Приговор № 1-150/2018 от 6 сентября 2018 г. по делу № 1-150/2018

дело №1-150/2018


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Буденновск 07 сентября 2018 года

Судья Буденновского городского суда Ставропольского края Чулков В.Н.,

при секретаре судебного заседания Лазаренко Ю.В.,

с участием:

государственных обвинителей Буденновской межрайонной прокуратуры Абубекирова А.Р., Ковалёва Е.Д., Пучкова И.А.,

потерпевшей ФИО1,

подсудимого ФИО2,

защитника подсудимого - адвоката Коллегии адвокатов «Дзалаев и Партнеры» Асриханян Г.Л., представившего удостоверение № 3542 и ордер № Н 094196 от 01 августа 2018 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке судебного разбирательства уголовное дело по обвинению:

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <...>, гражданина РФ, холостого, имеющего среднее образование, не работающего, не военнообязанного, не судимого, зарегистрированного и проживающего по адресу Ставропольский край, Буденовский район, с. Покойное, <данные изъяты>

в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, при следующих обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с 10 часов 00 минутдо 10 часов 30 минут, ФИО2, находясь водворе <данные изъяты>. Покойное Буденновского районаСтавропольского края, на почве внезапно возникших личных неприязненныхотношений, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, умышленно нанес один удар кухонным ножом в живот ФИО1, причинив ей одиночную колото-резанную рану передней брюшной стенки слева, раневым каналом проникающей в брюшную полость без повреждения внутренних органов, которая согласно заключению эксперта №1001 от 01 июня 2012 года квалифицируется в соответствии с п. 6.1.15 приказа №194Н от 24 апреля 2008 года Министерства здравоохранения РФ, как тяжкий вред здоровью по квалифицирующему признаку опасности для жизни человека с созданием непосредственной угрозы для жизни.

Подсудимый ФИО2 свою вину в совершении преступления, предусмотренного ст. 111 ч. 1 Уголовного кодекса Российской Федерации признал и показал, что с потерпевшей ФИО1 на момент совершения преступления состоял в гражданском браке на протяжении 10 лет. 16 апреля 2012 года, он возвращаясь домой из магазина, встретил знакомого Николая, с которым ранее работал. Предложил ему зайти к нему домой и распить спиртные напитки. Дома к ним присоединилась ФИО1 Во время распития, скандалов между ним и ФИО1 не было. Позже, когда он стал выходить со двора вместе с Николаем, ФИО1 пошла за ним и говорила «Куда идешь». Он не хотел, чтобы ФИО1 шла за ним, поэтому говорил ей «Иди отсюда». Когда дошли до калитки он, чтобы открыть на калитке щеколду, наклонился и взял с уголка нож, который всегда там лежал, открыл калитку и выпустил Николая, который сразу ушел. В это время ФИО1 стояла рядом, намереваясь не выпускать его. Тогда со словами «Иди отсюда» он оттолкнул её рукой, в которой был нож, но в тот момент, так как был пьян, не понял, что нанес удар ножом. После этого открыв калитку, он пошел к брату. Нож выкинул. О том, что причинил ФИО1 телесные повреждения он не думал. Только когда узнал, что ФИО1 находится в больнице, пришел к ней, и она рассказала, что произошло. Считает, что неумышленно нанес ножевое ранение.

Виновность подсудимого ФИО2 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни ФИО1 подтверждается совокупностью исследованных доказательств:

Потерпевшая ФИО1 показала, что в 2012 году она проживала с ФИО3 в его доме. Точную дату не помнит, в 2012 году, с утра ФИО3 ушел на работу, а потом пришел домой с мужчиной и они стали выпивать. Она несколько раз к ним присоединялась, чтобы выпить. Потом они стали расходиться, и она пошла их провожать до калитки. Замок на калитке был сломан и открывался при помощи ножа. Она хотела закрыть калитку, но ей стало плохо, начало шатать. ФИО3 хотел её оттолкнуть, а получилось так, что у него в руке был нож и он нанес ей удар в живот. После этого ФИО3 ушел, а она вернулась в дом, где ей стало плохо и она вызвала скорую помощь, её госпитализировали в больницу. Когда лежала в больнице приходил ФИО3 спрашивал, откуда ножевое ранение. Она ему сказала, что это он её толкнул рукой, в которой был нож. ФИО3 её ни о чем не просил, она сама ему сказала, что скроет это. Поэтому сначала не давала показаний о том, что это ФИО3 причинил ножевую рану. Считает, что ФИО3 не желал нанести ей ранение, а все это произошло случайно.

Из показаний потерпевшей ФИО1, данных её на предварительном следствии и в соответствии с ч. 3 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации оглашенных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, судом установлено, что при допросе 19 марта 2018 года она давала показания о том, что «к ранее данным показаниям по уголовному делу по факту нанесения ножевого ранения в апреле 2012 года, может с уверенностью добавить, что ножевое ранение ей нанес ФИО2, с которым он на тот момент сожительствовала. Все ранее данные показания по уголовному делу её давались под давлением ФИО2, так как она его очень сильно боялась, поскольку он ранее её очень сильно избивал. В ходе следствия, ФИО2 принуждал её давать ложные показания, для того чтобы он избежал уголовной ответственности за совершенное им деяние. Однако в настоящее время она заявляет что, ножевое ранее причинил именно он. Примерно в апреле 2012 года, она находилась дома у сожителя ФИО2, по адресу: с. Покойное, ул. <данные изъяты>. Утром ФИО2, куда - то ушел, и через не продолжительное время вернулся, но был не один, с ним находился молодой человек. С собой они принесли спиртного, которое они совместно стали распивать во дворе домовладения. В ходе распития спиртного ФИО2, и его приятель, встали из за стола и направились в домовладение его брата ФИО10. ФИО3 взял с собой кухонный нож. Она пошла вслед за ними, чтобы прикрыть калитку, однако поскольку, так как ранее ФИО3 Её избил, когда она подошла к калитке, то стала терять сознание. Обернувшись ФИО3, стал говорить, чтобы она не претворялась. Она вспылила и стала выражаться в его адрес нецензурной бранью. На её слова ФИО3 разозлился, его это взбесило, и он нанес один удар в область живота (слева) имеющимся у него в правой руке ножом, от чего он почувствовала резкую боль и стала оседать на землю. По моей одежде стала течь кровь. ФИО3 его знакомый ушли. При этом нож, которым ФИО3 нанес удар, он унес с собой. Скорую помощь, она вызывала сама. После того как её прооперировали, и она пришла в чувство, к ней пришел ФИО2, который стал запугивать и попросил её ничего не рассказывать сотрудникам полиции о произошедшем, так как боялся сесть в тюрьму. В связи с чем, она переживая за более тяжкие последствия, который мог реализовать ФИО3 по его указанию, назвала сотрудником полицию ложную историю причинения ей телесных повреждений неизвестным лицом. Так как ФИО3 продолжали подозревать в причинении телесных повреждений, он придумал новую, более правдоподобную по его мнению историю для того чтобы закрыть уголовное дело сообщив ей чтобы она дала показания о том, что ножевое ранения она нанесла себе сама. Данный разговор с ФИО2 происходил у него дома на кухне. Для большей убедительности он указал, чтобы она показала сотрудникам полиции на конкретный нож, однако этим ли ножом он её проткнул или нет, она не знает, так как не обратила на это внимание. Данные показания, она давала без применения к ней физического и психологического воздействия. С ФИО2, она уже более трех лет не проживает, поэтому решилась на дачу правдивых показаний» (том 1 л.д. 216-218).

Из показаний данных потерпевшей ФИО1 при дополнительном допросе 19 марта 2018 года следует, что она давала показания о том, что «при проведении очной ставки с ФИО3 ошибочно указала о том, что удар был нанесен ножом, который она выдала ранее. Нож которым ФИО3 причинил ножевое ранее, скорее всего тот который выдал он сам. Она ошибалась, так как эти два ножа сильно похожи. Так же хочет пояснить, что с ФИО2 она примирилась, претензий к нему не имеет. Изначально она не хотела рассказывать, о том, что ножевую рану причинил ФИО3, так как после ножевого ранения тот переживал за её здоровье, приходил к ней в больницу, покупал лекарства, продукты питания, раскаивался в случившемся. В связи, с чем она хотела, чтобы ФИО3 не наказывали за это, поэтому давала ложные показания» (том 2 л.д. 82-86).

Свидетель ФИО4 показала, что дважды участвовала в следственном эксперименте, которые были проведены 13 марта 2018 года и 14 марта 2018 года. На следственном эксперименте присутствовали: она, еще одна понятая, защитник, сотрудник уголовного розыска, ФИО2 и медэксперт. В ходе следственного эксперимента, на манекене было показано, каким образом ФИО2 нанес ножевое ранение ФИО1 На манекене это было показано с помощью линейки. Так, он подошел к калитке, манекен стоял возле калитки, ФИО2 подошел слева и, держа в правой руке нож, хотел оттолкнуть ФИО5 и случайно нанес удар. А 14-го марта эксперимент проходил уже с участием ФИО1, а также с участием статиста, медицинского эксперта, защитника, сотрудника уголовного розыска и они участвовали. ФИО1 показывала, используя шариковую ручку, имитируя нож, как ФИО2 нанес ей удар. Она сказала, что он ее толкнул и нанес удар в область живота.

Свидетель ФИО6 показала, что в марте 2018 года, она была приглашена в качестве понятой на следственный эксперимент. Первый следственный эксперимент проходил с участием ФИО2, следователя, статиста. Они рассматривали на статисте, как был нанесен ножевой удар. ФИО2 ставил манекен возле калитки и с помощью линейки показывал, как он нанес ножевое ранение ФИО1 Во втором следственном эксперименте участвовала ФИО1 и статист, и она на статисте показывала ручкой, как ей было нанесено ножевое ранение.

Из показаний свидетеля ФИО7, данных на предварительном следствии и в соответствии с ч. 1 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, оглашенных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя судом установлено, что он давал показания о том, что «работает в должности старшего оперуполномоченного ОУР ОМВД России по Буденновскому району. В его должностные обязанности входит выявление и раскрытие преступлений. 26 февраля 2018 года в дежурную часть ОМВД России по Буденновскому району с заявлением принять меры к ФИО2 обратилась ФИО1 В ходе сбора материала было установлено, что 16 апреля 2012 года ФИО2 причинил ножевое ранение ФИО1 По данному факту ФИО2 написал добровольно, собственноручно, без какого-либо давления явку с повинной, в которой указал обстоятельства нанесения ножевого ранения. С его слов он понял, что ФИО2 чистосердечно раскаялся в совершенном преступлении, в связи с чем всячески оказывал помощь для установления обстоятельств совершения преступления. 05 марта 2018 года он принимал участие в проведении проверки показаний на месте ФИО1, которая при проведении следственного действия указала на место совершения преступления - домовладение ФИО2, и пояснила обстоятельства совершения преступления по факту её ножевого ранения, которые полностью соответствовали объяснениям самой ФИО1, полученные им в ходе сбора материала проверки. Со слов ФИО1, ее сожитель ФИО2 нанес ей удар ножом, когда выходил из калитки» (том 2 л.д. 86-89).

Из показаний свидетеля ФИО8, данных на предварительном следствии и в соответствии с ч. 1 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации оглашенных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, судом установлено, что он давал показания о том, что «состоит в должности оперуполномоченного ОУР ОМВД России по Буденновскому району. В его должностные обязанности входит выявление и раскрытие преступлений. 09 марта 2018 года он участвовал в проведении проверки показаний подозреваемого ФИО2, которым в ходе проведения следственного действия было указанно проехать к нему домой по адресу: <адрес>. По приезду на место им было указано, что ножевое ранение ФИО1 он причинил возле калитки во дворе своего домовладения. И пояснил обстоятельства причинение ножевого ранения. Указав, что нож, которым он проткнул ФИО9, лежал у них дома на нижней планке ворот. По окончанию следственного действия ФИО2, неожиданно, для всех участвующих в следственном действии лиц провел всех к себе в дом, открыл в комнате ящик стола и, достав оттуда кухонный нож, выдал его сотрудникам полиции пояснив, что именно этим ножом он причинил ножевое ранение ФИО1 16 апреля 2012 года, дополнив это тем, что ФИО1 в ходе предварительного следствия ошибочно выдала не тот нож, которым ФИО2 ее подрезал. 13 марта 2018 года на месте причинения ФИО1 телесных повреждений, указанном ФИО2, с его участием был проведен следственный эксперимент, в ходе которого у него в руках находился манекен, который ФИО2 попросил его установить возле ворот лицом к калитке, после чего ФИО2 взялся за правую руку манекена свой левой рукой, и держа в правой руке макет ножа, стал толкать рукой манекен вперед, дотягиваясь правой рукой в левую область живота манекена. Что было для него самого затруднительно и неудобно, так как он стоял справа от манекена, и ему нужно было тянуться для того, чтобы нанести удар макетом ножа в левую часть живота манекена. 14 марта 2018 года, на том же месте он участвовал при проведении следственного эксперимента с участием потерпевшей ФИО1, которой статисту так же было указано стать лицом к калитке, после чего ФИО1 стала перед статистом, к нему лицом и спокойно, без всяких усилий, приставила макет ножа к левой части живота статиста, указав, что ФИО2 в момент ножевого удара отталкивал ее назад (том 2 л.д. 90-94).

Согласно свидетельства о смерти свидетель ФИО10 умер 19 декабря 2016 года в с. Покойное Буденновского района (том 2 л.д. 24).

Из показаний свидетеля ФИО10 данных на предварительном следствии при допросе 14 июня 2012 года и в соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации оглашенных в судебном заседании, следует что она давал показания о том, что «у него есть родной брат ФИО2, который проживает по адресу: с. Покойное, ул. <данные изъяты>. Дом брата расположен напротив его дома. Ранее до 29 марта 2012 года он проживал вместе со своею матерью, которая умерла. С братом они никогда хороших отношений не поддерживали, а после смерти матери вообще стали ругаться и драться. ФИО3 хочет отобрать у него дом и выгнать его на улицу. ФИО3 по характеру очень вспыльчивый. С 2003 года брат проживает в гражданском браке с ФИО1, которая так же является жительницей с. Покойного, они очень часто употребляют спиртные напитки. ФИО3 её очень часто бьет, так как ФИО1 пьет почти каждый день. 16 апреля 2012 года с утра он пошел домой к ФИО11. Примерно в 11 часов 16 апреля 2012 года домой к Галине пришел ФИО3 вместе с участковым, который сообщил, что в период времени с 10 часов 00 минут до 10 часов 30 минут ФИО1 подрезали возле дома. Позже в ходе беседы с сотрудниками полиции ему сообщили, что его подозревают в подрезе, так как ФИО1 указала на него. Через некоторое время, так же в ходе беседы с сотрудниками полиции ему стало известно, что ФИО1 указала, что её ножом ударил ФИО3, а еще через некоторое время она придумала новую версию того кто ее ударил ножом ФИО12, житель с. Покойного. Он ФИО1 ножом не бил. 16 апреля 2012 года с утра находился дома у ФИО11 Кто мог ударить ножом ФИО1 он не знает, никого не подозревает, но ему кажется, что ФИО1 скрывает того кто ее ударил ножом» (том 1 л.д. 62-64).

Заключением эксперта №1001 от 01 июня 2012 года, подтверждается, у потерпевшей ФИО1 была обнаружена одиночная колото- резанная рана передней брюшной стенки слева, раневым каналом проникающей в брюшную полость без повреждения внутренних органов, которая образовалась от действия предмета, имеющего колюще-режущие характеристики типа ножа или ему подобных. Согласно п.6.1.15 приказа №194Н от 24.04.2008 года Министерства здравоохранения РФ ФИО1 данными повреждениями причинен тяжкий вред здоровью по квалифицирующему признаку опасности для жизни человека с созданием непосредственной угрозы для жизни (том 1 л.д. 48-49).

Оценивая в совокупности показания свидетелей ФИО6 и ФИО4, а также оглашенные показания свидетелей ФИО10, ФИО7 и ФИО13 суд признает их достоверными, данные показания подтверждают, что 16 апреля 2012 года ФИО2 умышленно нанес ФИО1 ножевое ранение. Данные показания не противоречат и согласуются между собой. Подтверждают события имевшие место быть 16 апреля 2012 года.

Согласно протокола осмотра от 16 апреля 2012 года, место происшествия находилось во дворе дома №<данные изъяты> Буденновского района Ставропольского края (том 1 л.д. 6-9).

Протоколом явки с повинной, подтверждается, что ФИО2 05 марта 2018 года, чистосердечно признался в том, что 16 апреля 2012 года нанес ножевое ранение ФИО1 (том 1 л.д 224-225).

Изложенные в явке с повинной, обстоятельства согласуются с заключением судебно-медицинской экспертизы №456 от 16 марта 2018 года, согласно которому у потерпевшей ФИО1 была обнаружена одиночная колото-резанная рана передней брюшной стенки слева, раневым каналом проникающей в брюшную полость без повреждения внутренних органов. Получение вышеизложенных повреждений при любых видах падениях, в том числе при самопроизвольном падении с высоты собственного роста исключено, тем более исключено их нанесение собственной рукой. Данное повреждение вполне могло образоваться от ударного воздействия ножа, описанного в заключение эксперта № 101-э от 10.03.2018 года (том 2 л.д. 36-37).

Изложенные в протоколе явки с повинной от 05 марта 2018 года сведения об обстоятельствах причинения телесных повреждений потерпевшей ФИО1, ФИО2 были подтверждены в ходе следственных действий, проведенных с его участием.

Согласно протокола проверки показаний на месте от 09 марта 2018 года, подозреваемый ФИО2 указал на место причинения им ФИО1 телесных повреждений, которое находится во дворе домовладения, расположенного по адресу: Ставропольский край, Буденновский район, с. Покойное<данные изъяты> и пояснил об обстоятельствах нанесения ножевого ранения ФИО1 (том 2 л.д. 1-3).

Согласно протокола проверки показаний на месте от 05 марта 2018 года, потерпевшая ФИО1 указала на место причинения ей ФИО2 телесных повреждений, которое расположено во дворе домовладения, по адресу: Ставропольский край, Буденновский район, с. Покойное, ул. <данные изъяты> и пояснила обстоятельства нанесения ФИО3 удара ножом (том 1 л.д. 243-248).

Протоколом следственного эксперимента от 13 марта 2018 года, подтверждается, что ФИО2 находясь во дворе домовладения, расположенного по адресу: Ставропольский край, Буденновский район, с. Покойное, ул. <данные изъяты>, указал каким образом он нанес удар ножом потерпевшей ФИО1 (том 2 л.д. 41-44).

Протоколом следственного эксперимента от 14 марта 2018 года, подтверждается, что потерпевшая ФИО1 на месте преступления показала как ей было нанесено ФИО2 ножевой ранение (том 2 л.д. 55-58).

Протоколом осмотра места происшествия от 09 марта 2018 года, подтверждается, что в ходе осмотр двора домовладения, расположенного по адресу: Ставропольский край, Буденновский район, с. <данные изъяты>, ФИО2 был выдан кухонный нож, который находился у него в руках в момент нанесения ножевого ранения ФИО1 (том 2 л.д. 10-13).

Согласно заключению эксперта №101-э от 10 марта 2018 года, нож, изъятый 09 марта 2018 года в ходе осмотра места происшествия по факту причинения ФИО2 телесных повреждений ФИО1 по адресу: Ставропольский край, Буденновский район, с. Покойное, ул. <данные изъяты>, изготовлен заводским способом, является хозяйственно-бытовым ножом общего назначения и к холодному оружию не относится (том 2 л.д. 29).

Согласно заключения судебно-медицинской экспертизы №456 от 16 марта 2018 года, обнаруженное у ФИО1 ножевое ранение вполне могло образоваться от ударного воздействия ножа, описанного в заключение эксперта № 101-э от 10 марта 2018 года (том 2 л.д. 36-37).

Из показаний судебно-медицинского эксперта ФИО14, данных им на предварительном следствии и оглашенных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, следует, что он давал показания о том, что «на основании постановления старшего следователя СО ОМВД России по Буденновскому району ФИО15 им было выполнено по предоставленным медицинской документации и материалам уголовного дела заключение эксперта №456 от 16 марта 2018 года. Изучив предоставленные материалы дела, он пришел к выводу, что у ФИО1 имелись повреждения в виде одиночной колото-резанной раны передней брюшной стенки слева, раневым каналом проникающей в брюшную полость без повреждения внутренних органов, которая могла образоваться от однократного ударного воздействия как ножом хозяйственно-бытового назначения, описанного в заключение эксперта №101-э от 10.03.2018 года, так и ножом, описанным в заключение эксперта №616 от 13.12.2012 года. Он принимал участия в следственном эксперименте с участием подозреваемого ФИО2 от 13.03.2018 года, и в следственном эксперименте с участием потерпевшей ФИО1 от 14.03.2018 года, ФИО2 и ФИО1 были указаны обстоятельства причинения повреждений. Принимая во внимание локализацию раны, свойства последней, полагает, что вышеуказанное телесное повреждение могло образоваться в условиях и обстоятельствах, указанных потерпевшей ФИО1 (том 2 л.д. 73-76).

Протоколом принятия устного заявления от 16 апреля 2012 года подтверждается, ФИО1 16 апреля 2012 года сообщила о том, что около 10 часов 00 минут неизвестное лицо, по адресу Буденновский район, с. Покойное, ул. <данные изъяты> нанесло один удар ножом в область живота и скрылось с места происшествия (том 1 л.д. 4).

Заявлением от 26 февраля 2018 года подтверждается, ФИО1 обратилась в отдел полиции и просила привлечь к уголовной ответственности ФИО2, который в апреле 2012 года, по адресу: Буденновский район, с. Покойное, ул. <данные изъяты>, нанес ей один удар ножом в область живота (том 1 л.д. 206).

Оценивая показания ФИО2, суд признает допустимым доказательством явку с повинной и показания, данные им в ходе проведения проверки показаний на месте совершения преступления и на следственном эксперименте, поскольку его показания согласуются с показаниями свидетелей, заключениями судебно-медицинских экспертиз и протоколами следственных действий.

Оценивая показания ФИО2 и потерпевшей ФИО1 о том, что подсудимый не наносил удара ножом, а только оттолкнул её от себя рукой, в которой был нож, суд признает их показания в этой части надуманными. Давая такие показания, потерпевшая ФИО1 и ФИО2 стремятся преуменьшить вину и избежать уголовной ответственности за совершение тяжкого преступления.

Оценивая исследованные доказательства в их совокупности и давая правовую оценку действиям подсудимого, суд находит установленным, что именно подсудимый ФИО2 16 апреля 2012 года в процессе распития спиртных напитков и на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, с целью причинения тяжких телесных повреждений нанес удар ножом в область живота ФИО1

Об этом свидетельствует целенаправленный характер действий подсудимого ФИО2 на месте совершения преступления, а именно нанесение удара ножом в жизненно важный орган брюшную полость, сила удара, свидетельствуют о том, что подсудимый осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления общественно опасных последствий и желал их наступление.

При таких установленных судом обстоятельствах, действия ФИО2 выразившиеся в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, суд квалифицирует по ч. 1 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации.

При назначении наказания подсудимому суд в соответствии с ч. 3 ст. 60 Уголовного кодекса Российской Федерации учитывает характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В судебном заседании были исследованы доказательства, характеризующие личность подсудимого ФИО2: протокол явки с повинной (том 1 л.д. 224-225); копия паспорта ФИО2 (том 2 л.д. 95); требование ИЦ ГУ МВД России по Ставропольскому краю на ФИО2 (том 2 л.д. 96-97); приговор Буденновского городского суда от 14 ноября 2012 года (том 2 л.д. 99-100); приговор Буденновского городского суда от 14 апреля 2015 года (том 2 л.д. 105-106); апелляционное определение от 03 июня 2015 года (том 2 л.д. 107-110); копия справки об освобождении (том 2 л.д. 111); решение об установлении административного надзора (том 2 л.д. 112-114); письменное сообщение Буденновского наркологического диспансера, согласно которого ФИО2 на учете не состоит (том 2 л.д. 117); письменное сообщение Буденновского психоневрологического диспансера, согласно которого ФИО2 на учете не состоит (том 2 л.д. 119); характеристика с места жительства, согласно которой ФИО2 характеризуется удовлетворительно (том 2 л.д. 123);

В соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд признает обстоятельством смягчающим наказание ФИО2 явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации в качестве смягчающего наказания обстоятельства, суд признает признание ФИО2 вины и раскаяние в содеянном.

Обстоятельств отягчающих наказание ФИО2 судом не установлено.

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов № 1190 от 04 июля 2018 года ФИО2 хроническим психическим расстройством, слабоумием и иными психическими расстройствами не страдал и не страдает в настоящее время, обнаруживает признаки органического расстройства личности и поведения в связи со смешанными заболеваниями (вероятно раннего органического, токсического генеза), что подтверждается данными анамнеза о низкой познавательной активности подэкспертного, о наличии у него со школьного возраста эмоциональной неустойчивости, раздражительности, появлении эписиндрома с 1975 года на фоне стресса, с редкими генерализованными припадками; о перенесенной иможоговой болезни в несовершеннолетнем возрасте, что в совокупностипривело к органическому поражению головного мозга и стало причинойосвобождения от службы в армии в связи с неврологическим заболеванием,которое в дальнейшем усугубилось алкоголизацией подэкспертного исопровождалось агрессивным поведением в состоянии опьянения.Диагностическое заключение подтверждается и данными настоящегоклинико-психиатрического обследования, выявившего у подэкспертногозамедленное по темпу, вязкое, ригидное, обстоятельное, с конкретизациеймышление, рассеянное внимание, утомляемость, истощаемость психическихпроцессов, снижение памяти на прошедшие события, эмоциональнаялабильность, упрямство, обидчивость, склонность к накоплениюотрицательных эмоций и последующей импульсивной разрядкой, стремлениепереложить ответственность на других, легковесность, примитивностьсуждений, неискренность, беспечность, попустительское отношение к своимпоступкам. Однако, указанные особенности психики подэкспертного, приотсутствии у него продуктивной психопатологической симптоматики,болезненных расстройств мышления, памяти, интеллекта, а также с учётомсохранности критических способностей, выражены не столь значительно, вовремя инкриминируемого деяния, он мог в полной мере осознаватьфактический характер и общественную опасность своих действий ируководить ими. Как показал анализ материалов уголовного дела в сопоставлении с данными настоящего клинико- психиатрического обследования, в период времени, к которому относится инкриминируемое ему деяние, он не обнаруживал также и признаков какого- либо временного психического расстройства, а - находился в состоянии простого алкогольного опьянения. На это указывают показания подэкспертного, сведения об употреблении им алкогольных напитков накануне преступления; данные о последовательности и целенаправленности его действий, отсутствие в его поведении и высказываниях в тот период времени признаков патологической интерпретации окружающего и амнезии своего поведения. Поэтому, в период времени, к которому относится инкриминируемое ему деяние, ФИО2 мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию в настоящее время он также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать имеющие значение для дела обстоятельства и давать о них показания и участвовать в судебном заседании. В стационарном обследовании и применении к нему принудительных мер медицинского характера не нуждается.

В соответствии с ч. 2 ст. 22 Уголовного кодекса Российской Федерации, наличие у ФИО2 признаков органического расстройства личности и поведения в связи со смешанными заболеваниями (вероятно раннего органического, токсического генеза), суд учитывает при назначении ему наказания.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного ФИО2 преступления, личность подсудимого, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначаемого наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, суд полагает, что достижение целей наказания может быть достигнуто только при назначении ФИО2 за совершенное преступление, наказания в виде лишения свободы.

Разрешая в соответствии с ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации вопрос об изменении категории совершенного преступления, суд принимает во внимание способ совершения преступления, степень реализации преступных намерений, мотив, цель совершения деяния, характер и размер наступивших последствий, наличие обстоятельств смягчающих наказание, приходит к выводу о том, что установленные в судебном заседании фактические обстоятельства совершенного ФИО2 тяжкого преступления и его последующее поведение, не свидетельствуют о меньшей степени его общественной опасности. В связи, с чем оснований для изменения категории совершенного преступления не имеется.

Размер назначаемого ФИО2 наказания суд определяет, исходя из принципов справедливости и гуманизма, закрепленных в ст.ст. 6, 7 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также требований ч. 1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Исключительных обстоятельств, связанных с целью и мотивами преступления, ролью ФИО2, его поведением во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, предусмотренных ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации, применения ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, в судебном разбирательстве не установлено.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации, назначенное ФИО2 наказание, подлежит отбыванию в исправительной колонии общего режима.

Поскольку суд пришел к выводу о виновности ФИО2 и необходимости назначения ему за совершенное преступление наказания в виде реального лишения свободы, для обеспечения исполнения приговора избранная в отношении него мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, подлежит изменению на заключение под стражу.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации период содержания ФИО2 под стражей с 07 сентября 2018 года по день вступления приговора в законную силу, подлежит зачету в срок отбытия наказания из расчета один день за полтора дня.

Разрешая вопрос о вещественных доказательствах по делу, суд учитывает, что в соответствии с п. 1, 3, 6 ч. 3 ст. 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации орудия преступления подлежат уничтожению, предметы, не представляющие ценности и не истребованные стороной, подлежат уничтожению, остальные предметы передаются законным владельцам.

В связи, с чем суд считает, что вещественные доказательства, два кухонных ножа – подлежат уничтожению.

Разрешая в соответствии с п. 13 ч. 1 ст. 299 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации вопрос о распределении процессуальных издержек, которые по настоящему делу складываются из оплаты оказанной адвокатами Овчинниковой Т.В. и Асриханян Г.Л. юридической помощи подсудимому, суд принимает во внимание, что в судебном заседании ФИО2 не заявлял об отказе от защитников.

Процессуальные издержки по настоящему делу складываются из вознаграждений, подлежащих выплате защитнику Овчинниковой Т.В. в сумме <данные изъяты> рублей и защитнику Асриханян Г.Л. в сумме <данные изъяты> рублей.

В соответствии с ч. 2 ст. 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд вправе взыскать с осужденного процессуальные издержки.

С учетом изложенного суд принимает решение о взыскании в федеральный бюджет с осужденного ФИО2 расходов по оплате услуг защитников в сумме <данные изъяты> рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 302, 306, 307, 308 и 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначить наказание 01 (один) год 04 (четыре) месяца лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения в отношении ФИО2 до вступления приговора в законную силу изменить с подписки о невыезде и надлежащем поведении, на заключение под стражу. Взять под стражу в зале суда.

Срок отбытия наказания ФИО2 исчислять с 07 сентября 2018 года.

Засчитать ФИО2 в срок отбытия наказания, на основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации, период содержания под стражей с 07 сентября 2018 года по день вступления приговора в законную силу, из расчета один день за полтора дня.

Вещественные доказательства, хранящиеся в камере хранения отдела МВД России по Буденновскому району, два кухонных ножа – уничтожить, при вступлении приговора в законную силу.

Взыскать с ФИО2 в федеральный бюджет процессуальные издержки по настоящему делу в размере 4950 (четыре тысячи девятьсот пятьдесят) рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ставропольский краевой суд в течение 10 суток со дня провозглашения через Буденновский городской суд, а осужденным ФИО2 в тот же срок со дня получения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления, осужденный ФИО2, содержащиеся под стражей вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, в том числе и посредством видеоконференц связи.

отпечатано

в совещательной комнате

Судья: Чулков В.Н.