Решение № 2-836/2019 2-836/2019~М-734/2019 М-734/2019 от 13 ноября 2019 г. по делу № 2-836/2019

Дело № 2-836/19

26RS0008-01-2019-001457-37


РЕШЕНИЕ Именем Российской Федерации

13 ноября 2019 года г. Буденновск

Буденновский городской суд Ставропольского края в составе:

председательствующего – судьи Куцева А.О.,

при секретаре судебного заседания Захаровой Е.В.,

с участием истца ФИО6 и ее представителя ФИО7, действующей на основании ордера № № от ДД.ММ.ГГГГ, имеющей удостоверение адвоката №, выданное УМЮ УФРС РФ по СК ДД.ММ.ГГГГ,

ответчика ФИО8 и его представителя ФИО9, действующего на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ, имеющего удостоверение адвоката №, выданное УМЮ УФРС РФ по СК ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Буденновского городского суда <адрес> гражданское дело по исковому заявлению ФИО6 к ФИО8 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 обратилась в Буденновский г/с <адрес> с исковым заявлением к ФИО8 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки.

В исковом заявлении истица указала следующее, что ей на праве собственности принадлежала двухкомнатная квартира по адресу: <адрес>, №, <адрес>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права №.

В июне 2018 года из <адрес>, к ней приехал ее сын ФИО8 В этот период она себя очень плохо чувствовала. Увидев ее состояние ФИО8 стал спрашивать о принадлежащей ей квартире, на что она ему сказала, что квартира после ее смерти достанется ему. Тогда ФИО8 стал рассказывать, что после ее смерти, ему нужно будет несколько раз приезжать в <адрес> из <адрес>, для того чтобы сначала похоронить ее, потом подать документы на наследство, а еще через полгода оформлять документы на квартиру после вступления в наследство. ФИО8 стал жаловаться, что у него такой материальной возможности часто приезжать из <адрес> нет. ФИО8 стал говорить, что есть процедура при этом, при которой необходимо подписать документы, в которых будет указано, что она согласна, что сразу после ее смерти, не дожидаясь 6 месяцев, он становится собственником квартиры, а до смерти она останется полноправной собственницей квартиры.

ФИО6 полностью доверяла ФИО8, так как он ее сын. Через некоторое время ФИО8 рассказал ей, что необходимо подписать документ, по которому он как сын и наследник становится собственником, а до этого времени она останется полноправной хозяйкой своей квартиры. При этом ФИО8 пользуясь юридической безграмотностью ФИО6 и пожилым возрастом убедил ее, что он станет собственником только после ее смерти и это условие будет обязательно прописано в документах, которые она должна будет подписать. Она полностью доверилась своему сыну и тому, который ввел ее в заблуждение, в виду чего она согласилась подписать документы. Так как она очень тяжело передвигается и самостоятельно из дома практически не выходит, сын отвез ее, как она позже узнала в МФЦ, где всеми документами занимался только он. После того как сотрудник МФЦ оформил какие-то документы, сын указал где нужно подписать.

В конце ноября или в начале декабря 2018 года ФИО8 приехал в <адрес> и заявил, что он является единственным собственником квартиры и стал требовать ФИО6 выселения. ФИО8 пояснил, что он продал квартиру в <адрес> и теперь будет жить в Буденновске.

ФИО6 была уверена, что подписала документы, по которым ФИО8 становится собственником только после ее смерти. Однако ФИО8 стал требовать от нее ключи от квартиры и стал угрожать ей и сказал, что она подписала ему договор дарения квартиры.

Позже выписки Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости ей стало известно, что собственником ее квартиры является ФИО8

После того, как ФИО6 узнала, что квартира принадлежит ФИО8 в апреле 2019 года, она обратилась в регистрационную палату, где была выдана копия договора дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ. При этом данный документ никакой информации о том, что ФИО8 становится собственником только после смерти ФИО6 не содержит.

Намерений дарить квартиру, безвозмездно передать право собственности ФИО8 до своей смерти она не имела. ФИО8 ввел ФИО6 в заблуждение относительно предмета и природы сделки.

При этом заключение данной сделки основывалось на родственных и доверительных отношениях с сыном, а так же на ее юридической безграмотности. Возраст истицы, в сочетании с состоянием здоровья, юридическая неграмотность, доверительное отношение к ответчику который является сыном, не позволили правильно понять содержание заключенного договора.

На момент заключения оспариваемой сделки, она находилась в преклонном возрасте, ФИО6 было 93 года, что затрудняет ее ориентированность в практических вопросах, делали невозможным должное восприятие сути содержания сделки и понимание ее правовых последствий.

Договором дарения не предусмотрено сохранение за ФИО6 права пользования данным жильем, т.е. договор дарения заключен на крайне невыгодных условиях для истца условиях.

Кроме того, на одаряемом лежит обязанность по фактическому принятию дара, то есть совершению действий, свидетельствующих о вступлении в права владения, пользования и распоряжения подаренным имуществом. Однако ФИО8 в спорную квартиру не вселялся, расходов по ее содержанию не нес, т.е. фактически не вступал в пользование жилым помещением. Она так же остается зарегистрирована в данной квартире и продолжает проживать, несмотря на регистрацию права собственности ответчика на квартиру и нести бремя содержания жилья. С июня 2018 года по настоящее время она оплачивает все платежи предусмотренные за содержание данной квартиры.

Просит признать договор дарения квартиры площадью 41.40 кв.м, по адресу: <адрес><адрес><адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 и ФИО8 недействительным.

Применить последствия недействительности сделки, возвратить квартиру по адресу: <адрес>, 1 микрорайон, <адрес>, в собственность ФИО6 исключив из ЕГРП сведения о регистрации права собственности за ФИО8 и восстановить запись о регистрации права собственности за ФИО6

Истица ФИО6 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержала в полном объеме, пояснив при этом, что ее сын ФИО8 обманным путем завладел ее квартирой, категорически отказавшись по предложенному примирению с ФИО8 Так как, в момент заключения договора дарения она предполагала что подписывает документ, по которому ее сын становится полноправным собственником ее квартиры только после ее смерти.

Представитель истицы ФИО7 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, просив суд их удовлетворить. Пояснив при этом, что ее доверительница находится в преклонном возрасте и в момент подписания спорного договора дарения недвижимого имущества не осознавала саму природу сделки, поскольку была введена в заблуждение ответчиком по делу ФИО1, который приходится ей родным сыном и она ему полностью доверяла. ФИО1 не прописал обязательное условие в договоре дарения того, что истица до ее смерти продолжает жить в спорной квартире. Ответчик ФИО1 предпринимает попытки для выселения ФИО6 из ее квартиры.

Ответчик ФИО8 в судебном заседании заявленные исковые требования не признал, предоставив в суд возражение, из которого следует о том, что он ФИО6 не уговаривал подарить ему квартиру. Она сама предложила это сделать, мотивируя решение тем, что у неё возраст 93 года, а он - единственный наследник, а живет в городе Иркутске и в случае чего ему придётся прилетать несколько раз, принимать и оформлять наследство. Поэтому решила оформить квартиру на него. Его мать обвиняет в том, что он её обманул, ввёл в заблуждение, с чем он не согласен. Так как, она самостоятельный человек, до 92-х лет самостоятельно на общественном транспорте ездила в <адрес> в госпиталь. Кроме этого, ФИО6 в течение последних трех лет постоянно посещает литературный кружок при центральной библиотеке, пишет стихи, издаёт книги своих стихов. Она грамотный, эрудированный человек. Участвует во Всероссийских конкурсах, получает почётные грамоты. Кроме этого, он жил в Иркутске, прилетал к матери ежегодно на 2 - 3 недели в гости. При оформлении в МФЦ договора дарения сотрудники дали ей экземпляр для прочтения. Мать его прочла, нашла какие-то неточности и договор перепечатали по её просьбе. Сотрудник спрашивала, осознанно ли она поступает, понимает ли, что передаёт квартиру в собственность по п. 1 и п. 2. Она ответила, что всё понимает, что здорова во всех отношениях. Никто её не выгонять или определять куда-то, как она пишет и в мыслях не было. Тем более, что она составила завещание на него. Они с матерью договорились, что договор дарения подписываем для того, чтобы ему было легче вступить в наследство, а она как жила, так и будет жить, как платила, так и будет платить за коммунальные услуги. При подписании договора дарения ФИО6 была здоровая и активная. Доказательством является то, что с утра ДД.ММ.ГГГГ, в день подписания договора, они съездили в МФЦ, подписали договор. Сложилось так, что с соседкой его матери ФИО2 - ФИО8 заключил брак. С тех пор он жил в квартире жены - и до продажи своей квартиры в Иркутске, пока не купил квартиру в городе Будённовске. Сейчас с женой проживает в этой, купленной квартире в Будённовске. Просит примирить его с матерью, ФИО6 и оставить договор дарения квартиры в силе.

Представитель ответчика ФИО9 в судебном заседании считал заявленные требования не обоснованными. Поскольку факт того, что истец ФИО6 заблуждалась относительно природы совершенный сделки, дарения недвижимости материалы дела не содержат. Ответчик не собирается выселять ФИО6 из спорной квартиры, более того готов заключить с истцом мировое соглашение в котором просит прописать пункт о не выселении ФИО6

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО3 суду пояснила, что истец ФИО6 приходится родственницей ее мужу. Ответчик ФИО8 приходится сыном ФИО6 Они часто созваниваются с ФИО6 и с мужем приходят к ней в гости, в начале лета ФИО6 попросила ее съездить в МФЦ, где она получила выписку, в которой было указано, что квартира принадлежит ФИО8 ФИО6 ей сообщила, что действительно подписывала документы, что после ее смерти квартира должна была достаться ФИО8 Только после получения выписки ФИО6 стало известно о том, что она не является собственником своей квартиры. Считала, что в силу возраста ФИО6 страдает психическим заболеванием.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО4 показала о том, что работает социальным работником ГБУСО «Буденновский комплексный центр социального обслуживания населения» <адрес>. Она прикреплена к ФИО6 как социальный работник и приходит к ней в течение последнего года. Помогает ФИО6 готовить еду, убирает в доме, покупает продукты питания. У ФИО6 болят суставы, она была ранена, как участник ВОВ. Когда она спокойная – адекватная, когда ее расстроят – нервничает, забывает все события, которые с ней происходили. ФИО6 рассказывала ей, что ее сын обманным путем переоформил ее квартиру на себя, чтобы лишний раз не приезжать в <адрес>. Она подписала какой-то документ, дарственную, которую не читала. Она верила сыну, что он ее не обманет, что она будет доживать свою старость в квартире. Пока он не приехал и не стал ей угрожать.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО5 показала суду, что является соседкой ФИО6 и проживает по адресу: <адрес>, микрорайон 1, <адрес>, в доме живет примерно 30 лет. ФИО6 живет в их доме около 40 лет. ФИО6 состоит в литературном обществе «ЛАНА». ФИО6 ей говорила, что подписала договор дарения своей квартиры сыну. Но сам договор не читала, доверяла сыну. После подписания договора дарения сын стал к ней плохо относиться, стал настаивать жить с ней, но она хочет доживать свой век одна.

Суд, выслушав истца, ответчика и их представителей, исследовав собранные по делу доказательства, допросив свидетелей, считает, что исковые требования подлежат отказу, по следующим основаниям.

В соответствии с п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу п. 3 ст. 433 Гражданского кодекса РФ договор, подлежащий государственной регистрации, считается заключенным с момента его регистрации. Договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации (п. 3 ст. 574 Гражданского кодекса РФ).

На основании п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка), либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Положениями п. 1 ст. 177 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Пунктом 1 ст. 178 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

Пунктом 1 ст. 179 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО6 являлась собственником жилой двухкомнатной квартиры площадью 41,40 кв.м. по адресу: <адрес>, микрорайон 1, <адрес> (л.д. 11)

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 (Даритель) и ФИО8 (Одаряемый), заключен договор дарения, по которому даритель подарил, и в связи с этим безвозмездно передал (в качестве дара), а одаряемый принял в дар недвижимое имущество, состоящее из двухкомнатной квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, <адрес>, <адрес> (л.д. 10).

Из представленной в суд выписке из филиала ФГБУ «ФКП Росреестра» по Ставропольскому краю за ФИО8 зарегистрировано право собственности на двухкомнатную квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, № №, <адрес> (л.д. 12)

Факт проживания ФИО6 в спорной квартире по адресу: <адрес>, <адрес> №, <адрес> подтверждается справкой из администрации <адрес> за исх. № от ДД.ММ.ГГГГ, а также домовой книгой, из которой усматривается, что ФИО6 имеет регистрацию в спорной квартире (л.д. 13-19)

Также истцом ФИО6 в суд были предоставлены платежные ведомости по оплате коммунальных услуг на имя ФИО6 на жилое помещение квартиру по адресу: <адрес>, микрорайон №, <адрес> (л.д. 21-30)

Изучив спорный договор дарения суд приходит к следующему, что из текста договора дарения следует, что правовые последствия сделки дарения разъяснены истцу ФИО6, равно как и момент перехода права собственности на квартиру к одаряемому ФИО8 по договору.

Договор дарения понятен, конкретен, соответствует гражданскому законодательству и каких-либо условий по дальнейшему содержанию, осуществлению ухода, материальной и физической помощи в отношении дарителя, равно как и других условий подобного рода, спорный договор не содержит.

Установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о том, что, совершая оспариваемую сделку, истец воспользовался своим правомочием распорядиться принадлежащим ему имуществом. Из материалов дела следует, что до настоящего времени истец ФИО6 проживает в подаренной сыну квартире.

Доводы истца о том, что он не рассчитывал на наступление правовых последствий, предусматривающих собой переход права собственности на спорную квартиру, на отсутствие у него намерения и мотивации для отчуждения квартиры, иной пригодной для жизни недвижимости у него не имеется, не могут служить основанием в удовлетворении иска, поскольку, как было установлено судом, истец понимал значение сделки, различает понятия - дарение; лично явился в МФЦ по <адрес> и лично удостоверил своей подписью договор дарения, а также иные документы необходимые для государственной регистрации договора, соответственно, выразил свою волю на заключение и государственную регистрацию именно договора дарения. Истец не был лишен возможности внимательно изучить тот документ, который подписывал. Названный выше договор не содержит каких-либо ссылок на возникновение между сторонами иных правоотношений, кроме оспариваемого в настоящее время договора дарения.

Доводы ФИО6 о совершении сделки под влиянием заблуждения в силу возраста, состояния здоровья и иных обстоятельств не могут быть приняты во внимание, поскольку не являются бесспорными доказательствами заблуждения относительно природы сделки. Возраст, состояние здоровья истца, сами по себе однозначно не свидетельствуют о пороке воли, поскольку истец, учитывая свое состояние здоровья, а также отношения с ответчиком, могли воздержаться от совершения сделки, либо действовать через представителя.

По ходатайству истца по делу была назначена и проведена амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза.

Из заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что ФИО6 обнаруживает органическое расстройство личности. Об этом свидетельствуют данные анамнеза и медицинской документации о наличие у подэкспертной в течение многих лет сосудистой патологии с преимущественным поражением сосудов сердца и головного мозга, которые сопровождаются церебрастеническими жалобами (головные боли, шум в ушах, головокружение, слабость), изменениями личности по органическому типу (эмоциональная лабильность, обидчивость, упрямство, эгоцентризм), что служило основанием для наблюдения и лечения у невролога, терапевта по месту жительства. Однако ответить на вопрос о способности ФИО6, понимать значение своих действий и руководить ими в момент заключения договора дарения недвижимого имущества, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ней и ФИО8 не представляется возможным, в связи с тем, что представленные для анализа материалы дела не содержат свидетельских показаний, анализ которых позволил бы сделать вывод о состоянии психических функций ФИО6 на интересующий суд период времени: во врачебных записях отсутствуют сведения о состоянии когнитивных функций пациентки; не допрошены врачи, наблюдавшие подэкспертную, в частности участковый терапевт, невролог, хирург, о состоянии подэкспертной в приближенные к исследуемой дате периоды с упором на её психо-эмоциональное состояние, наличие интеллектуальных нарушений, памяти, сообразительности, критичности к своему состоянию. Нет показаний соседей, знакомых подэкспертной, социального работника, почтальона (если он приносил пенсию) - об уровне её социально-бытового функционирования: взаимоотношениях с окружающими, эмоциональных привязанностях, интересах, содержании высказываний, целях и планах на будущее. Наличие в материалах гражданского дела указанных сведений и при назначении дополнительной комплексной психолого-психиатрической экспертизы, с решением вопроса о ее внушаемости, подчиняемое, возможном введение в заблуждение, позволило бы экспертной комиссии ответить на поставленный вопрос.

Проанализировав представленное вышеприведенное заключение экспертов нельзя сделать однозначный вывод о том, что истец ФИО6 не способна была понимать значение своих действий и руководить ими в момент заключения спорного договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. Стороны о назначении дополнительной судебно-психиатрической экспертизы не ходатайствовали.

Истец недееспособным признан не был, в дееспособности не ограничивался, в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие психофизическое состояние истца, препятствующего ему в заключении оспариваемого договора либо свидетельствующие о том, что в момент его заключения он не понимал значение своих действий, не отдавал им отчет.

Спорный договор сторонами исполнен, ранее каких-либо претензий истец к ответчику не предъявлял.

Суд также исходит из того, что со стороны ответчика не установлено умышленное введение истца в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки.

Стороной ответчика в суд было предоставлено завещание данное ФИО6, составленное ДД.ММ.ГГГГ в пользу ФИО8, которым ФИО6 завещала все свое имущество своему сыну ФИО8 (л.д. 75)

Суд считает, что договор дарения исполнен - переход права собственности зарегистрирован за одаряемым.

Новый собственник в силу положений п. 2 ст. 209 ГК РФ вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Кроме того, п. 2 ст. 30 ЖК РФ предусмотрено, что собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании, а также юридическому лицу на основании договора аренды или на ином законном основании с учетом требований, установленных гражданским законодательством, настоящим Кодексом.

Проживание истца ФИО6 в спорном жилом помещении и отсутствие к этому препятствия со стороны ответчика ФИО8 не свидетельствуют о недействительности договора дарения, а свидетельствуют о реализации ответчиком своих прав собственника жилого помещения о предоставлении такового для проживания истца.

Возникновение конфликтной ситуации между сторонами после совершения оспариваемого договора дарения, не влечет признания этой сделки недействительной.

Суд при вынесении решения считает необходимым отметить, что стороны должны добросовестно пользоваться своими правами, каждое правоотношение подлежит доказыванию в соответствии с действующими правовыми нормами.

В условиях состязательности стороной истца не представлено допустимых и относимых доказательств, для подтверждения своей позиции, изложенной в исковом заявлении.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В исковых требованиях ФИО6 к ФИО8 о признании договора дарения квартиры площадью 41.40 кв.м, кадастровый (условный) № по адресу: <адрес> № № <адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 и ФИО8 недействительным - отказать.

В применении последствий недействительности сделки, в возврате квартиры площадью 41.40 кв.м, кадастровый (условный) № по адресу: <адрес>, 1 микрорайон, <адрес>, в собственность ФИО6, исключив из ЕГРП сведения о регистрации права собственности за ФИО8 и восстановлении записи о регистрации права собственности за ФИО6 – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ставропольский краевой суд через Буденновский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение суда составлено 19 ноября 2019 года.

Судья подпись А.О. Куцев

Подлинник решения подшит в гражданском деле № 2-836/2019, находящемся в Буденновском городском суде. Секретарь с/з