Постановление № 44Г-56/2018 4Г-1216/2018 от 10 июля 2018 г. по делу № 2-165/2017

Судья Ермаков С.Н. № 44Г-56

Докладчик Кузьменок А.В.


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Новосибирск 11 июля 2018 года

Президиум Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего: Шатовкиной Р.В.,

членов президиума: Пилипенко Е.А., Сажневой С.В., Билюковой Л.Р., Недоступ Т.В., Свинтицкой Г.Я.,

при секретаре: Левицкой В.В.,

рассмотрев кассационную жалобу представителя ФИО1 – ФИО2 на решение Колыванского районного суда Новосибирской области от 09 октября 2017 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 30 января 2018 года по гражданскому делу по иску ФИО3 к ФИО1, ФИО4, ФИО5, ФИО6, администрации Новотроицкого сельсовета Колыванского района Новосибирской области о признании права собственности на квартиру и земельный участок и встречному исковому заявлению ФИО1 к ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 о признании права собственности на квартиру и земельный участок в порядке приобретательной давности,

заслушав доклад судьи Папушиной Н.Ю., объяснения ФИО3, представителя ФИО3 – ФИО7, ФИО4,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО8, ФИО4, ФИО5, ФИО6, администрации Новотроицкого сельсовета Колыванского района Новосибирской области о признании права собственности на квартиру и земельный участок. В обоснование заявленных требований истицей указано, что ДД.ММ.ГГГГ умер ее отец – ФИО9, после смерти которого осталось наследственное имущество в виде квартиры и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>. Право собственности наследодателя на них в ЕГРП не зарегистрировано. Однако на участок в 1993 году ему было выдано свидетельство о праве собственности на землю, а квартира в его собственность, по мнению истицы, была передана на основании приказа директора АО «Новотроицкое» от 26 января 1994 года о выдаче ордеров для приватизации квартир их владельцам.

После смерти ФИО9 наследниками по закону первой очереди являлись мать истца ФИО10, истец, а также ее сестры и братья – ФИО4, ФИО6, ФИО11 и ФИО5 К нотариусу за получением свидетельств о праве на наследство никто из них не обращался, однако мать истца – ФИО10 фактически приняла данное наследство, так как продолжала после смерти мужа проживать в доме и пользоваться участком. В 1998 году состояние ее здоровья ухудшилось, поэтому истица забрала ФИО10 к себе со всем ее имуществом для осуществления ухода за ней.

18 февраля 2001 года ФИО10 умерла. Наследником, фактически принявшим ее наследство, является истица.

При этом после переезда к дочери ФИО10 передала свою квартиру сыну – ФИО11, с которым ответчица состояла в фактических брачных отношениях.

ФИО11 умер 03 февраля 2000 года, т.е. до смерти матери. Наследников после него не имеется, его наследство никто не принял.

Как впоследствии узнала истица, в спорной квартире после смерти ФИО11 осталась проживать ФИО8, которой на основании распоряжения директора бывшего Новотроицкого совхоза, реорганизованного в 1993 году в АО «Новотроицкое», в ведении которого остался жилой фонд совхоза, была предоставлена квартира, в связи с чем выдан ордер № от 25 января 2000 года. С этого времена ответчица пользуется квартирой и участком.

Уточнив в ходе рассмотрения дела свои требования, ФИО3 просила признать недействительными приказ № от 21 января 2000 года директора АО «Новотроицкое» о закреплении за ФИО8 спорной квартиры; ордер №, выданный на имя ответчика администрацией Новотроицкого сельсовета Колыванского района Новосибирской области. Кроме того, просила признать за ней в порядке наследования право собственности в спорную квартиру и земельный участок по указанному выше адресу.

ФИО8 обратилась в суд со встречным исковым заявлением к ФИО3, ФИО4, ФИО5 и ФИО6 о признании прав собственности на спорные объекты в силу приобретательной давности. В обоснование иска ответчицей указано, что ФИО12 указала, что <адрес> являлась жилищным фондом совхоза, который в феврале 1993 года реорганизован в АОЗТ «Новотроицкое». Жилищный фонд совхоза в уставный капитал АОЗТ не вошел (таких сведений нет), но остался в его ведении.

ФИО1 проживала единой семьей с ФИО11, с которым после смерти его отца и выезда матери в другой населенный пункт вселилась в спорную квартиру, ранее предоставленную семье Ф-ных. В 2000 году по распоряжению директора АОЗТ квартира была предоставлена ей, на ее имя администрацией сельсовета был выдан ордер, она зарегистрирована по данному адресу по месту жительства. В настоящее время она является пенсионером. При этом квартира в собственность ФИО9 (отца ФИО3) не передавалась, ордер на свое имя он так и не получил, договор приватизации не заключал и с таким заявлением не обращался.

Ответчица указала, что она более 18 лет открыто и добросовестно владеет квартирой и участком, платит все установленные платежи, содержит и ремонтирует дом, обрабатывает участок, возвела на нем хозяйственные постройки. Никто и никогда требований к ней об освобождении квартиры и участка не предъявлял, их за свой счет не содержал, о своих правах на них не заявлял. АОЗТ (потом ЗАО) «Новотроицкое» ликвидировано, жилье в муниципальную собственность в установленном порядке не передано.

В связи с чем ФИО8 просила признать за ней право собственности на спорные объекты в силу приобретательной давности. Также заявила о применении срока исковой давности к требованиям ФИО3

Решением Колыванского районного суда Новосибирской области от 09 октября 2017 года исковые требования ФИО3 удовлетворены в полном объеме, в удовлетворении встречных исковых требований ФИО8 отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 30 января 2018 года решение Колыванского районного суда Новосибирской области от 09 октября 2017 года оставлено без изменения.

В кассационной жалобе представитель ФИО8 – ФИО2 просит отменить указанные судебные постановления, ссылаясь на существенное нарушение судом норм материального и процессуального права.

Определением судьи Новосибирского областного суда Слядневой И.В. гражданское дело истребовано в Новосибирский областной суд, исполнение решения Колыванского районного суда Новосибирской области от 09 октября 2017 года приостановлено до окончания рассмотрения кассационной жалобы.

В судебное заседание ФИО8, будучи надлежащим образом извещенной о времени и месте рассмотрения дела, не явилась, о причинах своей неявки суду не сообщила. В судебном заседании ФИО3, её представитель ФИО7, ФИО4 против удовлетворения кассационной жалобы возражали. Иные лица, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, в связи с чем, руководствуясь статьей 385 ГПК РФ, президиум считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц и их представителей.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, президиум Новосибирского областного суда находит жалобу подлежащей удовлетворению, исходя из следующего.

Согласно положениям статьи 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Согласно статье 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается настоящим Кодексом или другими законами.

В силу статьи 2 Закона Российской Федерации от 04 июля 1991 года № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (далее – Закон о приватизации) граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных данным законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.

В соответствии со статьей 7 Закона о приватизации передача жилых помещений в собственность граждан оформляется договором передачи, заключаемым органами государственной власти или органами местного самоуправления поселений, предприятием, учреждением с гражданином, получающим жилое помещение в собственность в порядке, установленном законодательством.

Решение вопроса о приватизации жилых помещений должно приниматься по заявлениям граждан в двухмесячный срок со дня подачи документов (статья 8 Закона о приватизации).

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 августа 1993 года № 8 «О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», гражданам не может быть отказано в приватизации занимаемых ими жилых помещений на предусмотренных этим законом условиях, если они обратились с таким требованием.

При этом необходимо учитывать, что соблюдение установленного статьям 7, 8 названного закона порядка оформления передачи жилья обязательно как для граждан, так и для должностных лиц, на которых возложена обязанность по передаче жилых помещений в государственном и муниципальном жилищном фонде в собственность граждан (в частности, вопрос о приватизации должен быть решен в двухмесячный срок, заключен договор на передачу жилья в собственность, право собственности подлежит государственной регистрации в Едином государственном реестре учреждениями юстиции, со времени совершения которой и возникает право собственности гражданина на жилое помещение).

Однако если гражданин, подавший заявление о приватизации и необходимые для этого документы, умер до оформления договора на передачу жилого помещения в собственность или до государственной регистрации права собственности, то в случае возникновения спора по поводу включения этого жилого помещения или его части в наследственную массу необходимо иметь в виду, что указанное обстоятельство само по себе не может служить основанием к отказу в удовлетворении требования наследника, если наследодатель, выразив при жизни волю на приватизацию занимаемого жилого помещения, не отозвал свое заявление, поскольку по независящим от него причинам был лишен возможности соблюсти все правила оформления документов на приватизацию, в которой ему не могло быть отказано.

Таким образом, возможность включения жилого помещения в наследственную массу по требованию наследника допускается лишь в том случае, когда гражданин (наследодатель), желавший приватизировать жилое помещение, подал заявление о приватизации и все необходимые для этого документы, не отозвал его, но умер до оформления договора на передачу жилого помещения в собственность или до государственной регистрации права собственности.

Другие способы выражения наследодателем воли на приватизацию жилого помещения (выдача доверенностей на приватизацию, получение части документов для приватизации, устные заявления в разговорах с родственниками и знакомыми о необходимости и желании приватизировать жилое помещение и т.п.) без его обращения при жизни с соответствующим заявлением и необходимыми документами в уполномоченный орган правового значения не имеют и основанием для включения в наследственную массу после смерти наследодателя занимаемого им по договору социального найма жилого помещения являться не могут.

Обстоятельством, имеющим значение для правильного разрешения данного дела, являлось установление факта подачи наследодателем ФИО9 в установленном порядке в уполномоченный орган заявления о приватизации занимаемого им по договору социального найма жилого помещения вместе с необходимыми документами, а также того, что данное заявление не было им отозвано.

Само по себе желание гражданина приватизировать жилое помещение, занимаемое по договору социального найма, в отсутствие с его стороны обязательных действий (обращение при жизни лично или через представителя с соответствующим заявлением и необходимыми документами в уполномоченный орган) в силу положений статей 2, 7, 8 Закона о приватизации и разъяснений по их применению, содержащихся в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 августа 1993 года № 8, не может служить правовым основанием для включения жилого помещения после смерти гражданина в наследственную массу и признания за наследником права собственности на это жилое помещение.

Участники дела не оспаривают, что спорная квартира была построена совхозом, реорганизованным в АОЗТ в 1993 году, и предоставлена семье Ф-ных до его реорганизации в связи с работой в совхозе.

На момент реорганизации данного юридического лица Федеральным законом от 23 декабря 1992 года № 4199-1 «О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР «О приватизации жилищного фонда в РСФСР» в статью 18 названного Закона внесены изменения, в соответствии с которыми при переходе государственных или муниципальных предприятий, учреждений в иную форму собственности жилищный фонд, находящийся в полном хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений, должен был быть передан в хозяйственное ведение или оперативное управление правопреемников этих предприятий, учреждений (если они определены) либо в ведение органов местного самоуправления в установленном порядке с сохранением всех жилищных прав граждан, в том числе, и права на приватизацию жилья.

Каких-либо ограничений при приватизации жилых помещений в домах, принадлежащих государственным сельскохозяйственным предприятиям, закон не устанавливал. Напротив, статья 4 Закона о приватизации предусматривала возможность приватизации жилых помещений, находящихся в жилищном фонде совхозов и других сельскохозяйственных предприятий, к ним приравненных, в том числе в случае, если при реорганизации совхоза они остались в его ведении в качестве ведомственного жилищного фонда и не были переданы в собственность муниципалитета.

Из материалов дела усматривается и не оспаривалось участниками, что жилье совхоза при его реорганизации в муниципальную собственность передано не было, осталось во владении сельхозпредприятия. Сведений о включении его в уставный капитал АОЗТ нет. Согласно вышеуказанным нормам права, за нанимателями жилых посещений бывшего совхоза сохранились права на их приватизацию в установленном законом порядке. До момента их приватизации у них имелось только право пользования этими помещениями на условиях социального найма, которое не наследуется.

При этом согласно статей 60 и 89 Жилищного кодекса РСФСР, действовавшего в период возникновения спорных правоотношений, жилое помещение, занимаемое на условиях жилищного найма, сохранялось за его пользователями при временном отсутствии в течение шести месяцев. В случае выезда нанимателя и членов его семьи на постоянное жительство в другое место договор найма считался расторгнутым со дня выезда. Аналогичное правило предусмотрено пунктом 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации.

После освобождения жилого помещения оно подлежало предоставлению иному лицу, нуждающемуся в улучшении жилищных условий, в порядке главы 1 раздела 3 Жилищного кодекса РСФСР. Основанием для вселения в освободившееся жилое помещение в силу статьи 47 Жилищного кодекса РСФСР являлся ордер, который выдавался исполнительным комитетом районного, городского, районного в городе, поселкового, сельского Советов народных депутатов на основании решения о предоставлении жилого помещения в доме государственного или общественного жилищного фонда.

Согласно статье 48 Жилищного кодекса РСФСР ордер на жилое помещение мог быть признан недействительным в судебном порядке в случаях представления гражданами не соответствующих действительности сведений о нуждаемости в улучшении жилищных условий, нарушения прав других граждан или организаций на указанное в ордере жилое помещение, неправомерных действий должностных лиц при решении вопроса о предоставлении жилого помещения, а также в иных случаях нарушения порядка и условий предоставления жилых помещений. Требование о признании ордера недействительным могло быть заявлено в течение трех лет со дня его выдачу.

В случае истечения срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, суд выносит решение об отказе в иске (статья 199 ГК РФ).

Постанавливая решение об удовлетворении иска ФИО3 и об отказе в удовлетворении встречного иска ФИО8, суд первой инстанции пришел к выводу, что ФИО3, как наследник ФИО14, фактически приняв их наследство в 2001 году, вправе оспаривать права ФИО8 в отношении спорного имущества и требовать признания недействительными решения о предоставлении квартиры Ф-ных ответчику ФИО13 и ордер на ее имя от 2000 года. При этом квартиру ДД.ММ.ГГГГ суд посчитал принадлежавшей ФИО9 в результате ее приватизации, которая, по мнению суда, подтверждается приказом № от 26 января 1994 года директора АО «Новотроицкое» о выдаче ордеров владельцам квартир в связи с их приватизацией.

Отказывая в применении к данным требованиям ФИО3 срока исковой давности, суд посчитал, что в силу статьи 181 ГК РФ срок для признания оспоримой сделки недействительной составляет один год со дня, когда истец узнал о нарушении своего права. ФИО3, по мнению суда, узнала о наличии ордера и решения о предоставлении квартиры Бабиной только в ходе рассмотрения дела, поэтому срок исковой давности не пропустила. В связи с этим, удовлетворив требования ФИО3, суд отказал во встречном иске ФИО1, полагая, что ее владение спорным имуществом не являлось добросовестным, поскольку она знала о правах Ф-ных на квартиру и участок.

Однако как уже было указано выше, в состав наследства входят принадлежащее наследодателю на праве собственности имущество и имущественные права. Применительно к приватизированным жилым помещениям это означает, что в отношении них должен быть заключен в установленном порядке договор приватизации либо подано заявление со всеми необходимыми документами, которое наследодатель не отозвал, но умер до оформления договора на передачу жилого помещения в собственность или до государственной регистрации права собственности.

Из материалов дела видно, что приказ № от 26 января 1994 года директора АО «Новотроицкое» касался только выдачи ордеров владельцам квартир, в том числе ФИО9, в связи с их приватизацией.

В последующем владельцы квартир, получившие ордера, заключили в отношении своих жилых помещений договоры приватизации (л.д. 64-65).

ФИО9 ордер на спорную квартиру не получил, договор приватизации не оформлял, с таким заявлением и необходимыми документами не обращался. Таких доказательств в деле нет, и ФИО3 в ходе рассмотрения дела это не отрицала.

Ее мать ФИО10 после смерти мужа также квартиру не приватизировала. Кроме них, в квартире никто не проживал, зарегистрирован не был.

После ее выезда из села Новотроицкое наймодатель, исходя из того, что квартира освободилась и не приватизирована, распределил ее ФИО8, издав приказ № от 21 января 2000 года. На основании данного приказа администрация Новотроицкого сельсовета выдала ФИО1 ордер № от 25 января 2000 года. Из выписки из домовой книги следует, что после этого ФИО1 была зарегистрирована по месту жительства и проживает в квартире до настоящего времени.

Как следует из показаний свидетелей, справок и отзывов администрации Новотроицкого сельсовета Колыванского района Новосибирской области, именно ФИО1 все эти годы содержит квартиру и участок, как свои собственные, платит необходимые сборы и платежи, возвела на участке хозяйственные постройки (сарай, баню), обрабатывает огород, посадила многолетние культуры. В квартиру вселилась сразу после выезда ФИО10 и жила там с ее сыном ФИО11, а после его смерти и выдачи ей ордера живет там открыто как законный владелец.

Из дела также усматривается, что ФИО3 как наследник ФИО14 домом и участком все эти годы не пользовалась, расходов по их содержанию не несла, прав ФИО1 до 2017 года не оспаривала, имущество у нее не истребовала.

Однако данные обстоятельства, являющиеся юридически значимыми для правильного разрешения настоящего спора, судами первой и апелляционной инстанций не были учтены. Положения законодательства о приватизации жилья и об основаниях и сроках признания недействительным ордера и о том, с какого момента в силу закона исчисляется срок давности для его оспаривания, а также о том, когда жилье считается переданным в собственность граждан в порядке приватизации и подлежит включению в состав их наследства, суды не применили.

С учетом этого судами неверно были определены юридически значимые обстоятельства и для разрешения встречного иска ФИО1 о признании за ней права собственности на спорные объекты в силу приобретательной давности, которые следовало установить, исходя из положений статьи 234 ГК РФ.

Поскольку приведенные нарушения норм процессуального права существенны, непреодолимы и без их устранения невозможно восстановление прав и законных интересов сторон спора, они могут быть исправлены только посредством отмены состоявшихся судебных постановлений с направлением гражданского дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

На основании изложенного и, руководствуясь статьями 387, 390 ГПК РФ, президиум

П О С Т А Н О В И Л:

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Новосибирского областного суда от 31 января 2018 года и решение Колыванского районного суда г. Новосибирска от 09 октября 2017 года по гражданскому делу по иску ФИО3 к ФИО1, ФИО4, ФИО5, ФИО6, администрации Новотроицкого сельсовета Колыванского района Новосибирской области о признании права собственности на квартиру и земельный участок и встречному исковому заявлению ФИО1 к ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 о признании права собственности на квартиру и земельный участок в порядке приобретательной давности отменить.

Направить гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО1, ФИО4, ФИО5, ФИО6, администрации Новотроицкого сельсовета Колыванского района Новосибирской области о признании права собственности на квартиру и земельный участок и встречному исковому заявлению ФИО1 к ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 о признании права собственности на квартиру и земельный участок в порядке приобретательной давности на новое рассмотрение в Колыванский районный суд Новосибирской области.

Кассационную жалобу представителя ФИО1 – ФИО2 удовлетворить.

Председательствующий: