелись телесные повреждения в виде множественных внутрикожных излияний, кровоподтеков и поверхностных ссадин на туловище, верхних и нижних конечностях; данные повреждения характерны для воздействия тупых предметов с неровной шероховатой поверхностью, при скольжении, волочении и т.п., например, кромка льда, затвердевший снежный покров; при химическом исследовании трупа ФИО3 в крови обнаружен этиловый спирт в концентрации 1.61%, что соответствует алкогольному опьянению средней степени.

Комиссия по расследованию указывает, что основной причиной несчастного случая является нарушение пострадавшими дисциплины труда, а именно распитие на рабочем месте спиртных напитков.

Согласно свидетельству о заключении брака серии I-МЛ №, ФИО3 приходился супругом ФИО1 (л.д.11).

Согласно свидетельству о рождении серии I-МЛ №, ФИО3 приходился отцом ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д.10).

Согласно действующему законодательству морское судно является источником повышенной опасности и судовладелец несет ответственность независимо от наличия вины, если не докажет, что вред возник вследствие форс-мажорных обстоятельств или умысла потерпевшего.

При этом безвиновная ответственность владельца источника повышенной опасности не носит какой-либо ограниченный характер и устанавливается в том же объеме и размере, что и при наличии вины причинителя вреда.

Учитывая, что ФИО3 по неустановленным причинам упал в воду с катера КЖ-218 (маломерное судно, буксир) в период несения им стояночной вахты, при применении судна по его прямому назначению, суд признает его гибель следствием использования источника повышенной опасности.

Доказательства, свидетельствующие о том, что вред возник вследствие непреодолимой силы, действий иных лиц или умысла самого погибшего в материалах дела отсутствуют.

Принимая во внимание доводы ФИО1 о том, что смерть отца причинила несовершеннолетнему сыну ФИО2 значительный моральный вред, выразившийся в нанесении неизгладимой душевной раны, так как у сына возникли трудности со сном, аппетитом, появились головные боли и ночные кошмары; ребенок стал часто плакать, скучать по отцу, начались сложности в обучении и в общении с другими детьми; из-за переживаемого горя у сына ухудшилась память, резко изменился характер не в лучшую сторону, суд приходит к выводу о том, что причиненный несовершеннолетнему ФИО2 смертью близкого человека вред подлежит возмещению владельцем судна независимо от наличия его вины.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание то обстоятельство, что гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи. В случае истца, который лишился отца, являвшегося для него, исходя из содержания искового заявления, близким и любимым человеком, подобная утрата, безусловно, свидетельствует о причинении истцу нравственных страданий.

Согласно п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ). Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В силу п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Учитывая нравственные страдания истца в связи с потерей отца, тяжесть причиненных страданий смертью близкого человека, конкретные обстоятельства несчастного случая, суд приходит к выводу, что требование истца о компенсации морального вреда обоснованы и подлежат удовлетворению.

Определяя размер подлежащей взысканию денежной компенсации морального вреда, суд полагает, что заявленная к взысканию ФИО1 сумма № руб. в пользу несовершеннолетнего ФИО2 завышена, в связи с чем, принимая во внимание характер и объем причиненного вреда, перенесенных нравственных и физических страданий несовершеннолетним ФИО2, вызванных смертью отца, степень пережитых им страданий при установленных конкретных обстоятельствах настоящего дела, и приходит к выводу о возможности определить размер компенсации морального вреда в размере № руб., которая, по мнению суда, в полной мере отвечает требованиям разумности и справедливости.

Доводы представителя ответчика об отсутствии причинно-следственной связи между действиями источника повышенной опасности и наступившими последствиями судом не принимаются, поскольку гибель ФИО3 произошла во время несения им вахты на маломерном судне, на котором он находился, то есть при использовании судна.

Доводы представителя ответчика о том, что ФИО3 находился в состоянии алкогольного опьянения, не свидетельствуют о том, что связь с производством отсутствует. Тот факт, что ФИО3 находился в состоянии алкогольного опьянения, суд, применительно к ст. 229.2 ТК РФ, не расценивает как случай, не связанный с производством, поскольку между состоянием алкогольного опьянения и наступившей смертью отсутствует причинно-следственная связь. Доказательств того, что несчастный случай с ФИО3 произошел по вине погибшего из-за нахождения его в состоянии опьянения в материалы дела не представлено.

Доказательств наличия грубой неосторожности потерпевшего для возможного применения судом положений ст. 1083 ГК РФ материалы дела также не содержат. Обстоятельства его гибели как результата алкогольного опьянения при проведении проверки не установлены.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Иск ФИО4, действующей в интересах несовершеннолетнего сына ФИО2, удовлетворить.

Взыскать с ООО «ГАСК» в пользу несовершеннолетнего ФИО2 компенсацию морально вреда в размере № руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд в течение одного месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 2 октября 2018 года.

Председательствующий О.В. Сычева

Копия верна:

Судья О.В. Сычева