Апелляционное постановление № 22-58/2026 от 28 января 2026 г.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

** 29 января 2026 года

Верховный Суд Республики Тыва в составе:

председательствующего Омзаар О.С.,

при секретаре Тулуш А.М.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу потерпевшей Потерпевший №1 на приговор Дзун-Хемчикского районного суда Республики Тыва от ДД.ММ.ГГГГ, которым

АА, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в ** Республики Тыва, со средним специальным образованием, состоящий в фактических семейных отношениях, имеющий на четверых несовершеннолетних детей, не работающий, зарегистрированный и фактически проживающий по адресу: ** Потерпевший №1, ** Республики Тыва,

осужден по ч.1 ст.108 УК РФ к 1 году 6 месяцам ограничения свободы, с установлением ограничений, предусмотренных ст.53 УК РФ.

Заслушав доклад судьи Омзаар О.С., выступления потерпевшей Потерпевший №1, поддержавшей доводы апелляционной жалобы и просившей приговор отменить, возражение прокурора Доржукай А.Э., защитника Саая В.В., полагавших необходимым приговор оставить без изменения, суд

УСТАНОВИЛ:

АА признан виновным и осужден за убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны.

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ в ** Республики Тыва при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании АА вину в предъявленном обвинении признал полностью.

В апелляционной жалобе потерпевшая Потерпевший №1 выражает несогласие с приговором, в обоснование указывает, что выводы суда о правильности юридической оценки действий подсудимого АА основаны на противоречивых доказательствах и предположениях. Так, в описательной части приговора суд указывает, что в ходе ссоры АЮ начал наносить удары кулаком в область лица и головы АА, причинив ему телесные повреждения, которые расцениваются как легкий вред здоровью. При этом АЮ угрозы причинения вреда, а также убийства АА не высказывал, активных посягательства, сопряженных с насилием, опасным для жизни и здоровья последнего не предпринимал, предметы в качестве с намерением нанесения ударов, не демонстрировал. Однако, из описательно-мотивировочной части уже следует, что суд приходит к выводу, что АА действовал при наличии реальной угрозы его здоровью со стороны АЮ, превысил пределы необходимой обороны». Считает, что реальной угрозы не было, так как у потерпевшего в руках ничего не было и он, как указано в заключении судебно-медицинской экспертизы трупа, находился в сильной степени алкогольного опьянения. Из показаний подсудимого следует, что потерпевший пинал его обутыми в сапоги ногами, однако в заключении судебно-медицинской экспертизы, проведенного в отношении него, не значится, что по всему телу АА имеются какие-либо повреждения. Полагает, что если бы действительно его пинали ногами, были бы повреждения, к тому же если его потерпевший пинал обутыми в сапоги ногами, АА получил бы более тяжкие повреждения, а получил только закрытую черепно-мозговую травму в виде сотрясения головного мозга, повлекшую легкий вред здоровью. Также в показаниях главного свидетеля ХА нет ни слова о том, что АЮ пинал АА обутыми в сапоги ногами. Также по показаниям подсудимого, потерпевший АЮ был в состоянии средней степени опьянения, тогда как в заключении экспертизы трупа указывается, что он находился в тяжелой степени опьянения. Если АЮ был сильно пьян, то вряд ли он мог представлять опасность жизни и здоровью подсудимого. Также сам подсудимый заявляет, что он сам находился в сильной степени опьянения, однако опять же нет доказательств того, что он был сильно пьян и поэтому подвергался опасности со стороны потерпевшего АЮ, не имел возможности защищаться, кроме как с помощью ножа. Суд посчитал показания подсудимого АА и свидетеля ХА достоверными и взял их за основу приговора, хотя в их показаниях противоречий очень много. Так, из показаний подсудимого следует, что потерпевший высказывал угрозу расправой, что не соответствует указанным в описательной части приговора доводам суда. Также показания подсудимого не соответствуют заключению судебно-медицинской экспертизы, проведенной в отношении подсудимого, из которого следует, что АА причинен легкий вред здоровью по признаку его кратковременности, а по его показаниям следует, что он дважды терял сознание, даже в машину «скорой помощи» сел один, не посчитав нужным помочь человеку, которого он ударил ножом, якобы обороняясь от его посягательства. Так, подсудимый АА, когда приехала «скорая», которую вызвал свидетель ХА, оставил потерпевшего одного и сам уехал на «скорой», не подсказал врачам, что есть еще один пострадавший. Это указывает на то, что он предвидел возможность наступления смерти потерпевшего и желал этого, что указывает на наличие умысла на убийство, т.е. лишение жизни человека. Мог ли подсудимый терять сознание, получив сотрясение мозга, которое, по заключению экспертов, считается легким вредом здоровью, можно было установить путем допроса эксперта, чего не сделали ни органы предварительного следствия, ни суд. Это указывает на то, что и расследование дела, и судебное разбирательство проведено в одностороннем порядке. Как указано в приговоре, суд не установил обстоятельств, вызывающих сомнение показаниям свидетеля ХА и подсудимого, поэтому считает их достоверными, в то же время не посчитал нужным допросить свидетеля, о котором попросила сторона потерпевших. Считает, что показания этого свидетеля изменили бы многое в ходе судебного разбирательства. Приговор суда основан на показаниях подсудимого и его родственника - свидетеля ХА, заинтересованных в исходе дела, а также доказательствах, полных противоречий. Также считает, что приговор в отношении АА является чрезмерно мягким, так как лишен жизни молодой человек. Смягчающие вину подсудимого обстоятельства также являются надуманными, так как подсудимый вроде вину признает полностью, а вот деятельного раскаяния не видно, не видно и активного способствования раскрытию и расследованию преступления. Плохое здоровье подсудимого также признано смягчающим вину обстоятельством, между тем, если бы действительно у него плохое здоровье, он не мог бы выпивать, гулять, с кем-то драться и еще при себе иметь нож, который является предметом, который можно использовать в качестве орудия преступления. Вся совокупность якобы смягчающих вину подсудимого обстоятельств позволила суду назначить чрезмерно мягкое наказание. Также нарушено право потерпевшей стороны участвовать в судебных прениях, несмотря на то, что государственный обвинитель настаивал на участии потерпевших в судебных прениях, суд не посчитал нужным дать им осуществить это право, тем более потерпевшие были не согласны с квалификацией преступления. То, что потерпевшая заявила ходатайство о проведении судебного заседания без ее участия, не является её отказом от участия в судебных прениях. Кроме того в приговоре приведен протокол проверки показаний обвиняемого АА на месте, который не был исследован, некоторые протоколы судебного заседания составлены некорректно, допущены грамматические ошибки, которые затрудняют понятие смысла того или иного предложения. Просит приговор отменить, уголовное дело направить в тот же суд на новое судебное рассмотрение в ином составе.

В письменном возражении на апелляционную жалобу потерпевшей Потерпевший №1 государственный обвинитель Иргит Р.Э. просит приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражения, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Уголовное дело расследовано и рассмотрено достаточно полно, всесторонне, объективно.

Виновность АА в убийстве АЮ при превышении пределов необходимой обороны подтверждается показаниями, данными им в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 19 часов на открытой территории недалеко от ** Республики Тыва его знакомый АЮ начал его бить кулаками из-за того, что его автомобиль застрял в снегу. Он тогда находился в сильной степени алкогольного опьянения. АЮ очень злился и наносил удары кулаками по его лицу и голове. Когда он упал на землю, АЮ несколько раз нанес удары обутыми ногами по его голове и телу. Когда он его избивал, в руках АЮ не было никакого оружия. Испугавшись за свою жизнь, когда тот без остановки избивал его, высказывал слова угрозы, что расправится с ним, зная его агрессивный характер, поскольку знаком с ним давно и того, что они находились в состоянии алкогольного опьянения, он может сделать все что угодно, обороняясь за свою жизнь, вспомнил, что у него имеется нож. Он быстро достал его из правого кармана, и, вставая с земли, когда АЮ подбежал к нему лицом, опасаясь, что он снова будет его избивать, замахнулся ножом в переднюю грудную область АЮ, поранил его ножом. У него не было умысла на причинение смерти АЮ, он только оборонялся от его нападений.

Вышеприведенные показания АА подтверждаются и согласуются с показаниями свидетеля ХА о том, что из-за того машина застряла в снегу АЮ начал нападать на АА и угрожал расправой, выражаясь нецензурными словами, они вдвоем начали драться. Первым драку начал АЮ, он ударял АА в область лица и головы. Когда они дрались, он пытался их разнять, словесно говорил им перестать драться. В какой-то момент он увидел, что у АА в руке находится нож, нож небольшой, рукоятка красного цвета. Он не видел, как именно АА ударил ножом АЮ, но увидел, как АА замахнулся в сторону грудной клетки АЮ, он подошел к ним, АЮ после удара сел на снег. Когда он подошел АЮ сказал, что АА ударил его ножом.

Показания самого осужденного и свидетеля вопреки доводам жалобы являются последовательными, согласуются между собой, не содержат противоречий, объективно подтверждаются протоколами осмотра места происшествия, заключениями экспертов и соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела, оснований сомневаться в их достоверности не имеется.

Данных, указывающих на то, что в приговоре показания допрошенных лиц, содержание выводов экспертных заключений или иных документов приведены таким образом, что это искажало бы существо исследованных доказательств судом апелляционной инстанции не установлено.

Вопреки доводам потерпевшей, судом при вынесении оспариваемого приговора дана надлежащая оценка всей совокупности имеющихся по делу доказательств и сделан обоснованный вывод относительно юридической оценки содеянного АА При этом суд первой инстанции при оценке доказательств не допустил каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, ставящих под сомнение правильность установления фактических обстоятельств, что, соответственно, указывает на отсутствие по делу судебной ошибки.

Доводы потерпевшей о том, что в приговоре приведен протокол проверки показаний обвиняемого, который в судебном заседании не исследовался судебная коллегия находит необоснованными, поскольку указанный протокол был исследован в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, в котором потерпевшие не участвовали, что подтверждается протоколом судебного заседания (т.3, л.д.111-113).

Субъективная оценка произошедшего и анализ доказательств, которые даны потерпевшей в жалобе, не могут быть приняты, поскольку суд первой инстанции, как того требуют положения ст. 87, 88 УПК РФ, оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все доказательства в совокупности - достаточности для вынесения итогового решения по делу. Тот факт, что данная оценка доказательств не совпадает с позицией автора жалобы, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене или изменению оспариваемого приговора.

Кроме того, каких-либо противоречивых доказательств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда о виновности АА в совершении убийства с превышением пределов необходимой обороны и которым суд не дал оценки в приговоре, в том числе и по показаниям свидетеля ХА, не имеется.

Из материалов уголовного дела следует, что предварительное и судебное следствие по делу проведены полно и объективно, без нарушений уголовного и уголовно-процессуального законодательства, с соблюдением принципов уголовного судопроизводства. Все доводы апелляционной жалобы были предметом рассмотрения судом первой инстанции, тщательно проверены, проанализированы и получили надлежащую оценку в приговоре, который отвечает требованиям уголовно-процессуального закона, содержит описание преступного деяния, признанного судом доказанными, с указанием места, времени, способа его совершения, доказательств, на которых основаны выводы суда в части виновности осужденного в преступлении, а также мотивов, руководствуясь которыми суд положил в основу приговора указанные в приговоре доказательства.

Суд не ограничивал права участников процесса по исследованию имеющихся доказательств. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства. Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном следствии, не имеется. Из протокола судебного заседания не видно, чтобы со стороны председательствующего судьи проявлялась предвзятость либо заинтересованность по делу. Нарушений принципов состязательности и равноправия сторон в судебном заседании не допущено.

Доводы потерпевшей Потерпевший №1 о том, что суд ограничил ее в праве выступать в прениях сторон, судебная коллегия находит необоснованными по следующим основаниям.

Из материалов уголовного дела следует, что в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ государственным обвинителем было заявлено ходатайство об отложении судебного заседания для обеспечения права потерпевших выступить в прениях сторон, которое судом было удовлетворено (т.3, л.д.11-113). При этом судом приняты меры по надлежащему извещению потерпевших Потерпевший №1 и Потерпевший №2 о судебном заседании, отложенном на ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, материалы дела содержат заявление потерпевшей Потерпевший №1 от ДД.ММ.ГГГГ с просьбой рассмотреть уголовное дело в отношении АА без ее участия и о назначении АА строгого наказания (т.3, л.д.131).

Таким образом, право потерпевшей, предусмотренное п.15 ч.2 ст.42 и ч.2 ст.292 УПК РФ, на участие в прениях сторон в данном случае нарушено не было, так как прения сторон состоялись без ее участия на основании ее письменного заявления.

Также судебная коллегия находит необоснованным довод апелляционной жалобы потерпевшей о некорректном составлении некоторых протоколов судебного заседания, где допущены грамматические ошибки, которые затрудняют понятие смысла того или иного предложения, поскольку из протоколов судебных заседаний и аудиозаписи судебного заседания следует, что в протоколе отражены показания участников судебного разбирательства в том виде, в котором они ими излагались.

Психическое состояние АА судом проверено, суд обоснованно признал его вменяемым.

Таким образом, действия осужденного АА квалифицированы по ч. 1 ст. 108 УК РФ, как убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны в соответствии с установленными фактическими обстоятельствами дела и правовая оценка содеянного является правильной.

Оснований для иной оценки доказательств и квалификации действий АА суд апелляционной инстанции не находит ввиду того, что заключение экспертизы подтверждает наличие у АА закрытой черепно-мозговой травмы в виде ушиба мягких тканей лица и сотрясения головного мозга. Данные телесные повреждения могли образоваться от воздействия твердого тупого предмета (предметов) с ограниченной поверхностью, например кулаком и т.д., в связи с чем, суд пришел к выводу, что АА действовал при наличии реальной угрозы его здоровью со стороны АЮ, но выбрал способ защиты, явно выходящий за рамки необходимой обороны, ударив потерпевшего ножом в жизненно важный орган, превысил пределы необходимой обороны.

Приговор суда отвечает требованиям ст. ст. 302, 307 УПК РФ, каких-либо предположений и не устраненных противоречий не содержит.

Судом при назначении наказания в полной мере учтены обстоятельства, смягчающие наказание, в числе которых полное признание вины и раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, противоправное поведение потерпевшего, явившегося поводом для преступления, плохое состояние здоровья подсудимого, положительную характеристику по месту жительства, наличие на иждивении четверых малолетних и несовершеннолетних детей.

Обстоятельств, отягчающих АА наказание, судом правомерно не установлено.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом первой инстанции не признано отягчающим обстоятельством - совершение АА преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, противоречат требованиям ч. 1.1 ст. 63 УК РФ в контексте разъяснений, данных в п. 31 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", в соответствии с которыми само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, не является основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание.

Назначенное АА наказание в виде ограничения свободы по своему виду и сроку отвечает целям и задачам, определенным законом, соразмерно тяжести и общественной опасности содеянного, назначено с учетом его личности, смягчающих обстоятельств, отсутствия отягчающих, поэтому является справедливым.

При таких обстоятельствах оснований считать назначенное осужденному наказание незаконным и несправедливым в силу его чрезмерной мягкости, в том числе по доводам, изложенным в настоящей жалобе, не усматривается.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью и поведением осужденного, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного осужденным, которые давали бы основания для применения ст.64 УК РФ, суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции, не усматривает.

Вопрос о вещественных доказательствах и процессуальных издержках по делу разрешен судом в соответствии с законом.

Иные доводы указанные в апелляционной жалобе потерпевшей, судом апелляционной инстанции всесторонне проверены и не нашли своего объективного подтверждения.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Так, судом при описании мотива совершенного АА преступления ошибочно указан мотив: на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к потерпевшему, что не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела. Так из показаний осужденного АА следует, что он нанес потерпевшему удар ножом в целях отражения возможного дальнейшего нападения АЮ При этом иных доказательств того, что АА действовал на почве личных неприязненных отношений материалы уголовного дела не содержат.

В связи с этим, из приговора подлежит исключению указание на совершение АА преступления «на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений». Данный недостаток, допущенный при составлении приговора, не носит существенного характера, не влияет на доказанность вины осужденного и не может повлечь за собой отмену принятого по делу судебного решения.

Помимо этого, назначив АА наказание в виде ограничения свободы, суд первой инстанции в резолютивной части приговора не указал начало исчисление срока отбывания наказания в виде ограничения свободы.

Согласно ч. 1 ст. 49 УИК РФ срок ограничения свободы, назначенного в качестве основного вида наказания, исчисляется со дня постановки осужденного на учет уголовно-исполнительной инспекцией.

Таким образом, в резолютивной части приговора необходимо указать об исчислении срока наказания в виде ограничения свободы со дня постановки АА на учет уголовно-исполнительной инспекции.

Кроме того, согласно материалам уголовного дела, гражданами (истцами) Потерпевший №1, Потерпевший №1, Потерпевший №2, ОВ, действующей от имени несовершеннолетних АК СА был заявлен гражданский иск к ответчику АА о возмещении материального ущерба и взыскании морального вреда, причиненного преступлением, но суд оставил его без рассмотрения ввиду того, что истцами в исковом заявлении указаны лица, не признанные сторонами в рамках рассмотрения настоящего уголовного дела.

Вместе с тем, в соответствии с положениями части 2 статьи 309 УПК РФ при постановлении обвинительного приговора суд обязан разрешить предъявленный по делу гражданский иск.

Согласно п.38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 55 "О судебном приговоре", при разрешении в приговоре вопросов, связанных с гражданским иском, суд обязан привести мотивы, обосновывающие полное или частичное удовлетворение иска либо отказ в нем, указать с приведением соответствующих расчетов размеры, в которых удовлетворены требования истца, и закон, на основании которого разрешен гражданский иск. Лишь при необходимости произвести дополнительные расчеты, связанные с гражданским иском, требующие отложения судебного разбирательства, и когда это не влияет на решение суда о квалификации преступления, мере наказания и по другим вопросам, возникающим при постановлении приговора, суд может признать за гражданским истцом право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере возмещения гражданского иска для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Между тем, выводы суда об оставлении без рассмотрения гражданского иска не мотивированы и суд не привел нормы закона, на основании которого пришел к выводу об оставлении гражданского иска без рассмотрения.

Согласно п. 32 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу", в тех случаях, когда в ходе апелляционного производства выявлены нарушения, допущенные судом в части рассмотрения гражданского иска и неустранимые в суде апелляционной инстанции, приговор в этой части подлежит отмене с передачей гражданского иска на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства.

Таким образом, гражданский иск Потерпевший №1, Потерпевший №1, Потерпевший №2, ОВ, действующей от имени несовершеннолетних АК и СА к АА о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненного преступлением, необходимо передать для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

На основании изложенного, руководствуясь стст. 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Дзун-Хемчикского районного суда Республики Тыва от ДД.ММ.ГГГГ в отношении АА изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание о том, что АА совершил преступление на почве личных неприязненных отношений;

- указать об исчислении срока отбывания ограничения свободы со дня постановки осужденного на учет уголовно-исполнительной инспекцией;

- гражданский иск Потерпевший №1, Потерпевший №1, Потерпевший №2, ОВ, действующей от имени несовершеннолетних АК. и СА к АА о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненного преступлением, передать для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

Настоящее апелляционное решение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции через Дзун-Хемчикский районный суд Республики Тыва в течение 6 месяцев со дня вступления его в законную силу, то есть с ДД.ММ.ГГГГ.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий