Решение № 2-1763/2017 2-1763/2017~М-1253/2017 М-1253/2017 от 17 декабря 2017 г. по делу № 2-1763/2017

Дело № 2-1763/2017 г.


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 декабря 2017 года

Октябрьский районный суд г. Липецка в составе:

Председательствующего судьи Рябых Т.В.

При секретаре Кичигиной Е.Л.,

С участием прокурора Коршуновой Н.А.,

Рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО4 Рок Дриллс Актиеболаг, ТОО «ФИО4 Центральная Азия», ФИО4 АВ, ФИО6 о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к «ФИО4 Рок ФИО7», ТОО «ФИО4 Центральная Азия» о взыскании морального вреда в размере 1000000 руб. в пользу ФИО1, 1100000 руб., в пользу ФИО2 и взыскании судебных расходов. Свои требования обосновывали тем, что ФИО8, (дата), являлся отцом истцов. Свою трудовую деятельность ФИО8 осуществлял в представительстве «ФИО4 Рок ФИО7» в Узбекистане. (дата), исполняя свои трудовые обязанности, ФИО8 ехал на служебной машине, принадлежащей фирме «Атлас-Копко», и около 19 часов произошла автоавария, в результате которой ФИО8 погиб, за рулем автомобиля находился его коллега, поэтому вины ФИО8 в аварии не было. После похорон отца истцы неоднократно пробовали связаться с представителями компании «Атлас-Копко» по вопросу возмещения морального вреда, однако получили отказ. В связи со смертью отца истцы испытали сильное потрясение, которое повлияло на ход их дальнейшей жизни, поскольку ФИО8 обеспечивал семью в полном объеме. ФИО2 вследствие психологической травмы утратил здоровье, состоит на учете, нуждается в регулярном стационарном лечении и в приеме нейролептиков. Данное состояние характеризуется тревожностью, депрессией и социальной дезадаптацией. Работодатель должен был обеспечить безопасность труда, но данная обязанность выполнена не была. ФИО8 погиб при выполнении трудовых обязанностей на транспортном средстве, представленном работодателем. Он не был за рулем, не находился в состоянии алкогольного опьянения, автомобиль принадлежал ответчику. Поскольку истцы испытывали нравственные страдания и тяжелые переживания в связи со смертью близкого человека, они обратились в суд с иском о компенсации морального вреда.

В ходе рассмотрения дела на основании заявления истцов были привлечены в качестве соответчиков ФИО6, ФИО4 АВ. В уточненном исковом заявлении ФИО1, ФИО2 просили взыскать с ФИО4 АВ 1400000 руб. и 1500000 руб. соответственно, и с «ФИО4 Рок ФИО7» в пользу ФИО1 1 000 000 руб., и в пользу ФИО2 – 1 100 000 руб.

Определением суда от (дата) производство по делу было приостановлено в связи с направлениями судебных поручений Компетентному суду Республики Казахстан о вручении судебных документов ТОО «ФИО4 Центральная Азия» и проведении отдельных процессуальных действий, Компетентному суду республики Узбекистан о вручении судебных документов и проведении отдельных процессуальных действий «ФИО4 Рок ФИО7» и ФИО6, Компетентному суду Королевства Швеции о вручении документов и производстве отдельных процессуальных действий в отношении ФИО4 АВ.

Истцы ФИО1, ФИО2 в судебное заседание не явились, представитель истцов по ордеру адвокат Старикова А.В. в судебном заседании поддержала исковые требования в полном объеме, ссылаясь на доводы, изложенные в исковом заявлении и письменных объяснениях, пояснив, что ФИО11 осуществлял трудовую деятельность в представительстве Узбекистана «ФИО4 Рок ФИО7». Центральный офис компании находился в <адрес>, а в <адрес> офис был открыт для удобства. ФИО11 занимался сервисом, осмотром техники, заказом запчастей, оформлением документов. График работы строился начальством исходя из удобства клиентов, поэтому работать до 17 часов 30 минут на данной должности было невозможно. (дата) необходима была встреча с клиентами фирмы в представительстве в <адрес>. Ехать поручили ФИО8 и ФИО6 на рабочей машине, за рулем находился ФИО6 Ничего необычного в этом распоряжении не было. Использование транспортного средства в личных целях было полностью исключено. ФИО8, как и иные сотрудники, не имел права брать автомобиль работодателя иначе, чем во исполнение обязанностей по работе. Все рабочие машины стояли на территории представительства «ФИО4» непосредственно рядом со зданием представительства, на машинах имелась специальная маркировка. У ФИО8 было три личных автомобиля. 26.08.2004г. была необходима встреча с клиентами фирмы в <адрес>, поручили ехать ФИО8 и ФИО6, в связи с чем они выехали 25.08.2004г., в 19.00ч. произошло ДТП, где ФИО8 погиб на месте.

По поводу родственных отношений пояснила, что ФИО8 и ФИО9 всю жизнь проживали совместно. Развод был формальным, они продолжали проживать совместно и вести совместное хозяйство до самой смерти отца. После похорон отца истцы неоднократно пытались связаться с представителями компании «Атлас-Копко» по вопросу возмещения морального вреда, однако им было отказано. От пережитого горя, разрушения моральный связей, вызванного гибелью близкого человека, истцы испытывают моральные и нравственные страдания.

Кроме того, представитель истцов в судебном заседании указала, что после разъяснения представителя ответчиков относительно того, кто из них является надлежащим, просит взыскать моральный вред с надлежащего ответчика ФИО4 Рок ФИО10 в общей сумме в пользу ФИО1 в сумме 2 400 000 руб., в пользу ФИО2 2 500 000 руб.

В судебном заседании представитель ответчиков «ФИО4 Актиеболаг», «ФИО4 Рок ФИО10», ТОО «ФИО4 Центральная Азия», и Иностранного предприятия «Atlas Copco Compressors and Mining Technique» по доверенностям ФИО14 возражала против удовлетворения заявленных требований, ссылаясь на доводы, изложенные в письменных возражениях. Указала, что надлежащим ответчиком по данному делу является «ФИО4 Рок ФИО10», в представительстве Узбекистана которой состоял в трудовых отношениях ФИО8 Юридическое лицо действующее, ее юридическим адресом является: <адрес>, представительство в Узбекистане закрыто в 2013г. ФИО8 осуществлял трудовую деятельность в Представительстве Компании «ФИО4 Рок ФИО10» в Узбекистане. Компания «ФИО4 Актиеболаг» (или «ФИО4 АБ») никогда не состояла в трудовых и иных договорно-правовых отношениях ни с ФИО8, ни с ФИО6 и никаким образом не причастна к ДТП и гибели ФИО8 При этом Компании «ФИО4 Актиеболаг» и Компания «ФИО4 Рок ФИО10» являются отдельными юридическими лицами, которые отвечают по договорным обязательствам, обязательствам из причинения вреда и прочим имущественным вопросам исключительно самостоятельно. ТОО «ФИО4 Центральная Азия», и Иностранное предприятие «Atlas Copco Compressors and Mining Technique» являются самостоятельными юридическими лицами, и не имеют отношения к возникшим правоотношениям. Компания «ФИО4 Рок ФИО10» имела в Узбекистане представительство, которое было аккредитовано в соответствии с Положением о порядке аккредитации и деятельности представительств иностранных коммерческих организаций на территории <адрес>, утвержденного постановлением Кабинета Министров от (дата) №. Представительство являлось структурным подразделением ответчика, не являлось юридическим лицом, не обладало собственным имуществом, действовало на основании утвержденного ответчиком положения как представительство. К 2013 г. указанное представительство никакой деятельности не вело, и его деятельность была прекращена. Документы, касающиеся деятельности Представительства не сохранились, так как были уничтожены при его ликвидации.

Пояснила, что никаких документов, касающихся исполнения трудового договора с ФИО8 и ФИО6, нахождения в собственности компании транспортного средства, на котором произошло ДТП, путевых листков и каких-либо иных документов не сохранилось. Не отрицала, что в 2003 г. ФИО8 работал в должности Сервисного Представителя в Представительстве в Узбекистане и осуществлял трудовую деятельность, находясь в непосредственном подчинении Главы Представительства ФИО22. Глава представительства в Узбекистане ФИО15 в настоящее время умер, найти иных свидетелей произошедшего не представляется возможным. 25.08.2003г. ФИО11 по возвращении из командировки из Таджикистана в нарушение указаний ФИО15, а также трудового распорядка принял решение после завершения рабочего дня ехать на автомобиле из Ташкента в <адрес> рассмотрение между данными городами составляет около 800 км. и большая часть пути поездки приходилось на ночное время. Он уговорил вместе с собой ехать ФИО6 Примерно в 19 часов 20 минут их автомобиль попал в ДТП, в результате которого ФИО11 скончался на месте. На основании приговора ФИО6 был признан виновным в ДТП. Таким образом, гибель ФИО11 произошла во внерабочее время и не при исполнении им служебных обязанностей. В 2004 г. жена погибшего – ФИО9 обращалась с исковым заявлением в Зарафшанский межрайонный суд о компенсации морального вреда. Решением от (дата) ФИО9 было отказано в удовлетворении исковых требований, поскольку брак между ними был расторгнут. К моменту гибели ФИО8 он несколько лет не проживал с бывшей женой и детьми, не вел общее хозяйство и не имел общего бюджета, доказательств обратного истцами не представлено. На момент ДТП истцы работали и содержали себя самостоятельно, ФИО1 с 2002г. проживала отдельно от матери. Кроме того, истцами не представлены доказательства причинно-следственной связи между гибелью ФИО11 и заболеванием истца ФИО2 Компании «ФИО4 АБ», ТОО «ФИО4 Центральная Азия», «Atlas Copco Compressors and Mining Tchnique» являются отдельными юридическими лицами и осуществляют свою деятельность самостоятельно. Данные компании не имели ни трудовых, ни гражданско-правовых отношений с погибшим ФИО8, поэтому не могли быть связаны с его гибелью. Кроме того, указала, что заявленный истцами размер морального вреда не является обоснованным, не соответствует степени перенесенных истцами нравственных и физических страданий, не является разумным и справедливым.

Ответчик ФИО6, в судебное заседание не явился, в письменных объяснениях возражал против удовлетворения исковых требований, пояснив, что на момент ДТП (дата) ФИО1 было <данные изъяты>, ФИО2 <данные изъяты>. Они работали в подразделениях Северного РУ НГМК, то есть они были совершеннолетними и не находились на иждивении отца. Бывшая супруга ФИО11 – ФИО9 после вынесения приговора, воспользовалась своим правом предъявления гражданского иска о компенсации морального вреда. (дата) Зарафшанским межрайонным судом было вынесено решение об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО9, поскольку ФИО9 и ФИО11 были в разводе и не вели общего хозяйства на протяжении нескольких лет. Фактически после развода ФИО11 с семьей не проживал, он снимал квартиру и сожительствовал с другой женщиной.

ФИО5, <данные изъяты>. Проходил «кодирование» в <адрес> от <данные изъяты>, из-за чего между ФИО11 и ФИО2 были конфликты. ФИО12 с 2002 г. проживала отдельно от семьи. В 2005 г. она вышла замуж за ФИО13

После смерти ФИО11 у него осталась престарелая мама – ФИО18, которую работники компании «ФИО4» материально и морально поддерживали до самой ее смерти. Ежемесячно ей привозили деньги в размере 80 долларов, а также работники компании помогли ей с переездом из <адрес> в <адрес>. У мамы ФИО11 претензий к компании не было.

По поводу произошедшей аварии пояснил, что утром (дата) они (он, ФИО16, ФИО20) отчитались бухгалтеру представительства после командировки в Таджикистан, осмотрели переданную им автомашину <данные изъяты>. ФИО11 захотел поехать после обеда домой в <адрес> на этой машине. ФИО16 пытался его отговорить, так как только вечером вернулись из <данные изъяты>, дорога до ФИО17 длинная и ночью нельзя было ехать. Но ФИО11 убедил всех ехать, хотя его бывшая жена и сын в этот момент находились в <адрес>. Саму аварию он не помнит, о смерти Виктора ему сообщили в больнице, в аварии ФИО6 лишился левой руки. Авария не была преднамеренной, это было трагическое стечение обстоятельств, в котором также пострадал и он. Присутствовать на судебном заседании он не может ввиду того, что ему тяжело по прошествии стольких лет вспоминать о пережитой боли, от полученных травм он потерял руку и стал инвалидом.

Суд, выслушав мнение лиц, участвующих в деле, заключение прокурора Коршуновой Н.А., изучив письменные доказательства, приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что между ФИО8 и «ФИО4 Рок ФИО7» (дата) было заключено Трудовое соглашение №.

Согласно п. 1 Трудового соглашения компания принимает Работника на работу, а работник соглашается работать в Компании на должности, указанной в Приложении 1 и принимает на себя обязанности, оговариваемые в Приложении 1.

Пунктом 6 трудового соглашения предусмотрено, что рабочий график и рабочее место работника должны соответствовать указанным в Приложении 1, если иное не предусмотрено Компанией. Время, затраченное на дорогу на работу и с работы, не считается рабочим временем.

Компания обязана обеспечивать работнику необходимые условия для безопасного труда в соответствии с Трудовым Кодексом Республики Узбекистан. (п. 9)

Данное соглашение регулируется законами Королевства Швеции в случае, если это не противоречит законам Республики Узбекистан. (п. 14)

На основании Приложения 1 ФИО8 был принят на должность – Сервисный Представитель Компании «ФИО4 Рок ФИО7» в <адрес>. Срок действия договора три года. Непосредственным руководителем ФИО8 является Глава Представительства «ФИО4 Рок ФИО7» в <адрес>. Рабочим местом ФИО8 является сервисный офис Компании, расположенный по адресу: <адрес>, административное здание рудника «Восточный». Установлено рабочее время с 09.00 ч. до 17.30 ч., перерыв на обед с 12.30 до 13.00 ч.

Факт того, что ФИО11 и ФИО6 состояли в трудовых отношениях с «ФИО4 Рок ФИО7» подтвердила в судебном заседании и представитель указанной компании по доверенности ФИО14, данный факт подтверждается также копией трудовой книжки ФИО11

В материалы дела представлена копия трудового соглашения, заключенного между ФИО11 и «Atlas Copco Compressors and Mining Tchnique» без даты, как подтвердила в судебном заседании представитель ответчиков, это было предыдущим местом работы ФИО11

Согласно свидетельства о смерти ФИО11 умер (дата) в возрасте <данные изъяты>, причина смерти указана тяжелая закрытая черепно-мозговая травма.

На основании приговора суда по уголовным делам <адрес> ФИО6 был признан виновным в совершении преступления по ст. 266 ч. 2 УК РФ Республики Узбекистан. Приговором установлено, что ФИО6 (дата) примерно около 19 часов вечера, управляя автомашиной марки <данные изъяты>, госномер №, принадлежащей фирме «Аталс-Копко» по маршруту ФИО21, ехав по направлению <адрес>, на 9 км. дороги на территории поселка <адрес>, грубо нарушив правила дорожного движения п. 1.2, где указано «В <адрес> для транспортных средств установлено правостороннее движение», а также п. 13.1 «водитель при обгоне должен убедиться, что отсутствует опасность и не создавать помех противоположной стороне движения автомашин», выехав на противоположную сторону движения, столкнулся с автомашиной марки <данные изъяты>, гос№Е3766, которой управлял ФИО19 результате столкновения пассажир автомашины марки <данные изъяты>, госномер № ФИО11 от полученных травм скончался на месте происшествия, а подсудимый ФИО6 получил тяжкие телесные повреждения.

Из пояснений допрошенного при рассмотрении уголовного дела свидетеля ФИО15 следует, что он работает в «ФИО4» руководителем представительства, ФИО8 и ФИО6 работали в этой же фирме. 25.08.20003г. около 22 ч. ему сообщили о том, что их работники ФИО8 и ФИО6 на автомашине <данные изъяты> попали в аварию. Все расходы на похороны и проведение поминок компания «ФИО4» взяла на себя в общей сложности затратила 677 долларов, из этой суммы 400 долларов передали лично ФИО9

Материалами дела подтверждено, что ФИО1 и ФИО2 являются родными детьми погибшего ФИО11 ФИО1 до регистрации брака носила фамилию ФИО23.

Согласно ст. 1219 Гражданского кодекса РФ к обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, применяется право страны, где имело место действие или иное обстоятельство, послужившие основанием для требования о возмещении вреда. В случае, когда в результате такого действия или иного обстоятельства вред наступил в другой стране, может быть применено право этой страны, если причинитель вреда предвидел или должен был предвидеть наступление вреда в этой стране.

Если стороны обязательства, возникающего вследствие причинения вреда, имеют место жительства или основное место деятельности в одной и той же стране, применяется право этой страны. Если стороны данного обязательства имеют место жительства или основное место деятельности в разных странах, но являются гражданами или юридическими лицами одной и той же страны, применяется право этой страны.

Если из совокупности обстоятельств дела вытекает, что обязательство, возникающее вследствие причинения вреда, тесно связано с договором между потерпевшим и причинителем вреда, заключенным при осуществлении этими сторонами предпринимательской деятельности, к данному обязательству применяется право, подлежащее применению к такому договору.

Правила настоящей статьи применяются, если между сторонами обязательства, возникающего вследствие причинения вреда, не заключено соглашение о праве, подлежащем применению к этому обязательству (статья 1223.1).

В силу ст. 1186 Гражданского кодекса РФ право, подлежащее применению к гражданско-правовым отношениям с участием иностранных граждан или иностранных юридических лиц либо гражданско-правовым отношениям, осложненным иным иностранным элементом, в том числе в случаях, когда объект гражданских прав находится за границей, определяется на основании международных договоров Российской Федерации, настоящего Кодекса, других законов (пункт 2 статьи 3) и обычаев, признаваемых в Российской Федерации.

Особенности определения права, подлежащего применению международным коммерческим арбитражем, устанавливаются законом о международном коммерческом арбитраже.

Если в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи невозможно определить право, подлежащее применению, применяется право страны, с которой гражданско-правовое отношение, осложненное иностранным элементом, наиболее тесно связано.

Если международный договор Российской Федерации содержит материально-правовые нормы, подлежащие применению к соответствующему отношению, определение на основе коллизионных норм права, применимого к вопросам, полностью урегулированным такими материально-правовыми нормами, исключается.

В соответствии со ст. 42 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (Минск, 22 января 1993 года), участниками которой являются Российская Федерация и Узбекистан, обязательства о возмещении вреда, кроме вытекающих из договоров и других правомерных действий, определяются по законодательству Договаривающейся Стороны, на территории которой имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для требования о возмещении вреда.

Если причинитель вреда и потерпевший являются гражданами одной Договаривающейся Стороны, применяется законодательство этой Договаривающейся Стороны.

По делам, упомянутым в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, компетентен суд Договаривающейся Стороны, на территории которой имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для требования о возмещении вреда. Потерпевший может предъявить иск также в суде Договаривающейся Стороны, на территории которой имеет местожительство ответчик.

Между Российской Федерацией и странами СНГ, в том числе <адрес> подписано соглашение от 09.09.1994г. "О взаимном признании прав на возмещение вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровьям, связанные с исполнением ими трудовых обязанностей», статьей 2 данного соглашения определено, что возмещение вреда, причиненного работнику вследствие трудового увечья, иного повреждения здоровья (в том числе при наступлении потери трудоспособности в результате несчастного случая на производстве, связанного с исполнением работниками трудовых обязанностей, после переезда пострадавшего на территорию другой Стороны), смерти производится работодателем Стороны, законодательство которой распространялось на работника в момент получения увечья, иного повреждения здоровья, смерти.

Работодатель, ответственный за причинение вреда, производит его возмещение в соответствии со своим национальным законодательством.

Учитывая условия трудового соглашения № от 01.05.2003г., заключенного между ФИО8 и ФИО4 Рок ФИО7, об обязанности обеспечения работнику необходимых условий для безопасного труда в соответствии с Трудовым Кодексом Республики Узбекистан, суд приходит к выводу, что в соответствии с существующими международными договорами Российской Федерации и Республики Узбекистан, с учетом положений п. 1 ст. 1186, п. 1 ст. 1219 ГК РФ должно было применяться законодательство Республики Узбекистан, то есть страны, на территории которой ФИО11 был причинен вред.

В силу ст. 985 Гражданского кодекса Республики Узбекистан вред, причиненный неправомерными действиями (бездействием) личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный юридическому лицу, подлежит возмещению лицом, причинившим вред, в полном объеме, включая упущенную выгоду. (Часть в редакции Закона РУз от 15.12.2000 г. № 175-II)

Законом может быть возложена обязанность возмещения вреда на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Законодательством или договором может быть установлена обязанность выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Причинивший вред освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя.

Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом.

Согласно ст. 999 Гражданского кодекса Республики Узбекистан юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (транспортные организации, промышленные предприятия, стройки, владельцы транспортных средств и др.) обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на любом другом законном основании (договоре имущественного найма, доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владельцы источников повышенной опасности несут солидарную ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным частями первой и второй настоящей статьи.

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях. При этом вред, причиненный по вине одной стороны, возмещается в полном объеме этой стороной, а вред, причиненный по вине обеих или нескольких сторон, возмещается соразмерно степени вины каждой из них. При невозможности установить степень вины каждой из сторон ответственность распределяется между ними поровну. При отсутствии вины сторон в причинении вреда ни одна из них не имеет права требовать возмещения вреда. Каждая из сторон несет в таком случае риск понесенных ею убытков.

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из обладания владельца в результате противоправных действий (бездействия) других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца в противоправном изъятии этого источника из его обладания, ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лиц, завладевших источником повышенной опасности.

Согласно ст. 1021 Гражданского кодекса Республики Узбекистан моральный вред компенсируется причинителем при наличии вины причинителя, за исключением случаев, предусмотренных частью второй настоящей статьи.

Моральный вред компенсируется независимо от вины причинителя в случаях, если:

вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности;

В соответствии со ст. 1022 Гражданского кодекса Республики Узбекистан моральный вред компенсируется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя в случаях, когда вина является основанием компенсации. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Моральный вред компенсируется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Статьей 989 Гражданского кодекса Республики Узбекистан юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к положениям настоящей главы работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора, а также на основании гражданско-правового договора, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию и под контролем соответствующего юридического лица или гражданина за безопасным ведением работ.

Хозяйственные товарищества и общества, производственные кооперативы возмещают вред, причиненный их участниками (членами) при осуществлении последними предпринимательской, производственной или иной деятельности товарищества и общества или кооператива.

В силу ст. 163 Гражданского кодекса Республики Узбекистан исковая давность не распространяется на: требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, кроме случаев, предусмотренных законодательством;

Из перечисленных правовых норм следует, что каждый из граждан в случае причинения ему морального вреда имеет право на защиту своих прав и интересов. Близкие родственники лица, смерть которого наступила от источника повышенной опасности, вправе требовать от его владельца компенсации морального вреда за причиненные им нравственные и физические страдания.

Дети погибшего, то есть истцы по данному делу, относятся к близким родственникам ФИО11

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Таким образом, из содержания указанных норм права в их системной взаимосвязи следует, что моральный вред, причиненный близким родственникам гражданина погибшего в результате взаимодействия с источником повышенной опасности, должен быть компенсирован владельцем названного источника повышенной опасности, в не зависимости от наличия его вины в причинении вреда жизни указанного гражданина, при этом, от указанной гражданско-правовой ответственности владелец соответствующего источника повышенной опасности может быть освобожден, только в случае если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Согласно ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Республики Узбекистан вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Приговором суда по уголовным делам <адрес> от 26.04.2004г., вступившим в законную силу, ФИО6 был признан виновным в совершении преступления по ст. 266 ч. 2 УК РФ Республики Узбекистан, а именно нарушение Правил дорожного движения при управлении транспортным средством.

По смыслу закона установление вступившим в законную силу приговором суда вина работника владельца источника повышенной опасности в причинении вреда жизни гражданину имеет преюдициальное значение при разрешении спора о компенсации морального вреда причиненного родственникам погибшего, и является безусловным правовым основанием для возложения на названного работодателя обязанности компенсировать моральный вред, причиненный близким родственникам гражданина погибшего в результате взаимодействия с соответствующим источником повышенной опасности.

По общему правилу гражданского законодательства бремя доказывания отсутствия вины возлагается на причинителя вреда.

Довод представителя ответчика о том, что отсутствует вина ФИО4 Рок ФИО10 в причинении вреда жизни ФИО11 ничем не подтвержден, поскольку вред подлежит компенсации в не зависимости от наличия его вины в причинении вреда жизни указанного гражданина, а доказательств того, что от указанной гражданско-правовой ответственности владелец соответствующего источника повышенной опасности может быть освобожден, по основаниям, предусмотренным ст. 999 Гражданского кодекса Республики Узбекистан. Доказательств того, что источник выбыл из обладания владельца в результате противоправных действий (бездействия) других лиц, или ФИО6 материалы дела также не содержат.

Довод представителя ответчика о том, что гибель ФИО8 произошла во внерабочее время и не при исполнении им и ФИО6 трудовых обязанностей, когда они в нарушение Политики работодателя по служебному автотранспорту и прямых указаний руководителя воспользовались служебным автотранспортом во внерабочее время по собственной инициативе, не нашел своего подтверждения в судебном заседании.

Так, в силу трудового законодательства пакет документов, касающийся трудовой деятельности работника, путевой лист, транспортные накладные, приказы о направлении в командировку, материал служебной проверки по факту нарушения дисциплины труда, и иные документы, хранящиеся у работодателя, подлежит предоставлению именно работодателем. В нарушение указанных норм представитель ФИО4 Рок ФИО7 не представила ни одного доказательства в подтверждение своего довода.

Факт того, что транспортное средство, на котором следовали ФИО6 и ФИО11, принадлежит их работодателю ФИО4 Рок ФИО7 подтвердила в своих возражения на иск представитель ответчика. Доказательств иного суду не предоставила. Кроме того, данный довод нашел свое отражение в приговоре от 26.04.2004г. в отношении ФИО6

В судебном заседании представитель ответчика суду показала, что офис представительства в Узбекистане ФИО4 Рок ФИО7 находился в <адрес>, ФИО8 с ФИО6 по не известным причинам поехали в <адрес>.

Однако, суд полагает установленным то обстоятельство, что рабочим местом ФИО11 являлся сервисный офис Компании, расположенный по адресу: <адрес>, административное здание рудника «Восточный».

23.08.2003г. ФИО11 въехал на территорию <адрес> из <адрес>, что следует из его паспорта, копия которого имеется в материалах дела. То обстоятельство, что ФИО11 вернулся из командировки из <адрес> и прибыл в офис ФИО3 24.08.2003г. подтвердила в судебном заседании и представитель ответчика.

В приговоре суда в отношении ФИО6 ни подсудимый, ни свидетель ФИО15 не указывали на то, что ФИО6 и ФИО8 воспользовались служебным транспортом во внерабочее время по собственной инициативе. Напротив, из пояснений ФИО15 следует, что работодатель взял на себя все расходы на похороны и проведение поминок, часть денег передали ФИО9 – бывшей супруге погибшего.

В своем ответе на обращение ФИО9 генеральный директор ФИО4 Рок ФИО7 от 08.07.2004г. также не указывает на обстоятельства, на которые ссылается представитель ответчика в обоснование отсутствия ответственности компании. Напротив, называя произошедшее несчастным случаем, указывая на то, что предоставили деньги и от компании и от коллег Виктора.

Разрешая при изложенных обстоятельствах заявленные требования, руководствуясь вышеприведенными положениями действующего законодательства, регулирующими спорные правоотношения, установив, что вступившим в законную силу приговором суда установлен факт совершения работником ФИО4 Рок ФИО7 ФИО6 виновных действий, повлекших смерть ФИО11, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований, поскольку указанные события подтверждены материалами дела, свидетельствуют о причинении истцу физических и нравственных страданий.

Надлежащим ответчиком суд считает ФИО4 Рок ФИО7, в связи с чем, в удовлетворении иска к ТОО «ФИО4 Центральная Азия», ФИО4 АВ, ФИО6 о компенсации морального вреда суд полагает необходимым отказать

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истцов с ответчика ФИО4 Рок ФИО7, суд, принимая во внимание степень тяжести перенесенных истцами страданий в связи со смертью отца, необратимостью нарушенных семейных связей, относящихся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом неимущественных благ, истцам безусловно причинен моральный вред. При этом суд учитывает, что доказательств того, что компания ФИО4 Рок ФИО7 возместила моральный вред истцам в материалах дела не имеется. Истцы на момент гибели отца являлись совершеннолетними, трудоспособными лицами. При таких обстоятельствах, суд полагает разумным и справедливым определить размер компенсации морального вреда в пользу каждого истца по 500 000 руб.

Доказательств того, что ФИО2 перенес большее страдание, чем его сестра ФИО1, материалы дела не содержат.

Согласно ст.88 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 94 данного кодекса к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации; расходы на оплату услуг представителей; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

Расходы истцов ФИО1, ФИО2 по оплате услуг представителя Стариковой А.В. составили по 6 000 руб. с каждого, что подтверждается представленными квитанциями. (л.д. 23-26, том 1)

Учитывая конкретные обстоятельства по делу, объем юридической помощи (составление искового заявления, участие в подготовке дела к судебному разбирательству, участие в судебном заседании), суд считает размер данных судебных расходов разумными, и взыскивает с ФИО4 Рок Дриллс Актиеболаг судебные расходы на оплату услуг представителя в пользу ФИО1 6000 руб., в пользу ФИО2 6 000 руб.

Кроме того, для направления искового заявления с приложением и судебным извещением ответчику ФИО4 Рок ФИО7 через Компетентный орган Королевства Швеции согласно Конвенции о вручении за границей судебных или внесудебных документов по гражданским или торговым делам, подписанной в Гааге 15.11.1965 г., истцами был произведен перевод документов с русского на шведский, что подтверждается материалами дела (л.д. 55-58, том 1) и товарными чеками, на сумму 21 583 руб. от имени ФИО1, и на сумму 19 500 руб. от имени ФИО2, суд признает данные расходы необходимыми и взыскивает их с ФИО4 Рок Дриллс Актиеболаг в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-197 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ФИО4 Рок Дриллс Актиеболаг в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., судебные расходы в сумме 21 583 руб., а всего 521 583 руб.

Взыскать с ФИО4 Рок Дриллс Актиеболаг в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., судебные расходы в сумме 19500 руб., а всего 519 500 руб.

ФИО1, ФИО2 в удовлетворении исковых требований к ТОО «ФИО4 Центральная Азия», ФИО4 АВ, ФИО6 о компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Липецкий областной суд через Октябрьский районный суд <адрес> в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий Т.В.Рябых

Мотивированное решение изготовлено в соответствии с ч. 2 ст. 108 Гражданского процессуального кодекса РФ 25.12.2017г.