Постановление № 1-105/2018 от 26 февраля 2018 г. по делу № 1-105/2018

Дело № 1-105/2018

Следственный № 617215


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Петропавловск-Камчатский 27 февраля 2018 года

Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе председательствующего судьи Лычковой Н.Г.,

при секретаре Гвоздковой П.Ю.,

с участием: государственного обвинителя - помощника прокурора г. Петропавловска-Камчатского Баранцева А.В.,

подсудимых: ФИО1, ФИО3, ФИО2,

защитников - адвокатов Дорофеева М.В., предоставившего удостоверение № 248 и ордер № 011042 от 5 февраля 2018 года, Пантелеменюка М.Л., предоставившего удостоверение № 133 и ордер № 012185 от 27 февраля 2018 года, Домрачева В.Г., предоставившего удостоверение № 4 и ордер № 012609 от 27 февраля 2018 года,

рассмотрев в закрытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 171.2 УК РФ,

ФИО3

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 171.2 УК РФ,

ФИО2

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 171.2 УК РФ,

установил:

органом предварительного следствия ФИО1, ФИО3 и ФИО2 обвиняются в незаконной организации и проведении азартных игр с использованием игрового оборудования вне игровой зоны, совершённые группой лиц по предварительному сговору.

От защитника обвиняемого ФИО1 - адвоката Дорофеева поступило ходатайство и дополнение к нему о возвращении материалов уголовного дела прокурору для устранения выявленных недостатков, в обоснование которого указал, что 20 октября 2017 года следователь СО по г. Петропавловск-Камчатский ФИО4 назначил подозреваемому ФИО1 защитника Яновского Р.С., после чего ФИО1 было предъявлено обвинение с участием данного адвоката. Согласно графику дежурств 20 октября 2017 года адвокат Яновский не имел право осуществлять защиту по назначению, таким образом, следователь допустил к участию в деле данного адвоката в нарушение ч. 3 ст. 50 УПК РФ. В связи с чем полагал, что постановление о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого от 20 октября 2017 года является незаконным. Также указал, что адвокат Яновский подлежал отводу, поскольку последний осуществлял защиту подозреваемого ФИО3, который частично признавал вину, а ФИО1 отрицал свою причастность к совершению инкриминируемого преступления, более того в своих объяснениях ФИО3 обвинил ФИО1 в организации преступления, в связи с чем все процессуальные действия с его участием, в том числе предъявление обвинения, являются незаконными. Кроме того указал, что в обвинительном заключении имеется противоречие в части начала времени совершения обвиняемым ФИО1 инкриминируемого преступления, что является существенным нарушением права на защиту.

На обсуждение сторон судом поставлен вопрос о возвращении уголовного дела прокурору с целью устранения препятствий его рассмотрения судом, связанных с составлением обвинительного заключения.

Обвиняемый ФИО1 поддержал заявленное его защитником ходатайство.

Обвиняемые ФИО3, ФИО2 и их защитники Пантелеменюк, Домрачев также поддержали заявленное ходатайство.

Государственный обвинитель полагал ходатайство защитника не подлежащим удовлетворению, в связи с отсутствием предусмотренных УПК РФ оснований для возвращения уголовного дела прокурору.

Выслушав мнения и доводы сторон, изучив материалы дела, суд приходит к выводу, что выявленные существенные нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные на досудебной стадии производства по делу, препятствуют рассмотрению уголовного дела по существу и не могут быть устранены судом, в связи с чем дело подлежит возвращению прокурору для устранения нарушений.

Согласно ч. 1 и ч. 3 ст. 50 УПК РФ защитник приглашается подозреваемым, обвиняемым, его законным представителем, а также другими лицами по поручению или с согласия подозреваемого, обвиняемого. Подозреваемый, обвиняемый вправе пригласить несколько защитников.

В случае неявки приглашённого защитника в течение 5 суток со дня заявления ходатайства о приглашении защитника дознаватель, следователь или суд вправе предложить подозреваемому, обвиняемому пригласить другого защитника, а в случае его отказа принять меры по назначению защитника в порядке, определённом советом Федеральной палаты адвокатов.

По смыслу закона вопрос замены защитника обвиняемого ввиду неоднократной неявки участвующего по соглашению с ним адвоката на защитника по назначению, следователь разрешает в соответствии с положениями ст. 50 УПК РФ, ч. 1 которой прямо указывает на то, что защитник приглашается самим обвиняемым, и в случае его неявки по истечении пяти суток следователь в силу ч. 3 той же статьи вправе назначить обвиняемому другого защитника, отказ обвиняемого от которого не обязателен для следователя (ч. 2 ст. 52 УПК РФ).

Согласно ч. 6 ст. 49 УПК РФ одно и то же лицо не может быть защитником двух подозреваемых или обвиняемых, если интересы одного из них противоречат интересам другого.

УПК РФ в ст. 62 устанавливает, что при наличии оснований для отвода, предусмотренных гл. 9 данного Кодекса, судья, прокурор, следователь, начальник органа дознания, начальник подразделения дознания, дознаватель, секретарь судебного заседания, переводчик, эксперт, специалист, защитник, а также представители потерпевшего, гражданского истца или гражданского ответчика обязаны устраниться от участия в производстве по уголовному делу (ч. 1); в случае, если указанные лица не устранились от участия в производстве по уголовному делу, отвод им может быть заявлен подозреваемым, обвиняемым, его законным представителем, защитником, а также государственным обвинителем, потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком или их представителями (ч. 2).

При этом в соответствии со ст. 72 УПК РФ защитник не вправе участвовать в производстве по уголовному делу, если он, в частности, оказывает или ранее оказывал юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им подозреваемого, обвиняемого (п. 3 ч. 1); решение об отводе защитника принимается в порядке, установленном ч. 1 ст. 69 данного Кодекса (ч. 2), в ходе досудебного производства по уголовному делу такое решение может быть принято следователем.

При наличии любого из обстоятельств, указанных в ст. 72 УПК РФ, участие защитника исключается во всех стадиях уголовного судопроизводства. Если между интересами обвиняемых, защиту которых осуществляет один адвокат, выявятся противоречия (признание обвинения одним и оспаривание другим по одним и тем же эпизодам дела; изобличение одним обвиняемым другого и т.п.), то такой адвокат подлежит отводу (п. 3 ч. 1 ст. 72 УПК РФ, п. 2 п.п. 4 ст. 6 Федерального закона от 31 мая 2002 года № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», п. 1 ст. 13 «Кодекса профессиональной этики адвоката» (принят Всероссийским съездом адвокатов 31 января 2003 года). Исходя из взаимосвязанных положений ч. 1 ст. 72 УПК РФ, установленное в пункте 3 данной нормы ограничение относится к случаям, когда защитник в рамках данного или выделенного из него дела оказывает или ранее оказывал в ходе досудебного производства либо в предыдущих стадиях судебного производства и судебных заседаниях юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им обвиняемого. Однако, это не исключает возможность отвода защитника и в иных случаях выявления подобных противоречий, не позволяющих ему участвовать в данном деле (абз. 2, 3, 4 п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015 года № 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве»).

Как следует из материалов уголовного дела, 26 июля 2016 года обвиняемым ФИО1 заключено соглашение с адвокатом Дорофеевым на защиту его прав и интересов в ходе предварительного следствия по данному уголовному делу.

20 октября 2017 года следователь Ким вынес постановление о назначении подозреваемому ФИО1 защитника - адвоката Яновского, поскольку уведомлённые надлежащим образом ФИО1 и его защитник Дорофеев о необходимости прибытия к следователю для предъявления ФИО1 обвинения и допроса его в качестве обвиняемого, защитник Дорофеев на протяжении с 16 до 20 октября 2017 года не явился.

Таким образом, сам по себе факт замены следователем адвоката Дорофеева на другого адвоката Яновского, который не входил в график дежурств от 20 октября 2017 года, не влечёт безусловного признания постановления о привлечении ФИО1 в качестве обвиняемого, а также полученные в его присутствии показания обвиняемого недопустимыми доказательствами, и нарушения требований ч. 3 ст. 50 УПК РФ в данном случае допущено не было.

Вместе с тем, адвокат Яновский в ходе предварительного расследования в рамках указанного уголовного дела ранее оказывал юридическую помощь подозреваемому ФИО3 на основании ордера № 012995 от 26 января 2017 года по назначению, который признавал свою вину, тогда как ФИО1 отрицал свою причастность к совершению инкриминируемого преступления, в связи с чем, интересы обвиняемого ФИО3 противоречат интересам обвиняемого ФИО1, таким образом, адвокат Яновский не вправе был участвовать в производстве по настоящему уголовному делу в качестве адвоката ФИО1.

Наличие и характер противоречий между интересами подозреваемых (обвиняемых) определяется лицом, в производстве которого находится уголовное дело.

Противоречие интересов может выражаться: в признании подозрения (обвинения) одним и оспаривании его другим; изобличении одним (подозреваемым) обвиняемым другого; в противоречиях, вызванных характером обвинения, предъявленного каждому из обвиняемых, и т.п.

Так или иначе, интерес определяет мотивы поведения подозреваемого и обвиняемого, как на стадии предварительного следствия, так и в судебном заседании.

Противоречием интересов, исходя из вышеизложенного, можно считать ожидание различных итогов расследования для каждого из подозреваемых (обвиняемых) в частности.

Таким образом, отвод защитника, с точки зрения его применения следователем, служит именно сохранению интересов подзащитного. Участие одного и того же защитника при защите интересов подозреваемых (обвиняемых) позволяет защитнику на любом этапе расследования дела пользоваться знанием позиции и интересов по делу другого лица. В связи с чем, данным обстоятельством ограничивается право другого участника уголовного судопроизводства, что является в свою очередь нарушением уголовно-процессуального закона.

На основании вышеизложенного, следователь Ким на стадии предварительного следствия по настоящему уголовному делу нарушил требования п. 3 ч. 1 ст. 72 УПК РФ, поскольку адвокат Яновский не был отведён последним, чем было нарушено право обвиняемого ФИО1 на защиту, в связи с чем предъявление обвинения ФИО1, его допроса в качестве обвиняемого, а также иные проведённые процессуальные действия с участием адвоката Яновского являются незаконными.

Кроме того, в нарушение п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении имеется противоречие в части начала времени совершения обвиняемым ФИО1 инкриминируемого преступления, а именно: «…осуществляя свою преступную деятельность непрерывно, с неустановленного следствием периода до 00 часов 20 минут 7 ноября 2015 года, ФИО3, ФИО1 и ФИО2, в нарушение …», а также «…в период с 22 часов 15 минут 22 августа 2015 года до 00 часов 20 минут 7 ноября 2015 года извлекли преступный доход …» (т. 8 о/з л.д. 140).

Поскольку установление времени входит в предмет доказывания и обязательно при доказывании виновности привлечённого лица, указанное в обвинительном заключении противоречие в части времени совершения обвиняемыми инкриминируемого преступления относится к существенным нарушениям уголовно-процессуального закона, поскольку влияют на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

В соответствии с положениями п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение или обвинительный акт составлены с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения или акта.

Таким образом, поскольку обвинительное заключение составлено с нарушением норм уголовно-процессуального законодательства, исключающего возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения, отвечающего принципу законности и справедливости, суд приходит к выводу о возвращении уголовного дела прокурору в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Решая вопрос о мере пресечения ФИО1, ФИО3 и ФИО2, суд полагает, что основания, учтённые ранее при её избрании, в настоящее время не изменились, каких-либо исключительных обстоятельств не имеется, поэтому мера пресечения должна быть оставлена без изменения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 237, 256 УПК РФ,

постановил:

уголовное дело в отношении ФИО1, ФИО3, ФИО2 обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 171.2 УК РФ, возвратить прокурору г. Петропавловска-Камчатского для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру пресечения обвиняемым ФИО1, ФИО3 и ФИО2 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд в течение 10 суток со дня его вынесения.

Судья Н.Г.Лычкова