Решение № 2-243/2021 2-243/2021~М-99/2021 М-99/2021 от 20 июня 2021 г. по делу № 2-243/2021

Гражданское дело № 2-243/2021


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Балейский городской суд Забайкальского края в составе:

председательствующего судьи Щегловой О.Ю.,

при секретаре Гончаренко Н.М.,

с участием истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Балей 21 июня 2021 года гражданское дело по иску ФИО1 к ГУСО «Балейский ЦПДОПР «Маяк» Забайкальского края, Администрации муниципального района «Петровск-Забайкальский район» о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском, ссылаясь на то, что действием/бездействием ответчиков нарушены его жилищные права, что нанесло ему моральный вред, который подлежит компенсации. Так как его отец умер в 1988 году, а мать была лишена родительских прав, он был направлен в Балейский детский дом, где находился в период времени с 21.12.1992 г. по 01.09.1999 г. как ребенок сирота, оставшийся без попечения родителей. В 1999 г. он был выпущен из Детского дома и направлен для дальнейшего обучения в Профессиональное училище ПУ-9 п. Калангуй Оловяннинского района Читинской области. В этом же 1999 г. он допустил нарушение закона, за что был исключен из училища, был привлечен к уголовной ответственности и лишен свободы. По этой причине он не был включен в единый список детей-сирот, которые подлежат обеспечению жилым помещением, как ребенок сирота, оставшийся без попечения родителей. Он обратился в Балейскую прокуратуру с просьбой провести проверку, в ходе который было установлено, что Администрацией муниципального района «Петровск-Забайкальский район» за ним незаконно была закреплена жилая квартира в доме, который был снесен. Балейским детским домом «Маяк» не были выполнены возложенные обязанности по предупреждению нарушения личных имущественных и неимущественных прав, не произведены запросы о проведении проверок сохранности имущества, закрепленного за лицом из числа детей-сирот, оставшихся без попечения родителей. С целью устранения допущенных нарушений Балейской прокуратурой в его интересах было подано исковое заявление о включении его в список детей-сирот, имеющих право на получение жилья. Длительный период времени он не мог получить положенное ему жилье. Его неоднократные обращения в Поселковый совет п. Тарбагатай, паспортный стол, детский дом «МАЯК» положительного результата не принесли. По вине ответчиков он был вынужден скитаться в поисках временного жилья, не имел возможности трудоустроиться, т.к. не имел регистрации. Такое положение приводило к проблемам с законом и новому лишению свободы. Отсутствие регистрации не позволяло ему жить и находиться в определенное судом время по месту жительства, что повлекло лишение свободы за административный надзор. Действием/бездействием ответчиков ему были причинены нравственные страдания, он испытывает чувство безысходности, унижение от общества. На основании изложенного, истец просит: признать действия/бездействия ответчиков ГУСО «Балейский ЦПДОПР «Маяк» Забайкальского края и Администрации муниципального района «Петровск-Забайкальский район» нарушающими его нематериальные права; взыскать с ответчиков в его пользу в качестве возмещения за нанесенный моральный вред денежную компенсацию в размере 1 000 000 рублей солидарно в равных долях

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ГУСО «Балейский ЦПДОПР «Маяк» Забайкальского края в судебное заседание своего представителя не направил. О месте и времени судебного заседания извещены надлежаще и своевременно, о причинах не явки суду не сообщили.

Ответчик Администрация муниципального района «Петровск-Забайкальский район» в судебное заседание своего представителя не направили. О месте и времени судебного заседания извещены надлежаще и своевременно, направили в суд отзыв на исковое заявление в котором в удовлетворении иска просили отказать..

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено и не оспаривается ответчиками, что ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, от носился к категории лиц из числа детей сирот и детей оставшихся без попечения родителей. Мать Т., решением Петровск-Забайкальского районного суда от 27.11.1992 года лишена родительских прав, отец В. умер 25.03.1988 года.

На основании путевки общественного воспитания УНО № 124 от 15.12.21992 года ФИО1 был определен в Балейский дом детства в статусе оставшегося без попечения родителей.

В учреждение ФИО1 прибыл 24.12.1992 года. 27.10.1999 года ФИО1 УВ. убыл из Балейского дома детства для дальнейшего обучения в ПТУ п. Калангуй.

Постановлением главы Петровск -Забайкальского района Читинской области от 06.11.10992 года № 341 в постановление № 318 были внесены изменения из которых следует, что за ФИО1 закреплено жилое помещение по адресу: <адрес>.

Согласно информации администрации МР «Петровск-Забайкальский район» от 093.02.2020 года, справки администрации СП «Тарбагатайское» от 03.02.2020 года следует, что многоквартирный дом по адресу: <адрес>, несанкционированно разрушен в начале 1990 -х годов.

17.30.2020 года Петровск-Забайкальской межрайпрокуратурой на постановление главы администрации Петровск-Забайкальского района № 341 от 06.11.1992 года принесен протест, который рассмотрен и удовлетворен. 03.04.2020 года Главой администрации МР «Петровск-Забайкальский район» вынесено постановление № 218 «Об отмене Постановления Главы администрации муниципального района Петровск-Забайкальского № 341 от 06.11.1992 года «О закреплении за ФИО1 жилого помещения по адресу: <...>»

Решением Центрального районного суда г Читы от 02.11.2020 года на Министерство труда и социальной защиты населения Забайкальского края возложена обязанность включить ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения в список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей которые подлежат обеспечению жилыми помещениями на территории Забайкальского края.

В обоснование своих исковых требований истец ссылается на то, что ГУСО « Балейский ЦПДОПР « Маяк» не было принято действий по выяснению вопроса о у наличии у ФИО1 жилья и принятия мер для решения вопроса о включении ФИО1 в списки для предоставления жилья, Администрация МР «Петровск-Забайкальский район» своевременно не отменила постановление о закреплении за ФИО1 жилой площади в связи разрушением жилого дома.

На момент окончания пребывания истца в образовательном учреждении, наступления его совершеннолетия действовали положения Жилищного кодекса РСФСР, которые регулировали порядок и процедуру принятия граждан на учет, нуждающихся в жилых помещениях, в том числе детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

Пунктом 2 ст. 37 ЖК РСФСР, действующей на тот период времени, было предусмотрено, что вне очереди жилое помещение предоставляется гражданам по окончании пребывания в государственном детском учреждении, у родственников, опекунов или попечителей, где они находились на воспитании, если им не может быть возвращена жилая площадь, откуда они выбыли в детское учреждение, к родственникам, опекунам или попечителям (п. 3 ст. 60).

Статьей 31 ЖК РСФСР было предусмотрено, что принятие на учет граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, производится по месту жительства решением исполнительного комитета местного Совета народных депутатов, а по месту работы - совместным решением администрации и профсоюзного комитета предприятия, учреждения, организации. При рассмотрении вопросов о принятии на учет по месту работы принимаются во внимание рекомендации трудового коллектива (часть 1).

Статья 33 ЖК РСФСР предусматривала, что жилые помещения предоставляются гражданам, состоящим на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий, в порядке очередности, исходя из времени принятия их на учет и включения в списки на получение жилых помещений. Граждане, имеющие право на первоочередное и внеочередное предоставление жилых помещений, включаются в отдельные списки (часть 2).

Таким образом, действующее до 01 марта 2005 года жилищное законодательство включало в себя обязательный принцип принятия граждан на учет нуждающихся в жилье и предоставления гражданам жилых помещений строго по очередности, в том числе и в группе граждан, имеющих право на внеочередное предоставление жилых помещений.

С 01 марта 2005 года введен в действие Жилищный кодекс РФ, согласно ч. 1 ст. 57 которого жилые помещения по договору социального найма предоставляются гражданам, состоящим на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях, в порядке очередности, исходя из времени принятия их на учет. Для отдельных категорий граждан законодатель предусмотрел возможность предоставления жилых помещений по договорам социального найма во внеочередном порядке.

Согласно п. 2 ч. 2 ст. 57 ЖК РФ (в редакции, действовавшей до 1 января 2013 г.), абзацу 4 ст. 1 и п. 1 ст. 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 г. N 159-ФЗ (в редакции, действовавшей до 1 января 2013 г.) к таким лицам, в частности, относились дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, а также лица из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей (то есть лица в возрасте от 18 до 23 лет, у которых, когда они находились в возрасте до 18 лет, умерли оба или единственный родитель, а также которые остались без попечения единственного или обоих родителей).

Предоставление вне очереди жилого помещения по договору социального найма лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в соответствии с указанными нормами закона носило заявительный характер и подлежало реализации при условии письменного обращения таких лиц в соответствующие органы для принятия их на учет нуждающихся в жилом помещении.

Жилищное законодательство Российской Федерации в части, касающейся предоставления жилых помещений по договору социального найма (как в порядке очередности, так и во внеочередном порядке), также базируется на заявительном характере учета лиц, нуждающихся в обеспечении жильем. Следовательно, до достижения возраста 23 лет дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, и лица из их числа в целях реализации своего права на обеспечение вне очереди жилым помещением должны были встать на учет нуждающихся в получении жилых помещений. По достижении возраста 23 лет указанные граждане уже не могут рассматриваться в качестве лиц, имеющих право на предусмотренные Федеральным законом от 21 декабря 1996 г. N 159-ФЗ меры социальной поддержки, так как они утрачивают одно из установленных законодателем условий получения такой меры социальной поддержки.

В соответствии со ст. 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 г. N 159-ФЗ в редакции Федерального закона от 29 февраля 2012 г. N 15-ФЗ детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые не являются нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений, а также детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые являются нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений, в случае, если их проживание в ранее занимаемых жилых помещениях признается невозможным, органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации, на территории которого находится место жительства указанных лиц, в порядке, установленном законодательством этого субъекта Российской Федерации, однократно предоставляются благоустроенные жилые помещения специализированного жилищного фонда по договорам найма специализированных жилых помещений.

Жилые помещения предоставляются лицам, указанным в абзаце первом настоящего пункта, по достижении ими возраста 18 лет, а также в случае приобретения ими полной дееспособности до достижения совершеннолетия. В случаях, предусмотренных законодательством субъектов Российской Федерации, жилые помещения могут быть предоставлены лицам, указанным в абзаце первом настоящего пункта, ранее, чем по достижении ими возраста 18 лет.

В связи с указанными изменениями, внесенными Федеральным законом от 29 февраля 2012 г. N 15-ФЗ, утратил силу с 1 января 2013 года п. 2 ч. 2 ст. 57 ЖК РФ.

В соответствии с ч. 9 ст. 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 г. N 159-ФЗ право на обеспечение жилыми помещениями по основаниям и в порядке, которые предусмотрены настоящей статьей, сохраняется за лицами, которые относились к категории детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и достигли возраста 23 лет, до фактического обеспечения их жилыми помещениями.

Согласно ст. 4 Федеральному закону от 29 февраля 2012 г. N 15-ФЗ настоящий закон вступил в силу с 01 января 2013 г. Действие положений ст. 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 года N 159-ФЗ "О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей" (в редакции настоящего Федерального закона) и Жилищного кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) распространяется на правоотношения, возникшие до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, в случае, если дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, лица из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, не реализовали принадлежащее им право на обеспечение жилыми помещениями до дня вступления в силу настоящего Федерального закона.

В силу требований закона в данном случае для предоставления жилого помещения на льготных условиях заинтересованное лицо должно не только относиться к специальной категории граждан, но также обратиться в уполномоченные органы с соответствующим заявлением до достижения им двадцати трех лет, в силу требований ст. 8 ФЗ "О дополнительных гарантиях по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей".

Доводы истца о том, что он не был поставлен на учет в качестве лица, относящегося к категории "дети, оставшиеся без попечения родителей" и нуждающегося в предоставлении жилого помещения по вине должностных лиц ГУСО « Балейский ЦПОПР «Маяк», которые не выполнили данной обязанности, суд находит основанными на ошибочном толковании закона.

Законодательством РФ предусмотрено самостоятельное обращение лиц указанной категории достигших совершеннолетия в уполномоченные органы для предоставления им жилого помещения, подобного заявление Истец не подавал. Законом прямо предусмотрен период, в течение которого гражданин имеет возможность уведомить органы местного самоуправления о необходимости предоставления ему жилого помещения. Поскольку на момент достижения двадцати трех лет ФИО1 не обратился с соответствующим заявление, суд считает, что не имеется оснований полагать, что бездействием ГУСО « Балейский ЦПДОПР « Маяк»нарушены его права на получение жилья на льготных условиях и имеются основания для компенсации морального вреда.

В силу требований ст. 21 ГК РФ способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением возраста восемнадцати лет, поэтому истец имел возможность воспользоваться своими правами с 2001 года, с достижением ему возраста 18 лет, в данном случае приобретение ФИО1 соответствующего права возможно лишь его самостоятельными действиями в силу прямого указания закона. Доказательств существования объективных реальных обстоятельств, препятствующих своевременному обращению истца с заявлением о нуждаемости в получении жилого помещения как лицо особой категории граждан, суду не представлено и в судебном заседании не найдено.

Установленный законодателем возрастной критерий 23 года учитывает объективные сложности в социальной адаптации лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей и направлен на предоставление данной категории граждан дополнительной возможности в течение пяти лет после достижения совершеннолетия самостоятельно реализовать соответствующее право, если по каким-либо причинам с заявлением о постановке таких лиц на учет нуждающихся в предоставлении жилья не обратились лица и органы, на которых возлагалась обязанность по защите их прав в период, когда они были несовершеннолетними.

Доказательств наличия объективных и исключительных причин, препятствовавших обращению истца в компетентный орган по вопросу постановки его на учет, в период с 18 до 23 лет, материалы дела не содержат, в связи с чем не имеется оснований для признания бездействия ответчиков нарушающими права истца.

Кроме того, пунктом 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

При этом статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Таким образом, такой способ защиты права как денежная компенсация морального предусмотрен законом не для всех случаев причинения гражданину физических или нравственных страданий, а только для защиты от таких действий, которые нарушают личные неимущественные права гражданина либо посягают на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. В иных случаях компенсация морального вреда может иметь место лишь при наличии прямого указания об этом в законе.

Разъяснения об основаниях компенсации морального вреда содержатся в пункте 1 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", согласно которому суду при разрешении спора необходимо выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений. Суду необходимо также выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим.

Из материалов дела следует, что Решением Центрального районного суда г Читы от 02.11.2020 года на Министерство труда и социальной защиты населения Забайкальского края возложена обязанность включить ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения в список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей которые подлежат обеспечению жилыми помещениями на территории Забайкальского края.

Истец полагает, что основанием для компенсации морального вреда являются бездействие ГУСО « Балейский ЦПДОПР « Маяк» и Администрации МР « Петровск-Забайкальский» по непредоставлению жилого помещения, что, по сути, является нарушением его имущественных жилищных прав.

Однако, каких-либо действий ответчиков, непосредственно направленных на нарушение личных неимущественных прав истца либо посягающих на принадлежащие ему нематериальные блага, судом не установлено.

Вышеуказанное решение Центрального районного суда г Читы от 02.11.2020 года не является доказательством причинения истцу морального вреда, поскольку данное судебное постановление не свидетельствует о наличии причинно-следственной связи между действиями ответчиков и нарушением личных неимущественных прав или других нематериальных благ истца.

Действующим гражданским и жилищным законодательством возможность компенсации морального вреда, причиненного нарушением имущественных прав на жилое помещение, не предусмотрена.

Учитывая изложенное, оснований для вывода о нарушении ГУСО « Балейский ЦПДОПР « Маяк» и Администрацией МР «Петровск-Забайкальский район» не имеется, в связи с чем отсутствуют основания для компенсации морального вреда.

При этом доводы ответчика Администрации МР «Петровск-Забайкальский» о пропуске срока исковой давности, суд считает не состоятельными поскольку в соответствии с ч. 1 ст. 7 ЖК РФ, ст. 208 ГК РФ исковая давность на спорные правоотношения не распространяется.

Руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ суд,

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 к ГУСО «Балейский ЦПДОПР «Маяк» Забайкальского края, Администрации муниципального района «Петровск-Забайкальский район» о признании бездействия нарушающими права и о взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300,00 рублей 0

Решение может быть обжаловано в Забайкальский краевой суд через Балейский городской суд в течение месяца со дня его составления в окончательной форме.

Решение в окончательной форме вынесено 03 июля 2021 года

Судья О.Ю. Щеглова