Постановление № 44Г-29/2018 4Г-524/2018 от 24 июля 2018 г.

Суд первой инстанции Родичева Т.П.

Суд апелляционной инстанции: Брагина Л.А, Марисов А.М., Карелина Е.Г.

№44г-29/2018


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

президиума Томского областного суда

г. Томск 25 июля 2018 года

Президиум Томского областного суда в составе:

председательствующего Полякова В.В.,

членов президиума: Ахвердиевой И.Ю., Батуниной Т.А., Жолудевой М.В., Павлова А.В., Уваровой Т.В.,

рассмотрел истребованное по кассационной жалобе ФИО1 на решение Кировского районного суда г. Томска от 12 октября 2017 года, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Томского областного суда от 26 декабря 2017 года гражданское дело

по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 об устранении препятствий в пользовании земельным участком в виде возложения обязанности демонтировать часть установленного на местности забора,

по встречному иску ФИО3 к ФИО1 о признании недействительным сведений ЕГРН о местоположении земельных участков, установлении границ.

Заслушав доклад судьи Томского областного суда Залевской Е.А., объяснения представителя истца ФИО1 ФИО4, действующего на основании доверенности от 24.10.2017, представителя ответчика ФИО3 ФИО5, действующего на основании доверенности от 25.05.2017, президиум Томского областного суда

установил:

ФИО1 обратился с иском к ФИО2, ФИО3, просил суд (по итогам уточнения исковых требований) обязать ответчиков не чинить препятствий в пользовании земельным участком, расположенным по адресу: /__/ (кадастровый номер /__/), демонтировать часть установленного металлического забора, разделяющего земельные участки с кадастровыми номерами /__/ и /__/, на участке забора, обозначенного красным цветом на схеме №2 точки 2-1 и 8-1 (том дела 1, листы дела 4-6, том дела 2, лист дела 116).

В обоснование иска указывал, что является собственником земельного участка с кадастровым номером /__/ площадью /__/ кв.м, расположенного по адресу: /__/. Данный земельный участок, также как и участок ответчиков с кадастровым номером /__/ по адресу: /__/, был образован в результате разделения единого земельного участка с кадастровым номером /__/, в связи с чем земельные участки с кадастровыми номерами /__/ и /__/ являются смежными.

Собственники соседнего земельного участка с кадастровым номером /__/ ФИО2 и ФИО3 установили на его (истца) земельном участке металлический забор, в добровольном порядке демонтировать его и перенести на границу, сведения о которой имеются в ЕГРН, отказываются.

ФИО3 обратилась к ФИО1 со встречным иском, просила суд признать недействительными актуальные сведения ЕГРН о местоположении земельных участков с кадастровыми номерами /__/ и /__/, установить границы земельных участков с кадастровыми номерами /__/ и /__/ в соответствии с фактическим пользованием этих земельных участков (том дела 2, листы дела 118-120, 236, том дела 3, лист дела 61).

В обоснование иска указывала, что конфигурация земельных участков с кадастровыми номерами /__/ (истца) и /__/ (ответчиков), их контуры, местоположение и расположение относительно друг друга, закрепленные в межевом плане от 12.02.2010 при их образовании, является первоначальным положением их границ. Однако сведения ЕГРН о местоположении земельного участка с кадастровым номером /__/, принадлежащего им (Вершаловским), не соответствуют первоначальному положению этих границ по указанному межевому плану, а значит, в сведениях ЕГРН о местоположении земельного участка с кадастровым номером /__/ (ответчиков) и, соответственно, смежного с ним земельного участка кадастровым номером /__/ (истца) усматривается реестровая ошибка. Полагала, что на местности смежная граница участка с кадастровым номером /__/ при его образовании располагалась по линии, на которой в настоящее время возведён металлический забор.

Решением Кировского районного суда г. Томска от 12.10.2017 в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано. Встречные исковые требования ФИО3 удовлетворены частично, суд постановил исключить из государственного кадастра недвижимости ( ныне –ЕГРН) сведения о местоположении границ и поворотных точек на местности в отношении земельных участков с кадастровыми номерами: /__/, по адресу: /__/, и /__/, по адресу: /__/, в удовлетворении остальной части требований отказано. Также распределены судебные расходы.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Томского областного суда от 26.12.2017 данное решение оставлено без изменения.

В кассационной жалобе, поданной в президиум Томского областного суда 19.04.2018 ФИО1 в лице представителей ФИО4, ФИО6, кассатор, ссылаясь на допущенные судами нарушения норм материального и процессуального права, просит состоявшиеся по делу судебные постановления, отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование жалобы указывает, что суд, исключив из ЕГРН сведения о местоположении всех границ участков сторон, вышел за пределы заявленных требований, поскольку местоположение иных границ участков, в том числе смежных с участками ФИО7, ФИО8, не оспаривалось. При этом данным решением затронуты права смежных землепользователей, которые к участию в деле не привлечены.

Суды не разрешили спор по существу, поскольку не установили границу между участками сторон, хотя он (ФИО1) ссылался при рассмотрении дела на то, что его позиция и позиция ответчиков относительно местоположения общей границы участков расходятся, в досудебном порядке они местоположение указанной границы определить и согласовать не смогут.

По запросу от 28.04.2018 дело поступило в суд кассационной инстанции 08.05.2018.

Определением судьи Томского областного суда Залевской Е.А. от 29.06.2018 кассационная жалоба ФИО1 вместе с делом передана для рассмотрения по существу в суд кассационной инстанции – президиум Томского областного суда.

Участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела в кассационном порядке.

В судебном заседании при рассмотрении дела в кассационном порядке представитель ФИО1 ФИО4 поддержал кассационную жалобу по изложенным в ней основаниям, представитель ответчика ФИО3 против удовлетворения жалобы возражал, полагая её необоснованной.

Ответчик ФИО2, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований на предмет спора, - Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Томской области, Федеральное государственное бюджетное учреждение «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» в лице филиала по Томской области в судебное заседание не явились, президиум Томского областного суда, руководствуясь положениями статьи 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрел дело в их отсутствие.

Пересмотр в кассационном порядке судебных актов, вступивших в законную силу, возможен лишь как дополнительная гарантия законности таких актов и предполагает установление особых оснований и процедур производства в данной стадии процесса, соответствующих ее правовой природе и предназначению.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе с учётом поданных стороной ответчика ФИО3 возражений и отзыва на указанные возражения, представленного стороной истца ФИО1, президиум Томского областного суда считает состоявшиеся судебные акты подлежащими отмене в части отказа в удовлетворении заявленных требований ФИО1 и отказа в удовлетворении требований ФИО3 об установлении местоположения общей границы участков с кадастровыми номерами /__/ (истца) и /__/ (ответчиков) как постановленные с существенным нарушением норм материального и процессуального права.

В соответствии со статьей 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в пунктах 2, 3 постановления от 19.12.2003 №23 «О судебном решении», решение суда является законным в том случае, когда оно вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению; обоснованным решение является тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (часть 1); суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2).

При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск (заявление) удовлетворению (часть 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, решение суда следует считать законным и обоснованным, при условии полного исследования всего предмета доказывания с установлением всех обстоятельств, подлежащих доказыванию, и при правильном применении норм материального и процессуального права.

Судом установлено и не оспаривалось лицами, участвующими в деле, что ФИО1 является собственником земельного участка с кадастровым номером /__/ площадью /__/ кв.м, расположенного по адресу: /__/, ответчики ФИО3, ФИО2- собственниками смежного с участком истца земельного участка площадью /__/ кв.м с кадастровым номером /__/, расположенного по адресу: /__/.

Обращаясь с иском об устранении препятствий в пользовании земельным участком путем демонтажа части металлического забора, установленного на местности, ФИО1 указывал, что данный забор возведён ответчиками на территории его земельного участка, вне границ, которые были определены им при принятии решения о разделе земельного участка с кадастровым номером /__/ и сведения о которых внесены в ГКН ( ныне –ЕГРН) в 2007 и в 2010 годах.

В свою очередь, возражая против требования ФИО1 о сносе забора и настаивая на том, что он установлен по действительной границе участков, ФИО3 обратилась со встречным иском, заявив требование об исключении сведений о местоположении границ участков сторон из ЕГРН, так и требование об установлении смежной границы участков.

Суд при рассмотрении спора пришёл к выводу о том, что в межевом плане от 28.04.2007 при описании местоположения границ земельного участка с кадастровым номером /__/ допущена кадастровая ошибка, которая повлияла на последующие кадастровые работы на земельном участке и воспроизведена в межевом плане от 12.02.2010, составленном в связи с разделом указанного участка на участки, собственниками которых в настоящее время являются стороны по делу, в связи с чем и исключил из ГКН (ныне-ЕГРН) сведения о местоположении границ участков. Однако при этом суд посчитал, что в настоящем деле установить местоположение общей границы земельных участков сторон возможным не представляется, так как это требует оценки прав иных лиц.

Судебная коллегия согласилась с указанными выводами.

Вместе с тем обжалуемые судебные постановления в части отказа в удовлетворении требований ФИО1 и отказа в удовлетворении требования ФИО9 об установлении границ участков сторон нельзя признать законными и обоснованными, поскольку судами первой и апелляционной инстанции не учтено следующее.

Задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений (статья 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 части 1 статьи 22 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суды рассматривают и разрешают исковые дела с участием граждан, организаций, органов государственной власти, органов местного самоуправления о защите нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, по спорам, возникающим из гражданских, семейных, трудовых, жилищных, земельных, экологических и иных правоотношений.

В силу пункта 1 статьи 64 Земельного кодекса Российской Федерации земельные споры рассматриваются в судебном порядке. В частности, к таким спорам относятся споры смежных землепользователей о границах земельного участка.

Данная позиция подтверждается разъяснениями, содержащимися в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», согласно которым к искам о правах на недвижимое имущество относятся, в частности, иски об установлении границ земельного участка.

В силу частей 1, 8 статьи 22 Федеральный закон № 218-ФЗ от 13.07.2015 «О государственной регистрации недвижимости» местоположение границ земельного участка устанавливается посредством определения в межевом плане участка координат характерных точек таких границ.

Из материалов дела следует, что в ходе судебного разбирательства суду требование об установлении смежной границы земельных участков сторон было заявлено, ФИО1 и ФИО10 поясняли суду о взаимоисключающих вариантах её местоположения на местности. Данное требование было направлено на устранение неопределённости в прохождении общей границы земельных участков и как следствие – на разрешение спора о правомерности возведения ответчиками забора, демонтажа которого требовал истец ФИО1

Итогом разрешения возникшего относительно действительного прохождения границы участков на местности спора, при наличии заявленного требования об установлении общей границы участков, должен был быть судебный акт об установлении смежной границы по координатам поворотных точек.

При изложенных обстоятельствах суд не учел, что оснований для отказа в удовлетворении требования ФИО3 об установлении границ земельных участков не имелось, так как оно было направлено на определение действительного местоположения границ участков на местности, включая и смежную границу, без чего сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для удовлетворения требований ФИО1 было невозможно. ФИО1 также был заинтересован в разрешении требования ФИО3 об установлении границ участков по существу, поскольку предмет судебной проверки при этом позволял проверить основание его иска об устранении препятствий в пользовании земельным участком в виде демонтажа существующего на местности забора.

При разрешении вопроса о действительном местоположении смежной границы участков сторон суд не был связан их доводами о конкретных вариантах местоположения границ и мог по своему усмотрению определить местоположение спорной границы, руководствуясь законом, подлежащим применению, и учитывая заслуживающие внимания интересы собственников смежных земельных участков.

Суды первой и апелляционной инстанции, отказывая в удовлетворении иска ФИО1, не определили границы земельных участков сторон, оставили возникший между сторонами спор фактически неразрешенным, тем самым нарушили положения статьи 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, что повлияло на право ФИО1 получить судебную защиту в виде рассмотрения и разрешения заявленного им спора по существу.

Следовательно, ФИО1 вправе требовать отмены обжалуемых судебных актов как в части отказа в удовлетворении его требований, так в части отказа ФИО3 в удовлетворении требования об установлении границ земельных участков.

Ссылка судов на непривлечение к участию в деле иных смежных землепользователей, интересы которых затрагиваются возникшим спором, как на основание отказа в удовлетворении исковых требований ошибочна.

В силу абзаца четвертого статьи 148 и пункта 4 части 1 статьи 150 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судья разрешает вопрос о составе лиц, участвующих в деле, и других участников процесса и о вступлении в дело соистцов, соответчиков и третьих лиц без самостоятельных требований относительно предмета спора при подготовке дела к судебному разбирательству.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 11 от 24.06.2008 «О подготовке дел к судебному разбирательству», состав лиц, участвующих в деле, указан в статье 34 ГПК РФ. Возможность участия тех или иных лиц в процессе по конкретному делу определяется характером спорного правоотношения и наличием материально-правового интереса. Поэтому определение возможного круга лиц, которые должны участвовать в деле, начинается с анализа правоотношений и установления конкретных носителей прав и обязанностей. С учетом конкретных обстоятельств дела судья разрешает вопрос о составе лиц, участвующих в деле, то есть о сторонах, третьих лицах - по делам, рассматриваемым в порядке искового производства.

В нарушение указанных норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснений по их применению Верховного Суда Российской Федерации суд первой инстанции должен был поставить на обсуждение сторон и рассмотреть вопрос о привлечении к участию в деле в качестве третьих лиц смежных с участками сторон землепользователей с учетом существа возникшего спора, а также завяленных требований, что не выполнено.

Кроме того, суд не вправе был ссылаться на непривлечение к участию в деле иных лиц как на основание отказа в удовлетворении требования ФИО1 и требования ФИО3 об установлении границ участков не только потому, что указанное явилось следствием невыполнения обязанности по определению круга лиц, участвующих в деле, самим судом, но и в связи с тем, что разрешение заявленного материально-правового требования должно быть основано на применении норм материального, а не процессуального права.

Поскольку разрешение требований ФИО1 об устранении препятствий в пользовании его собственным земельным участком, обязании Вершаловских демонтировать забор, требования ФИО3 установить границы участков по фактическому пользованию зависело от местоположения действительной смежной границы участков, а линия, по которой она проходит, граница судом не установлена, постановления судов об отказе удовлетворить перечисленные требования следует признать незаконным также и в связи с нарушением части 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой в мотивировочной части решения суда должны быть указаны юридически значимые обстоятельства дела.

Что касается доводов кассатора об ошибочности удовлетворения требований ФИО3 об исключении сведений о местоположении границ участков сторон из ГКН (ныне –ЕГРН) в связи с реестровой ошибкой, то их следует признать необоснованными, а обжалуемые судебные акты в соответствующей части - законными.

В силу части 3 статьи 6 Земельного кодекса Российской Федерации, статьи 22 Федерального закона № 218-ФЗ от 13.07.2015 «О государственной регистрации недвижимости» земельный участок является объектом недвижимости, местоположение границ которого по координатам характерных точек, содержится в ЕГРН.

В силу статей 7, 8 Федерального закона № 218-ФЗ от 13.07.2015 «О государственной регистрации недвижимости» Единый государственный реестр недвижимости представляет собой свод достоверных систематизированных сведений в текстовой форме (семантические сведения) и графической форме (графические сведения), состоящий, в числе прочего, из реестра объектов недвижимости (кадастр недвижимости), включающий характеристики объекта недвижимости, позволяющие определить такой объект недвижимости в качестве индивидуально-определенной вещи, а также характеристики, которые определяются и изменяются в результате образования земельных участков, уточнения местоположения границ земельных участков, строительства и реконструкции зданий, сооружений, помещений и машино-мест, перепланировки помещений.

Аналогичные положения содержались и в статье 12 Федерального закона от 21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», в статьях 1, 7 Федерального закона 24.07.2007 № 221-ФЗ «О государственном кадастре недвижимости», утративших силу с 1 января 2017 года.

Таким образом, границы земельного участка считаются установленными, если описание местоположения всех его границ, а не одной из них, содержится в сведениях ЕГРН.

Следовательно, исключение описания местоположения границ участка из сведений ЕГРН как ошибочного, должно следовать в отношении всего участка как одного объекта недвижимости. При этом у сторон имеется возможность принять меры к установлению границ собственных участков, местоположение которых не оспаривается, во внесудебном порядке.

Материалами дела наличие реестровой ошибки в сведениях ЕГРН о местоположении границ участков сторон подтверждено и кассатором не оспаривается, что с учётом приведённых положений закона указывает на правильное применение судами норм материального права при удовлетворения требований ФИО3 об исключении сведений о местоположении границ участков сторон из ГКН (ныне –ЕГРН).

С учетом изложенного постановления судов первой и апелляционной инстанции подлежит отмене в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 об устранении препятствий в пользовании участком, обязании Вершаловских демонтировать возведённый на местности забор, отказа в удовлетворении требований ФИО3 установить границы земельных участков с кадастровыми номерами /__/ и /__/, включая смежную границу участков.

Допущенные судами нарушения норм материального и процессуального права являются существенными и непреодолимыми, в связи с чем могут быть исправлены только посредством отмены состоявшихся по делу судебных актов с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, поскольку исковые требования об установлении границы участков по существу судами не разрешались, выводы о действительном местоположении границы участков в судебных актах отсутствуют.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, принять новое решение при правильном применении процессуальных и материальных норм.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 387, 388, пунктом 2 части 1 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум Томского областного суда

постановил:

решение Кировского районного суда г. Томска от 12 октября 2017 года, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Томского областного суда от 26 декабря 2017 года в части отказа в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2, ФИО3 об устранении препятствий в пользовании земельным участком в виде обязания демонтировать часть установленного на местности забора, встречного требования ФИО3 к ФИО1 об установлении границ земельных участков, отменить.

Направить гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 об устранении препятствий в пользовании земельным участком в виде обязания демонтировать часть установленного на местности забора, по встречному требованию ФИО3 к ФИО1 об установлении границ земельных участков на новое рассмотрение в суд первой инстанции – Кировский районный суд г. Томска.

В остальной части решение Кировского районного суда г. Томска от 12 октября 2017 года, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Томского областного суда от 26 декабря 2017 года оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление президиума Томского областного суда вступает в силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в срок, предусмотренный частью 2 статьи 376 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий