Решение № 2-616/2020 2-616/2020~М-333/2020 М-333/2020 от 8 июля 2020 г. по делу № 2-616/2020

Дело № 2-616/2020

УИД – 61RS0036-01-2020-000477-52


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

08 июля 2020 года Каменский районный суд Ростовской области в составе судьи Курилова А.Е.,

с участием помощника Каменского городского прокурора – Тищенко Г.И.,

истца ФИО1, его представителя - ФИО2,

представителя ответчика ООО «Каменскавтодор» – адвоката Бондарь О.В.,

при секретаре Семерниковой Р.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Каменскавтодор» о компенсации морального вреда, взыскании расходов на лечение,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Каменскавтодор» о компенсации морального вреда, взыскании расходов на лечение, ссылаясь на то, что ДД.ММ.ГГГГ произошло дорожно-транспортное происшествие с его участием при исполнении им трудовых обязанностей в период его работы в должности дорожного рабочего ООО «Каменскавтодор», в результате которого он получил закрытую травму грудной клетки, закрытые переломы 1, 2, 3, 4 ребер с обеих сторон, закрытый перелом ключицы, закрытый перелом основного зуба 2 шейного позвонка, обширную ссадину спины, закрытую черепно-мозговую травму, сотрясение головного мозга, что квалифицируется как тяжкий вред здоровью. ДД.ММ.ГГГГ работодателем был составлен Акт по форме Н-1 о несчастном случае на производстве. Согласно данному акту, в нарушении ст.ст. 209, 219 Трудового кодекса РФ, п.п. 33, 34, 35 Типового положения о системе управления охраной труда, утвержденного Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н, с целью организации процедуры управления профессиональными рисками в ООО «Каменскавтодор», исходя из специфики своей деятельности, не реализованы мероприятия по управлению профессиональными рисками, а именно не произведена оценка уровня профессиональных рисков в полном объеме, не обеспечено снижение уровней профессиональных рисков в полном объеме, опасность травмирования работников в результате ДТП, риски повреждения здоровья, а также меры по защите от воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов не идентифицированы, риски наступления этой опасности не рассчитаны, не управляются и не доведены до работников. Также, в нарушение ч. 7 ст. 213 Трудового кодекса РФ, п. 3 Правил прохождения обязательного психиатрического освидетельствования работниками, осуществляющими отдельные виды деятельности, утвержденных Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, работники ООО «Каменскавтодор» осуществляли трудовую деятельность без прохождения обязательного психиатрического освидетельствования. С момента получения травмы по настоящее время он проходит реабилитацию, находится в постоянном моральном напряжении, переживаниях и чувствах тревоги, испытывает боли, ощущения потерянности, он не может осуществлять привычную для него трудовую деятельность, ему снится авария, он испытывает чувство страха перед транспортными средствами. Он наблюдается у врачей невролога и психиатра, по их назначению он вынужден принимать психотропные и сильнодействующие анальгетические препараты, действия которых угнетают сознание, дезориентируют его во времени и месте, не дают возможность выполнять в полном объеме нормальную жизненную активность, его беспокоит бессонница и жуткие боли. В период лечения он понес расходы по диагностике и приобретению медицинских и лекарственных препаратов на общую сумму 11043 рубля 80 копеек. Считает, что работодатель обязан компенсировать причиненный ему моральный вред, а также возместить указанные расходы на лечение.

На основании изложенного, истец ФИО1 с учетом уточнения исковых требований при производстве по делу просит суд взыскать с ООО «Каменскавтодор» в его пользу денежную компенсацию морального вреда в сумме 2000000 рублей, взыскать расходы на лечение в сумме 11043 рубля 80 копеек, а также просит суд взыскать с ООО «Каменскавтодор» судебные расходы на представителя в сумме 30000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО2 исковые требования поддержали, просили их удовлетворить, мотивируя доводами, изложенными в исковом заявлении.

В судебном заседании представитель ответчика ООО «Каменскавтодор» – адвокат Бондарь О.В. возражала против удовлетворения исковых требований, суду пояснила, что дорожно-транспортное происшествие произошло в результате виновных действий иного лица – водителя ФИО4, который нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью ФИО1 Приговором Каменского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ и ему назначено уголовное наказание. Вина ООО «Каменскавтодор» в причинении вреда здоровью ФИО1 и причинении ему морального вреда отсутствует. Ответственным за причиненный вред является непосредственный причинитель вреда - водитель ФИО4 Указанные в Акте по форме Н-1 и Акте расследования группового несчастного случая нарушения со стороны работодателя, а именно не принятие мер по управлению профессиональными рисками в прямой причинно-следственной связи с причинением вреда здоровью ФИО1 не находятся. Работодателем были созданы все необходимые безопасные условия труда ФИО1 Работодатель лишен возможности обжалования результатов расследования несчастного случая на производстве. Кроме того, приговором Каменского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ частично удовлетворен гражданский иск ФИО1 к ФИО4 о компенсации морального вреда, взыскано с подсудимого в его пользу в счет компенсации морального вреда 400000 рублей. Оснований для взыскания расходов на лечение истца не имеется, так как истец не лишен возможности обратиться к страховщику или ФИО3 союзу автостраховщиков за страховой выплатой по договору ОСАГО.

В судебном заседании помощник Каменского городского прокурора Тищенко Г.И. в своем заключении считал, что исковые требования истца о компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению, а требования истца о взыскании с ответчика расходов на лечение удовлетворению не подлежат.

Выслушав участников процесса, изучив материалы дела, дав оценку представленным сторонами доказательствам, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, работал в ООО «Каменскавтодор» в ремонтно-строительном участке в должности дорожного рабочего, что подтверждается копией трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, копией приказа (распоряжения) о приеме работника на работу №-к от ДД.ММ.ГГГГ.

Также из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 произошел несчастный случай на производстве.

Согласно Акту № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве (по форме Н-1) и Акту о расследовании группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая со смертельным исходом) от ДД.ММ.ГГГГ, составленному комиссией, в том числе в составе главного государственного инспектора труда ГИТ <адрес>, ДД.ММ.ГГГГ около 08 часов 50 минут дорожные рабочие ООО «Каменскавтодор» ФИО5, ФИО6, ФИО1, ФИО7, ФИО8, ФИО9, машинист укладчика асфальтобетона ФИО10 на <данные изъяты> под управлением водителя ФИО11 следовали к месту производства дорожных работ в <адрес>. Внезапно появилась вибрация автомобиля, водитель ФИО11 съехал с проезжей части на обочину и остановил транспортное средство, чтобы выяснить причину неисправности. Включил аварийную сигнализацию, вышел, предварительно надев сигнальный жилет, чтобы установить знак аварийной остановки. По его просьбе рабочие вышли из салона и сгруппировались между автомобилем и барьерным ограждением впереди автомобиля. Знак аварийной остановки выставить не успел так как в это время водитель автомобиля марки 2834 NE, государственный регистрационный номер <***> ФИО4, двигаясь по участку автодороги М-4 «Дон» км. 904+735 м. по направлению движения от <адрес> в сторону <адрес>, допустил наезд на стоящее транспортное средство - автомобиль, принадлежащий ООО «Каменскавтодор» ГАЗ-22171, государственный регистрационный знак <***> и дорожного рабочего ООО «Каменскавтодор» ФИО16, находящегося в это время в автомобиле ГАЗ-22171. ФИО11 позвонил главному механику ФИО12, сообщил о происшедшем ДТП и совместно с работниками вызвали скорую помощь, МЧС, ГИБДД. Прибывшие машины скорой помощи оказали первую доврачебную помощь и доставили пострадавших в медицинские учреждения <адрес> и МБУЗ ЦГБ <адрес>.

В результате дорожно-транспортного происшествия дорожный рабочий ФИО1 получил телесные повреждения: тяжелую сочетанную травму, закрытую травму груди, закрытые переломы 1, 2, 3, 4 ребер слева и справа, закрытый перелом правой ключицы, закрытый перелом основного зуба 2 шейного позвонка, обширную ссадину спины, закрытую черепно-мозговую травму, сотрясение головного мозга. Алкогольное опьянение не установлено. Согласно Схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, указанное повреждение относится к категории тяжелая травма (Медицинское заключение от ДД.ММ.ГГГГ о характере полученных повреждений, выданное МБУЗ «ЦГБ <адрес>»).

Согласно п. 11 указанного Акта № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве, а также п. 11 Акта о расследовании группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая со смертельным исходом) от ДД.ММ.ГГГГ, в нарушение ст.ст. 209, 211, 212, 219 Трудового кодекса РФ, п.п. 33, 34, 35 Типового положения о системе управления охраной труда, утвержденного Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н, с целью организации процедуры управления профессиональными рисками в ООО «Каменскавтодор», исходя из специфики своей деятельности, не реализованы мероприятия по управлению профессиональными рисками, а именно не произведена оценка уровня профессиональных рисков в полном объеме, не обеспечено снижение уровней профессиональных рисков в полном объеме. Таким образом, опасность травмирования работников в результате ДТП, риски повреждения здоровья, а также меры по защите от воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов не идентифицированы, риски наступления этой опасности не рассчитаны, не управляются и не доведены до работников.

Также, в нарушение ч. 7 ст. 213 Трудового кодекса РФ, водитель ООО «Каменскавтодор» ФИО11 допущен к исполнению трудовых обязанностей (в том числе ДД.ММ.ГГГГ) без прохождения обязательного психиатрического освидетельствования.

Согласно п. 9 Акта № от ДД.ММ.ГГГГ, разделу 5 Акта о расследовании группового несчастного случая, причинами несчастного случая, являются:

1. Нарушение правил дорожного движения, выраженное в наезде водителем сторонней организации на стоящее транспортное средство ООО «Каменскавтодор», повлекшее причинение тяжкого вреда здоровью людей и смерть человека, предусмотренное ч. 3 ст. 264 УК РФ,

2. Неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в отсутствии мероприятий по управлению профессиональными рисками, а именно опасность травмирования работников в результате ДТП, риски повреждения здоровья, а также меры по защите от воздействия вредных и (или опасных) производственных факторов не идентифицированы, риски наступления этой опасности не рассчитаны, не управляются и не доведены до работников, чем нарушены требования ст. 209, ст. 211, ст. 212, ст. 219 Трудового Кодекса РФ, п. 33, п. 34, п. 35 Типового положения о системе управления охраной труда, утвержденного Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н.

В разделе 10 Акта № от ДД.ММ.ГГГГ, разделу 6 Акта о расследовании группового несчастного случая, дано заключение о лицах, допустивших нарушение требований охраны труда:

1. ФИО4 – водитель, нарушивший ПДД РФ, выраженное в наезде на стоящее транспортное средство ООО «Каменскавтодор», повлекшее причинение тяжкого вреда здоровью людей и смерть человека;

2. ФИО13 – директор ООО «Каменскавтодор» - не обеспечила наличие мероприятий по управлению профессиональными рисками, а именно опасность травмирования работников в результате ДТП, риски повреждения здоровья, а также меры по защите от воздействия вредных и (или опасных) производственных факторов не идентифицированы, риски наступления этой опасности не рассчитаны, не управляются и не доведены до работников, чем нарушены требования ст. 209, ст. 211, ст. 212, ст. 219 Трудового Кодекса РФ, п. 33, п. 34, п. 35 Типового положения о системе управления охраной труда, утвержденного Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н.

Разделом 7 Акта о расследовании группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая со смертельным исходом) от ДД.ММ.ГГГГ комиссией несчастный случай квалифицирован как связанный с производством, поскольку нахождение пострадавших на месте несчастного случая обусловлено выполнением работ в интересах работодателя.

В разделе 11 Акта № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве, в мероприятиях по устранению причин несчастного случая указано, в том числе, на необходимость разработать и обеспечить функционирование мероприятий по управлению профессиональными рисками, рассчитать и оценить уровни профессиональных рисков в полном объеме.

Также из материалов дела следует, что приговором Каменского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ водитель ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 264 ч. 5 УК РФ и ему назначено уголовное наказание. Данный приговор вступил в законную силу.

Согласно указанному приговору суда, ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ около 08 часов 50 минут, управляя технически исправным автомобилем 2834 NE, государственный регистрационный знак <***> регион, двигаясь по участку автомобильной дороги М-4 «Дон» 904 км. + 735 м. по направлению движения от <адрес> в сторону <адрес> на территории <адрес>, в нарушение п.п. 1.3, 1.5 абз. 1, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения РФ (далее ПДД РФ), будучи обязанным знать и соблюдать относящиеся к нему требования ПДД РФ, не убедился, что своими действиями не причинит вреда, что скорость движения обеспечивает ему возможность постоянного контроля над движением своего транспортного средства для выполнения требований ПДД РФ и позволяет правильно оценить меняющуюся дорожную обстановку, проявил преступную небрежность, выразившуюся в невнимательности к управлению транспортным средством, являющимся источником повышенной опасности, не учел возможного наступления общественно опасных последствий, хотя мог и обязан был их предвидеть, не выбрал необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения, при обнаружении опасности не принял мер к снижению скорости вплоть до полной остановки транспортного средства, допустил наезд на стоящий частично на проезжей части и частично на обочине автомобиль ГАЗ 22171, государственный регистрационный знак <***> регион, водитель которого - ФИО15 совершил вынужденную остановку транспортного средства, включив аварийную световую сигнализацию, а так же допустил наезд на пешеходов ФИО9, ФИО1, ФИО11, находящихся около автомобиля. В результате дорожно-транспортного происшествия пешеход ФИО9 от полученных телесных повреждений скончался на месте происшествия. Пешеход ФИО1 согласно заключению эксперта получил следующие телесные повреждения: закрытую черепно-мозговую травму; сотрясение головного мозга; закрытую травму грудной клетки: перелом правой ключицы в средней трети со смещением по ширине, переломы 1, 2, 3, 4 ребер слева и справа, перелом 12 грудного позвонка, ушибы обоих легких, двухсторонний гемопневмоторакс, перелом зуба 2 шейного позвонка, обширные ссадины спины. Данные повреждения в совокупности квалифицируются как тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственную угрозу для жизни.

Согласно справке МСЭ-2017 №, истцу установлена третья группа инвалидности, причина инвалидности - трудовое увечье, степень утраты профессиональной трудоспособности - 40%. Истцу разработана индивидуальная программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

К числу прав человека Конституцией Российской Федерации отнесены, в том числе, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (абзац первый статьи 151 Гражданского кодекса РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (абзацы первый и второй пункта 2 названного постановления).

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Законодатель, закрепив в статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации общий принцип компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении оснований такой компенсации. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда связана с посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно пункту 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статья 1101 Гражданского кодекса РФ предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2).

Согласно ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса РФ, работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса РФ).

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса РФ).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, работник имеет право на безопасный труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

Как указано, согласно п. 9 Акта № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве, причинами несчастного случая, являются, в том числе, неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в отсутствии мероприятий по управлению профессиональными рисками, а именно опасность травмирования работников в результате ДТП, риски повреждения здоровья, а также меры по защите от воздействия вредных и (или опасных) производственных факторов не идентифицированы, риски наступления этой опасности не рассчитаны, не управляются и не доведены до работников, чем нарушены требования ст. 209, ст. 211, ст. 212, ст. 219 Трудового Кодекса РФ, п. 33, п. 34, п. 35 Типового положения о системе управления охраной труда, утвержденного Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н.

В пункте 10 указанного Акта, дано заключение о лицах, допустивших нарушения требований охраны труда, - в том числе ФИО13 – директор ООО «Каменскавтодор» - не обеспечила наличие мероприятий по управлению профессиональными рисками.

Согласно ст. 209 Трудового кодекса РФ, охрана труда - система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Профессиональный риск - вероятность причинения вреда здоровью в результате воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов при исполнении работником обязанностей по трудовому договору или в иных случаях, установленных настоящим Кодексом, другими федеральными законами.

Управление профессиональными рисками - комплекс взаимосвязанных мероприятий, являющихся элементами системы управления охраной труда и включающих в себя меры по выявлению, оценке и снижению уровней профессиональных рисков.

Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 19 августа 2016 года № 438н утверждено Типовое положение о системе управления охраной труда.

Согласно п. 39 указанного Типового положения о системе управления охраной труда, к мерам по исключению или снижению уровней профессиональных рисков относятся: а) исключение опасной работы (процедуры); б) замена опасной работы (процедуры) менее опасной; в) реализация инженерных (технических) методов ограничения риска воздействия опасностей на работников; г) реализация административных методов ограничения времени воздействия опасностей на работников; д) использование средств индивидуальной защиты; е) страхование профессионального риска.

Таким образом, неудовлетворительная организация ООО «Каменскавтодор» производства работ, выразившаяся в отсутствии мероприятий по управлению профессиональными рисками, в том числе, в отношении должности дорожного рабочего ФИО14, свидетельствует о нарушении ООО «Каменскавтодор» прямо предусмотренных трудовым законодательством мер по охране труда данного работника.

Доводы представителя ответчика о том, что отсутствие управления профессиональными рисками на предприятии не находится в прямой причинно-следственной связи с травмированием ФИО1, сами по себе не свидетельствуют о том, что работодателем были приняты все возможные меры по охране труда ФИО1, включая управление профессиональными рисками.

Как указано, согласно п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Однако, доказательств того, что работодателем принимались меры по исключению или снижению уровней профессиональных рисков по должности истца ФИО1, в том числе в виде исключения опасной работы (процедуры), замены опасной работы (процедуры) менее опасной, реализации инженерных (технических) методов ограничения риска воздействия опасностей на работников, реализации административных методов ограничения времени воздействия опасностей на работников, суду не предоставлено.

Согласно п. 38 указанного Типового положения о системе управления охраной труда, эффективность разработанных мер по управлению профессиональными рисками должна постоянно оцениваться.

Как указано, несчастный случай квалифицирован как связанный с производством, наезд на дорожного рабочего ФИО1 произошел в его рабочее время, при исполнении трудовых обязанностей и на его рабочем месте (в пути следования к рабочему месту), в качестве причины, вызвавшей несчастный случай, указано, в том числе на неудовлетворительную организацию производства работ, выразившуюся в отсутствии мероприятий по управлению профессиональными рисками, в заключении о лицах, ответственных за допущенные нарушения законодательства, указано, в том числе, на директора ООО «Каменскавтодор» как не обеспечившего наличие мероприятий по управлению профессиональными рисками, что свидетельствует о том, что работодателем не приняты все возможные меры по охране труда работника.

Установление приговором суда вины водителя ФИО4 в нарушении правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью ФИО1, само по себе не свидетельствует о том, что работодателем были выполнены нормы трудового законодательства по полному обеспечению безопасных условий и охраны труда работников.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса РФ истец ФИО17 имеет право на компенсацию морального вреда в связи с нарушением работодателем его трудовых прав на безопасный труд и охрану труда.

С учетом конкретных обстоятельств дела, характера причиненных истцу ФИО1 физических и нравственных страданий, испытание истцом физической боли при получении травмы и последующем лечении, степени утраты профессиональной трудоспособности, степени вины работодателя в нарушении требований охраны труда, учитывая возраст истца, нарушения сложившегося образа жизни, с учетом требований разумности и справедливости, индивидуальных особенностей потерпевшего, суд полагает необходимым удовлетворить требования истца ФИО1 частично и взыскать с ответчика ООО «Каменскавтодор» в пользу ФИО1 денежную компенсацию в возмещение причиненного морального вреда в сумме 150000 рублей.

Суд считает, что именно такая денежная компенсация в возмещение морального вреда с учетом фактических обстоятельств по делу позволит компенсировать причиненный истцу действиями работодателя моральный вред.

При определении суммы компенсации морального вреда суд также учитывает, что приговором Каменского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ частично удовлетворен гражданский иск ФИО1 к водителю ФИО4 о компенсации морального вреда, взыскано с подсудимого в его пользу в счет компенсации морального вреда 400000 рублей.

На основании изложенного, суд считает, что с ООО «Каменскавтодор» подлежит взысканию в пользу истца ФИО1 денежная компенсация в возмещение причиненного морального вреда в размере 150000 рублей.

Истцом также заявлены требования о взыскании с ответчика расходов на лечение в сумме 11043 рубля 80 копеек.

Согласно ст. 1085 Гражданского кодекса РФ, при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В соответствии со ст. 1079 Гражданского кодекса РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Как указано, приговором Каменского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ установлена вина водителя ФИО4 в нарушении Правил дорожного движения РФ при управлении источником повышенной опасности – транспортным средством, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью ФИО1

Таким образом, суд считает, что оснований для возложения гражданско-правовой ответственности по возмещению расходов на лечение на ответчика ООО «Каменскавтодор» не имеется, так как установлена вина лица, управляющего источником повышенной опасности, в причинении тяжкого вреда здоровью истца.

Истцом также заявлены требования о возмещении судебных расходов на представителя в сумме 30000 рублей.

Согласно ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 оплатил услуги представителя – ФИО2 в сумме 30000 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру от ДД.ММ.ГГГГ, соглашением об оказании юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ года

Как указал Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Учитывая требования закона, фактический объем оказанных представителем истца ФИО1 – ФИО2 услуг, принцип разумности расходов, характер спорного правоотношения, конкретный объем работы представителя в судебных заседаниях при рассмотрении дела, продолжительность судебных заседаний, исходя из принципа соблюдения баланса интересов лиц, участвующих в деле, и соотношения судебных расходов с объемом защищаемого права, судья считает, что сумма оплаты услуг представителя истца - ФИО2 в размере 20000 рублей будет являться разумной и соответствовать конкретным обстоятельствам дела. Суд считает, что заявленный истцом размер расходов на представителя в сумме 30000 рублей, с учетом объема работ по подготовке искового заявления и объема работы представителя в судебном заседании при рассмотрении дела, является завышенным и не соответствует принципам разумности.

Из материалов дела следует, что истцом при подаче иска оплачена государственная пошлина в сумме 300 рублей. В связи с этим, на основании ст. 98 ГПК РФ с ответчика ООО «Каменскавтодор» в пользу истца подлежит взысканию оплаченная при подаче иска государственная пошлина.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ООО «Каменскавтодор» о компенсации морального вреда, взыскании расходов на лечение, - удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Каменскавтодор» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 150000 рублей, расходы на представителя в сумме 20000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 о компенсации морального вреда, взыскании расходов на лечение - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Ростовского областного суда через Каменский районный суд <адрес> в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ.

Судья: