Решение № 2-1704/2018 2-1704/2018~М-2039/2018 М-2039/2018 от 6 ноября 2018 г. по делу № 2-1704/2018

Дело № 2-1704 -2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 ноября 2018 года

Ингодинский районный суд г.Читы в составе председательствующего судьи Порошиной Е.В.

При секретаре Куйдиной Н.В.,

С участием представителя истца ФИО1

Ответчика ФИО2

Представителя ответчика ФИО3

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО2 о расторжении договора купли –продажи имущества, взыскании уплаченных по договору купли –продажи денежных средств, взыскании убытков

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с вышеназванным иском, ссылаясь на то, что 13.02.2018г. между истцом ФИО5 (после перемены фамилии ФИО6) и ответчиком ФИО2 был заключен договор купли –продажи имущества. Истец приобрел кофемашину Promac и киоск площадью 5 кв. м. Из представленных истцу документов следовало, что киоск был установлен на земельном участке, который расположен по адресу: <адрес> имел кадастровый № площадью 10 кв. м. и принадлежал ответчику на праве аренды. Цена договора составила 480 000 руб., оплата должна была быть произведена в рассрочку: 220 000 руб. уплачено сразу при заключении договора и должны являться задатком, 100 000 руб. подлежали уплате в течение 10 календарных дней с момента заключения договора; часть в размере 160 000 руб. подлежала уплате в течение 2 месяцев с момента заключения договора. Исходя из расписок от 16.02.2018г., 17.02.2018г., истец во исполнение обязательств по договору от 13.02.2018г. передал ответчику денежные средства 320 000 руб.: 16.02.2018 г. в размере 115 000 руб., в тексте расписки указано что данная сумма является задатком, 17.02.2018г. передана сумма 205 000 руб. В конце марта кофемашина сломалась. Истец поставил ответчика в известность о данном факте, ответчик пояснил, что о недостатках в товаре он знал, ремонт будет копеечным. В ООО «Маэстро бленд» провели диагностику кофемашины, через месяц пояснил, что стоимость ремонта составит 20 000 руб. 09.05.2018 г. истец был вынужден взять кофемашину в аренду. 16 мая 2018г. ответчик устно по телефону проинформировал истца о том, что в связи с не передачей истцом суммы 160 000 руб. в установленный договором от 13.02.2018 г. срок, ответчик продал киоск В. 18.05.2018г. В проник в киоск, вынес из него принадлежащие истцу вещи, ссылаясь на то, что имущество им куплено у ответчика. 21 мая 2018 г. истцом получено уведомление ответчика ФИО7 о расторжении договора купли –продажи от 13.02.2018г. 14.06.2018 г. истцом в адрес ответчика почтой был направлен проект соглашения о расторжении договора, 22.07.2018 г. данное соглашение вернулось истцу с отметкой «истек срок хранения». На сегодняшний день денежные средства, оплаченный ФИО7 по договору, истцу не возвращены, имуществом пользуется В. Дей ствия ответчика, выразившиеся в распоряжении переданным по договору от 13.02.2018 г. имуществом, противоречат положениям п. 2 ст. 491 ГК РФ, продавец не вправе распоряжаться преданным по договору купли –продажи имуществом до момента отказа продавца от договора и возврата имущества продавцу. В договоре от 13.02.2018 г отсутствуют условия, позволяющие ответчику в одностороннем порядке отказаться от его исполнения, положения ГК РФ так же не содержат условий, позволяющих ответчику в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора от 13.02.2018г, с учетом того, что на момент получения от ответчика уведомления о расторжении договора истец произвел ответчику оплату за имущество в размере, превышающем половину его стоимости. В результате действий ответчика, выразившихся в повторной продаже имущества, истец лишился как имущества, так и денежных средств 320 00 руб., оплаченных за него. Перед заключением договора ответчик уверял истца, что продает ему готовый бизнес. Что права по договору энергоснабжения в киоске и права на земельный участок после полного расчета будут переданы истцу. Позже истец установил, что участка площадью 10 кв. м. по данным публичной карты не существует. Денежные средства за период с 18 мая 2018 г. по 31 июля 2018г. в размере 135 863, 2 руб. являются упущенной выгодой истца, которая подлежит взысканию с ответчика. Просил расторгнуть договор купли –продажи имущества от 13.02.2018г., заключенный между ФИО5 (Лесневским) и ФИО2 Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО6 уплаченные по договору купли –продажи денежные средства 320 000 руб. взыскать с ФИО2 в пользу ФИО6 убытки за период с 18.05.2018 г. по 31.07.2018 г. в размере 135 863,20 руб.

В судебное заседание истец ФИО6, надлежаще извещенный о месте и времени проведения судебного заседания, не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель истца ФИО1 исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в иске, суду заявила об уменьшении суммы задатка в связи с его несоразмерностью сумме возникшего обязательства. Пояснила, что в неисполнении в полной мере договора купли –продажи от 13.02.2018 г. виновны обе стороны. Лесневский в связи с неоплатой по договору в срок, ФИО7 связи с продажей имущества в отсутствием надлежащего оформления расторжения договора купли –продажи имущества, земельного участка с кадастровым номером, указанным в договоре, не существует, в связи с чем ответчик злоупотребил правом. О том, что имеет место задаток, указано только в расписке на 115 000 руб., расписка на сумму 205 000 руб. не содержит такого указания, в связи с чем является авансом. Убытки заключаются в упущенной выгоде, которую не дополучил истец в связи с продажей киоска. Кофемашину Лесневский удерживает у себя до исполнения Труновым исполнения обязательств по возращению ему денежных средств по договору.

Ответчик ФИО8 исковые требования не признал, суду пояснил, что договором купли –продажи был предусмотрен задаток. Первая сумма, переданная ему истцом, является задатком. Истец нарушил условия договора, оставшуюся сумму 160 000 руб. так и не передал в двухмесячный срок, затраты по договору аренды в полном объеме не оплачивал, в связи с чем он расторг договор купли –продажи от 13.02.2018г. Фактически данный договор расторгнут, киоск им продан другому лицу. При продаже ФИО9 киоска и кофемашины ими была проверена кофемашина, все было исправно. Данный договор не был в полной мере исполнен по вине Лесневского, поскольку он не рассчитался в предусмотренный договором срок, задаток не подлежит возвращению. Кофемашина в настоящий момент находится у Лесневского, в 2014 г. она стоила около 100 000 руб., в связи с чем он истцу ничего не должен. Упущенная выгода не подлежит возмещению поскольку вины ФИО7 не имеется, кроме того продажа лапши Доширак невозможна в данном киоске, предусмотрена только продажа кофе, чая и готовой выпечки. Размер ущерба не подтвержден чеками на имя ИП, декларацией о налоговой выручке, кассовой книгой расходов и др.

Представитель ответчика ФИО2 –ФИО3 доводы ответчика поддержал.

Выслушав участников процесса, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с договором купли –продажи от 13.02.2018г. ФИО2 и ФИО10 заключили договор, согласно которому продавец обязуется продать, а покупатель купить и уплатить обусловленную договором цену имущества, а именно кофемашина «Promac», киоск площадью 5 кв. м., установленные по адресу: <адрес> (п. 1)

Стоимость имущества оставляет 480 000 руб., которые уплачиваются в следующем порядке: денежные средства 220 000 руб. в день заключения договора и признаются сторонами задатком для обеспечения исполнения денежного обязательства в соответствии со ст. 380 -381 ГК РФ. Денежные средства 100 000 руб. уплачиваются в течение 10 календарных дней с момента заключения настоящего договора. Оставшиеся 160 000 руб. уплачиваются в течение 2 месяцев с момента заключения настоящего договора (п. 2.1 -2.3)

Право собственности на имущество переходит к покупателю с момента 100 % оплаты. В период с момента заключении договора до момента полной оплаты и перехода право собственности на имущество покупатель вправе пользоваться имуществом, извлекать доход, в связи с чем данный договор является одновременно актом приема –передачи имущества. (п. 3). В период пользования имуществом покупатель возмещает продавцу расходы по аренде земельного участка и расходы по оплате электроэнергии путем расчетов по договору аренды (п. 3 договора) (л.д.8).

Из договора аренды от 01.08.2017г. (приложение к договору купли –продажи имущества от 13.02.2018г. заключенного ООО «Торговый центр» и ИП ФИО2) следует, что арендодатель предоставил в аренду земельный участок, являющийся собственностью ООО «Торговый центр» по адресу: <адрес>, ул.<адрес>ю 10 кв. м., для установки киоска для розничной торговли кофейными напитками и кондитерскими изделиями. Срок аренды до 30 июня 2018г.(л.д.10,11)

Как следует из свидетельства о перемене имени, выданного 23 июля 2018г., ФИО5 после перемены фамилии 23 июля 2018г. имеет фамилию Лесневский. (л.д.22)

Распиской от 16.02.2018 г. подтверждено, что ФИО5 передал ФИО2 задаток за кисок 115 000 руб. (л.д.12).

Из расписки от 17.02.2018г. следует, что ФИО2 получил от ФИО5 денежную сумму в размере 205 000 руб. по договору купли –продажи имущества (киоска). (л.д.13)

Оставшаяся сумма 160 000 руб. в предусмотренный договором двухмесячный срок до 13 апреля 2018 г. не была выплачена ФИО9 (Лесневским), что не отрицалось сторонами.

В соответствии с ч. 1 ст. 450 ГК РФ, изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Согласно ч. указанной статьи, по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только:

1) при существенном нарушении договора другой стороной;

2) в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Как следует из материалов дела, 16 мая 2018 г. ФИО2 устно известил Лесневского о своем намерении расторгнуть договор купли –продажи от 13.02.2018г. в связи с неуплатой последним оставшейся денежной суммы 160 000 руб., также направил данное уведомление по почте Лесневскому 16.05.2018 г. (л.д.17,18), полученное Лесневским 21.05.2018г. Также 14.06.2018г. ФИО6 направил почтой ФИО2 соглашение о расторжении договора купли –продажи имущества от 13.02.2018г., не полученное ФИО2 (л.д.20,21)

Как установлено в судебном заседании, фактически киоском владеет В, которому киоск был продан ФИО7 по договору купли –продажи от 16 мая 2018г.

Из совокупности установленных обстоятельств, учитывая направления истцом и ответчиком уведомлений о намерении расторгнуть спорный договор купли -продажи имущества, фактическое владение имуществом в настоящий момент В, следует, что договор купли –продажи имущества от 13.02.2018 г. фактически расторгнут сторонами договора, в связи с чем предмета спора по требованиям о расторжении договора купли -продажи имущества от 13.02.2018 г. не имеется, исковые требования в этой части подлежат оставлению без удовлетворения.

В соответствии с ч 1 -3 ст. 380 ГК РФ, задатком признается денежная сумма, выдаваемая одной из договаривающихся сторон в счет причитающихся с нее по договору платежей другой стороне, в доказательство заключения договора и в обеспечение его исполнения.

Соглашение о задатке независимо от суммы задатка должно быть совершено в письменной форме.

В случае сомнения в отношении того, является ли сумма, уплаченная в счет причитающихся со стороны по договору платежей, задатком, в частности вследствие несоблюдения правила, установленного пунктом 2 настоящей статьи, эта сумма считается уплаченной в качестве аванса, если не доказано иное.

Согласно ч. 1, ч. 2 ст. 381 ГК РФ, при прекращении обязательства до начала его исполнения по соглашению сторон либо вследствие невозможности исполнения (статья 416) задаток должен быть возвращен.

Если за неисполнение договора ответственна сторона, давшая задаток, он остается у другой стороны. Если за неисполнение договора ответственна сторона, получившая задаток, она обязана уплатить другой стороне двойную сумму задатка.

О том, что сумма 220 000 руб. является задатком, указано в договоре купли –продажи имущества от 13.02.2018г., в договоре имеется ссылка на ст. 380 -381 ГК РФ о задатке, о том что имеет место задаток указал и сам ФИО9 в расписке об уплате суммы 115 000 руб.

Поскольку договором купли – продажи от 13.02.2018 г. установлено, что первая сумма, уплачиваемая по договору 220 000 руб. в день его заключения, является задатком, то денежная сумма в указанном размере 220 000 руб. ничем иным, как задатком, не является.

Поскольку Лесневским (ФИО9) в предусмотренный договором купли –продажи от 13.02.2018г. срок до 13.04.2018г. не выплачена сумма 160 000 руб., а также платежи по договору аренды земельного участка и расходы по электроэнергии оплачены всего за один месяц февраль 2018г., что не оспорено истцом, за неисполнение договора ответственен Лесневский, задаток не подлежит ему возвращению.

Также по договору купли –продажи от 13.02.2018г. ФИО2 должен был передать Лесневскому (ФИО9) киоск и кофемашину, договор является актом приема –передачи (п. 3 договора), иных обязанностей у ФИО7 не имелось. Свои обязанности по договору Трунов исполнил, не исполнил свои обязанности по оплате по договору только Лесневский (ФИО9).

В соответствии с п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2011 г. № 81 «О некоторых вопросах применения ст. 333 ГК РФ», ответственная за неисполнение договора сторона, давшая задаток, также вправе ставить вопрос о применении к сумме задатка, оставшегося у другой стороны, положений статьи 333 Кодекса, в том числе путем предъявления самостоятельного требования о возврате излишне уплаченного (статья 1102 ГК РФ).

В соответствии с абз. 2 п. 4 ст. 453 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

В силу ст. 1103 ГК РФ положения о неосновательном обогащении подлежат применению к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

Из названной нормы права следует, что неосновательным обогащением следует считать не то, что исполнено в силу обязательства, а лишь то, что получено стороной в связи с этим обязательством и явно выходит за рамки его содержания.

По смыслу абзаца 2 пункта 4 статьи 453, пункта 3 статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, при расторжении договора его сторона не лишена права истребовать от другой стороны ранее исполненное, если другая сторона неосновательно обогатилась.

Поскольку кофемашина находится по –прежнему у Лесневского, о ее возвращении ФИО7 встречных требований не заявлено, сумма задатка составляет 220 000 руб., не исполненное обязательство 160 000 руб., то суд полагает заявление представителя истца ФИО1 об уменьшении суммы задатка в связи с его несоразмерностью не подлежащим удовлетворению, поскольку полагает, что баланс интересов в данном случае достигается тем, что кофемашина стоимостью 53 560 руб. осталась у Лесневского.

Доводы представителя истца о том, что имела место аренда несуществующего земельного участка суд отвергает, поскольку предметом спора является договор купли –продажи киоска с кофемашиной, а не договор аренды земельного участка. Кроме того данный договор аренды является приложением к договору купли –продажи имущества от 13.02.2018г., никем не оспорен, платежи по нему осуществлялись, что подтверждается платежными документами ООО «Торговый центр».

Применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков.

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 401 ГК РФ, лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Как установлено в судебном заседании, неисполнение договора купли –продажи от 13.02.2018 г. произошло по вине Лесневского, не уплатившего в предусмотренный срок сумму по договору, вины ФИО7 судом не усматривается, в связи с чем исковые требования о взыскании упущенной выгоды в размере 135 863,20 руб. не подлежат удовлетворению.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежит взысканию госпошлина, рассчитанная пропорционально удовлетворенным исковым требованиям 5 200 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194, 197 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО6 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО6 денежную сумму 100 000 руб., расходы по уплате госпошлины 5 200 руб., а всего 105 200 руб.

В удовлетворении исковых требований о расторжении договора купли –продажи имущества от 13.02.2018г., взыскании убытков, отказать.

Решение может быть обжаловано в Забайкальский краевой суд в течение месяца с подачей жалобы через суд вынесший решение.

Судья

Решение в окончательной форме изготовлено 13 ноября 2018г.

Решение в законную силу не вступило

Подлинник решения находится в гражданском деле№2-1704/2018

Суд находит размер задатка 220 000 руб. несоразмерным последствиям нарушения обязательства, полагает возможным снизить его размер до 166 440 руб.

Таким образом, поскольку выплаченная истцом сумма по договору составляет 320 000 руб., из нее задаток 166 440 руб., то возвращению подлежит сумма 153 560 руб. Вместе с тем, поскольку кофемашина стоимостью 53 560 руб.(л.д.25 -36) остается у Лесневского, ответчиком ФИО7 требований о ее возвращении не заявлено, а доказательств иной стоимости кофемашины суду не представлено, то с ФИО7 подлежит взысканию в пользу Лесневского неосновательно находящаяся у него сумма 100 000 руб.