Решение № 2-534/2021 2-534/2021(2-5576/2020;)~М-4250/2020 2-5576/2020 М-4250/2020 от 14 марта 2021 г. по делу № 2-534/2021

Дело № 2-534/2021 15 марта 2021 года


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красносельский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Ушановой Ю.В.,

при секретаре Гаджиеве С.В.,

с участием:

- представителя истца ФИО1 – ФИО2;

- представителя ответчика ФИО3 – ФИО4;

- третьего лица – ФИО5

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании договора купли-продажи долей в праве собственности на квартиру недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Красносельский районный суд Санкт-Петербурга с названным исковым заявлением к ФИО3, в котором уточнив исковые требований в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, просил:

- признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи доли (415/421) в праве собственности на квартиру от 20 февраля 2012 года по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>

- признать недействительным (ничтожным) договор купли-продажи долей в праве собственности на квартиру от 20 июля 2012 года по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>

- аннулировать записи о государственной регистрации перехода права собственности на долю (415/421) в праве собственности на квартиру по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>: регистрационную запись 78-78-35/085/2012-120 от 28 марта 2012 года и регистрационную запись 78-78-35/099/2012-432 от 17 сентября 2012 года;

- признать за ФИО1 право собственности на квартиру по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>

Обосновывая заявленные требования, истец ссылался на то, что между ним и ФИО5 заключен договор купли-продажи долей в праве собственности на квартиру по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>. Договор зарегистрирован 28 марта 2012 года за номером 78-78-35/085/2012-120. Спустя пять месяцев названная квартира продана между ФИО5 и ФИО3 Вместе с тем, у сторон отсутствовали намерения отчуждать квартиру, договоры были заключены для вида, с целью уклонения истца от выдела доли сыну.

В судебное заседание истец – ФИО1, ответчик – ФИО3 не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом по правилам главы 10 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, об отложении дела не просили, документы об уважительной причине неявки не представили, представление своих интересов доверили представителям, имеющим надлежащим образом удостоверенные полномочия.

Как разъяснено в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2008 года № 13 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции» при неявке в суд лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, вопрос о возможности судебного разбирательства решается с учетом требований статей 167 и 233 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Невыполнение лицами, участвующими в деле обязанности известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин дает суду право рассмотреть дело в их отсутствие.

Неявка в судебное заседание сторон не препятствует рассмотрению дела и в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассматривает дело в их отсутствие.

Выслушав представителя истца, поддержавшего исковые требования, представителя ответчика, возражавшего против требований иску, третьего лица, полагающего, что иск подлежит удовлетворению, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Таким образом, сделки представляют собой действия, соответствующие требованиям законодательства, и направленные на достижение определенного правового результата.

В силу статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с частью 1 статьи 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В соответствии со статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие в Российской Федерации по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, при этом в соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Судом установлено, что 20 февраля 2012 года между истцом и третьим лицом заключен договор купли-продажи долей (415/421) в квартире по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>. Договор зарегистрирован 28 марта 2012 года, регистрационная запись 78-78-35/085/2012-120.

27 августа 2012 года, между ФИО5 и ФИО3 заключен договор купли-продажи долей (415/421) в квартире по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>. Договор зарегистрирован 17 сентября 2012 года, регистрационная запись 78-78-35/099/2012-432.

Оценивая доводы иска, что спорные сделки фактически не исполнялись, имущество и денежные средства по ним не передавались, суд учитывает, представленную в материалы дела расписку от 28 марта 2012 года, из содержания которой следует, что истец получил от третьего лица ФИО5 950 000 рублей за проданную ФИО1 долю 415/421 в спорной квартире.

Также, в материалы дела представлен договор проката индивидуального сейфа от 13 марта 2012 года № 107420, заключенный между индивидуальным предпринимателем ФИО6., с одной стороны, истцом ФИО1 и третьим лицом ФИО5, с другой стороны.

Согласно расписке от 27 августа 2012 года ФИО5 от ФИО3 получены денежные средства в размере 900 000 рублей за продажу 415/421 долей в спорной квартире на основании договора от 27 августа 2012 года.

Суд полагает, что указанные доказательства в своей совокупности подтверждают обстоятельство фактического осуществления расчетов по спорному договору купли-продажи доли в праве собственности на квартиру от 20 февраля 2012 года.

Также оценивая доводы стороны истца, что ФИО3 в спорную квартиру не вселялась и не регистрировалась в ней, суд учитывает, что согласно справке по форме Ф-9, ФИО3 зарегистрирована в спорной квартире по месту жительства с 26 июля 2013 года по настоящее время, и проживала в указанной квартире совместно с истцом, с которым состояла в зарегистрированном браке с 17 января 2014 года по 29 мая 2020 года.

Кроме того, суд принимает во внимание, что решением Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от 16 августа 2012 года по гражданскому делу № 2-1033/2012, которое вступило в законную силу, установлено, что ФИО1 произвел отчуждение 415/421 долей от общей массы квартиры по договору купли-продажи ФИО5 При этом суд отверг доводы истца о том, что сделка имеет мнимый характер.

Оснований полагать, что представленные в материалы дела договоры купли-продажи подразумевают под собой какие-либо иные правоотношения, сложившиеся между сторонами, как на том настаивает истец в исковом заявлении, суд не усматривает.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Утверждая о притворном характере сделки, истец должен представить доказательства, свидетельствующие о том, что при заключении договора купли-продажи подлинная воля сторон была направлена на достижение других правовых последствий, в связи с чем договор купли-продажи прикрывал иную волю сторон.

Такие доказательства, в частности, указывающие на иную цель, преследуемую сторонами при заключении договора, нежели передача и получение квартиры на условиях купли-продажи, суду представлены не были. Сами по себе доводы истца, не подкрепленные какими-либо объективными доказательствами, о притворности договоров купли-продажи не свидетельствуют.

Суд обращает внимание на то, что оспариваемые договоры купли-продажи заключены сторонами лично, их волеизъявление направлено именно на заключение договора купли-продажи указанного в них недвижимого имущества, условия четко сформулированы, денежные средства переданы, переход права собственности зарегистрирован в установленном порядке.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о заключении договора на иных условиях, суду не представлено, в связи с чем, суд приходит к выводу, что оснований для признания сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки не имеется.

Также суд обращает внимание, что реальность договоров купли-продажи подтверждается действиями самого истца, в том числе: подписанием договора купли-продажи, подачей документов на регистрацию сделки, заключению договора проката индивидуального сейфа, которые истцом не оспаривались.

В ходе рассмотрения спора доводы об отсутствии у истца намерения продавать недвижимое имущество, объективно подтверждены не были.

При таком положении, факт подписания сторонами договоров, содержащих сведения о том, что денежные средства уплачены покупателями продавцу в полном объеме, а также составление продавцами расписок аналогичного содержания, и факт исполнения договора, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований истца о признании недействительным договоров купли-продажи спорного имущества по причине их притворности.

Кроме того, суд полагает заслуживающими внимание доводы стороны ответчика о пропуске истцом срока исковой давности.

Так, оценивая доводы истца, что о нарушении своих прав он узнал лишь 31 июля 2020 года, после получения уведомления ФИО3 о намерении продать доли в праве общей долевой собственности на спорную квартиру, суд учитывает, что ФИО1 являлся стороной по договору купли-продажи от 20 февраля 2012 года и не мог не осознавать последствия регистрации перехода права собственности третьему лицу.

Согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

В силу пункта 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Учитывая, что иск предъявлен стороной сделки, срок исковой давности начал течь со дня, когда началось ее исполнение, то есть с 20 февраля 2012 года, однако рассматриваемое исковое заявление поступило в суд только 12 августа 2020 года, то есть спустя более 8 лет, то есть с пропуском срока исковой давности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск.

Таких доказательств истцом суду представлено не было. Оснований для восстановления пропущенного срока судом не установлено. Доказательств невозможности предъявления искового заявления в пределах срока исковой давности, наличия уважительных причин для восстановления срока исковой давности, не представлено.

Таким образом, учитывая, что пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием к отказу в иске, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, при этом принимая во внимание, что оспариваемые сделки соответствуют требованиям статей 454 - 458, 549 - 558 Гражданского кодекса Российской Федерации и иным установленным законом требованиям, предъявляемым к форме и содержанию договора купли-продажи.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 56, 67, 98, 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении требований искового заявления ФИО1 к ФИО3 о признании договора купли-продажи долей в праве собственности на квартиру недействительным – отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Красносельский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья: