Решение № 2-1945/2021 2-1945/2021~М-1666/2021 М-1666/2021 от 24 июня 2021 г. по делу № 2-1945/2021

Дело № 2-1945/2021г.


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 июня 2021 года г. Элиста

Элистинский городской суд Республики Калмыкия в составе

председательствующего судьи Надбитовой Г.П.,

при секретаре Худаевой Ю.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО18, действующего в интересах <данные изъяты> ФИО1, к публичному акционерному обществу «Россети Юг» о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО19, действуя в интересах своей <данные изъяты> дочери ФИО1, обратился в суд с указанным иском, мотивируя тем, что дедушка ее дочери ФИО1, его отец ФИО2 работал электромонтером 4 разряда по эксплуатации распределительных сетей «Приманыческого» УЭС «Ики-Бурулького» РЭС филиала открытого акционерного общества «Межрегиональная Распределительная Сетевая компания Юга» - «Калмэнерго» (далее Общество). 27 мая 2015г. при исполнении трудовых обязанностей, во время выполнения работ на железобетонной опоре № 54 ВЛ-10 кВ «Бага-Бурул» по устранению аварии, погиб в результате поражения техническим электричеством. Актом проверки № 6-596-15-ПВ/ 40/9/2 от 30 июня 2015г., протоколом об административном правонарушении от 02 июля 2015г. № 6-568-15-ИЗ/40/1/НС/9, постановлением № 6-568-15-ИЗ/40/14/НС/14 установлены причины несчастного случая: нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда; неудовлетворительная организация производства работ, неприменение работником средств индивидуальной зашиты. Просит суд взыскать с ПАО «Россети Юг» в лице филиала Публичного акционерного общества «Россети Юг» - «Калмэнерго» компенсацию морального вреда в размере 10 000 000 руб., за нравственные страдания, причиненные ему смертью отца, умершего вследствие несчастного случая, произошедшего на производстве.

ФИО18 в суд не явился, его представитель ФИО20 в судебном заседании поддержала иск, настаивает на его удовлетворении; уточнила лишь ответчика, с которого подлежит взысканию компенсация морального вреда, с ПАО «Россети Юг», а не с ПАО «Россети Юг» в лице филиала Публичного акционерного общества «Россети Юг» - «Калмэнерго».

Представитель ответчика ФИО21 просит суд в удовлетворении иска отказать, мотивируя тем, что компенсация морального вреда является чрезмерно завышенной, не соответствуют принципам разумности и справедливости, не подтверждена никакими доказательствами. Основной причиной несчастного случая с ФИО2 явилось нарушение последним трудового распорядка и дисциплины труда.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела; заслушав заключение прокурора Манджиева С.С. о частичном удовлетворении иска; суд приходит к выводу о том, что требования истца подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с абз. 4, 14 ч.1 ст. 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Эти правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абз. 4, 15, 16 ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса РФ).

По ч. 1 ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Согласно ч. 1 ст. 210 Трудового кодекса РФ обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда.

Частью 1 ст. 212 Трудового кодекса РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абз. 2 ч. 2 ст. 212 Трудового кодекса РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда ( ч. 1 ст. 219 Трудового кодекса РФ).

В силу ч. 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

По ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст.ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

Согласно п.п. 1,2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-право -вой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (далее Постановление Пленума № 10) указано, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

В пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указано, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В пункте 3 Постановления Пленума № 10 указано, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя вреда. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

Как следует из материалов дела, ФИО22 является сыном ФИО2 (свидетельство о рождении <данные изъяты>, актовая запись № <данные изъяты>), последний состоял в трудовых отношениях с ОАО «Межрегиональная распределительная сетевая компания Юга», работал электромонтером 4 разряда по эксплуатации распределительных сетей в комплексной бригаде по обслуживанию и ремонту распределительных сетей зоны ПС «Приманычская», «Буратинская» Приманычского участка электросетей Ики-Бурульского района электрических сетей Калмыцких электрических сетей (трудовой договор от 14 марта 2008г.).

27 мая 2015г. при исполнении трудовых обязанностей, во время выполнения работ на железобетонной опоре № 54 ВЛ-10 кВ «Бага-Бурул» по устранению аварии высоковольтной воздушной линии 10 кВ, погиб в результате поражения техническим электричеством.

По заключению судебно-медицинского эксперта № 209 от 18 июня 2015г. - смерть ФИО2 насильственная, наступила 27 мая 2015г. от поражения техническим электричеством, осложнившегося острой сердечно-сосудистой недостаточностью; на трупе ФИО2 обнаружены множественные электрометки в виде ран на ладонной поверхности кистей рук, задне-наружной и передней поверхности левого предплечья, с обугливанием и разрушением костей черепа, головного мозга, которые образовались незадолго до смерти от воздействия технического электричества при непосредственном контакте с токонесущим проводником. Между данными повреждениями и смертью ФИО2 имеется прямая причинная связь. При судебно - химическом исследовании крови и мочи от трупа ФИО2 этиловый спирт в его организме не обнаружен, не обнаружены также и следы метилового и пропиловых спиртов.

Актом о несчастном случае на производстве, произошедшем 27 мая 2015г. с ФИО2, назначена проверка в отношении филиала ОАО «Межрегиональная Распределительная Сетевая Компания Юга» - «Калмэнерго», в связи с несчастным случаем со смертельным исходом. Комиссия в составе: ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11 - провела расследование несчастного случая. В результате расследования установлено, что опасными производственными факторами являлись: работа на высоте, работа вблизи токоведущих частей электроустановки, поражение техническим электрическим током. Оборудование, использование которого привело к несчастному случаю, - высоковольтная воздушная линия 10 кВ опора № 54. В Акте о несчастном случае на производстве комиссией установлены причины несчастного случая: нарушение производственной дисциплины, а именно:

ФИО23, исполняющим обязанности заместителя генерального директора – директора филиала ОАО «МРСК Юга» «Калмэнерго» (пункт 10.1 акта), не обеспечена безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов сырья и материалов; не выполнены обязанности работодателя по обеспечению безопасных условий и охраны труда; машины, аппараты, линии и вспомогательное оборудование, предназначенные для производства, преобразования, трансформации, передачи, распределения электрической энергии и преобразования в ее другой вид энергии должны были находиться в технически исправном состоянии, обеспечивающем безопасные условия труда; не организован контроль за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; не обеспечено закрытие на замок дверей помещений электроустановок, камер, щитов и сборок, кроме тех, в которых проводятся работы; порядок хранения и выдачи ключей от электроустановок определяется распоряжением руководителя организации;

ФИО9, заместителем главного инженера – начальник УПБ и ПК филиала «МРСК Юга» - «Калмэнерго» (пункт 10.2 акта), не обеспечено выполнение приказа № 176А от 19 марта 2015г. ОАО «МРСК Юга» «Калмэнерго» об общем руководстве по контролю за исполнением положения о системе управления охраны труда в филиале ОАО «МРСК Юга» «Калмэнерго»; не выполнение задач и функций управления надлежащим образом; не соблюдение работниками Управления организационно-распорядительных и локальных нормативных документов Общества, Филиала; не организован контроль за исполнением работниками должностных инструкций и иных документов, определяющих их трудовые функции; не исполнены обязанности в области охраны труда, в том числе в соответствии с положением о системе управления охраной труда в ОАО «МРСК Юга»;

ФИО12, начальником «Ики-Бурульского» РЭС филиала ОАО «МРСК Юга» - Калмэнерго» (пункт 10.3 акта), не обеспечено рабочее место; не обеспечено соблюдение работниками РЭС правил внутреннего трудового распорядка и иных локальных нормативных актов Общества, не осуществлен контроль за исполнением работниками должностных инструкций и иных документов, определяющих их трудовые функции; не осуществлен контроль за использованием работниками РЭС специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты, механизмов приспособлений в соответствии с законодательством РФ и локальными нормативными актами Общества; не выполнены обязанности в области труда, в том числе в соответствии с Положением о системе управления охраной труда в ОАО «МРСК Юга»;

ФИО13, главным инженером «Ики-Бурульского» РЭС филиала ОАО «МРСК Юга» - Калмэнерго» (пункт 10.4 акта), не обеспечено выполнение должностной инструкции главного инженера, утвержденной исполняющим обязанности заместителя генерального директора – директора филиала ФИО23 18 декабря 2014г.: в области обеспечения сохранности здоровья и жизни подчиненного персонала в процессе трудовой деятельности, предупреждения травмирования сторонних лиц на подведомственных энергообъектах; не организована работа с персоналом, направленная на обеспечение его готовности к выполнению профессиональных функций и поддержание его квалификации согласно действующему законодательству, правилам работы с персоналом в организациях электроэнергетики РФ, порядку проведения работы с персоналом; не осуществлен контроль за соблюдением работниками оперативной и производственной дисциплины, четкого выполнения инструкций, технологических карт, ППР и требований охраны труда при обслуживании оборудования, ведении технологического процесса и производстве работ; не пресечено нарушение работниками правил охраны труда, вплоть до отстранения отдельных лиц от производства работ; отсутствие контроля за соблюдением персоналом РЭС трудового законодательства, производственной и исполнительской дисциплины; обязанности в области охраны труда, в том числе в соответствии с положением о системе управления охраной труда в ОАО «МРСК Юга»;

ФИО14, мастером «Приманыческого» УЭС «Ики - Бурулъского» РЭС филиала ОАО «МРСК Юга» - Калмэнерго» (пункт 10.5 акта), не обеспечено выполнение «Должностной инструкции мастера», утвержденной исполняющим обязанности заместителя генерального директора – директора филиала ФИО23 18 декабря 2014г., а именно следующих пунктов должностной инструкции мастера: п. 3.4.4 по приему и учету заявок от бытовых потребителей на качество электроснабжения; п. 3.10 по контролю в области обеспечения сохранности здоровья и жизни подчиненного персонала в процессе трудовой деятельности, предупреждения травмирования сторонних лиц на подведомственных энергообъектах; п. 3.10.2 по контролю за соблюдением работниками оперативной и производственной дисциплины, четкого выполнения инструкций, технологических карт, ППР и требований охраны труда при обслуживании оборудования, ведении технологического процесса и производстве работ; не пресечено нарушение работниками правил охраны труда, вплоть до отстранения отдельных лиц от производства работ; п. 3.13.1 не соблюдение персоналом РЭС трудового законодательства, производственной и исполнительской дисциплины, обязанности в области охраны труда персонала РЭС;

ФИО15, электромонтером по обслуживанию подстанций 4 разряда «Ики-Бурульского» РЭС филиала ОАО «МРСК Юга» - Калмэнерго» (пункт 10.6 акта), не обеспечено выполнение «Рабочей инструкции» электромонтера по обслуживанию подстанций 4 разряда, утвержденной исполняющим обязанности заместителя генерального директора – директора филиала ФИО23 18 декабря 2014г., а именно следующих пунктов «Рабочей инструкции»: п. 3.1 в области планирования и выполнения комплекса работ и мероприятий по поддержанию работоспособности исправности оборудования ПС; п. 3.1.2 мониторинга дефектов оборудования ПС 35-110кВ; п. 3.7.7 обязанности по принятию мер по устранению нарушений правил, норм по охране труда (в т.ч. нарушения членами бригады), а при невозможности устранения нарушений – немедленное сообщение вышестоящему руководителю обо всех выявленных нарушениях и представляющих опасность для людей неисправностях электроустановок, машин, механизмов, приспособлений, инструмента, средств защиты и т.д.; п. 5.7 соблюдение установленных правил внутреннего трудового распорядка, правил охраны труда и пожарной безопасности, трудовой и технологической дисциплины; несвоевременное принятие мер по устранению отклонений от установленных требований, негативных тенденций и производственных рисков; п. 5.13 устранение нарушений правил, норм по охране труда, за несвоевременное сообщение вышестоящему руководителю обо всех выявленных нарушениях и предоставляющих опасность для людей неисправностях электроустановок, машин, механизмов, приспособлений, инструмента, средств зашиты;

ФИО2, электромонтером распределительных сетей «Приманыческого» УЭС «Ики-Бурульского» РЭС филиала ОАО «МРСК Юга» - Калмэнерго» (пункт 10.7 акта), нарушено соблюдение правил внутреннего трудового договора, трудовой дисциплины, установленных норм труда, требований по охране труда и обеспечению безопасности труда; ФИО2 не сообщил работодателю либо непосредственному руководителю о возникновении ситуации, представляющей угрозу жизни и здоровью людей, сохранности имущества работодателя.

Из Акта Государственной инспекции труда в Республике Калмыкия от 30 июня 2015г. № 6-596-15-ПВ/40/9/2 следует, что в ходе проверки выявлены нарушения обязательных требований, установленных муниципальными правовыми актами: в нарушение статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель не обеспечил обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, не обеспечено работодателем проведение инструктажа; не осуществлялась работодателем проверка знаний требований охраны труда главного инженера и руководителя филиала ОАО «МРСК-Юга» - «Калмэнерго»; в нарушение статьи 225 Трудового кодекса Российской Федерации и п. 2.3.1, 3.2 «Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организации», утвержденного постановлением Минтруда Российской Федерации и Минобразования Российской Федерации № 1/29 от 13 января 2003г., главный инженер и руководитель не прошли обучение и проверку знаний требований охраны труда; работодателем не издан приказ руководителя организации о проведении обучения по охране труда руководителей, специалистов, ИТР, рабочего персонала; в нарушение п. 7.9 ГОСТ 12.0.004-90 «ССБТ» организация обучения безопасности труда, общие положения и пункт 2.1.3 части 5 Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организации – в журналах регистрации инструктажа на рабочем месте заполняются не все строки и графы: не пишется полностью имя и отчество работника.

Также в ходе проверки Государственной инспекцией труда в Республике Калмыкия установлено невыполнение юридическим лицом требований трудового законодательства: в нарушение пункта 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации не обеспечена безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; в нарушение пункта 9 части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодателем не организован контроль за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты. Так, электромонтер ФИО2 производил работы на ВЛ-10 кВ без применения средств индивидуальной и коллективной защиты. Работодателем не обеспечено соблюдение требований «Правил по охране труда при эксплуатации электроустановок», утвержденных приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 24 июля 2013г. № 328. а именно: пункта 1.2, согласно которому обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя; пункта 1.3., по которому машины, аппараты, линии и вспомогательное оборудование (вместе с сооружениями и помещениями, в которых они установлены), предназначенные для производства, преобразования, трансформации, передачи, распределения электрической энергии и преобразования ее в другой вид энергии (далее - электроустановки) должны находиться в технически исправном состоянии, обеспечивающем безопасные условия труда; пункта 3.12, по которому двери помещений (калитки, ворота) ОРУ, общеподстанционного пункта управления (далее - ОПУ), помещений РУ, электроустановок, камер, щитов и сборок, шкафов комплектных трансформаторных подстанций (далее - КТП), кроме тех, в которых проводятся работы, должны быть закрыты на замок. Также, в нарушение статьи 25 Трудового кодекса Российской Федерации, пунктов 2.3.1, 3.2 «Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций» руководитель ФИО23 и главный инженер ФИО8 не прошли обучение и проверку знаний требований охраны труда.

В ходе проведения служебного расследования по обстоятельствам несчастного случая со смертельным исходом с электромонтером по эксплуатации распределительных сетей ФИО2 произведена разборка полюсов фазы «А», «В» и «С» выключателя ВМПП-10-630-20 и установлено расцепление 2 серёг, соединяющих внутренний рычаг с подвижным стержнем; причиной нарушения шплинтового соединения явилось истирание с последующим разрушением закругления на отверстиях под соединительные пальцы для серёг, планки-замка, ввиду длительного срока эксплуатации, и как следствие выпадение пальца, соединяющего подвижной стержень с внутренним рычагом полюса, вследствие чего фаза «А» после отключения МВ-10кВ оставалась под напряжением. Истирание и последующее разрушение планки-замка обусловлено отхождением от оси подвижного стержня во время движения и как последствие работы на излом пальцев в месте прорези под замок на соединение серёг (Акт разборки выключателя ВМПП-10-630-20 (заводской номер 49885) том 4, л.д. 45-46 материала расследования несчастного случая на производстве со смертельным исходом).

Данный акт никем не оспорен и в установленном порядке недействительным не признан, содержащиеся в нем сведения о причинах неисправности электрооборудования – выключателя ВМПП-10-630-20, никем не опровергнуты.

В этой связи, довод истца о том, что работодатель не обеспечил надлежащие и безопасные условия труда работникам, в том числе погибшему ФИО2, заслуживает внимания.

По ст. 230 Трудового кодекса Российской Федерации надлежащим и допустимым доказательством, устанавливающим обстоятельства и причины несчастного случая на производстве, а также лиц, в результате виновных действий (бездействия) которых произошел несчастный случай, является акт о несчастном случае на производстве, составленный по результатам расследования несчастного случая.

Постановлением следователя Целинного межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации ФИО16 от 14 декабря 2015г. отказано в возбуждении уголовного дела по факту несчастного случая на производстве со смертельным исходом. При этом, в ходе проверки следователем установлено, что 27 мая 2015г. примерно в 10 час. 30 мин. ФИО2 при проведении работ по устранению аварии на линии электропередач погиб в результате несчастного случая на производстве, в структурном подразделении – ПС 110/10 кВ «Приманыческая», «Ики-Бурульский» РЭС, от поражения техническим электричеством.

В соответствии с частью 2 статьи 1083 Гражданского кодекса РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен; при грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Частью 4 ст. 230 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что в случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте о несчастном случае на производстве указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.

При этом, допущенную потерпевшим неосторожность при наличии прямой вины самого ответчика, допустившего к работе ФИО2, нельзя признать грубой. Более того, по результатам расследования несчастного случая на производстве не выявлен факт грубой неосторожности работника, акт о несчастном случае на производстве в указанной части работодателем не обжалован.

Представитель истца в судебном заседании пояснила, что ФИО1 была очень привязана к дедушке, росла на «его глазах».

Допрошенная в судебном заседании ФИО17 пояснила, что проживает в <адрес>, по соседству с семьей умершего ФИО2, видела, что его внучка ФИО1 все каникулы проводила у дедушки и бабушки, последние на выходные часто ездили в город к сыну, чтобы увидеть внучку.

Следовательно, исковые требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, в связи со смертью дедушки истицы, подлежат удовлетворению.

Суд отмечает, что гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, а в случае <данные изъяты> ФИО1 в интересах которой подан иск, она лишилась дедушки, являющегося близким и любимым человеком, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

Смерть ФИО2 является трагической, наступила, в том числе, и по вине ответчика, не обеспечившего должных мер по безопасности труда на производстве. Неожиданная смерть близкого человека, обусловленная неестественными причинами, а именно причинением тяжкого вреда его здоровью, повлекшего его смерть, является для <данные изъяты> ФИО1 тяжелой невосполнимой утратой. При этом моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежном эквиваленте и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Таким образом, суд, принимая во внимание обстоятельства, при которых произошел несчастный случай, а именно неосторожность погибшего ФИО2, и с учетом требований разумности и справедливости считает возможным взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в пользу истца, действующего в интересах несовершеннолетней дочери ФИО1, в размере 100 000 руб.

По ст. ст. 333.16, 333.19 Налогового Кодекса РФ при обращении в суд подлежит уплате государственная пошлина в зависимости от цены иска.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

ФИО19 при подаче иска в суд оплатил государственную пошлину в размере 300 руб. (чек по операции Сбербанк онлайн от 03 марта 2021г.).

Следовательно, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию вышеуказанная государственная пошлина в размере 300 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО18, действующего в интересах <данные изъяты> дочери ФИО1, к Публичному акционерному обществу «Россети Юг» о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Россети Юг» в пользу ФИО18, действующего в интересах <данные изъяты> дочери ФИО1, компенсацию морального вреда в размере 100 000 (сто тысяч) рублей.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Россети Юг» в пользу ФИО18, действующего в интересах <данные изъяты> дочери ФИО1, расходы, понесенные последним на оплату государственной пошлины при подаче иска в суд, в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Калмыкия в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Элистинский городской суд Республики Калмыкия.

Председательствующий Г.П. Надбитова

В окончательной форме решение суда изготовлено 28 июня 2021г.