Решение № 12-79/2019 от 10 февраля 2019 г. по делу № 12-79/2019

Дело № 12-79/2019


Р Е Ш Е Н И Е

11 февраля 2019 года город Ярославль

Судья Кировского районного суда г. Ярославля Сергеева Е.А.,

при секретарях Соколове Д.А., Обозовой Д.Ю.,

с участием:

лица, в отношении которого вынесено постановление по делу об административном правонарушении, ФИО6,

защитника лица, в отношении которого вынесено постановление по делу об административном правонарушении, ФИО6 ФИО7,

представителя потерпевших ФИО1 и ФИО2 ФИО3,

рассмотрев жалобу ФИО6, <данные изъяты> на постановление по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ,

у с т а н о в и л:

Постановлением инспектора ДПС ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по Ярославской области ФИО4 № 18810076180002376849 от 05 октября 2018 года ФИО6 привлечена к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, и ей назначено наказание в виде административного штрафа в размере 500 рублей.

Из постановления следует, что 05 октября 2018 года в 08 часов 25 минут по адресу: <...>, ФИО6, управляя транспортным средством <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, нарушила п. 8.3 Правил дорожного движения РФ, при движении задним ходом произвела столкновение с автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО2

Считая указанное постановление незаконными и необоснованными, в установленный срок ФИО6 обратилась в суд с жалобой, в которой просит постановление отменить, а производство по делу об административном правонарушении прекратить в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых оно вынесено.

Жалоба мотивирована тем, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя автомобиля <данные изъяты>, который, двигаясь по дворовой территории с большой скоростью, не справился с управлением и совершил столкновения с припаркованным автомобилем <данные изъяты>, который в момент столкновения в движении не находился. Также заявитель ссылается на то, что автомобиль <данные изъяты> длиннее других припаркованных рядом автомобилей, поэтому и произошло столкновение. При этом во дворе <...> где имело место дорожно-транспортное происшествие, каких-либо дорожных знаков и разметки, предоставляющих приоритет в движении участникам дорожного движения, не имеется. Кроме того, автомобиль <данные изъяты> имел сильную тонировку стекол, что ограничивало обзор водителя при управлении таким транспортным средством. Кроме прочего, заявитель считает, что по делу имеются основания для освобождения ее от административной ответственности в связи с малозначительностью административного правонарушения.

Потерпевшие ФИО5, ФИО2 и ФИО1, должностное лицо, составившее протокол об административном правонарушении, надлежащим образом уведомленные о месте и времени рассмотрении дела, в судебное заседание не явились.

С учетом мнения явившихся участников судебного разбирательства, считаю возможным рассмотреть жалобу при имеющейся явке.

В судебном заседании ФИО6 и защитник последней ФИО7 жалобу поддержали по изложенным в ней доводам и основаниям, представили письменные объяснения, доводы которых сводятся к тому, что на месте дорожно-транспортного происшествия ФИО6 выражала несогласие с порядком оформления документов, поскольку замеры сотрудниками ГИБДД были выполнены неверно, неверно было указано и взаимное расположение транспортных средств при столкновении, понятые при оформлении документов отсутствовали; все изложенное препятствовало вынесению постановления по делу об административном правонарушении на месте дорожно-транспортного происшествия. Обратили внимание на материалы фотофиксации, на которых зафиксировано расположение транспортных средств после столкновения автомобилей, которые опровергают вывод сотрудников ГИБДД, что именно автомобиль под управлением ФИО6 совершил столкновение с автомобилем <данные изъяты>. Кроме того, отметили, что в КоАП РФ не содержится норм, предусматривающих административную ответственность за движение автомобиля задним ходом на дворовой территории, где отсутствует организация дорожного движения, указывающая участникам дорожного движения на приоритет при движении.

ФИО6 в судебном заседании подтвердила объяснения, данные ей в ходе производства по делу об административном правонарушении, при этом обратила внимание на то, что движение автомобиля <данные изъяты> было прекращено до столкновения транспортных средств, так как ей необходимо было сходить домой. Кроме того, дополнительно сослалась на отсутствие доказательств того, что в момент дорожно-транспортного происшествия она, управляя автомобилем, совершала движение задним ходом, а соответственно и ее виновности в совершении административного правонарушения.

Представитель ФИО2 и ФИО1 ФИО3 возражал против удовлетворения жалобы, обратил внимание на то, что при имеющихся обстоятельствах ФИО2, управляя автомобилем <данные изъяты>, который двигался прямолинейно, имел приоритет по отношению к отъезжающему с парковки задним ходом автомобилю <данные изъяты>, под управлением ФИО6, который и должен был уступить дорогу автомобилю под управлением ФИО2 Тем самым полагал, что ФИО6 нарушила п.п. 8.1, 8.12 Правил дорожного движения РФ, за что и подлежит привлечению к административной ответственности. По его мнению, сомневаться в объяснениях ФИО2, оснований нет.

Выслушав участников судебного разбирательства, изучив материалы дела и материалы дела об административном правонарушении, прихожу к следующим выводам.

Часть 3 ст. 12.14 КоАП РФ предусматривает административную ответственность за невыполнение требования Правил дорожного движения уступить дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом движения, за исключением случаев, предусмотренных ч.2 ст.12.13 и ст.12.17 КоАП РФ.

Как следует из оспариваемого постановления, ФИО6 вменяется нарушение п. 8.3 Правил дорожного движения РФ, в соответствии с которым при выезде на дорогу с прилегающей территории водитель должен уступить дорогу транспортным средствам и пешеходам, движущимся по ней, а при съезде с дороги – пешеходам и велосипедистам, путь движения которых он пересекает.

Из объяснений ФИО2 от 05 октября 2018 года, данных на месте дорожно-транспортного происшествия, следует, что 05 октября 2018 года примерно в 08 часов 30 минут он двигался на автомобиле <данные изъяты> во дворе <...>. Слева от автомобиля <данные изъяты> с парковки задним ходом выезжал автомобиль <данные изъяты>, который на подаваемые им звуковые сигналы не реагировал и произвел столкновение с его автомобилем. Выйдя из автомобиля, водитель автомобиля <данные изъяты> извинилась, пояснив, что торопилась и не успела посмотреть в зеркало заднего вида. Также ФИО6 предложила разобраться на месте, однако ФИО2 отказался, вызвав сотрудников ГИБДД.

Из объяснений ФИО6 от 05 октября 2018 года, данных на месте дорожно-транспортного происшествия, следует, что она, управляя автомобилем <данные изъяты>, начала движение с парковочного места. Проехав менее 1 метра, увидела быстро движущийся по середине проезжей части, ближе к припаркованным слева автомобилям, автомобиль <данные изъяты>, в связи с чем сразу остановилась, прекратив движение автомобиля, после чего почувствовала удар. Водитель автомобиля <данные изъяты> мог видеть автомобиль <данные изъяты>, в связи с чем мог избежать столкновения. Кроме того, в объяснениях ФИО6 изложила свои претензии к сотрудникам ГИБДД, а также замечания по поводу произведенных ими замеров, указанных в схеме.

Изложенные в указанных объяснениях сведения ФИО6 в судебном заседании подтвердила. Вместе с тем, показала, что движение автомобиля <данные изъяты> было прекращено ею до столкновения транспортных средств, так как ей необходимо было сходить домой. При этом, во время своего отсутствия, она намеревалась оставить свой автомобиль в том положении, в котором он зафиксирован на фотографиях.

Тщательно проанализировав объяснения участников дорожно-транспортного происшествия, прихожу к выводу, что никаких оснований не доверять объяснениям ФИО2 не имеется, поскольку они не только последовательны и логичны, но и в полной мере подтверждаются объективными доказательствами – схемой дорожно-транспортного происшествия и материалами фотофиксации.

Так, на схеме дорожно-транспортного происшествия от 05 октября 2018 года зафиксированы сведения о взаимном расположении автомобилей после столкновения, а также сведения о выполненных сотрудниками ГИБДД замерах. Автомобиль <данные изъяты> зафиксирован стоящим параллельно проезжей части, а автомобиль <данные изъяты> – поперек проезжей части слева перед автомобилем <данные изъяты>, под углом к нему, что полностью согласуется с описанными в объяснениях ФИО2 обстоятельствами, при которых произошло дорожно-транспортное происшествие, а именно в результате движения водителем автомобиля <данные изъяты> задним ходом с парковки.

При этом следует отметить, что ни сам по себе размер угла, под которым автомобили располагались по отношению друг к другу, ни выполненные сотрудниками ГИБДД замеры тех или иных расстояний, при сложившейся в момент дорожно-транспортного происшествия ситуации никакого правового значения не имеют.

Нормами КоАП РФ порядок составления схемы места совершения административного правонарушения не регламентирован; она составляется инспектором ГИБДД лишь при необходимости указать дополнительные сведения, которые могут иметь значение для рассмотрения дела об административном правонарушении, что и было выполнено в данном случае одним из сотрудников ГИБДД, прибывших на место дорожно-транспортного происшествия, в целях определения места столкновения автомобилей и взаимного расположения автомобилей после столкновения.

Как следует из схемы дорожно-транспортного происшествия, последняя была подписана потерпевшим ФИО2, а также понятыми, которые с содержанием схемы согласились.

Тот факт, что понятые действительно были приглашены сотрудниками ГИБДД и своими подписями удостоверили содержание схемы места совершения административного правонарушения, под сомнение не ставится.

Указанные ФИО6 в объяснении от 05 октября 2018 года и в судебном заседании замечания к схеме, а также тот факт, что понятые непосредственно при производстве замеров, а также при выполнении самой схемы не присутствовали, а были приглашены после этого, о порочности содержащихся в схеме сведений не свидетельствуют, поскольку понятыми удостоверяется именно содержание схемы места совершения административного правонарушения, а не процесс выполнения замеров и изготовления сотрудниками ГИБДД самой схемы.

Кроме того, тот факт, что понятые действительно были приглашены сотрудниками ГИБДД и своими подписями удостоверили содержание схемы места совершения административного правонарушения, о чем ФИО6 было достоверно известно, подтверждается также и фотографией указанной схемы, приложенной самой ФИО6 к жалобе. На этой фотографии запечатлена схема, в которой уже зафиксированы все сведения и имеются подписи ФИО2, а также понятых, однако подписи самой ФИО6 еще нет, что свидетельствует о том, что ФИО6 подписывала схему последней, а потому не могла не видеть ни самих понятых, ни тот факт, что последние своими подписями удостоверили содержание схемы.

Таким образом, оснований не доверять изложенным в схеме места совершения административного правонарушения сведениям, не имеется; схема дорожно-транспортного происшествия является допустимым доказательством.

На видеозаписи, приобщенной к материалам дела, и осмотренной в судебном заседании, зафиксирован процесс производства замеров на месте дорожно-транспортного происшествия. Факт отсутствия на исследованной видеозаписи в момент производства сотрудниками ГИБДД замеров понятых свидетельствует лишь о том, что таковые были приглашены сотрудниками ГИБДД позднее, для удостоверения непосредственно содержания схемы места совершения административного правонарушения, о чем и было указано выше.

Фотографии с места происшествия, представленные ФИО6, выполнены после столкновения автомобилей, при этом их содержание полностью соответствует схеме дорожно-транспортного происшествия; никаких противоречий между сведениями схемы и материалами фотофиксации нет, напротив материалы фотофиксации лишь подтверждают зафиксированные в схеме сведения, а соответственно и объяснения ФИО2

Таким образом, объяснения ФИО2, схема дорожно-транспортного происшествия, а также фотографии не только соответствуют друг другу, но и полностью опровергают версию ФИО6 об обстоятельствах, при которых произошло столкновение транспортных средств.

В этой связи следует отметить, что версия ФИО6 об обстоятельствах, при которых произошло столкновение транспортных средств, опровергается также характером и локализаций полученных автомобилями повреждений, а также вещной обстановкой, которая имела место после дорожно-транспортного происшествия и была зафиксирована на схеме дорожно-транспортного происшествия, в материалах фотофиксации и на видеозаписи, и из которой прямо видно, что автомобиль <данные изъяты> под управлением ФИО6 своей задней частью выступает относительно других припаркованных автомобилей на проезжую часть, где прямолинейно, вдоль припаркованных автомобилей осуществлял движение автомобиль <данные изъяты> под управлением ФИО2, на значительное расстояние, что не только не связано с длиной автомобиля <данные изъяты>, но и прямо свидетельствует о том, что столкновение автомобилей произошло после начала движения автомобиля <данные изъяты> под управлением ФИО6 задним ходом с места парковки, что создало помеху в движении автомобилю <данные изъяты>, под управлением ФИО2, который двигался прямолинейно вдоль припаркованных автомобилей, справа от них, в том числе и автомобиля под управлением ФИО6

Кроме того, обращает на себя внимание и тот факт, что в своих объяснениях от 05 октября 2018 года ФИО6 указала, что она начала движение с парковки и, увидев автомобиль <данные изъяты>, сразу же остановилась, после чего произошло столкновение. В судебном заседании свои объяснения от 05 октября 2018 года ФИО6 подтвердила, однако указала, что движение автомобиля <данные изъяты> было прекращено ею до столкновения транспортных средств, так как ей необходимо было сходить домой. Непоследовательность объяснений ФИО6 относительно той причины, по которой она якобы остановила автомобиль, свидетельствует о непоследовательности позиции ФИО6, желании представить произошедшие события в более выгодном для себя свете, что не может быть не принято во внимание.

Более того, намерение ФИО6 покинуть автомобиль с любой целью, оставив его в том положении, в котором он зафиксирован на фотографиях, а именно выступающим в результате выезда задним ходом с места парковки относительно других припаркованных автомобилей на проезжую часть, где возможно движение других транспортных средств, на значительное расстояние, представляется не только надуманным, но и явно нелогичным.

Согласно п. 8.1 Правил дорожного движения РФ при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

В силу п. 8.12 Правил дорожного движения РФ движение транспортного средства задним ходом разрешается при условии, что этот маневр будет безопасен и не создаст помех другим участникам движения. При необходимости водитель должен прибегнуть к помощи других лиц.

В соответствии с п. 1.2 Правил дорожного движения РФ требование уступить дорогу (не создавать помех) означает, что участник дорожного движения не должен начинать движение, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость.

Таким образом, на основании тщательно проанализированных доказательств считаю установленным, что ФИО6, управляя автомобилем <данные изъяты>, начала движение с места стоянки задним ходом, в результате чего ее автомобиль стал смещаться под углом по ходу своего движения задним ходом, о чем как раз и свидетельствует расположение автомобиля ФИО6 под углом к автомобилю под управлением ФИО2, а автомобиль под управлением ФИО2 в этот момент двигался прямолинейно вдоль припаркованных автомобилей, справа от автомобиля под управлением ФИО6 и по направлению к нему. Соответственно, в силу п. 8.12 Правил дорожного движения РФ, начиная движение транспортного средства задним ходом, ФИО6 должна была убедиться в безопасности своего маневра и не создавать помехи другому участнику дорожного движения – автомобилю под управлением ФИО2

При таких обстоятельствах довод ФИО6 о том, что непосредственно перед столкновением автомобилей ее автомобиль не двигался никоим образом не свидетельствует о выполнении ФИО6 требований п. 8.12 Правил дорожного движения РФ, так как столкновение автомобилей произошло сразу после начала движения автомобиля под управлением ФИО6 задним ходом с места парковки, маневр которого ФИО6 не должна была начинать, не убедившись в его безопасности.

Таким образом, ФИО6 был нарушен п. 8.12 Правил дорожного движения РФ, при этом сами по себе фактические обстоятельства, при которых произошло столкновение автомобилей, инспектором ГИБДД были установлены верно.

Вместе с тем, постановление по делу об административном правонарушении в отношении ФИО6 подлежит отмене.

Как следует из постановления по делу об административном правонарушении, ФИО6 вменяется нарушение п. 8.3 Правил дорожного движения РФ, что фактическим обстоятельствам не соответствует, так как ФИО6 с прилегающей территории на дорогу не выезжала, начинала движение автомобиля задним ходом с места парковки, что создало помеху в движении автомобилю <данные изъяты>, под управлением ФИО2, в результате чего и произошло столкновение автомобилей.

Несмотря на то, что пункты 8.3 и 8.12 Правил дорожного движения РФ регулируют схожие общественные отношения по началу движения и маневрированию, нарушение водителем п. 8.12 Правил дорожного движения РФ составом административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, не охватывается.

Таким образом, вывод должностного лица органа ГИБДД о наличии в действиях ФИО6 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, является необоснованным.

В данном случае следует учесть и то обстоятельство, что за действия ФИО6, нарушившей п. 8.12 Правил дорожного движения РФ, административная ответственность нормами КоАП РФ не предусмотрена.

Такая ответственность предусмотрена лишь ч. 2 ст. 12.14 КоАП РФ, по которой подлежат квалификации действия водителя по развороту или движению задним ходом в местах, где такие маневры запрещены, за исключением случаев, предусмотренных частью 3 статьи 12.11 КоАП РФ. При этом такой запрет непосредственно установлен на пешеходных переходах, в тоннелях, на мостах, путепроводах, эстакадах и под ними, на железнодорожных переездах, в местах с видимостью дороги хотя бы в одном направлении менее ста метров, в местах остановок маршрутных транспортных средств, а также для движения задним ходом на перекрестках (пункты 8.11, 8.12 Правил), что в данном случае отсутствовало.

Утверждение ФИО6 о нарушении ФИО2 тех или иных пунктов Правил дорожного движения во внимание не принимаются, поскольку указанные обстоятельства ни исследованию, ни оценке при производстве по делу об административном правонарушении в отношении ФИО6 не подлежат.

На основании изложенного, постановление инспектора ДПС ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по Ярославской области ФИО4 № 18810076180002376849 от 05 октября 2018 года о привлечении ФИО6 к административной ответственности по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ подлежит отмене, а производство по делу об административном правонарушении прекращению на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, в связи с отсутствием в действиях ФИО6 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ.

Руководствуясь ст.ст. 30.6, 30.7 КоАП РФ, судья

р е ш и л:

Постановление инспектора ДПС ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по Ярославской области ФИО4 № 18810076180002376849 от 05 октября 2018 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ, в отношении ФИО6, отменить; производство по делу об административном правонарушении прекратить на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, в связи с отсутствием в действиях ФИО6 состава административного правонарушения.

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд в течение 10 суток со дня вручения или получения его копии.

Судья Е.А. Сергеева