Решение № 2-777/2024 2-777/2024~М-582/2024 М-582/2024 от 2 июля 2024 г. по делу № 2-777/2024

Решение в окончательной форме изготовлено 03 июля 2024 г.

УИД 66RS0014-01-2024-000842-62

Дело № 2-777/2024

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Алапаевск

Свердловской области 26 июня 2024 г.

Алапаевский городской суд Свердловской области в составе: председательствующего судьи Зубаревой О.Ф., при секретаре Останиной Н.А.,

с участием истца ФИО6,

представителя ответчика ФИО7 – ФИО2, действующего на основании доверенности № от 24.01.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к ФИО7 о признании договора купли-продажи недвижимого имущества недействительным, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО6 обратилась в суд с иском к ФИО7 о признании недействительным договора купли-продажи от 29.02.2016, заключенного между истцом и ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ, в отношении следующих объектов недвижимого имущества:

-жилой дом, Литер А, назначение – жилое, общей площадью <данные изъяты>, кадастровый (условный) номер №, расположенный по адресу: <адрес>;

-земельный участок, категория земель – земли поселений, целевое использование – индивидуальное жилищное строительство и личное подсобное хозяйство, площадь <данные изъяты>, кадастровый номер №, расположенная по адресу: <адрес>;

применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества в собственность истца ФИО6

В обоснование иска ФИО6 в исковом заявлении и в судебном заседании указала, что 29.02.2016 объекты недвижимости – жилой дом и земельный участок по <адрес>, принадлежащие истцу ФИО6, были проданы матери ее мужа – ФИО1 На дату совершения сделки они с ФИО7 состояли в зарегистрированном браке, занимались развитием крестьянско-фермерского хозяйства, арендовали у сельскохозяйственного предприятия ООО «Октябрь» объекты недвижимости – здания гаража, птичника, конторы, земельные участки. За аренду необходимо было вносить плату 260 000 руб. в год. При заключении указанного договора юрист ООО «Октябрь» предложил обезопасить себя на случай неудачи в деятельности и переписать принадлежащее ей имущество на имя третьего лица. Третьим лицом на тот момент выступила мать ее супруга - ФИО1 С этой целью тем же юристом был составлен договор купли-продажи указанного имущества между ней и ФИО1 от 29.02.2016. Из условий п. 5 Договора следует, что на момент его подписания в доме зарегистрированы Истец и Ответчик, а также дочь истца. Покупатель на выписке этих граждан из дома не настаивает. Из условий п. 6 Договора следует, что сумма в размере 150 000,00 руб. в счет уплаты цены сделки по отчуждению данного имущества получена Истцом до подписания договора. Из условий п. 7 Договора купли–продажи следует, что передача жилого дома и земельного участка, а также ключей от дома, состоялись до подписания договора купли-продажи. По факту передачи денежных средств и недвижимого имущества не производилось. Договор исполнен не был.

Воля сторон была направлена на то, чтобы избежать обращения взыскания на данное имущество в случае возникновения у истца долгов по иным обязательствам. Однако никаких долгов перед ООО «Октябрь» у истца на самом деле не имелось. При заключении сделки она была введена в заблуждение юристом ООО «Октябрь» и супругом ФИО7 Брак с ФИО7 расторгнут 2018 году. Он признает сделку с домом и участком мнимой. ДД.ММ.ГГГГ приобретатель спорного дома и земельного участка ФИО1 умерла. Ответчик ФИО7 является единственным наследником ФИО1, однако принял наследство он только в 2024 году, обратившись в суд с исковым заявлением об установлении факта принятия наследства и признании права собственности в порядке наследования. В состав наследства ФИО1 была включена квартира в г. Невьянске Свердловской области, дом и земельный участок в п. Самоцвет Алапаевского района Свердловской области предметом спора не являлся. Право собственности на данное имущество наследником ФИО1 не устанавливалось. Она из дома за период с даты его приобретения по настоящее время не выезжала, зарегистрирована в доме по постоянному месту жительства с 11.01.2007. ФИО1 в дом не вселялась, постоянно проживала и умерла в г. Невьянске Свердловской области. В настоящее время ФИО7 осужден за совершение преступления, у него имеются долги, по которым он должен отвечать своим имуществом. Дом и земельный участок в п. Самоцвет являются ее имуществом и должны быть возвращены в ее собственность, в связи с тем, что сделка по их передаче ФИО1 на основании договора от 29.02.2016 является ничтожной в силу ее мнимости (п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В судебном заседании истец ФИО6 на иске настаивала, указав, ранее, при жизни ФИО1 с иском о признании данной сделки недействительной она не обращалась, так как верила обещаниям ФИО7 о возвращении ей указанного имущества, а после смерти ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ до 2024 г. никто не оформлял наследственных прав на ее имущество, что препятствовало ей оспорить сделку в суде. Срок исковой давности пропущен ею по уважительной причине и подлежит восстановлению, так как будучи в браке с ФИО7, последний запрещал ей инициировать какие-либо шаги по возврату ее недвижимого имущества вплоть до конца 2019 года, хотя она вела переговоры об этом как со ФИО1, так и с ним, а затем в связи с введением режима изоляции в РФ и в Свердловской области она не могла инициировать оспаривание сделки. Режим повышенной готовности был фактически бессрочным. ФИО1 в указанный период заболела коронавирусом и умерла ДД.ММ.ГГГГ в больнице г. Нижний Тагил. В наследство после ее смерти вступил только ФИО7 посредством обращения в Невьянский городской суд с иском об установлении факта принятия наследства. Решение вступило в законную силу 22.04.2024. С учетом указанных обстоятельств, существа заключенных сделок, принимая во внимание, что в оформлении договора купли-продажи и регистрации перехода прав на недвижимое имущество к ФИО1 она участия не принимала, подписи в заявлениях на регистрацию перехода прав в заявлениях, представленных в Росреестр, ей не принадлежат, срок для оспаривания сделки ею не пропущен.

Ответчик ФИО7 в судебное заседание не явился, направив в суд представителя.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании указала, что ФИО7 исковые требования ФИО6 признает и фактические обстоятельства совершения оспариваемой сделки в 2016 году не оспаривает. Подтверждает, что сделка между ФИО6 и его матерью ФИО1 имела мнимый характер. Была совершена под влиянием заблуждения, в целях обезопасить жилой дом и земельный участок, принадлежавшие ФИО6 от обращения взыскания на это имущество по долгам перед ООО «Октябрь». Условия договора купли-продажи сторонами фактически не исполнялись. Имущество его матери не передавалось. По своим долгам и долгам наследодателя ФИО1 он намерен отвечать своим имуществом. Согласен, чтобы жилой дом и земельный участок по <адрес>, были возвращены в собственность его бывшей супруги ФИО6 О пропуске срока исковой давности истцом ответчик ФИО7 не заявлял.

Представитель третьего лица - кредитора ответчика ФИО7 - Министерства агропромышленного комплекса и потребительского рынка Свердловской области (далее - Министерство) ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом. Ходатайство третьего лица об отложении дела оставлено без удовлетворения. В отзыве на иск представитель третьего лица указала, что Министерство считает иск ФИО8 не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Требуя признать недействительным договор купли-продажи жилого дома и земельного участка под данным жилым домом от 29.02.2016, заключенный между Истцом и ФИО1, Истец ссылается на то, что:

сделка является мнимой, так как указанные объекты недвижимого имущества от продавца покупателю не передавались, и покупатель не произвел оплату приобретаемых объектов недвижимого имущества;

изначально указанный договор купли-продажи заключался исключительно с целью «ухода» от возможного обращения взыскания на жилой дом и земельный участок в случае невыполнения Истцом обязательств, связанных с осуществляемой Истцом предпринимательской деятельностью.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий.

Как следует из материалов дела после заключения оспариваемого договора как Истец, так и ФИО1 выражали волю на заключение данной сделки, подписали составленный договор, осуществили регистрацию перехода прав на жилой дом и земельный участок под ним к ФИО1 За ней было зарегистрировано право собственности на указанные объекты недвижимого имущества. Регистрация перехода прав и возникновения права собственности и внесение соответствующих записей в ЕГРП - это правовые последствия, обычные для сторон договора купли-продажи недвижимого имущества. Наступление таких последствий в данном конкретном случае подтверждается наличием в материалах дела копий свидетельств о регистрации права собственности ФИО1 на указанные в исковом заявлении объекты недвижимого имущества. При этом стороны указали в договоре (пункты 6 и 7), что денежные средства по договору продавцом получены до подписания договора и передача объектов недвижимого имущества от продавца покупателю совершена до заключения договора и покупателю переданы ключи от дома и кадастровые паспорта на объекты. Кроме того, согласно информации, предоставленной по запросу суда отделом ЗАГС г. Алапаевск, от 28.05.2024 № на дату смерти ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ) местом жительства ФИО1 являлся адрес: <адрес>, то есть ее постоянным местом жительства был адрес местонахождения объектов недвижимого имущества, указанных в оспариваемой сделке.

Само по себе то обстоятельство, что покупателем не уплачена покупная цена за приобретаемое имущество, влечет за собой иные правовые последствия, регулируемые статьями 450, 453, 486 ГК РФ, которые не содержат нормы, позволяющие признать договор купли-продажи ничтожной сделкой по основаниям отсутствия доказательств оплаты товара. Данная позиция поддерживается сформировавшейся судебной практикой (определение Верховного суда РФ от 16.07.2013 № 18-КГ13-55).

Согласно статье 56 ГК РФ каждая из сторон должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований.

Истцом не представлено в материалы дела обладающих признаками относимости и допустимости доказательств, свидетельствующих о порочности воли обеих сторон в оспариваемой сделке. Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. С 2016 года и до даты подачи иска прошел значительный отрезок времени, в течение которого указанные в исковом заявлении объекты недвижимого имущества с ведома Истца находились в собственности ФИО1 Данное обстоятельство не вызывало у Истца никаких возражений до момента как возникла угроза обращения взыскания на данные объекты в связи с неисполнением Ответчиком, являющимся наследником ФИО1, обязательств перед Свердловской областью в лице Министерства. При таких обстоятельствах действия Истца несут в себе признаки недобросовестного поведения и злоупотребления правом.

Согласно пункту 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно. Кроме всего вышеперечисленного, представитель Министерства указал, что истцом пропущен срок исковой давности для обращения в суд с требованием о признании сделки недействительной и применения ее последствий ее недействительности.

Согласно пункту 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки. Исполнение сделки началось в день подписания договора-купли-продажи и подачи сторонами в Росреестр заявлений о совершении регистрационных действий в отношении объектов недвижимого имущества, указанных в исковом заявлении, а именно 29.02.2016, таким образом, срок исковой давности по требованию о признании данной сделки недействительной истек 01.03.2019 года.

Представитель третьего лица – Управления Росреестра по Свердловской области в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие, в представленном суду отзыве привел сведения о регистрационных записях, внесенных в Единый государственный реестр недвижимости в отношении спорного недвижимого имущества на основании оспариваемого договора купли-продажи и ограничениях установленных в отношении указанного имущества по долгам ФИО1, указав, что Управление Росреестра, в силу своих полномочий, не оспаривает и не может оспаривать чьих – либо прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Суд, с согласия лиц, участвующих в судебном заседании, определил рассмотреть дело в отсутствие ответчика и представителя третьего лица.

Свидетель ФИО4 в судебном заседании пояснил, что знает ФИО6 как сосед. Она давно проживает в <адрес>. Из дома не выезжала. Он помнит, как бывший супруг ФИО6 – ФИО7 в ходе совместного распития спиртных напитков вто время, когда он еще проживал совместно с ФИО6 хвастался, что дом его супруги будет его домом, а Е. он выгонит. Между Р-выми часто возникали конфликты. Несколько лет они не живут вместе.

Свидетель ФИО5 пояснила, что она является подругой истца. Истец в доверительной беседе жаловалась ей, что ФИО7 заставил ее переписать дом на его мать, и она может остаться без жилья. Мать ФИО7 с ними в п. Самоцвет не проживала.

Заслушав объяснения истца ФИО6 и представителя ответчика ФИО7 ФИО2, а также исследовав иные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 209 и ч. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно ст. 454 Гражданского кодекса РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). Согласно п.2 ст. 455 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор может быть заключен на куплю-продажу товара, имеющегося в наличии у продавца в момент заключения договора, а также товара, который будет создан или приобретен продавцом в будущем, если иное не установлено законом или не вытекает из характера товара.

В силу п. 1 ст. 421 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Согласно ст. 432 Гражданского кодекса РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В соответствии с п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц. В том числе собственник вправе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно п. 1,2 ст.223 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

Согласно ст. 551 Гражданского кодекса Российской Федерации, переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

Особенностью договора купли-продажи недвижимости, отличающий его от общих правил о купле-продаже, является момент перехода права собственности.

В соответствии с ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

При наследовании имущество умершего, в состав которого входят не только принадлежавшие наследодателю вещи, но и иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности, переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент (п. 1 ст. 1110 и ст. 1112 ГК РФ).

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, предметом настоящего спора является сделка по распоряжению недвижимым имуществом - жилым домом с кадастровым номером 66:01:5401001:165 и земельным участком с кадастровым номером №, расположенными по адресу: <адрес>.

Судом установлено, что 29.02.2016 между истцом ФИО6 и ФИО1 был заключен договор купли-продажи жилого дома с кадастровым номером 66:01:5401001:165 и земельного участка с кадастровым номером №, расположенных по адресу: <адрес>. По договору данное имущество продано за 150 000,00 руб. (100 000 руб. жилой дом и 50 000 руб. земельный участок). Из условий п. 6 Договора следует, что сумма в размере 150 000,00 руб. в счет уплаты цены сделки по отчуждению данного имущества получена Истцом до подписания договора. Из условий п. 7 Договора купли–продажи следует, что передача жилого дома и земельного участка, а также ключей от дома, состоялись до подписания договора купли-продажи (л.д. 67-68).

Право собственности ФИО1 на указанное недвижимое имущество на основании данного договора зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 15.03.2016, что подтверждается выданными свидетельствами о государственной регистрации права (л.д. 14, 15).

При жизни покупателя ФИО1 продавец указанного имущества ФИО6 сделку купли-продажи не оспаривала, о ее мнимости и о своих правах на спорное имущество не заявляла.

22.04.2019 ФИО6 обратилась в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании ее несостоятельной (банкротом). Заявление мотивировала неисполнением денежных обязательств перед различными кредиторами в размере 2 256 296,73 руб.

Вопрос о прекращении права собственности должника на жилой дом и земельный участок с 15.03.2016 был предметом рассмотрения Арбитражного суда Свердловской области в рамках дела о банкротстве ФИО6 (дело № А60-22624/2019). О недействительности данной сделки ни одна из сторон в деле о банкротстве не заявляла. Переход права собственности на данное недвижимое имущество к ФИО1 никем, в том числе ФИО6, не оспаривался.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умерла.

Наследственное дело после ее смерти не заводилось (л.д. 30).

Однако вступившим в законную силу решением Невьянского городского суда Свердловской области от 12.03.2024, установлен факт принятия сыном умершей – ответчиком ФИО7 наследства, открывшегося после смерти ФИО1, последовавшей ДД.ММ.ГГГГ. За ФИО7 признано право собственности на квартиру ФИО1, расположенную по адресу: <адрес>.

Согласно п. 2 ст. 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось. При призвании наследника к наследованию одновременно по нескольким основаниям (по завещанию и по закону или в порядке наследственной трансмиссии и в результате открытия наследства и тому подобное) наследник может принять наследство, причитающееся ему по одному из этих оснований, по нескольким из них или по всем основаниям. Не допускается принятие наследства под условием или с оговорками.

Таким образом, поскольку вступившим в законную силу решением суда установлен факт принятия ФИО7 наследства в виде квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, после смерти ФИО1, данный факт означает принятие им всего причитающегося ему наследства, в том числе долгов наследодателя в пределах стоимости перешедшего наследственного имущества, а также жилого дома и земельного участка по <адрес>.

24.05.2024 Алапаевским городским судом Свердловской области рассмотрено гражданское дело № 2-12/2024 по иску ПАО «Совкомбанк» к наследственному имуществу ФИО1 о взыскании долга по кредитному договору. С ФИО7 в пользу ПАО «Совкомбанк» взыскан долг по кредитному договору, заключенному со ФИО1 в сумме 59 135,08 руб. ФИО6 была привлечена к участию в деле в качестве ответчика. Об исключении спорного жилого дома и земельного участка из состава наследственного имущества ФИО1 истец в рамках рассмотрения дела № 2-12/2024 не заявляла. Жилой дом и земельный участок учтены судом при расчете стоимости наследственного имущества умершей в целях определения пределов ответственности ФИО7 по долгам наследодателя.

Истцом не оспаривается, что у ФИО1 имелись другие непогашенные долги, которые в настоящее время являются долгами ответчика ФИО7 – наследника, принявшего наследство умершей.

Также в ходе судебного разбирательства установлено, что ответчик ФИО7 Приговором Режевского городского суда Свердловской области от 18.01.2024 (дело № 1-6/2024) признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 и ч. 4 ст. 159 УК РФ. За Министерством агропромышленного комплекса и потребительского рынка Свердловской области судом при вынесении приговора признано право на удовлетворение гражданских исков о возмещении ущерба, причиненного Министерству агропромышленного комплекса и потребительского рынка Свердловской области.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 12.07.2023 по делу № А60-21091/2023 с ФИО7 в пользу Министерства агропромышленного комплекса и потребительского рынка Свердловской области взысканы денежные средства в сумме 7148750 руб., в том числе 7000000 руб. – средства субсидии, полученной из бюджета на развитие КФХ ФИО7 и 148 750,00 руб. – неустойка.

На рассмотрении Алапаевского городского суда Свердловской области в настоящее время находится гражданское дело № 2-651/2024 по иску Министерства агропромышленного комплекса и потребительского рынка Свердловской области к ФИО7 о взыскании субсидии в сумме 3 000 000 руб.

Истец ФИО6 при обращении в суд с настоящим иском указала, что при заключении оспариваемой сделки купли-продажи недвижимого имущества со ФИО1 29.02.2016, она действовала недобросовестно, так как ее воля была направлена не на достижение целей сделки, а на то, чтобы сохранить данное имущество в семье (ФИО1 на момент совершения сделки являлась матерью ее мужа) и избежать обращения на него взыскания по долгам КФХ ФИО6

Однако в последующем ФИО6 данную сделку не оспаривала и об ее недействительности не заявляла ни при рассмотрении дела № А60-22624/2019 о ее банкротстве в Арбитражном суде Свердловской области, ни при рассмотрении дела № 2-12/2024 в Алапаевском городском суде Свердловской области.

На момент смерти ФИО1 местом ее постоянного жительства являлся жилой дом по ул. Школьная, 7 в пос. Самоцвет Алапаевского района Свердловской области, что подтверждается сведениями из ОВМ МО МВД России "Алапаевский" и копией записи акта о смерти ФИО1 № от ДД.ММ.ГГГГ, составленной Отделом ЗАГС Ленинского района г. Нижний Тагил Свердловской области (л.д. 79).

Право собственности ФИО1 на данное имущество зарегистрировано в установленном законом порядке 15.03.2016 (л.д. 14,15).

Таким образом, из поведения обеих сторон явствовала воля сохранить силу указанной сделки.

Доводы ФИО6 о том, что подписи в заявлениях о регистрации перехода права собственности на данное имущество от истца к ФИО1 не принадлежат ей и покупателю, являются голословными. Отметки о регистрации прав на жилой дом и земельный участок проставлены на договоре купли–продажи 15.03.2016. ФИО6 представлены в материалы настоящего дела Свидетельства о регистрации права собственности ФИО1 на указанное недвижимое имущество, что подтверждает совершение сторонами действий, направленных на регистрацию перехода права собственности на указанное имущество от ФИО6 к ФИО1

Исследовав все доказательства по делу в их совокупности, суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения требований ФИО6 о признании недействительной сделки купли-продажи жилого дома с кадастровым номером 66:01:5401001:165 и земельного участка с кадастровым номером №, расположенными по адресу: <адрес>, заключенной 29.02.2016 между истцом ФИО6 и ФИО1 по основаниям ее мнимости, не имеется, так как в действиях сторон настоящего спора усматриваются признаки злоупотребления правом.

К сложившимся правоотношениям должны быть применены положения п. 5 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Положения п.5 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации являются важной конкретизацией принципа добросовестности, закрепленного в ст. 1 названного Кодекса, согласно ч. 1 ст. 10 которого, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Данная норма направлена на укрепление действительности сделок и преследует своей целью пресечение недобросовестности в поведении стороны, намеревающейся изначально принять исполнение и, зная о наличии оснований для ее оспаривания, впоследствии такую сделку оспорить.

Сама ФИО6 утверждает, что при заключении сделки 29.02.2016 ее воля была направлена не на передачу имущества покупателю, а на сохранение данного имущества в целях избежания обращения на него взыскания за предполагаемые долги, которые могли возникнуть в результате осуществления предпринимательской деятельности КФХ ФИО6, то есть о мнимости сделки ФИО6 знала с момента ее совершения.

Тем не менее, после совершения сделки, в течение более чем восьми лет, из поведения ФИО6 явствовала ее воля сохранить силу сделки.

Обращение ФИО6 в суд с настоящим иском последовало в тот период, когда у приобретателя данного имущества в порядке наследования – ФИО7, являющегося бывшим супругом истца, возникли долги перед кредиторами, которые также могут привести к обращению взыскания на спорное имущество.

При этом, ответчик ФИО7, действуя через своего представителя ФИО2 (которая в ходе рассмотрения дела о банкротстве № А60-22624/2019 и дела № 2-12/2024 по иску ПАО «Совкомбанк» к наследственному имуществу ФИО1 представляла интересы истца ФИО6), признал все обстоятельства, изложенные истцом в исковом заявлении, о пропуске истцом срока исковой давности не заявил, фактически признав иск.

Такое пассивное поведение ответчика ФИО7 при рассмотрении настоящего дела может свидетельствовать только о том, что указанный спор носит формальный характер, поскольку интересы ответчика и истца в данном споре фактически совпадают, а их воля направлена на то, чтобы избежать обращения взыскания на спорное имущество по долгам ответчика ФИО7

Указанные обстоятельства свидетельствуют о недобросовестности сторон.

Под злоупотреблением правом в данном случае следует понимать негативные последствия, которые могут возникнуть у кредиторов ответчика при утрате возможности требовать обращения взыскания на указанное имущество.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ) (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 Гражданского кодекса Российской Федерации").

При установленных обстоятельствах, в целях защиты от недобросовестного поведения сторон прав кредиторов ФИО7, в том числе, Свердловской области в лице Министерства агропромышленного комплекса и потребительского рынка Свердловской области, суд считает необходимым отказать в иске ФИО6 о признании договора купли-продажи недвижимого имущества от 29.02.2016 недействительным, применении последствий недействительности данной сделки.

Руководствуясь ст.ст. 194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В иске ФИО6 (<данные изъяты>) к ФИО7 (<данные изъяты>) о признании недействительным договора купли-продажи от 29.02.2016, заключенного между ФИО6 и ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ, в отношении жилого дома с кадастровым номером 66:01:5401001:165 и земельного участка с кадастровым номером № расположенных по адресу: <адрес>, и применении последствий недействительности данной сделки в виде возврата указанного имущества в собственность ФИО6 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме с подачей жалобы через Алапаевский городской суд.

Судья О.Ф. Зубарева