Решение № 2-136/2024 2-136/2024(2-3660/2023;)~М-2824/2023 2-3660/2023 М-2824/2023 от 13 октября 2024 г. по делу № 2-136/2024

Дело № 2-136/ 2024

УИД76RS0014-01-2023-002851-42

Изготовлено 14.10.2024 г.


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Ярославль

09 сентября 2024 года

Кировский районный суд города Ярославля в составе:

председательствующего судьи Бабиковой И.Н.,

при секретаре Гарнихиной Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7 к Индивидуальному предпринимателю ФИО8 о защите прав потребителя, встречному иску индивидуального предпринимателя ФИО8 к ФИО7 о взыскании денежных средств, процентов за пользование чужими денежными средствами,

У С Т А Н О В И Л :

Истец обратился в суд с иском к ответчику, указав в исковом заявлении, что ему на праве собственности принадлежит автомобиль Opel Vivaro, VIN №, регистрационный знак №. 09.09.2022 г. истец передал автомобиль в автосервис «Pit Stop» ИП ФИО8, где производился ремонт двигателя. 17.11.2022 г. автомобиль был получен истцом после ремонта. 28.11.2022 г. ФИО7 начал ездить на автомобиле, на котором загорались индикаторы неисправности. 05.12.2022 г. истец вернулся в Ярославль, в дороге ошибки на панели приборов сохранились, автомобиль работал некорректно. 27.12.2022 г. истец на автомобиле прибыл в автосервис, вышел из автомобиля, не заглушая двигатель. Когда он через 2 минуты вышел из здания автосервиса, обнаружил горение в передней части автомобиля. Полагает, что причиной возгорания и повреждения автомобиля являются работы, выполненные на сервисе ИП ФИО8 по ремонту двигателя, поскольку для демонтажа двигателя требуется воздействие на элементы электрических цепей. Согласно заключению ИП ФИО4 после проведенного ремонта у транспортного средства возникли неисправности в электрическом или электронном оборудовании предпускового подогревателя; демонтаж двигателя сопровождался множественным отсоединением клемм электропитания узлов и агрегатов, в том числе, топливных форсунок; очаг возгорания представляет собой эл.проводники, часть из которых, предположительно, идет к участку управления форсунками двигателя; проводники представляют собой медные многопроволочные жилы, на одной из жил наблюдается излом проволок и локальное изменение цвета меди до рубинового. Согласно заключению ИП ФИО4 стоимость восстановительного ремонта без учета износа подлежащих замене деталей равна 2 036 100 руб. В связи с нарушением прав потребителя, отказом в удовлетворении досудебной претензии истец вправе требовать компенсации морального вреда, взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами и штрафа.

Истец просил взыскать сумму материального ущерба в размере 2 036 100 руб., взыскать проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 8 785,91 руб., компенсировать моральный вред в сумме 45 000 руб., взыскать штраф, возместить судебные расходы: на оплату услуг эксперта в сумме 15 000 руб., на оплату государственной пошлины 5 224,43 руб..

В процессе рассмотрения дела истец исковые требования уточнил и дополнил. Истец просил взыскать в его пользу с ИП ФИО8 сумму материального ущерба в размере 601 100 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 94 879,44 руб., продолжить их начисление до даты вынесения решения суда, а в дальнейшем до момента фактического исполнения ответчиком обязательства в размере ключевой ставки ЦБ РФ, действующей в соответствующие периоды, от суммы долга за каждый день просрочки; взыскать стоимость оплаченных работ по договору заказ - наряда №4866 в размере 95 000 руб., штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя; в счет компенсации морального вреда 45 000 руб., в возмещение расходов на оплату услуг эксперта 15 000 руб., возвратить истцу уплаченную при обращении в суд государственную пошлину.

Уточненные исковые требования мотивированы тем, что 09.09.2022 г. ФИО7 передал свой автомобиль для ремонта двигателя в автосервис ИП ФИО9 15.11.2022 г. истец получил сообщение об окончании выполнения работ и 17.11.2022 г. получил свой автомобиль. 28.11.2022 г. ФИО7 начал ездить на автомобиле, однако на панели приборов загорались индикаторы различных неисправностей. 30.11.2022 г. истец вновь приехал в сервис, где ему сделали диагностику, которая показала, что имеется обрыв правого заднего датчика ABS. Работники сервиса пояснили, что индикаторы на приборной доске горят потому, что в баке есть остатки летней солярки. 02.12.2022 г. на другом сервисе истец заменил масло и отремонтировал датчик ABS. 05.12.2022 г. истец с супругой приехали в г.Ярославль. 27.12.2022 г. истец прибыл автосервис «Гаражъ» для диагностики и ремонта автомобиля, однако когда истец вошел в здание автосервиса, автомобиль загорелся. Причиной возгорания автомобиля явились проведенные в автосервисе ответчика работы. Стоимость ремонта превышает стоимость автомобиля. Рыночная стоимость автомобиля составляет 667 600 руб., стоимость годных остатков- 66 500 руб. Сумма ущерба равна 601 100 руб. Поскольку работы по ремонту автомобиля были выполнены некачественно, истец вправе не оплачивать производство этих работ.

ИП ФИО8 обратилась с встречным исковым заявлением, в котором указала, что 09.09.2022 г. ФИО10 передан на СТО «PIT STOP» ИП ФИО8 автомобиль Opel Vivaro, VIN №, регистрационный знак №, для капитального ремонта двигателя. Работы по ремонту двигателя были выполнены. Общая стоимость работ согласована сторонами и составила 175 051,48 руб. 17.11.2024 г. ФИО10 оплачено 60 000 руб. и 35 000 руб. ИП ФИО8 была предоставлена отсрочка в выплате оставшейся суммы - 80 051,48 руб. до 30.04.2023 г. До настоящего времени задолженность не погашена. ИП ФИО8 просит взыскать с ответчика по встречному иску ФИО7 неоплаченную сумму за выполненные работы в размере 80 051,48 руб., проценты в порядке ст.395 ГК РФ за период с 01.05.2023 г. по 07.07.2024 г. в размере 12 601,5 руб., с дальнейшим начислением процентов по день фактической оплаты долга, исходя из ключевой ставки ЦБ РФ, действующей в соответствующие периоды, взыскать 2 980 руб. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины.

К участию в деле в качестве третьих лиц привлечены ФИО10 (супруга ФИО7), ФИО11 (супруг ответчика ИП ФИО8), ФИО12, ФИО13, ФИО14 (работники СТО ИП ФИО8), ООО «Автолекарь» (СТО, проводившая работы с автомобилем истца 02.12.2022 г.).

В судебном заседании 15.08.2024 г. истец ФИО7 свои исковые требования поддержал, встречный иск ИП ФИО8 не признал. ФИО7 в судебных заседаниях 03.11.2023 г., 15.08.2024 г. показал, что приобрел автомобиль «Опель Виваро» в хорошем состоянии. В августе 2022 г. он вместе с женой отправился в поездку на автомобиле. На панели приборов никакие символы, индикаторы не зажигались. В Казани в автомобиле «застучал» двигатель. На эвакуаторе автомобиль доставили в г.Чайковский. Там он обратился в один из сервисов, где автомобиль не взялись ремонтировать. После этого он обратился в сервис «Pit Stop», где взялись за ремонт двигателя его автомобиля, сказав, что стоимость работ 40-50 тысяч рублей, срок выполнения работ-1-1,5 недели. Однако ремонт продлился 2,5 месяца. С сервисом общались по телефону супруги. 16.11.2022 г. его поставили в известность, что автомобиль можно забирать и сообщили цену - около 200 000 руб. 17.11.2022 г. он в рабочее время прибыл на сервис, где ему отказались выдать автомобиль, пока он не внесет всю стоимость ремонта. Они с супругой оплатили часть стоимости ремонта. Однако он увидел, что на панели приборов горели индикаторы неисправностей. Его на сервисе, в том числе, лично ФИО11, заверили, что это потому, что в автомобиле залито летнее дизельное топливо. Поскольку автомобиль не выдавали, он вызвал полицию. После этого автомобиль выдали. Он был готов оплатить оставшуюся часть стоимости ремонта после обкатки машины в случае, если все с ней будет в порядке. После смены летних покрышек на зимние с 28.11.2022 г. он начал использовать автомобиль, при этом индикаторы неисправности на панели приборов продолжали гореть. Сотрудники сервиса говорили, что это из-за летнего топлива, либо из-за того, что ими были залиты какие-то присадки. Автомобиль работал некорректно. 30.11.2022 г. он вновь приехал на станцию для диагностики машины, за что с него взяли 1300 рублей. После диагностики сообщили о неисправности датчика ABS, и что горение другого индикатора вызвано использованием летнего вида топлива. Он уже не доверял ответчику, поэтому поехал в СТО «FIT SERVICE», где ему заменили масло и провели ремонт провода ABS в заднем правом колесе. Ремонт в подкапотном пространстве в данном СТО не проводили. После этого они с супругой выехали в Ярославль. По дороге автомобиль ехал очень плохо, плохо набирал и держал скорость, несколько раз вставали, на панели горела «спиралька» - индикатор неисправности, индикатор по ABS уже не горел. Он останавливался в <адрес>, в гаражах, где ему «скидывали» ошибки. Он хотел доехать до Ярославля, чтобы передать автомобиль в хороший сервис. В Ярославль он прибыл 05.12.2022 г. В Ярославле использовал автомобиль в щадящем режиме. 27.12.2022 г. он поехал в сервис «Гараж» на <адрес> для осмотра и ремонта машины, у сервиса припарковал машину, оставил работающим двигатель и отлучился в сервис, чтоб попросить открыть ворота для въезда. В этот момент автомобиль загорелся, его выбежали тушить сотрудники сервиса. Сам он испугался. По его поручению сотрудники сервиса сообщили о пожаре в полицию.

Кроме того, истец пояснил, что после ремонта автомобиля он обнаружил, что в нем на сервисе ответчика были заменены лампы в фарах, однако в этой части он претензии к ИП ФИО8 не предъявлял.

Представитель истца ФИО15 в судебном заседании 09.09.2024 г. исковые требования ФИО7 полностью поддержал, встречный иск просил оставить без удовлетворения по доводам, изложенным во встречном исковом заявлении.

Представитель ответчика ИП ФИО8 по доверенности ФИО16 возражал против удовлетворения первоначального иска ФИО7, поддержал требования встречного иска. Полагал, что не доказана вина ответчика в возникновении возгорания в автомобиле истца. Считал заключение судебной экспертизы недопустимым доказательством по причинам, приведенным ниже.

ФИО16 поддержал доводы письменных возражений относительно исковых требований ФИО7, представленных в суд.

Согласно возражениям ответчика 09.09.2022 г. на эвакуаторе на СТО ИП ФИО8 доставлен автомобиль Opel Vivaro, рег.номер № для ремонта двигателя. Автомобиль был в очень плохом техническом состоянии. Капитальный ремонт двигателя был осуществлен ответчиком (расточен коленвал, расточен блок, заменены цилиндры, форсунки, коренные вкладыши, заменены все прокладки, сальники и т.д.). Двигатель запускался и работал ровно. Никаких посторонних стуков, шумов, звуков не было. Автомобиль забрали в конце ноября 2022 г. без претензий к качеству ремонта двигателя. Сумма ремонта (запасные части и работа) составила 200000 руб., которую истец полностью не оплатил, так как полагал, что сумма ремонта будет меньше. Ответчик возвратил истцу автомобиль. Истец обязался оплатить остаток стоимости ремонта, но до настоящего времени не оплатил. Ответчик производил только ремонт двигателя, в электрической части работы не производились. Автослесарь ФИО14 обратил внимание на то, что в салоне имелся подключенный через прикуриватель к бортовой сети телевизор и сварочный инвертор, что свидетельствовало о перегруженности электрической сети автомобиля, при том, что автомобиль был очень старым. Истец из сервиса уехал на автомобиле своим ходом, приезжал через 2-3 дня еще раз на диагностику. Был обнаружен обрыв провода датчика АБС. Поломка была устранена. Через 2,5 месяца были истребованы объяснения от автослесаря ФИО14 о ремонте автомобиля, после чего стало известно о замыкании в автомобиле истца и о возгорании (том №1 л.д. 66).

В возражениях, представленных в суд 06.10.2023 г. (том №1 л.л. 129) представитель ответчика ФИО17 указал, что истец, зная о неисправности автомобиля, производил его активную эксплуатацию с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ до момента возгорания по неустановленным причинам, проехав не менее 1200 км от <адрес> до <адрес>, не считая передвижений внутри городов. Из руководства по эксплуатации автомобиля Опель Виваро следует, что индикатор «со спиралькой»- это сигнальная лампа предпускового подогрева/сигнальная лампа неисправности электронных систем автомобиля и наличия воды в дизельном топливе (на автомобилях с бензиновым и дизельным двигателем) и предварительного подогрева (на автомобилях с дизельным двигателем). Завод-изготовитель автомобиля проинформировал истца, что если она не гаснет или загорается во время движения, это свидетельствует о неисправности автомобиля или о наличии воды в дизельном топливе. Срочно обратиться на сервисную станцию RENAULT. Данное требование истец не исполнил, продолжил эксплуатировать транспортное средство в неисправном состоянии. Полагает, что имеет место недобросовестное поведение со стороны истца. Ответчик работы по обследованию и ремонту электропроводки не выполнял, а истец не поручал и не оплачивал. 30.11.2022 г. автоэлектриком ответчика ФИО12 в ходе осмотра автомобиля истца в целях установления причин индикации ABS выявлялись ошибки диагностическим сканером SCANDOC COMPACT, были выявлены ошибки в электрической части автомобиля. Устранение недостатков автоэлектриком ответчика не производилось, так как истцом не полностью была оплачена работа по ремонту двигателя и истец был сам против услуг ответчика, не располагал деньгами для устранения выявленных неисправностей в электрической части. При обращении в СТО FIT SERVICE была устранена только неисправность электросистемы ABS. Остальные неисправности не устранены.

Согласно дополнительным возражениям представителя ответчика (том №1 л.д. 194) причиненный ущерб находится в причинно-следственной связи с бездействием истца, -игнорированием информационной индикации о неисправностях автомобиля, появившихся на приборной панели. Истец, зная о неисправности автомобиля, не передал его в ремонт для устранения неисправностей в СТО, куда неоднократно обращался, а продолжал активно его эксплуатировать. Завод-изготовитель проинформировал владельца о необходимости срочно обратиться на сервисную станцию RENAULT при загорании сигнальной лампы предпускового подогрева/сигнальной лампы неисправности электронных систем автомобиля или о наличии воды в дизельном топливе. Истец проявил грубую неосторожность. Также не допускается оставлять автомобиль с работающим двигателем без присмотра. То есть, истец умышленно допустил его возгорание. Истцом не представлено надлежащих доказательств причинно-следственной связи между действиями ответчика по ремонту двигателя и возгоранием транспортного средства. Истец принял работы без разногласий, посещал СТО «FIT SERVICE», СТО в <адрес>, неисправности в автомобиле не устранял. Ответчик считает, что возгорание автомобиля находится в прямой причинно-следственной связи с действиями самого истца, а именно установкой им в фарах сменных источников света LED ламп, не соответствующим установленному изготовителем в эксплуатационной документации классом источником света. Возгорание произошло не из-за двигателя автомобиля – даже в процессе возгорания автомобиль находился в рабочем состоянии, что свидетельствует о качественно выполненном ремонте.

В судебном заседании 15.08.2024 г. третье лицо ФИО11 возражал против удовлетворения исковых требований ФИО7, пояснил, что он является <данные изъяты>. Его супруга ФИО8 является индивидуальным предпринимателем. Они занимаются различными видами деятельности, в том числе, деятельность общественного питания, гостиничные услуги, а также у них имеется СТОА «PIT STOP». Характер спора ему известен- он лично общался с истцом ФИО7 и его супругой- во время небольшого конфликта он находился в автосервисе. ФИО7 предъявил жалобы, что ему долго не отдают автомобиль из ремонта. Он принял меры к урегулированию конфликта, звонил заболевшему слесарю, тот обещал по выздоровлению все сделать. В дальнейшем был конфликт при выдаче автомобиля из ремонта. Ему позвонил ФИО13, уведомил о конфликте. Он прибыл в СТОА, переговорил с ФИО7, предложил предоставить отсрочку платежа, приняв во внимание, что истцу надо еще далеко ехать, у него на колесах летние шины. Истец при нем завел двигатель автомобиля, на панели управления загорелся индикатор неисправности. На предложение оставить автомобиль до утра истец ответил отказом. Полагает, что очаг возгорания находился в светодиодной фаре, поскольку автомобиль обгорел с левой стороны. Истец, используя светодиодные фары, допустил грубую неосторожность, приведшую к возгоранию.

Представитель третьего лица ФИО11 по доверенности ФИО18 в судебном заседании 09.09.2024 г. исковые требования ФИО7 считала не подлежащими удовлетворению, иск ФИО8 поддержала.

Позиция представителя третьего лица изложена в письменных возражениях и сводится к следующему. Причинно-следственная связь между выполненными работами, указанными в Акте выполненных работ от 16.11.2022 г. и произошедшим 27.12.2022 г. возгоранием автомобиля истца отсутствует. В период с 09.09.2022 г. по 17.11.2022 г. ответчиком по заданию истца произведены работы: восстановление коленвала, работы по разборке, снятию/установке двигателя (для автомобилей с кондиционированием воздуха), шлифовка головки блока. Работы в отношении автомобиля истца выполнены в полном объеме. Истец претензий по качеству произведенного ремонта и установленных запчастей к ответчику после окончания ремонта не предъявлял. После ремонта истец покинул автосервис на автомобиле в технически исправном состоянии без каких-либо претензий, жалоб в сервис не предъявлял. Возгорание произошло спустя 40 дней с того момента, как истец забрал автомобиль из сервиса ИП ФИО8 Из акта выполненных работ от 02.12.2022 г. ООО «Автолекарь» следует, что были выполнены работы по ремонту электропроводки. Далее, 03.12.2022 г. истец обращался в автосервис в г.Чебоксары, делал диагностику, сбрасывал ошибки, 04.12.2022 г. истец обращался в автосервис в г.Нижний Новгород. В период с 05.12.2022 г. по 27.12.2022 г. истец ездил по г.Ярославлю, ошибки не исчезали. В период с 17.11.2022 г. по 27.12.2022 г. истец претензий, связанных с недостатками работ, ответчику не заявлял. Заключение №24024 от 04.06.2024 эксперта ООО «Ярославское экспертное бюро» ФИО5. не соответствует Методологии исследования производства пожарно-технической экспертизы при исследовании обстоятельств возникновения пожара в автомобиле истца, не соответствует законодательным требованиям, предъявляемым к экспертным заключениям, а потому является недопустимым доказательством. Истцом не представлено доказательств того, что имущественный вред причинен по вине ответчика. Принимая во внимание место расположения очага пожара, источник зажигания, указанные в Техническом заключении №89/2023 от 21.02.2023 ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Ярославской области, причиной возникновения возгорания электропроводки и др.элементов электросети автомобиля, по результатам экспертного исследования данного ФГБУ получено 4 возможные версии причин возгорания: 1) нагрев проводников (локальный или на протяженном участке), 2) ухудшение свойств изоляции за счет естественного старения, механических повреждений; 3) искрение в месте плохого электрического контакта; 4) горение электрической дуги на каком-нибудь участке цепи, вызванное током КЗ и др. Считает, что отсутствуют доказательства, что тепловое проявление электрического тока связано с работами, проводимыми ответчиком, в связи с несоблюдением ответчиком в ходе ремонта соответствующих рекомендаций завода-изготовителя по ремонту и замене деталей. В то же время имеются доказательства проведения работ по ремонту электропроводки автомобиля ООО «Автолекарь». Следует учитывать, что срок службы спорного автомобиля превысил срок, устанавливаемый на такие автомобили заводом-изготовителем, принимая во внимание естественный износ частей внутреннего механизма автомобиля 2003 года выпуска. Более того, истец 40 дней эксплуатировал автомобиль с неисправностями и в условиях, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств в соответствии с Правилами дорожного движения Российской Федерации, утвержденными постановлением Совета Министров-Правительства РФ от 23.10.1993 №1090, в связи с загоранием индикатора неисправности АBS (тормозной системы). Полагает, что со стороны истца имеет место грубая неосторожность. Просит отказать в удовлетворении требований ФИО7

Иные вызванные в суд участники производства по делу в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

В судебном заседании 14.12.2023 г. допрошены представитель третьего лица ООО «Автолекарь» ФИО19 и третье лицо ФИО12

Представитель ООО «Автолекарь» по доверенности ФИО19 возражал против удовлетворения исковых требований и показал, что 02.12.2022 г. на СТОА «FIT SERVICE» ООО «Автолекарь» 02.12.2022 г. в ООО «Автолекарь» на автомобиле истца проведены работы по замене масла и масляного фильтра, элетропроводка на автомобиле не менялась. Была заменена часть электропровода на заднем правом колесе автомобиля на датчике АВS. Была устранена ошибка, выдаваемая на панель приборов датчиком АВS. То есть, работы проводились не в месте, где произошло возгорание.

Третье лицо ФИО12 показал, что около 3 лет работает автоэлектриком в автосервисе ИП ФИО8 Имеет среднее специальное техническое образование, специальность <данные изъяты>. Работе электриком был обучен в армии. Кроме того, он с детства интересовался электрикой, был самоучкой. Ему известно, что ремонтом двигателя автомобиля И.Каласа занимался ФИО14 Автомобиль стоял на стоянке, с него был снят двигатель. При снятии двигателя частично снимается электропроводка. Он видел установленное в автомобиле дополнительное оборудование- телевизор, что, полагает, могло сказаться в общем на электросистему автомобиля и вызвать короткое замыкание. 30.11.2022 г. истец приехал с претензиями о том, что горит датчик АВS. Он диагностировал автомобиль И.Каласа, были выявлены ошибки, отраженные в акте от 30.11.2022 г., связанные с цепью блока управления свечами накала (неисправен сам блок управления, либо провода, ведущие к нему), блоком управления пневмоподушкой (ошибка возникает предположительно после какого-то удара), с датчиком скорости (в блоке управления тормозной системой есть ошибка подачи скорости), неисправность транспондера (скорее всего, блок управления кузовом был «перепрошит»). Клиенту показали все ошибки, дали рекомендации в устной форме. Предложено устранить ошибки, от чего истец отказался.

Также от третьего лица ФИО12 поступили письменные возражения, в соответствии с которыми 30.11.2022 г. мастер дал ему задачу провести диагностику автомобиля Опель Виваро. Как он выяснил, ошибки по двигателю горели изначально, до того, как ФИО7 привез автомобиль в сервис, но на стадии приемки их не могли посмотреть, так как авто не запускалось. Он 30.11.2022 г. подключил сканер, высветились ошибки, о чем он подробно рассказал истцу. Он дал рекомендацию сделать углубленную диагностику. Устранять ошибки ФИО7 отказался. Он при проведении диагностики заметил, что в автомобиле истца установлены посторонние приборы, а именно телевизор над головой водителя, холодильник, светодиодные фары. Он понимал, что такие установки могут привести к нагреванию проводов и замыканию. Полагает, что возгорание автомобиля произошло по вине самого собственника, ввиду использования им приборов, не предназначенных для эксплуатации в автомобиле. Монтаж светодиодных ламп в фары, которые не предназначены для этого, могут обернуться неприятными последствиями. Монтаж светодиодных фар мог привести к нарушениям работы электропроводки в машине. Полагает, что когда ФИО7 ставил автомобиль на сигнализацию около автосервиса ИП ФИО3, произошло короткое замыкание в светодиодной фаре, которое привело к возгоранию автомобиля. Просить отказать в удовлетворении требований ФИО7

В судебном заседании 12.01.2024 г. допрошены третьи лица ФИО13 и ФИО14

ФИО14 возражал против удовлетворения исковых требований и показал, что работал у ИП ФИО8 в 2018-2019 гг., затем с 2021 года до конца февраля 2023 г. Имеет среднее специальное образование, окончил Чайковский профессиональный педагогический колледж, имеет специальность автомеханик 4 разряда. Ремонт автомобиля истца помнит. Автомобиль в сервис поступил на эвакуаторе, был старый и изношенный. Автомобиль оставался у них какое-то время, пока не появилась возможность им заняться. Он осмотрел автомобиль на подъемнике, предложил снять коленвал и либо искать новый на замену, либо ремонтировать этот. Поскольку не нашли новый коленвал по адекватной цене, решили ремонтировать этот. Для производства ремонта сняли бампер, колеса, отцепили провода, навесное оборудование, которое мешало монтажу, сняли двигатель, отсоединили коробку, поместили двигатель на кантователь и достали коленчатый вал. По ходу разборки устанавливали все больше деталей, которые требовали замены. После ремонта коленвала автомобиль собрали- он, также ему помогал стажер. Проверить полноценно после сборки двигатель не получилось. Он в один день вечером ушел домой, думая на следующий день протестировать автомобиль, но утром пришел и узнал, что автомобиль забрали. При запуске автомобиля горели на панели индикаторы неисправности- ABS, и другие. Клиент приезжал с претензиями относительно корректности работы автомобиля. Он сказал, что возможно, из-за солярки, была необходима зимняя. В дальнейшем от дознавателя он узнал про возгорание автомобиля.

ФИО13 показал, что работает менеджером автосервиса «Pit Stop» ИП ФИО8, имеет средне-специальное образование, специальность газоэлектросварщик. Работал сварщиком, маляром, пескоструйщиком. В его обязанности входит приемка машин, прием оплаты, заказ запчастей. Помнит истца, который вместе с супругой обратился к ним относительно ремонта автомобиля Опель Виваро, полагая, что неисправен коленвал. Он пригласил ФИО14, который осмотрел автомобиль и взялся за его ремонт. Автомобиль был не на ходу, в нерабочем состоянии, его привезли на эвакуаторе, недели через две после обращения. Когда появилась возможность ремонта, автомобиль закатили в сервис и начали его разбор. В разборе участвовал ФИО14, ему помогал стажер. При разборе видели телевизор в салоне, за водительским сиденьем. Был демонтирован коленвал и направлен на ремонт. Потом выяснилось, что необходимо менять поршни. Получили согласование супруги истца и заказали поршни в Перми. Потом начали сборку автомобиля, которая шла не быстро. Потом заболел ФИО14, отчего ремонт затянулся. Когда все было собрано, запустили двигатель, там горели датчики неисправности ABS, межсервисный интервал. После запуска двигателя планировали его протестировать на следующий день, однако приехал истец и потребовал ему выдать машину. Он говорил, что машина еще не готова, не протестирована, горят ошибки. Однако руководитель дал указание выдать автомобиль. Потом истец приезжал на диагностику, которая выявила обрыв провода ABS на заднем колесе. Потом истец писал, что машина «не тянет». Он, ФИО13, говорил, что это потому, что в автомобиле летняя солярка. Более истец не приезжал. Ему позже стало известно, что в автомобиле произошло возгорание фары.

От третьего лица ФИО13 поступили письменные объяснения, в соответствии с которыми он не согласен с выводами судебной экспертизы. Свечи накаливания предназначены только для разогрева дизтоплива, распыляемого в камеру сгорания при температуре испарения, после чего оно смешивается с воздухом и воспламеняется. Нужно это только при запуске двигателя в самом начале движения 2-3 минуты, затем автомобиль прогревается и свечи отключаются, то есть, необходимости в них уже нет. За работу свечей накаливания отвечает блок предпускового и послепускового подогрева свечей накаливания и реле. То есть, после отключения свечей накаливания электричества на токопроводящих жилах полностью отсутствует, так как его отключает реле после подогрева камеры сгорания. Т.к. если бы было замыкание, то в первую очередь перегорело бы реле. Т.к. 27.12.2022 г. в момент возгорания был заведенным и работал более 2-3 минут, то замыкания не могло произойти на данном участке из-за отсутствия напряжения в цепи проводки. Если бы провод замыкал на топливопровод 3 цилиндра, то на свечи накаливания не подавалось бы напряжение, и автомобиль бы совсем не заводился в зимнее время. Полагает, что причиной возгорания могли послужить нештатные некачественные светодиодные лампы в фарах, которые имеют свойство воспламеняться. Считает, что порученные «Pit Stop» работы были выполнены хорошо. После выполненных работ 18.11.2022 г. планировалось протестировать автомобиль, понаблюдать за работой двигателя, но 17.11.2022 г. истец буквально отобрал автомобиль. Возврат автомобиля производился во внерабочее время СТО. Оплату производила ФИО10

В заявлении о несогласии с исковыми требованиями ФИО13 показал, что в конце августа 2022 г. ФИО7 с супругой пришли в сервис уточнить, могут ли они принять в ремонт автомобиль Опель Виваро, пояснив, что автомобиль не на ходу. Причина- неисправная работа коленвала. Они обговорили примерную цену по снятию двигателя- 20 000 руб., ремонт коленвала- 30 000 руб. Договорились, что автомобиль в ремонт примут не ранее конца сентября ввиду занятости. 19.09.2022 г. автомобиль на эвакуаторе был доставлен в сервис. При осмотре автомобиля он увидел, что в автомобиле установлены светодиодные фары. ФИО7 сообщил, что фары ему установили в Ярославле. Этапы работ он фотографировал, направлял фотографии супруге истца. В ходе работ выявили сильный износ коленвала, необходимость замены шатунов. Эти работы были согласованы с владельцами. По ходу выполнения работ, установления иных неисправностей увеличивалась цена работы. 17.11.2022 г. двигатель был собран, установлен и запущен, после чего высветилось множество ошибок - ошибка АБС, межсервисный интервал. Владельцы были извещены, что автомобиль собран, но не готов к выдаче. Тем не менее владельцы пришли на СТО за автомобилем 17.11.2022 г. Автомобиль не могли отдать из-за необходимости его диагностики и потому, что не все денежные средства были оплачены. ФИО10 обратилась в полицию. ФИО7 забрал автомобиль, согласовав с ФИО11, что остаток долга он оплатит до апреля 2023 г. Позднее ему стало известно, что ФИО7 ремонтировал электропроводку в автосервисе «FIT SERVICE». Также указал, что ФИО7 эксплуатирует свой автомобиль с нарушениями, машина старая, капитальный ремонт не проводился, а он в автомобиле использует и светодиодные фары, и телевизор. Просит отказать в удовлетворении требований истца, возложить на него ответственность за неправильную эксплуатацию и нарушение пожарной безопасности.

Суд на основании ч.3 ст.167 ГПК РФ определил рассмотреть дело при имеющейся явке.

Выслушав участников производства по делу, допрошенного в судебных заседаниях эксперта ФИО5., исследовав письменные материалы дела, материалы ОМВД России по Кировскому городскому району, ОНД и ПР по г.Ярославлю УНД и ПР ГУ МЧС России по Ярославской области, суд находит исковые требования ФИО7 подлежащими частичному удовлетворению, встречные исковые требования ИП ФИО8 удовлетворению не подлежат.

Судом установлено, что в собственности ФИО7, состоящего в браке с ФИО10, с марта 2022 года находится автомобиль Opel Vivaro, VIN №, регистрационный знак №.

Из обстоятельств дела следует, что истец ФИО7 совместно с супругой ФИО10 в августе 2022 года отправились в дальнюю поездку на данном автомобиле. В дороге в автомобиле появилась неисправность в двигателе – стук, в связи с чем, поездка супругов была прервана. В г.Чайковский истец обратился в СТО «Pit Stop» ИП ФИО8 с целью ремонта двигателя.

09.09.2022 г. автомобиль был доставлен в СТО ИП ФИО8, в котором были даны рекомендации по ремонту двигателя, а именно предложен ремонт коленвала.

Согласно акту выполненных работ от 16.11.2022 г. в автомобиле выполнены работы по восстановлению коленвала, разборка и сборка двигателя, снятие и установка двигателя шлифовка головки блока, проведены проверка и ремонт форсунок.

В акте на выполненные работы отражена стоимость работ- 194 628 руб.

Вместе с тем, в другом экземпляре акта, подписанном сторонами, отражена стоимость работ- 175 051 руб. 48 коп.

17.11.2022 г. истцом ИП ФИО8 было оплачено 95 000 руб.

По объяснениям сторон, выплата остальной части стоимости работ отсрочена до 30.04.2023 г., что зафиксировано, в том числе, в указанном акте выполненных работ. Договоренность об этом достигнута с третьим лицом ФИО11. Из встречного иска следует, что отсрочка выплаты согласована с ИП ФИО8

17.11.2022 г. в условиях конфликтной ситуации автомобиль был передан истцу ФИО7 Конфликт был вызван тем, что работники СТО отказывались выдавать автомобиль истцу в связи с неполной оплатой стоимости работ.

Вопреки утверждению представителя ИП ФИО8, третьего лица ФИО11, его представителя ФИО18, отказ выдать автомобиль истцу 17.11.2022 г. был вызван именно недостаточной оплатой стоимости выполненных работ, а не тем обстоятельством, что двигатель автомобиля еще необходимо было протестировать.

В отказном материале №49 имеются скриншоты переписки между супругой истца и СТО и ФИО11 (хотя сам ФИО11 отрицал существование переписки между ним и истцом). В сообщениях от 16.11.2022 г. и от СТО, и от ФИО11 указана информация о завершении ремонта.

Как видно из дела (том №1 л.д. 27) 17.11.2022 г. ФИО7 передал менеджеру СТО ФИО13 претензию, в тексте которой указано на отсутствие письменного договора, на определенную на момент передачи автомобиля стоимость работ – от 40 до 50 тысяч рублей и на несогласованное повышение стоимости работ до 200 000 руб. В претензии указано на то, что срок ремонта превысил все разумные сроки, дополнительный ремонт с истцом согласован не был. 16.11.2022 г. истцу сообщили об окончании ремонта. Просил согласовать стоимость ремонта в 92 000 руб.

В ходе конфликта сторон была вызвана полиция. 23.11.2022 г. вынесено определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, согласно которому 17.11.2022 г. менеджер СТО ИП ФИО8 ФИО13 отказался выдать автомобиль ФИО10, поскольку та не оплатила стоимость ремонта в 190 000 руб. (том №1 л.д. 28).

Кроме того, сторона ответчика ссылается на то, что заказчиком работ выступала ФИО10- супруга истца, а потому истец не вправе заявлять требования к ИП ФИО8

Истец и его представители поясняли, что документы в СТО оформлялись на ФИО10 в связи с тем, что она лучше владеет русским языком, нежели истец-гражданин <данные изъяты>. ФИО10, всегда сопровождала мужа ФИО7 в его обращениях в СТО ИП ФИО8

Помимо этого суд учитывает, что автомобиль приобретен ФИО7 в период брака с ФИО10. Взаимоотношения истца с работниками сервиса, третьим лицом ФИО11, курировавшим, как видно из дела, ход ремонта, осуществлялись как непосредственно, так и при посредничестве ФИО10

В связи с чем, суд считает ФИО7 потребителем услуг ИП ФИО8, лицом, имеющим правовой интерес в результате работ СТО ИП ФИО8, оплатившим эти работы, имеющим право требовать от ИП ФИО8 возмещения убытков, причиненных в результате некачественно выполненных работ.

По объяснениям истца после получения автомобиля на панели приборов загорались индикаторы неисправности. 30.11.2022 г. истец прибыл на СТО ИП ФИО8, где прошел диагностику. Диагностику провел работник СТО ФИО12, оформив Акт на выполненные работы от 30.11.2022 г. (том №1 л.д. 26). Из текста акта следует, что по итогам диагностики выявлен обрыв правого заднего датчика ABS – провод перетерло пружиной.

В дело стороной ответчика представлена копия акта результатов проверки состояния автомобиля от 30.11.2022 (том №2 л.д. 14). В данном акте перечислены коды неисправностей по выявленным ошибкам: Р0380 (В)- цепь блока управления свечами накала (ошибка общего характера); 0х181580 (00)- неизвестный код неисправности; С0025 (0)- датчик частоты вращения правого заднего колеса – обрыв или замыкание в цепи; U0452 – блок управления пневмоподушкой неисправен, Р0500 – сигнал скорости автомобиля, В1520-неисправность или отсутствие транспондера. Найдено 4 ошибки.

Рекомендаций по всем выявленным ошибкам и неисправностям, за исключением неисправности с кодом С0025 (0), в акте от 30.11.2022 г. не содержится. Доказательства дачи работниками СТО каких-либо рекомендаций, касающихся, в частности, ошибки Р0380 (В) материалы дела не содержат. По объяснениям истца, которые подтверждены ФИО13, ФИО14, загорание неисправности объяснили использованием летнего дизельного топлива.

Суд не доверяет утверждениям представителей ответчика, третьих лиц, что истец был уведомлен о том, что автомобиль был собран, но не готов к выдаче, что предполагалась его дополнительная диагностика, а также о том, что истцу по результатам диагностики 30.11.2022 г. даны полные рекомендации по всем выявленным недостаткам. Эти обстоятельства отрицает ФИО7, пояснивший, что ему предложили забрать автомобиль и не сообщали о необходимости дополнительной диагностики, в том числе, по результатам диагностики от 30.11.2022 г. Эти утверждения опровергаются копией претензии истца от 17.11.2022 г. и копией постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 23.11.2023 г.

02.12.2022 г. истец обратился в ООО «Автолекарь» (СТО «FIT SERVICE»). Согласно акту выполненных работ, объяснениям истца и представителя ООО «Автолекарь», на данном СТО были выполнены работы - замена масла и масляного фильтра, ремонт электропроводки (обрыва правого заднего датчика ABS, замена части проводки).

Согласно ответу на запрос суда ИП ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ на СТО «Fit Serviсe» ООО «Автолекарь» был осуществлен ремонт автомобиля истца, фактически выполнены следующие работы: - замена масла и масляного фильтра, в рамках которого заменено масло, установлены новый масляный фильтр с уплотнительной шайбой пробки масляного поддона, ремонт электропроводки, в рамках которого осуществлен исключительно ремонт датчика ABS на одном из колес автомобиля. Иных ремонтных работ в отношении автомобиля ФИО7 на СТО «Fit Serviсe» не проводилось.

Вопреки голословным заявлениям представителя третьего лица ФИО11, иные работы, в том числе, работы на электропроводке в подкапотном пространстве, сотрудниками ООО «Автолекарь» не выполнялись.

Как видно из дела, 28.12.2022 г. в ОМВД России по Кировскому городскому району поступило сообщение ФИО20 о том, что 27.12.2022 г. у <адрес> произошло возгорание автомобиля «Опель», регистрационный знак №.

28.12.2022 г. ФИО3 дал пояснения о том, что 27.12.2022 г. у <адрес> был припаркован автомобиль «Опель», который самопроизвольно загорелся – из-под капота шел дым и огонь. Он и работник сервиса потушили возгорание. В полицию обратился для фиксации повреждений в автомобиле.

28.12.2022 г. автомобиль был осмотрен сотрудником полиции, который зафиксировал наличие повреждений от воздействия огня под капотом. 06.01.2023 г. вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием признаков состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.167 УК РФ.

16.01.2023 г. ФИО7 обратился в ОНД и ПР по г.Ярославлю с заявлением с просьбой провести проверку по факту пожара автомобиля «Опель Виваро», произошедшего 27.12.2022 г.

В ходе проведенной проверки были опрошены истец, его супруга ФИО10, ФИО3., ФИО14, осмотрен автомобиль, а также получено техническое заключение от 21.02.2023 г. со следующими выводами: очаг пожара располагался во внутреннем объеме моторного отсека автомобиля, в верхней левой его части по ходу движения; источником зажигания послужило тепловое проявление электрического тока; причиной пожара послужил аварийный режим необесточенной электрической сети автомобиля на участке в очаге пожара.

07.03.2023 г. по заявлению ФИО7 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ст.168, ч.1 ст.219 УК РФ.

Истец считает причиной возгорания автомобиля ненадлежащий ремонт двигателя его автомобиля.

Ответчик ИП ФИО8, третье лицо ФИО11, их представители, а также третьи лица- сотрудники ИП ФИО8 считают истца виновным в возникновении пожара в связи с нарушением правил эксплуатации транспортного средства; выдвигают версию некачественного оказания услуг по ремонту электропроводки в СТО ООО «Автолекарь».

В соответствии со ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При обращении в суд истцом представлено заключение ИП ФИО4 от 29.05.2023 г., которым на основании копии отказного материала №49 ОНД и ПР по г.Ярославлю УНД и ПР ГУ МЧС России по Ярославской области сделан вывод о том, что работы, отраженные в Акте на выполненные работы к договору заказ-наряда №4855 от 16.11.2022 г., могли привести к возгоранию в моторном отсеке автомобиля истца, и стоимость ремонтных работ составляет 2 036 100 руб.

Суд на основании данных о компетенции ИП ФИО4 (исследование обстоятельств ДТП, технического состояния автомобиля, определение стоимости восстановительного ремонта, исследование транспортных средств по выявлению дефектов, качеству сборки, ремонта и рекламациям, выводы ИП ФИО4 о причинах возникновения возгорания во внимание не принимает. Данное заключение принимается судом лишь в части исследования и выводов, которые ИП ФИО4 вправе дать.

Так, ИП ФИО4 в его заключении, в пределах его компетенции, указано следующее: при демонтаже двигателя происходит отсоединение следующих элементов электрических сетей: отключение аккумуляторной батареи (АКБ), демонтируется проводка АКБ, демонтируется провод «массы» к кузову КТС, с правой стороны КТС отсоединяется питание на датчик ABS, с левой стороны КТС отсоединяется питание на датчик ABS, отсоединяются разъемы проводки питания фар, отсоединяются разъемы проводки питания электровентилятора системы охлаждения и конденсатора, демонтируется электромагнитный клапан регулировки давления наддува, отсоединяется разъем проводки, идущий к ДВС, отсоединяется провод массы от ДВС к коробке передач, демонтируется радиатор отопителя и отсоединяется разъем проводки, отсоединяется разъем датчика уровня топлива.

В связи с наличием спора о причинах возгорания автомобиля истца, о размере причиненного истцу ущерба, судом назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено по предложению представителей ответчика ИП ФИО8 ООО «Ярославское экспертное бюро».

Согласно заключению ООО «Ярославское экспертное бюро» № 24024 от 04.06.2024 г. причиной возгорания автомобиля Opel Vivaro, VIN №, регистрационный знак №, зафиксированного 27.12.2022 г., является образование короткого замыкания между проводами управления свечей накаливания 1-го и 2-го цилиндров с металлическим топливопроводом 3-го цилиндра. Работы, указанные в Акте на выполненные работы к договору заказ-наряде №4866 от 16.11.2022 г., могли привести к возгоранию указанного автомобиля. При проведении работ по ремонту ДВС автомобиля истца не была произведена фиксация жгута проводов управления свечами накаливания, что в процессе эксплуатации привело к повреждению изоляции проводов и образованию короткого замыкания. Рыночная стоимость автомобиля в неповрежденном состоянии на 27.12.2022 г. составляет 667 600 руб., стоимость восстановительного ремонта автомобиля равна 2 661 100 руб., стоимость годных остатков автомобиля равна 66 500 руб.

Допрошенный в качестве эксперта ФИО5 выводы заключения подтвердил, исключил возможность возникновения возгорания в связи с эксплуатацией дополнительного оборудования и светодиодных фар.

Представители ответчика ИП ФИО8 и третьего лица ФИО11 просили признать заключение судебной экспертизы недопустимым доказательством, поскольку: 1) Эксперт самостоятельно получил доказательства – материал проверки КУСП №№22464,22525 от 28.12.2022 г. получен в результате самостоятельного сбора документов; 2) Не получены ответы на вопросы, сформулированные в определении суда- на вопрос суда «Могли ли работы, отраженные в Акте выполненных работ к договору заказ-наряда №4866 от 16.11.2022 по отношению к КТС марки Opel Vivaro, VIN №, привести к возгоранию в моторном отсеке данного автомобиля? дан следующий ответ: «работы, указанные в Акте выполненных работ к договору заказ-наряда №4866 от 16.11.2022 могли привести к возгоранию, зафиксированному 27.12.2022». Полагает, что такой ответ не содержит исчерпывающей информации на вопрос, поставленный судом. Необходимо было установить очаг пожара и, соответственно, его причину, связанную или не связанную с работами, которые могли привести либо могли и не привести к возгоранию в моторном отсеке автомобиля. Вопрос экспертом был переформулирован, в результате чего был искажен смысл вопроса, получен искаженный ответ. 3) Эксперт провел исследование не в полном объеме, не всесторонне и не объективно, выводы эксперта являются необоснованными. Так, оставлен без внимания акт выполненных работ от 02.12.2022 ООО «Автолекарь». 4) Эксперт без разрешения органа или лица, назначивших судебную экспертизу, применил разрушающий (существенно изменяющий свойства объекта) метод исследования- был демонтирован впускной трубопровод от интеркулера к дроссельной заслонке, произведена попытка демонтирования поврежденных пластиковых накладок двигателя ТС, при приложении усилия было произведено отделение токопроводящих жил проводов свечей накаливания от металлического топливопровода; была демонтирована крышка блока реле и предохранителей; по согласованию сторон был демонтирован и изъят для дальнейшего исследования блок предвыпускного и послепускового подогрева свечей накаливания. При этом экспертом не указан перечень объектов исследования, которые были демонтированы, экспертом не указаны примененные им методы исследования, что не позволяет подтвердить объективность проведенной им экспертизы. 5) Экспертом проведены 2 экспертных осмотра объекта исследования, о чем стороны третьи лица не были извещены. 6) подписка эксперта оформлена не верно – не указано, кем конкретно предупрежден эксперт ФИО5 об ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в качестве кого он выполнил подпись в подписке эксперта. Производство экспертизы поручено ООО «Ярославское экспертное бюро», однако экспертизу проводил эксперт ФИО5 7) некомпетентным экспертом не заявлен самоотвод. В рамках производства экспертизы эксперт ФИО5 вышел за рамки своей экспертной специальности.

Кроме того, представителями ответчика и третьего лица ФИО11 заявлен ряд иных претензий к заключению.

Так, судом назначена комплексная экспертиза, которая в силу п.2 ст.82 ГПК РФ поручается нескольким экспертам. Но в определении суда экспертиза поручена одному эксперту. Сведения об образовании, квалификации, экспертной специальности эксперта в штате ООО «Ярославское экспертное бюро» для проведения пожарно-технической экспертизы суд не запрашивал. Исследование ФИО5 в пожарно-технической части содержит ряд технических недостатков и методических ошибок, которые не позволяют считать выводы о местонахождении очага пожара и его причине отвечающими требованиям Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Экспертом не применены положения Методологии судебной пожарно-технической экспертизы (основные принципы), утвержденной главным государственным инспектором РФ по пожарному надзору 11.01.2013 г., согласованной ФГКУ ЭКЦ МВД России 14.12.2012 и Департаментом надзорной деятельности МЧС России 24.12.2012. Так, эксперт не установил очаг пожара; вывод о том, что причиной возгорания автомобиля является короткое замыкание между проводами управления свечей накаливания 1-го и 2-го цилиндров с металлическим топливопроводом 3-го цилиндра, не является научно обоснованным, так же, как и вывод, что к возгоранию могли привести работы, проведенные на СТО ИП ФИО8. Кроме того, экспертом были использованы утратившие силу ГОСТы, неутвержденные методики, а именно: утратившие силу ГОСТ Р51709-2001 Автотранспортные средства. Требования безопасности к техническому состоянию и методы проверки», ГОСТ 27.002-2015. Надежность в технике (ССНТ) Термины и определения», ГОСТ 27.002-2009. Надежность в технике. Основные понятия. Термины и Определения». Использованные экспертом «Методические рекомендации для судебных экспертов «Исследование автомототранспортных средств в целях определения стоимости восстановительного ремонта и оценки», Москва 2018, фактически прекратили свое действие, текст методических рекомендаций опубликован не был.

Кроме того, из фотографий, выполненных экспертом, видно, что при производстве осмотра участвовал представитель истца ФИО15, тогда как он не был указан в заключении в качестве участника осмотра. Считает, что экспертом ФИО5 произведена подмена блока управления свечами накала – на фото №47 и №№57 и 58 заключения зафиксированы различные блоки управления свечами накала, что приводит к выводу о том, что эксперт исследовал аналогичный блок управления свечами накала от стороннего автомобиля. Блок управления свечами накала был демонтирован без уведомления ответчика и его представителя, без согласования с судом. Вывод ФИО5 расходится с фактическими поврежденными элементами, а именно в левой части подкапотного пространства больше поврежденных элементов, чем в правой части (по ходу движения). Заключение эксперта не содержит подробного описания развития горения из предполагаемого очага-замыкания между проводами управления свечей накаливания 1-го и 2-го цилиндров с металлическим топливопроводом 3-го цилиндра во времени и пространстве, распределения температур по вертикали, направленности конвективных потоков, с характером воздухообмена. Вывод эксперта противоречит закону физики (теплый воздух всегда направлен вверх, а у эксперта наоборот- с верхней точки замыкания горение распространилось вниз к левой фаре и декоративной решетке радиатора. В месте предполагаемого замыкания, согласно фото, видно, что металлический топливопровод 3 цилиндра не имеет следов спайки/сварки, налипших проводов и т.д., а на самих проводах управления свечей накаливания 1-го и 2-го цилиндров имеется оплавившаяся изоляция, которая в момент тушения/сбивания огня прилипла к топливопроводу 3 цилиндра, так как характерных следов спайки/сварки на проводах управления свечей накаливания 1-го и 2-го цилиндров тоже нет. Исследование блоков предохранителей и реле является не полным: экспертом указано на перегорание 4 предохранителей, предположительно, габарит левой фары, привод стеклоочистителей, вентилятора, аккумуляторной батареи; при этом указано на наличие 11 предохранителей и 9 реле. Однако на фото исследованы только 2 предохранителя, 4 реле. То есть, не исследованы 9 предохранителей и 5 реле. Отсутствует ссылка на то, каким прибором проведено исследование. Экспертом не исследован предохранитель F29 (10А), левая фара.

Представители ответчика ИП ФИО8 и третьего лица ФИО11 полагали, что горение происходило по следующему сценарию: замыкание светодиодной фары внутри левой фары – начало горения в фаре - выход огня через прогоревшие верхние отверстия левой фары на декоративную обрешетку радиатора- переход огня на воздухопровод воздушного фильтра – переход огня на пластиковый элемент интеркулера - переход огня по воздухопроводу на центральную часть воздушного фильтра.

В материалы дела представлено заключение специалиста от 13.07.2024 №11.07-птэ/р (рецензия) на пожарно-техническую часть заключения эксперта №24024 от 04.06.2024 г., подготовленного экспертом ООО «Ярославское экспертное бюро» ФИО5. Вывод рецензии: в пожарно-технической части заключения эксперта содержится целый ряд технических недостатков и методических ошибок, которые не позволяют считать выводы о местонахождении очага пожара и его причины отвечающим требованиям ст.8 Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» в части их обоснованности и достоверности. Выводы заключения являются некорректными и несостоятельными, так как: - неверно установлено местонахождение очага пожара, что исключает возможность правильного определения непосредственной причины пожара, - факт короткого замыкания электропровода свечи накаливания с металлической поверхностью топливопровода носит только предположительный характер, поскольку «оплавления» электропроводника и топливопровода не были изучены ни вооруженным глазом, ни инструментальными методами; - в заключении имеются противоречия: эксперт вначале говорит об отсутствии следов установки нештатного дополнительного оборудования, а затем указывает на срабатывание предохранителя дополнительного оборудования.

Суд считает критику заключения судебной экспертизы необоснованной.

В соответствии с ч.1 ст.79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Экспертиза проводится экспертами судебно-экспертных учреждений по поручению руководителей этих учреждений или иными экспертами, которым она поручена судом –ч.1 ст.84 ГПК РФ.

Согласно ч.1 ст. 85 ГПК РФ эксперт обязан принять к производству порученную ему судом экспертизу и провести полное исследование представленных материалов и документов; дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам и направить его в суд, назначивший экспертизу; явиться по вызову суда для личного участия в судебном заседании и ответить на вопросы, связанные с проведенным исследованием и данным им заключением.

В случае, если поставленные вопросы выходят за пределы специальных знаний эксперта либо материалы и документы непригодны или недостаточны для проведения исследований и дачи заключения, эксперт обязан направить в суд, назначивший экспертизу, мотивированное сообщение в письменной форме о невозможности дать заключение.

Согласно ч.2 ст.85 ГПК РФ эксперт не вправе самостоятельно собирать материалы для проведения экспертизы; вступать в личные контакты с участниками процесса, если это ставит под сомнение его незаинтересованность в исходе дела.

Судом производство экспертизы поручено экспертному учреждению ООО «Ярославское экспертное бюро», в штате которого состоит эксперт ФИО5, который также является руководителем данного ООО, что не противоречит законодательству.

Подписка эксперта оформлена экспертом ФИО5 до начала производства экспертизы 15.04.2024 г., является надлежащей.

Доводы о самостоятельном истребовании экспертом материалов для исследования опровергаются письменными материалами дела.

Материал КУСП 22464, 22525 от 28.12.2022 г. был запрошен судом 13.07.2023 г. (запрос - том №1 л.д. 47), направлен в суд 19.07.2023 г. ОМВД России по Кировскому городскому району и поступил в суд 21.07.2023 г. (сопроводительное письмо в томе №1 л.д. 165). Данный материал указан в числе приложения в сопроводительном письме суда в адрес ООО «Ярославское экспертное бюро». В тексте определения о назначении судебной экспертизы в перечислении материалов для исследования данный материал не был поименован ошибочно.

Суд учитывает, что содержание данного материала, который фактически включает в себя лишь сообщение о пожаре, краткие объяснения ФИО3, краткий протокол внешнего осмотра и фотографии автомобиля на стоянке, никак не повлияло на выводы эксперта. Из заключения эксперта, показаний эксперта ФИО5 следует, что к выводам о причинах возгорания автомобиля он пришел, прежде всего, по итогам личного осмотра автомобиля, по результатам изучения отказного материала №49, копий материалов гражданского дела, направленных ему судом, подшитых в отдельный том.

Заявление о некомпетентности эксперта и о наличии оснований для его самоотвода также опровергается материалами дела – копией диплома об окончании ФИО5 в 1996 году Ярославского государственного технического университета по специальности «Двигатели внутреннего сгорания», копией диплома о профессиональной переподготовке по программе «Независимая техническая экспертиза транспортных средств» в 2013 году, копией сертификата об обучении по программе «Особенности экспертных исследований двигателей и автоматических коробок передач» в 2017 г., копией диплома о профессиональной переподготовке в 2021 году по программе «Судебная товароведческая и стоимостная экспертиза промышленных (непродовольственных) товаров, электробытовой техники, средств связи»; копией диплома о профессиональной переподготовке по программе «Судебная автотехническая экспертиза» в 2018 году, копией диплома о профессиональной переподготовке в 2022 году по программе «Судебная пожарно-техническая экспертиза», копией удостоверения НП «Палата судебных экспертов» об обучении по программе «Исследование вопросов по выявлению дефектов, качеству сборки и ремонта транспортных средств и рекламации» в 2015 г. (том №2 л.д. 32-34). Перечисленные документы являются приложением и к заключению судебной экспертизы (том №2 л.д. 238-243).

Суд отмечает, что кандидатура эксперта ФИО5, как эксперта ООО «Ярославское экспертное бюро», предложена представителем ответчика ФИО16 (том №2 л.д. 30). К ходатайству ФИО16 приложены документы, подтверждающие наличие у ФИО5 специальных познаний в сфере автотехнической экспертизы, а также судебной пожарно-технической экспертизы. В связи с чем, возражения представителя ответчика относительно возможности поручения производства экспертизы ООО «Ярославское экспертное бюро», эксперту ФИО5 суд расценивает как злоупотребление процессуальными правами.

Мнение представителя третьего лица ФИО18 о том, что ФИО5 был обязан заявить самоотвод, что он не компетентен, не основано ни на законе, ни на фактических обстоятельствах. Законных оснований для отвода эксперта не имеется. Судом отказано в удовлетворении заявлений представителей ответчика и третьего лица ФИО11 об отводе эксперта ФИО5 и о назначении повторной судебной экспертизы.

В соответствии с ч.3 ст.84 ГПК РФ лица, участвующие в деле, вправе присутствовать при проведении экспертизы, за исключением случаев, если такое присутствие может помешать исследованию, совещанию экспертов и составлению заключения.

О желании присутствовать при осмотре автомобиля представители ответчика ИП ФИО8 ФИО16 и ФИО17 при разрешении вопроса о назначении судебной экспертизы не заявили.

Об извещении истца, его представителя и представителя ответчика ФИО17 об осмотре автомобиля как помощником судьи, так и самим экспертом, сообщили эксперт ФИО5, представители истца ФИО21 и ФИО15 По объяснениям эксперта ФИО17 сообщил, что участвовать в осмотре не будет.

Нарушение права ответчика и его представителей на участие в осмотре судом не установлено.

В судебном заседании установлено, что при проведении осмотра транспортного средства истца участвовал как сам истец ФИО7, так и его представитель ФИО15. В частности, лицо ФИО15 отображено на одной из фотографий. Однако в тексте заключения экспертом указан как участник осмотра представитель истца ФИО21

По объяснениям эксперта, фамилию представителя истца он переписал из текста предъявленной ему доверенности. Признает допущенную им описку.

Интересы истца в данном деле представляют представители, действующие на основании нотариальной доверенности, выданной на имя трех человек. Первым в доверенности указан представитель ФИО21 (том №1 л.д. 42).

По мнению суда, ошибочное отражение в тексте заключения в качестве участника осмотра представителя истца ФИО21 вместо ФИО15 на законность и обоснованность заключения судебной экспертизы не влияет. Данный недостаток заключения исправлен допросом эксперта.

В соответствии со ст.82 ГПК РФ комплексная экспертиза назначается судом, если установление обстоятельств по делу требует одновременного проведения исследований с использованием различных областей знания или с использованием различных научных направлений в пределах одной области знания (часть 1). Комплексная экспертиза поручается нескольким экспертам. По результатам проведенных исследований эксперты формулируют общий вывод об обстоятельствах и излагают его в заключении, которое подписывается всеми экспертами. Эксперты, которые не участвовали в формулировании общего вывода или не согласны с ним, подписывают только свою исследовательскую часть заключения (часть 2).

Государственная судебно-экспертная деятельность основывается на принципах законности, соблюдения прав и свобод человека и гражданина, прав юридического лица, а также независимости эксперта, объективности, всесторонности и полноты исследований, проводимых с использованием современных достижений науки и техники (ст. 4 Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»).

Частью 1 статьи 7 Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» предусмотрено, что при производстве судебной экспертизы эксперт независим, он не может находиться в какой-либо зависимости от органа или лица, назначивших судебную экспертизу, сторон и других лиц, заинтересованных в исходе дела. Эксперт дает заключение, основываясь на результатах проведенных исследований в соответствии со своими специальными знаниями.

Судом назначена комплексная судебная экспертиза, проведение которой поручено ООО «Ярославское экспертное бюро». Экспертизу провел один эксперт ФИО5

Назначенная судом экспертиза требовала специальных познаний в области автотехники и в пожарно-технической сфере.

Вместе с тем, эксперт ФИО5 обладает специальными познаниями как в области автотехнической экспертизы транспортных средств, так и в области судебной пожарно-технической экспертизы. Привлечение к проведению экспертизы нескольких экспертов, обладающих познаниями в отдельных областях знаний, не требовалось.

В соответствии со ст.8 Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

В статье 25 данного Федерального закона указано, что на основании проведенных исследований с учетом их результатов эксперт от своего имени или комиссия экспертов дают письменное заключение и подписывают его. Подписи эксперта или комиссии экспертов удостоверяются печатью государственного судебно-экспертного учреждения.

В заключении эксперта или комиссии экспертов должны быть отражены: время и место производства судебной экспертизы; основания производства судебной экспертизы; сведения об органе или о лице, назначивших судебную экспертизу; сведения о государственном судебно-экспертном учреждении, об эксперте (фамилия, имя, отчество, образование, специальность, стаж работы, ученая степень и ученое звание, занимаемая должность), которым поручено производство судебной экспертизы; предупреждение эксперта в соответствии с законодательством Российской Федерации об ответственности за дачу заведомо ложного заключения; вопросы, поставленные перед экспертом или комиссией экспертов; объекты исследований и материалы дела, представленные эксперту для производства судебной экспертизы; сведения об участниках процесса, присутствовавших при производстве судебной экспертизы; содержание и результаты исследований с указанием примененных методов; оценка результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам. Материалы, иллюстрирующие заключение эксперта или комиссии экспертов, прилагаются к заключению и служат его составной частью.

Заключение судебной экспертизы от 04.06.2024 г. перечисленным требованиям соответствует.

Заключение эксперта №24024 от 04.06.2024 г. содержит ответы на все поставленные судом вопросы.

Вопреки доводам представителей ответчика ИП ФИО8 и третьего лица ФИО11, заключение содержит подробное описание проведенных исследований, методов исследования; выводы эксперта проиллюстрированы фотографиями, что подтверждает их объективность и достоверность; очаг пожара в ходе производства экспертизы установлен.

Что касается доводов о применении в ходе производства экспертизы разрушающего метода исследования без разрешения суда, суд принимает во внимание следующее.

Согласно показаниям эксперта, им после частичной разборки верхней части силового агрегата (что не относится к разрушающим методам исследования) обнаружен источник короткого замыкания и применен разрушающий метод исследования, который заключался только в отделении приплавленных проводов от места их прилипания -топливопровода.

Суд обращает внимание на то, что смысл в получении согласия на применение разрушающих методов исследования заключается прежде всего в принятии мер к защите прав собственника имущества. В данном случае ФИО7 не возражал против применения такого метода в отношении приплавленных проводов.

Суд учитывает, что экспертом проведена фотофиксация места короткого замыкания до применения оспариваемого ответчиком метода (отделения приплавленных проводов); применение данного метода не внесло изменений в состояние силового агрегата, и не препятствует проведению (в случае возникновения такой необходимости) нового исследования, также никак не изменило картину произошедшего.

Доводы о существенном изменении свойств исследуемого объекта в результате применения разрушающего метода исследования суд находит несостоятельными.

Иные произведенные экспертом действия – демонтаж впускного трубопровода, накладок двигателя, крышки блока реле, блока предвыпускного и послевыпускного подогрева свечей накаливания,- не относятся к разрушающим методам исследования.

Мнение ответчика и третьих лиц о том, что перечисленные действия исказили картину произошедшего и привели эксперта к неверным выводам о причинах возгорания, надлежащими доказательствами не подтверждено.

Необходимость получения разрешения суда на демонтаж блока управления свечами накала для более детального его изучения в офисных условиях критиками заключения не мотивирована. Суд не усматривает в этом нарушения порядка проведения экспертизы.

Утверждение о подмене экспертом блока управления свечами накала основано на фото, где отображены, с точки зрения ответчика и представителя третьего лица, разные блоки. Эксперт ФИО22 пояснил, что на фото №№ 47, 57 и 58 изображен один и тот же блок, однако с разных сторон (на фото 57 и 58 в перевернутом виде).

Далее, эксперт ФИО5 показал, что им были исследованы все предохранители и реле, однако он не счел необходимым фотографировать все без исключения идентичные предохранители и реле.

С учетом данных объяснений оснований считать исследование экспертом предохранителей и реле неполным у суда не имеется.

Доказательств того, что неприменение Методологии судебной пожарно-технической экспертизы (основные принципы), утвержденной главным государственным инспектором РФ по пожарному надзору 11.01.2013 г., а также использование экспертом при проведении экспертизы терминологии, приведенной в утративших силу правовых актах (ГОСТ Р51709-2001 Автотранспортные средства. Требования безопасности к техническому состоянию и методы проверки», ГОСТ 27.002-2015. Надежность в технике (ССНТ) Термины и определения», ГОСТ 27.002-2009. Надежность в технике. Основные понятия. Термины и Определения») повлияли на выводы эксперта, ответчиком и третьими лицами не представлено.

Эксперт ФИО5 показал, что Методология судебной пожарно-технической экспертизы (основные принципы) содержит в себе лишь общие положения (принципы), не является обязательной к применению. Принципы, изложенные в Методологии, им не нарушены. Из недействующих ГОСТ им использована лишь терминология, которая аналогична терминологии, приведенной в действующих схожих ГОСТ.

Мнение представителя третьего лица, что «Методические рекомендации для судебных экспертов «Исследование автомототранспортных средств в целях определения стоимости восстановительного ремонта и оценки», Москва 2018, прекратили свое действие и не подлежат применению при производстве экспертизы, ничем не обосновано.

Согласно показаниям эксперта ФИО5 версия стороны ответчика о том, что причиной возгорания является использование нештатной светодиодной фары, либо излишняя нагрузка на электрическую сеть ввиду использования доп.оборудования (телевизора, вентилятора, и пр.), не подтверждается картиной пожара.

Так, в случае, если бы причиной пожара являлась светодиодная фара, она имела бы значительные следы оплавления, что в рассматриваемой ситуации отсутствует. В фаре не поврежден жгут проводов, нет следов его оплавления. При осмотре наличие дополнительного нештатного оборудования в машине не установлено. В случае, если бы причиной пожара явилось установленное в салоне нештатное оборудование, очаг возгорания был бы в ином месте. Салон огнем не поврежден.

Согласно показаниям эксперта им при производстве экспертизы рассматривались и иные версии возгорания, однако очаг пожара был установлен достоверно по характеру термических повреждений; им найдено место короткого замыкания, что исключает иные версии пожара.

В опровержение выводов эксперта ответчиком представлено указанное выше заключение (рецензия) специалиста ФИО6 от 13.07.2024 г.

Критика заключения судебной экспертизы, содержащаяся в данной рецензии, в большей части приведена в возражениях представителей ответчика ИП ФИО8 и третьего лица ФИО11, признана судом необоснованной.

При оценке объективности представленной рецензии, суд учитывает то, что специалист ФИО6. прибыл в город Ярославль вместе с представителем ФИО11, которая после отказа в удовлетворении ходатайства о допуске ФИО6. в качестве специалиста заявила ходатайство о допуске его к участию в деле в качестве представителя третьего лица ФИО11, что само по себе ставит под сомнение его объективность и непредвзятость при составлении заключения специалиста.

Критика заключения эксперта специалистом ФИО6 в тексте рецензии, касающаяся существа, основана лишь на результатах изучения фотографий в заключении, их неверной интерпретации; в большей части рецензии критика носит формальный характер, излишне эмоциональна; специалистом даются правовые оценки (оценка допустимости доказательства), что выходит за пределы компетенции специалиста.

Суд, в целом, проанализировав и оценив представленные в дело доказательства, в том числе, рецензию ФИО6, изучив доводы возражений ответчика и третьего лица ФИО11, считает, что заключение судебной экспертизы соответствует требованиям Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Имеющиеся в заключении эксперта недостатки, на которые обратили внимание представители Ф-вых, не влияют на выводы эксперта, не ставят под сомнение обоснованность и достоверность заключения.

Версия стороны ответчика о наличии прямой причинно-следственной связи между возгоранием автомобиля и проведением работ 02.12.2022 г. ООО «Автолекарь» соответствующими доказательствами не подтверждена, напротив, опровергается имеющимися в деле документами о характере выполненных ООО «Автолекарь» работ. Данная версия опровергается самим фактом того, что информация о наличии неисправности с кодом Р0380 (В) (загорание значка в виде спиральки на панели приборов), которая, согласно показаниям эксперта, могла быть вызвана именно повреждением жгута проводов управления свечами накаливания, появилась до обращения в ООО «Автолекарь».

Таким образом, суд считает установленным то обстоятельство, что при проведении работ с автомобилем истца, а именно при установке двигателя работниками СТО ИП ФИО8 не был зафиксирован жгут проводов управления свечами накаливания в штатном месте, что в процессе эксплуатации (движения автомобиля и вибрации) привело к перетиранию (повреждению изоляции) проводов и образованию короткого замыкания, что повлекло полную гибель автомобиля, так как стоимость ремонта превышает его рыночную стоимость. Тем самым истцу был причинен ущерб в размере разницы между рыночной стоимостью автомобиля и его годными остатками.

Суд также не видит оснований не доверять выводу заключения судебной экспертизы о рыночной стоимости автомобиля и стоимости годных остатков. Критика заключения в этой части основана лишь на представленном заключении ООО «Артэкс» от 05.10.2023 г., согласно которому рыночная стоимость автомобиля равна 508 000 руб. (том №1 л.д. 138).

В заключении судебной экспертизы приведены данные об использованных источниках цен на аналогичные транспортные средства, применены необходимые коэффициенты и корректировки. Конкретных обоснованных возражений относительно примененных аналогов, и корректировок сторона ответчика не заявила. Подлежит учету и то, что эксперт ФИО5, в отличие от специалиста ФИО1, предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

В соответствии со ст.309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу п.п.1,2 ст.4 Закона РФ «О защите прав потребителей» продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется.

Согласно п.1 ст.13 Закона РФ «О защите прав потребителей» за нарушение прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) несет ответственность, предусмотренную законом или договором.

Если иное не установлено законом, убытки, причиненные потребителю, подлежат возмещению в полной сумме сверх неустойки (пени), установленной законом или договором – п.2 ст.13 Закона РФ «О защите прав потребителей».

На основании п.п.1,3 ст.14 Закона РФ «О защите прав потребителей» вред, причиненный имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара (работы, услуги), подлежит возмещению в полном объеме исполнителем.

При этом в соответствии с п.5 ст.14 Закона РФ «О защите прав потребителей» исполнитель освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги).

Согласно п.1 ст.29 Закона РФ «О защите прав потребителей» потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора. Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги).

На основании п.3 ст.29 Закона РФ «О защите прав потребителей» требования, связанные с недостатками выполненной работы (оказанной услуги), могут быть предъявлены при принятии выполненной работы (оказанной услуги) или в ходе выполнения работы (оказания услуги) либо, если невозможно обнаружить недостатки при принятии выполненной работы (оказанной услуги), в течение сроков, установленных настоящим пунктом. Потребитель вправе предъявлять требования, связанные с недостатками выполненной работы (оказанной услуги), если они обнаружены в течение гарантийного срока, а при его отсутствии в разумный срок, в пределах двух лет со дня принятия выполненной работы (оказанной услуги) или пяти лет в отношении недостатков в строении и ином недвижимом имуществе.

В соответствии с п.6 данной статьи в случае выявления существенных недостатков работы (услуги) потребитель вправе предъявить исполнителю требование о безвозмездном устранении недостатков, если докажет, что недостатки возникли до принятия им результата работы (услуги) или по причинам, возникшим до этого момента. Если обнаруженный недостаток является неустранимым, потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги) и возмещения убытков.

С учетом приведенных норм закона ФИО7 вправе требовать не только возврата уплаченной за проведенный ремонт двигателя денежной суммы, но и возмещения причиненного ущерба.

В связи с приведенными нормами законодательства о защите прав потребителей, фактическими обстоятельствами дела, ФИО7 вправе отказаться от исполнения договора. Судом его требования признаются обоснованными, суд взыскивает с ответчика в пользу истца уплаченные по договору денежную сумму в 95 000 руб. В связи с изложенным встречный иск ИП ФИО8 о взыскании невыплаченной по договору суммы и о возмещении судебных расходов удовлетворению не подлежит.

Вред, причиненный имуществу гражданина вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков работы или услуги, подлежит возмещению лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет – п.1 ст.1095 ГК РФ.

Согласно п.2 ст.1096 ГК РФ вред, причиненный вследствие недостатков работы или услуги, подлежит возмещению лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем).

В силу ст.1098 ГК РФ исполнитель работы или услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования товаром, результатами работы, услуги или их хранения.

Ответчик и третье лицо ФИО11 ссылаются на допущенную ФИО7 грубую неосторожность при управлении транспортным средством. Так, грубую неосторожность они усматривают в эксплуатации автомобиля при горящем индикаторе неисправности ABS.

Пунктом 2 статьи 1083 ГК РФ предусмотрено, что если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абзац 3 пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

По смыслу названных норм права и их разъяснений, понятие грубой неосторожности применимо в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия или бездействия, приведшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим значительной вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и легкомысленного расчета, что они не наступят.

Обязанность по доказыванию в действиях потерпевшего умысла или грубой неосторожности, содействовавших возникновению или увеличению вреда, возлагается на причинителя вреда

Из обстоятельств дела следует, что истец ФИО7, выявив горение индикаторов неисправности на панели приборов в автомобиле, неоднократно обращался за разъяснениями к ответчику; 30.11.2022 г. оплатил диагностику автомобиля, однако получил лишь рекомендацию по поводу сигнала неисправности ABS.

Горение сигнала с кодом неисправности Р0380(В) работники ответчика объяснили использованием летнего дизельного топлива, не приняв мер к установлению действительной причины загорания данного датчика. Истец, не обладая специальными познаниями, доверял объяснениям работников ответчика.

При этом истец неоднократно обращался и в иные организации - 02.12.2022 г. в ООО «Автолекарь», 03.12.2022 г. и 04.12.2022 г. к специалистам в городах Чебоксары, Нижний Новгород – по дороге в Ярославль. В Ярославле истец обратился в ООО «Гаражъ», однако автомобиль загорелся до передачи его на осмотр ФИО3

По показаниям эксперта, возгорание могло случиться в любой момент, вне зависимости от работы двигателя.

С учетом изложенного, суд не усматривает оснований для применения правил ст.1083 ГК РФ и уменьшения взыскиваемой с ответчика суммы убытков.

Таким образом, с ИП ФИО8 в пользу ФИО7 подлежит взысканию сумма убытков в размере 601 100 руб.

На основании ст.15 Закона РФ «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Вина ответчика в нарушении прав потребителя ФИО7 судом установлена. Кроме того, судом установлено и причинение истцу морального вреда в виде нравственных страданий вследствие нарушения его прав. Очевидно, что истец испытывал негативные эмоции страха, обиды, переживал из-за проявлений в автомобиле неисправности в дороге, далеко от места проживания, из-за возникновения у него убытков. Помимо этого истец пояснил, что, увидев пожар в автомобиле, испугался, убежал.

Кроме того, согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ о 28.06.2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Исходя из характера нарушенного права, обстоятельств нарушения, последствий данного нарушения, существенного размера причинного вреда, создания опасности причинения вреда не только имуществу истца, но и его здоровью, учитывая степень вины причинителя вреда, в частности, то обстоятельство, что истец неоднократно обращался с претензиями относительно горения сигнала неисправности на панели приборов, однако работники ответчика уклонились от надлежащей диагностики неисправности, принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд, тем не менее, считает заявленную истцом сумму компенсации - 45 000 руб. не соответствующей причиненному вреду, в связи с чем, взыскивает с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда 30 000 рублей.

Требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке п.1 ст.395 ГК РФ удовлетворению не подлежит.

Согласно п.1 ст.395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

У ответчика отсутствует перед истцом какое-либо денежное обязательство.

Ответственность исполнителя за неисполнение требования о выплате денежных средств в счет возмещения убытков предусмотрена Законом РФ «О защите прав потребителей».

В связи с чем, правовые основания для взыскания с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами в рассматриваемой ситуации отсутствуют.

На основании п.6 ст.13 Закона РФ «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Судом установлено досудебное обращение ФИО7 к ИП ФИО8 с претензией, направленной по месту осуществления ее деятельности 02.06.2023 г. (том 31 л.д. 82-86). Претензия истца оставлена ответчиком без удовлетворения, а потому имеются основания для взыскания с ответчика штрафа.

Предусмотренный Законом РФ «О защите прав потребителей» штраф является разновидностью неустойки.

В силу статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

В пункте 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

Согласно разъяснениям пункта 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На всем протяжении производства по делу ответчик и ее представители о снижении штрафа на основании статьи 333 ГК РФ не заявляли, а потому основания для снижения штрафа отсутствуют.

В пользу истца взысканы убытки - 601 100 руб., уплаченные по договору денежные средства - 95 000 руб., в счет компенсации морального вреда 30 000 рублей, всего 726 100 руб. ФИО23 от этой суммы равна 363 050 руб..

На основании ч.1 ст.98 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию в пользу истца 15 000 руб. в возмещение расходов на оплату услуг специалиста ФИО4, которые являлись необходимыми и признаются судом разумными. Несение истцом расходов на оплату услуг ИП ФИО4 документально подтверждено.

На основании ч.1 ст.103 ГПК РФ с ответчика ИП ФИО8 подлежит взысканию в доход бюджета города Ярославля государственная пошлина, пропорционально удовлетворенной части исковых требований, что составляет 10 161 руб..

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО7, паспорт <данные изъяты>, вид на жительство в Российской Федерации №, удовлетворить частично.

Встречный иск ИП ФИО8, ИНН № оставить без удовлетворения.

Взыскать с ИП ФИО8 в пользу ФИО7 в возмещение убытков 601 100 руб., уплаченные по договору денежные средства в сумме 95 000 руб., в счет компенсации морального вреда 30 000 рублей, штраф в сумме 363 050 руб., в возмещение расходов на оплату услуг специалиста 15 000 руб.

В удовлетворении требований о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами ФИО7 отказать.

Взыскать с ИП ФИО8 в доход бюджета города Ярославля государственную пошлину в сумме 10 161 руб.

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд г.Ярославля.

Судья

И.Н.Бабикова