Приговор № 1-269/2025 от 23 ноября 2025 г. по делу № 1-269/2025

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

24 ноября 2025 года г. Калининград

Ленинградский районный суд города Калининграда в составе

председательствующего Прейбис И.И.,

при секретаре судебного заседания Вощевской Е.В.,

с участием государственных обвинителей Терещенко И.Ю., Марусенко Э.Э., Крамского А.С.,

потерпевших З., Г.,

подсудимой ФИО1,

ее защитника – адвоката Новичихина С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению <данные изъяты>

ФИО1, <данные изъяты> несудимой

в совершении преступлений, предусмотренных п. «з» ч. 2 ст. 111, ч. 1 ст. 119 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

в период времени с 22-00 до 23-44 17 февраля 2024 года ФИО2, находилась у <адрес> в г. Калининграде, где в ходе конфликта с З., возникшего по причине нарушения ФИО2 тишины и покоя и оскорбительных выражений ФИО2 в адрес З., решила причинить телесные повреждения З., с применением кирпича, используемого в качестве оружия.

С этой целью, ФИО2, находясь в указанный выше период времени в указанном месте, на почве неприязненных отношений, образовавшихся в результате вышеуказанного конфликта, удерживая в руке приисканный ею кирпич, используемый в качестве оружия, приблизилась к З. и бросила кирпич в область головы З., тем самым нанеся последнему не менее одного удара в область лица, от чего З. испытал сильную физическую боль.

В результате умышленных действий ФИО2 потерпевшему З. причинены следующие телесные повреждения: <данные изъяты>

<данные изъяты> причинившее ЛЕГКИЙ вред здоровью по критериям отсутствия опасности для жизни и длительности расстройства здоровья, как причинившее кратковременное расстройство здоровья, длительностью до 21 дня.

Кроме того, в период времени с 22:00 до 23:44 17 февраля 2024 года ФИО2, находилась у <адрес> в г. Калининграде, в ходе конфликта с Г., возникшего по причине вышеуказанных обстоятельств ФИО2 в отношении сожителя Г.- З., решила осуществить угрозу убийством в адрес Г., с целью оказания на нее психологического воздействия.

С этой целью, ФИО2, находясь в указанном выше месте в указанный период времени, с целью оказания психологического воздействия на Г., желая ее запугать, находясь от нее в непосредственной близости, взяла в руку приисканный ею в тот момент кирпич и, демонстрируя находящийся у нее в руке кирпич, высказала в адрес Г. угрозы убийством, которые последняя воспринимала реально, так как у нее имелись достаточные основания опасаться осуществления высказанной ФИО2 угрозы, поскольку ФИО2 была агрессивно настроена и находилась от Г. в непосредственной близости, и ранее причинила телесные повреждения З. кирпичом, применив его как предмет, используемый в качестве оружия, в связи с чем Г. угрозу убийством восприняла реально и опасалась ее осуществления.

В судебном заседании подсудимая ФИО3 вину в совершении преступлений не признала пояснила, что проживает по адресу: <адрес> со своей дочерью Ш Ее соседями являются З., Г. и Г1 17 февраля 2024 года в вечернее время она находилась во дворе с П, с которой она распивала спиртные напитки. Около 22:00 последняя уехала, а она вышла во двор, стала спускаться по лестнице, поскользнулась и упала, из-за чего образовался шум, на который вышел З., начал предъявлять ей претензии из-за создаваемого ей шума, в результате чего у них случился словесный конфликт, в ходе которого З. толкнул ее, она упала в сторону открытой калитки и поранила себе левую руку. После этого З. продолжал направляться в ее сторону, сжимая кулаки, она взяла правой рукой кирпич, желая защитить себя и находясь в состоянии необходимой обороны, сказала З., чтобы он отошел от нее, иначе она кинет кирпич, но он продолжал двигаться к ней, после чего она бросила в его сторону кирпич в область ног, однако он попал ему в голову. Умысла на причинение вреда его здоровью у нее не было. Через некоторое время З. опять стал к ней подходить, после чего она взяла второй кирпич, который лежал и, удерживая его в руке, говорила, чтобы последнему, чтобы он к ней не подходил. Второй кирпич она в З. не бросала, а только держала его у себя в руке, поскольку опасалась, что последний причинит ей вред здоровью. После чего З. ушел к себе в дом, а она выбросила кирпич. Примерно через 5-7 минут она увидела у себя на руке рану, которую перевязала и направилась к себе домой. Затем она снова вышла на улицу, где встретила Г., которая сказала ей, что она ненормальная, у них случился словесный конфликт, в ходе которого она употребляла в адрес Г. нецензурную брань, однако убийством не угрожала.

Несмотря на непризнания вины подсудимой, виновность ФИО2 в совершении инкриминируемых ей преступлений полностью подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Потерпевший З. пояснил о том, что он совместно с Г. и ее сыном Г1 проживают по в <адрес> в г. Калининграде. Над ними проживает ФИО2 с дочерью. С января 2024 года с последней у него сложились конфликтные отношения на бытовой почве с ФИО2, которая злоупотребляет спиртными напитками, часто в состоянии алкогольного опьянения ведет себя вызывающе и нарушает покой его семьи. По данному поводу они неоднократно обращались в правоохранительные органы. 17 февраля 2024 года около 23:00 он вышел из дома и мимо него шла ФИО2, которой он высказал претензии по поводу ее шумного поведения, на что последняя в грубой форме с использованием грубого тона и нецензурной лексики оскорбила его, как мужчину, в присутствии близких ему людей, на что он высказал ей претензии и потребовал прекратить такое поведение. С ним рядом стояла Г., за ее спиной стоял Г1 ФИО2 продолжала его оскорблять, он повернулся к Г., попросил вызвать полицию и в это время ФИО4 правой рукой целенаправленно кинула ему в голову кирпич, который попал ему в левый глаз, он не успел среагировать, потому как разговаривал с Г. Далее ФИО2 кинула в него второй кирпич, он успел пригнуться и кирпич вскользь задел его голову. Он, находясь в шоковом состоянии, сразу развернулся и быстрым шагом направился в дом, так как кровь из раны шла обильно. Когда он уходил в дом, Г. и Г1 оставались на улице, которые через несколько минут зашли домой. Г. была сильно напугана, позвонила в службу «112». Бригада скорой медицинской помощи, оказала ему первую помощь на месте, после чего его госпитализировали, чтобы зашить рану. Противоправных действий в отношении ФИО2 он не совершал, что могут подтвердить Г. и Г1 Уже позже, от Г. он узнал, что после того, как он зашел в квартиру, ФИО2 вновь взяла кирпич и стала угрожать им Г. убийством, в результате чего та сильно испугалась и восприняла угрозу реально.

Указанные показания потерпевший З. подтвердил 3 апреля 2025 года в ходе их проверки на месте, указав участникам следственного мероприятия с участием статиста механизм причинения ему ФИО2 травмы 17 февраля 2024 года около 23:15 по адресу: <адрес>, а именно то, что в ответ на его замечания ФИО2 по поводу ее поведения, нарушающего общественный порядок, последняя стала оскорблять его в грубой нецензурной форме, на что он сделал ей замечание и попросил Г. вызвать сотрудников правоохранительных органов, в этот момент ФИО2 взяла с земли кирпич и бросила ему в лицо, удар пришелся в левую сторону лица. После чего ФИО2 бросила в его сторону еще один кирпич, однако он успел пригнуться, в связи с чем кирпич задел его по касательной. Рядом также находился Г1 (т.1, л.д. 135-145).

18 февраля 2024 года в 01:57 в ОМВД России по Ленинградскому району зарегистрирован рапорт, содержащей сведения, представленные медицинской сестрой ГБУЗ КО «Калининградская областная клиническая больница» о том, что в указанное выше медицинское учреждение поступил З. с <данные изъяты> (т. 1, л.д. 6).

Как следует из карты вызова бригады скорой медицинской помощи от 17 февраля 2024 года бригада скорой медицинской помощи № ГБУЗ Калининградской области «Региональный центр скорой медицинской помощи и медицины катастроф Калининградской области» в составе фельдшеров В и К осуществила выезд по адресу: <адрес> для оказания медицинской помощи З., у которого в области левой скуловой дуги диагностирована <данные изъяты> которая со слов пациента была причинена соседкой кирпичом. Впоследствии З. был госпитализирован в ГБУЗ КО «Калининградская областная клиническая больница» (т. 1, л.д. 67).

Из показаний свидетеля В следует, что она состоит в должности фельдшера скорой медицинской помощи ГБУЗ Калининградской области «Региональный центр скорой медицинской помощи и медицины катастроф Калининградской области». 17 февраля 2024 года в 23:44 часов в вечернее время она в оставе фельдшерской бригады скорой медицинской помощи № оказывала первую медицинскую помощь З. по адресу: <адрес>. З. предъявлял жалобы на боль в области скулы и левой брови, на обильное кровотечение из ран, и пояснил, что около получаса назад у него произошел конфликт с соседкой, в результате которого она дважды бросила кирпич в его сторону, попав в голову. При визуальном осмотре пациента было установлено, что в области левой скуловой дуги имеется <данные изъяты> После осмотра пациента, ему был поставлен предварительный диагноз: <данные изъяты>. Так как состояние пациента было нестабильно, было принято решение госпитализировать его в ГБУЗ КО «Калининградская областная клиническая больница» (т.2 л.д.150-152).

Согласно заключению эксперта № от 12 апреля 2024 года, З. причинена <данные изъяты> которая образовалась в результате, как минимум однократного ударного травматического воздействия тупого твердого предмета, обладавшего ограниченной площадью воздействовавшей поверхности с достаточно выраженным ребром. Следствием причинения З. указанной выше травмы явилось проведение ему медицинского вмешательства - первичной хирургической обработки <данные изъяты>, выполненной в 18 февраля 2024 года, в ГБУЗ КО «Калининградская областная клиническая больница». Причиненная З. указанная выше травма квалифицируется, как повреждение, причинившее легкий вред здоровью по критериям отсутствия опасности для жизни и длительности расстройства здоровья, как причинившее кратковременное расстройство здоровья, длительностью до 21 дня (т.1, л.д.97-99)

Как следует из дополнительного заключения эксперта № от 28 марта 2025, З. была причинена указанная выше травма. Имеющийся у З. <данные изъяты> (т. 2, л.д. 102-105).

14 июня 2025 года в ходе очной ставки между подозреваемой ФИО2 и потерпевшим З., последний дал показания, аналогичные изложенным выше, указав, что 17 февраля 2024 года ФИО2 кинула в его сторону, попав в лицо, затем кинула второй камень, но он успел уклониться от броска. Далее взяла еще один камень начала высказывать угрозы убийством в адрес Г. в нецензурной форме. Свидетелем данных событий, кроме Г., был также Г1 Физическую силу к ФИО2 он не применял (т. 1, л.д. 126-130).

Потерпевшая Г. пояснила, что проживает с З. и сыном Г1 в <адрес> в г. Калининграде. Их соседкой, проживающей на втором этаже, является ФИО2, которая проживает со своей дочерью. 17 февраля 2024 года ФИО2, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в очередной раз нарушала тишину и покой, не давала ее семье отдыхать. Около 23:00 того же числа на замечания З. по поводу нарушения ФИО2 общественного порядка, последняя начала его оскорблять с использованием нецензурной брани, на что З. попросил ее вызвать полицию и в это время ФИО2 целенаправленно правой рукой бросила в голову З. кирпич, который попал в область левого глаза последнего, затем ФИО2 бросила второй кирпич в З., однако он успел уклониться от броска и кирпич задел его голову по касательной. Расстояние между ФИО2 и З. было около трех метров. З. физического воздействия в адрес ФИО2 не применял. Из раны З. обильно текла кровь, он забежал в дом, рядом с ними стоял Г1 и все видел. Она стала говорить ФИО2 о недопустимости такого поведения, однако последняя опять взяла в руку кирпич, подняла его, замахнулась им в ее сторону и угрожала ее убить в нецензурной форме. Данную угрозу она восприняла реально, поскольку несколько минут назад ФИО2 причинила телесное повреждение З. с использованием кирпича и в момент высказывания угрозы в ее адрес также замахивалась в ее сторону кирпичом. Она испугалась за себя и за сына, боясь развернуться и зайти в дом, потому как полагала, что ФИО2 может кинуть кирпич ей в затылок. Г1 отвлек ее фразой: «Что вы делаете?», в этот момент ФИО2 отвлеклась, переключила внимание на него, и она забежала в дом, позвонила в службу «112» и рассказала о случившемся.

19 июня 2025 года в ходе очной ставки между подозреваемой ФИО2 и потерпевшей Г., последняя дала показания, аналогичные изложенным выше, указав, что 17 февраля 2024 года около 23:00 по адресу: <адрес>, ФИО2, выражаясь грубой нецензурной бранью в ответ на замечания З. относительно ее поведения, нарушающего общественный покой в вечернее время, кинула в сторону Г. кирпич, попав и разбив лицо, затем кинула второй кирпич, но он успел уклониться от броска и удар пришелся по касательной по голове. З. ушел домой, потому как из раны у него текла обильно кровь. В это время ФИО2 взяла в руки еще один кирпич и стала угрожать ей убийством в нецензурной форме. Свидетелем этому был ее сын Г1 (т. 1, л.д. 131-135).

Свидетель Г1 пояснил, что проживает с мамой Г. и З. Их соседкой является ФИО2 17 февраля 2024 года в вечернее время он услышал, как ФИО2 стала громко кричать, выражаясь нецензурной бранью. Он, мама и З. вышли на улицу, где мимо проходила соседка ФИО2, которая по внешним признакам находилась в состоянии алкогольного опьянения. З. сделал ФИО2 замечание по поводу ее поведения, которое нарушает общественный порядок. В ответ ФИО2 несколько раз выкрикивала в их адрес угрозы причинения вреда здоровья, которых он испугался. Далее ФИО2 взяла в руки кирпич и кинула его целенаправленно в сторону З., попав в голову, далее взяла второй кирпич и также кинула в З., однако он успел уклониться, после чего у последнего сильно пошла кровь из раны и он зашел в дом. Г. стала спрашивать у ФИО2: «Что ты творишь?», на что ФИО2 взяла в руку кирпич и стала угрожать маме убийством с использованием нецензурной лексики. Его мама испугалась, по ней это было видно, она не двигалась. Он крикнул ФИО2, чтобы она успокоилась и не трогала его маму, она отвлеклась на него и мама забежала в дом и стала вызывать скорую медицинскую помощь.

18 февраля 2025 года в ходе осмотра территории около <адрес> в г. Калининграде был изъят кирпич прямоугольной формы красного цвета, который, как пояснил З., ФИО2 кинула в него, причинив телесные повреждения (т. 1, л.д.11-15).

5 июля 2025 года с участием подозреваемой ФИО2 и ее защитника – адвоката Новичихина С.В. указанный кирпич был осмотрен. ФИО2 пояснила, что этим кирпичом ненамеренно причинила телесные повреждения З. (т. 1, л.д. 141-144).Вопреки доводам стороны защиты, давая общую оценку исследованным доказательствам, следует признать отсутствие правовых оснований для признания недопустимыми доказательствами протоколов процессуальных и следственных действий, в том числе по приводимым защитником в ходе судебного следствия доводам, поскольку указанное защитником не повлекло ограничение или нарушение прав участников уголовного судопроизводства. Представленные государственным обвинением и исследованные судом доказательства, дополняют друг друга, согласуются между собой, в связи с чем, признаются судом достоверными и допустимыми. Оценивая изложенные доказательства в совокупности, суд признает их достаточными для разрешения уголовного дела.

Постановления о возбуждении уголовного дела вынесены с соблюдением требований закона, уполномоченным на то должностным лицом, в пределах предоставленных ему полномочий, при наличии повода и оснований, свидетельствующих о достаточности данных, указывающих на признаки составов преступлений, содержат все необходимые реквизиты, то есть дату, место и время их вынесения, должностное лицо, принявшее решение о возбуждении уголовного дела, повод и основание для возбуждения уголовного дела, пункт, часть и статью УК РФ, на основании которой возбуждается уголовное дело, в установленный, вопреки доводам защитника, срок. Наличии двух заявлений о преступлении, зарегистрированных в КУСП ОМВД России по Ленинградскому району г. Калининграда, не свидетельствует незаконности постановлений о возбуждении уголовных дел.

Показания потерпевших З. и Г. по всем существенным фактическим обстоятельствам согласуются показаниями свидетеля Г1, а также с исследованными доказательствами. З. и Г., предупрежденные об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, последовательно поясняли, что сложившиеся соседские конфликтные отношения не влияют на дачу ими правдивых показаний по обстоятельствам произошедших событий, причин для оговора ФИО2 они не имеют, не установлено таковых и судом.

Несущественные противоречия, имевшие место в показаниях свидетеля Г1 относительно деталей произошедшего, были устранены в ходе судебного заседания, при том, что показания последнего по предмету доказывания являлись полными, последовательными и логически связанными.

Показания ФИО2 на стадии предварительного расследования и в судебном заседании суд расценивает как избранную ею линию защиты во избежание уголовной ответственности за содеянное, а к показаниям Ш, являющейся дочерью ФИО2, и П, являющейся подругой ФИО2, знающей со слов последней, о том, что З. толкнул ФИО2, та упала и поранила руку, суд относится критически, полагают, что они противоречат друг другу, а также показаниям самой ФИО2 о моменте обнаружения раны, присутствии Ш на улице сразу после произошедшего конфликта, обработки и перевязки раны, и полагает, что они обусловлены желанием смягчить степень вины подсудимой.

Так Ш пояснила, что 17 февраля 2024 года около 22:00 она, находясь дома у себя в комнате, услышала крики, открыла окно и увидела, что З. шел к маме, толкнул ее руками в грудь, она упала спиной к открытой калитке. Во дворе была соседка Г. Увидев это, она выбежала к ФИО2 из дома, на встречу ей шел З., повреждений на лице которого она не видела, увела маму домой, где на руке у мамы она увидела рану, которую обработала и перевязала.

Из показаний свидетеля П следует, что в середине февраля 2024 года около 21:00 она приехала в гости к своей подруге ФИО2, они употребляли алкогольные напитки. Побыв у нее некоторое время, она уехала. Примерно через час ей позвонила ФИО2 и попросила приехать. Приехав она в беседке увидела ФИО2, которая держала в своих руках тряпку со следами крови, пояснив, что З., ее толкнул, она упала и повредила руку. Она обработала ФИО2 рану, перевязала бинтом и уехала. Дочь ФИО2 – Ш, на момент ее приезда находилась дома и была в своей комнате (т.1, л.д. 160-163).

Указанные противоречивые показания свидетелей опровергаются последовательными и согласующимися между собой показаниями потерпевшей Г. и свидетеля Г1 о том, что З. физическую силу к ФИО2 не применял, Ш при конфликте на улице не было, события, указанные в обвинительном заключении, происходили без перерыва во времени, более того, суд учитывает, что П утверждала, что к моменту ее приезда Ш находилась дома у себя в комнате, ФИО2 сидела в беседке, где она и обработала ей рану.

Исходя из положений уголовного закона, под предметами, используемыми в качестве оружия, понимаются любые предметы внешнего мира, применяемые для непосредственного совершения преступления. Поскольку ФИО2 в качестве оружия для нанесения удара З. использовала кирпич, причинив последнему легкий вред здоровью в результате как минимум однократного ударного воздействия тупого твердого предмета, обладавшего ограниченной площадью воздействовавшей поверхности с достаточно выраженным ребром в область левого глаза, суд приходит к выводу, что квалифицирующий признак – «с причинением предмета, используемого в качестве оружия» вменен ФИО2 обоснованно.

Механизм и способ причинения телесного повреждения, его локализация в жизненно-важном органе - голове, орудие, используемое О.Н. для нанесения телесного повреждения, свидетельствуют о направленности умысла ФИО2 на причинение вреда здоровью человека. Легкий вред здоровью, причиненный З., находится в непосредственной причинной связи с действиями ФИО2

Доводы стороны защиты о нахождении ФИО2 в состоянии необходимой обороны опровергаются последовательными показания потерпевших З. и Г., а также свидетеля Г1 о том, что З. физическую силу к ФИО2 не применял.

Таким образом, действия ФИО2 по причинению З. телесных повреждений не были обусловлены необходимостью защиты от посягательства, а совершены из чувства личной неприязни к З., в связи с чем не являются необходимой обороной или превышением ее пределов в соответствии с положениями ст. 37 УК РФ.

Органами предварительного расследования действия ФИО2 были квалифицированы по п. «з» ч.2 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, выразившегося в неизгладимом обезображивании лица, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия. Эту же квалификацию в судебных прениях поддержал государственный обвинитель.

Вместе с тем с данной квалификацией действий подсудимой суд согласиться не может по следующим основаниям.

По смыслу закона, для квалификации действий подсудимого по признаку умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, выразившегося в неизгладимом обезображивании лица, необходима совокупность двух обязательных и взаимосвязанных между собой признаков: медицинского, который выражается в неизгладимости неизгладимость оставшихся на лице следов насилия, и эстетический, основанный на оценке произошедших изменений во внешнем облике потерпевшего в сопоставлении с его прежнем видом и общепринятыми представлениями о том, как обычно выглядит лицо человека.

Представленным суду заключением судебно-медицинской экспертизы, приведенным выше, установлено наличие у З. <данные изъяты>

Сам З. пояснил, что причиненное ФИО2 телесное повреждение <данные изъяты> доставило ему не только физическую боль, но и моральный дискомфорт, поскольку после причинения травмы он боялся выходить на улицу, показываться друзьям и родственникам, был вынужден приостановить трудовую деятельность. В течение полугода он старался не выходить в общественные места, поскольку его внешний вид был отталкивающим, сейчас это прошло, травма доставляет ему дискомфорт <данные изъяты>, который после массажа в течение дня рассасывается. Его родные и близкие в настоящий момент не обращают внимания на его травму, чувство отторжения при взгляде на себя в зеркало он не испытывает, его родные и близкие не говорят ему о том, что он выглядит безобразно и сам он понимает, что в настоящий момент его внешность не обезображена.

При этом суд учитывает, что исходя из показаний самого потерпевшего З., который был вынужден приостановить трудовую деятельность в связи с полученной травмой, в настоящее время не приступил к выполнению своих обязанностей не вследствие причиненной ФИО2 травмы, а вследствие перенесенного им оперативного вмешательства на ногу.

Свидетель Г1 пояснил суду, что в настоящий момент не воспринимает изменение естественного вида лица З., как крайне неприятное, уродливое, отталкивающее, устрашающее, неэстетическое, неприглядное, придающее неестественный вид.

С учетом указанных показаний самого потерпевшего Г., а также исходя из визуального восприятия потерпевшего в судебном заседании, того факта, что с течением времени и предпринятых потерпевшим медицинским процедур имеющийся у него <данные изъяты> не заметен на расстоянии, не повлек <данные изъяты>, не является обширным, не нарушил <данные изъяты>, визуально не увеличил и не уменьшил его части, не сказался на работе <данные изъяты> и не привел к изменению <данные изъяты> потерпевшего <данные изъяты>, суд приходит к выводу о том, что имеющийся на лице у З. рубец не повлек обезображивание его лица.

Ощущение <данные изъяты>, который после ежедневного массажа и в течение дня исчезает, о чем в судебном заседании пояснил потерпевший З., не свидетельствуют, при изложенных выше обстоятельствах, о неизгладимом обезображивании его лица.

Не опровергают данных выводов суда показания Г., указавшей на то, что внешний вид З. в настоящее время, вследствие наличия <данные изъяты>, является обезображивающим, поскольку свидетель, указав на наличие <данные изъяты> на лице З., который в настоящее время по цвету сравнялся с тоном кожи и не так выражен как сразу после причинения телесного повреждения, не смогла указать, как именно имеющийся <данные изъяты> обезображивает внешность З. Ссылка Г. на то, что по утрам на <данные изъяты> З. <данные изъяты> и этим внешность З. приобретает отталкивающий вид, опровергается показаниями самого З., который пояснил, что отек после массажа рассасывается и в течение дня незаметен.

При изложенных обстоятельствах, суд приходит к выводу о необходимости переквалификации действий подсудимой ФИО2 с п. «з» ч.2 ст. 111 УК РФ на п. «в» ч.2 ст. 115 УК РФ.

Доводы стороны защиты о том, что высказывание угрозы убийством Г. не нашло своего подтверждения опровергаются последовательными, подробными и аналогичными показаниями потерпевшей, и свидетеля Г1, которые согласуются между собой. Свидетель Г1 являлся очевидцем данному факту. Потерпевшему З. о произошедшем стало известно с их слов, поскольку он в тот момент был занят обработкой раны лица, которая сильно кровоточила. У суда нет оснований не доверять потерпевшей и свидетелю, поскольку не установлено оснований для оговора подсудимой данными лицами. У Г. имелись основания реально опасаться за свою жизнь, поскольку ФИО2 ранее нанесла травму кирпичом З., в момент высказывания угрозы также держала в руках кирпич, физически подтверждая словесную угрозу.

Таким образом, изложенные выше допустимые и достоверные доказательства в их совокупности суд находит достаточными для вывода о виновности подсудимой ФИО2, квалифицирует ее действия по:

- п. «в» ч.2 ст. 115 УК РФ (с потерпевшим З.), как умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия;

- по 1 ст. 119 УК РФ (с потерпевшей Г.), как угрозу убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

При назначении наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности каждого из совершенных преступлений, данные о личности виновной, в том числе обстоятельства смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимой, условия жизни ее семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимой по каждому эпизоду преступления, суд учитывает, что ФИО2 не судима, положительно характеризуется, <данные изъяты>

С учетом фактических обстоятельств совершенных ФИО2 преступлений, данных, характеризующих личность подсудимой, смягчающих наказание обстоятельства, учитывая принцип соразмерности наказания и его влияние на исправление осужденной, суд считает достижение целей и задач наказания, а также исправление осужденного, возможным с назначением наказания по каждому совершенному преступлению в виде обязательных работ.

При разрешении заявленного потерпевшими гражданских исков о компенсации морального вреда, суд руководствуется положениями ст. ст. 151 и 1064 ГК РФ.

Как следует из показаний потерпевшего З., вследствие полученного в результате преступления телесного повреждения, он испытывал нравственные и моральные страдания, переживал случившееся, испытывал физическую боль, вынужден был на время прекратить работу, поскольку его работа была связана с <данные изъяты> поскольку его внешность была сильно изменена, <данные изъяты>

В свою очередь, как следует из показаний потерпевшей Г. вследствие совершенного в отношении нее преступления, последняя долгое время испытывала чувство страха, боялась выйти на улицу одна, возвращаясь с работы в темное время суток просила встретить ее либо З., либо Г1, опасаясь осуществления высказанной ФИО2 угрозы.

С учетом обстоятельств совершенных в отношении З. и Г. преступлений, степени нравственных и моральных страданий каждого из них, материального положения подсудимой, суд полагает справедливым удовлетворить исковые требования З. в частично в размере 150 000 рублей, Г. частично в размере 30 000 рублей.

Указанные суммы компенсации морального вреда в размере 150 000 рублей и 30 000 рублей, подлежат взысканию с подсудимой ФИО2 в пользу З. и Г., соответственно.

С учетом требований ст. 110 УПК РФ, у суда не имеется оснований для изменения ранее избранной в отношении ФИО2 меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора суда в законную силу.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств подлежит разрешению в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307-310 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновной в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 115, ч. 1 ст. 119 УК РФ, на основании которых назначить ей наказание:

- по п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ (по эпизоду в отношении потерпевшего З.) в виде обязательных работ сроком на 330 часов;

- по ч. 1 ст. 119 УК РФ (по эпизоду в отношении потерпевшей Г.) в виде обязательных работ сроком на 300 часов.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде обязательных работ сроком на 400 часов.

Меру пресечения Домаркас (О.Н.) О.Н. до вступления приговора в законную силу оставить без изменения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Гражданский иск потерпевшего З. – удовлетворить частично. Взыскать с ФИО1 в счет возмещения морального вреда в пользу З. 150 0000 (сто пятьдесят тысяч) рублей.

Гражданский иск потерпевшей Г. – удовлетворить частично. Взыскать с ФИО1 в счет возмещения морального вреда в пользу Г. 30 0000 (тридцать тысяч) рублей.

Вещественные доказательства по вступлении приговора в законную силу:

- предмет, схожий со строительным кирпичом, фрагмент кирпича, – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Калининградского областного суда через Ленинградский районный суд г. Калининграда в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осужденной, содержащейся под стражей, в тот же срок со дня вручения ей копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы или представления осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должна указать в своей апелляционной жалобе, а в случае принесения апелляционного представления или апелляционной жалобы другим участником процесса – в возражениях на жалобу либо представление.

Председательствующий:

Дело № 1-296/2025

УИД – 39RS0001-01-2025-004253-36