Решение № 2-639/2025 2-639/2025~М-629/2025 М-629/2025 от 28 декабря 2025 г. по делу № 2-639/2025

Дело №2-639/2025

48RS0009-01-2025-000833-44


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Данков 15 декабря 2025 года

Данковский городской суд Липецкой области в составе председательствующего судьи Ермолаева А.А.,

при секретаре Душкиной С.И.,

с участием представителей истца (прокурора) Прохорова Н.А., ФИО1, ФИО2,

истца ФИО3,

представителя ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Данковского межрайонного прокурора Липецкой области к Акционерному обществу «Доломит» о взыскании в пользу гражданина компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Данковский межрайонный прокурор Липецкой области в интересах ФИО3 обратился с иском к АО «Доломит» о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указано, что ФИО3 состоял в трудовых отношениях с АО «Доломит», занимал должность «грохотовщика».

28.05.2015 с ФИО3 на работе произошёл несчастный случай, в результате которого ему причинены телесные повреждения, расценивающиеся как причинившие тяжкий вред здоровью (компрессионный перелом тел 7-10 грудных позвонков первой степени, ушиб левого плечевого сустава).

ФИО3 был госпитализирован в ГУЗ «Данковская МРБ».

По результатам расследования несчастного случая установлено, что его основной причиной явилась «неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в отсутствие контроля со стороны непосредственных руководителей за проведением ремонтных работ (работ повышенной опасности), нарушение последовательности выполнения операций, предусмотренных технологической картой № при установке «большой» плиты, что привело к ее обрушению, чем нарушены требования ст.ст.22, 212 ТК РФ, п.2.3.4.2 Должностной инструкции механика Бигильдинского рудника, п.п.2.3.1.2, 2.3.1.4, 2.3.1.5, 2.3.4.2 Должностной инструкции мастера по ремонту оборудования Бигильдинского рудника; п.5.2.1 Положения о системе управления промышленной безопасностью и охраны труда в ОАО «Доломит» (П001686861-12-22-2014).

В результате получения телесных повреждений ФИО3 испытывал физические и нравственные страдания, выразившиеся в ощущении физической боли, ухудшении состояния здоровья, появившихся переживаниях по поводу полученной травмы, длительного нахождения на лечении, своего тяжелого финансового положения и невозможности в дельнейшем осуществлять трудовую деятельность.

Согласно сведениям ФКУ «ГБ МСЭ по Липецкой области» Министерства труда и социальной защиты РФ в отношении ФИО3 с 18.05.2016 установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве от 28.05.2015.

В связи с чем, Данковский межрайонный прокурор в интересах ФИО3 обратился с иском к АО «Доломит» о взыскании компенсации морального вреда в размере 250 000 рублей.

В письменных возражениях на заявленные требования ответчиком исковые требования не признаны. Указано, что после произошедшего несчастного случая согласно приказу от 20.06.2016 № ФИО3 произведена выплата компенсации морального вреда в размере 59664,29 рубля.

В связи с чем, полагает, что истец ФИО3 в порядке, установленном коллективным договором, реализовал право на получение компенсации морального вреда.

Кроме того, работодателем произведены следующие добровольные выплаты в связи с несчастным случаем на производстве:

- оплата за получение ФИО3 платных медицинских услуг в размере 2100 рублей,

- выплата в сумме 25 000 рублей.

Данный факт подтверждается заявлением пострадавшего и платежными документами.

В связи с чем, истец получил компенсацию морального вреда на общую сумму 88864,29 рубля.

Таким образом, стороны трудовых отношений, исходя из условий коллективного договора, пришли к соглашению о компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, и определили размер такой компенсации, что соответствует правовому регулированию возмещения морального вреда работнику, установленному как нормами Трудового кодекса Российской Федерации, так и коллективным договором, являющимся правовым актом, действие которого распространяется на всех работников АО «Доломит».

При этом, в силу требований законодательства суд обязан самостоятельно (без учета положений коллективного договора) определить размер компенсации лишь при наличии спора о ее (компенсации) размере между работником и предприятием.

Подобного спора, как полагает ответчик, не имеется, что следует из содержания искового заявления.

Повторная же выплата компенсации морального вреда положениями законодательства не предусмотрена.

Кроме того, указано, что в нарушение ст.56 ГПК РФ истцом не представлено доказательств обоснования заявленного размера компенсации морального вреда.

В связи с чем, ответчик полагает, что АО «Доломит» выполнило свои обязательства перед бывшим работников ФИО3, а потому предъявленные требования удовлетворению не подлежат.

При этом, в случае, если суд примет решение о выплате ФИО3 компенсации морального вреда, ответчик просит учесть следующее:

- с учетом уровня инфляции размер компенсации, эквивалентной сумме 59664,29 рубля в 2016 году на 2025 год составит 103696,54 рублей, а с иными произведенными выплатами (59664,29+25 000+2100) =150 622,54 рублей;

- АО «Доломит» не располагает собственными свободными денежными средствами и вынуждено привлекать заемные средства под 12,75% годовых.

В судебном заседании процессуальный истец (представители) Прохоров Н.А., ФИО1 и ФИО2 исковые требования поддержали, ссылаясь на доводы искового заявления и пояснили, что ФИО3 в результате ненадлежащим образом организованной охраны труда причинён тяжкий вред здоровью, в отношении него установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности. В последствии ФИО3 был вынужден уволиться в связи с невозможностью продолжения работать в занимаемой должности. После увольнения истец продолжает систематически испытывать физическую боль, обращается в медицинские учреждения, получает медикаментозное лечение.

Факт выплаты ФИО3 компенсации морального вреда на основании положений заключенного коллективного договора прокурором не оспаривается. Вместе с тем, поскольку компенсация не может быть направлена на возмещение нравственных и физических страданий истца в будущем, а после получения травмы истец продолжает испытывать физическую боль и получать лечение, прокурор просит взыскать в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей.

Истец ФИО3 исковые требования прокурора поддержал в полном объеме и пояснил, что в 2015 году он занимал в АО «Доломит» должность «грохотовщика». Его рабочий день с 08.00 до 17.00 часов.

Вместе с тем, 28.05.2015 он и его бригада были оставлены после работы для установки плиты. Был ли об этом приказ, и давал ли он письменное согласие - он не помнит.

При установке плиты он не знал, что не стояли тяги. Во время установки на него упала плита весом больше 1 тонны. Данная плита его сдавила, и он полагал, что не выживет.

Вместе с тем, плиту смогли быстро поднять, но в результате сдавления он получил переломы 7-9 грудных позвонков 1 степени.

После получения травмы он 1,5 месяца он лежал на кровати, т.к. ему нельзя было двигаться. После этого примерно 1 год он находился на больничном. Насколько он помнит, каких – либо компенсационных выплат он не получал и в этот период не мог содержать свою семью. Он испытывал физическую боль и отчаяние от своего состояния. Он не знал сможет ли вообще самостоятельно ходить.

После выхода с больничного он не смог продолжать работать в силу состояния своего здоровья и был вынужден уволиться. Он утратил 30% профессиональной трудоспособности. Работал на различных работах. Вместе с тем, до настоящего времени систематически испытывает физическую боль, вынужден обращаться в медицинские учреждения, получать медикаментозное лечение.

Он не оспаривает (за давностью событий) факт обращения с заявлением о выплате компенсации морального вреда, факт ее выплаты и правильность размера компенсации, т.к. данных событий он не помнит.

Вместе с тем, после закрытия листа нетрудоспособности и увольнения из АО «Доломит» он систематически испытывает физическую боль, что, по его мнению, является основанием для взыскания компенсации морального вреда.

В настоящее время работает в МУП «Данковский водоканал», получает заработную плату в размере 22 000-25 000 рублей ежемесячно.

Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании исковые требования прокурора не признала. В судебном заседании не оспаривала:

- факт происшествия 28.05.2015 с ФИО3 несчастного случая;

- вид, размер и степень тяжести причиненных ФИО3 телесный повреждений;

- результаты расследования несчастного случая, установившие наличие вины в произошедшем со стороны сотрудников АО «Доломит»;

- факты обращения ФИО3 в медицинские учреждения с жалобами на последствия произошедшего несчастного случая.

Вместе с тем, указала, что в 2015 году (в период несчастного случая) на предприятии имелся коллективный договор, положениями которого определялся размер компенсации морального вреда.

Согласно положениям указанного договора ФИО3 в 2016 году обратился с заявлением о выплате компенсации. После этого сотрудниками ответчика был осуществлен расчет размера компенсации и денежные средства были выплачены 22.06.2016 истцу в размере 59 624,29 рубля.

Помимо этого ФИО3 11.06.2015 произвели выплату в размере 25 000 рублей из фонда генерального директора предприятия. Данные выплаты оформили как премию «за производственные достижения». Были и иные выплаты. Всего ФИО3 выплатили денежные средства примерно 90 000 рублей.

В связи с чем, полагает, что моральный вред был возмещен предприятием в полном объеме.

Размер компенсации морального вреда, определенный прокурором и истцом считает завышенным и необоснованным.

Сведений об ознакомлении ФИО3 с приказом о выплате ему компенсации морального вреда суду представить не может.

Выслушав объяснения участников судебного разбирательства, исследовав материалы дела, суд считает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (ч.2 ст.7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч.2 ст.37), каждый имеет право на охрану здоровья (ч.2 ст.41), каждому гарантируется право на судебную защиту (ч.1 ст.46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

В соответствии с ч.2 ст.22 ТК РФ работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абз.14 ч.1 ст.21 ТК РФ).

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24.07.1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абз.2 п.3 ст.8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В силу ст.3 Федерального закона №125-ФЗ:

- несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть;

- профессиональная трудоспособность - способность человека к выполнению работы определенной квалификации, объема и качества;

- степень утраты профессиональной трудоспособности - выраженное в процентах стойкое снижение способности застрахованного осуществлять профессиональную деятельность до наступления страхового случая.

Частью 1 ст.209 ТК РФ определено, что охрана труда - это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально - экономические, организационно - технические, санитарно - гигиенические, лечебно - профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Безопасные условия труда - это условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни их воздействия не превышают установленных нормативов (ч.5 ст.209 ТК РФ).

Согласно абз.2 ч.1 ст.210 ТК РФ обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст.237 ТК РФ, согласно требованиям которой (а также разъяснениям, приведенным в п.63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации») моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 ст.2 ГК РФ установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 ст.150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу п.1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл.59 (ст.ст.1064 - 1101 ГК РФ) и ст.151 ГК РФ.

Согласно п.п.1, 2 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п.2 ст.1101 ГК РФ).

В п.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.

В п.14 того же постановления разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно - следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (п.1 ст.1099 и п.1 ст.1101 ГК РФ).

В пункте 25 того же постановления разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст.ст.151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом, соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Согласно п.46 постановления ПВС РФ №33 работник в силу ст.237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.(п.47)

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Из изложенного следует, что работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве, как непосредственно к работодателю, так и в суд.

В случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника. При этом, положения отраслевых соглашений и коллективных договоров, предусматривающие выплату компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности, означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО3 состоял в трудовых отношениях с АО «Доломит», занимая должность «грохотовщика».

28.05.2015 примерно в 19.30 бригада по ремонту щековой дробилки в составе шести человек (машинист крана ФИО7, стропальщик ФИО8, сигнальщик ФИО9, грохотовщик ФИО3. грохотовшик ФИО10. электрогазосварщик ФИО11) приступила к установке «большой» распорной плиты с применением подъемного сооружения. Распорная плита устанавливалась под наклоном в посадочные места между шатуном и подвижной щекой дробилки. Грохотовщики ФИО3 и ФИО8 находились в разгрузочной воронке под дробилкой на ленточном конвейере.

ФИО3 и ФИО8 установили «большую» распорную плиту в посадочные места шатуна и подвижной щеки.

После отцепления строп от плиты, подъема строп и высвобождения их из технологических проемов, находящихся на плите, распорная плита выпала из посадочных мест и травмировала ФИО8 и ФИО3

Согласно акту № от 01.07.2015 о несчастном случае на производстве в отношении ФИО3 (согласован руководством АО «Доломит» 03.07.2015):

- причиной несчастного случая определена неудовлетворительная организация производства работ, в том числе, в вопросе безопасности;

- лицами, допустившими нарушения признаны: начальник Бигильдинского рудника ФИО12, и.о. механика Бигильдинского рудника ФИО13 и и.о. мастера по ремонту оборудования ФИО14

В соответствии с заключением СМЭ Лебедянского МСМО ГУЗ «ЛОБСМЭ» № от 20.08.2015 ФИО3 причинены телесные повреждения в виде закрытой тупой травмы грудной клетки, закрытых компрессионных переломов 7-9 грудных позвонков 1 степени, ушиба плечевого сустава. Указанные телесные повреждения квалифицированы как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Согласно исследовательской части заключения ФИО3 находился на стационарном лечении с 28.05.2015 по 08.07.2015.

27.05.2016 решением бюро МСЭ №5 ФКУ «ГБ МСЭ по Липецкой области» в отношении ФИО3 определено 30% утраты профессиональной трудоспособности как последствия травмы на производстве от 28.05.2015.

01.12.2020 решением бюро МСЭ ФКУ «ГБ МСЭ по Липецкой области» в отношении ФИО3 определено «бессрочно» 30% утраты профессиональной трудоспособности как последствия травмы на производстве от 28.05.2015.

Пунктом 9.13 коллективного договора ОАО «Доломит» от 05.09.2013 установлен (на дату произошедшего несчастного случая) порядок определения размера и выплаты работодателем компенсации морального вреда работнику.

В соответствии с положениями договора и, как следует из представленных ответчиком документов, что не оспаривалось истцом, 16.06.2016 ФИО3 обратился к работодателю с заявлением о выплате компенсации морального вреда.

Приказом № от 20.06.2016 ФИО3 определено выплатить компенсацию морального вреда в размере 59664,29 рубля исходя из порядка определения компенсации, установленного коллективным договором.

Факт выплаты указанной компенсации истцом не оспорен.

Вместе с тем, согласно медицинским данным в результате несчастного случая на производстве ФИО3 был установлен диагноз: «Компрессионный перелом тел 7, 8, 9, 10 грудных позвонков первой степени».

Последствиями компрессионных переломов тел позвонков (согласно сведениям медицинских документов) явились дегенеративно - дистрофические изменения грудного и поясничного отделов позвоночника, грыжи дисков тел 6-10 позвонков, спондилез, спондилоартроз, посттравматическая торакалгия, корешковый синдром слева, стойкий болевой, мышечно - тонический синдром, рецидивирующее течение.

По пояснениям истца ФИО3, что не оспоренным стороной ответчика, по сведениям ГУЗ «Данковская ЦРБ» ФИО3 после получения травмы систематически обращался в ГУЗ «Данковская ЦРБ» с жалобами на состояние, являющееся последствием полученной травмы.

Так, обращения имели место: 13.10.2021, 27.10.2021, 04.04.2022, 07.04.2022, 04.10.2022, 06.10.2022.

При обращении врачами зафиксированы жалобы ФИО3 на головные боли, головокружение, шум в ушах, снижение памяти, нарушение сна, затруднение ходьбы, онемение ног, боли нижних конечностей и боли в грудном отделе.

В соответствии со сведениями амбулаторного осмотра и указанным выписках диагнозе, состояние ФИО3 и болевые ощущения определены именно как последствия перенесенной в 2015 году травмы.

В связи с чем, из пояснений стороны истца и представленных медицинских документов судом бесспорно установлено, что в результате ненадлежащим образом организованной ответчиком охраны труда на производстве истцом ФИО3 получена производственная травма, последствия которой в виде болевого синдрома, нарушения состояния здоровья и изменения физического состояния претерпеваются ФИО3 до настоящего времени.

С учетом требований законодательства вред, причиненный здоровью истца, подлежит возмещению ответчиком, т.к. в судебном заседании ответчиком не приведено доводов о наличии предусмотренных Законом оснований для освобождения от возмещения истцу причиненного вреда.

Доводы стороны ответчика о том, что вред был компенсирован в 2015 году и не может быть компенсирован повторно судом расцениваются как необоснованными, т.к. по своей природе компенсация морального вреда направлена на восстановление нарушенных прав работника (истца).

В связи с чем:

- положения коллективного договора не могут ограничивать право работника на полное возмещение вреда при повреждении здоровья;

- суд при наличии спора (о наличии которого свидетельствует сам факт обращения истца с требованием о взыскании компенсации) определяет размер компенсации с учетом объема нравственных и физических страданий сотрудника, степени вины работодателя и др. обстоятельств;

- коллективным договором, как правило, предусматривается лишь обязательный минимум, который подлежит возмещению в бесспорном порядке, но не обеспечивается полноценная защита прав работника.

В связи с чем, требования стороны истца суд находит обоснованными.

Оценивая доводы сторон о размере компенсации морального вреда, суд учитывает следующее:

- производственная травма получена ФИО3 при выполнении поручений работодателя, не обеспечившего в нарушение ст.209 ТК РФ надлежащие условия охраны труда в целях сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности;

- представленные суду материалы расследования несчастного случая, определяющие лиц, виновных в произошедшем, не оспорены ответчиком ни в 2015 году (после утверждения результатов расследования), ни в судебном заседании при разрешении заявленных ФИО3 требований;

- в результате полученных телесных повреждений, определенных экспертом как причинившие тяжкий вред здоровью, ФИО3 утратил профессиональную трудоспособность на 30%;

- в результате полученных телесных повреждений ФИО3 причинены физические и нравственные страдания, выразившиеся в ощущении физической боли, испытании чувства страха смерти, ухудшении состояния здоровья, длительного нахождения на лечении, испытании чувства отчаяния от невозможности восстановления профессиональной трудоспособности, утраты места работы и дохода, систематическое претерпевание ФИО3 физической боли на протяжении более 10 лет (по сведениям медицинских учреждений) после перенесенной травмы.

Учитывая вышеизложенное, суд признает обоснованными доводы истца о необходимости взыскания с ответчика компенсации морального вреда, оценив указанную истцом сумму компенсации в 250 000 рублей как соответствующую требованиям разумности и справедливости.

Вместе с тем, с учетом отсутствия со стороны истца обоснованных возражений против факта получения в 2016 году выплаты в размере 59 664,29 рубля суд полагает, что выплаченная ответчиком в добровольном порядке сумма в размере 59664 рубля 29 копеек в 2016 году, хотя и не соответствует всему объему причиненного морального вреда в связи с повреждением здоровья и утратой трудоспособности, однако является значительной для периода 2016 года, что способствовало компенсации причиненного вреда.

В связи с чем, суд исходя из конкретных обстоятельств данного дела, с учетом объема и характера причиненных истцу нравственных и физических страданий, степени вины ответчика АО «Доломит», индивидуальных особенностей личности истца, а также требований разумности и справедливости, полагает необходимым определить сумму компенсации в пользу ФИО3 в размере 190 335,71 рублей (250 000 – 59 664,29).

А потому, исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

В силу ч.1 ст.103 ГПК РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов. Исходя из размера удовлетворенных требований, с ответчика в бюджет Данковского муниципального района подлежит взысканию госпошлина в сумме 3 000 рублей.

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст.194-199ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования Данковского межрайонного прокурора Липецкой области к Акционерному обществу «Доломит» о взыскании в пользу гражданина компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Доломит» (ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО3 (ИНН №) денежные средства в размере 190 335 (сто девяносто тысяч триста тридцать пять) рублей 71 копейку в качестве компенсации морального вреда.

В удовлетворении остальной части заявленных требований к АО «Доломит» отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Доломит» в бюджет Данковского муниципального района Липецкой области государственную пошлину в сумме 3000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Липецкий областной суд через Данковский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий А.А.Ермолаев

Мотивированный текст решения составлен 29.12.2025