Апелляционное постановление № 22/1202 22-1202/2025 от 1 июля 2025 г.

Дело № 22/1202


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Ханты-Мансийск 2 июля 2025г.

Судебная коллегия по уголовным делам суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе

председательствующего судьи Жуковой О.Ю.

при секретаре Зенченко А.В.

с участием прокурора Быкова Д.Д.

защитника - адвоката Яковлевой Е.Л.

потерпевшей Д.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Скрипкиной С.И. и апелляционную жалобу потерпевшей Д. на постановление Югорского районного суда от 22 апреля 2025г., которым

уголовное дело и уголовное преследование в отношении Л.М., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст.264 ч.3 УК РФ, прекращено по основанию ст.25 УПК РФ за примирением сторон.

Изложив краткое содержание постановления суда, доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, возражений на них, выслушав прокурора и потерпевшую, поддержавших представление и жалобу, адвоката, полагавшую постановление суда оставить без изменения, судья

установила:

действия Л.М. квалифицированы органом предварительного расследования, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Обстоятельства совершения преступления изложены в постановлении.

В суде первой инстанции были заявлены ходатайства потерпевших Б.Д. (брат) и Д. (супруга) о прекращении уголовного дела в отношении Л.М. в связи с примирением сторон.

Судом вынесено постановление, указанное выше.

В апелляционном представлении поставлен вопрос об отмене постановления суда и передаче уголовного дела на новое судебное рассмотрение; указано, что судом по данному делу, разъяснения Верховного Суда РФ надлежащим образом не выполнены; суд должен был оценить, в какой степени предпринятые Л.М. действия по заглаживанию вреда позволили компенсировать наступившие в результате совершенного преступления негативные последствия - гибель потерпевшего Б.В.; субъективное мнение законных представителей потерпевшего о заглаживании вреда не может быть единственным и достаточным основанием для освобождения подсудимого от уголовной ответственности, а также снижения степени общественной опасности содеянного, заключающегося в гибели человека, которая необратима и невосполнима; судом в должной степени не оценен и статус потерпевших, которые наделены в судебном заседании лишь процессуальными полномочиями, фактически являясь представителями погибшего; суд не привел объективных суждений о том, соответствует ли прекращение уголовного дела по данному основанию общественным и государственным интересам в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств с учетом характера нарушения Л.М. Правил дорожного движения и способны ли меры, которыми ограничился суд, предотвратить в будущем подобные нарушения, поскольку прекращение уголовного дела никоим образом не ограничило Л.М. в праве управления транспортными средствами. Так, одним из обстоятельств, повлиявших на снижение степени общественной опасности содеянного Л.М. преступного деяния и нейтрализации его вредных последствий, по мнению суда, явилось получение подсудимым сочетанной комбинированной травмы головы, грудной клетки, живота и конечностей вследствие ДТП, ухудшение состояния его здоровья и получение <данные изъяты> вследствие травмы головы, в том числе установление ему 24.04.2024 <данные изъяты> по общему заболеванию. Указанные сведения о состоянии здоровья Л.М. являются недостаточными для вывода о снижении степени общественной опасности, поскольку <данные изъяты> подсудимому установлена на определенный срок - до 01.05.2025. При этом, судом не исследовались документы, подтверждающие продление <данные изъяты> и сохранения у Л.М. имеющихся заболеваний. При таких обстоятельствах вызывают сомнение выводы суда о том, что Л.М. соблюдены все условия, необходимые для освобождения его от уголовной ответственности в связи с примирением, поскольку судом не принято во внимание, что само по себе возмещение вреда не устраняет наступившие последствия, заключающиеся, в том числе, в гибели потерпевшего Б.В. и не может снизить степень общественной опасности содеянного. Кроме того, вывод о невозможности Л.М. ввиду состояния здоровья реализовать в дальнейшем право на управление транспортным средством, тем самым подвергать опасности других участников дорожного движения, не подтвержден никакими медицинскими данными и является субъективным мнением суда. В связи с чем, принятие судом решения о прекращении уголовного дела в связи с примирением исключает возможность назначения Л.М. не только основного, но и дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами. Учитывая обстоятельства совершения Л.М. преступления, принимая во внимание причинение им вреда двум объектам - безопасности дорожного движения и здоровью и жизни Б.В., утрата которой необратима и невосполнима, прекращение уголовного дела на основании ст.25 УПК РФ в данном случае, недопустимо, не отвечает принципам неотвратимости наказания и исправлении виновного лица.

В апелляционной жалобе потерпевшая Д. просила постановление суда отменить, дело направить на новое рассмотрение; указала, что судом допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора; положения ст.75 УК РФ и ст.25 УПК РФ не обязывают суд при наличии предусмотренных оснований прекращать уголовное дело за примирением сторон, а лишь предоставляют такую возможность; суду необходимо оценить, соответствует ли это целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, отвечает ли требованиям справедливости и целям правосудия; причиненный материальный вред - гибель человека при ДТП, по итогам уголовного судопроизводства оценен лишь в размере 150000 руб., при этом надлежащая оценка соразмерности действий виновного по заглаживанию причиненного им вреда, соразмерности суммы, выплаченной потерпевшему, характеру причиненного вреда, судом не дана; потерпевшей по данному делу признана супруга погибшего Д., которая воспитывает несовершеннолетнего ребенка, погибший - ее муж, являлся кормильцем семьи, плательщиком ранее взятых кредитов на нужды семьи. При помощи и под диктовку адвоката Л.М. ей написано в суд заявление с просьбой о прекращении дела за примирением сторон, и расписка о получении от Л.М. 150000 руб., в счет возмещения материального вреда. От иска по возмещению морального вреда по просьбе со стороны защиты Л.М., отказалась, при этом моральный вред ей не возмещен, а причинённый ущерб несоразмерен причиненному ущербу, так как 150000 рублей не равноценно жизни мужа, единственного кормильца семьи; смерть Б.В. обусловило невозможность выяснения судом мнения Б.В. о прекращении уголовного дела с учетом его гибели, при этом жизнь человека является высшей ценностью, которой потерпевший в расцвете лет был лишен в результате действий Л.М. При этом Б.В. вследствие гибели по вине Л.А., а не по своей вине оставил без финансовой и иной моральной поддержки супругу в тяжелом состоянии здоровья, с малолетним ребенком в возрасте 8 лет. При этом выплата 150000 рублей в счет материального вреда не подменяет заглаживание последствий совершенного преступления непосредственно Л.М. Потерпевшая Д. соразмерность суммы, выплаченной ей как потерпевшей, характеру причиненного вреда не смогла оценить, находилась в тяжелом моральном эмоциональном состоянии, сопряженном с нахождением в состоянии нездоровья, в связи с имевшимися заболеваниями, кроме этого причиной обращения с заявлением о прекращении дела было обусловлено тем фактом, что Д. думала о том, что Л.М. «посадят, а этого она Л.М. не желала». Волеизъявление об отказе от гражданского иска носило вынужденный, не добровольный характер, под влиянием как внутреннего, так и внешнего заблуждения, обусловлено указанными обстоятельствами. Моральный вред был мотивирован потерей Д. мужа - кормильца семьи, ее ребенка которого он планировал усыновить, при этом ребенок об этом знал и в настоящий момент также испытывает моральные страдания, поскольку сейчас будет расти в неполной семье, а другой семьи сын Д. не знал, поэтому ребенок любил ее мужа и воспринимал его как отца. Сведений об иных действиях Л.М. направленных на заглаживание причиненного преступлением вреда, в деле не имеется, фактически оно не произошло. Л.М. в период времени после ДТП, в период предварительного следствия, в период судебного следствия, до вынесения судом постановления о прекращении уголовного дела ни разу лично не извинился, за причиненный вред, в указанный обстоятельствах Д. чувствует себя обманутой. Данному факту судом также оценка не дана. Суд не исследовал должным образом и не дал оценки достаточности принятых обвиняемой мер, направленных на заглаживание вреда, что необходимо для прекращения уголовного дела за примирением сторон. Мама Л.М. говорила об оказании всяческой помощи Д. со стороны родителей Л.М. в будущем. При этом, обещания, а также различного рода обязательства лица, совершившего преступление, возместить ущерб или загладить вред в будущем не являются обстоятельствами, для освобождения этого лица от уголовной ответственности. Таким образом, требования ст.76 УК РФ и ст.25 УПК РФ судом не соблюдены. Способ возмещения причиненного преступлением вреда не позволяет признать его соизмеримым с тем вредом, который причинен потерпевшей в результате действий Л.М. К апелляционной жалобе приложены копии выписки медицинских документов Д., истории болезни № 3887 от 3.05.2007г.; врачебного заключения от 30.04.2025г.; протокол консультации травматолога-ортопеда от 30.04.2025г., эпикриз амбулаторный от 30.04.2025г.; сведения о задолженности по кредитным обязательствам; квитанции о задолженности по оплате коммунальных услуг.

В возражениях на апелляционные жалобу и представление защитник – адвокат Кисельман А.М. считает постановление суда законным, обоснованным, подлежащим оставлению без изменения. К возражениям приложил справку МСЭ-2024 *** от 06.05.2025г. о продлении <данные изъяты> Л.М.

Суд апелляционной инстанции, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалобы и представления, возражений на них приходит к следующему.

Как видно из представленных материалов, уголовное дело и уголовное преследование в отношении Л.М. прекращено на основании ходатайств потерпевших Б.Д., Д., рассмотренных судом в соответствии с положениями ст. 271 УПК РФ.

Разрешая указанные ходатайства, суд установил, что инкриминируемое Л.М. преступление относится к категории преступлений средней тяжести, является неосторожным, подсудимый ранее не судим, стороны примирились, Л.М. загладил причиненный потерпевшим вред.

При этом, добровольное волеизъявление потерпевших Б.Д., Д. на прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон судом установлено достоверно, способ заглаживания вреда и размер его возмещения определен самими потерпевшими.

Так, в ходе судебного заседания потерпевший Б.Д. представил суду письменное заявление о прекращении дела в связи с примирением сторон, в котором указал, что претензий к Л.М. не имеет, от взыскания компенсации морального вреда отказывается, материальный ущерб не причинен.

Потерпевшая Д. также представила суду письменное заявление о прекращении дела в связи с примирением сторон, в котором указала, что претензий к Л.М. не имеет, от взыскания компенсации морального вреда отказывается, причиненный материальный ущерб ей возмещен полностью.

При этом, в судебном заседании Д. полностью отказалась от заявленного к Л.М. гражданского иска о компенсации морального вреда, что указала в письменном заявлении, отразив, что ей разъяснены и понятны правовые последствия отказа от иска, предусмотренные ст. 220, 221 ГПК РФ.

Согласно представленной в материалы дела расписке от 22.04.2025 Д. получила от Л.М. в счет возмещения материального ущерба денежную сумму в размере 150 000 рублей.

Потерпевшие Д., Б.Д. в судебном заседании пояснили, что вред, причиненный ДТП, им полностью возмещен, претензий материального и морального характера к Л.М. не имеют, их волеизъявление на прекращение уголовного дела за примирением сторон является добровольным.

Подсудимый Л.М. выразил письменное согласие на прекращение уголовного дела за примирением сторон.

Таким образом, все условия для прекращения уголовного дела по основанию ст.76 УК РФ: примирение лица, совершившего впервые преступление, в том числе средней тяжести, с потерпевшим и заглаживание причиненного ему вреда по настоящему уголовному делу судом первой инстанции обоснованно установлены.

При этом, суд не мог не учесть и то, что у подсудимого Л.М. установлено заключением эксперта от 05.07.2024 *** наличие телесных повреждений: <данные изъяты>; повреждения могли образоваться в условиях дорожно-транспортного происшествия; их следует оценивать как единый комплекс сочетанной комбинированной травмы головы, грудной клетки, живота и конечностей.

Указанная сочетанная комбинированная травма головы, грудной клетки, живота и конечностей причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Незадолго до получения травмы Л.М. этиловый спирт не употреблял.

Помимо этого, заключением комиссии судебно-психиатрических экспертов от 12.08.2024 *** установлено, что с наибольшей долей вероятности, Л.М. ранее каким-либо психическим расстройством не страдал. В настоящее время (на момент проведения экспертизы) у Л.М. отмечаются <данные изъяты>).

24.04.2024 Л.М. установлена <данные изъяты> по общему заболеванию на срок до 01.05.2025.

Согласно информации БУ ХМАО – Югры «<данные изъяты>» от 19.02.2025 по результатам МРТ головного мозга, проведенной Л.М., дано заключение: <данные изъяты>.

В ходе рассмотрения уголовного дела Л.М. был госпитализирован планово в «<данные изъяты>» по направлению *** от 19.02.2025.

По обстоятельствам дела, Л.М. обвинялся в нарушении ПДД РФ, повлекших последствия, указанные в законе, а именно в том, что двигаясь с разрешенной скоростью движения, не учел дорожные и метеорологические условия, неправильно оценил дорожную обстановку, выехал на правую обочину, затем упустил контроль над рулевым управлением транспортного средства и выехал на встречную полосу движения, где и произошло столкновение с автомобилем МАН ТГС.

Перечисленные обстоятельства дела влияют на степень общественной опасности деяния и обоснованно учтены судом при принятии решения по ходатайству потерпевших.

Помимо этого, Л.М. характеризуется положительно, отягчающих обстоятельств по делу не установлено. Оба потерпевших заявили, что примирились с Л.М., претензий к нему не имеют и не желают привлекать его к уголовной ответственности.

Обстоятельства ДТП, получение Л.М. сочетанной комбинированной травмы головы, грудной клетки, живота и конечностей вследствие ДТП, ухудшение состояния здоровья и получение расстройства психики вследствие травмы головы, стремление загладить причиненный вред перед потерпевшими, свидетельствуют о снижении степени общественной опасности преступления и нейтрализации его вредных последствий.

С учетом приведенных сведений о состоянии здоровья Л.М. суд нашел убедительным утверждение стороны защиты о невозможности подсудимого высказать своё отношение к предъявленному обвинению ввиду того, что он не помнит обстоятельств ДТП, имевшего место 24.11.2023.

Вопреки доводам апелляционного представления запрета на прекращение уголовного преследования при совершении преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ, причиняющего вред двум объектам - безопасности дорожного движения и здоровью и жизни человека, уголовно-процессуальный и уголовный закон не содержат.

Отсутствуют такие запреты и в п.16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2008г. № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», согласно которому прекращение уголовного дела о преступлении, предусмотренном ст. 264 УК РФ, за примирением сторон является правом суда. При принятии решения о прекращении уголовного дела в связи с примирением лица, совершившего преступление, с потерпевшим, суду надлежит всесторонне исследовать характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимого, иные обстоятельства дела.

Указанные требования закона и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации судом соблюдены.

Факт и конкретные обстоятельства совершения Л.М. впервые преступления по неосторожности, положительные характеристики, добровольное возмещение вреда, причиненного преступлением, свидетельствуют об отсутствии его явно отрицательного отношении к охраняемым законом отношениям и тем более не указывают об его намерении причинить вред обществу в дальнейшем.

При этом, по мнению суда, полученные в результате ДТП последствия для здоровья, не позволят Л.М. в дальнейшем реализовать право на управление транспортным средством, приобретенное им ранее. Данное мнение, основано на представленных медицинских документах.

При таких обстоятельствах, суд, проанализировав материалы дела, все имеющие значение для принятия решения обстоятельства, обоснованно принял решение о прекращении уголовного дела в отношении Л.М.

Постановлениеостановление суда основано на объективных данных, содержащихся в представленных материалах уголовного дела, принято с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, регламентирующих порядок разрешения подобного рода ходатайств, в связи с чем, доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы о том, что постановление суда является незаконным, необоснованным и немотивированным, вынесенным с нарушением прав участников уголовного судопроизводства, суд апелляционной инстанции не может признать состоятельными.

На основании изложенного и руководствуясь ст.389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судья

постановила:

постановление Югорского районного суда от 22 апреля 2025г. о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении Л.М., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст.264 ч.3 УК РФ, оставить без изменения, апелляционное представление и апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47-1 УПК РФ, - в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции г.Челябинск.

Председательствующий судья подпись