Приговор № 1-14/2017 от 22 марта 2017 г. по делу № 1-14/2017

1-14/2017


ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

с.Кытманово 30 мая 2017 года

Кытмановский районный суд Алтайского края в составе председательствующего судьи Дыренковой Е.Б., при секретаре Стеблецовой Т.П., с участием государственного обвинителя заместителя прокурора Кытмановского района Алтайского края Мелентьева А.А., потерпевшей З., подсудимого ФИО1, его защитника адвоката адвокатского кабинета Волнянского Б.Ф., представившего удостоверение № 102 и ордер №011114 от 23 марта 2017 года, рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО1, <данные изъяты>, судимого:

1) по приговору мирового судьи судебного участка Кытмановского района Алтайского края от 08 февраля 2016 года по ст. 264.1 УК РФ, ст. 264.1 УК РФ, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ окончательное наказание назначено в виде лишения свободы на срок 1 год 2 месяца в исправительной колонии строгого режима с лишением права заниматься определенной деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев; апелляционным постановлением Кытмановского районного суда Алтайского края приговор оставлен без изменения, во вводной части приговора мирового судьи от 08 февраля 2016 года уточнена дата рождения подсудимого ФИО1 - 22 марта 1974 года; на основании постановления Индустриального районного суда г.Барнаула от 19 сентября 2016 года освобожден условно-досрочно 30 сентября 2016 года на неотбытый срок 5 месяцев 25 дней,

задержан в порядке ст. 91-92 УПК РФ 20 февраля в 10 часов 51 мин.,

постановлением Кытмановского районного суда Алтайского края от 20 февраля 2017 года мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия. Преступление совершено им при следующих обстоятельствах.

В период времени с 18 часов 00 минут до 19 часов 06 минут 13 января 2017 года, точное время не установлено, в <адрес> в доме по адресу <адрес>, между ФИО1 и З. возникла ссора, в ходе которой у ФИО1, на почве возникших личных неприязненных отношений к З., возник умысел на причинение тяжкого вреда здоровью, с использованием в качестве оружия ножа.

Реализуя свой преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью, с использованием в качестве оружия ножа, в указанные выше промежуток времени и месте, 13 января 2017 года, ФИО1 взял в правую руку кухонный нож и, используя его в качестве оружия совершения преступления в целях причинения телесных повреждений, осознавая уголовную противоправность своего деяния и желая наступления общественно-опасных последствий в виде причинения З. тяжкого вреда здоровью, осуществляя свой преступный умысел, нанес им З. один удар в бок слева.

В результате чего З. были причинены следующие телесные повреждения: колото-резаная рана задней поверхности грудной клетки слева, около задней подмышечной линии в проекции 10-го межреберья, проникающая в брюшную полость, с повреждением селезенки, с излитием крови в брюшную полость (около 5 литров крови - по клиническим данным), с забрюшинной гематомой на париетальной брюшины по задней боковой стенке живота, с развитием геморрагического шока и постгеморрагической анемии тяжелой степени, которые возникли от действия какого-либо колюще-режущего орудия или предмета, причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершении инкриминируемого ему преступления не признал, пояснив при этом, что преступление совершила его супруга О., а он взял её вину на себя. Он оговорил себя, так как полагал, что ему предъявят обвинение в совершении преступления по ст. 112 УК РФ, за которое предусмотрен небольшой срок лишения свободы, и он сможет отбыть наказание за свою супругу, так как не хотел, чтобы она была судима, поскольку она работает и ей судимость не нужна. Однако ему обвинение было предъявлено по ст. 111 УК РФ, за которое предусмотрен длительный срок лишения свободы, и он его отбывать за свою супругу не желает.

Показал, что 13 января 2017 года, днем, он вместе со своей матерью З. и супругой О. стали употреблять спиртное, так как в этот день была годовщина смерти отца О. Спиртное они употребляли на кухне дома на протяжении всего дня до вечера. Мать сильно опьянела и они поругались. Причину ссоры он не помнит. После чего мать ушла к себе в спальню и легла на кровать, а супруга - к себе в комнату. Лежа на кровати, мать продолжала ругать его супругу О.. Высказывала ей, что они живут за её счет. Он сказал матери, чтобы она прекратила её ругать. После чего мать оскорбила его, обозвав мужчиной с неправильной сексуальной ориентацией. О. услышала, что мать ругается на него и зашла в кухню. Он не видел, как О. взяла нож и пошла в спальню к матери. Он лишь услышал, что мать вскрикнула. Каким образом О. нанесла удар ножом и каким ножом, он не видел. Услышав, что мать вскрикнула, он вошел к ней в спальню и увидел, что мать лежит на кровати с поднятой рубашкой и в боку у неё дырочка. О. вышла из спальни. Он сказал О., чтобы она вернулась и держала рану, а он пошел вызывать полицию и скорую. Потом очень быстро приехала полиция и его и О. забрали в отдел. В отделе полиции его пристегнули наручниками на 1 этаже здания, а О. увели на 2 этаж, где допрашивали 5 часов. Показания она давала раньше, чем он.

Сотрудники полиции сказали ему, что предъявят обвинение по ст. 112 УК РФ, и он во время беседы с оперативниками решил прикрыть свою супругу и взять вину на себя, чтобы у супруги не было судимости. Он подписал все протоколы, так как думал, что уголовная статья будет легкая. При даче показаний описал нож, так как ранее видел его дома и знает все ножи, которые имеются у них в доме. А сам нож, которым матери было нанесено ранение, он впервые увидел, когда знакомился с материалами дела. Ему сказали, что нож валялся в кухне на полу.

Со слов супруги знает, что оперативники сказали ей, чтобы она дала показания против него, что это якобы он совершил преступление. Принудили её дать такие показания. Потом О. отпустили домой, а его допрашивали. Утром 14 января 2017 года его отпустили домой. После чего он позвонил в больницу и ему сказали, что мать находится в тяжелом состоянии. Когда он пришел домой, то сказал супруге О., что под ст. 111 УК РФ «подписываться» за неё не будет. Тогда О. стала звонить на телефон доверия и сообщила, что это она совершила преступление.

В протоколах он давал подробные показания, потому что преступление произошло на его глазах, написал явку с повинной.

Супруга О. в состоянии опьянения ведет себя агрессивно: выражается нецензурной бранью, может учинить драку, однажды даже порезала его, но в полицию он не обращался. Но она не всегда себя так ведет, а только тогда, когда ей начинают перечить.

В связи с наличием противоречий в показаниях подсудимого, судом в соответствии со ст. 276 УПК РФ по ходатайству стороны обвинения были оглашены показания ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого (т.1 л.д. 67-70), из которых следует, что он зарегистрирован и фактически проживает по адресу <адрес> в <адрес>, женат на О., проживают совместно семь лет. До 2015 года они проживали по адресу <адрес>, но после смерти отца, он и О. стали проживать по адресу <адрес> вместе с его матерью - З.

Мать была недовольна тем, что они проживают вместе с ней, и все время упрекала его и его жену в том, что они живут за ее счет.

13 января 2017 года они все втроем находились дома, по времени это было около 19 часов, точно сказать не может, так как не смотрел на часы, но на улице было уже темно. Мать находилась у себя в комнате, лежала на кровати, а он и О. были на кухне дома. Он и О. были трезвые, а мать находилась в состоянии алкогольного опьянения, так как днем употребляла спиртное. В это время мать снова начала высказывать претензии в его адрес и в адрес его супруги. Как только мать стала ругаться, супруга сразу ушла в свою комнату, чтобы избежать конфликта с матерью, а он остался на кухне. Мать продолжала в его адрес из спальни выкрикивать претензии и говорить, чтобы он уходил из ее дома, и из-за этого возникла ссора. Они с матерью стали ругаться, она не кидалась на него драться, ничем не угрожала, его не била, они с ней просто ругались на словах. Во время ссоры, он сильно на нее разозлился, и в этот момент решил нанести ей телесные повреждения, чтобы она успокоилась и перестала на него кричать. С этой целью он на кухне дома, на столе взял кухонный нож с ручкой коричневого цвета, длина лезвия была около 15 см, взял его в правую руку и с ножом вошел в спальню, где лежала его мать, чтобы ударить её ножом. Когда он зашел в спальню, то мать лежала на кровати на спине. Он подошел к ней на расстояние примерно 30 см., и держа нож в правой руке, нанес им удар матери в живот слева, потому что был на нее сильно зол, так как они с ней поругались. Когда он нанес удар, то из раны побежала кровь.

Нанося удар, он осознавал, что может причинить матери телесные повреждения или повредить какие-либо внутренние органы, т.к. лезвие ножа было примерно около 15 см. После того, как он нанес удар ножом, то нож выбросил на пол и побежал в коридор к телефону вызывать скорую помощь и полицию. Все происходящее видела его супруга, которая в этот момент находилась в спальне, где он наносил удар своей матери. Свою вину в причинении ножевого ранения в живот З. признает полностью, в содеянном раскаивается.

В тот момент, когда он наносил матери удар ножом, он ее убивать не собирался, он был на нее очень зол и хотел причинить ей физическую боль, чтобы она перестала на него кричать.

При звонке в полицию он сообщил, что убил свою мать. Через некоторое время приехала полиция и скорая помощь. З. увезли в больницу для оказания медицинской помощи. В ходе осмотра дома сотрудники полиции изъяли кухонный нож, которым он причинил матери ножевое ранение. В тот момент, когда он наносил удар ножом, он был одет в спортивную олимпийку черно-желтого цвета и черные спортивные штаны.

В судебном заседании ФИО1 данные показания не подтвердил, настаивая на том, что оговорил себя. Пояснил, что данные показания его никто давать не принуждал, их переписали с его явки с повинной, а он их подписал, так как желал спасти от уголовной ответственности свою супругу.

Потерпевшая З. суду показала, что ФИО1 приходится ей сыном. 13 января 2017 года она, её сын и сноха О. находились дома и употребляли спиртное на кухне за столом. Сначала они поругалось с сыном за столом, и она ушла к себе в комнату и прилегла, так как ей стало тяжело от выпитого. Сноха О. тоже ушла к себе в комнату, чтобы полежать. Сын остался в кухне за столом и продолжал употреблять спиртное. Лежа на кровати, она продолжала ворчать на сына и сноху и оскорбительно выразилась в адрес сына. Сноха О. услышала это и прибежала к ней в спальню, сказав, чтобы она не обзывалась и ткнула её ножом. От этого З. вскрикнула, а О. убежала. Затем в комнату вошел ФИО1 и сказал О., что она с ней делает. После чего О. закрыла рану тряпочкой, а сын стал звонить в полицию и в скорую помощь.

Она не помнит, видела она нож или нет, которым ей причинили ранение. Она помнит только, как над ней склонилась О.. Затем приехала скорая помощь, и она сама дошла до автомобиля, фельдшер вел её под руку. В больнице она так же сама поднялась на 2 этаж. На кушетке её раздели, потом повезли в операционную. В себя она пришла числа 15-го января. Не помнит, чтобы она давала показания сотрудникам полиции о случившемся. В протоколе за неё подписался врач, который дежурил в реанимации. Этот протокол она видела, читала его, но не подписывала. Доктор сказал ей, что она после операции говорила, что это сын нанес ей удар ножом. И доктор в протоколе подписал то, что она говорила. Сын приходил к ней в больницу, когда она уже пришла в себя. Она сказала сыну, что ничего не помнит.

Сноха О., когда выпивает, бывает агрессивной. Несколько раз О. кидалась на неё драться. Она плохо себя ведет, когда её спровоцируют. Они иногда выпивали вместе, но без повода О. на неё не кидалась.

В связи с наличием существенных противоречий в показаниях потерпевшей судом по ходатайству стороны обвинения в соответствии со ст. 281 УПК РФ был оглашен протокол её допроса на стадии предварительного следствия (т. 1 л.д. 30-33), из которого следует, что она проживает по адресу: <адрес>. По данному адресу проживает совместно с сыном ФИО1 и его женой О.. Вечером 13.01.2017 года она находилась дома. Около 19 часов 00 минут у них с сыном произошел конфликт. Причину конфликта она не помнит. Во время ссоры она лежала на кровати в своей спальне. В ходе ссоры сын ФИО1 ударил ее ножом в левый бок, когда она лежала на кровати. Где он взял нож, она не видела.

В судебном заседании потерпевшая З. свои показания не подтвердила, заявила о том, что она такие показания не давала. Она не помнит факта её допроса сотрудниками полиции в Кытмановской ЦРБ. В это время она находилась в реанимации, была очень слаба и не могла подписать протокол. При предъявлении потерпевшей протокола её допроса в судебном заседании она отрицала, что подпись в данном протоколе принадлежит ей, так как она, когда расписывается, впереди своей подписи ставит букву «Л», а в протоколе её нет.

Показала так же, что когда её выписали из больницы, она обратилась к следователю Ю. с заявлением о том, чтобы она допросила её дополнительно в качестве потерпевшей. На тот период она уже все понимала, ознакомилась с протоколом своего допроса и поняла, что не могла дать такие показания.

По ходатайству стороны обвинения судом в порядке ст. 281 УПК РФ так же был оглашен протокол дополнительного допроса потерпевшей З. (т.1 л.д. 37-38), из которого следует, что синяк на левом плече и с левой стороны туловища у нее образовался от того, что она в начале января 2017 года упала на крыльцо на левый бок, когда ходила за дровами и поскользнулась. Данные синяки она причинила сама себе. По поводу причинения ей ножевого ранения она показания давать отказывается и желает воспользоваться ст. 51 Конституции РФ.

В данном протоколе потерпевшая З. свою подпись подтвердила, буква «Л» перед подписью потерпевшей там тоже отсутствует.

Из показаний свидетеля М. суд установил, что он работает в качестве врача анестезиолога-реаниматолога в Кытмановской ЦРБ. С З. знаком в силу того, что она была прооперирована и находилась под наблюдением в реанимации. По обстоятельствам произошедшего показал, что 13 или 14 января 2017 года, точную дату и время он не помнит, он находился дома. Было уже темно. Ему поступил звонок, чтобы он явился в Кытмановскую ЦРБ, так как поступила больная. После чего он прибыл в больницу. Пациентка З. находилась в перевязочной. Имеющиеся у неё повреждения он не осматривал, так как это не входит в его компетенцию. Он только подготовил пациентку к операции. При проведении операции он видел, что в брюшной полости слева сбоку у пациентки была рана. При проведении операции рану вскрыли. После операции к нему приходили сотрудники полиции для допроса пациентки, но он не разрешил. Необходимо было, чтобы пациентка пришла в себя. Через 2-3 дня её состояние стабилизировалось, она пришла в себя, но была еще слаба. Он разрешил сотрудникам полиции провести допрос. Допрос проводился следователем в его присутствии. З. находилась в относительно адекватном состоянии. Она говорила сотрудникам полиции, что во время случившегося она находилась дома, зашла в комнату. Говорила, что ранение ей нанес сын, но говорила об этом как-то неуверенно, так как удар был нанесен со спины, и она была в состоянии опьянения. Точное содержание показаний З. он сейчас не помнит, так как его основной задачей было следить за состоянием пациентки. Сотрудники полиции заносили в протокол показания З. с её слов. Какого-либо давления сотрудники полиции на неё не оказывали. После допроса З. протокол подписала. Ему сотрудники полиции тоже дали его прочитать, чтобы он удостоверился в правильности занесенных показаний. Протокол он прочитал и не заметил, чтобы в нем были какие-либо неточности. После чего засвидетельствовал правильность её показаний в протоколе своей подписью.

В связи с наличием противоречий в показаниях свидетеля М. относительно того, говорила ли З. кто конкретно нанес ей удар ножом и в каком состоянии она при этом находилась, судом по ходатайству стороны обвинения в соответствии со ст. 281 УПК РФ был оглашен протокол допроса свидетеля М. в указанной части (т. 1 л.д. 95-98), из которого следует, что 16.01.2017 он присутствовал при допросе З. Она находилась в ясном сознании, ориентировалась в пространстве, времени, собственной личности и ситуации. В ходе допроса она пояснила, что ножевое ранение ей причинил сын ФИО1 вечером 13 января 2017 года в ходе ссоры.

После оглашения указанных показаний свидетель М. подтвердил их, пояснил так же, что речь об иных лицах, которые причинили З. ножевое ранение, не шла. Она говорила только о сыне ФИО1.

Свидетель О. суду показала, что 13 января 2017 года она, её супруг ФИО1 и её свекровь З. стали распивать спиртное. Отмечали годовщину смерти её отца. Распивали спиртное на кухне, выпили много. ФИО1 когда выпьет, то бывает, что скандалит. Она тоже может поскандалить. В этот раз вспылила она, так как свекровь начала высказывать ей, что они с ФИО1 не работают, сидят на её шее. При этом она нецензурно выражалась. Конфликт развивался за столом. Потом свекровь ушла к себе в комнату. А она и ФИО1 продолжали распивать спиртное на кухне. Свекровь продолжала возмущаться из своей комнаты. О. зашла к ней и сказала, чтобы она замолчала. Свекровь лежала на кровати, на спине, её ноги были ориентированы к входу в комнату. После чего О. вышла из её комнаты и ушла к себе в комнату, чтобы не слушать высказывания свекрови. Затем О. вернулась в кухню, свекровь продолжала скандалить из своей комнаты. ФИО1 сидел за столом на кухне. После чего О. взяла нож в столе, рядом с которым сидел ФИО1. Она взяла маленький нож с деревянной ручкой длиной около 20-25 см и пошла в комнату к свекрови. Она хотела её напугать и лишь продемонстрировать нож. С ФИО1 она при этом не разговаривала, так как он был в сильном алкогольном опьянении. Мать выражалась в адрес ФИО1 нецензурной бранью, оскорбила его, грубо назвав мужчиной с нетрадиционной сексуальной ориентацией. Она держала нож в правой руке и ударила им свекровь в левый бок. Свекровь вскрикнула. После чего О. вытащила нож и, держа его в руке, зашла на кухню, где положила на стол, за которым они ранее сидели и распивали спиртное. Затем ФИО1 пошел в комнату матери, она пошла за ним следом. Рана была у свекрови под одеждой. Когда она подняла одежду, то зажала рану тряпочкой. После чего она сказала ФИО1, чтобы он вызывал скорую, но тот почему-то сначала позвонил в полицию, а потом в скорую. Она слышала, как он позвонил в полицию и сказал, что убил мать. Она спросила у него, зачем он позвонил в полицию, если нужно было позвонить в скорую. Полиция подъехала очень быстро и забрала ФИО1. А её забирать не стали. Потом приехала скорая и забрала свекровь, она помогла ей собраться. Потом снова приехали сотрудники полиции, провели осмотр и тоже забрали её в отдел. Когда её туда привезли, то она видела, что ФИО1 пристегнут наручниками. Она с ним не разговаривала по поводу случившегося, её сразу повели на допрос на 2 этаж. Допрашивала её следователь Ю., при этом присутствовал оперативник Д.С. Во время допроса ей сказали, что ФИО1 ничего не будет, и она согласилась дать на него показания. Её заставил сотрудник полиции Д.С. Он обманул её, что ФИО1 за это ничего не будет. Ей не давали пить, не давали присесть. Следователь Ю. ознакомила её с протоколом допроса, замечаний к протоколу у неё не было. Она оговорила супруга просто так, без цели. Потом её отпустили домой, а ФИО1 остался в отделе. Ночью ФИО1 ей звонил и говорил, зачем она его оговорила. Она сказала, что её заставили сотрудники полиции. ФИО1 сказал, что когда вернется домой, то они обо всем поговорят. Утром ФИО1 отпустили домой. Они были дома вдвоем, топили печь. ФИО1 позвонил в больницу и ему сказали, что мать находится в тяжелом состоянии. ФИО1 сказал ей, чтобы она говорила на следствии все так, как говорила ночью. На следующий день днем её снова допрашивали, и она дала те же показания, что и ночью.

21 марта 2017 года она написала явку с повинной. До этого с явкой она не обращалась. Звонила только на телефон доверия по номеру 128 в январе 2017 года. В тот момент находилась в средней степени алкогольного опьянения, при этом присутствовал её супруг ФИО1 Однако уголовное дело в отношении неё не возбуждено. С жалобой на отказ в возбуждении уголовного дела она не обращалась.

В связи с наличием существенных противоречий в показаниях свидетеля О. судом по ходатайству стороны обвинения в соответствии со ст. 281 УПК РФ был оглашен протокол её допроса (т.1 л.д. 54-56), из которого следует, что она была допрошена 14 января 2017 года в период с 11 час. 10 мин. до 11 час. 40 мин. Показала, что вместе с супругом ФИО1 они живут совместно семь лет.

До 2015 года они с ним проживали по адресу <адрес>, но после того, как у ФИО1 умер отец ДД.ММ.ГГГГ, они стали проживать по адресу <адрес> вместе с мамой З.. З. была недовольна тем, что они проживают вместе с ней, и все время упрекала ее и сына в том, что они живут за ее счет.

13 января 2017 года они все втроем находились дома. Около 19 часов, точное время не помнит, но на улице было уже темно, З. находилась у себя в комнате, лежала на кровати, а О. с ФИО1 были на кухне дома. Они с ФИО1 были трезвые, а его мама З., находилась в состоянии алкогольного опьянения, так как она днем употребляла спиртное. В это время З. снова начала высказывать претензии в ее адрес и в адрес ФИО1 Как только З. стала ругаться, она сразу ушла в свою комнату, чтобы избежать конфликта с З., а ФИО1 остался на кухне.

Как только О. зашла в комнату, то услышала громкую словесную брань между ФИО1 и З., после чего она сразу же побежала обратно на кухню. Когда она туда зашла, то ФИО1 в кухне уже не было. Тогда О. прошла в спальню, где лежала З. и увидела, что З. лежит на кровати на спине. ФИО1 стоит рядом и в этот момент, когда она зашла, она видела, как ФИО1 нанес один удар ножом в область живота слева З., отчего у нее из раны побежала кровь. Когда ФИО1 наносил удар, то нож он держал в правой руке. Как только О. увидела, что ФИО1 ударил ножом З., она сильно закричала и стала пытаться остановить кровь из раны у З., закрывая рану своими ладошками. Сказала ФИО1, чтобы он позвонил в скорую и в полицию, что тот и сделал. После того, как приехала скорая, З. увезли в больницу, где ей оказали медицинскую помощь.

ФИО1 наносил удар З. кухонным ножом с деревянной ручкой коричневого цвета, лезвие у данного ножа примерно 15 см. После того, как ФИО1 нанес удар, то нож, он бросил куда-то на пол. Затем приехали сотрудники полиции и изъяли данный нож. В тот момент, когда ФИО1 наносил удар ножом своей матери З., он был одет в спортивную олимпийку черно-желтого цвета и черные спортивные штаны.

В судебном заседании О. свои показания, данные в ходе предварительного следствия, не подтвердила. Однако свою подпись в протоколе допроса не оспаривала. Пояснила, что дала эти показания под давлением сотрудников полиции. С заявлением о неправомерных действиях сотрудников полиции, она в компетентные органы не обращалась. До допроса она с супругом не общалась.

Из показаний свидетеля Д.С. судом установлено, что он работает в качестве старшего оперуполномоченного МО МВД России «Кытмановский». 13 января 2017 года около 19 часов вечера оперативный дежурный дал команду на выезд по сообщению ФИО1 о том, что он зарезал свою мать. Когда он приехал на место происшествия, то ФИО1 ходил по дому, а его жена О. зажимала ладошками рану на теле у матери ФИО1 Он спросил у О., кто это сделал. О. показала пальцем на ФИО1 После чего ФИО1 был доставлен в отдел полиции. Он вел себя неадекватно, поэтому на него надели наручники. Затем нашли понятых и поехали на место происшествия проводить осмотр. В ходе осмотра места происшествия на кухне, на полу, где-то возле кошачьих мисок был обнаружен и изъят нож. После осмотра места происшествия О. так же доставили в отдел. После чего он отобрал у О. объяснение. Она была спокойна, находилась в адекватном состоянии. В ходе опроса О. жаловалась на ФИО1, что он ведет себя агрессивно. Когда О. вышла после беседы, то у них с ФИО1 состоялся короткий разговор в коридоре. Она ему сказала, что рассказала всё, как было. ФИО1 начал на неё кричать. Говорил, зачем она это сделала, ведь теперь его посадят.

После чего ФИО1 был доставлен в другое здание МО МВД России «Кытмановский», где от него так же было отобрано объяснение. После отбора объяснения ФИО1 попросил у него сотовый телефон и Д.С. дал ему его, чтобы тот позвонил домой. После чего ФИО1 позвонил своей супруге О. и попросил её позвонить в больницу и узнать о состоянии матери, а так же принести ему вещи.

Свидетель А. суду показал, что в январе 2017 года, точную дату он не помнит, в вечернее время, он проходил мимо отдела полиции в с.Кытманово. Его пригласили сотрудники полиции поучаствовать в качестве понятого, на что он согласился. Вместе с сотрудниками полиции он поднялся на второй этаж отдела. Там находился молодой человек по фамилии ФИО1 и еще один понятой. В его присутствии, в присутствии второго понятого и сотрудников полиции у ФИО1 изъяли одежду. ФИО1 говорил, что именно в этой одежде он совершил преступление. Изъятая одежда была упакована и опечатана. Он расписался на бирке. Потом они все вместе проехали в <адрес> в дом, где проживает ФИО1, адрес дома он не знает. Вместе с ними участвовал адвокат ФИО1 Зимин вел себя спокойно. В доме ФИО1 пояснял, что он, его мать и жена сидели на кухне и выпивали. Мать ушла в спальню и оттуда скандалила. ФИО1 сказал, что он взял нож и пошел в спальню к матери. Говорил, что мать лежала лицом к стене, вроде бы на боку или на спине, теперь он уже точно не помнит его слова. А он её ударил ножом. Кровать матери стояла слева от входа в спальню, а он пояснил, что мать лежала ногами к входу в спальню. Когда Зимин все это рассказывал, то он был трезвый, вел себя спокойно. Поскольку в протоколе всё соответствовало действительности, то А. расписался в нем.

Свидетель Щ. дал суду показания, аналогичные показаниям свидетеля А.

Эксперт Д.А. суду показал, что потерпевшая по отношению к травмирующему предмету или орудию была вероятнее всего обращена задней или задней или левой задне-боковой поверхностью туловища. Когда он проводил освидетельствование гр-ки З., то она говорила, что её ударила ножом сноха. В момент нанесения удара потерпевшая З. должна была лежать на спине не полностью, а полубоком, когда задняя боковая поверхность туловища была доступна для воздействия.

Свидетель Р. суду показала, что работает в Кытмановской ЦРБ в качестве врача хирурга. 13 января 2017 года в 19 час. 45 мин. в больницу по скорой помощи поступила З. Она жаловалась на боли в животе, головокружение, была в состоянии опьянения. Она спросила у неё, что случилось. З. сказала ей, что ранение она получила дома, её ударил ножом сын ФИО1 Говорила, что они вместе распивали спиртное, и с ними была О.. Состояние у пациентки было шоковое. Когда сделали ревизию раны, то оказалось что у З. обильная кровопотеря. Однако от госпитализации она отказывалась. При этом З. находилась в адекватном состоянии, ориентировалась в обстановке, времени, пространстве, в своей личности, она просто не оценивала тяжесть своего состояния. После чего пациентку подготовили к операции и прооперировали.

Из показаний свидетеля С., допрошенного в условиях, исключающих его визуальное наблюдение, суд установил, что в конце января 2017 года, примерно в 20-х числах, или в начале февраля, точную дату не помнит, он разговаривал с З. В ходе разговора З. ему рассказала, что она проживает вместе с сыном и снохой, и что в начале января 2017 года, она поругалась с сыном ФИО1 из за того, что он «сидит на ее шее», нигде не работает. В ходе ссоры ФИО1 ударил её ножом один раз в левый бок. Когда её выписали из больницы, то сын ФИО1 заставил её под угрозой физического насилия, написать заявление в полицию о том, что ножевое ранение ей причинила сноха О.. Так как она боится, что сын будет ее бить, то она написала такое заявление в полицию и позвонила на телефон доверия и сказала, что ее порезала О.. Она так же рассказала, что сын заставляет и О. звонить на телефон доверия и говорить, что она порезала мать.

Так же он беседовал в середине января 2017 года с ФИО1, который ему сказал, что он в январе 2017 года, порезал свою мать и сейчас боится, что его могут за это посадить, так как он имеет судимость, и он заставляет свою жену О. всем рассказывать, что это она порезала З., так как О. не судимая и ее не посадят.Заставил О. позвонить в полицию и сказать, что это она порезала З. ФИО1 ему сказал, что он попросил мать написать заявление в полицию, о том, что ее порезала О., и говорил, что если мать это не сделает, то он будет ее бить, и если О. не будет говорить, что это она порезала З., то он её тоже будет бить.

Согласно сообщению о происшествии, поступившем в дежурную часть МО МВД России «Кытмановский» от ФИО1 13 января 2017 года в 19 час. 06 мин., 13 января 2017 года в <адрес> произошло убийство З. (т. 1 л.д. 2).

Из рапорта оперативного дежурного МО МВД России «Кытмановский» В. от 13.01.2017 следует, что 13.01.2017 в дежурную часть поступило сообщение по телефону от ФИО1 о том, что 13.01.2017 в <адрес> произошло убийство З. (т. 1 л.д. 4).

Из протокола осмотра места происшествия с фототаблицами от 13 января 2017 года, следует, что в период с 19 час. 30 мин. до 20 час. 50 мин. в присутствии О. и с её разрешения, а так же в присутствии понятых был произведен осмотр жилого <адрес> в <адрес>, в ходе которого в кухне дома, на полу, в пластиковой кормушке для кота обнаружен нож с деревянной рукоятью, длина которого составляет 22 см, ширина лезвия - 1 см, ширина рукояти - 1,5 см. На лезвии ножа обнаружены следы бурого цвета. Нож изъят и упакован в бумажный пакет №1. В ходе осмотра спальни, ведущей из кухни, на кровати обнаружена подушка с наволочкой белого цвета с пятнами бурого цвета, наволочка снята с подушки и упакована в бумажный пакет №2. Рядом с подушкой обнаружен марлевый тампон с пятнами бурого цвета, который так же изъят и упакован в бумажный пакет №3 (т.1 л.д. 5-14).

Из карты стационарного больного № З. следует, что она была доставлена в Кытмановскую ЦРБ 13.01.2017 в 19 час. 45 мин. по экстренным показаниям. Со слов около 1 часа назад получила ножевое ранение дома. Жаловалась на боли в животе, наличие раны в левом подреберье, головокружение. После чего ей была проведена операция (т. 1 л.д. 84-89).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 94 от 03.02.2017 г., у гр-ки З., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, имеются следующие повреждения: колото - резаная рана задней поверхности грудной клетки слева, около задней подмышечной линии, в проекции 10-ого межреберья, проникающая в брюшную полость, с повреждением селезенки, с излитием крови в брюшную полость (около 5 литров крови - по клиническим данным), с забрюшинной гематомой на париетальной брюшины по заднее - боковой стенке живота, с развитием геморрагического шока и постгеморрагической анемии тяжелой степени, что подтверждается данными оперативного вмешательства (операция №3 от 13.01.2017 года. Диагностическая в верхней и средней трети лапаратомия. Ревизия органов брюшной полости. Удаление селезенки. Ушивание раны париетальной брюшины. Дренирование брюшной полости. Прошивание сосудов в левой подвздошной области (место гематомы), которые возникли от действия какого - либо колюще - режущего орудия или предмета, например от действия клинка ножа, при ударе ножом, при обстоятельствах, как указано в постановлении, причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (пункт 6.1; 6.1.15 согласно медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека).

Учитывая данные медицинской документации (медицинская карта стационарного больного за № из хирургического отделения КГБУЗ «Кытмановская ЦРБ» на имя З., ДД.ММ.ГГГГ года рождения), повреждения причинены в срок, не противоречащий сроку, указанному в обстоятельствах, т.е. могли быть причинены 13.01.2017года.

Направление раневого канала колото-резаной раны - слева направо (по клиническим данным).

Учитывая локализацию колото - резаной раны на задней поверхности грудной клетки слева около задней подмышечной линии в проекции 10-ого межреберья и направления раневого канала (слева направо - по клиническим данным), потерпевшая З. по отношению к травмирующему предмету или орудию была обращена вероятнее всего задней или левой задне - боковой поверхностью туловища.

Учитывая локализацию колото - резаной раны на задней поверхности грудной клетки слева около задней подмышечной линии в проекции 10 - ого межреберья и направления раневого канала (слева направо - по клиническим данным), получение данного повреждения при падении с высоты собственного роста и ударом о какой - либо колюще - режущий предмет или орудие не исключено, но маловероятно.

У гр-ки З., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, кроме указанных повреждений имеются следующие повреждения: обширный кровоподтек в области левого плеча; кровоподтек в левой подвздошной области, которые возникли от действия твердого тупого предмета (предметами), например при ударе кулаком, ногой, возможно от удара каким - либо другим твердым тупым предметом.

Эти повреждения, как каждое в отдельности, так и в совокупности не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности и поэтому расцениваются, как повреждения, не причиняющие вред здоровью человека.

Учитывая цвет кровоподтеков (желто - зеленого цвета), повреждения причинены за 5 - 7 суток, до момента поступления в стационар, т.е. причинены ранее срока, указанного в обстоятельствах (т. 1 л.д. 167-172).

В этом же заключении имеются записи о том, что после операции З. пришла в себя 14.01.2017 в 8 час. 00 мин., в сознании, контактна, на искусственной вентиляции легких.

15.01.2017 в 12 час. 00 мин. состояние пациентки стабильно тяжелое, соответствует перенесенной операции, в сознании, адекватна. 16.01.2017 картина не изменилась. Выписана 27.01.2017 в связи с отказом от дальнейшего лечения.

В ходе осмотра места происшествия - комнаты санпропуска хирургического отделения КГБУЗ «Кытмановская ЦРБ», 14.01.2016 оттуда были изъяты и упакованы штаны и синтетическая рубашка сине-розового цвета с пятнами бурого цвета, принадлежащие З. (т. 1 л.д. 18-19).

Согласно протоколу получения образцов для сравнительного исследования от 13.01.2017 у З. были получены образцы крови для сравнительного исследования (т.1 л.д. 22).

Из протокола проверки показаний на месте подозреваемого ФИО1 от 14.01.2017 следует, что подозреваемый ФИО1 в присутствии защитника Волнянского Б.Ф., понятых А. и Щ. указал, что необходимо проехать к дому по <адрес> в <адрес>, в котором он проживает совместно с матерью и женой. После чего все указанные лица проследовали к данному дому и вошли внутрь. По указанию ФИО1 все участвующие лица прошли на кухню дома, где подозреваемый ФИО1 указал на стол, стоящий у окна и пояснил, что 13.01.2017, около 19 часов, он находился дома вместе с женой и матерью, когда мать начала высказывать претензии в его адрес и в адрес его супруги. Он стал ругаться с матерью. Во время ссоры сильно разозлился на неё и решил нанести ей телесные повреждения, чтобы она успокоилась и перестала на него кричать. С этой целью он с кухонного стола взял в правую руку кухонный нож и с ножом вошел в спальню. После чего по указанию подозреваемого все лица проследовали в спальню, где подозреваемый показал на стоящую слева от дверного проема кровать и пояснил, что на данной кровати, на спине, ногами к дверному проему лежала его мать З. После чего он подошел к ней с ножом и нанес ей один удар слева в бок. Нанося этот удар, он понимал, что может причинить матери телесные повреждения, но убивать мать он не хотел, а хотел причинить ей физическую боль и телесные повреждения. После того как ударил мать, нож выбросил на пол (т.1 л.д. 75-82).

В ходе выемки 14.01.2017 у ФИО1 в присутствии защитника и понятых в целях отыскания и изъятия спортивной кофты, спортивных штанов, в которых ФИО1 находился в момент нанесения ножевого удара З. в кабинете №15 МО МВД России «Кытманвоский» у ФИО1 были изъяты спортивная кофта черно-желтого цвета, спортивные штаны черного цвета, которые он выдал добровольно. Все изъятое было упаковано и опечатано (т. 1 л.д. 119-121).

Согласно заключению эксперта за №399, 400 от 31.01.2017 г., на ноже, изъятом в ходе осмотра места происшествия 13.01.2017г., следов рук не обнаружено.

На рубашке гр. З. имеется сквозное повреждение, которое образовано колюще-режущим орудием с одним лезвием.

Данное повреждение могло быть образовано ножом, изъятым в ходе осмотра места происшествия 13.01.2017г. в равной мере, как и любым другим орудием, аналогичным ему по форме и размерам клинка (т.1 л.д. 126-129).

Из заключения эксперта № 401 от 14.02.2017 г. следует, что на ноже, наволочке, фрагменте марлевого бинта и рубахе, представленных на исследование, обнаружена кровь З.

На спортивной куртке, представленной на исследование, обнаружена кровь мужчины и установлены ее генетические признаки.

ДНК, выделенная из крови, помещена в банк ДНК ЭКЦ ГУ МВД России по Алтайскому краю (ИК №).

При проверке генетических признаков данной крови по региональному учету данных ДНК ЭКЦ ГУВД по Алтайскому краю совпадений не выявлено.

На брюках, представленных на исследование, кровь человека не обнаружена (т.1 л.д.132-140).

Согласно заключению эксперта №96 от 16.02.2017 нож, изъятый при осмотре места происшествия 13.01.2017г. по факту причинения тяжкого вреда здоровью З. в <адрес>, к холодному оружию не относится. Представленный нож изготовлен самодельным способом (т.1 л.д. 146-147).

В ходе осмотра предметов в присутствии понятых были осмотрены спортивная куртка из материала голубого, желтого и черного цветов, спортивные брюки черного цвета, синтетическая рубаха сине-розового цвета с пятнами вещества бурого цвета, образцы крови, наволочка с пятнами вещества бурого цвета, марлевый тампон с пятнами вещества бурого цвета, нож. После осмотра вышеуказанные предметы были упакованы в коробку и бумажный конверт (т.1 л.д. 182-185).

Вышеуказанные предметы приобщены к делу в качестве вещественных доказательств (т.1 л.д. 186-189).

Оценив исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о доказанности вины подсудимого ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления.

При постановлении приговора суд в качестве доказательств, подтверждающих вину ФИО1, принимает за основу его показания в качестве подозреваемого на стадии предварительного следствия, которые он давал в присутствии защитника, после разъяснения положений ст. 51 Конституции РФ, из которых следует, что в ходе ссоры с матерью, он взял со стола на кухне нож и нанес им ей один удар в левый бок. Эти же показания ФИО1 подтвердил в ходе проверки показаний на месте в присутствии понятых и защитника, показал, где он взял нож, а затем прошел в спальню, где в это время находилась потерпевшая. Пояснял, каким образом нанес удар и в какую область, а так же каким образом располагалась потерпевшая во время нанесения удара ножом. Его показания согласуются с показаниями свидетеля О., допрошенной на стадии предварительного следствия, которая являлась непосредственным очевидцем совершенного преступления и будучи предупрежденной по ст. 51 Конституции РФ показала, что ФИО1 нанес удар ножом своей матери, которая в это время лежала на кровати, а так же с первичными показаниями потерпевшей З., которая на стадии предварительного следствия, после разъяснения ей положений ст. 51 Конституции РФ так же показала, что удар ножом ей в ходе ссоры нанес сын ФИО1. Эти показания потерпевшая давала до того, как у неё состоялась беседа с сыном.

Свидетель М. в ходе судебного заседания подтвердил, что присутствовал при допросе З. и она действительно говорила о том, что ножевое ранение ей нанес сын. Об этих же обстоятельствах З. сообщила и свидетелю Р., которая осматривала её после доставления в Кытмановскую ЦРБ, а затем оперировала.

Показания подсудимого и потерпевшей З. о том, что в момент нанесения удара ножом потерпевшая З. располагалась на спине, при этом была повернута левой боковой поверхностью, согласуются с заключением судебно-медицинской экспертизы и допросом эксперта Д.А. из которых следует, что потерпевшая З. по отношению к травмирующему предмету или орудию была обращена вероятнее всего задней или левой задней боковой поверхностью туловища. Об этом в ходе проверки показаний на месте так же говорил и сам подсудимый ФИО1, а так же показывали свидетель А. и Щ., которые присутствовали в ходе проверки показаний ФИО1 на месте.

Показания свидетелей М., Д.С., Р., А., Щ. последовательны, непротиворечивы, согласуются между собой и с показаниями ФИО1, допрошенного в ходе следствия в качестве подозреваемого. Следовательно, оснований не доверять показаниям данных свидетелей у суда не имеется.

Вина ФИО1 так же подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы в отношении потерпевшей З., протоколом осмотра места происшествия от 13.01.2017, согласно которому в доме по <адрес> в кухне на полу был обнаружен и изъят нож. Данное обстоятельство согласуется с показаниями ФИО1, допрошенного в качестве подозреваемого, где он показал, что нож выбросил на пол.

Согласно заключениям экспертов на ноже имеется кровь потерпевшей З. Телесное повреждение, имеющееся у З., могло быть причинено данным ножом. Кроме того, на одежде потерпевшей обнаружено повреждение, которое так же могло быть оставлено данным ножом.

Вышеперечисленные доказательства суд считает допустимыми, полученными в соответствии с требованиями УПК РФ.

Доводы потерпевшей о том, что она рассказывала о случившемся, будучи в неадекватном состоянии и не могла сказать, что ножевое ранение ей причинил сын, опровергаются показаниями врачей Кытмановской ЦРБ, допрошенных в качестве свидетелей - Р. и М., которые утверждали, что когда З. говорила, что телесное повреждение ей причинил сын ФИО1, она была адекватна, ориентировалась в пространстве, времени и собственной личности. Какое-либо давление извне на неё никто не оказывал. Кроме того, записями в карте стационарного больного З. подтверждается, что во время допроса в Кытмановской ЦРБ она находилась в сознании, была адекватна. С 15 января 2017 года она постоянно находилась в адекватном состоянии.

К показаниям потерпевшей З., данным ею в ходе судебного заседания о том, что телесное повреждение ей причинила её сноха О., суд относится критически.

Эта версия появилась у потерпевшей только после того, как она по настоятельной просьбе сына выписалась из больницы, отказавшись от дальнейшего прохождения лечения, хотя состояния её здоровья по признанию самого подсудимого ФИО1 было «неважное». Подсудимый ФИО1 в судебном заседании сообщил, что это он попросил мать выписаться из больницы, так как сотрудники полиции сказали ему, что чем больше она лежит в больнице, тем вред здоровью будет большей тяжести. Таким образом, ФИО1 был заинтересован в том, чтобы ему было предъявлено обвинение по менее тяжкой статье, поэтому и просил мать поскорее выписаться из больницы, был заинтересован в этом, не смотря на состояние её здоровья.

Указанное обстоятельство приводит к выводу о том, что свои показания потерпевшая З. изменила под влиянием или по просьбе сына, который старается избежать уголовной ответственности, понимая что ему грозит серьезный срок заключения.

Кроме того, потерпевшая З. является матерью подсудимого, и её желание всеми способами оградить сына от уголовной ответственности вполне понятно.

К показаниям свидетеля О., данным в ходе судебного заседания о том, что это она причинила телесное повреждение потерпевшей З., суд так же относится критически. Давая объяснение сразу же после случившегося вечером 13.01.2017, О. подробно рассказала о том, что ножевое ранение З. причинил ФИО1 При этом до дачи объяснений, она с ФИО1 не общалась. После общения с ФИО1, будучи допрошенной в качестве свидетеля, она дала те же показания, что и в объяснении.

Её версия о том, что показания против ФИО1 были даны ею под давлением сотрудников полиции не нашла своего подтверждения в судебном заседании. Перед допросом О. были разъяснены положения ст. 51 Конституции РФ, каких-либо замечаний к протоколу допроса она не высказала. С какими-либо заявлениями в компетентные органы о противоправном поведении сотрудников полиции она не обращалась.

Кроме того, её доводы о давлении со стороны сотрудников полиции опровергаются показаниями Д.С., который был допрошен в присутствии О. и подтвердил, что никакого давления при допросах на неё не оказывалось, при допросе и даче объяснений О. давала их добровольно, находилась в отделе полиции непродолжительное время. Это так же подтверждается объяснением О. и протоколом её допроса в качестве свидетеля, где зафиксировано время начала и окончания допросов. По данному поводу О. в протоколе так же каких-либо замечаний не высказывала.

Кроме того, судом установлено, что О. давала показания раньше, чем ФИО1 и до дачи показаний с ним не общалась, поэтому рассказала о случившемся без какого-либо давления со стороны сотрудников полиции и самого ФИО1 А ФИО1, будучи допрошенным после свидетеля О., дал показания, которые по содержанию аналогичны тем, которые давала свидетель О. Противоречий в их показаниях нет. Следовательно, они являлись правдивыми.

Суд полагает, что О. оговаривает себя, поскольку она является супругой ФИО1 и суду понятно её желание взять вину супруга на себя, так как ему грозит длительный срок лишения свободы.

Исследовав доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что потерпевшая З. и свидетель О. изменили свои показания под давлением со стороны ФИО1 Так, из показаний Д.С. следует, что после допроса О. в течение небольшого времени имела возможность поговорить с О. Узнав о том, что О. рассказала сотрудникам полиции о том, как всё было он стал кричать на неё, говорить, зачем она это сделала, так как теперь его посадят.

Кроме того, ФИО1 по его собственному признанию полагал, что его действия будут квалифицированы по ст. 112 УК РФ, за которую предусмотрен небольшой срок лишения свободы, поэтому изначально написал явку с повинной, дал признательные показания в качестве подозреваемого сразу после того, как свидетель О. дала против него показания, надеясь, что получит небольшой срок лишения свободы.

При допросе в качестве подозреваемого, ему было объявлено, что он подозревается в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, но он надеялся на то, что матери причинен вред здоровью небольшой тяжести.

Однако после того, как его из отдела полиции отпустили домой и он узнал, что мать находится в тяжелом состоянии, то понял, что ему грозит длительный срок лишения свободы. В связи с чем свою позицию поменял, стал заявлять о самооговоре и начал оказывать давление на свою супругу О. и та начала звонить на телефон доверия, стал просить мать о том, чтобы она побыстрее выписалась из больницы.

Как только мать выписалась из больницы, то тоже стала звонить на телефон доверия и обратилась в полицию с заявлением о том, что О. причинила ей ножевое ранение. Показания эксперта Д.А., который осматривал З. после того, как она выписалась из больницы и она сказала ему, что ножевое ранение ей причинила сноха, суд во внимание не принимает, так как З. на тот момент уже успела пообщаться с сыном.

Следует отметить, что свои показания ни свидетель О., ни потерпевшая З. не меняли, пока не встретились с ФИО1 дома, что говорит о том, что ФИО1 оказывал воздействие на мать и супругу в целях изменения ими своих показаний. Это подтверждается и показаниями свидетеля С., допрошенного в ходе судебного заседания в условиях, исключающих его визуальное наблюдение из-за опасения расправы со стороны ФИО1 Оснований не доверять показаниям данного свидетеля, у суда не имеется.

Показания свидетеля О., потерпевшей З. и подсудимого ФИО1, данные ими в ходе судебного заседания, относительно деталей произошедшего не совпадают.

Таким образом, самооговор подсудимого не нашел своего подтверждения. Его вина в полном объеме подтверждается собранными по делу доказательствами. Информации о том, что данное преступление совершило иное лицо и в отношении него ведется уголовное преследование не имеется.

Что касается доводов подсудимого о том, что на его кофте и штанах не обнаружена кровь потерпевшей, то это не является доказательством его непричастности к совершению преступления, так как кровь потерпевшей при нанесении ножевого ранения могла не попасть на его одежду, так как потерпевшая была в одежде. Сразу же после нанесения ранения нож он из тела вынул и бросил на пол.

То, что на ноже не имеется его отпечатков, так же не может служить его оправданием, так как на ноже вообще не обнаружено ничьих отпечатков. Отпечатков могло и не быть в силу свойств материала, из которого изготовлена рукоять ножа.

Доводы ФИО1 о том, что при даче показаний он подробно описал нож, так как знает все ножи, которые у них имеются в доме, однако впервые увидел его на следствии, опровергаются его показаниями, данными в качестве подозреваемого, где он подробно описал нож, которым нанес удар З. Данное описание совпадает с описанием ножа, изъятого в ходе осмотра места происшествия и на котором была обнаружена кровь З.

Действия подсудимого ФИО1 правильно квалифицированы органом предварительного расследования и квалифицируются судом по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ - умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Оснований для иной квалификации действий подсудимого, суд не усматривает.

Об умысле подсудимого ФИО1 на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей свидетельствуют характер, способ и механизм причинения телесных повреждений: целенаправленный удар предметом, имеющим высокие поражающие характеристики, обладающим травмирующим действием в область брюшной полости, где расположены жизненно важные органы.

Квалифицирующий признак - применение предмета, используемого в качестве оружия, так же нашел свое подтверждение в судебном заседании. Причинения были причинены кухонным ножом, имеющим лезвие длиной 15 см., который хотя и по заключению эксперта не относится к холодному оружию, но обладает травмирующим действием.

Вменяемость подсудимого в момент совершения преступления и в настоящее время сомнений не вызывает. В судебном заседании подсудимый был адекватен, давал пояснения, отвечал на поставленные вопросы.

По заключению экспертов № 03/3-01549/1 от 24.01.2017 г., ФИО1 каким - либо хроническим психическим расстройством или слабоумием не страдал и не страдает им в настоящее время. <данные изъяты> Во время совершения деяния в котором подозревается, мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время, по психическому состоянию, испытуемый также может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела и давать показания. В принудительном лечении не нуждается.

ФИО1 в момент совершения преступления не находился в состоянии ограничивающего осознанность и произвольность поведения в исследуемой ситуации. Действия испытуемого носили достаточно последовательный, целенаправленно - агрессивный характер, в рамках стереотипа личностного реагирования, с учетом обстоятельств и возможных последствий. Также не отмечалось аффективно обусловленных признаков сужения сознания, восприятия, речи, и отсутствие признаков эмоциональной, интеллектуальной и физической истощаемости в постэмоциональный период (т. 1 л.д. 159-161).

При определении вида и размера наказания ФИО1 суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, характеристику личности виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание, а так же влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и условия жизни его семьи.

Преступление, совершенное ФИО1 относится к категории тяжких в соответствии со ст. 15 УК РФ.

Оснований для снижения категории преступления на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ суд не усматривает.

При определении наказания подсудимому ФИО1 в качестве смягчающих его наказание обстоятельств суд учитывает и признает противоправное поведение потерпевшей, которая выражалась в адрес ФИО1 нецензурной бранью, скандалила с ним, что явилось поводом для совершения преступления, явку с повинной, совершение действий, направленных на заглаживание вреда потерпевшей, путем вызова скорой помощи. Иных смягчающих обстоятельств, напрямую предусмотренных ст. 61 УК РФ суд не усматривает.

В качестве иных смягчающих обстоятельств суд учитывает мнение потерпевшей З., которая просила в случае осуждения ФИО1 не наказывать его строго.

Отягчающих наказание обстоятельств по делу не установлено.

Суд не усматривает наличие исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, которые существенно уменьшают степень общественной опасности преступления, совершённого ФИО1, а потому считает, что не имеется оснований для применения ст. 64 УК РФ.

Как личность ФИО1 характеризуется отрицательно, ранее судим, привлекался к административной ответственности, постоянного источника дохода не имеет, состоит на учете в ЦЗН в качестве ищущего работу с 17.10.2016, на административной комиссии при Администрации <данные изъяты> сельсовета не рассматривался, склонен к совершению преступлений и правонарушений, состоял под административным надзором. В 2016 году освободился из мест лишения свободы условно-досрочно. На меры профилактического характера не реагирует. Отношения поддерживает с лицами, ранее судимыми (т.2 л.д. 1-21).

Согласно справки КГБУЗ «Кытмановская ЦРБ» ФИО1 на учете у врача-нарколога, врача-психиатра, врача-терапевта, врача-фтизиатра не состоит (т.2 л.д. 27). <данные изъяты>

С учетом характеристики личности ФИО1, характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, наличия смягчающих наказание обстоятельств, отсутствия отягчающих обстоятельств, а так же с учетом того, что санкцией ч. 2 статьи 111 УК РФ предусмотрен единственный вид наказания - лишение свободы, суд считает необходимым назначить ему данное наказание без применения дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Оснований для применения дополнительного вида наказания в виде ограничения свободы суд не усматривает.

Оснований для применения ст. 73 РФ суд так же не находит с учетом криминологической характеристики личности подсудимого ФИО1, характера совершенного им преступления.

На основании ст. 79 УК РФ условно-досрочное освобождение по приговору мирового судьи судебного участка Кытмановского района от 08 февраля 2016 года подлежит отмене, так как ФИО1 в период условно-досрочного освобождения совершено тяжкое преступление.

Окончательное наказание ФИО1 суд назначает по правилам ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения неотбытой части наказания по предыдущему приговору.

При определении размера наказания суд руководствуется положениями ч. 1 ст. 62 УК РФ.

В соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ ФИО1 в срок отбытого дополнительного наказания по приговору мирового судьи судебного участка Кытмановского района от 08 февраля 2016 года следует зачесть период, прошедший с 30 сентября 2016 года (дата освобождения из колонии строгого режима) по 30 мая 2017 года, т.е. до момента вынесения настоящего приговора. Оставшуюся неотбытой часть дополнительного наказания в размере 1 год 10 месяцев согласно ч. 2 ст. 36 УИК РФ, необходимо исчислять со дня освобождения ФИО1 из исправительного учреждения.

В соответствии со ст. 58 УК РФ наказание ФИО1 надлежит отбывать в колонии общего режима.

Меру пресечения в виде заключения под стражей до вступления приговора в законную силу необходимо оставить прежней, по вступлении приговора в законную силу - отменить.

Процессуальные издержки за защиту на предварительном следствии адвокатом Волнянским Б.Ф. в сумме 4025 рублей следует взыскать с осужденного ФИО1, поскольку оснований для освобождения от ух уплаты суд не усматривает. ФИО1 молод, трудоспособен, иждивенцев не имеет, следовательно, способен заработать эту не столь значительную сумму и возместить её в федеральный бюджет.

Вещественные доказательства по делу в соответствии со ст. 81 УПК РФ подлежат уничтожению.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года 6 месяцев.

На основании п. «в» ч. 7 ст. 79 УК РФ отменить ФИО1 условно-досрочное освобождение по приговору мирового судьи судебного участка Кытмановского района от 08 февраля 2016 года, и по правилам ст. 70 УК РФ, путем частичного присоединения неотбытой части наказания по приговору мирового судьи судебного участка Кытмановского района от 08 февраля 2016 года к наказанию по настоящему приговору, окончательно к отбытию назначить 4 года 8 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, с лишением права заниматься определенной деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев.

Зачесть в срок отбытого дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами срок с 30 сентября 2016 года по 30 мая 2017 года включительно.

Срок оставшейся неотбытой части дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами в размере 1 год 10 месяцев, согласно ч. 4 ст. 47 УПК РФ, исчислять со дня освобождения ФИО1 из исправительного учреждения.

Срок отбытия наказания в виде лишения свободы ФИО1 исчислять с 01 июня 2017 года.

Зачесть в срок отбытого ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы время его содержания под стражей с 20 февраля 2017 года по 30 мая 2017 года включительно.

Меру пресечения в виде содержания под стражей до вступления приговора в законную силу оставить без изменения, по вступлении приговора в законную силу - отменить.

Вещественные доказательства по делу: спортивную куртку, спортивные брюки, синтетическую рубаху, образец крови З., наволочку, марлевый тампон, нож, хранящиеся при уголовном деле - уничтожить по вступлении приговора суда в законную силу.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки, связанные с оплатой вознаграждения адвокату Волнянскому Б.Ф. за оказание юридической помощи по назначению на стадии предварительного следствия в размере 4025 рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд через Кытмановский районный суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

Апелляционным определением от 25.04.2017 приговор оставлен без изменения.

Судья Е.Б.Дыренкова