Решение № 2-2515/2018 2-2515/2018~М-1498/2018 М-1498/2018 от 26 июня 2018 г. по делу № 2-2515/2018

...


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

27 июня 2018 года город Оренбург

Ленинский районный суд города Оренбурга

в составе председательствующего судьи Перовских И.Н.,

при секретаре судебного заседания Набиевой А.Е.,

с участием представителя истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения

и по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании договора цессии недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения, указав в обоснование иска, что за период с 26.12.2016 г. по 26.06.2017 г. на расчетный счет ФИО3 ей были перечислены денежные средства в общем размере 166000 руб. в счет погашения долга по договору займа, заключенному между ней и сыном ответчика ФИО4 Однако, 11.01.2018 г. ФИО4 передал право требования долга в полном объем по договору цессии ФИО5, который взыскал в суде указанную сумму в полном объеме. Считает, что действия по предоставлению ей расчетного счета ФИО3 целенаправленно осуществлялись с целью получения выгоды. Каких-либо договорных отношений с ответчиком у нее не имеется.

Просила взыскать с ФИО3 сумму неосновательного обогащения в размере 166000 руб., проценты за пользование денежными средствами в размере 15042,47 руб.

В последствии, уточнила исковые требования, просила дополнительно взыскать с ответчика расходы по оплате госпошлины.

Определением суда от 28.05.2018 г. гражданское дело объединено с гражданским делом по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 о признании договора цессии недействительным для совместного рассмотрения и разрешения.

С исковым заявлением о признании договора цессии недействительным ФИО2 обратилась в суд к ответчику ФИО6 Г.С, указав что 01.09.2015 г. она взяла в долг у ФИО4 денежную сумму в размере ..., о чем составлена расписка. Какого-либо договора с ФИО3 она не заключала, кроме того, считает договор цессии незаключенным, поскольку не была уведомлена в установленный срок о переуступке прав.

Просила признать договор уступки прав (цессии) от 01.12.2016 г. недействительным (ничтожным).

По данному требованию на основании определения суда в качестве ответчика судом привлечен ФИО4

Впоследствии истец исковые требования в части признания договора уступки прав (цессии) недействительным уточнила, ссылаясь на мнимость сделки, совершенной лишь для вида, без намерения создать правовые последствия, так как впервые узнала о договоре в марте 2018 г.

Истец ФИО2, ответчики ФИО3 и ФИО4 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Судом вынесено определение о рассмотрении дела в их отсутствие на основании ст. 167 ГПК РФ.

Представитель истца ФИО1, действующий на основании доверенности от 28.04.2018 г., в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении в письменном виде.

Выслушав объяснения и доводы представителя истца, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе и вследствие неосновательного обогащения.

В силу п. 1, п.2 ст. 307 ГК РФ, в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

По смыслу норм ст. 1102 ГК РФ, права, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение имущества за счет другого лица и отсутствие правовых оснований неосновательного обогащения, а именно: приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке.

Для удовлетворения требований о взыскании неосновательного обогащения необходимо установить факт неосновательного обогащения в виде приобретения или сбережения ответчиком чужого имущества, отсутствие оснований, дающих приобретателю право на получение имущества потерпевшего (договоры, сделки и иные основания, предусмотренные статьей 8 Гражданского кодекса российской Федерации).

В силу положений ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из характера данных правоотношений, бремя доказывания распределяется следующим образом, - истец должен доказать обстоятельства возникновения у ответчика обязательств долгового характера, а ответчик, в свою очередь, должен доказать, что приобрел денежные средства или имущество основательно (в силу закона или сделки), либо доказать направленность воли потерпевшего на передачу имущества в дар или предоставления его с целью благотворительности (статья 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что 01.09.2015 г. ФИО2 взяла в долг у ФИО4 денежную сумму в размере ... обязалась вернуть через 2 месяца с уплатой ... ежемесячно, о чем составлена расписка, подпись в которой истица не оспаривала.

В период с 26.12.2016 г. по 26.06.2017 г. ФИО2 перечислено на расчетный счет ФИО3, открытый в ПАО Сбербанк, ... в том числе: 26.12.2016 г. – ... 07.02.2017 г. – ... 21.02.2017 г. – ... 03.03.2017 г. – ... 07.03.2017 г. – ... 06.04.2017 г. – ... 29.05.2017 г. – ... 02.06.2017 г. – ...., 09.06.2017 г. – ... 26.06.2017 г. – ... что подтверждается приобщенными копиями чеков по операциям Сбербанк онлайн, факт перечисления денежных средств лицами, участвующими в деле не оспаривался.

Кроме того, приобщенная к материалам переписка в социальной сети между ФИО2 и ФИО4, свидетельствует о намерении истицы погасить имеющуюся задолженность перед ФИО4 именно на счет банковской карты ФИО3

Норма статьи 1102 ГК РФ предусматривает взыскание неосновательно приобретенного имущества исключительно в отсутствие сделки, либо признании ее судом недействительной.

При разрешении спора, истцом в судебном заседании не представлено доказательств, свидетельствующих о незаконном получении денежных средств от истицы, в то время как ФИО3, а также ФИО4 представлены доказательства, подтверждающие наличие оснований для такого получения денежных средств, следовательно, все полученное ФИО3 во исполнение договора займа не является неосновательным обогащением ФИО3

Так, в подтверждение возражений на иск в части взыскания неосновательного обогащения, ответчиками представлен договор уступки прав требований (цессии).

Согласно договора от 01.12.2016 г. ФИО4 заключил с ФИО3 договор уступки прав (цессии) по которому передал последней все права требования к ФИО2 по расписке от 01.09.2015 г. на сумму займа ...

Представленный ФИО2 в подтверждение своих исковых требований о взыскании неосновательного обогащения договор уступки прав Кобзарю А.Е. от 11.01.2018 г. не отвечает требованию о допустимости и относимости доказательств, поскольку подлинник договора суду не представлен, из содержания договора уступки прав (цессии) следует, что были переуступлены права требования по иным обязательствам ФИО2 на иную сумму и по иному договору займа, заключенному 26.01.2015 г. о передаче денежных средств в размере ...

Таким образом, вопреки доводам представителя истца о том, что права по данному договору займа на сумму ... были переуступлены Кобзарю А.Е., доказательств суду не представлено. Передача прав требований по иным обязательствам ФИО7 Кобзарю А.Е., не может свидетельствовать о том, что права требования по договору займа от 01.09.2015 г.

На основании ст. 307 ГК РФ, обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и иных оснований, указанных Кодексе.

Согласно ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

К обязательствам, возникшим из договора, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307 - 419), если иное не предусмотрено правилами настоящей главы и правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в настоящем Кодексе.

В силу ст. 421 ГГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Согласно пункту 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

При наличии спора о заключенности договора суд должен оценивать обстоятельства дела в их взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательств, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной статьей 10 ГК РФ.

Если стороны не согласовали какое-либо условие договора, относящееся к существенным, но затем совместными действиями по исполнению договора и его принятию устранили необходимость согласования такого условия, то договор считается заключенным.

Согласно ст. 382 ГК РФ, право (требование) принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке или перейти к другому лицу на основании закона.

На основании п. 1 ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Суд, оценив собранные по делу доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, пришел к выводу, что между сторонами 01.12.2016 г. был заключен договор уступки прав (цессии), поскольку письменная форма сделки соблюдена, договор подписан обеими сторонами, денежные средства в счет погашения договора перечислялись, сторонами договора цессии данный факт не оспаривается, споров о размере и порядке внесения денежных между сторонами на протяжении всего срока действия не возникало, сам договор цессии его сторонами не оспаривался и недействительным не признавался.

ФИО4 каких либо требований к ФИО2 о взыскании в его пользу задолженности по договору займа, подтверждаемого распиской от 01.09.2015 г. не предъявлял, доказательств, что ФИО5 заявил такие требования, не представлено, равно как и отсутствие обязательств по договору займа от 01.09.2015 г. либо исполнения договора займа со стороны ФИО2 надлежащим образом ФИО4 либо ФИО3

Иных доказательств возникновения неосновательного обогащения на стороне ответчика ФИО3 за счет денежных средств истца, суду не представлено, в то время как ответчиками представлены доказательства получения денежных средств во исполнение договора займа и на основании договора цессии.

Доводы ФИО2 о том, что она не была уведомлена о состоявшейся уступке прав требований, суд считает не обоснованными, поскольку представленная самим истцом ФИО2 переписка с ФИО4 свидетельствует об обратном. Так ФИО2 сама неоднократно спрашивала счет банковской карты ФИО3 для перевода денежных средств, после чего сообщала, что денежные средства на карту перевела. Распечаткой о переводах денежных средств и суммах произведенных банковских операций, а также чеками по операции Сбербанк онлайн, представленных истцом в подтверждение неосновательного обогащения следует, что денежные средства ею переводились в сроках и размерах, указанных в переписке и на счет карты получателя «ФИО8 Семеновна Х».

Суд критически относится к доводам представителя истца о том, что ФИО2 не знала о том, что денежные средства ею перечисляются на счет карты ответчика ФИО3, поскольку самой истицей в качестве доказательств представлена ее переписка с ФИО4, в которой ей ФИО4 сообщил счет карты ФИО3 с указанием имени и отчества владельца карты, а совершая каждый платеж посредством перечислений в Сбербанк онлайн, ФИО2 также получала информацию о получателе переводимых денежных средств в онлайн-режиме, причем, до совершения платежа.

Разрешая требования о признании договора цессии недействительным и ходатайства истца о признании указанного договора подложным доказательством, судом учитывается следующее.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Согласно пункту 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу п. 1 ст. 388 ГК РФ уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Несоответствие оспариваемой сделки требованиям закона или иных правовых актов по делу не установлено.

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Доказательства, с бесспорностью подтверждающие обстоятельства ничтожности мнимости заключенного между ответчиками договора цессии - без намерения уступить право требования кредитора по договору займа и с целью получения ФИО3 неосновательного обогащения, стороной истца в нарушении статей 56, 12 части 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлены, доводы истца основаны на предположениях и обусловлены нежеланием самой истицы исполнять принятые на себя обязательства по договору от 01.09.2015 г. по возврату займа.

Совокупность установленных по делу обстоятельств не свидетельствует о мнимости оспариваемого договора и совершении сделки лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, поскольку во исполнения договора цессии ФИО4 были предоставлены ФИО2 необходимые реквизиты карты для возврата долга ФИО3, кроме того, направлено письменное уведомление о состоявшейся уступке прав (требований).

Поскольку договор уступки права требования (цессия) является основанием перемены лиц в обязательстве, а именно кредитора, и не влечет прекращения обязательств должника, неисполненные обязательства ФИО2 по договору займа от 01.09.2015 года остались в силе с той лишь разницей, что новым кредитором по ним выступила ФИО3

Факт злоупотребления ответчиками своими правами при заключении оспариваемого договора не нашел своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Доводы стороны истца о том, что оспариваемая сделка является мнимой в силу ст. 170 ГК РФ, поскольку является безденежной, договор уступки составлен и подписан не в указанный в договоре срок, что могло быть подтверждено судебной технической экспертизой по выяснению давности составления документа, не являются основанием для отказа в иске, поскольку опровергаются совокупностью иных доказательств, собранных по делу, в том числе отсутствием у сторон договора цессии претензий по оплате за уступаемое право, о порядке его исполнения. Вместе с тем, дата изготовления и подписания договора цессии не является значимым для данного спора обстоятельством, поскольку договор цессии Х-вы не оспаривали, факт его заключения и подписания подтвердили и сами представили в подтверждение возникновения их прав и обязательств по переуступке прав требований по договору займа.

Таким образом, судом установлено, что сделка уступки права требования (цессии), заключена сторонами без нарушения требований гражданского законодательства, соответствует по своему содержанию статьям 382 - 384, 388 - 390 ГК РФ, и каких-либо прав истца не нарушает, доказательств несоответствия данной сделки закону истец в порядке ст. 56 ГПК РФ не представил.

Не могут быть приняты во внимание доводы истца, о том, что договор уступки прав требований от 01.12.2016 г., заключенный между ФИО4 и ФИО3 следует рассматривать как фиктивный и подложный, поскольку стороны вправе самостоятельно заключать договора на добровольной основе. При этом, письменная форма договора соблюдена, договор согласован и подписан сторонами, подписи не оспаривались.

Факт передачи ФИО2 во исполнение заемных обязательств части денежных средств наличными ФИО4 не свидетельствует о мнимости и недействительности договора цессии, поскольку из пояснений сторон следует, что между ФИО2 и ФИО4 имелись и иные обязательства по другим договорам займа, а факт перечисления денежных средств ФИО3 и передачи денежных средств наличными ФИО4 свидетельствует о том, что ФИО2 возвращаемые денежные средства распределяла соответственно имеющимся обязательствам.

В силу указаний Пленума ВС РФ от 21.12.2017 г. № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 ГК РФ о перемене лиц в обязательстве на основании сделки, если уведомление об уступке направлено должнику новым кредитором, то должник согласно абзацу второму пункта 1 статьи 385 ГК РФ вправе не исполнять ему обязательство до получения подтверждения от первоначального кредитора. При непредставлении такого подтверждения в течение разумного срока должник вправе исполнить обязательство первоначальному кредитору. При получении уведомления, направленного новым кредитором, об одном или о нескольких последующих переходах требования должник вправе потребовать представления доказательств наличия волеизъявлений каждого предыдущего кредитора на переход требования.

По смыслу статьи 385 ГК РФ уведомление о переходе права должно содержать сведения, позволяющие с достоверностью идентифицировать нового кредитора, определить объем перешедших к нему прав. Если указанных в уведомлении сведений недостаточно для совершения должником исполнения новому кредитору, должник, по общему правилу, вправе исполнить обязательство первоначальному кредитору или приостановить исполнение и потребовать представления соответствующих сведений от первоначального кредитора.

Сообщение о заключении договора, на основании которого уступка требования будет производиться после наступления определенного срока или условия, не может считаться надлежащим уведомлением для целей применения статьи 386 ГК РФ. Вместе с тем должник не вправе в дальнейшем ссылаться на отсутствие уведомления, если из содержания представленного сообщения он с очевидностью мог определить момент перехода права ( п.20, 21).

Сам факт перевода истцом денежных средств на счет ФИО3 свидетельствует об осведомленности ФИО2 о переводе права требования договора займа кредитором, а отсутствие требований по договору займа со стороны ФИО4 в судебном порядке только подтверждает волю Хвостовых на совершение сделки по уступке прав (цессии) и на придания ей последствий, предусмотренных договором.

При таких обстоятельствах оснований для того, чтобы считать договор уступки прав (цессии), условиями которого стороны руководствовались при исполнении обязательства и разногласий в понимании и толковании условий которого между ними не возникало, не заключенным, по указанным ФИО2 основаниям не имеется.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 194 -198 ГПК РФ суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения, исковых требований ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании договора цессии недействительным – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке Оренбургский областной суд через Ленинский районный суд г. Оренбурга в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 16 июля 2018 года.

Судья: ... И.Н.Перовских

...

...

...