Апелляционное определение № 11-5879/2026 от 13 апреля 2026 г.

(№2-7119/2025)

УИД 74RS0007-01-2025-006256-12


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



№ 11-5879/2026
14 апреля 2026 года
город Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Скрябиной С.В.,

судей Елгиной Е.Г., Стяжкиной О.В.,

при ведении протокола судебного заседания

помощником судьи Бурлаковой Ю.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области об установлении факта принадлежности документов, признании права на назначение досрочной страховой пенсии по старости,

по апелляционной жалобе Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области на решение Курчатовского районного суда города Челябинска от 25 декабря 2025 года.

Заслушав доклад судьи Скрябиной С.В. об обстоятельствах дела, пояснения истца ФИО1 и ее представителя ФИО2, возражавших против доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области (далее – ОСФР по Челябинской области) о признании решения от 12 февраля 2024 года об отказе в назначении страховой пенсии по старости незаконным, об установлении юридического факта принадлежности ей трудовой книжки; о возложении обязанности включить в страховой стаж периоды работы с 05 августа 1983 года по 08 декабря 1986 года на Кустанайской швейной фабрике «Большевичка», с 15 декабря 1986 года по 28 марта 1990 года на Кустанайском заводе химического волокна им. 50-летия СССР, с 29 марта 1990 года по 01 апреля 1992 года в совхозе «Краснопартизанский», с 13 апреля 1992 года по 11 марта 1997 года в Производственном кооперативе им. Майлина, с 03 мая 2000 года по 31 декабря 2001 года в ОАО «Кустанай-птица»; периоды ухода за детьми до достижения ими возраста полутора лет: ФИО15, ДД.ММ.ГГГГ рождения; ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ рождения; ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ рождения, а также периоды ухода за детьми до достижения ими возраста полутора лет: ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; ФИО19, ДД.ММ.ГГГГ рождения; ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ рождения; назначить страховую пенсию по старости в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» с даты возникновения права с 07 ноября 2023 года.

В обоснование иска указала, что 03 октября 2023 года она обратилась к ответчику с заявлением о досрочном назначении страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях», однако ей в этом было отказано по причине недостижения возраста 57 лет, отсутствия требуемой продолжительности страхового стажа, величины ИПК и отсутствия документов, подтверждающих факт не лишения ее родительских прав. В страховой стаж не были включены спорные периоды. Считала отказ незаконным.

Истец ФИО1, ее представитель ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании суда первой инстанции иск поддержали.

Представитель ответчика ФИО3, действующая на основании доверенности, иск не признала.

Решением суда исковые требования ФИО1 удовлетворены. Суд установил юридический факт принадлежности ФИО1 трудовой книжки № с датой заполнения - 11 августа 1983 года; признал незаконным решение ответчика от 12 февраля 2024 года об отказе в назначении страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях», возложил обязанность включить в страховой (общий трудовой стаж) истца с учетом части 1 статьи 13 Федерального закона «О страховых пенсиях» периоды работы: с 05 августа 1983 года по 08 декабря 1986 года на Кустанайской швейной фабрике «Большевичка», с 15 декабря 1986 года по 28 марта 1990 года на Кустанайском заводе химического волокна им. 50-летия СССР, с 29 марта 1990 года по 01 апреля 1992 года в совхозе «Краснопартизанский», с 13 апреля 1992 года по 11 марта 1997 года в Производственном кооперативе им. Майлина, с 03 мая 2000 года по 31 декабря 2001 года в ОАО «Кустанай-птица», а также периоды ухода за детьми до достижения ими возраста полутора лет и назначить страховую пенсию по старости в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» с даты возникновения права – с 07 ноября 2023 года.

В апелляционной жалобе ответчик просит решение суда в части признания незаконным решения ответчика от 12 февраля 2024 года, о возложении обязанности включить в страховой стаж периодов работы с 05 августа 1983 года по 08 декабря 1986 года, с 15 декабря 1986 года по 28 марта 1990 года, с 29 марта 1990 года по 01 апреля 1992 года, с 13 апреля 1992 года по 11 марта 1997 года, с 03 мая 2000 года по 31 декабря 2001 года, а также периодов ухода за детьми до достижения ими возраста полутора лет и назначении страховой пенсию по старости с 07 ноября 2023 года отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований, указывая, что при включении спорных периодов суд не учел нормы международного права, в частности, факт осуществления истцом трудовой деятельности на территории Республики Казахстан. Поскольку она обратилась за назначением страховой пенсии по старости после вступления в силу Соглашения от 20 декабря 2019 года, то в данном случае должны применяться положения указанного документа, в связи с чем учет указанных периодов возможен только при условии их подтверждения компетентными органами Республики Казахстан.

Представитель ответчика в судебное заседание суда апелляционной инстанции при надлежащем извещении не явился. В соответствии со статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия сочла возможным провести судебное заседание в его отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения суда.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 03 октября 2023 года ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, гражданка Российской Федерации (паспорт гражданина Российской Федерации выдан 26 августа 2022 года) обратилась в ОСФР по Челябинской области с заявлением о назначении страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» (л.д. 98-101, 103).

Решением ответчика от 12 февраля 2024 года ей было отказано в установлении страховой пенсии по старости, в связи с отсутствием условий дающих право на назначение указанной страховой пенсии по старости, а именно: отсутствие документов, подтверждающих факт не лишения заявителя родительских прав в отношении 3-х детей, родившихся на территории Республики Казахстан, не достижением возраста 57 лет, отсутствием страхового стажа не менее 15 лет, величины индивидуального пенсионного коэффициента не ниже 25,8 (л.д. 94-96).

В своем решении ответчик указал, что при определении права на страховую пенсию по старости пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» не принята к рассмотрению представленная истцом трудовая книжка № от 11 августа 1983 года (отсутствует увольнение), так как на титульном листе трудовой книжки в графах «фамилия, имя, отчество» имеются следы исправления, затертости и наклейка бумаги в данных графах, в связи с чем невозможно определить принадлежность трудовой книжки заявителя; не засчитаны спорные периоды работы в Республике Казахстан, поскольку отсутствует документальное подтверждение компетентным органом Республики Казахстан факта работы; а также не учтены периоды ухода за детьми 1985, 1993 и 2004 годов рождения, поскольку страховой стаж работы заявителя в установленном порядке не подтвержден.

Истец приходится матерью троих детей, ФИО21, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО22, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО23, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которые рождены в Республике Казахстан, что подтверждено соответствующими официальными документами (л.д. 50-51, 52-53, 57-58).

Разрешая заявление ФИО1 об установлении факта принадлежности ей трудовой книжки, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 264, 265 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходил из того, что в трудовой книжке истца имеется заклеенный текст в графе «фамилия» (л.д. 25-32), при этом установлено, что ФИО1 после регистрации браков меняла фамилии на ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО8 (л.д. 55, 66, 67, 68-71), внесенные в трудовую книжку записи подтверждены справками работодаталей, в связи с чем пришел к выводу о принадлежности ФИО1 представленной трудовой книжки с датой заполнения - 11 августа 1983 года.

Как пояснила в суде апелляционной инстанции представитель истца, ее доверитель, не зная порядка оформления трудовых книжек, сама после изменения фамилии после расторжения брака с целью скрыть свою прежнюю фамилию и избежать зачеркиваний заклеила на них бумажные полосы, что и привело к проблемам с пенсионным органом.

Удовлетворяя требования истца об установлении пенсии, суд первой инстанции, руководствуясь Соглашением от 13 марта 1992 года «О гарантиях прав граждан государств-участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения», положениями Федерального закона «О страховых пенсиях», оценив представленные сторонами доказательства, в том числе, записи, внесенные в трудовую книжку истца о ее трудовом стаже, а также архивные справки о периодах работы и заработной плате, пришел к выводу о возложении на ответчика обязанности включить в страховой стаж истца периоды ее работы в Республике Казахстан с 05 августа 1983 года по 08 декабря 1986 года на Кустанайской швейной фабрике «Большевичка», с 15 декабря 1986 года по 28 марта 1990 года на Кустанайском заводе химического волокна им. 50-летия СССР, с 29 марта 1990 года по 01 апреля 1992 года в совхозе «Краснопартизанский», с 13 апреля 1992 года по 11 марта 1997 года в Производственном кооперативе им. Майлина, с 03 мая 2000 года по 31 декабря 2001 года в ОАО «Кустанай-птица», а также периоды ухода за детьми до достижения ими возраста полутора лет.

С учетом включенных судом периодов работы страховой стаж истца на 07 ноября 2023 года составил 16 лет 08 месяцев 25 дней, вместо требуемых 15 лет, величина ИПК – 29,142, при требуемом не ниже 25,8. При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу о признании решения ответчика в части отказа во включении указанных периодов в страховой стаж истца и об отказе в установлении ей страховой пенсии по старости незаконным и возложил на него обязанность назначить истцу страховую пенсию по старости в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» с даты возникновения права - с 07 ноября 2023 года.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда, считает такой вывод суда верным, основанным на совокупности исследованных доказательств, оценка которым дана по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, правильно установленных фактических обстоятельствах дела и нормах материального права, регулирующих спорные правоотношения, а доводы апелляционной жалобы ответчика несостоятельными в виду неправильного толкования норм материального права.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», вступившим в силу с 1 января 2015 года (далее – Федеральный закон «О страховых пенсиях»).

Согласно части 1 статьи 11 указанного Федерального закона в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись лицами, указанными в части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона, за пределами территории Российской Федерации, включаются в страховой стаж в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации или международными договорами Российской Федерации, либо в случае уплаты страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» (часть 2 статьи 11 Федеральный закон «О страховых пенсиях»).

Аналогичный порядок включения периодов работы в страховой стаж был предусмотрен Федеральным законом от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

Разрешая исковые требования, суд правильно применили положения Соглашения от 8 декабря 1991 года «О создании Содружества Независимых Государств», ратифицированного Постановлением Верховного Совета РСФСР от 12 декабря 1991 года № 2014-1 с учетом переходных положений, предусмотренных Соглашением о пенсионном обеспечении трудящихся государств - членов Евразийского экономического союза, подписанного 20 декабря 2019 года.

Суд пришел к верному выводу о том, что назначение пенсий гражданам государств-участников Соглашения производится по месту жительства. Для установления права на пенсию, в том числе пенсий на льготных основаниях и за выслугу лет, гражданам государств-участников Соглашения учитывается трудовой стаж, приобретенный на территории любого из этих государств, а также на территории бывшего СССР за время до вступления в силу настоящего Соглашения.

Граждане, переселившиеся по месту жительства на территорию Российской Федерации из государства-участника Соглашения, могут претендовать на назначение в Российской Федерации такого вида пенсии, который предусмотрен как на территории Российской Федерации, так и на территории государства-участника Соглашения, где выработан специальный стаж при схожих условиях назначения такого вида пенсии.

При назначении пенсии, в том числе досрочной страховой пенсии по старости, периоды работы и иной деятельности, которые выполнялись гражданами Российской Федерации за пределами территории Российской Федерации (в данном случае в Республике Казахстан) и которые включаются в страховой стаж и стаж на соответствующих видах работ, а также порядок исчисления и правила подсчета указанного стажа устанавливаются в соответствии с нормами пенсионного законодательства Российской Федерации. Периоды работы граждан, прибывших в Российскую Федерацию из государств - участников Соглашения от 13 марта 1992 года, и имевших место за пределами Российской Федерации до 01 января 2002 года (даты вступления в силу Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», в основу которого была положена концепция страховой природы пенсионного обеспечения) учитываются при исчислении страхового стажа в целях определения права на пенсию независимо от уплаты страховых взносов.

К документам, подтверждающим периоды работы и (или) иной деятельности (страховой стаж), в том числе периоды работы граждан на территории государств - участников Соглашения от 13 марта 1992 года относятся справки, оформленные компетентными учреждениями (органами); справки, выданные организациями, учреждениями, предприятиями, на которых осуществлялась трудовая и (или) иная деятельность; архивные справки, выданные в соответствии с требованиями законодательства государства - участника Соглашения от 13 марта 1992 года. Эти документы должны быть представлены гражданином в подлинниках или в копиях, удостоверенных в установленном законом порядке. При этом орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, вправе проверять обоснованность выдачи документов, необходимых для установления и выплаты страховой пенсии, а также достоверность содержащихся в них сведений, в том числе путем направления запросов в компетентный орган государства - участника международного соглашения в области пенсионного обеспечения.

Пунктом 1, 3 статьи 7 Соглашения о пенсионном обеспечении трудящихся государств - членов Евразийского экономического союза, подписанного в Санкт-Петербурге 20 декабря 2019 года, предусмотрено, что каждое государство-член определяет право на пенсию в соответствии со своим законодательством исходя из стажа работы, приобретенного на его территории, с учетом положений настоящего Соглашения. В Российской Федерации при определении права на пенсию в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи величина индивидуального пенсионного коэффициента определяется за периоды стажа работы, приобретенного на территории Российской Федерации, а также на территории бывшего Союза Советских Социалистических Республик.

Статьей 8 Соглашения о пенсионном обеспечении трудящихся государств - членов Евразийского экономического союза предусмотрено, что каждое государство-член исчисляет размер пенсии исходя из пенсионных прав, приобретенных в соответствии со своим законодательством, и в порядке, установленном законодательством этого государства-члена, с учетом положений настоящего Соглашения.

Статья 12 данного Соглашения содержит переходные положения, а именно указано, что назначение и выплата пенсии осуществляются в следующем порядке: за стаж работы, приобретенный после вступления настоящего Соглашения в силу, пенсия назначается и выплачивается государством-членом, на территории которого приобретен соответствующий стаж работы; за стаж работы, приобретенный до вступления настоящего Соглашения в силу, пенсия назначается и выплачивается в соответствии с законодательством государств-членов и Соглашением о гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения от 13 марта 1992 года.

Соглашение о пенсионном обеспечении трудящихся государств-членов Евразийского экономического союза от 20 декабря 2019 года было ратифицировано Республикой Казахстан Законом Республики Казахстан от 07 декабря 2020 года № 381-VI, а Российской Федерацией ратифицировано Федеральным законом от 09 ноября 2020 года № 354-ФЗ и вступило в силу для всех участников этого соглашения с 01 января 2021 года.

Таким образом, в соответствии с переходным положением статьи 12 Соглашения о пенсионном обеспечении трудящихся государств - членов ЕАЭС следует, что за стаж работы, приобретенный до вступления настоящего Соглашения в силу, пенсия назначается и выплачивается в соответствии с законодательством Российской Федерации и Соглашением о гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения от 13 марта 1992 года.

На момент обращения истца за пенсией она являлась гражданкой Российской Федерации, поэтому на нее распространялось действие Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

В соответствии с частью 1 статьи 8 Федерального закона «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону).

При этом согласно пункту 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях», введенным Федеральным законом от 03 октября 2018 года № 350-ФЗ, вступившим в силу в этой части с 01 января 2019 года, страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30, женщинам, родившим троих детей и воспитавшим их до достижения ими возраста 8 лет, достигшим возраста 57 лет, если они имеют страховой стаж не менее 15 лет.

Согласно части 1 статьи 12 Федерального закона «О страховых пенсиях» в страховой стаж наравне с периодами работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьей 11 данного закона, засчитываются также период ухода одного из родителей за каждым ребенком до достижения им возраста полутора лет, но не более шести лет в общей сложности (пункт 3).

Вышеуказанные периоды засчитываются в страховой стаж в том случае, если им предшествовали и (или) за ними следовали периоды работы и (или) иной деятельности (независимо от их продолжительности), указанные в статье 11 Федерального закона «О страховых пенсиях» (часть 2 статьи 12 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

Согласно подпункту «в» пункта 12 Перечня документов, необходимых для установления страховой пенсии, установления и перерасчета размера фиксированной выплаты к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, назначения накопительной пенсии, установления пенсии по государственному пенсионному обеспечению, утвержденного приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 04 августа 2021 года № 538н «Об утверждении перечня документов, необходимых для установления страховой пенсии, установления и перерасчета размера фиксированной выплаты к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, назначения накопительной пенсии, установления пенсии по государственному пенсионному обеспечению», для назначения страховой пенсии по старости в соответствии со статьями 30 - 32 Федерального закона "О страховых пенсиях" в дополнение к документам, предусмотренным пунктами 6 и 7 данного перечня, необходимы документы о рождении ребенка (детей) (пункты 1, 1.1, 1.2 и 2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

Так, из записей в трудовой книжке ФИО1 относительно требований истца о включении периодов работы в страховой стаж, усматривается, что с 05 августа 1983 года по 08 декабря 1986 года работала на Кустанайской швейной фабрике «Большевичка» <данные изъяты>, с 15 декабря 1986 года по 28 марта 1990 года на Кустанайском заводе химического волокна им. 50-летия СССР подсобной рабочей, с 29 марта 1990 года по 01 апреля 1992 года в совхозе «Краснопартизанский» <данные изъяты>, с 13 апреля 1992 года по 11 марта 1997 года в Производственном кооперативе им. Майлина, с 03 мая 2000 года по 31 декабря 2001 года в ОАО «Кустанай-птица» (л.д. 25-32).

Архивной справкой ТОО «Большевичка» от 14 ноября 2025 года № 1026 подтверждается факт работы ФИО9 в период с 05 августа 1983 года (приказ о приеме № от 11 сентября 1983 года) по 08 декабря 1986 года (приказ об увольнении № от 08 декабря 1986 года), с указанием сведений о преобразовании организации и предоставлением копий приказов о принятии и увольнении (л.д. 83-85).

Архивной справкой, выданной филиалом КГУ «Государственный архив Костанайскй области» Управления цифровизации, оказания государственных услуг и архивов акимата Костанайской области «Государственный архив района Беимбета Майлина» от 09 июля 2025 года № ЮР РКВ-5, подтверждается факт работы ФИО1 (так в документе) с 13 апреля 1992 г. (приказ № от 6 (так в документе) апреля 1992 года) по II марта 1997 г. (так в документе) <данные изъяты>, представлена личная карточка формы Т-2 на Вагнер – ФИО6, а также имеются сведения о начислении заработной платы: с мая 1992 года по январь 1993 года, с марта 1993 года по июнь 1996 года, в июне 1996 года, с сентября по ноябрь 1996 года, в январе 1997 года (л.д. 87-89).

Справкой от 04 ноября 2025 года № 106, выданной АО «Северная птица», подтвержден факт работы ФИО1 с 03 мая 2000 года по 25 июня 2007 года на указанном предприятии (л.д. 90).

Исходя из Формуляра «О стаже работы» от 21 февраля 2025 года, поступившего на запрос пенсионного органа из Департамента Комитета труда и социальной защиты по Костанайской области, подтверждаются сведения о стаже работы Вагнер (ФИО5, ФИО4, ФИО8) на территории Республики Казахстан с 05 августа 1983 года по 08 декабря 1986 года, с 15 декабря 1986 года по 28 марта 1990 года, с 28 марта 1990 года по 01 апреля 1992 года, с 13 апреля 1992 года по 11 марта 1997 года (л.д. 132).

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, судебная коллегия соглашается с выводом суда о принадлежности представленной трудовой книжки истцу и включении в ее страховой стаж периодов работы с 05 августа 1983 года по 08 декабря 1986 года на Кустанайской швейной фабрике «Большевичка», с 15 декабря 1986 года по 28 марта 1990 года на Кустанайском заводе химического волокна им. 50-летия СССР, с 29 марта 1990 года по 01 апреля 1992 года в совхозе «Краснопартизанский», с 13 апреля 1992 года по 11 марта 1997 года в Производственном кооперативе им. Майлина, с 03 мая 2000 года по 31 декабря 2001 года в ОАО «Кустанай-птица», поскольку указанные периоды подтверждены не только записями в трудовой книжке, но и архивными справками и справками работодателей, а также подтверждены компетентным органом Республики Казахстан - Формуляром «О стаже работы» от 21 февраля 2025 года, поступившим на запрос пенсионного органа из Департамента Комитета труда и социальной защиты по Костанайской области (л.д. 132).

Указанные периоды имели место до 01 января 2002 года, то есть подтверждения уплаты страховых взносов на обязательное пенсионное обеспечение не требовалось.

Таким образом, оснований не согласиться с решением суда первой инстанции в указанной части судебная коллегия не находит.

Каких-либо иных доказательств, опровергающих сведения, поступившие из компетентного органа Республики Казахстан, содержащиеся в ответе на формуляр-запрос, в суд не представлено.

Кроме того, материалами дела установлено, что истец является матерью троих детей: ФИО24, № рождения, ФИО25, № рождения, ФИО26, ДД.ММ.ГГГГ рождения (л.д. 50-51, 52-53, 57-58).

Поскольку периоды ухода ФИО1 за детьми ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ годов рождения, приходились в период осуществления ею трудовой деятельности, в связи с чем судом первой инстанции они обоснованно включены в страховой стаж наравне с периодами работы и (или) иной деятельности, а ссылка в апелляционной жалобе ответчика на несогласие с включением в страховой стаж истца периодов ухода за детьми до достижения ими возраста полутора лет является необоснованной.

Исходя из решения ответчика условиями назначения страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» для заявителя являлись: рождение женщиной троих детей; воспитание детей до достижения ими 8 лет; факт не лишения родительских прав в отношении троих детей на территории Республики Казахстан; достижение возраста – 57 лет; наличие страхового стажа – не менее 15 лет; наличие величины индивидуального пенсионного коэффициента не ниже – 25,8 (л.д. 94-96).

При этом суд указал, что отказ в установлении страховой пенсии по старости по мотиву не предоставления документов о не лишении родительских прав не корректен, поскольку лишение родительских прав может быть подтверждено только документально.

В апелляционной жалобе ответчика не содержится доводов об отсутствии права на назначение пенсии относительно данного обстоятельства. Доказательств тому, что истец была лишена родительских прав в отношении свих детей и не воспитала их до 8-летнего возраста, в материалы дела не представлено.

Согласно частям 1, 2 статьи 22 Федерального закона «О страховых пенсиях» страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 настоящей статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию. Днем обращения за страховой пенсией считается день приема органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, соответствующего заявления со всеми необходимыми документами, подлежащими представлению заявителем с учетом положений части 7 статьи 21 настоящего Федерального закона.

В силу части 3 статьи 22 Федерального закона «О страховых пенсиях» в случае, если к заявлению о назначении страховой пенсии приложены не все необходимые документы, подлежащие представлению заявителем с учетом положений части 7 статьи 21 настоящего Федерального закона, орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, дает лицу, обратившемуся за страховой пенсией, разъяснение, какие документы он должен представить дополнительно. Если такие документы будут представлены не позднее чем через три месяца со дня получения соответствующего разъяснения, днем обращения за страховой пенсией считается день приема заявления о назначении страховой пенсии, или дата, указанная на почтовом штемпеле организации федеральной почтовой связи по месту отправления данного заявления, или дата подачи заявления с использованием информационно-телекоммуникационных сетей общего пользования, в том числе информационно-телекоммуникативной сети "Интернет", включая Единый портал государственных и муниципальных услуг, или дата приема заявления многофункциональным центром предоставления государственных и муниципальных услуг.

Орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, при приеме заявления дает лицу, обратившемуся за страховой пенсией, разъяснение, какие документы, находящиеся в распоряжении иных государственных органов, органов местного самоуправления либо подведомственных государственным органам или органам местного самоуправления организаций, он вправе представить по собственной инициативе (часть 4 статьи 22 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

Согласно Перечню документов, необходимых для установления страховой пенсии, установления и перерасчета размера фиксированной выплаты к страховой пенсии с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии, назначения накопительной пенсии, установления пенсии по государственному пенсионному обеспечению, утвержденному Приказом Минтруда России от 04 августа 2021 года № 538н, для назначения страховой пенсии, среди прочего, требуются документы об отсутствии фактов лишения застрахованного лица родительских прав в отношении детей, с учетом которых у застрахованного лица возникло право на страховую пенсию по старости (или об отсутствии фактов отмены усыновления в отношении соответствующих детей).

Согласно положениям, закрепленным в пунктах 85, 86 указанного Перечня, рождение ребенка подтверждается сведениями о государственной регистрации рождения, содержащимися в Едином государственном реестре записей актов гражданского состояния, свидетельством о его рождении, справкой о рождении, выданной органом записи актов гражданского состояния, воспитание ребенка до восьмилетнего возраста - сведениями индивидуального (персонифицированного) учета, сведениями о государственной регистрации заключения брака, расторжения брака, перемены имени, смерти, содержащимися в Едином государственном реестре записей актов гражданского состояния, паспортом, свидетельством о заключении брака, свидетельством о смерти, иными документами, содержащими сведения о достижении ребенком восьмилетнего возраста.

Воспитание ребенка до восьмилетнего возраста подтверждается сведениями о перемене имени, смерти, после достижения ребенком восьмилетнего возраста, государственной регистрации заключения брака, расторжения брака, содержащимися в едином федеральном информационном регистре, содержащем сведения о населении Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 140 Перечня отсутствие фактов лишения застрахованного лица родительских прав в отношении детей, с учетом которых у застрахованного лица возникло право на страховую пенсию по старости, подтверждается сведениями государственной информационной системы "Единая централизованная цифровая платформа в социальной сфере", в которых отсутствуют сведения о лишении родительских прав, сведениями о государственной регистрации рождения, содержащимися в Едином государственном реестре записей актов гражданского состояния, в которых отсутствуют сведения о лишении родительских прав, документами органов записи актов гражданского состояния, органов опеки и попечительства.

Вместе с тем, положения пунктов 140 Перечня не возлагают на граждан, претендующих, в том числе на назначение пенсии, представить вышеперечисленные документы.

В соответствии с частью 7 статьи 21 Федерального закона «О страховых пенсиях» необходимые для установления страховой пенсии и выплаты страховой пенсии документы могут быть запрошены у заявителя только в случаях, если необходимые документы не находятся в распоряжении государственных органов, органов местного самоуправления либо подведомственных государственным органам или органам местного самоуправления организаций, за исключением случаев, если такие документы включены в определенный Федеральным законом от 27 июля 2010 года № 210-ФЗ «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг» перечень документов.

Иные необходимые документы запрашиваются органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, в иных государственных органах, органах местного самоуправления либо подведомственных государственным органам или органам местного самоуправления организациях и представляются такими органами и организациями на бумажном носителе или в электронной форме. Заявитель вправе представить указанные документы по собственной инициативе (часть 8 статьи 21 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

С учетом изложенного, необходимые для пенсионного обеспечения документы могут быть получены территориальным органом ПФР из компетентных органов в порядке межведомственного взаимодействия, если соответствующие данные имеются в распоряжении государственных (муниципальных) органов, полученные сведения могут быть использованы для установления пенсии.

24 сентября 2025 года ответчиком был оформлен формуляр «запрос» в РГУ «Департамент комитета регулирования и контроля в области социальной защиты населения Министерства труда и социальной защиты населения Республики Казахстан по Костанайской области» для предоставления информации о подтверждении отсутствия фактов лишения родительских прав и (или) отмены усыновления матери ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, в отношении детей: ФИО27, ДД.ММ.ГГГГ, ФИО28, ДД.ММ.ГГГГ рождения, ФИО29, ДД.ММ.ГГГГ рождения (л.д. 141-142).

Ответ на данный запрос суду не был представлен.

Вместе с тем истцом самостоятельно был представлен ответ на ее обращение из Государственного учреждения «Отдел образования города Костаная Управления образования акимата Костанайской области Республики Казахстан, согласно которому сведения о наличии (отсутствии) фактов о лишении/ограничении родительских прав гр. ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, в отношении ФИО30, ДД.ММ.ГГГГ рождения, ФИО31, ДД.ММ.ГГГГ рождения, ФИО32, ДД.ММ.ГГГГ рождения, по программе «ЕАИАС» и ИС «Торелiк» не значатся (л.д. 149).

Из представленного в материалы дела предварительного расчета с учетом включения спорных периодов продолжительность страхового стажа ФИО1 для определения права на пенсию на 07 ноября 2023 года (ДД.ММ.ГГГГ) составит 16 лет 08 мес. 25 дн., величина ИПК – 29,142 (л.д. 151-152).

Учитывая изложенное, судебная коллегия считает, что судом первой инстанции правильно признано незаконным оспариваемое решение пенсионного органа и в связи с тем, что причиной отказа в назначении пенсии являлось не предоставления документов о не лишении родительских прав, остальные условия назначения страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях» соблюдены, доводов об отсутствии права на назначение пенсии по иным условиям в апелляционной жалобе не содержится, поэтому суд первой инстанции правомерно принял решение о назначении истцу страховой пенсии по старости с даты достижения истцом возраста 57 лет.

Вместе с тем, судом первой инстанции допущена судом описка в указании номера трудовой книжки истца как ЕТ-I № 3835362, вместо ЕТ-I № 3835363, что не являются основанием к отмене решения, поскольку вопрос об исправлении описки может быть разрешен судом в порядке, предусмотренном статьей 203.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по инициативе суда либо по заявлению участвующих в деле лиц.

Руководствуясь статьями 328-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Курчатовского районного суда города Челябинска от 25 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи:

Мотивированное определение изготовлено 28 апреля 2026 года.