Апелляционное постановление № 22-708/2023 22А-708/2023 от 7 декабря 2023 г. по делу № №1-146/2023

Председательствующий Путиловский М.М.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 22А-708/2023
8 декабря 2023 г.
г. Ростов-на-Дону
Судебная коллегия по уголовным делам Южного окружного военного суда в составе председательствующего Сапрунова Р.В., при помощнике судьи Леонове С.С., с участием военного прокурора отдела военной прокуратуры Южного военного округа <данные изъяты> Мезина В.В., потерпевшего ФИО14, осужденного ФИО1, защитников Фирстова Д.Ю. и Киреевой Ю.В., представителя гражданского ответчика – Министерства обороны РФ ФИО2 рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам защитника Фирстова Д.Ю. и указанного представителя гражданского ответчика на приговор Крымского гарнизонного военного суда от 29 сентября 2023 г., в соответствии с которым военнослужащий войсковой части № <данные изъяты>

ФИО1, <данные изъяты>

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 349 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года в колонии-поселении.

Гражданский иск потерпевшего ФИО15 о компенсации морального вреда в размере 2000000 руб. удовлетворен частично, в его пользу с Министерства обороны РФ постановлено взыскать 800000 руб., а в удовлетворении остальной части исковых требований в размере 1200 000 руб. – отказано.

Заслушав доклад председательствующего Сапрунова Р.В., выступления защитников Фирстова Д.Ю., Киреевой Ю.В. и осужденного ФИО1 в поддержку доводов апелляционной жалобы защитника Фирстова Д.Ю., выступление представителя гражданского ответчика ФИО2 в поддержку доводов свой апелляционной жалобы, возражения потерпевшего ФИО16 а также мнение прокурора Мезина В.В., полагавшего приговор подлежащим изменению, судебная коллегия

установила:

ФИО1 признан виновным в нарушении правил обращения с оружием, повлекшем по неосторожности смерть человека, совершенном при следующих, установленных судом первой инстанции, обстоятельствах.

Так, около ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 при исполнении обязанностей военной службы, находясь в месте временной дислокации подразделения войсковой части №, возвращаясь с позиции воздушного наблюдения, попросил своего сослуживца <данные изъяты> ФИО17 осуществить видеосъемку его с вверенным автоматом АК-74М № № на камеру мобильного телефона.

После этого ФИО1, забыв отсоединить от автомата магазин, сняряженный 30 патронами калибра 5,45 мм, в нарушение правил обращения с оружием, предусмотренных ст. 13, 14, 20 и 321 Устава внутренней службы Вооруженных Сил РФ, п. 28 и 30 Требований к хранению боевого ручного стрелкового и иного оружия, боеприпасов и патронов к нему, холодного оружия в зависимости от их предназначения, порядка ведения их учета, транспортирования и перевозки воздушным, железнодорожным, водным, автомобильным транспортом под вооруженной охраной в Вооруженных Силах РФ, снял с предохранителя вверенный ему автомат, передернул затвор и, действуя неосторожно, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при должной внимательности должен был и мог их предвидеть, направил ствол автомата в сторону ФИО18., осуществлявшего видеосъемку его с мобильного телефона, и нажал на спусковой крючок автомата, от чего произошло 2 выстрела в последнего.

В результате произведенных ФИО1 по неосторожности выстрелов ФИО19 причинены несовместимые с жизнью телесные повреждения, от которых тот скончался на месте.

В апелляционной жалобе защитник Фирстов, не оспаривая правильности квалификации содеянного осужденным, считает приговор незаконным и несправедливым вследствие чрезмерной суровости назначенного наказания, просит его изменить и назначить ФИО1 наказание с применением положений ст. 73 УК РФ, условно.

В обоснование автор жалобы приводит собственный анализ материалов уголовного дела, сведений о личности осужденного, положений Конституции РФ, Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 г. № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации», разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, изложенных в постановлении от 22 декабря 2015 г. № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», а также норм уголовного и уголовно-процессуального законов, на основании которого утверждает, что не все обстоятельства дела, имеющие значение для правильного его разрешения, были учтены судом первой инстанции, что повлияло на его выводы о виде и размере назначенного ФИО1 наказания.

При этом защитник Фирстов в апелляционной жалобе указывает, что ФИО1 ранее ни в чем предосудительном замечен не был, имеет постоянное место жительства и прочные социальные связи, положительно характеризовался по месту жительства и за время прохождения военной службы, не состоял на учете у врачей-нарколога и психиатра, чистосердечно раскаялся в содеянном, полностью признал свою вину, активно способствовал расследованию настоящего уголовного дела, обратился в правоохранительные органы с явкой с повинной, добровольно возместил потерпевшим расходы на ритуальные услуги, ходатайствовал о рассмотрении уголовного дела в особом порядке судебного разбирательства.

Как полагает защитник, при постановлении приговора суд не учел влияние назначенного наказания на исправление ФИО1 и на условия жизни его семьи, и в итоговом судебном решении не привел мотивов по вопросам, связанным с назначением уголовного наказания, его вида и размера.

В то же время, как утверждает автор апелляционной жалобы, ФИО1, раскаявшись в содеянном, встал на путь исправления, которое, с учетом всех смягчающих обстоятельств, может быть достигнуто без изоляции его от общества, с применением положений ст. 73 УК РФ, то есть с назначением наказания условно.

В апелляционной жалобе представитель гражданского ответчика ФИО2, считая приговор в части разрешения гражданского иска незаконным и необоснованным, просит его изменить, принять новое решение в части разрешения гражданского иска, отказав в его удовлетворении в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы ее автор, ссылаясь на нормы уголовно-процессуального закона, Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ), Федеральных законов от 13 декабря 1996 г. № 150-ФЗ «Об оружии», от 28 марта 1998 г. № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе», судебную практику по другим делам и разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, изложенные в постановлении от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», указывает, что ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Судом установлено, что именно виновные действия ФИО1 повлекли наступление смерти ФИО20., в связи с чем выводы суда о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда с Министерства обороны РФ не обоснованы, учитывая, в том числе, что оружие не является источником повышенной опасности, а осужденный в момент совершения преступления не исполнял обязанностей военной службы и находился вне сферы воинских правоотношений.

В возражениях на апелляционные жалобы представитель потерпевшего ФИО3 и государственный обвинитель – заместитель военного прокурора - войсковая часть № <данные изъяты> ФИО4 просят приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Рассмотрев материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как видно из протокола судебного заседания, в ходе судебного разбирательства в соответствии со ст. 15, 244 и 274 УПК РФ обеспечено равенство прав сторон, которым суд первой инстанции, сохраняя объективность и беспристрастность, в условиях состязательного процесса создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

Все представленные сторонами доказательства исследованы судом, а заявленные участниками судебного разбирательства ходатайства разрешены в установленном законом порядке.

Судебной коллегией не установлено данных, свидетельствующих об исследовании судом первой инстанции недопустимых доказательств, ошибочном исключении из разбирательства по делу допустимых доказательств или об отказе сторонам в исследовании доказательств, которые могли бы иметь существенное значение для правильного разрешения дела.

Изложенный в приговоре вывод о виновности осужденного ФИО1 в совершении инкриминированного ему преступления соответствует фактическим обстоятельствам дела и основан на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, к числу которых, помимо показаний ФИО1, полностью признавшего свою вину, относятся показания свидетелей ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, потерпевшего ФИО25, протоколы осмотра места происшествия, проверки показаний на месте, осмотра предметов, заключения экспертов, а также иные документы.

Указанные доказательства надлежащим образом исследованы в ходе судебного разбирательства, достаточно полно изложены и правильно оценены судом в приговоре, сомнений в своей относимости, допустимости и достоверности не вызывают.

На основе приведенных доказательств суд первой инстанции, правильно установив фактические обстоятельства уголовного дела, верно квалифицировал содеянное осужденным по ч. 2 ст. 349 УК РФ, что не оспаривается в апелляционных жалобах.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом первой инстанции не допущено.

При назначении наказания суд принял во внимание, что ФИО1 положительно характеризовался по месту жительства и в период прохождения военной службы, ранее ни в чем предосудительном не замечен, после содеянного предпринял попытку оказать первую медицинскую помощь ФИО26, по окончании предварительного следствия заявил ходатайство об особом порядке судебного разбирательства по уголовному делу, а также суд учел его молодой возраст, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, обращение председателя местной религиозной организации мусульман, соседей осужденного и позицию потерпевшего ФИО27 о наказании.

В соответствии с п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд правильно признал в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1, добровольное возмещение ущерба, связанного с ритуальными услугами.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание осужденного, суд первой инстанции в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ учел, наряду с его раскаянием в содеянном, признание своей вины и дачу правдивых показаний об обстоятельствах преступления.

В то же время, поскольку ФИО1 о совершенном им преступлении сообщил и дал показания уже при наличии как у командования воинской части, так и правоохранительных органов сведений о содеянном им, а также учитывая, что осужденный не сообщил следствию информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления, суд правомерно не признал в качестве смягчающего обстоятельства активное способствование раскрытию и расследованию преступления, указанное органом предварительного следствия в обвинительном заключении. При этом необоснованным является довод апелляционной жалобы защитника об обращении ФИО1 в правоохранительные органы с явкой с повинной, поскольку таковая в материалах уголовного дела отсутствует.

Данных о наличии иных смягчающих наказание обстоятельств, которые не были известны суду первой инстанции, в материалах дела не имеется и суду апелляционной инстанции не представлено.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, дающих основания для назначения ФИО1 более мягкого вида или размера наказания, чем предусмотрено ч. 2 ст.349 УК РФ, суд первой инстанции не установил. Не усматривает таковых и судебная коллегия.

Также, по смыслу ст. 73 УК РФ, суд может постановить считать назначенное наказание условным только в том случае, если придет к выводу о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания. При этом суд должен учитывать не только личность виновного и смягчающие обстоятельства, но и характер, и степень общественной опасности совершенного преступления.

По настоящему делу указанные выше требования закона судом выполнены в полной мере. Дав верную оценку вышеприведенным данным о личности ФИО1, суд, тем не менее, пришел к обоснованному выводу о реальном исполнении назначенного ему наказания, исходя, в том числе, и из характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения, как этого требует закон.

С учетом конкретных фактических обстоятельств и степени общественной опасности содеянного, суд обоснованно не применил к осужденному положения ч. 6 ст. 15 УК РФ и не изменил категорию совершенного ФИО1 преступления на менее тяжкую.

Довод апелляционной жалобы защитника Фирстова о заявлении ФИО1 после ознакомления с материалами уголовного дела ходатайства об особом порядке судебного разбирательства по делу является несостоятельным, поскольку рассмотрение уголовного дела в общем порядке более обеспечивает защиту прав осужденного, так как предусматривает непосредственное исследование доказательств по уголовному делу. Кроме того, размер назначенного осужденному наказания в виде лишения свободы не превышает двух третей максимального срока наказания, предусмотренного санкцией ч. 2 ст. 349 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы представителя гражданского ответчика, гражданский иск потерпевшего ФИО28 к Министерству обороны РФ разрешен судом правильно.

Так, в соответствии с ч. 1 и 2 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный источником повышенной опасности жизни или здоровью граждан, возмещается лицом, которое им владеет на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании.

Владельцем источника повышенной опасности – автомата АК-74М калибра 5,45 мм № № является Министерство обороны РФ.

В силу ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов либо должностных лиц этих органов, подлежат возмещению за счет казны РФ.

В соответствии со ст. 1071 ГК РФ в случае, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны РФ, от имени казны выступают соответствующие органы.

Субъектом, обязанным возместить вред по правилам ст. 1069 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является РФ, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (п. 3 ст. 125 ГК РФ, ст. 6, подп. 1 п. 3 ст. 158 БК РФ, абз. 2 п. 14 постановления Пленума Верховного Суду РФ от 28 мая 2019 г. № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации»).

В силу ст. 6 БК РФ и подп. 31 п. 10 Положения о Министерстве обороны РФ, утвержденного Указом Президента РФ от 16 августа 2004 г. № 1082, главным распорядителем средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание Министерства обороны РФ и реализацию возложенных на него полномочий, является Министр обороны РФ.

Таким образом, в качестве ответчика за вред, причиненный источником повышенной опасности, находящимся в собственности Министерства обороны РФ, должен выступать главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности – Министерство обороны РФ, а утверждения представителя гражданского ответчика в апелляционной жалобе об обратном являются в связи с вышеизложенным необоснованными, как и довод о том, что автомат АК-74М не являлся источником повышенной опасности.

При этом ссылка в апелляционной жалобе представителя гражданского ответчика на судебную практику по другим делам является беспредметной, поскольку в данном случае рассмотрению подлежит самостоятельное уголовное дело о конкретных обстоятельствах в отношении конкретного лица – ФИО1, на результаты которого не могут повлиять те или иные решения по другим делам и материалам в отношении иных лиц и об иных обстоятельствах, в том числе связанных с причинением вреда.

Кроме того, вопреки доводу апелляционной жалобы представителя гражданского ответчика, судом первой инстанции достоверно установлено, что в момент совершения преступления осужденный ФИО1 и погибший ФИО29 находились при исполнении обязанностей военной службы. Об этом свидетельствует то обстоятельство, что оба указанных военнослужащих по призыву в соответствии с приказом командира войсковой части № от 21 апреля 2023 г. № 77 находились в месте временной дислокации подразделения данной воинской части (<адрес>) в служебной командировке, в которую были направлены для выполнения специальных задач по обороне <адрес> (т. 1 л.д. 125, 146), и возвращались с вверенным им оружием к месту временной дислокации подразделения после выполнения такой задачи.

Учитывая характер и степень тяжести нравственных страданий потерпевшего, другие конкретные обстоятельства дела, в том числе степень вины нарушителя, влияющие на справедливость и соразмерность принятого судом решения по предъявленному иску, суд в соответствии с положениями ст.151, 1064, 1100 ГК РФ определил сумму компенсации морального вреда потерпевшему, которую нельзя признать явно неразумной и необоснованной.

Вместе с тем, проверяя справедливость обжалуемого судебного решения, судебная коллегия считает необходимым приговор изменить по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, и признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Положения ст. 60 УК РФ устанавливают, что лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ, и с учетом положений его Общей части. При назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Однако приговор в отношении ФИО1 в части назначенного наказания указанным требованиям в полной мере не соответствует.

Так, назначая ФИО1 наказание, суд, сославшись на п. «л» ч. 1 ст. 63 УК РФ, указал, что «совершение подсудимым преступления, повлекшего гибель военнослужащего, влечет снижение боеготовности подразделения, что существенно повышает степень общественной опасности содеянного», и признал данное обстоятельство в качестве отягчающего наказание.

Вместе с тем, пунктом «л» ч. 1 ст. 63 УК РФ такого отягчающего наказания не предусмотрено, и в перечне отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, являющемся исчерпывающим, приведенного в приговоре в качестве отягчающего наказание обстоятельства также не содержится.

Как видно из обвинительного заключения и позиции государственного обвинителя в судебном заседании, данное обстоятельство ФИО1 в вину не вменено, в силу чего оно подлежит исключению из приговора.

В связи с этим, приходя к выводу о несправедливости приговора, судебная коллегия полагает необходимым снизить размер назначенного осужденному по ч. 2 ст. 349 УК РФ наказания в виде лишения свободы.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 38915, 38918, 38920, 38928 и 38933 УПК РФ, судебная коллегия

постановила:

приговор Крымского гарнизонного военного суда от 29 сентября 2023 г. в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание о признании отягчающим наказание обстоятельством, предусмотренным п. «л» ч. 1 ст. 63 УК РФ, «совершение подсудимым преступления, повлекшего гибель военнослужащего, влечет снижение боеготовности подразделения, что существенно повышает степень общественной опасности содеянного».

Смягчить назначенное ФИО1 по ч. 2 ст. 349 УК РФ наказание в виде лишения свободы до 2 (двух) лет 11 (одиннадцати) месяцев в колонии-поселении.

В остальной части приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы защитника Фирстова Д.Ю. и представителя гражданского ответчика – Министерства обороны РФ ФИО2 – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное постановление может быть обжаловано в Кассационный военный суд в порядке и сроки, предусмотренные гл. 471 УПК РФ.

В случае направления уголовного дела в Кассационный военный суд для рассмотрения в кассационном порядке осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в заседании суда кассационной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику, отказаться от защитника либо ходатайствовать перед судом кассационной инстанции о назначении ему защитника.

Председательствующий Р.В. Сапрунов