Решение № 2-116/2019 2-116/2019~М-93/2019 М-93/2019 от 4 сентября 2019 г. по делу № 2-116/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

5 сентября 2019 года город Ярославль

Ярославский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего Дворова Р.С., при секретаре судебного заседания Комаровой Е.Е., с участием представителей истца ФИО8 и ФИО9, ответчика ФИО11 и его представителя – адвоката Калинина Н.Е., в открытом судебном заседании в помещении военного суда, рассмотрев гражданское дело по исковому заявлению федерального государственного казенного военного образовательного учреждения высшего образования «Военная академия радиационной, химической и биологической защиты имени Маршала Советского Союза ФИО10» (далее – Академия) к бывшему военнослужащему по контракту Академии майору запаса ФИО11 о взыскании материального ущерба,

установил:

ФИО11 проходил военную службу в Академии в должности начальника курса 3 специального факультета. При увольнении ФИО12 с военной службы, сдача им дел и должности производилась в присутствии комиссии, в ходе работы которой в период с 23 по 25 апреля 2019 года выявлена недостача имущества, числящегося за ответчиком, на сумму 1 169 218 рублей 93 копейки. По данному факту в Академии проведено административное расследование, по итогам которого установлена вина ФИО11 в образовавшейся недостаче имущества.

В связи с причиненным ответчиком ущербом, начальник Академии обратился в военный суд с исковым заявлением, в котором просил взыскать с ФИО11 материальный ущерб в размере 1 169 218 рублей 93 копейки без учета его износа.

В судебное заседание истец не прибыл, его представители ФИО8 и ФИО9 иск поддержали.

Ответчик ФИО11 и его представитель адвокат Калинин Н.Е. иск не признали. Полагали, что комиссия при сдаче ФИО11 дел и должности не в полном объеме проверила наличие имущества, числящегося за ответчиком. Проверку вещевого имущества, имеющегося у личного состава, 23 апреля 2019 года на строевом смотре не производила, в расположении подразделения подсчет имевшегося вещевого имущества не осуществляла. Несмотря на фактическое наличие числившихся за ответчиком кроватей, указала их в качестве недостающего имущества. При работе комиссии по приему-сдаче дел и должности ответчик не присутствовал.

Заслушав представителей, ответчика и его представителя, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 3 Федерального закона от 12 июля 1999 года № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» (далее – Закон) военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине реальный ущерб.

Согласно ст. 3 Закона и ст. 29 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации основанием для привлечения военнослужащего к материальной ответственности являются его виновные действия (бездействие), в результате которых военному ведомству был причинен реальный ущерб.

Под реальным ущербом указанный Закон понимает утрату или повреждение имущества воинской части, расходы, которые воинская часть произвела либо должна произвести для восстановления, приобретения утраченного или поврежденного имущества, а также излишние денежные выплаты, произведенные воинской частью.

В ст. 5 Закона предусмотрены случаи, когда военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере, в частности, когда ущерб причинен военнослужащим, которому имущество было передано под отчет для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей; действиями (бездействием) военнослужащего, содержащими признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законодательством Российской Федерации; в результате хищения, умышленных уничтожения, повреждения, порчи, незаконных расходования или использования имущества либо иных умышленных действий (бездействия) независимо от того, содержат ли они признаки состава преступления, предусмотренного уголовным законодательством Российской Федерации.

В силу требований ст. 75, 82 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, командир в мирное и военное время отвечает, в том числе, за состояние и сохранность вооружения, военной техники и другого военного имущества.

В соответствии с выписками из приказов начальника Академии от 27 апреля 2005 года № 83, от 23 апреля 2019 года № 15 и от 26 апреля 2019 года № 84, ФИО11 с 27 апреля 2005 года по 26 апреля 2019 года проходил военную службу в Академии и уволен с военной службы в запас с воинской должности начальника курса 3 специального факультета по основанию, предусмотренному подп. «б» п. 1 ст. 51 Федерального закона от 28 марта 1998 года №53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» (по истечении срока контракта о прохождении военной службы).

Как следует из приказа начальника Академии от 16 апреля 2019 года № 371, в период с 23 по 25 апреля 2019 года ФИО11 приказано сдать, а ФИО4 принять дела и должность начальника курса 3 специального факультета в присутствии комиссии в составе ФИО1, ФИО2, ФИО3 и ФИО6

Из актов от 25 апреля 2019 года усматривается, что ФИО11 не представил комиссии недостающие материальные средства, отказался от подписи в ведомостях наличия и качественного состояния имущества и от дачи письменных объяснений по факту выявленной комиссией недостачи имущества.

Свидетель ФИО7 в судебном заседании показал, что сдача (прием) дел и должности начальника 3 специального факультета в период с 23 по 25 апреля 2019 года была организована с привлечением комиссии согласно приказу начальника Академии от 16 апреля 2019 года, о чем ФИО11 был уведомлен по выходу из отпуска 23 апреля 2019 года.

Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО1, ФИО2, ФИО3, каждый в отдельности, подтвердили свое участие в работе комиссии в период с 23 по 25 апреля 2019 года. При этом показали, что в рамках ее работы 23 апреля 2019 года был проведен подсчет имевшегося вещевого имущества у личного состава 3 специального факультета на строевом смотре, 24 апреля и 25 апреля осуществлен подсчет находившегося имущества в подразделении, в том числе, предоставленного комиссии ФИО11 Ответчик при работе комиссии не присутствовал, несмотря на его уведомление об этом. От подписи в ведомостях наличия и качественного состояния имущества, а также от дачи письменных объяснений по факту выявленной комиссией недостачи имущества отказался.

Свидетель ФИО4 в суде показал, что осуществлял прием дел и должности начальника 3 специального факультета и присутствовал при работе комиссии в период с 23 по 25 апреля 2019 года, в том числе, 23 апреля 2019 года на строевом смотре военнослужащих подразделения при подсчете имущества и 24 апреля того же года при подсчете имущества, находящегося в подразделении. ФИО11 при ее работе отсутствовал, несмотря на то, что был поставлен в известность о сдаче им дел и должности в присутствии данной комиссии. 24 апреля 2019 года ответчик предавал комиссии с вещевым имуществом, но участия в их подсчете не принимал.

Данные показания допрошенных по делу свидетелей суд признает достоверными, относимыми, допустимыми, согласующимися между собой и материалами дела.

ФИО11 в судебном заседании не отрицал факта своего уведомления о необходимости сдачи им дел и должности в присутствии комиссии в период с 23 по 25 апреля 2019 года. В указанный период он находился в Академии, но участия при работе комиссии не принимал, поскольку не считал это необходимым, ввиду ставшего ему известным по выходу из отпуска 23 апреля 2019 года обстоятельству проведения строевого смотра личного состава 3 специального факультета 21 апреля того же года. В связи с этим, по его мнению, результаты работы комиссии уже не являлись объективными.

Как следует из рапорта ФИО1 от 25 апреля 2019 года, им доложено начальнику Академии о выявленной комиссией при приеме (сдаче) дел и должности начальника 3 специального факультета недостаче имущества. На данном рапорте содержится резолюция начальника Академии о проведении расследования.

Из заключения по материалам административного расследования от 7 мая 2019 года усматривается, что в ходе его проведения установлены обстоятельства, вина ФИО11 в причинении ущерба, выразившегося в отсутствии имущества, вверенного ответчику.

В соответствии с выпиской из приказа начальника Академии от 17 мая 2019 года № 465 года воинским должностным лицом принято решение о привлечении ФИО11 к материальной ответственности путем взыскания с него в судебном порядке причиненного материального ущерба.Исходя из исследованных в судебном заседании доказательств, которые полностью согласуются с показаниями допрошенных по делу свидетелей, суд приходит к выводу о том, что комиссией при сдаче ФИО11 дел и должности производилась работа по подсчету вверенного ответчику имущества, в том числе, путем проверки находящегося у военнослужащих подразделения имущества на строевом смотре 23 апреля 2019 года. При этом суд отмечает, что ФИО11, будучи уведомленным о работе комиссии в период с 23 по 25 апреля 2019 года, самоустранился от участия при ее работе, в отсутствие на то объективных причин. Не имелось у ответчика препятствий и в проведении повторного смотра личного состава в период с 23 по 25 апреля 2019 года, в целях самостоятельного подсчета имеющегося имущества. Доказательств обратного суду представлено не было.

Таким образом, командованием соблюдены требования п. 1 ст. 7 Закона о необходимости проведения административного разбирательства с целью установления обстоятельств, имеющих значение для привлечения ФИО11 к материальной ответственности.

Обстоятельство получения ответчиком 29 наименований вещевого имущества подтверждается накладными от 15 января 2018 года № 46, от 5 декабря 2016 года № 1458, от 29 декабря 2016 года № 32, от 11 декабря 2017 года № 1767, от 14 сентября 2018 года № 1931, от 16 января 2018 года № 47, от 17 октября 2018 года № 1808, от 22 февраля 2018 года № 330, от 7 июня 2018 года № 889, от 17 октября 2018 года № 1809, от 2 ноября 2018 года № 2016, от 22 ноября 2018 года № 2084, от 30 ноября 2018 года № 2173, от 22 декабря 2017 года № 36, от 22 декабря 2017 года № 115, инвентаризационной описью от 22 октября 2018 года № 2546, которые содержат подпись ответчика. Их получение ответчиком не оспаривалось.

Между тем материалами дела не подтвержден факт получения ФИО11 3 наименований вещевого имущества: курток повседневных демисезонных, в количестве 33 штук; наволочек, в количестве 21 штуки; фуфаек теплых, в количестве 57 штук. В соответствующих накладных отсутствует подпись ответчика и им в суде не подтверждено обстоятельство получения данного имущества. На данный вывод суда не влияют показания свидетеля ФИО5 относительно получения ФИО11 указанного имущества через доверенных лиц, поскольку суду не было представлено доказательств, в том числе, письменных доверенностей, подтверждающих данные показания свидетеля.

Не доказано истцом и обстоятельство утраты имущества – кроватей одноярусных с деревянной спинкой, в количестве 7 штук. Так, в судебном заседании ФИО1 показал, что комиссией ФИО11 было предложено предоставить указанные кровати, чего им сделано не было. Однако, как следует из пояснений ФИО11, указанное имущество не утрачено и находилось в подсобном помещении, в котором обвалилась крыша. Свидетель ФИО4 в суде показал, что ответчик показывал место нахождения данного имущества, и он видел каркасы кроватей. Таким образом, комиссия имела возможность проверить наличие указанного имущества, чего сделано не было. В связи с этим выводы комиссии об утрате данного имущества являются безосновательными.

В судебном заседании обстоятельство утраты имущества: проектора «Оверхед» и трех флагов ФИО11 не оспаривалось. Получение данного имущества подтверждается накладными от 6 февраля 2018 года № 27 и от 1 октября 2015 года № 802.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что истцом представлены доказательства причинной связи между виновными действиями ФИО11 и возникновением вышеупомянутой недостачи имущества Академии, в объеме, установленном судом. Суд признает, что недостача вверенного ответчику под отчет имущества образовалась по его вине. В связи с этим, в силу требований ст. 5 Закона ответчик несет материальную ответственность в полном объеме за причиненный материальный ущерб. Обстоятельств, исключающих материальную ответственность ФИО11, суду не представлено и судом не установлено.

В силу положений пп. 1 и 2 ст. 6 Закона, размер причиненного ущерба определяется по фактическим потерям, на основании данных учета имущества воинской части и исходя из цен, действующих в данной местности, с учетом степени износа имущества по установленным на день обнаружения ущерба нормам, но не ниже стоимости лома (утиля) этого имущества.

Согласно справке-расчету утраченного имущества, в ней приведены наименования ранее выданного ФИО11 имущества и расчет его стоимости, произведенный с учетом его износа, который, исходя из установленного судом объема утраченного ответчиком имущества, составил 619 949 рублей 32 копейки. Расчет суммы причиненного ФИО11 реального материального ущерба Академии судом проверен и с учетом положений ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд признает его правильным.

Согласно ст. 11 Закона размер денежных средств, подлежащих взысканию с военнослужащего для возмещения причиненного ущерба, может быть снижен судом с учетом конкретных обстоятельств, степени вины и материального положения военнослужащего, за исключением случаев, предусмотренных абз. 4 ст. 5 Закона.

При определении размера денежных средств, подлежащих взысканию с ответчика, суд учитывает материальное положение ФИО11, который имеет на иждивении троих детей ДД.ММ.ГГГГ рождения. При этом старший ребенок получает среднее профессиональное образование и не работает, жена не работает в связи с уходом за малолетним ребенком, а доход семьи ответчика меньше установленной приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 9 августа 2019 года № 561н величины прожиточного минимума по Российской Федерации за II квартал 2019 года. Вследствие этого суд считает возможным в соответствии со ст. 11 Закона уменьшить размер денежных средств, подлежащих взысканию с ответчика, до 400 000 рублей.

Поскольку согласно подп. 19 п. 1 ст. 333.36 НК РФ Академия освобождена от уплаты государственной пошлины при обращении в суд с данным исковым заявлением, то на основании ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, то есть в размере 7 200 рублей, исходя из требований подп. 1 п. 1 ст. 333.19 НК РФ.

Руководствуясь ст. 103, 194-196, 198, 199 ГПК РФ, военный суд,

решил:

исковое заявление федерального государственного казенного военного образовательного учреждения высшего образования «Военная академия радиационной, химической и биологической защиты имени Маршала Советского Союза ФИО10» к бывшему военнослужащему по контракту Академии майору запаса ФИО11 о взыскании материального ущерба удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО11 в пользу федерального государственного казенного военного образовательного учреждения высшего образования «Военная академия радиационной, химической и биологической защиты имени Маршала Советского Союза ФИО10» в счет возмещения материального ущерба 400 000 (четыреста тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО11 в доход бюджета города Ярославля государственную пошлину в размере 7 200 (семь тысяч двести) рублей.

В удовлетворении исковых требований федерального государственного казенного военного образовательного учреждения высшего образования «Военная академия радиационной, химической и биологической защиты имени Маршала Советского Союза ФИО10» к бывшему военнослужащему по контракту Академии майору запаса ФИО11 о взыскании материального ущерба в размере 769 218 (семьсот шестьдесят девять тысяч двести восемнадцать) рублей 96 (девяносто шесть) копеек отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский окружной военный суд через Ярославский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Подпись