Приговор № 1-211/2017 1-32/2018 1-5/2019 от 26 мая 2019 г. по делу № 1-211/2017

67RS0008-01-2017-000171-25

Дело №1-5/2019


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г.Ярцево Смоленской области 27 мая 2019 года

Судья Ярцевского городского суда Смоленской области Короткова Е.Н., с участием: государственных обвинителей: заместителя Ярцевского межрайонного прокурора Смоленской области Дудникова А.А., помощников Ярцевского межрайонного прокурора Смоленской области Тимощенкова Е.В., ФИО1, старшего помощника Ярцевского межрайонного прокурора Смоленской области Ялового И.С.,

подсудимого ФИО2 и его защитника в лице адвоката Ярцевской коллегии адвокатов №1 «Лидер» Смоленской области Левшина А.П., представившего удостоверение №296 от 06.09.2004 и ордер №560 от 10.01.2018,

потерпевшего ФИО19,

при секретарях Новиковой Е.И. и Александровской О.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО2, родившегося <дата> в <адрес> Смоленской области, русского, гражданина РФ, с высшим образованием, женатого, имеющего на иждивении несовершеннолетних детей 2008г.р. и 2013г.р., работающего программистом ИТС «Консультант», зарегистрированного по адресу: Смоленская область, <адрес>, фактически проживающего по адресу: Смоленская область, <адрес>, ранее судимого:

- 06.04.2012 Сафоновским городским судом Смоленской области по ч.2 ст.159 три эпизода) УК РФ, с применением ч.2 ст.69 и ст.73 УК РФ к 2 годам 10 месяцам лишения свободы с испытательным сроком 2 года;

находящегося под подпиской о невыезде и надлежащем поведении, получившего копию обвинительного заключения 30 ноября 2017 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путём обмана и злоупотребления доверием, совершённое с причинением значительного ущерба гражданину, с использованием своего служебного положения, при следующих обстоятельствах:

Приказом Управления сельского хозяйства и продовольствия администрации муниципального образования «Сафоновский район» Смоленской области №33-К от 06 августа 2012 года ФИО2 был назначен на должность директора Муниципального унитарного сельскохозяйственного предприятия «Луч» (далее по тексту – «МУСХП «Луч», Предприятие). В соответствии с Уставом Предприятия директор осуществляет непосредственное управление деятельностью предприятия, действует от имени Предприятия без доверенности, на принципе единоначалия по вопросам, отнесённым к его компетенции, и несёт персональную ответственность за последствия своих действий в соответствии с федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и Уставом, планирует, организует и контролирует работу Предприятия, распоряжается имуществом Предприятия в пределах, установленных федеральным законодательством, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления Сафоновского района и Уставом, заключает от имени Предприятии договоры, выдаёт доверенности, является распорядителем средств, открывает в учреждении банков расчётные и иные счета, подписывает финансовые и иные документы, касающиеся уставной деятельности предприятия, издаёт приказы, отдаёт распоряжения и указания, обязательные к исполнению всеми работниками предприятия, то есть ФИО2, являясь директором МУСХП «Луч», выполнял в нём организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции.

23 апреля 2013 года в дневное время (точное время не установлено) ФИО2, действуя из корыстной заинтересованности, с целью хищения имущества ИП ФИО19, приехал в офис последнего, расположенный по адресу: <...> строение 5, где договорился с представителем последнего ФИО15 о продаже шин для сельскохозяйственной техники предприятия и заключил от имени МУСХП «Луч» договор купли-продажи №89. Введя ФИО15 в заблуждение относительно своих истинных намерений и что действует от имени Предприятия, ФИО2, под предлогом срочной необходимости в шинах в производственных целях, убедил ФИО15 отгрузить шины по договору без предоплаты, предоставив в подтверждение намерений Предприятия оплатить шины в кратчайшие сроки гарантийное письмо от имени МУСХП «Луч» б/н от 23 апреля 2013 года, тем самым обманул его. ФИО15, действуя от имени ИП ФИО19, не подозревая об истинных намерениях ФИО2, доверяя ему как руководителю муниципального предприятия, передал последнему по товарной накладной №302 от 23 апреля 2013 года пневмошины марки 9.00-16 (260/95-16) Я0324-А Волтайр ис10, в количестве 4 штук, по цене 4 840 рублей за каждую, а всего имущество на общую сумму 18 360 рублей. Завладев таким образом указанным имуществом ИП ФИО19, ФИО2, не намереваясь передать его МУСХП «Луч», обратил его в свою пользу, тем самым похитив его.

В продолжение своих преступных действий, направленных на хищение имущества ИП ФИО19, путём обмана и злоупотребления доверием последнего и его представителя ФИО15, ФИО2 30 апреля 2013 года в дневное время (точное время не установлено) вновь приехал в офис ИП ФИО19 по вышеуказанному адресу, где, обманув ФИО15, уверив в произведённой оплате за отгруженные ранее по накладной №302 от 23 апреля 2013 года шины, действуя от имени МУСХП «Луч» и таким образом используя своё служебное положение, вновь убедил ФИО15 передать ему как руководителю указанного предприятия без предварительной оплаты шины для сельскохозяйственной техники. ФИО15, не подозревая об истинных намерениях ФИО2 и доверяя ему как руководителю муниципального предприятия, передал последнему по товарной накладной №335 от 30 апреля 2013 года принадлежащие ИП ФИО19 пневмошины 15,5-38, в количестве 2 штук, по цене 12 950 рублей за каждую, общей стоимостью 25 900 рублей, и пневмошины марки 21.3R24 (530-610Р), в количестве 2 штук, по цене 22 180 рублей за каждую, общей стоимостью 44 360 рублей. Завладев, таким образом, указанным имуществом, ФИО2, не намереваясь передать его МУСХП «Луч», обратил его в свою пользу, тем самым, похитив имущество ИП ФИО19 на общую сумму 70 260 рублей.

В результате преступных действий ФИО2 путём обмана и злоупотребления доверием, с использованием своего служебного положения похитил имущество ФИО19, на общую сумму 89 620 рублей, чем причинил последнему значительный материальный ущерб на указанную сумму.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 свою вину в совершении инкриминируемого ему деяния не признал. Пояснил, что всего лишь исполнял обязанности директора предприятия. Преступление, предусмотренное ч.3 ст.159 УК РФ не совершал, прямого умысла не имел, прямой выгоды не получал и не имел намерений получать.

С 2012 года он проживает в <...>, где и устроился на работу директором МУСХП «Луч». Руководителем предприятия был с августа 2012 года по август 2015 года. Данное предприятие занималось производством сельхозпродукции –зерна и молока. За время работы у него в подчинении был главный инженер Булавица. В 2013 году главным инженером был принят на работу ФИО3, который работал в совхозе с 2006 года, используя свою технику: трактор-погрузчик на базе ЮМЗ, Камаз и ГАЗ, вывозил из МУСХП «Луч» навоз и занимался его реализацией. С ФИО3 его (ФИО2) познакомил предыдущий руководитель МУСХП «Луч» - ФИО16, когда передавал документы и оборудование предприятия. В его (ФИО2) обязанности входило контролировать финансовые потоки, поэтому ФИО3 всегда приходил и согласовывал сумму, необходимую для приобретения запчастей. После чего он (ФИО2) давал указание бухгалтеру выдать необходимую сумму ФИО3, и тот приобретал запчасти. Если речь шла о приобретении запчастей на сумму свыше 1 000 рублей, то он (ФИО2) требовал у ФИО3 авансовый отчёт. Если ФИО3 было некогда приобрести запчасти, то их мог поехать приобрести главный агроном. Каждое утро на предприятии проводились планёрки, в которых принимали участие агроном ФИО6, зоотехник ФИО17, он (ФИО2) как руководитель, ФИО3 как главный инженер, для решения вопросов текущего дня и решения возникающих проблем. На одну из таких планёрок пришли механизаторы с проблемой, что на площадке, где вывозится навоз, торчит арматура, что приводит к тому, что колёса рвутся, и приходится менять резину. При общении с руководителями других совхозов, ему (ФИО2) сообщили, что имеется проблема с резиной, и они не смогут оказать помощь. С его (ФИО2) стороны было внесено предложение о рассмотрении вариантов, где можно приобрести необходимую резину на технику и о составлении ФИО3 соответствующего списка. После планёрки ФИО3 предложил приобрести необходимую резину для совхоза по низким ценам у ИП ФИО19 в г.Ярцево. В г.Сафоново нет магазинов по продаже сельхозтехники. ФИО3 узнал номер телефона магазина ФИО19, с которым он (ФИО2) созвонился и договорился о приобретении резины. Он объяснил ФИО19, что в совхозе на сегодняшний день денежных средств нет и хотят приобрести резину в рассрочку. На тот момент совхоз оплачивал кредиты банку, которые были взяты до него (ФИО2)., но он рассчитывал на возврат субсидий по кредитам, которые ежемесячно возвращались на счёта совхоза из Администрации Смоленской области.

В г.Ярцево с ФИО19 были заключены договора на поставку МУСХП «Луч» необходимой резины. Обязанность получить резину, привезти в совхоз и распределить их между механизаторами, он (ФИО2) возложил на главного инженера ФИО3, который является материально ответственным лицом. Он и ФИО35 приезжали в г.Ярцево дважды. Он (ФИО2) звонил ФИО19 и говорил о том, что планируют погасить задолженность по договору, и просил выдать оставшиеся колёса. Без колёс невозможно было запустить дойки, убрать навоз и зерно, что могло привести к запущенности 400 голов скота. Надои молока в совхозе упали. Солярку на сельхозтехнику МКСХП «Луч» брало у ООО «Русский торговый дом», который находится в Ярцевском районе и после продажи молока отдавали долг. Вследствие того, что они запустили молоко у них не было процентов и не заплатили по кредитам и, впоследствии, субсидии перестали на них распространяться.

Когда стали поступать звонки от ФИО19 о том, что необходимо произвести расчёт за резину, он не задавался вопросом о том, что договор с ФИО19 не выполнен, так как был полностью уверен в его исполнении в части оплаты. У него не было мысли утаивать или избегать оплаты по договору с ФИО19 Информация о приобретении резины проходила через бухгалтерию, и осуществлялся контроль со всего ИТР состава, что было общеизвестно и цель уйти от оплаты по договору, смошенничать, украсть данные колёса, он не преследовал, т.к. вокруг данных колёс было задействовано очень много людей. Тот факт, что не все документы были проведены по сделке, заключённой между ним и ФИО19 через бухгалтерию, он узнал от сотрудников полиции, которые проводили проверку по факту не проведения денежных средств по балансу. Он знал, что колёса должны быть установлены на технику и поставлены на баланс, но не проверял это, так как ему, как директору МУСХП «Луч», необходимо было решать другие вопросы, а запчасти и работа техники – это обязанности главного инженера ФИО3 которому он доверял. По какой причине считают, что колёс на складе не было, он пояснить не может, хотя в совхозе видели приобретённые у ФИО19 колёса.

У него не было намерений похищать колёса. Если бы такие намерения имелись, то он поехал получать колёса один, либо взял с собой человека, который не работает в МУСХП «Луч», и представить его как главного инженера совхоза. Вариантов была бы масса, если бы он преследовал цель завладеть колёсами, и не ставил бы в курс дела весь совхоз и механизаторов, что будут колёса на технику. Кроме этого, ему некуда сбывать колёса. У него имеет одна машина «ВАЗ 2112».

В свою защиту также указал, что ФИО35 вместе с ФИО4 работали ещё до его прихода в МУСХП «Луч». За весь период работы он не производил замен и кадровых перестановок. Какие цели и заинтересованности были у данных лиц, и что получилось с этими колёсами, он сказать не может, но предполагает, что они его оговаривают с целью уйти от ответственности, та как за период работы между ними сложились натянутые отношения.

Договор с ФИО19 заключался на сумму около 90 тысяч рублей. Он не контролировал главного бухгалтера, как она вела документацию. Не контролировал действия агронома, всё ли он делал по пахотным работам, т.к. по результатам работы видно, сколько урожая получило предприятие. Зоотехника не контролировал, т.к. весь скот на месте. Главного инженера не контролировал, получил он резину на сельхозтехнику или нет. Он же контролировал финансовую ситуацию на предприятии, согласовал и договорился с ФИО19 о получении резины. Считает, что он не обязан контролировать постановку приобретённой резины на баланс предприятия, т.к. данные вопросы решает его заместитель, а в его обязанности входили финансовые и организационные вопросы в МУСХП «Луч».

Инициаторами приобретения данных колёс были механизаторы, которые пришли на планёрку и сказали, что без новых колёс работать не будут. После этого ФИО3 непосредственно на планёрке было дано указание приобрести колёса на технику. Протокол планёрки никогда не вёлся. Письменных служебных записок о необходимости приобретения новой резины на технику, не поступало. Список о количестве резины составлялся ФИО3, согласно этому списку он диктовал ФИО19 Список представлялся при составлении договора и куда он делся, не известно. ФИО3 присутствовал при составлении договора, т.к. решался вопрос, какая нужна резина, и помог в её приобретении. Со стороны механизаторов отпали вопросы про резину, по бухгалтерским документам проходила стоимость колёс, что являлось показателем того, что колёса на предприятие поступили, а он лично не контролировал установку колёс на технику. Если бы колёса не были установлены, то механизаторы задавали бы вопросы по поводу новых колёс.

Несмотря на отрицание своей вины подсудимым ФИО2, его причастность к совершению инкриминируемого ему деяния полностью подтверждается совокупностью собранных на предварительном следствии и исследованных в судебном заседании доказательствах.

Так, из данных в судебном заседании показаний потерпевшего ФИО19 усматривается, что в апреле 2013 года, точную дату не помнит, между ИП ФИО19 и МУСХП «Луч» был заключён договор на поставку шин для сельхозтехники. Когда директор МУСХП «Луч» ФИО2 приехал заключать договор и забрать шины для сельхозтехники, он предоставил гарантийное письмо, согласно которому обязуется произвести оплату по договору в полном объёме до 10 мая 2013 года. Оплата по договору в указанный срок произведена не была. При заключении договора он лично не присутствовал, присутствовал его сын – ФИО15, который является коммерческим директором, и у него имеется право подписи в документах. С ФИО2 он виделся при первоначальном заключении договора. Номер договора назвать не может. Договор заключался от его имени, но при заключении договора непосредственно присутствовал его сын – ФИО15, с которым и оговаривались все условия договора. Два-три раза он лично разговаривал с ФИО2 по телефону, а потом ФИО2 приехал с парнем и был заключён договор, и ими были предоставлены шины. На самой встрече при заключении договора он не присутствовал. Согласно договору нужно было предоставить шины на сельхозтехнику в количестве не менее 4 штук. Стоимость шин не помнит. Шины были предусмотрены на сельхозтехнику – прицепную тележку. Первую партию шин в количестве 4 штук можно было увезти на «Ниве» или «Жигулях».

Через неделю ФИО2 была передана ещё одна партия шин на сельхозтехнику на сумму 70 000 рублей за всю партию, но при этом, не удостоверились, что ФИО2 произвёл оплату за первоначальную доставку шин, так как не было времени обратиться за банковской выпиской, чтобы проверить оплату. Кто ставил подпись в накладной, он не знает. Кто расписывался от имени МУСХП «Луч», не знает. В момент заключения второго договора он также не присутствовал. Оплата также не была произведена, со стороны МУСХП «Луч» были только обещания произвести оплату, или говорили, что происходит задержка оплаты по вине сотрудников банка. По поводу оплаты шин он разговаривал с ФИО2, звонил в бухгалтерию, где переадресовывали к ФИО2, т.к. им ничего не было известно по поводу договора на приобретение шин на сельхозтехнику, и ФИО2 не давал указания произвести оплату по такому договору. ФИО2 в разговоре просил подождать с оплатой. Он обращался в Арбитражный суд Смоленской области о взыскании денежных средств, судебным решением его требования удовлетворены, поэтому иск к Беште он не предъявляет. На 2013 год ущерб для него был значительным, т.к. их общий с супругой доход составлял около 30 000 рублей в месяц.

В договоре не были оговорены сроки отгрузки шин. Изначально была заявка на приобретение 4 шин, но было сказано, что они могут обратиться за дополнительной доставкой. Согласно гарантийному письму была предусмотрена оплата до середины мая 2013 года. Действовали на доверии, т.к. многим сельхозпредприятиям были необходимы шины на выпуск техники на посевную, и они предоставляли шины, а сельхозпредприятия производили оплату позже. Он (ФИО19) определял розничную стоимость шин и сам её обсчитывал.

Из оглашенных в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ показаний потерпевшего ФИО19, данных в ходе его допроса на предварительном следствии, и которые были им в полном объеме подтверждены, усматривается, что с 1996 года он является индивидуальным предпринимателем. Основным видом его деятельности является продажа автозапчастей и сервис по ремонту машин. Свою деятельность осуществляет по адресу: <...> строение 5, где оборудовано помещение шиномонтажа. 23 апреля 2013 года им и МУСХП «Луч» в лице его директора ФИО2 был заключён договор купли-продажи автомобильных шин за №89. Договор был заключён в его кабинете в здании по указанному адресу. Инициатором заключения договора был ФИО2, он предварительно звонил ему по телефону, слёзно просил поставить шины, поскольку у него начинается посевная. В день подписания договора, т.е. 23.04.2013, по просьбе ФИО2 ему были отгружены данные шины, а именно пневмошины марки «Волтайр» нс10 размера 9.00-16 (260/95-16), рисунок Я-324А, в количестве 4 штук по цене 4 860 рублей за 1 штуку, на общую сумму 19 360 рублей. При этом были выписаны все необходимые документы, в том числе счёт на оплату и товарная накладная №302 от 23.04.2013. ФИО2 в связи с началом полевых работ убедительно просил отгрузить шины в день подписания договора, уверял, что в течение нескольких дней поставленные шины будут оплачены. При этом вручил ему гарантийное письмо о том, что МУСХП «Луч» обязуется оплатить счёт от 23.04.2013 за 4 поставленные шины до 10 мая 2013 года. На чём приезжал ФИО2, один или с кем-либо из работников, не помнит, но переговоры он вёл исключительно с ФИО2, а не с кем-либо из его работников. Через несколько дней ему вновь на телефон позвонил ФИО2 и заказал ещё шины. При этом уверял, что предыдущий счёт, т.е. выставленный им МУСХП «Луч» 23.04.2013 оплачен в полном объёме. Отсутствие денежных средств у него на счёте ФИО2 объяснял проблемами в банке. ФИО2 вновь уверил, что и счёт от 30.04.2013 будет оплачен его предприятием в тот же срок, т.е. до 10.05.2013. По просьбе ФИО2 им были отгружены для МУСХП «Луч» пневмошины размера 15.5-38 в количестве 2 штук по цене 12 950 рублей за 1 штуку, на общую сумму 25 900 рублей и пневмошины в количестве 2 штук по цене 22 180 рублей, на общую сумму 44 360 рублей. Общая цена по накладной составила 70 260 рублей. Оба раза в товарных накладных, судя по указанным документам от имени МУСХП «Луч» расписывался главный инженер ФИО3 по представленной доверенности. Ни до 10.05.2013, в срок, до которого по заверениям ФИО2 согласно подписанному им гарантийному письму, должна была быть произведена оплата, ни после этого срока и до настоящего времени оплаты за шины не поступило. Он после 10.05.2013 неоднократно звонил ФИО2 по телефону (номер, с которого тот ему сообщил сам в период переговоров о поставке шин, т.е. до 30.04.2013), однако ФИО2 говорил, что им была перечислена на его счёт вся сумма по договору (за все шины по всем накладным), т.е. 89 620 рублей. На его вопросы, почему деньги до сих пор не поступили на счёт, ФИО2 объяснял какими-то банковскими неполадками, и о он разберётся в этой проблеме. Однако это осталось лишь на словах. Через некоторое время ФИО2 перестал отвечать на звонки на его личный номер. Он пытался найти ФИО2 на работе, звонил на рабочие номера, через его бухгалтерию, однако ему всё время говорили, что его нет на работе. 29.05.2014 он вынужден был подать иск в Арбитражный суд Смоленской области о принудительном взыскании с МУСХП «луч» задолженности по договору, судом было принято решение в его пользу, иск удовлетворён в полном объёме. Однако исполнительное производство, начатое во исполнение принятого решения суда, было остановлено по причине «отсутствия имущества у МУСХП «Луч», на которое может быть наложено взыскание». Позже ему стало известно, что ФИО2 подобным образом обманул кучу народа, он наводил про него справки в г.Сафоново у знакомых. Полагает, что ФИО2 намеренно, используя своё должностное положение, а именно то, что являлся директором муниципального предприятия, обманул его и завладел его имуществом. Именно тот факт, что ФИО2 представлял интересы муниципального предприятия, явилось причиной того, что он отгрузил шины без предварительной оплаты. В результате действия ФИО2 ему был причинён материальный ущерб на общую сумму 89 620 рублей, который для него является значительным, и был таковым на момент совершения преступления, т.е. на апрель 2013 года. На тот момент общий семейных доход составлял около 30 000 рублей (около 20 000 рублей – его заработок в среднем на тот момент, менее 10 000 рублей – заработок жены на тот момент, она учитель начальных классов). Оригиналы указанных выше товарных накладных, доверенностей, гарантийного письма были изъяты у него сотрудниками полиции в рамках проверки по его заявлению от 2015 года (т.1 л.д.227-228, т.2 л.д.177).

Согласно показаниям свидетеля ФИО15, данным в судебном заседании, потерпевший ФИО19 – его отец. Он работает у отца коммерческим директором. 23.04.2013 позвонил директор МУСХП «Луч» ФИО2 и сообщил, что хочет приобрести шины на сельхозтехнику. ФИО2 приехал с молодым человеком, которого не представил. Составили договор на поставку шин. Со стороны ФИО2 было предоставлено гарантийное письмо об оплате до 10 мая 2013 года, которое было подписано ФИО2 при заключении договора. ФИО2 сам изъявил желание предоставить гарантийное письмо, которое он привёз с собой уже изготовленным. Договор на поставку шин он заключал с ФИО2 По договору предоставили шины размером 9.00-16 (260/95-16), которые предусмотрена для прицепов, в количестве четырёх штук на общую сумму 19 360 рублей. 30.04.2013 ФИО2 ещё были отгружены 4 шины. ФИО2 говорил, что оплата за первую поставку шин произведена. Оплату не проверяли. Во второй раз ФИО2 отгружали шины размером 15.5-38 в количестве двух штук, рассчитанные на трактор МТ-80, и шины в количестве двух штук размером 21.3R24 (530-610Р), рассчитанные на трактор Т-150. Вторая поставка шин оговаривалась при первой встрече. Второй раз шины отгружали ФИО2, который подписывал договор. В тот же день, вечером, он (ФИО15) обратился в банк, где ему сообщили, что денежные средства на счёт не поступали. На его звонок ФИО2 сказал, что уточнит по поводу оплаты, почему платёж не прошёл. Стали ждать, когда подойдёт срок по гарантийному письму, МУСХП «Луч» просили подождать с оплатой. Просили ФИО2 произвести оплату за всю партию шин. Сначала ФИО2 отвечал на телефонные звонки, а потом перестал отвечать, даже когда ему звонили с других номеров телефонов. Он звонил ФИО2 на номер телефона, который тот сам ему дал. Впоследствии задолженность с МУСХП «Луч» была взыскана в принудительном порядке Арбитражным судом Смоленской области, которая составляет 82 560 рублей. Исковые требования были удовлетворены, но денежные средства до сегодняшнего дня на счёт не поступали. Кроме ФИО2, по поводу оплаты звонили бухгалтеру и механику, которые по вопросу оплаты направляли к ФИО2 При отгрузке шин, кладовщик документы не подписывал.

Уточнил, что договор подписывал ФИО2, а кто получал шины на складе, он не знает. При оформлении договора на поставку шин кроме ФИО2 присутствовал молодой человек, который приехал вместе с ним, но в оформлении документов он не участвовал. Договор на поставку шин подписывали на 329 км трассы Москва-Минск. Складские помещения находятся на 335 км Москва-Минск. Из офиса складские помещения не видны. Он не видел, кто получал шины во второй раз. Отгрузкой шин у них занимается кладовщик, фамилию которого не помнит.

Показаниями свидетеля ФИО4, данными в судебном заседании, из которых следует, что в период с 2008 года по 2013 год она работала в МУСХП «Луч» в должности главного бухгалтера. В её должностные обязанности входило составление бухгалтерских отчётов, контроль. Оформление прихода товара на склад в её обязанности не входило. Все шины, которые приобретались для МУСХП «Луч», оформлялись через склад. Имеется книга учёта, которую ведёт заведующий складом. Кладовщик отмечает все ценности, в том числе получение шин и сдаёт их механизаторам. ФИО2 в указанный период времени занимал должность директора МУСХП «Луч». ФИО2 принёс ей накладную и сказал, чтобы она провела сама, т.к. нет ФИО7 Маши. Когда ФИО2 принёс ей накладную, то сказал провести шины мимо склада, что она и сделала, т.к. напрямую подчинялась ФИО2 как руководителю. Данные шины она не видела, их должна была видеть кладовщик ФИО7. Реквизиты накладной не помнит. Знает, что была одна доверенность, выданная за её подписью №41 или №42, и одна была №44, но в ней стояла не её (ФИО4) подпись. Позже она узнала, что совхоз шины не получил, т.к. об этом спрашивали механизаторы. Была вторая накладная, полученная по доверенности №44, в которой стоит не её подпись. В товарной накладной, которую принёс ФИО2, было указано 4 шины на сумму 73 000 рублей. Шины приобретались у ИП ФИО19 для сельхозтехники. Данные шины должны были идти мимо склада. О наличии второй накладной стало известно при проведении следственного эксперимента. За ФИО7 подпись в накладной ставила она, т.к. нужно было оприходовать с подписью, чтобы списать колёса, иначе накладная не считалась бы действительной. Это было сделано по приказу ФИО2, но она подтверждение оплаты по обоим накладным не видела. Доверенности оформлены на получение материальных ценностей. Доверенность была у директора на экстренный случай. Не помнит, в какой период оформлялись документы. Оформление должно проходит через бухгалтерию в течение 10 дней. В графе «груз принял» в первой накладной за ФИО7 расписывалась она. Подписи в другой накладной она не видела, и кто расписывался в ней, не знает. Она подчинялась ФИО2, выполнила устное распоряжение руководителя, и поставила подпись за ФИО7, зная, что это не входит в её должностные обязанности. ФИО8 в тот период времени работала, она ничего с ней не согласовывала, так как делала всё по приказу ФИО2 Одну доверенность она оформила на ФИО2 На кого была оформлена вторая доверенность, не помнит. Ей механизаторы говорили, что никаких шин им не привозили и не выдавали, то есть данные шины ни на какую технику не ставились.

ФИО3 – бывший инженер МУСХП «Луч», который работал в тот период времени. В его обязанности входила доставка запчастей, чтобы техника была в исправности. К поставщику за запчастями ездил Бешта или ФИО35. Если в доверенности указан конкретный человек, то он и должен получить запчасти и сдать их на склад. Ей неизвестно, ездил ли сам ФИО2 за шинами. К ней главный инженер по поводу шин не обращался, данный вопрос он решал с директором. Они пришли и попросили её выписать доверенность. За доверенностью на данные шины обращался ФИО2, ФИО35 не говорил, были ли получены шины.

Показаниями свидетеля ФИО20, данными в судебном заседании, из которых следует, что в период с 2008 года по 2015 год она работала в МУСХП «Луч» в должности заведующей складом ГСМ и автозапчастей. На складе запчасти отсутствовали, а когда их привозили, то сразу раздавали, кому были нужны для работы, что она (ФИО20) фиксировала. Механизаторы расписывались в расходной ведомости о получении запчастей. Данную ведомость она сдавала в бухгалтерию. Также в одном экземпляре имелся журнал прихода и расхода запчастей, который она вела. Директором МУСХП «Луч» в тот период был ФИО2 Все поступавшие товарно-материальные ценности, в том числе и шины, документально проводились по книге. В 2013 году были какие-то шины на большие и маленькие трактора, в каком количестве, не помнит. Во время проведения предварительного следствия ей показывали накладную на какие-то шины, в которой стояла не её подпись. Но она ранее эту накладную не видела. С накладных, которые она подписывала, она делала ксерокопии себе и тому, кто купил данные запчасти. Всё это сдавалось потом в бухгалтерию. Всё, что покупалось, она фиксировала в книге движения запчастей, вёлся строгий учёт. Кроме неё никто не мог зафиксировать поступление запчастей на склад. При выдаче трактористам запчастей оформлялся «расходник», который подписывался лично трактористами и всё это сдавалось в контору. По поводу документа, который был подписан не ею, ничего пояснить не может. Этот документ ей показал следователь, и она сразу сказала, что данный документ не подписывала. Она не разрешала ФИО4 подписывать за себя какие-либо документы. Это было возможно только если бы её (ФИО20) не было, и ФИО4 её замещала.

Ревизия на складе проводилась ближе к распаду СХПК «Луч», недостачи выявлено не было, остатков по колёсам тоже. Списание колёс не делали. В 2014 году была большая партия колёс не из г.Ярцево и имелась накладная.

Не может пояснить, как могло произойти списание по накладной, которую подписала ФИО4. По книге учёта эти колёса не проходили. Отчёты по складу делала она, это её непосредственная обязанность. Всё, что касалось материальной стороны склада, делала она, а потом всё передавала ФИО4. Не было такой ситуации, чтобы запчасти покупал один человек, а документацию сдавал другой. Тот, кто приносил товарные чеки, на того оформлялись все документы. В апреле и мае 2013 года она ежедневно присутствовала на работе с 8 до 13 или 14 часов.

Так же свидетель ФИО20 в судебном заседании полностью подтвердила свои показания, данные в ходе предварительного следствия, которые на основании ч.3 ст.281 УПК РФ были оглашены в судебном заседании и из которых усматривается, что в период времени с апреля 2008 года по октябрь 2015 года она работала в муниципальном унитарном сельскохозяйственном предприятии «Луч» (МУСХП «Луч»), расположенном по адресу: <...>, в должности заведующей складом ГСМ и запчастей. Помещение склада, в котором она работала, расположено на территории предприятия по выше указанному адресу. В период времени с августа 2012 года по август 2015 года директором МУСХП «Луч» был ФИО2, главным инженером – ФИО3. В её непосредственные обязанности как заведующего складом входило ведение складского учёта товароматериальных ценностей, т.е. учёт поступления ТМЦ на склад и дальнейшей их выдачи на производство. Учёт она вела в специальном складском журнале, каждое поступление ТМЦ на склад в обязательном порядке отражалось в данном журнале. Журнал в одном экземпляре. В нём отражались дата поступления ТМЦ, их наименование, место поступления (т.е. откуда поступили ТМЦ согласно накладным), количество ТМЦ, их расход на производство, остаток после выдачи. При поступлении ТМЦ на склад за их получение она всегда в накладных расписывалась лично. Накладные на поступающие на склад ТМЦ ей предоставлял либо директор предприятия ФИО2, либо главный инженер ФИО3 После оприходования ТМЦ на склад свои экземпляры товарных накладных она всегда сдавала в бухгалтерию предприятия главному бухгалтеру ФИО4 После представления ФИО20 копий товарных накладных №302 от 23.04.2013 и №335 от 30.04.2013 она показала, что ни одна из представленных накладных ей на склад для оприходована и указанные в накладных шины на производство не поступали. Кто расписался за неё в накладной №335 от 30.04.2013, ей не известно (т.1 л.д.239-240). В 2013 году согласно складскому журналу (в ходе допроса представлены копии страниц журнала) на склад поступала одна шина, стоимостью по накладной 3 500 рублей. Согласно данным складского журнала она была передана ФИО2, очевидно для постановки на его служебную автомашину «Нива». Однозначно может сказать, что это не шина, которая указана в накладных №302 от 23.04.2013 и №335 от 30.04.2013, поскольку без накладных, без их представления, она ничего в складской журнал не записывала. При представлении накладных она весь товар записывала в журнал согласно накладным (с точным указанием артикула, марки, количества и поставщика) (т.2 л.д.32-33).

Согласно оглашенных на основании ч.3 ст.281 УПК РФ показания свидетеля ФИО3, данных в ходе его допроса на предварительном следствии, которые он в полном объеме подтвердил в судебном заседании, усматривается, что с начала января 2013 года в течение года он работал в муниципальном унитарном предприятии «Луч» (МУСХП «Луч»), расположенном по адресу: <...>, в должности главного инженера. В его обязанности входила организация и обеспечение нормальной работы техники предприятия. Директором в период его работы на предприятии был ФИО2, главным бухгалтером – ФИО4. Основным видом деятельности было разведение крупного рогатого скота и производство и реализация коровьего молока. С ФИО2 у него были исключительно деловые отношения, дружеских и приятельских отношений они не поддерживали. В апреле 2013 года он вместе с ФИО2 ездил в г.Ярцево к ИП ФИО40 на шиномонтаж за шинами. Шиномонтаж расположен недалеко от автодороги Москва-Минск при повороте на п.Пионерный. Инициатором заключения договора с ФИО40 был ФИО2, от него как от главного инженера никакой заявки о необходимости приобретения автошин не было. Они ездили на торговую точку (шиномонтаж) ФИО40 на служебной автомашине «Нива». В его присутствии в офисе ФИО40 ФИО2 подписал договор о поставке шин (шины предназначались МУСХП «Луч»), т.е. ФИО2 заключал договор от лица предприятия. При заключении договора ФИО2 обещал в кратчайшие сроки оплатить поставленные шины, т.е. чтобы отпустили шины без предоплаты. Объяснил такую просьбу срочной необходимостью шин на предприятии для производства работ. После подписания необходимых документов им отгрузили 4 новых шины, марки их он не помнит, но согласно накладной. Загрузив данные шины они поехали в г.Сафоново, при этом в МУСХП «Луч» не заезжали, Бешта довёз ФИО3 до дома (он же был за рулём машины), а сам вместе с шинами уехал, куда, он не знает. Через несколько дней он с ФИО2 вновь ездил к ИП ФИО40 на ту же торговую точку (шиномонтаж) в г.Ярцево. Там вновь загрузили 4 шины, но другой марки, чем первый раз (две шины были 24 радиуса, 2 чуть меньше). Вновь на шины была выписана накладная и загруженные шины соответствовали марке шин, выписанных в накладной. Он расписался в получении шин как главный инженер предприятия. Необходимость именно его подписи в накладной ФИО2 объяснил тем, что он как директор не может расписаться сам, а должно было расписаться лицо, ответственное за механизмы и запчасти. Он по указанию ФИО2 заполнил доверенности на своё имя на получение шин по накладным. Чистые бланки доверенностей (без заполнения граф об ответственности лиц и принимаемом товаре) давал ему сам ФИО2, подписаны они лично ФИО2 и главным бухгалтером ФИО4, а также печати уже стояли в бланках доверенностей. Заполненные доверенности были переданы ФИО2 представителям ФИО40 при отгрузке шин. С отгруженными второй раз шинами они с ФИО2 вновь поехали в г.Сафоново. Они вновь ездили на служебной «Ниве», на личной машине ФИО2 не ездили ни разу. ФИО2 опять высадил его у дома, на предприятие не заезжал и не выгружал там шины, а уехал в неизвестном ему направлении. Куда делись шины, которые были отгружены ИП ФИО40 за два раза по договору от 10 апреля 2013 года для МУСХП «Луч», т.е. эти 8 шин, об отгрузке которых он рассказал выше, не знает. На предприятии данных шин он никогда не видел, ему как лицу, ответственному за технику, эти шины не передавались, на технику предприятия они не ставились, на складе шин этого плана не было. Ни первый, ни второй раз при поездках с ФИО2 за шинами, он у него не спрашивал с какой целью и на какую технику приобретаются. После так же не интересовался, где отгруженные у ФИО40 шины, поскольку не считал возможным спрашивать у директора такие вещи. Подписывал накладные и заполняя доверенности, он выполнял указания ФИО2 как руководителя. Самих документов (накладных, доверенностей) после их подписания и заполнения он тоже не видел, их передали ФИО2 Передавал ли Бешта их в бухгалтерию предприятия, ставил ли шины на баланс, проводил ли через склад, он не знает. Полагает, что Бешта эти шины присвоил, однако об этих намерениях Бешты на момент подписания накладных и доверенностей, не знал (т.1 л.д.230-231).

В дополнение к оглашенным показаниям свидетель ФИО3 пояснил, что он не отчитался как материально ответственное лицо за приобретение шин, т.к. все документы ФИО2 оставил у себя, как в первый, так и во второй раз. Он (ФИО3) видел данные документы, которые лежали в машине «Нива», а потом на столе у ФИО2 Не мог сказать ФИО2 как директору, чтобы отдал документы для соответствующего оформления, считал, что Беште известно о необходимости сдать их в бухгалтерию. Он (ФИО3) полностью зависел от ФИО2 и мог решать только мелкие вопросы. В его должностные обязанности как главного инженера входило приобретение солярки, ремней, болтов. Они с механизаторами ездили на заправку и потом везли солярку для заправки тракторов. Если нужно было что-то приобрести, то всё делалось через ФИО2 Он (ФИО3) мог по своему усмотрению купить запчасти по мелочи – болт, ремень, масло. Его постоянно контролировал ФИО2 и что-то дорогое из запчастей он не мог приобретать. Денежные средства на приобретение мелких запчастей получал от главного бухгалтера, но только после согласования данного вопроса с ФИО2 Вопрос о приобретении новых шин решался только через ФИО2

В МУСХП «Луч» он отработал ровно один год. Перед увольнением уехал отдыхать без разрешения ФИО2 и после того как вышел на работу, ФИО2 сказал написать заявление на увольнение. За время его работы передавались трактора из других совхозов, которые обанкротились, и таким образом перекрывались «дырки». Шины приобретались если только на легковые автомобили, например как «УАЗ». На работу он (ФИО3) был принят как механик, а потом был переведён на должность главного инженера. С должностными обязанностями его не знакомили, сказали, что будет делать то же самое, что и делал ранее на должности механика. На момент приобретения шин у ФИО40, он отработал только три месяца. Он уволился из МУСХП «Луч» по собственному желанию. За время работы взысканий не имел. Когда увольнялся, то никакое имущество не сдавал, т.к. на работу ему никаких материальных ценностей не передавалось.

Из показаний свидетеля ФИО21, данных в ходе предварительного следствия и оглашённых с согласия сторон в судебном заседании, усматривается, что в период времени с 01.02.2006 по февраль 2016 года она работала в МУСХП «Луч» в должности бухгалтера расчётного стола, а также по совмещению инспектором отдела кадров данного предприятия. В период времени с августа 2012 года по август 2015 года в должности директора МУСХП «Луч» работал ФИО2 В 2013 году в МУСХП «Луч» в должности механизаторов работали: ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, в должности главного агронома работал ФИО5. Также на автомашине МУСХП «Луч» «УАЗ-бортовой» работал ФИО18. Помимо выше указанных лиц в вышеуказанных должностях никто не работал (т.2 л.д.188-189).

Показаниями свидетеля ФИО5, данными в судебном заседании, из которых следует, что он работал в должности агронома в МУСХ «Луч» с момента его образования - с 1982 года и до 01.04.2015 года. В период 2013-2015 годов руководителем МУСХП «Луч» являлся ФИО2, старался наладить производство, но у него не всё получалось, т.к. хозяйство разваливалось. В должности главного инженера МУСХП «Луч» с 2013 по 2014 годы работал ФИО3 За состоянием техники должен был смотреть инженер, он должен был приобретать запчасти, сдавать их на склад. Были случаи, что он (ФИО5) покупал какие-то мелкие запчасти за наличный расчёт, если в поле что-то ломалось, или просил деньги у ФИО2, который давал на приобретение запчастей. После покупки запчастей составлял авансовый отчёт, который предоставлял в бухгалтерию. ФИО2, как ему кажется, тоже что-то приобретал сам и после этого отчитывался – составлял авансовый отчёт, но достоверно ему об этом не известно. Резина на трактора приобреталась, но на какие именно, сказать не может. В каком году он видел новую резину на технику, тоже не помнит, т.к. его это не касается. Помнит, что менял резину на трактор МТЗ, т.к. на нём была совсем «лысая» резина, но в каком году 2013 или 2015, утверждать не может и у кого приобреталась резина, он не знает. Он контролировал работу техники в полях. Знает ФИО13, который тоже работал в МУСХП «Луч». Не помнит, чтобы у ФИО13 рвалась резина в силосной яме. Помнит, что у него полетел насос и он (ФИО5) поехал его покупать. У МУСХП «Луч» был служебный автомобиль марки «УАЗ». На данном автомобиле сначала ездил ФИО35, а потом ФИО18 возил на нём молоко. Кроме этого в хозяйстве имелся автомобиль ГАЗ-53, но на нём до г.Ярцево не доедешь. МУСХП «Луч» никакие грузовые автомобили не арендовало. Личный грузовой транспорт был у ФИО3 и МУСХП «Луч» использовало данный автомобиль в своих целях.

Согласно оглашенных в судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО23, усматривается, что с 1984 года по 2015 год он работал механизатором в совхозе «Сафоновский», впоследствии переименованный в МУСХП «Луч». В 2012 году директором МУСХП «Луч» стал ФИО2 С января 2013 года по январь 2014 года в должности главного инженера работал ФИО3 За ним были закреплены новый трактор Т-150 и погрузчик «Карпатец». Другими тракторами он не управлял. На закреплённом за ним тракторе марки Т-150 он резину не менял. На погрузчике «Карпатец» он менял резину, но резину ставил не новую, а по указанию ФИО2 снимал с комбайна «Полесье». При Беште ему новую резину на трактора не давали. В 2013 году он передал трактор марки Т-150 другому механизатору, возможно ФИО22, а сам стал работать только на погрузчике «Карпатец» (т.2 л.д.202-203).

Из показаний свидетеля ФИО22, данных в ходе предварительного следствия и оглашённых с согласия сторон в судебном заседании, усматривается, что в период времени с 2007 года по 2015 год он работал в МУСХП «Луч» Сафоновского района. В период времени с августа 2012 года по август 2015 года в должности директора МУСХП «Луч» работал ФИО2 В период времени с января 2013 года по январь 2014 года в должности главного инженера МУСХП «Луч» работал ФИО3 Он (ФИО22) работал в должности механизатора. С момента устройства в МУСХП «Луч» за ним было закреплено 2 единицы транспорта, а именно: МТЗ-80 и ДТ-75. В июле 2013 года ему передали ещё одну единицу техники – трактор Т-150. До него на данном тракторе Т-150 ездил механизатор ФИО23 Когда ему передали данный трактор, все четыре стоявших на нём колеса были изношены. В конце августа 2013 года на тракторе Т-150 он проводил работы по утрамбовке силосной ямы на территории МУСХП «Луч», не заметил торчавшую на земле арматуру и повредил два колеса с правой стороны. О данном факте он сообщил ФИО2, который через несколько часов привёз ему для замены два бывших в употреблении колеса от комбайна «Нива». Данные колёса ФИО2 привёз на их совхозном бортовом «УАЗ», на котором также ездил водитель МУСХП «Луч» ФИО18, который умер весной 2014 года. Более за время его работы в МУСХП «Луч» он замену резины на закреплённой за ним технике не производил. Кроме него, в 2013 году механизаторами в МУСХП «Луч» работали ФИО23, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО14 (т.2 л.д.190-191).

Из показаний свидетеля ФИО24, данных в ходе предварительного следствия и оглашённых с согласия сторон в судебном заседании, усматривается, что с марта по декабрь 2013 года он работал в МУСХП «Луч», расположенном по адресу: <...>, в должности тракториста. В период его работы директором предприятия был ФИО2, завскладом – ФИО36 (отчества не помнит), главным инженером – ФИО3 (непродолжительное время). В течение всего этого периода он работал на тракторе «МТЗ-80». В период его работы на ходу было лишь три трактора, остальные подлежали капитальному ремонту или были вовсе разукомплектованы. За весь период его работы запчасти на технику не выдавались, за исключением пары подшипников. На склад за запчастями можно было не обращаться, поскольку никаких запчастей там не было. Никаких шин за весь период его работы на предприятии ни ему лично, ни другим трактористам и механизаторам никто не выдавал, в том числе директор предприятия ФИО2 В основном резину они брали со старых, разукомплектованных тракторов. О том, что для предприятия закупалась в указанный период какая-то резина (шины) он никогда не слышал (т.2 л.д.31).

Из показаний свидетеля ФИО25, данных в ходе предварительного следствия и оглашённых с согласия сторон в судебном заседании, усматривается, что в период времени с 2003 года по осень 2013 года он работал в МУСХП «Луч» в должности механизатора. За ним в период его работы был закреплён трактор МТЗ-80, но при необходимости он мог также управлять и другими тракторами хозяйства. С августа 2012 года директором МУСХП «Луч» был ФИО2 При нахождении в должности директора ФИО2 резина на его трактор не покупалась и не ставилась. При увольнении он передал свой трактор ФИО14. Два задних колеса на его рабочий трактор он менял при руководителе МУСХП «Луч», который был до ФИО2 Он не помнит такого, чтобы в 2013 году до его увольнения в МУСХП «Луч» приобреталась резина на технику хозяйства. В основном при необходимости запасные части и колёса на трактора брались с нерабочей или разукомплектованной техники хозяйства (т.2 л.д.192-193).

Показаниями свидетеля ФИО26, данными в судебном заседании, из которых следует, что он работал в МУСХП «Луч» в период времени с 2011 года по 2013 год в должности механизатора. В его должностные обязанности входила уборка посевных на комбайне, заготовка кормов. За ним были закреплены комбайн и трактор Т-150. В его распоряжении была новая техника и новые шины на неё не устанавливались. На предприятии имелась старая техника. Он видел, как на телегу ФИО10 ставили новую резину на «16», но в каком это было году, не помнит. ФИО10 не пояснял, откуда шины, которые он ставил на телегу. Новую резину ФИО10 должен был выдать кладовщик, но он этого не видел. Не видел, чтобы устанавливалась новая резина на трактора. Кроме него механизаторами работали ФИО10, ФИО37, ФИО9 и другие. Он не обсуждал с ними установку новых шин на технику, которая была за ними закреплена. На предприятии было два погрузчика «Карпатец», на новом работал ФИО9, а он работал на другой технике и иногда на старом погрузчике «Карпатец». На старый погрузчик новая резина не ставилась.

Из показаний свидетеля ФИО27, данных в ходе предварительного следствия и оглашённых с согласия сторон в судебном заседании, усматривается, что до недавнего времени, а именно до 03 апреля 2017 года, она работала в МУСХП «Луч» в должности директора. Полное наименование предприятия – Муниципальное унитарное сельскохозяйственное предприятие «Луч». Его юридический адрес: <...>. Там же располагаются офисные и производственные здания предприятия. На данной должности она работала с 21.08.2015, сменила предыдущего руководителя предприятия ФИО2, который был директором с 08.08.2012 по 20.08.2015 включительно. Предприятие «досталось» ей в плачевном состоянии, убыточным, с большой кредитной задолженностью – более 20 млн.рублей. Среди кредиторской задолженности был, в том числе долг перед ИП ФИО19, с которым как ей позже стало известно, предприятие в лице ФИО2 заключило договор купли-продажи (договор №89 от 23.04.2013). По данному договору предприятие покупало автомобильные шины у ФИО19, порядок расчётов в договоре был определён как безналичными, так и наличными денежными средствами, сроки оплаты самим договором не определялись. Однако ей известно, что ФИО2 при заключении договора было предоставлено в адрес ФИО19 гарантийное письмо, по которому предприятие брало на себя обязательство в течение нескольких дней оплатить счета за купленные шины. Однако, как ей известно, ни в указанный в письме срок, ни позже поставленное по договору имущество не было оплачено, что явилось причиной последующего обращения ФИО19 в судебные инстанции и полном удовлетворении судом его иска о взыскании задолженности по договору. По какой причине не были оплачены поставленные шины, она пояснить не может, однако финансовая возможность её погашения у предприятия была: в 2013 году, и перед заключением договора в том числе, предприятие получало субсидии из бюджета через Департамент сельского хозяйства области, поступали денежные средства от реализации молока и скота. То есть если и не в указанные в письме сроки, то в ближайшее время после этого предприятие имело реальную возможность погашения данной задолженности, по крайней мере, частями. После того, как ей стало известно от сотрудников полиции о поступившем от ФИО19 заявлении в МО МВД России «Ярцевский» на ФИО28 по поводу совершения последним в отношении ФИО19 мошеннических действий, она пыталась разобраться в случившемся. Со слов ФИО29, которая при ФИО2 и потом при ней работала заведующей складом на предприятии, ей известно, что приобретенные по договору с ФИО19 шины не были переданы на склад, в складском журнале записей о поступлении шин на склад не было. Главный бухгалтер ФИО4 также по данному поводу ничего объяснить не смогла, сказав лишь, что никакие новые шины ни от ФИО19, ни от кого другого на предприятие не поступали. Они вместе поднимали складской журнал (журнал учёта приходных документов по складу), однако никаких записей о данных шинах в нём не нашли. Куда делись эти шины, ей не известно. На момент вступления её в должность руководителя, кроме ФИО20, а также бухгалтерии, никого из работников уже не было, поскольку все они перешли в ООО «Агроспас», которое на тот момент арендовало производственный комплекс у МУСХП «Луч», поэтому ни с кем из работников более по данному поводу она не разговаривала. Ей известно, что задолженность перед ИП ФИО19 по указанному выше договору составила 19 360 рублей (по накладной №302 от 23.04.2013) и 70 260 рублей (по накладной №335 от 30.04.2013), однако кредиторская задолженность перед ФИО19, зарегистрированная по состоянию на момент передачи ей предприятия от ФИО2, т.е. по состоянию на 20.08.2015 составляла 70 260 рублей. Объяснить эту разницу она не может. Позднее при ней задолженность перед ФИО19 не была оплачена, поскольку в первую очередь она полностью погасила задолженность по заработной плате, за исключением себя и ФИО2 Погашение задолженности шло до тех пор, пока имелась финансовая возможность. Только картотека по счетам (то есть платёжные требования о снятии при поступлении на счета денежных средств по всякого рода исковым производствам, требованиям налоговой и пр.) была выставлена на сумму около 10 млн. рублей. На момент передачи хозяйства ей от ФИО2, предприятие имело 4 единицы техники: 2 трактора «МТЗ-80», один трактор «Т-25» и один «Т-150». Это единственная техника, которая визуально была укомплектована. Остальная техника была разукомплектована (были одни лишь кабины), хотя на балансе стояли как полноценные единицы, в связи с чем впоследствии она вынуждена была подать документы на списание и вывезти технику (то, что от неё осталось) на пункт приёма металлолома, и с этих денежных средств погашать задолженность по заработной плате. 03 февраля 2017 года начата процедура банкротства предприятия. 03.04.2017 она была уволена по сокращению штата. Складской журнал с записями за 2013 год у неё был изъят сотрудниками Ярцевской полиции в рамках проверки по заявлению ФИО19 (т.1 л.д.233-234).

Из показаний свидетеля ФИО30, данных в ходе предварительного следствия и оглашённых с согласия сторон в судебном заседании, усматривается, что в период времени с 2012 года по 2014 год он работал в должности заместителя начальника управления сельского хозяйства администрации муниципального образования «Сафоновский район» Смоленской области. Основным видом деятельности управления являлось практическая и консультативная помощь сельскохозяйственным предприятиям района. Администрация муниципального образования «Сафоновский район» являлась учредителем МУСХП «Луч». Работодателем директора МУСХП «Луч» являлось управление сельского хозяйства администрации муниципального образования «Сафоновский район» Смоленской области. МУСХП «Луч» находилось на самообеспечении, и директор данного предприятия вправе был совершать сделки по приобретению запасных частей и иного имущества для организации без согласования с управлением. С августа 2012 года по август 2015 года директором МУСХП «Луч» являлся ФИО2. В 2013 году администрацией муниципального образования «Сафоновский район» №1484 от 05.12.2013 для МУСХП «Луч» выделялись субсидии на частичную компенсацию затрат на приобретение ГСМ для производства полевых работ. Согласно постановлению Главы муниципального образования «Сафоновский район» в 2013 году МУСХП «Луч» было выделено и перечислено 200 000 рублей двумя платежами, один из которых был совершён весной 2013 года, второй летом 2013 года. Данные денежные средства ФИО2 мог расходовать на текущую деятельность предприятия, в том числе на приобретение запасных частей, то есть самостоятельно определять цель расходования выделенной субсидии (т.2 л.д.217-218).

Кроме изложенного, вина ФИО2 в совершении инкриминируемого ему уголовно-наказуемого деяния подтверждается полученными в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, письменными доказательствами:

- заявлением ФИО19 от 03.09.2013, в котором он, будучи предупреждённым об уголовной ответственности за заведомо ложный донос по ст.306 УК РФ, просит привлечь к уголовной ответственности директора МУСХП «Луч» ФИО2, который 23.04.2013 и 30.01.2013 обманным путём завладел принадлежащими автомобильными шинами в количестве восьми штук, тем самым причинил ему значительный материальный ущерб в сумме 89 620 рублей (т.1 л.д.6);

- копией исполнительного листа по делу №А62-2563/2014 от 01.08.2014, согласно которому решением Арбитражного суда Смоленской области принято решение о взыскании с МУСХП «Луч» в пользу ИП ФИО19 96 818 рублей 79 копеек, в том числе задолженность в размере 89 620 рублей (т.1 л.д.22-23);

- копией Устава МУСХП «Луч», утверждённого постановлением Главы МО «Сафоновский район» Смоленской области №50 от 25.01.2006, согласно которому директор осуществляет непосредственное управление деятельностью предприятия, действует от имени предприятия без доверенности, на принципе единоначалия по вопросам, отнесённым к его компетенции, и несёт персональную ответственность за последствия своих действий в соответствии с федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и Уставом (п.7.4), планирует, организует и контролирует работу Предприятия, распоряжается имуществом предприятия в пределах, установленных федеральным законодательством, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления Сафоновского района и Уставом, заключает от имени предприятия договоры, выдаёт доверенности, является распорядителем средств, открывает в учреждении банков расчётные и иные счета, подписывает финансовые и иные документы, касающиеся уставной деятельности предприятия, издаёт приказы, отдаёт распоряжения и указания, обязательные к исполнению всеми работниками предприятия (т.1 л.д.39-53);

- копией приказа МУСХП «Луч» от 08.08.2012 №27 о назначении ФИО2 на должность директора с 08.08.2012 (т.1 л.д.60);

- копией приказа Управления сельского хозяйства и продовольствия администрации муниципального образования «Сафоновский район» Смоленской области от 06.08.2012 №33-К о назначении ФИО2 на должность директора МУСХП «Луч» с 08.08.2012 (т.1 л.д.61-62);

- копией трудового договора с ФИО2 от 07.08.2012 (т.2 л.д.63-64);

- протоколом осмотра места происшествия от 08.12.2016, согласно которому в кабинете №9 МО МВД России «Ярцевский» у ФИО19 изъяты оригиналы договора №89 от 23.04.2013 между ИП ФИО19 и МУСХП «Луч», доверенности МУСХП «Луч» б/н от 30.04.2013 на имя ФИО3, товарной накладной №335 от 30.04.2013, доверенности МУСХП «Луч» №44 от 23.04.2013 на имя ФИО3, товарной накладной №302 от 23.04.2013, гарантийного письма МУСХП «Луч» на имя ИП ФИО19 от 23.04.2013 (т.1 л.д.110-116);

- протоколом осмотра места происшествия от 09.12.2016, согласно которому в кабинете №9 МО МВД России «Ярцевский» у директора МУСХП «Луч» ФИО27 изъят журнал учёта приходных документов по складу (т.1 л.д.117-118);

- заключением эксперта №23-16 от 23.12.2016, согласно которой подпись в договоре купли-продажи №89 от 23.04.2013 от имени ФИО2 выполнена самим ФИО2; подпись и рукописный текст в товарной накладной №335 от 30.04.2013 в графе после слов «груз принял», а также подпись и рукописный текст в товарной накладной №302 от 23.04.2013 в графе после слов «груз принял» выполнены ФИО3; рукописный текст и подпись в доверенности б/н от 30.04.2013, подпись в доверенности №44 от 23.04.2013 в графе после слова «руководитель» выполнены ФИО2; рукописный текст и подпись в гарантийном письме от 23.04.2013 выполнены ФИО2; рукописный текст и подписи в копии товарной накладной №335 от 30.04.2013 в графах после слов «Груз принял», «Груз получил грузополучатель», выполненных от имени ФИО20 выполнены ФИО4 (т.1 л.д.123-143, т.3 л.д.45-46);

- показаниями эксперта ФИО31, данными в судебном заседании, из которых следует, что им была проведена почерковедческая экспертиза и составлено заключение №2316 от 23.12.2016. При изложении им заключения в пунктах 4 и 5 им допущены технические ошибки в указании даты доверенности без номера – 23.04.2013. В этой доверенности без номера дата – 30.04.2013. Все документы для исследования и образцы почерка ему (ФИО38) были представлены в подлинниках и необходимом для проведения экспертизы количестве. Исследование им проведено в полном объёме в соответствии с установленными методиками. Помимо указанных опечаток, никаких ошибок в заключении не имеется.

- копиями товарных накладных №320 от 30.04.2013 и №2734 от 26.04.2013, согласно которым ИП ФИО32 были приобретены сельхозшины, которые впоследствии были проданы им для МУСХП «Луч» (т.2 л.д.178-181);

- копией выписки движения денежных средств по счёту МУСХП «Луч» за период с 01.03.2013 по 01.01.2014, из которой следует, что у предпринимателя имелись финансовые средства оплатить поставленные ИП ФИО19 шины (т.1 л.д.197-218);

- копией постановления администрации МО «Сафоновский район» Смоленской области от 05.12.2013 №1484, из которого следует, что у предприятия имелись финансовые средства погасить образовавшуюся перед ИП ФИО19 задолженность за поставленные шины (т.1 л.д.219-220);

- протоколом осмотра предметов от 03.07.2017, согласно которому осмотрены представленные на почерковедческую судебную экспертизу изъятые у ФИО19 в рамках осмотра места происшествия 08.12.2016 оригиналы договора №89 от 23.04.2013 между ИП ФИО19 и МУСХП «Луч», доверенности МУСХП «Луч» б/н от 30.04.2013 на имя ФИО3, товарной накладной №335 от 30.04.2013, доверенности МУСХП «Луч» №44 от 23.04.2013 на имя ФИО3, товарной накладной №302 от 23.04.2013, гарантийного письма МУСХП «Луч» на имя ИП ФИО19 от 23.04.2013, и копия товарной накладной №335 от 30.04.2013, а также изъятый 09.12.2016 у директора МУСХП «Луч» ФИО27 в рамках осмотра места происшествия журнал учёта приходных документов по складу. В ходе осмотра журнала установлено, что за 2013 год каких-либо записей о поступлении запчастей, в том числе автомобильных шин, от ИП ФИО40, не содержится. Имеются лишь две записи о поступлении шин датированная 10.07.2013 – о поступлении «а/резины» от ИП ФИО39 в количестве 1 штуки на сумму 3 500 рублей, переданной ФИО2, и датированная 12.08.2017 – о поступлении «резины Белшина» от ИП ФИО39 в количестве 1 штуки на сумму 3 350 рублей, переданной «ФИО35.» (т.1 л.д.244-245);

- копией журнала учёта приходных документов по складу МУСХП «Луч» (т.1 л.д.246-248);

- постановлением о признании указанных документов вещественными доказательствами и их приобщении к материалам дела (т.1 л.д.249);

- вещественными доказательствами – товарными накладными, доверенностями, гарантийным письмом, изъятыми 08.12.2016 у ФИО19 (т.1 л.д.249);

- вещественным доказательством – журналом учёта приходных документов по складу МУСХП «Луч», изъятым 09.12.2016 у ФИО27 (т.1 л.д.249);

- протоколом очной ставки между подозреваемым ФИО2 и свидетелем ФИО3 от 16.08.2017, в ходе которой последний полностью подтвердил свои свидетельские показания, данные в ходе предварительного следствия по делу (т.2 л.д.38-42);

- протоколом очной ставки между подозреваемым ФИО2 и свидетелем ФИО4 от 16.08.2017, в ходе которой последняя полностью подтвердила свои свидетельские показания, данные в ходе предварительного следствия по делу (т.2 л.д.43-46);

- протоколом очной ставки между обвиняемым ФИО2 и потерпевшим ФИО19 от 20.09.2017, в ходе которой последний полностью подтвердил свои показания, данные в ходе предварительного следствия по делу (т.2 л.д.222-226).

Проанализировав собранные, представленные и исследованные доказательства, суд приходит к выводу о доказанности вины ФИО2 в мошенничестве, то есть хищении чужого имущества, путём обмана и злоупотребления доверием, совершённом с причинением значительного ущерба гражданину, с использованием своего служебного положения.

Судом достоверно установлено, что ФИО2, назначенный 06 августа 2012 года приказом Управления сельского хозяйства и продовольствия администрации муниципального образования «Сафоновский район» Смоленской области №33-К на должность директором МУСХП «Луч», расположенного по адресу: <...>, путём обмана и злоупотребления доверием, используя своё служебное положение, умышленно совершил хищение имущества, принадлежащего ИП ФИО19, общей стоимостью 89 620 рублей, чем причинил последнему значительный материальный ущерб.

Именно он, ФИО2, 23 апреля 2013 года в дневное время (точное время не установлено), действуя из личной корыстной заинтересованности, с целью хищения имущества ИП ФИО19, приехал в офис последнего, расположенный по адресу: <...> строение 5, где, убедив представителя последнего ФИО15, что являясь директором МУСХП «Луч» действует от имени указанного предприятия, договорился о продаже шин для сельскохозяйственной техники предприятия и заключил от имени предприятия договор купли-продажи №89. Введя таким образом ФИО15в заблуждение относительно истинных своих намерений, ФИО2, под предлогом срочной необходимости в шинах в производственных целях, убедил ФИО15 отгрузить шины по договору без предоплаты, предоставив в подтверждение будущей оплаты шин в кратчайшие сроки гарантийное письмо от имени МУСХП «Луч» б/н от 23 апреля 2013 года, тем самым обманул его. ФИО15, действуя от имени ИП ФИО19, не подозревая об истинных намерениях ФИО2, доверяя ему как руководителю муниципального предприятия, передал последнему по товарной накладной №302 от 23 апреля 2013 года имущество на общую сумму 18 360 рублей, а именно: пневмошины марки 9.00-16 (260/95-16) Я0324-А Волтайр ис10, в количестве 4 штук, по цене 4 840 рублей за каждую. Завладев, таким образом, указанным имуществом ИП ФИО19, ФИО2, не намереваясь передать его МУСХП «Луч», обратил его в свою пользу, тем самым похитив его.

В продолжение своих преступных действий, направленных на хищение имущества ИП ФИО19, ФИО2 30 апреля 2013 года в дневное время (точное время не установлено) вновь приехал в офис ИП ФИО19 по вышеуказанному адресу, где, уверив ФИО15 в произведённой оплате за отгруженные ранее по накладной №302 от 23 апреля 2013 года шины, действуя от имени МУСХП «Луч» и таким образом используя своё служебное положение, вновь убедил ФИО15 передать ему как руководителю указанного предприятия без предварительной оплаты шины для сельскохозяйственной техники, тем самым обманув последнего. ФИО15, не подозревая об истинных намерениях ФИО2 и доверяя ему как руководителю муниципального предприятия, передал последнему по товарной накладной №335 от 30 апреля 2013 года принадлежащие ИП ФИО19 пневмошины 15,5-38, в количестве 2 штук, по цене 12 950 рублей за каждую, общей стоимостью 25 900 рублей, и пневмошины марки 21.3R24 (530-610Р), в количестве 2 штук, по цене 22 180 рублей за каждую, общей стоимостью 44 360 рублей. Завладев таким образом указанным имуществом, ФИО2, не намереваясь передать его МУСХП «Луч», обратил его в свою пользу, тем самым похитив имущество ИП ФИО19 на общую сумму 70 260 рублей.

Не доверять представленным стороной обвинения доказательствам у суда оснований не имеется, так как все доказательства, положенные в основу обвинения, были получены в соответствии с нормами уголовно-процессуального законодательства, относятся к обстоятельствам дела, являются достоверными и допустимыми и однозначно свидетельствуют о наличии в действиях подсудимого состава инкриминируемого ему деяния и соответствующих квалифицирующих признаков.

Так, вина подсудимого ФИО2 подтверждается показаниями потерпевшего ФИО19, осуществляющего предпринимательскую деятельность по продаже автозапчастей о том, что 23.04.2013 между ИП ФИО19, в лице его коммерческого директора ФИО33, и МУСХП «Луч», в лице его директора ФИО2, был заключён договор купли-продажи шин для сельскохозяйственной техники №89. При этом инициатором заключения данного договора являлся ФИО2, который предварительно созванивался с потерпевшим ФИО19 и просил поставить шины. В день подписания договора 23.04.2013 ФИО2 по его просьбе были отгружены 4 пневмошины марки «Волтайр» по цене 4 840 рублей за штуку, на общую сумму 19 360 рублей. При этом были подписаны все необходимые документы, счёт на оплату и товарная накладная №302 от 23.04.2013. При этом ФИО2 уверял ФИО40, что в течение нескольких дней шины будут оплачены, вручил гарантийное письмо о том, что обязуется произвести оплату в срок до 10.05.2013. Переговоры ФИО19 вёл исключительно с самим ФИО2, а не с кем-либо из его сотрудников. Спустя несколько дней, ему (ФИО19) вновь позвонил ФИО2 с просьбой отгрузить ещё 4 шины, уверял, что счёт от 23.04.2013 оплачен в полном объёме, а отсутствие денежных средств на счету ИП ФИО19 объяснял проблемами поступления платежа в банке. ФИО2 уверял ФИО19, что счёт от 30.04.2013 будет оплачен в срок до 10.05.2013. По просьбе ФИО2 ему были отгружены 2 пневмошины по цене 12 950 рублей каждая, и 2 пневмошины по 22 180 рублей каждая. Общая цена накладной составила 70 260 рублей. Но, как было установлено в последующем, оплата ФИО2 по договорам произведена не была. Своими действиями ФИО2 причинил ФИО19 материальный ущерб на общую сумму 89 260 рублей, который для ФИО19 является значительным, так как его среднемесячный доход в указанный период времени составлял около 30 000 рублей.

Показания свидетеля ФИО15 об обстоятельствах подписания договора с ФИО2, также свидетельствуют о том, что при заключении договора Бешта действовал как руководитель сельскохозяйственного предприятия, мотивируя нуждаемость в шинах началом сезонных работ, и гарантировал оплату в течение месяца, предоставив гарантийное письмо. Данные действия Бешты ввели ФИО15 в заблуждение, относительно его намерений, в результате чего он, поверив подсудимому, дал распоряжение на отгрузку шин.

Как усматривается из показаний свидетеля ФИО34 по возращении в г.Сафоново, ФИО2 при нём полученные шины на предприятие не завозил. Не видел ФИО35 приобретённых шин на предприятии и впоследствии.

Кроме этого показания свидетеля ФИО3 полностью согласуются с другими доказательствами – показаниями свидетеля ФИО4, работавшей в должности главного бухгалтера МУСХП «Луч», о том, что в мае 2013 года к ней в рабочий кабинет зашёл ФИО2 и передал товарную накладную от <дата>, которая свидетельствовала о приобретении МУСХП «Луч» у ИП ФИО19 шин в количестве 4 штук, общей стоимостью 70 260 рублей. ФИО2 приказал ей провести указанные шины по бухгалтерскому учёту и сразу же произвести их списание в производство, минуя склад. При этом объяснил, что отдал шины механизаторам предприятия для установки на технику. Сама она (ФИО4) данные шины не видела.

Свидетель ФИО20, являвшаяся в заведующей складом ГСМ и запчастей МУСХП «Луч» утвердала, что к ней на склад ни одна из представленных накладных №302 от 23.04.2013 и №335 от 30.04.2013 о приобретении МУСХП «Луч» у ИП ФИО19 шин для оприходования и передачи в производство не поступала, а также не поступали и указанные в накладных шины.

Приведённые показания свидетелей ФИО35, ФИО4 и ФИО7 полностью подтверждают наличие в действиях Бешты признаков уголовно-наказуемого деяния. Оснований сомневаться в их достоверности у суда нет оснований, так как они в полной мере согласуются между собой, последовательны и дополняют друг друга.

Показания указанных свидетель свидетельствуют о том, что у ФИО2, как у руководителя МУСХП «Луч», выполняющего организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции согласно Уставу предприятия, утверждённому постановлением Главы МО «Сафоновский» район Смоленской области №50 от 25.01.2006, не позднее 23 апреля 2013 года, возник преступный умысел, направленный на совершение хищения чужого имущества путём обмана.

Находясь в непосредственном подчинении у ФИО2, являвшегося руководителем предприятия, они выполняли его распоряжения, чтобы избежать конфликтных ситуаций, о чём прямо указали в ходе допросов как на предварительном следствии, так и в судебном заседании. Доказательств наличия между ними и подсудимым неприязненных отношений не имеется, оснований для оговора и их заинтересованности в исходе дела судом не установлено, изобличающие подсудимого показания свидетели дали будучи предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Свидетели ФИО12, Овчинников, ФИО13, ФИО9, ФИО5 и ФИО11, работавшие в 2013 году в МУСХП «Луч» механизаторами, однозначно пояснили суду, что никаких новых шин на закреплённую за ними технику они не получали, использовали старые шины, несмотря на острую необходимость в их обновлении. Из показаний свидетелей ФИО27 и ФИО21 являвшихся работниками МУСХП «Луч», усматривается, что в период 2013-2015 годы новая резина на сельхозтехнику в МУСХП «Луч» не поступала.

Доводы подсудимого ФИО2 о том, что у МУСХП «Луч» в связи с имеющимися кредитными обязательствами не было денежных средств на оплату приобретённых шин, опровергаются оглашёнными в судебном заседании показаниями свидетеля ФИО30, который с 2012 по 2014 годы работал в должности начальника Управления сельского хозяйства Администрации МО «Сафоновский район», о том, что в 2013 году для МУСХП «Луч» выделялись субсидии на частичную компенсацию затрат на ГСМ для производства полевых работ, было выделено и перечислено 200 тысяч рублей. Данные денежные средства ФИО2 как директор предприятия мог расходовать на текущую деятельность предприятия, в том числе на приобретение запасных частей, то есть самостоятельно определять цель расходования выделенных субсидий. Что также подтверждается и исследованными в судебном заседании письменными доказательствами – копией выписки движения денежных средств по счёту МУСХП «Луч», из которой следует, что у предпринимателя имелись финансовые средства оплатить поставленные ИП ФИО40 шины, и копией постановления администрации МО «Сафоновский район» Смоленской области от 05.12.2013 №1484, из которого следует, что у предприятия имелись финансовые средства погасить образовавшуюся перед ИП ФИО19 задолженность за поставленные шины.

Таким образом, у Бешты, как у руководителя, имелась возможность приобрести необходимые для сельскохозяйственной техники запчасти, но в бухгалтерских документах МУСХП отсутствуют сведения как о поступлении полученных Бештой у ИП ФИО40 шин, так и об оплате соответствующих накладных.

Оценивая показания потерпевшего, свидетелей обвинения, суд находит их последовательными по основным обстоятельствам совершённого подсудимым преступного деяния и согласующимися с другими исследованными в судебном заседании доказательствами, оснований для сомнений в их достоверности суд не усматривает.

Заключение эксперта №23-16 от 23.12.2016, которым установлено, что подпись в договоре купли-продажи №89 от 23.04.2013 от имени ФИО2, рукописный текст и подпись в доверенности б/н от 30.04.2013, подпись в доверенности №44 от 23.04.2013 в графе после слова «руководитель», рукописный текст и подпись в гарантийном письме от 23.04.2013, выполнены подсудимым ФИО2; а также, что подпись и рукописный текст в товарной накладной №335 от 30.04.2013 в графе после слов «груз принял», а также подпись и рукописный текст в товарной накладной №302 от 23.04.2013 в графе после слов «груз принял», выполнены ФИО3; а рукописный текст и подписи в копии товарной накладной №335 от 30.04.2013 в графах после слов «Груз принял», «Груз получил грузополучатель», выполненных от имени ФИО20, выполнены ФИО4, не вызывает у суда сомнений в своей достоверности, так как исследование проведено экспертом, имеющим соответствую квалификацию, предупреждённым об уголовной ответственности за дачу ложного заключения.

В ходе допроса в судебном заседании эксперт ФИО31 достоверно объяснил допущенные при изложении им заключения в пунктах 4 и 5 технические ошибки в указании даты доверенности без номера, а именно, что в этой доверенности без номера дата – 30.04.2013, что в полной мере согласуется с установленными судом обстоятельствами совершения подсудимым преступления.

Из журнала учёта приходных документов по складу, изъятого 09.12.2016 у директора МУСХП «Луч» ФИО27 в рамках осмотра места происшествия, так же однозначно следует, что в нём каких-либо записей о поступлении в 2013 году на Предприятие запчастей, в том числе автомобильных шин от ИП ФИО40, не содержится.

Все приведённые выше доказательства, положенные в основу обвинения подсудимого по делу, получены в соответствии с требованиями процессуального закона, каких-либо нарушений процессуальных прав и законных интересов участников процесса, в том числе подсудимого, органами предварительного следствия не допущено и судом не установлено.

Доводы стороны защиты, выдвинутые в ходе судебного следствия о непричастности ФИО2 к инкриминируемому ему преступлению, тщательно в судебном заседании.

Так, доводы защитника Левшина А.П. о том, что доказательства, на которые ссылается сторона обвинения не подтверждают причастности ФИО2 к совершению инкриминируемого ему преступления, а показания потерпевшего и свидетелей основаны на догадках и предположениях, и то, что в ходе предварительного следствия и в судебном заседании не установлено, кем было совершено хищение данных шин, каким образом было совершено хищение и где эти шины находятся, противоречат установленным объективным обстоятельствам преступления, фактическим материалам дела и исследованными доказательствам по нему, а поэтому признаются судом надуманными и недостоверными.

Противоречия в показаниях потерпевшего и свидетелей были устранены в ходе их допросов в судебном разбирательстве и в своей совокупности они последовательны и дополняют друг друга.

Доводы подсудимого ФИО2 о том, что он не виновен, а обязанности по получению колёс возлагались на другого специалиста, который является материально ответственным лицом, ставящим свою подпись в расходных накладных, и то, что он (ФИО2) не имел возможности вывезти данные колёса и не имел намерений их похитить, нельзя признать обоснованными, так как они нечем не подтверждаются и опровергаются представленными суду доказательствами.

В этой связи доводы стороны защиты о непричастности подсудимого к преступлению, недостаточности и недостоверности доказательств обвинения, суд считает несостоятельными в связи с наличием совокупности объективных доказательств, полученных с соблюдением уголовно-процессуального закона и устанавливающих виновность подсудимого.

Избранную позицию стороны защиты о полной непричастности ФИО2 к инкриминируемому ему преступлению, суд находит продиктованной исключительно желанием подсудимого избежать ответственности за содеянное, переложив её на других лиц.

Таким образом, анализ исследованных в судебном заседании доказательств позволяет суду сделать вывод о доказанности вины ФИО2 в совершении инкриминируемого деяния.

Заинтересованность органов предварительного следствия в исходе дела не установлена, как и применение недозволенных методов расследования. Нарушений уголовно-процессуального закона на предварительном следствии установлено не было, все доказательства, положенные в основу обвинения согласуются между собой и достоверно уличают подсудимого в содеянном, в судебном заседании обеспечена полная реализация сторонами своих прав и обязанностей, все заявленные ходатайства разрешены в установленном порядке.

Действия ФИО2 суд квалифицирует по ч.3 ст.159 УК РФ, как мошенничество, то есть хищение чужого имущества, путём обмана и злоупотребления доверием, совершённое с причинением значительного ущерба гражданину, с использованием своего служебного положения.

При назначении подсудимому наказания суд принимает во внимание характер и степень общественной опасности совершённого ФИО2 деяния, и с учётом принципа индивидуализации, учитывает характер и степень общественной опасности совершённого преступления, конкретные обстоятельства дела, данные о личности виновного, его возраст, состояние здоровья, состав семьи, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Из представленных и исследованных характеризующих ФИО2 данных, судом установлено, что последний совершил преступление, отнесённое законом к категории тяжкого, направленное против собственности, на момент инкриминируемого ему деяния отбывал условное наказание в виде лишения свободы по приговору Сафоновского районного суда Смоленской области от 06.04.2012 года, то есть совершил тяжкое преступление в период отбытия условного осуждения (т.2 л.д.56, 57-58, т.3 л.д.18-35), к административной ответственности не привлекался (т.2 л.д.108 109, 113) по месту жительства характеризуется удовлетворительно (т.2 л.д.114) по месту регистрации характеризуется отрицательно (т.2 л.д.119), официально трудоустроен, имеет двоих несовершеннолетних детей – ДД.ММ.ГГГГ г.р. и 11.04.2008 (т.2 л.д.122, 123), на учёте у врача-нарколога и врача-психиатра ОГБУЗ «Сафоновская ЦРБ» не состоит (т.2 л.д.55), страдает хроническим заболеванием внутренних органов (т.4 л.д.128).

К обстоятельствам, смягчающим наказание ФИО2 в соответствии с п. «г» ч.1 ст.61 УК РФ – наличие малолетних детей у виновного.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2, судом не установлено.

Исключительных обстоятельств, предусмотренных ст.64 УК РФ, и оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ в отношении ФИО2 суд не находит.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что исправление ФИО2 не возможно без изоляции от общества и назначает ему наказание в виде лишения свободы в пределах санкции статьи.

Кроме этого, суд считает, что совершение ФИО2 в период отбытия условного осуждения назначенного приговором Сафоновского районного суда Смоленской области от 06.04.2012 за совершение трёх преступлений против собственности, относящихся к категории средней тяжести, тяжкого преступления, так же направленного против собственности, свидетельствует о недостаточности принимаемых в отношении него мер исправления и предупреждения совершения новых преступлений, и, в соответствии с частью 5 статьи 74 УК РФ, отменяет ему условное осуждение, назначая окончательное наказание по правилам ст.70 УК РФ – путём частичного присоединения не отбытого наказания по предыдущему приговору суда, с учетом положений ч.4 указанной нормы Закона.

Режим исправительного учреждения ФИО2 суд определяет, руководствуясь п.«б» ч.1 ст.58 УК РФ.

Применение в отношении подсудимого дополнительных наказаний в виде штрафа и ограничения свободы с учётом данных характеристик личности подсудимого и обстоятельств дела, суд считает нецелесообразным.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Судьба вещественных доказательств разрешается судом в соответствии со ст.81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.304; 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ, и назначить ему наказание – лишение свободы сроком на 2 (два) года.

В силу ч.5 ст.74 УК РФ отменить условное осуждение, назначенное ФИО2 приговором Сафоновского районного суда Смоленской области от 06.04.2012, и окончательно, в соответствии со ст.70 УК РФ, назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 3 (три) года, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО2 в виде подписки о невыезде изменить на содержание под стражей, взяв под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания исчислять с 27 мая 2019 года.

В соответствии с ч.3.1 ст.72 УК РФ, период содержания ФИО2 под стражей в качестве меры пресечения с 27.05.2019 до вступления приговора суда в законную силу зачесть в срок отбытия назначенного наказания как день за полтора дня.

Вещественные доказательства по вступлению приговора в законную силу:

- товарные накладные, доверенности, гарантийное письмо, изъятые 08.12.2016 у ФИО19, хранящиеся при уголовном деле, - вернуть ФИО19;

- журнал учёта приходных документов по складу, изъятый 09.12.2016 у ФИО27, хранящийся при уголовном деле, - вернуть МУСХП «Луч».

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Смоленский областной суд через Ярцевский городской суд Смоленской области в течение 10 дней со дня провозглашения, а осужденным содержащимся под стражей в тот же срок со дня вручения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела в апелляционной инстанции. О желании участвовать в заседании суда апелляционной инстанции осужденный должен указать в апелляционной жалобе, либо в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу либо апелляционное представление в течение 10 суток со дня вручения ему копии приговора либо копии жалобы или представления.

Судья Е.Н.Короткова