Решение № 2-316/2025 2-316/2025(2-5297/2024;)~М-4723/2024 2-5297/2024 М-4723/2024 от 21 января 2025 г. по делу № 2-316/2025

Дело № 2-316/2025

25RS0010-01-2024-007246-32


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 января 2025 года город Находка

Находкинский городской суд Приморского края в составе:

председательствующего судьи Черновой М.А.,

при секретаре Мичученко Н.А.,

с участием истца ФИО1,

представителей ответчика ООО «МЕДВЭЙ» по доверенностям от 09.01.2025 ФИО2, ФИО3,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО «МЕДВЭЙ» о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

истец обратилась в суд с названным иском, в обоснование требований указав, что 16.11.2021 г. она обратилась в медицинский центр «Вита» к терапевту ФИО15 Е.В. с целью получения медицинского отвода от вакцинации от новой коронавирусной инфекции COVID-19, который был ей необходим для предъявления на работе. Противопоказанием к вакцинации от COVID-19 являются аллергические реакции и гиперчувствительность к компонентам вакцины. Причиной и необходимостью в получении такого отвода было имеющееся у нее аллергическое заболевание, в связи с наличием которого истец состоит на учете у врача-дерматолога КГБУЗ «Находкинская ГБ № 1», и его обострение во время лечения в стационаре Находкинской больницы ФГБУЗ ДВОМЦ ФМБА России в ДД.ММ.ГГ. г. На приеме у врача ею были предоставлены подтверждающие наличие аллергического заболевания медицинские документы: медицинская карта КГБУЗ «Находкинская ГБ № 1», медицинская карта Находкинской больницы ФГБУЗ ДВОМЦ ФМБА России, направление на обследование и лист приема у аллерголога в Центре охраны материнства и детства г. Владивостока, справка на наличие антител к COVID-19. Ранее, в ДД.ММ.ГГ. г. она обращалась в Находкинскую больницу ФГБУЗ ДВОМЦ ФМБА к терапевту ФИО10 А.В. для получения медицинского отвода, поскольку в 2019 г. на приеме у этого врача факт тяжелого аллергического состояния был зафиксирован, ей сразу на месте был сделан укол от аллергии и рекомендовано при повторении приступа вызывать скорую медицинскую помощь. Ей было выдано направление на обследование у аллерголога в Центре охраны материнства и детства г. Владивостока, где она планировала сделать аллергические пробы на вакцину Спутник «Гам-Ковид-Вак». Однако сделать пробы не представилось возможным ввиду отсутствия такого вида исследования в названном медицинском учреждении. В последующем, в ДД.ММ.ГГ. г. она вновь обратилась в Находкинскую больницу ФГБУЗ ДВОМЦ России для получения медицинского отвода от вакцинации от COVID-19, и он был ей действительно предоставлен.

Вакцинация от COVID-19, назначенная в ноябре 2021 г., подразумевает участие в клинических исследованиях, однако вакцины "Гам-Ковид-Вак", "Гам-Ковид-Вак-Лио", ЭпиВакКорона", "Спутник Лайт", "КовиВак» на тот момент в ноябре 2021 г. еще не прошли все стадии клинических исследований; у большинства из них срок испытаний должен был закончиться только в декабре 2022 года. Являясь врачом-терапевтом, ФИО16 Е.В. знала об этих фактах и рисках, и, несмотря на предоставленные медицинские документы, в отводе от вакцинации отказала, выдав справку о том, что противопоказаний к вакцинации «Спутник V» не имеется. В результате этого истец была отстранена от работы без сохранения заработной платы, как работник, не прошедший вакцинацию от COVID-19 в МБУК «Картинная галерея Вернисаж» г. Находка.

В марте 2023 года она обратилась с жалобой на действия врача-терапевта ФИО17 Е.В. к руководству медицинского центра «Вита» (ООО «МЕДВЭЙ»), однако нарушений в действиях врача установлено не было.

Полагает, что отказ в медицинском отводе от вакцинации является необоснованным, поскольку вакцинация в ноябре 2021 г. могла создать угрозу для её здоровья и жизни. Ввиду отстранения от работы в период с ноября 2021 г. по апрель 2022 г. она была лишена заработка, по причине нехватки денежных средств появились долги, в том числе задолженности по оплате жилищно-коммунальных услуг. На протяжении длительного времени истец находилась в угнетенном психологическом состоянии, в депрессии, в эмоциональных переживаниях и стрессе, повысился сахар крови, возникло состояние преддиабета. В связи с изложенным, просила суд взыскать с ответчика в свою пользу возмещение материального ущерба (утраченный заработок) и моральный вред, причиненные в связи с отстранением от работы, денежные средства в общей сумме 300 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебных заседаниях заявленные требования уточнила, по существу их поддержала по доводам иска и дополнениям к нему. Указала, что в настоящее время, ввиду реорганизации учреждения-работодателя, является сотрудником <.........> При обращении с иском ею не было указано, что, согласно приказу Минздрава России от 19.03.2020 № 198н «О временном порядке организации проведения профилактических прививок против новой коронавирусной инфекции COVID-19», ответчик совместно с другими медицинскими учреждениями г. Находки проводил вакцинацию населения от этого заболевания. Информация о возможности вакцинации в данном медицинском учреждении была размещена в свободном доступе в сети Интернет, о чем суду представлены скриншоты. Поскольку истец не имеет медицинского образования, она изначально не делала различий между терминами «справка», «медицинское заключение» и «медицинский отвод». Однако полагает, что в негосударственном медицинском учреждении врач-терапевт обязан дать медицинское заключение о наличии противопоказаний, если имеется заболевание, и выдать направление на врачебную комиссию в государственную поликлинику по месту жительства для окончательного решения по медицинскому отводу. И этого врачом ФИО18 Е.В. сделано не было, хотя такое заключение могло являться основанием для отмены приказа об отстранении от работы. Поэтому она полагает необходимым изменить формулировки иска на более корректные, применяя вместо формулировки «медотвод от вакцинации» формулировку «медицинское заключение о наличии противопоказаний к вакцинации». Соответственно, формулировка «Считаю, что отказ в медотводе врачом ФИО19 Е.В. был необоснованный, вакцинация в ноябре 2021 г. могла создать угрозу моему здоровью и жизни» подлежит изменению на «Считаю, что отказ в медицинском заключении о наличии противопоказаний врачом ФИО20 Е.В. был необоснованный, выданная ею справка об отсутствии противопоказаний к вакцинации в ноябре 2021 г. создала угрозу моему здоровью и жизни». Кроме того, полагает, что основанием для отказа в её требованиях могли стать отношения конфликтного характера, возникшие между нею и руководством медицинского центра «Вита», которое одновременно является руководством медицинского центра «Гармония». Медицинский отвод был ей необходим не только по причине имеющейся аллергии, но и в связи с планируемой беременностью, так как детей она не имеет. Однако поведение врачей указанных медицинских учреждений было некорректным, не профессиональным, а в последующем в медицинском обслуживании было отказано вовсе и без объяснения причин. В части расчета суммы материального ущерба указала, что сумма в размере 300 000 рублей складывается из двух показателей: расчет среднего заработка за время вынужденного прогула за период с 16.11.2021 г. по 08.04.2022 г. в размере 134 667,84 руб., что с учетом инфляции составило 168 335 руб.; расчет компенсации морального вреда в денежном выражении, сумму которого она оценивает на 131 665 руб. В окончательной редакции просила суд признать справку от 16.11.2021 г. об отсутствии противопоказаний к вакцинации от COVID-19, выданную Медицинским центром «Вита» (ООО «МЕДВЭЙ»), незаконной, взыскать с ответчика в её пользу в возмещение материального ущерба, причиненного в результате отстранения от работы (утраченный заработок с учетом инфляции) в размере 168 335 руб., компенсацию морального вреда – 131 665 руб., т.е. всего – 300 000 руб. Просила иск в уточненной редакции удовлетворить полностью.

Представители ответчика в судебном заседании не согласились с заявленными требованиями, ссылались на доводы письменного возражения и дополнения к нему. Так, прививка против коронавирусной инфекции, вызываемой вирусом lRS-CoV-2, как заболевания, представляющего опасность для окружающих, в соответствии с Приказом Министерства здравоохранения РФ от 21.03.2014 г. № 125н (в редакции от 03.02.2021 г.), действовавшим на момент спорных правоотношений, включена в календарь профилактических прививок по эпидемическим показаниям. Временными рекомендациями Министерства здравоохранения РФ от 30.10.2021 г. установлено, в том числе, что хроническая рецидивирующая крапивница, которой страдала истец, согласно предоставленной ею на момент обращения к ответчику, медицинской документации, не включена в список противопоказаний к вакцинации против новой коронавирусной инфекции COVID-19. При наличии установленных постоянных или временных противопоказаний к вакцинации пациенту выдается справка о наличии медицинских противопоказаний к вакцинации против новой коронавирусной инфекции COVID-19 на определенный период. Наличие медицинских противопоказаний к проведению вакцинации против новой коронавирусной инфекции COVID-19 определяется лечащим врачом или врачом той специальности, который определяет противопоказания против вакцинации. Решение о выдаче справки о наличии медицинского отвода от вакцинации против новой коронавирусной инфекции COVID-19 принимает врачебная комиссия той медицинской организации, где наблюдается пациент по заболеванию, являющемуся противопоказанием. Однако истец не наблюдалась в ООО «МЕДВЭЙ» по заболеванию, являющемуся противопоказанием к проведению вакцинации. Кроме того, истец не оспаривала, что до обращения к ответчику, с целью получения медицинского отвода от вакцинации от COVID-19, она обратилась в Находкинскую больницу ФГБУЗ «ДВОМЦ ФМБА», где постоянно наблюдалась по заболеванию «Хроническая рецидивирующая крапивница», и ей также было отказано в выдаче такого отвода. Поэтому довод истца о том, что вакцинация в ноябре 2021 г. могла создать угрозу её жизни и здоровью не подтвержден и не обоснован, и является субъективным мнением истца. И тот факт, что истец в настоящее время имеет медицинский отвод от вакцинации не означает, что в 2021 г. истцу вышеуказанная прививка была противопоказана. Более того, распоряжаясь своим правом на отказ от профилактической прививки, гражданин, для которого такая прививка является обязательной, должен осознавать, что в силу требований действующего законодательства отсутствие профилактической прививки может повлечь для такого гражданина неблагоприятные последствия, в том числе отказ в приеме на работу или отстранение от работы. Помимо этого, деятельность медицинской организации по вакцинации населения подлежит обязательному лицензированию. Однако лицензии на указанный вид деятельности ответчик не имеет. Поэтому должностные лица ООО «МЕДВЭЙ» не должны были следовать документам, регламентирующим порядок проведения вакцинации, поскольку вакцинацию населения против новой коронавирусной инфекции не проводили. В части требований истца о признании незаконной справки об отсутствии противопоказаний к вакцинации указали, что противопоказания против вакцинации определяются на момент осмотра. Однако 16.11.2021 г., на момент осмотра, данных за острую патологию или обострение хронических заболеваний в отношении истца не имелось, а значит, не имелось противопоказаний к проведению вакцинации, о чем истцу и была выдана справка. Также истец не наблюдалась в ООО «МЕДВЭЙ» по заболеванию, являющимся противопоказанием к проведению вакцинации, а именно хроническая рецидивирующая крапивница, в связи с чем справка о наличии медицинского отвода от вакцинации против новой коронавирусной инфекции COVID-19 ей также не могла быть выдана ответчиком. Поскольку справка об отсутствии у истца на момент обращения острых инфекционных и неинфекционных заболеваний или обострения хронических заболеваний, а следовательно и об отсутствии противопоказаний к проведению вакцинации от COVID-19 выдана ФИО21 Е.В. на законных основаниях, факт нарушения прав истицы со стороны ответчика не установлен. Просили в иске отказать в полном объеме.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав материалы дела и оценив юридически значимые обстоятельства, приходит к следующему.

Статьей 41 Конституции РФ гарантировано право каждого на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Согласно ч. 2 ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

В статье 4 названного Закона сказано, что к основным принципам охраны здоровья относятся: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; приоритет охраны здоровья детей; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч.3 ст.98 ФЗ от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ).

Из изложенного следует, что в случае причинения гражданину морального вреда (нравственных и физических страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, в числе которых право гражданина на охрану здоровья, право на семейную жизнь, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Правовые основы государственной политики в области иммунопрофилактики инфекционных болезней, осуществляемой в целях охраны здоровья и обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения Российской Федерации, определены Федеральным законом от 17.09.1998 № 157-ФЗ (ред. от 02.07.2021) «Об иммунопрофилактике инфекционных болезней».

Статьей 1 указанного Закона определено, что под профилактическими прививками понимается введение в организм человека иммунобиологических лекарственных препаратов для иммунопрофилактики в целях создания специфической невосприимчивости к инфекционным болезням.

Федеральным законом от 25 ноября 2013 г. № 317-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации по вопросам охраны здоровья граждан в Российской Федерации» установлено, что в соответствии с календарем профилактических прививок по эпидемическим показаниям мероприятия по проведению прививок по эпидемическим показаниям не носят массовый характер, осуществляются при угрозе возникновения ряда инфекционных болезней, утвержденных уполномоченных органом исполнительной власти.

В свою очередь, Федеральный закон от 30.03.1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» регулирует отношения, возникающие в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, как одного из основных условий реализации предусмотренных Конституцией РФ прав граждан на охрану здоровья и благоприятную окружающую среду. Санитарно-эпидемиологическое благополучие населения обеспечивается, в том числе, посредством профилактики заболеваний в соответствии с санитарно- эпидемиологической обстановкой и прогнозом ее изменения, выполнения санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий и обязательного соблюдения гражданами, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами санитарных правил, как составной части осуществляемой ими деятельности,?государственного санитарно-эпидемиологического нормирования, федерального государственного санитарно-эпидемиологического надзора.

Согласно ст. 10 Федерального закона от 17.09.1998 № 157-ФЗ «Об иммунопрофилактике инфекционных болезней» профилактические прививки по эпидемическим показаниям проводятся гражданам при угрозе возникновения инфекционных болезней, перечень которых устанавливает федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения.

Отсутствие профилактических прививок влечет, в том числе (ст. 5 названного ФЗ) отказ в приеме граждан на работы или отстранение граждан от работ, выполнение которых связано с высоким риском заболевания инфекционными болезнями. Перечень работ, выполнение которых связано с высоким риском заболевания инфекционными болезнями и требует обязательного проведения профилактических прививок, устанавливается уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Так, согласно Постановлению Правительства РФ от 01.12.2004 года № 715 «Об утверждении перечня социально значимых заболеваний и перечня заболеваний, представляющих опасность окружающих» (в редакции от 31.01.2020) коронавирусная инфекция COVID-19 включена в перечень заболеваний, представляющих опасность для окружающих, в последующем – внесена в календарь профилактических прививок по эпидемическим показаниям (Приказ Министерства здравоохранения РФ от 21.03.2014 № 125н (в редакции от 03.02.2021).

В судебном заседании установлено, что на основании трудового договора от ДД.ММ.ГГ. ФИО1 работала в <.........> в должности <.........> (с 21.08.2023 – <.........>, <.........>).

12.11.2021 <.........> издан приказ об отстранении <.........> ФИО1 от работы без сохранения заработной платы с 16.11.2021 до тех пор, пока работник не пройдет вакцинацию от новой коронавирусной инфекции COVID-19 или не предоставит справку о противопоказаниях.

16.11.2021 г. с целью получения медицинского отвода от вакцинации от новой коронавирусной инфекции COVID-19, как лица, имеющего отягощенный аллергический анамнез (хроническая рецидивирующая крапивница), ФИО1 обратилась в медицинский центр «Вита» (<...>) (ООО «МЕДВЭЙ»), где была принята врачом-терапевтом ФИО22 Е.М. В подтверждение состояния здоровья ею на прием были представлены медицинская карта КГБУЗ «Находкинская ГБ № 1», медицинская карта Находкинской больницы ФГБУЗ ДВОМЦ ФМБА России, направление на обследование и лист приема у аллерголога в Центре охраны материнства и детства г. Владивостока, справка на наличие антител к COVID-19.

По результатам приема и осмотра пациента врачом ФИО23 Е.В. была выдана справка от 16.11.2021 г. об отсутствии противопоказаний к вакцинации от COVID-19 (л.д.24), т.е. медицинского отвода от вакцинации, а равно иного документа, дающего возможность предъявить его работодателю в целях решения вопроса об отмене приказа об отстранении от работы, по требованиям истца фактически выдано не было.

В последующем, в связи с изменением эпидемиологической ситуации и принятием соответствующих решений в области здравоохранении, к работе истец приступила 14.04.2022 г.

Обращаясь в суд с рассматриваемым иском, ФИО1 указала, что, несмотря на наличие у неё медицинской документации, свидетельствующей о наличии аллергического заболевания, врач на приеме данных за острую патологию и обострение хронических заболеваний не выявила, противопоказаний для вакцинации COVID-19 также не выявила, о чем и выдала вышеуказанную справку. Однако противопоказанием к вакцинации от COVID-19 являются аллергические реакции и гиперчувствительность к компонентам вакцины, принятие решения о вакцинации должно основываться на оценке соотношения пользы и риска в каждой конкретной ситуации, для проведения вакцинации в медицинской организации приказом руководителя назначаются ответственные лица. При этом истец полагала, что медицинский центр «VITA» совместно с другими учреждениями г. Находка проводил вакцинацию населения от указанного заболевания, сведения о чем были размещены к свободному доступу в сети Интернет. Отказ в выдаче указанной справки повлек ухудшение психо-эмоционального состояния, поскольку она была лишена заработка, обострились заболевания.

Однако, анализируя представленные сторонами доказательства, суд не может согласиться с позицией истца, ввиду следующего.

Порядок проведения вакцинации взрослого населения против COVID-19 на момент спорных правоотношений был регламентирован временными методическими рекомендациями, содержащимися в письме Министерства здравоохранения РФ от 30.10.2021 № 30-4/И/2-17927 «О новой редакции Порядка проведения вакцинации взрослого населения против COVID-19» (далее по тексту - временные методические рекомендации).

В список противопоказаний к вакцинации против новой коронавирусной инфекции COVID-19, в том числе, согласно п.8.5 временных методических рекомендаций, включены и временные противопоказания к проведению вакцинации, а именно острые инфекционные и неинфекционные заболевания, обострение хронических заболеваний.

Пунктом 8.7 указанного документа установлено, что наличие медицинских противопоказаний к проведению вакцинации против новой коронавирусной инфекции COVID-19 определяется лечащим врачом или врачом той специальности, который определяет противопоказания против вакцинации.

В случае определения у пациента временных противопоказаний к вакцинации против новой коронавирусной инфекции COVID-19 справка выдается сроком до 30 дней с последующей консультацией у врача-специалиста, выдавшего справку (п.8.9).

Однако, как установлено в суде и не оспаривалось истцом, на момент осмотра – 16.11.2021 – у истца не выявлено острого инфекционного и неинфекционного заболевания или обострения хронических заболеваний, которые в соответствии с п. 8.5. временных методических рекомендаций являются временными противопоказаниями к проведению вакцинации.

При этом имеющееся у истца, согласно медицинской документации, аллергическое заболевание (хроническая рецидивирующая крапивница) в список противопоказаний к вакцинации против новой коронавирусной инфекции COVID-19 не включена.

Более того, истец не наблюдалась в ООО «МЕДВЭЙ» по заболеванию, являющимся противопоказанием к проведению вакцинации, а именно хроническая рецидивирующая крапивница, в связи, с чем в силу п. 8.8 временных методических рекомендаций, справка о наличии медицинского отвода от вакцинации против новой коронавирусной инфекции COVID-19 ей также не могла быть выдана ответчиком, поскольку решение о выдаче такой справки может быть принято исключительно врачебной комиссией той медицинской организации, где наблюдается пациент по заболеванию, являющимся противопоказанием.

Указанные обстоятельства подтверждены полученным в последующем (31.03.2023 г.) истцом решением врачебной комиссии Находкинской больницы ФГБУЗ ДВОМЦ ФМБА России о наличии постоянных медицинских противопоказаний к вакцинации.

При этом, вопреки сведениям, указанным в иске (л.д. 4) медицинский отвод был предоставлен для вакцинации в целом, а не в отношении вакцинации от новой коронавирусной инфекции COVID-19.

Доводы истца об участии ответчика в кампании по массовой вакцинации населения в период новой коронавирусной инфекции COVID-19 и, соответственно, о наличии, по мнению истца, полномочий у ответчика на выдачу требуемых ею документов, также опровергаются предоставленными ответчиком документами.

Так, в соответствии с требованиями действующего законодательства для проведения вакцинации у медицинской организации должна быть лицензия, предусматривающая выполнение работ (услуг) по вакцинации (проведению профилактических прививок).

ООО «МЕДВЕЙ» осуществляет свою деятельность на основании лицензии № Л041-01023-25/00355514, выписка из которой предоставлена в материалы дела и согласно которой выполнение работ (услуг) по вакцинации (проведению профилактических прививок) не предусмотрено.

И поскольку вакцинацию населения против новой коронавирусной инфекции ответчик не проводил, что подтверждено приказами Министерства здравоохранения Приморского края, обязанности следовать документам регламентирующим порядок проведения вакцинации, на истца возложено не было.

Поэтому ссылки истца на участие ответчика в прививочной кампании в указанный период по информации, размещенной в сети Интернет, не могут быть признаны судом обоснованными.

На основании ст. 12 ГК РФ компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

На основании п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина. Потерпевший – истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

При этом пунктом 48 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 разъяснено, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что оснований для возмещения морального вреда ответчиком не имеется, поскольку врач-терапевт ООО «МЕДВЭЙ» обоснованно на момент осмотра выдала истцу справку об отсутствии у нее на момент обращения острых инфекционных и неинфекционных заболеваний или обострения хронических заболеваний, а следовательно, и об отсутствии противопоказаний к проведению вакцинации от COVID-19. Лицом, наблюдавшимся в указанном медицинском учреждении по поводу хронической рецидивирующей крапивницы, истец также не являлась и не является, медицинское учреждение в компании по вакцинации не участвовало, в спорный период медицинского отвода в Находкинской больнице ФГБУЗ ДВОМЦ ФМБА России истцом также получено не было.

Как прямо следует из пояснений истца, данных в судебных заседаниях, она фактически самостоятельно приняла решение об отказе от вакцинации, полагая небезопасным применение экспериментальной вакцины, с учетом того, что имеет хроническое рецидивирующее аллергическое заболевание, а также планирует беременность. При отказе в получении требуемого документа на базе государственного медицинского учреждения истец полагала возможным получить «хоть что-то…….», поскольку прием проходит на платной основе (протокол судебного заседания от 22.01.2025).

Поэтому суд полагает, что доводы истца о возможной в ноябре 2021 вакцинации от названного вида инфекции угрозе здоровью (жизни) действительно являются субъективным мнением и тот факт, что в последующем соответствующее решение было врачебной комиссией принято, не свидетельствует, по мнению суда, что вакцинация от новой коронавирусной инфекции COVID-19 была истцу по состоянию на 16.11.2021 г. противопоказана, тем более, что, как указано выше, медицинский отвод был предоставлен для вакцинации в целом, а не в отношении исключительно вакцинации от новой коронавирусной инфекции COVID-19.

Соответственно, распоряжаясь своим правом на отказ от профилактической прививки, гражданин, для которого такая прививка является обязательной, должен осознавать, что в силу требований действующего законодательства отсутствие профилактической прививки может повлечь для такого гражданина неблагоприятные последствия, в том числе - отказ в приеме на работу или отстранение от работы.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно абз. 8 ч. 1 ст. 76 Трудового кодекса РФ работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) работника в случаях, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с ч. 2 ст. 76 Трудового кодекса РФ работодатель отстраняет от работы (не допускает к работе) работника на весь период времени до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения от работы или недопущения к работе, если иное не предусмотрено Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами.

В период отстранения от работы (недопущения к работе) заработная плата работнику не начисляется, за исключением случаем, предусмотренных Трудовым кодексом РФ или иными федеральными законами (ч. 3 ст. 76 ТК РФ).

Установление правовых последствий отсутствия вакцинации в виде отстранения граждан от работ, выполнение которых связано с высоким риском заболевания инфекционными болезнями, обусловлены необходимостью сохранения здоровья таких категорий работников в процессе трудовой деятельности, а также обеспечения здоровья и безопасности других лиц, что соответствует правовым позициям Конституционного Суда РФ (Определение от 21.11.2013 года № 1867-О).

Убытки подлежат возмещению лицом, причинившим вред.

Однако обстоятельств причинения вреда ответчиком судом не установлено.

На основании изложенного, оснований для удовлетворения требований истца, как в части компенсации морального вреда, так и в части возмещения материального ущерба (убытков), поскольку заработная плата работнику не начислялась, не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ООО «МЕДВЭЙ» о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда, - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Приморский краевой суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Находкинский городской суд.

Судья М.А. Чернова

решение в мотивированном виде

принято 05.02.2025 г.