Решение № 2А-47/2017 2А-47/2017~М-56/2017 М-56/2017 от 8 марта 2017 г. по делу № 2А-47/2017

РЕШЕНИЕ № 2а-47/2017

именем Российской Федерации

9 марта 2017 года город Чита

Читинский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего – судьи Ждановича А.В., при секретаре судебного заседания Степанове А.О., с участием административного истца ФИО1 и его представителя ФИО2, представителя административного ответчика – командира войсковой части № – ФИО3, а также прокурора – <данные изъяты> военного прокурора Читинского гарнизона Сысоевой И.П., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда административное дело по административному исковому заявлению бывшего военнослужащего войсковой части № <данные изъяты> Говоруна <данные изъяты> об оспаривании действий командиров войсковых частей № и № связанных с досрочным увольнением с военной службы в связи с невыполнением условий контракта и исключением из списков личного состава воинской части,

установил:

ФИО1, через своего представителя ФИО2, обратился в суд с административным исковым заявлением, в котором указал, что он проходил военную службу по контракту в войсковой части №, пока на основании приказов командиров войсковых частей № и № от 2 декабря 2016 года № и 19 декабря этого же года № не был досрочно уволен с военной службы в запас в связи с невыполнением условий контракта и с 20 числа того же месяца исключён из списков личного состава воинской части, соответственно.

Полагая указанные выше приказы воинских должностных лиц незаконными, ФИО1 просил суд признать их таковыми, обязав при этом командование войсковых частей № и № отметить их, и уволить его с военной службы по основанию, предусмотренному подпунктом «б» пункта 3 статьи 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», то есть, по состоянию здоровья – в связи с признанием военно-врачебной комиссией ограниченно годным к военной службе.

Для надлежащего рассмотрения дела в качестве вторых административных ответчиков были привлечены войсковые части № и №, аттестационная комиссия войсковой части №, а в качестве заинтересованных лиц – Федеральное казённого учреждение «Единый расчётный центр Министерства обороны Российской Федерации» (далее – ФКУ «ЕРЦ МО РФ), Федеральное казённого учреждение «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Хабаровскому краю» (далее – ФКУ «УФО МО РФ по Хабаровскому краю») и Федеральное казённое учреждение «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Забайкальскому краю».

Командиры войсковых частей № и №, председатель аттестационной комиссии, действующий в её интересах, а также руководители финансовых органов, действующие в их интересах, надлежащим образом извещённые о месте и времени судебного заседания, в суд не явились.

Поскольку указанные выше лица о причинах неявки суду не сообщили и не ходатайствовали о рассмотрении дела исключительно с их участием, то суд, в соответствии с частью 6 статьи 226 КАС РФ полагал возможным провести судебное разбирательство в их отсутствие.

В судебном заседании административный истец ФИО1 и его представитель ФИО2 поддержали заявленные требования и, подтвердив доводы, изложенные в заявлении, просили его удовлетворить в полном объёме.

Представитель командира войсковой части № ФИО3 в суде утверждала о необоснованности доводов административного истца, поскольку каких-либо нарушений со стороны воинских должностных лиц при увольнении ФИО1 с военной службы допущено вовсе не было. Вместе с тем ФИО3 также пояснила, что досрочное увольнение административного истца с военной службы командованием было произведено в порядке реализации дисциплинарного взыскания в связи с невыполнением им условий контакта о прохождении военной службы, выразившемся в совершении дисциплинарного проступка по факту которого, был составлен протокол о грубом дисциплинарном проступке.

В поданных на административное исковое заявление возражениях представители командира войсковой части №, а также руководителей ФКУ «ЕРЦ МО РФ» и ФКУ «УФО МО РФ по Хабаровскому краю» ФИО4, ФИО5, и ФИО6, соответственно, каждый в отдельности, просили в удовлетворении административного искового заявления ФИО1 отказать.

В свою очередь, участвующий в рассмотрении дела прокурор Сысоева И.П. в своём заключении полагала требования административного истца подлежащими удовлетворению частично.

Заслушав объяснения административного истца и его представителя, представителя должностного лица, допросив свидетелей, а также выслушав заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Так, согласно подпункту «в» пункта 2 статьи 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», военнослужащий, проходящий военную службу по контракту, может быть досрочно уволен с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта.

В соответствии с пунктом 2.2 статьи 51 названного Федерального закона военнослужащий может быть уволен с военной службы по указанному основанию, только по заключению аттестационной комиссии, вынесенному по результатам аттестации военнослужащего, за исключением случаев, когда увольнение по указанному основанию осуществляется в порядке исполнения дисциплинарного взыскания. При этом если военнослужащий имеет судимость или подвергнут судом административному наказанию либо имеет неснятые дисциплинарные взыскания, то такой военнослужащий может быть уволен с военной службы по указанному основанию только до погашения либо снятия судимости или до истечения срока, в течение которого лицо считается подвергнутым административному наказанию, либо до истечения срока, в течение которого военнослужащий считается имеющим дисциплинарное взыскание.

Как установлено частью 3 статьи 32 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», условия контракта о прохождении военной службы включают в себя также обязанность гражданина исполнять общие обязанности военнослужащих, установленные законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Общие обязанности лиц, проходящих военную службу, закреплены в Федеральном законе «О статусе военнослужащих» (статья 26), а также в утверждённых Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495 Уставе внутренней службы Вооружённых Сил Российской Федерации (статья 16) и Дисциплинарном уставе Вооружённых Сил Российской Федерации (статья 3). Исходя из содержания названных положений нормативных правовых актов, воинский долг обязывает военнослужащих, в том числе, строго соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы Российской Федерации, требования общевоинских уставов, быть дисциплинированными, бдительными, вести себя с достоинством и другое.

Таким образом, поскольку совершение военнослужащим дисциплинарных проступков, административных правонарушений или преступлений представляет собой нарушения, относящиеся к числу общих обязанностей военнослужащего, то невыполнение условий контракта о прохождении военной службы может выражаться, в том числе и в допущении военнослужащим вышеуказанных нарушений законодательства.

Вместе с этим, досрочное увольнение с военной службы в связи с невыполнением условий контракта влечёт наступление для военнослужащего неблагоприятных последствий, связанных с тем, что он лишается возможности не только продолжать службу, но и приобрести право на ряд важных социальных гарантий, в связи с чем, невыполнением условий контракта как основанием для досрочного увольнения военнослужащего с военной службы, следует считать лишь значительные отступления от требований законодательства о воинской обязанности и военной службе, а также существенные нарушения условий контракта.

В соответствии с пунктам 1 и 2 статьи 28.2 Федерального закона «О статусе военнослужащих» и статьи 47 Дисциплинарного устава Вооружённых Сил Российской Федерации военнослужащие привлекаются к дисциплинарной ответственности за дисциплинарный проступок, то есть, противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины, который в соответствии с законодательством Российской Федерации не влечёт за собой уголовной или административной ответственности. При этом, военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности только за тот дисциплинарный проступок, в отношении которого установлена его вина.

Статьёй 28.8. вышеуказанного Федерального закона установлено, что по каждому факту совершения военнослужащим дисциплинарного проступка проводится разбирательство, порядок проведения которого, а также полномочия командира или иного лица, проводящего разбирательство, определяются общевоинскими уставами в соответствии с настоящим Федеральным законом. В ходе разбирательства должны быть собраны доказательства, на основании которых могут быть установлены обстоятельства, подлежащие выяснению при привлечении военнослужащего к дисциплинарной ответственности.

В соответствии со статьёй 61 Дисциплинарного устава Вооружённых сил Российской Федерации к прапорщикам и мичманам может быть применено дисциплинарное взыскание, в том числе и в виде досрочного увольнения с военной службы в связи с невыполнением условий контракта.

В тоже время, согласно подпункту «б» пункта 14 статьи 34 Положения о порядке прохождения военной службы, утверждённого Указом Президента Российской Федерации от 16 сентября 1999 года № 1237, перед представлением военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, к увольнению с военной службы, с ним проводится индивидуальная беседа, как правило, командиром воинской части. Содержание проведённой беседы отражается в листе беседы. Лист беседы подписывается военнослужащим, увольняемым с военной службы, а также должностным лицом, проводившим беседу, и приобщается к личному делу военнослужащего.

Из оспариваемого приказа командира войсковой части № от 2 декабря 2016 года № о досрочном увольнении прапорщика ФИО1 с военной службы в связи с невыполнением условий контракта следует, что основанием для его издания явилось представление командира войсковой части № и лист беседы с военнослужащим от 19 июля 2016 года.

Как усматривается из находящегося в личном деле бывшего военнослужащего ФИО1 представления командира войсковой части № ФИО1 представлялся к досрочному увольнению с военной службы в запас в связи с невыполнением военнослужащим условий контракта о прохождении военной службы. Между тем, командир воинской части, представляя к увольнению военнослужащего, своё решение обосновал тем, что последний, имея отрицательные характеристики по службе, а также ряд дисциплинарных взысканий, в том числе и предупреждение о неполном служебном соответствии (за совершение грубого дисциплинарного проступка – исполнение обязанностей военной службы в состоянии алкогольного опьянения), 12 июля 2016 года вновь прибыл на службу в состоянии алкогольного опьянения, чем также совершил грубый дисциплинарный проступок.

Из копии протокола о грубом дисциплинарном проступке, составленного в отношении ФИО1 18 июля 2016 года, видно, что 12 июля 2016 года он исполнял обязанности военной службы в состоянии алкогольного опьянения. При этом, в качестве обстоятельства, отягчающего дисциплинарную ответственность ФИО1, было признано повторное совершение такого же дисциплинарного проступка.

Факт совершения указанного грубого дисциплинарного проступка в ходе судебного заседания самим административным истцом не отрицался.

Как следует из копии приказа командира войсковой части № от 28 июля 2016 года №, ФИО1 на его основании за совершение указанного выше дисциплинарного проступка привлечён к дисциплинарной ответственности в виде досрочного увольнения с военной службы в связи с невыполнением условий контракта.

Как установлено частью 2 статьи 28.5 Федерального закона «О статусе военнослужащих», исполнение обязанностей военной службы в состоянии опьянения является грубым дисциплинарным проступком.

Наличие же у административного истца в момент представления его к досрочному увольнению с военной службы иных дисциплинарных взысканий в виде строгого выговора, выговора, а также предупреждения о неполном служебном соответствии, в достаточной степени подтверждается представленными в суд командованием копиями служебной карточки ФИО1, материалов служебных расследований и соответствующих выписок из приказов командира войсковой части №. При этом, суд отмечает, что дисциплинарное взыскание в виде предупреждения о неполном служебном соответствии к нему было применено за исполнение им обязанностей военной службы в состоянии алкогольного опьянения, а также отказ от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Как видно из листа беседы, проведённой 19 июля 2016 года командиром войсковой части № с ФИО1, последний, с основанием его увольнения, связанным с несоблюдением условий контракта, был не согласен.

Из копии контракта о прохождении военной службы в Вооружённых Силах Российской Федерации установлено, что между ФИО1 и Министерством обороны Российской Федерации, в лице командира войсковой части №, 13 ноября 2012 года заключён контракт до наступления предельного срока пребывания на военной службе, при этом, ФИО1 добровольно было дано обязательство о добросовестном исполнении им в период прохождения военной службы по контракту всех общих, должностных и специальных обязанностей военнослужащих, установленных законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Таким образом, приведённые выше обстоятельства в своей совокупности свидетельствуют о том, что совершение ФИО1 грубого дисциплинарного проступка – исполнение 12 июля 2016 года обязанностей военной службы в состоянии алкогольного опьянения, в условиях наличия у него дисциплинарных взысканий (включая предупреждение о неполном служебном соответствии) за совершение иных дисциплинарных проступков, является неисполнением им, в частности, общих обязанностей военнослужащего, установленных законодательством и, как следствие, нарушением условий контракта о прохождении военной службы. Именно в связи с этим обстоятельством, как подтвердил в судебном заседании представитель командира войсковой части 78081, его доверитель и представил административного истца к досрочному увольнению в порядке реализации дисциплинарного взыскания, по оспариваемому им основанию.

Вместе с тем, суд убеждён, что совершение военнослужащим ФИО1 данного дисциплинарного проступка, являющегося грубым, с учётом его характера, последствий, наличия обстоятельства, отягчающего дисциплинарную ответственность административного истца, а также предъявляемых к нему по занимаемой воинской должности техника группы регламента и ремонта техническо-эксплуатационной части (авиационной техники) воинской части требований, несмотря на наличие у него поощрений по службе, безусловно является значительным отступлением от требований законодательства о воинской обязанности и военной службе, а поэтому, суд признаёт его существенным нарушением условий контракта, в связи с чем, приказ командира войсковой части 10253 от 2 декабря 2016 года № об увольнении его с военной службы в запас в связи с невыполнением условий контракта, является законным и обоснованным, и каких-либо прав данного военнослужащего вовсе не нарушает.

Довод же представителя административного истца о том, что досрочно увольняя ФИО1 с военной службы, воинское командование не учло того, что его семья является многодетной, суд признаёт несостоятельным, поскольку на увольнение военнослужащего в порядке реализации дисциплинарного взыскания данный факт никак не влияет.

Не находит суд подлежащим удовлетворению и требование административного истца о возложении обязанности на командование уволить его с военной службы по состоянию здоровья – в связи с признанием военно-врачебной комиссией ограниченно годным к военной службе, в связи со следующим.

Так, действительно, в соответствии с подпунктом «б» пункта 3 статьи 51 Федерального закона «О воинской обязанности военной службы», военнослужащий, проходящий военную службу по контракту, имеет право на досрочное увольнение с военной службы по состоянию здоровья – в связи с признанием военно-врачебной комиссией ограниченно годным к военной службе (за исключением лиц, указанных в подпункте «г» пункта 1 этой же статьи статьи).

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 45 постановления его Пленума от 29 мая 2014 № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих», признание офицеров или прапорщиков (мичманов) ограниченно годными к военной службе на основании подпункта «б» пункта 3 статьи 51 вышеуказанного Федерального закона не предполагает принуждение их к дальнейшему прохождению военной службы, поскольку решение вопроса о сохранении или прекращении статуса таких военнослужащих зависит от их свободного волеизъявления. При этом признание военно-врачебной комиссией военнослужащего ограниченно годным к военной службе даёт ему право, но не обязывает досрочно увольняться с военной службы и не лишает его права продолжать военную службу на должности, позволяющей выполнять соответствующие состоянию здоровья общие, должностные и специальные обязанности.

Из этого следует, что досрочное увольнение с военной службы по состоянию здоровья – в связи с признанием военно-врачебной комиссией ограниченно годным к военной службе возможно исключительно по желанию самого признанного ограниченно годным к военной службе военнослужащего, при этом, рассмотрение данного вопроса носит исключительно заявительный характер, то есть, военнослужащий по собственной инициативе должен установленным порядком обратиться к своему командованию с просьбой о таком увольнении.

Между тем, как было достоверно установлено в судебном заседании, ФИО1 надлежащим порядком к своему командованию вплоть до увольнения с военной службы с данной просьбой не обращался, факт чего был подтверждён в суде и самим административным истцом.

Вместе с тем положениями статьи 3 КАС РФ установлено, что задачей административного судопроизводства является, в том числе и защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан в сфере административных и иных публичных правоотношений.

В соответствии с частью 1 статьи 62 КАС РФ лица, участвующие в деле, обязаны доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований или возражений.

При этом, в силу части 1 статьи 4 КАС РФ, в порядке административного судопроизводства могут быть оспорены только те решения, действия (бездействие) органов военного управления и (или) их должностных лиц, в результате которых нарушены права и свободы заинтересованных лиц, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов либо на них незаконно возложена какая-либо обязанность.

При таких обстоятельствах, то есть, в условиях того, что административный истец при отсутствии у него препятствий установленным порядком с просьбой о досрочном увольнении с военной службы по состоянию здоровья – в связи с признанием военно-врачебной комиссией ограниченно годным к военной службе к своему командованию не обращался, суд приходит к убеждению, что его административный иск в указанной части является необоснованным и более того, беспредметным, а поэтому, удовлетворению также не подлежит.

Рассматривая требования ФИО1 о признании незаконным приказа командира войсковой части № от 19 декабря 2016 года № об исключении его из списков личного состава воинской части, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 11 статьи 38 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» окончанием военной службы считается дата исключения военнослужащего из списков личного состава воинской части, которая, по общему правилу, совпадает с днём истечения срока военной службы. Военнослужащий должен быть исключён из списков личного состава воинской части в день истечения срока его военной службы, за исключением случаев, перечисленных в данном пункте Закона, а также в иных случаях, установленных Положением о порядке прохождения военной службы, утверждённым Указом Президента Российской Федерации от 16 сентября 1999 № 1237 (далее – Положение).

Аналогичные правовые нормы закреплены также в пунктах 23 и 24 статьи 34 указанного выше Положения, в которых кроме того отмечено, что военная служба оканчивается в день исключения военнослужащего из списков личного состава воинской части в связи, в том числе и с увольнением с военной службы. Военнослужащий, уволенный с военной службы, должен быть исключён из списков личного состава воинской части в день истечения срока его военной службы (уволенный досрочно – не позднее дня истечения срока его военной службы) и не позднее чем через месяц со дня поступления в воинскую часть выписки из приказа об увольнении военнослужащего с военной службы, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 11 статьи 38 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» и указанным Положением.

Анализ приведённого выше законодательства бесспорно указывает на то, что военнослужащий, уволенный с военной службы, в условиях отсутствия случаев, предусмотренных пунктом 11 статьи 38 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», не позднее чем через месяц со дня поступления в воинскую часть выписки из приказа об увольнении его с военной службы подлежит безусловному исключению из списков личного состава воинской части.

Как видно из выписки из обжалуемого приказа от 19 декабря 2016 года №, уволенный с военной службы в запас на основании приказа командира войсковой части № от 2 декабря 2016 года № военнослужащий ФИО1, с 20 декабря этого же года исключён из списков личного состава воинской части и направлен для постановки на воинский учёт в соответствующий отдел военного комиссариата. При этом, основанием для издания приказа об исключении его из списков личного состава воинской части явился именно вышеуказанный приказ об увольнении его с военной службы.

Таким образом, учитывая требования и нормы действующего законодательства в совокупности с фактическими обстоятельствами дела, суд приходит к выводу, что оспариваемый ФИО1 приказ командира войсковой части 10253 об исключении его из списков личного состава части, каких-либо прав и законных интересов административного истца вовсе не нарушает, поскольку издан он был во исполнение ранее изданного приказа об увольнении его с военной службы, в связи с чем, является правомерным и обоснованным.

Приказ же командира войсковой части № от 2 декабря 2016 года №, явившийся правомерным безусловным поводом для исключения ФИО1 из списков личного состава воинской части, не отменён и незаконным не признан.

В тоже время, учитывая положения части 3 статьи 62 КАС РФ, суд объективно усматривает, что обжалуемые ФИО1 действия командиров войсковых частей № и №, связанные с исключением его из списков личного состава воинской части, подлежат признанию незаконными по иным, не заявленным им основаниям.

Так, как указывалось выше, окончанием военной службы считается дата исключения военнослужащего из списков личного состава воинской части.

При этом, пунктом 16 статьи 34 Положения однозначно предписано, что военнослужащий, уволенный с военной службы, на день исключения из списков личного состава воинской части должен быть полностью обеспечен установленным денежным довольствием, продовольственным и вещевым обеспечением. До проведения с военнослужащим всех необходимых расчётов он из списков личного состава воинской части без его согласия не исключается.

Как установлено по данному административному делу, а именно, из представленной в суд копии требования-накладной на получение вещевого имущества от 20 февраля 2016 года №, при исключении из списков личного состава воинской части административному истцу положено к выдаче вещевое имущество на общую сумму <данные изъяты> рублей.

Между тем, как видно из этой же накладной, ФИО1 положенное вещевое имущество выдано при исключении его из списков части не было, что также было подтверждено в ходе судебного заседания и самим административным истцом. Доказательств же об обратном должностные лица войсковой части № суду не представили.

Более того, допрошенный в суде свидетель Ю. С.О., <данные изъяты> войсковой части №, пояснил, что ранее указанной даты требование-накладная на получение ФИО1 положенного вещевого имущества воинскими должностными лицами части не выписывалась.

Как установлено пунктом 17 приказа Министра обороны Российской Федерации от 14 августа 2013 № 555, контроль за своевременным обеспечением военнослужащих вещевым имуществом осуществляют командиры воинских частей.

При этом, суд учитывает, что согласно требованиям части 4 статьи 3 Федерального закона «О статусе военнослужащих», реализация мер правовой и социальной защиты военнослужащих возлагается на органы государственной власти, а также является обязанностью командиров (начальников).

В соответствии со статьёй 82 Устава внутренней службы Вооружённых Сил Российской Федерации, утверждённого Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495 (далее – Устав внутренней службы ВС РФ), командир обязан обеспечивать доведение до личного состава положенного денежного и других видов довольствия.

Приведённые положения свидетельствуют о том, что обязанность по своевременному обеспечению ФИО1 при исключении из списков личного состава воинской части положенным вещевым имуществом, была возложена на командира войсковой части № действия которого, очевидно нарушили вышеназванное право военнослужащего, которое подлежит восстановлению.

Вместе с тем по смыслу действующего законодательства, восстановление военнослужащего в списках личного состава воинской части при нарушении порядка его увольнения с военной службы производится в случае, если устранить допущенные нарушения его прав и законных интересов иным способом не представляется возможным, а последствия, которые повлекли нарушение прав уволенного военнослужащего должны соотносится с выгодой, которую военнослужащий приобретает после восстановления на службе с выплатой денежного довольствия за период пребывания вне службы.

При таких данных, суд, руководствуясь принципами разумности и соразмерности возмещения причинённого ущерба, полагает, что допущенные воинскими должностными лицами нарушения в отношении бывшего военнослужащего ФИО1 носят незначительный характер и не влекут существенных негативных последствий для административного истца, находящегося вне воинских правоотношениях, в связи с чем, следует прийти к выводу, что последствия указанного нарушения прав административного истца являются абсолютно несопоставимыми той выгоде, которую он приобретёт в случае восстановления его в списках личного состава воинской части с выплатой денежного довольствия за период пребывания вне службы.

Этот вывод полностью соответствует правовой позиции, изложенной в пункте 49 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих», в котором разъяснено, что в случае если нарушение установленных пунктом 16 статьи 34 Положения прав военнослужащего может быть устранено без восстановления его на военной службе или в списке личного состава воинской части, судом выносится решение только об устранении допущенного нарушения.

Также суд констатирует факт нарушения, допущенного воинскими должностными лицами, при обеспечении административного истца при исключении из списков части денежным довольствием, что выразилось в следующем.

Как объективно усматривается из представленного в суд расчётного листка на имя административного истца за декабрь 2016 года, перечисление денежного довольствия ФИО1 при исключении его из списков личного состава воинской части было произведёно в полном объёме лишь 23 числа того же месяца.

Исходя из изложенного, суд считает, что поскольку приказом должностного лица ФИО1 исключён из списков личного состава воинской части с 20 декабря 2016 года, а обеспечен положенным денежным довольствием лишь 23 декабря 2016 года, что не соответствует требованиям приведённых выше нормативных правовых положений, то действия должностных лиц, связанные с несвоевременной выплатой ему указанных денежных средств при исключении из соответствующих списков личного состава, также являются неправомерными.

Причиной же несвоевременной выплаты указанных денежных средств административному истцу, по мнению суда, явилось отсутствие соответствующих сведений в базе данных СПО «Алушта», обязанность по вводу которых в спорный период была возложена на должностных лиц войсковой части №

В этой связи, с учётом приведённых выше требований части 4 статьи 3 Федерального закона «О статусе военнослужащих» и статьи 82 Устав внутренней службы ВС РФ, в данном конкретном случае незаконными надлежит признать действия командования войсковых частей № и №.

Кроме того, как уверенно заявил в ходе судебного заседания административный истец ФИО1, о том, что с 20 декабря 2016 года он был исключён из списков личного состава воинской части, ему стало известно только 14 января 2017 года. Об этом ему сообщил старший офицер управления войсковой части № М. А.А. в своём служебном кабинете. До указанной же даты ФИО1, объективно считая, что он в полной мере обладает статусом военнослужащего, применительно к статье 2 Федерального закона «О статусе военнослужащих», продолжал исполнять общие обязанности военнослужащего, регулярно прибывая для этого в свою воинскую часть, а также иные воинские подразделения и учреждения.

В свою очередь, представитель ФИО3 против данных заявителем пояснений в суде не возражала.

Вместе с тем допрошенный в ходе судебного заседания в качестве свидетеля военнослужащий М. А.А. каких-либо убедительных сведений, опровергающих указанные доводы административного истца, не привёл. Более того, свидетель вовсе не смог сообщить суду и примерную дату поступления в войсковую часть № сведений из войсковой части № о состоявшемся в отношении ФИО1 приказе об исключении его из списков личного состава воинской части.

Как установлено частью 2 статьи 62 КАС РФ, обязанность доказывания законности оспариваемых решений, действий (бездействия) органов, организаций и должностных лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, возлагается на соответствующие орган, организацию и должностное лицо. Указанные органы, организации и должностные лица обязаны также подтверждать факты, на которые они ссылаются как на основания своих возражений.

Между тем, должностными лицами, чьи действия оспариваются, каких-либо доказательств о своевременном ознакомлении ФИО1 с фактом исключения его из списков части, что предоставило бы ему законные основания прекратить исполнение обязанностей военной службы, в суд не представлено.

Напротив, о том, что ФИО1 действительно после 20 декабря 2016 года прибывал в войсковую часть №, в том числе и в январе 2017 года, достоверно следует из копии выданного ему обходного листа на его имя.

Исходя из изложенного, суд приходит к убеждению, что действия командира войсковой части №, связанные с исключением ФИО1 из списков личного состава воинской части именно с 20 декабря 2016 года, признать правомерными нельзя, поскольку последним днём исполнения им обязанностей военной службы являлось именно 14 января 2017 года и соответственно по указанную дату он должен был быть обеспечен положенными видами довольствия.

При этом, суд убеждён, что нераспорядительность и несогласованность действий должностных лиц, ответственных за организацию исключения военнослужащего из списков личного состава части, не может рассматриваться как правовое основание для невыполнения перед заявителем гарантированных государством обязательств.

Определяя порядок восстановления нарушенных прав ФИО1 на своевременное исключение из списков личного состава воинской части и обеспечение при этом его денежным довольствием, суд полагает, что исходя из принципов разумности и соразмерности нарушенных прав и наступивших последствий, оно – право будет в полном объёме восстановлено путём переноса даты исключения ФИО1 из списков войсковой части № на 14 января 2017 года и обеспечения его за данный период всеми положенными видами довольствия, включая денежным.

Определяя же размер денежного довольствия, подлежащего выплате ФИО1 за период с 21 декабря 2016 года по 14 января 2017 года включительно, суд исходит из следующего.

Как усматривается из расчётных листков на имя ФИО1 за октябрь и ноябрь 2016 года, размер его денежного довольствия ежемесячно был равен <данные изъяты> рублей, без учёта удержаний налога на доходы физических лиц.

Таким образом, размер денежного довольствия административного истца за период с 21 декабря 2016 года по 14 января 2017 года включительно, из расчёта <данные изъяты> составит <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копейки, без учёта удержаний налога на доходы физических лиц.

Обязанность же по выплате административному истцу указанных денежных средств, суд полагает необходимым возложить на командиров войсковых частей № и №, а также руководителя ФКУ «ЕРЦ МО РФ.

Других оснований для признания приказа об исключении административного истца из списков личного состава воинской части им не приведено, не усматривает таковых и суд.

Как предписано статьёй 111 КАС РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы.

При этом, к судебным расходам, согласно части 1 статьи 103 КАС РФ, относится, в том числе и государственная пошлина.

Как усматривается из квитанции, административный истец при обращении в суд уплатил государственную пошлину в размере 300 рублей.

В связи с частичным удовлетворением административного искового заявления в пользу ФИО1 на основании части 1 статьи 111 КАС РФ, понесённые им расходы по оплате государственной пошлины, подлежат возмещению ему с другой стороны, которые в данном случае надлежит взыскать в его пользу с ФКУ «УФО МО РФ по Хабаровскому краю».

На основании изложенного и, руководствуясь статьями 111, 175-180 и 227 КАС РФ, суд

решил:

административное исковое заявление Говоруна <данные изъяты> удовлетворить частично.

Действия командиров войсковых частей № и №, связанные с исключением ФИО1 из списков личного состава войсковой части № с 20 декабря 2016 года, а также без обеспечения положенными видами довольствия (денежного и вещевого имущества) признать незаконными.

Обязать командира войсковой части № внести изменения в параграф № №, изданного им приказа от 19 декабря 2016 года №, в части исключения ФИО1 из списков личного состава воинской части, установив в нём дату исключения из таковых списков вместо «20 декабря 2016 года» – «14 января 2017 года», о чём не позднее чем в течение одного месяца со дня вступления в законную силу настоящего решения сообщить в суд и административному истцу.

Обязать командира войсковой части № обеспечить ФИО1 положенным вещевым имуществом, о чём не позднее месяца со дня получения извещения о вступлении решения в законную силу сообщить в суд и административному истцу.

Обязать командиров войсковых частей № и №, а также руководителя Федерального казённого учреждения «Единый расчётный центр Министерства обороны Российской Федерации» обеспечить ФИО1 за период с 21 декабря 2016 года по 14 января 2017 года включительно всеми положенными видами довольствия, включая денежным довольствием, о чём не позднее чем в течение одного месяца со дня вступления в законную силу настоящего решения сообщить в суд и административному истцу.

В целях исполнения настоящего судебного решения, взыскать с Федерального казённого учреждения «Единый расчётный центр Министерства обороны Российской Федерации» в пользу Говоруна <данные изъяты> денежное довольствие за период с 21 декабря 2016 года по 14 января 2017 года включительно в размере <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копеек, без учёта удержаний налога на доходы физических лиц.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с Федерального казённого учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Хабаровскому краю» в пользу Говоруна <данные изъяты> в счёт возмещения судебных расходов по делу 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Восточно-Сибирский окружной военный суд через Читинский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: А.В. Жданович