Постановление № 4-А-21/2017 4А-21/2017 от 6 апреля 2017 г. по делу № 4-А-21/2017

Дело № 4-А-21/ 2017


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

7 апреля 2017 года г. Биробиджан

Председатель суда Еврейской автономной области В.В. Старецкий, рассмотрев жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи Октябрьского судебного участка Ленинского судебного района ЕАО от 05.06.2015, вынесенное в отношении него по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 4 ст. 12.8 КоАП РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Постановлением мирового судьи Октябрьского судебного участка Ленинского судебного района ЕАО от 05.06.2015 ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 12.8 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 50 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 3 года.

В жалобе ФИО1 просит переквалифицировать им содеянное с ч. 4 ст. 12.8 КоАП РФ на ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

Мотивирует это тем, что в соответствии с Федеральным законом от 31.12.2014 № 528-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросу усиления ответственности за совершение правонарушений в сфере безопасности дорожного движения», вступившим в силу с 01.07.2015, часть 4 статьи 12.8 признана утратившей силу, а согласно ч. 2 ст. 1.7 КоАП РФ закон, смягчающий или отменяющий административную ответственность за административное правонарушение либо иным образом улучшающий положение лица, совершившего административное правонарушение, имеет обратную силу, то есть распространяется и на лицо, которое совершило административное правонарушение до вступления такого закона в силу и в отношении которого постановление о назначении административного наказания не исполнено.

Ознакомившись с доводами жалобы ФИО1, изучив материалы дела об административном правонарушении, оснований для удовлетворения указанной жалобы не нахожу в связи со следующими обстоятельствами.

По смыслу ч. 2 ст. 30.16 КоАП РФ судья, принявший к рассмотрению жалобу, не связан с изложенными в ней доводами, и вправе проверить дело об административном правонарушении в полном объеме.

В силу п. 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, утверждённых Постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090 (далее - Правила дорожного движения), водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомлённом состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

По состоянию на 06.05.2015, то есть на дату совершения рассматриваемого правонарушения, административная ответственность за управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, предусматривалась ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ в редакции Федерального закона от 23.07.2013 № 196-ФЗ, действовавшей до 01.07.2015. По части 4 названной статьи в редакции того же Федерального закона ответственность наступала за повторное совершение указанного правонарушения.

Из материалов дела следует и достоверно установлено мировым судьёй, что 06.05.2015 в 15 час. 45 мин. в районе дома № <...> по ул. <...> в с. <...> Октябрьского района ЕАО ФИО1, ранее привлекавшийся к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ за управление транспортным средством в состоянии опьянения (постановление от 13.11.2012), до истечения одного года со дня окончания исполнения данного постановления управлял транспортным средством - автомобилем <...>, находясь в состоянии алкогольного опьянения, то есть повторно совершил аналогичное правонарушение.

Указанные обстоятельства подтверждаются собранными по делу об административном правонарушении доказательствами: протоколом об административном правонарушении (л.д. 3), протоколом об отстранении от управления транспортным средством (л.д. 4), актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения с бумажным носителем, содержащим результаты исследования с использованием алкотектора (л.д. 5, 6), копией постановления о привлечении ФИО1 к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ (л.д. 15), оценёнными мировым судьёй в совокупности с другими материалами дела об административном правонарушении в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ, в том числе и с точки зрения законности их получения.

Таким образом, действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 4 ст. 12.8 КоАП РФ.

При возбуждении дела об административном правонарушении, оформлении соответствующих материалов и передаче дела в суд уполномоченным органом, рассмотрении настоящего дела об административном правонарушении мировым судьёй нарушений норм материального права и процессуальных требований, в том числе повлиявших на выводы, сделанные по данному делу, не допущено.

Постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 12.8 КоАП РФ, вынесено мировым судьёй в пределах срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел.

Административное наказание назначено ФИО1 в соответствии с санкцией ч. 4 ст. 12.8 КоАП РФ, с соблюдением требований, предусмотренных ст. 4.1 КоАП РФ.

Статья 54 Конституции РФ гласит, что закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет (часть 1). Никто не может нести ответственность за деяние, которое в момент его совершения не признавалось правонарушением. Если после совершения правонарушения ответственность за него устранена или смягчена, применяется новый закон (часть 2).

Ей корреспондирует ч. 2 ст. 1.7 КоАП РФ, в силу которой закон, смягчающий или отменяющий административную ответственность за административное правонарушение либо иным образом улучшающий положение лица, совершившего административное правонарушение, имеет обратную силу, то есть распространяется и на лицо, которое совершило административное правонарушение до вступления такого закона в силу и в отношении которого постановление о назначении административного наказания не исполнено.

Согласно п. 5 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в редакции, действовавшей до 04.07.2016, производство по делу об административном правонарушении не могло быть начато, а начатое производство подлежало прекращению в случае отмены закона, установившего административную ответственность.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 31.12.2014 № 528-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросу усиления ответственности за совершение правонарушений в сфере безопасности дорожного движения» (далее - Федеральный закон), вступившим в силу с 01.07.2015, часть 4 статьи 12.8 признана утратившей силу.

Вместе с тем, этим же Федеральным законом (п. 2 ст. 1) Уголовный кодекс РФ дополнен статьёй 264.1 «Нарушение правил дорожного движения лицом, подвергнутым административному наказанию», также вступившей в силу с 01.07.2015, установившей уголовную ответственность, в том числе, за деяние, ответственность за которое ранее предусматривалась ч. 4 ст. 12.8 КоАП РФ.

Таким образом, системное толкование приведённых правовых норм позволяет сделать вывод о том, что ответственность за управление автомобилем, трамваем либо другим механическим транспортным средством лицом, находящимся в состоянии опьянения, уже подвергнутым административному наказанию за аналогичное деяние с 01.07.2015 не отменена, а, напротив, усилилась.

Такая позиция федерального законодателя обусловлена целями повышения дорожно-транспортной дисциплины в России, которая по-прежнему остаётся крайне неблагоприятной, а также предотвращения управления транспортными средствами в состоянии опьянения как одного из наиболее общественно опасных нарушений Правил дорожного движения.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 14.07.2015 № 20-П, установленное ч. 2 ст. 1.7 КоАП РФ правило об обратной силе закона, отменяющего административную ответственность, не должно интерпретироваться в отрыве от принципиальных положений, закреплённых в ч. 2 ст. 54 Конституции РФ, имеющих межотраслевое юридическое значение. Это означает, что отмена административной ответственности за то или иное деяние с одновременной заменой её уголовной ответственностью не может считаться устранением ответственности за совершение соответствующего деяния, иными словами, установление уголовной ответственности за деяние, которое ранее признавалось административно наказуемым, не может свидетельствовать об отмене публично-правовой ответственности за такое деяние.

Более того, криминализация федеральным законодателем деяний, ранее признаваемых административными правонарушениями, представляет собой ужесточение публично-правовой ответственности за их совершение, проявляющееся в повышенной строгости уголовных санкций по сравнению с административными санкциями, большей степени ограничения прав при применении уголовно-правового института судимости по сравнению с институтом административной наказанности. Отмена законом административной ответственности за определённое деяние с одновременным переводом такого деяния под действие Уголовного кодекса РФ означает, что законодатель не только продолжает оценивать данное деяние как правонарушающее, но и считает возросшей степень его общественной опасности.

Соответственно, применительно к вопросу о возможном прекращении на основании п. 5 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в подобных случаях производства по делу об административном правонарушении отмена административной ответственности за конкретное деяние с его одновременной криминализацией по своим правовым последствиям от ужесточения административной ответственности за административное правонарушение принципиально не отличается: и в том и в другом случае для прекращения производства по делу нет оснований.

Данный вывод базируется, в частности, на вытекающих из конституционных принципов справедливости и равенства требованиях неотвратимости ответственности за совершённое правонарушение, а также определённости, ясности, недвусмысленности правовых норм и их согласованности в общей системе правового регулирования.

В развитие этой правовой позиции федеральным законодателем внесены соответствующие изменения в законодательство об административных правонарушениях.

Так, Федеральным законом от 23.06.2016 № 195-ФЗ «О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», вступившим в силу с 04.07.2016, статья 1.7 КоАП РФ дополнена частью 2.1 следующего содержания: «В случае одновременного вступления в силу положений закона, отменяющих административную ответственность за содеянное и устанавливающих за то же деяние уголовную ответственность, лицо подлежит административной ответственности на основании закона, действовавшего во время совершения административного правонарушения.», а согласно п. 5 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в редакции указанного Федерального закона производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению в случае признания утратившими силу закона или его положения, устанавливающих административную ответственность за содеянное, за исключением случая одновременного вступления в силу положений закона, отменяющих административную ответственность за содеянное и устанавливающих за то же деяние уголовную ответственность.

Таким образом, основания для отмены либо изменения обжалуемого судебного постановления, равно как и для переквалификации совершённого ФИО1 правонарушения с ч. 4 ст. 12.8 КоАП РФ на ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 30.13 и 30.17 КоАП РФ,

П О С Т А Н О В И Л:

Постановление мирового судьи Октябрьского судебного участка Ленинского судебного района ЕАО от 05.06.2015, вынесенное в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 4 ст. 12.8 КоАП РФ, оставить без изменения, жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председатель суда В.В. Старецкий