Решение № 2-691/2021 2-691/2021~М-3634/2020 М-3634/2020 от 9 марта 2021 г. по делу № 2-691/2021

Дело № 2-691/2021

УИД: 92RS0003-01-2020-005230-56


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Севастополь 10 марта 2021 года

Ленинский районный суд города Севастополя в составе: председательствующего – судьи Байметова А.А.; при секретаре – Цурцумия К.М., с участием истца ФИО1, представителя истца - ФИО2, представителя ответчика – адвоката Тарасовой Т.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора - нотариус города Севастополя ФИО5, о признании права собственности на долю в праве собственности на имущество,

у с т а н о в и л:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику ФИО4, в котором, просит суд признать за ним право собственности на ? долю, что соответствует 3/25 доли в праве собственности на имущество – 6/25 доли в праве собственности на жилой <адрес>.

В обоснование исковых требований истец указал, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он состоял в зарегистрированном браке с матерью ответчика – ФИО3. После расторжения брака он продолжал проживать с ФИО3 одной семьей и вел с ней совместное хозяйство. В 2009 году на денежные средства, вырученные от продажи дома, расположенного в селе Верхоречье, он совместно с ФИО3 приобрел жилье в городе Севастополе – 6/25 долей в домовладении по адресу: <адрес>. Однако, подчиняясь нормам Устава Русской Православной Церкви, он был вынужден разделить свое личное имущество (долю в праве собственности на недвижимое имущество) и его церковно приходское обеспечение, для чего совместно с ФИО3 они пришли к соглашению об оформлении спорных долей домовладения только на имя ФИО3 Вместе с тем в приобретении 6/25 долей домовладения он участвовал финансово, вложив принадлежащие ему денежные средства, вырученные от продажи доли дома, расположенного в селе Верхоречье. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умерла. После смерти ФИО3 по заявлению единственного наследника по закону – ответчика ФИО4 нотариусом ФИО5 было открыто наследственное дело №. При этом в состав наследства, открывшегося после смерти ФИО3 включены спорные 6/25 долей домовладения, расположенного по адресу: <адрес>. Таким образом, истец считает, что не выделенная его доля в праве собственности на данное домовладение может перейти по наследству к ответчику, и таким образом, он лишится своей доли в праве собственности и единственного жилья, что послужило основанием для обращения в суд с данным иском.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, о дате и времени судебного разбирательства извещен надлежащим образом, направил в суд своего представителя адвоката Тарасову Т.А., которая в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований. В обоснование своих возражений ссылалась на то обстоятельство, что после прекращения брака супруги проживали отдельно в разных городах и государствах, совместное хозяйство не вели. Указывает, что истец финансового участия в приобретении спорных долей домовладения не принимал; договоренности о приобретении данного объекта недвижимого имущества в общую совместную или общую долевую собственность между ФИО3 и истцом достигнуто не было. Заявила о применении сроков исковой давности и последствий их истечения.

Третье лицо – нотариус ФИО5 в судебное заседание не явилась, о дате и времени судебного разбирательства извещена надлежащим образом, направила в суд заявление, содержащее просьбу о рассмотрении дела в ее отсутствие.

В соответствии с положениями ч. 3 ст. 167 ГПК РФ суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Исходя из положений ч. 3 ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика и третьего лица, надлежащим образом извещенных о дате, времени и месте рассмотрения дела.

Выслушав пояснения истца и его представителя, пояснения представителя ответчика, изучив доводы иска и возражений, исследовав доказательства, представленные в материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ДД.ММ.ГГГГ Отделом ЗАГС <адрес> был зарегистрирован брак между Медведевым Игорем Николаевичем и ФИО3.

ДД.ММ.ГГГГ брак между ФИО3 и Медведевым И.Н. был расторгнут, о чем в Книге регистрации актов гражданского состояния отделом ЗАГС <адрес> сделана актовая запись за № и выдано свидетельство о расторжении брака серии II-ТН №.

ДД.ММ.ГГГГ Отделом ЗАГС <адрес> была зарегистрирована перемена имени Медведева Игоря Николаевича на ФИО1, о чем сделана актовая запись за № и выдано свидетельство о перемене имени серии I-КМ №.

Также из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 заключила с ФИО13 договор мены, в соответствии с условиями которого осуществила мену принадлежащей ей на праве собственности двухкомнатной квартиры, расположенной по адресу: <адрес> на 6/25 долей домовладения, расположенного по адресу: <адрес>. Данный договор был совершен в письменной форме, нотариально удостоверен частным нотариусом Севастопольского нотариального округа ФИО5, и зарегистрирован в Государственном реестре сделок за реестровым №, номер сделки 3561963.

Из содержания абзаца 2 пункта 1.2 договора мены от ДД.ММ.ГГГГ следует, что двухкомнатная квартира, расположенная по адресу: <адрес>, принадлежит ФИО3: жилая комната 43-2 площадью 16,90 кв.м. – на основании Свидетельства о праве собственности на жилье, выданного ДД.ММ.ГГГГ Отделом приватизации государственного жилищного фонда Севастопольской городской государственной администрации в соответствии с распоряжением № от ДД.ММ.ГГГГ и зарегистрированного в ГКП БТИ и ГРОНИ <адрес> в реестровой книге № (2 доп. стр. 145); жилая комната 43-5 площадью 10,60 кв.м. – на основании договора купли-продажи, удостоверенного ДД.ММ.ГГГГ Третьей Севастопольской государственной нотариальной конторой за реестровым № и зарегистрированного ДД.ММ.ГГГГ в ГКП БТИ и ГРОНИ <адрес> в реестровой книге № доп. стр. 145 за реестровым №.

При этом как усматривается из условий пункта 2.1. договора мены от ДД.ММ.ГГГГ обмен указанной выше двухкомнатной квартиры на 6/25 долей в праве собственности на домовладение по <адрес> в <адрес> по договоренности сторон был совершен сторонами без доплаты.

ДД.ММ.ГГГГ право собственности ФИО3 на 6/25 долей домовладения, расположенного по адресу: <адрес> было зарегистрировано в ГКП БТИ и ГРОНИ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умерла, о чем ДД.ММ.ГГГГ составлена запись акта о смерти №, что подтверждается свидетельством о смерти серии I-КМ №, выданным Отделом записи актов гражданского состояния <адрес> ЗАГС <адрес>.

Ответчик ФИО4 является наследником первой очереди по закону после смерти ФИО3, поскольку приходится наследодателю сыном, что подтверждается свидетельством о рождении.

ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО4 обратился к нотариусу города Севастополя ФИО5 с заявлением о принятии наследства, открывшегося после смерти ФИО3, в котором указал, что наследственное имущество состоит из: доли в праве общей долевой собственности на домовладение, расположенное по адресу: <адрес>; прав на денежные средства, внесены во вклады, хранящиеся в ПАО Сбербанк и всего другого имущества, где бы оно не находилось и в чем бы оно не заключалось.

На основании заявления ФИО4 нотариусом города Севастополя ФИО5 к имуществу ФИО3 было заведено наследственное дело №.

В соответствии с п. 2 ст. 1 Семейного кодекса РФ на территории Российской Федерации признается брак, заключенный только в органах записи актов гражданского состояния. Поскольку действующее семейное законодательство не считает браком фактическое совместное проживание граждан, гражданские браки в силу положений п. 2 ст. 10 Семейного кодекса РФ не порождают тех правовых последствий, которые вытекают из браков, заключенных в органах записи актов гражданского состояния браков.

С учетом изложенного, на имущественные отношения лиц, проживающих совместно, но не состоящих в браке, независимо от времени их совместного проживания, не распространяется режим совместной собственности супругов, и данные правоотношения регулируются нормами гражданского законодательства, содержащимися, в частности, в главе 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей основания приобретения права собственности, и в главе 16 Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующей вопросы общей собственности.

В силу ст. 12 Гражданского кодекса РФ защита гражданских прав, в том числе, осуществляется путем признания права.

Основания возникновения права собственности на имущество, включая недвижимое и вновь созданное, предусмотрены положениями ст. 218 и ст. 219 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В силу п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, или иной сделки об отчуждении этого имущества. В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В случаях и в порядке, предусмотренных настоящим Кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом (п. 3 ст. 218 ГК РФ).

Согласно статье 244 ГК РФ, имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности. Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность). Общая собственность на имущество является долевой, за исключением случаев, когда законом предусмотрено образование совместной собственности на это имущество. Общая собственность возникает при поступлении в собственность двух или нескольких лиц имущества, которое не может быть разделено без изменения его назначения (неделимые вещи) либо не подлежит разделу в силу закона. По соглашению участников совместной собственности, а при недостижении согласия по решению суда на общее имущество может быть установлена долевая собственность этих лиц.

В порядке части 1 статьи 252 ГК РФ имущество, находящееся в долевой собственности может быть разделено между ее участниками по соглашению между ними.

Из системного анализа приведенных норм права усматривается, что иск о признании права собственности на имущество, созданное либо приобретенное лицами, не состоящими в браке, может быть удовлетворен судом лишь при наличии к этому определенных условий. Такими условиями являются: наличие гражданско-правового договора между данными лицами в отношении правового режима приобретаемого ими имущества (наличие договоренности о создании общей собственности), участие этих лиц средствами и личным трудом в приобретении этого имущества (что влияет на размер их долей в праве общей долевой собственности).

Как следует из материалов дела, обращаясь в суд с данным иском, истец ФИО1 утверждал, что обмен квартиры на спорные 6/25 долей домовладения осуществлялся с доплатой в размере 10 000 долларов США. При этом в качестве доплаты были использованы денежные средства, вырученные им от продажи принадлежащей ему ? доли жилого дома, расположенного в селе Верхоречье.

Однако, в ходе судебного разбирательства ФИО1 отказался от этих утверждений, сославшись на то, что они являются ошибочными, и указал, что в действительности в качестве доплаты по договору мены были использованы денежные средства в размере 10 000 долларов США, полученные им от ФИО6 по договору займа от ДД.ММ.ГГГГ.

В подтверждение факта осуществления доплаты по договору мены истец также ссылался на показания свидетеля ФИО14

Вместе с тем, из показаний указанного свидетеля следует, что он знаком с истцом приблизительно с 1992 года, между ними дружеские, близкие отношения. Поддерживал с истцом дружеские отношения. На момент знакомства истец жил в <адрес> или № по <адрес> в <адрес>, точно не помнит. Иногда просил подвезти его в храм, расположенный в <адрес> в селе Верхоречье. Несколько раз подвозил их в храм вместе с ФИО3, во время одной из таких поездок он и познакомился с ФИО3. Это был примерно 1995 или 1996 год. По адресу квартиры был несколько раз, но в квартиру не проходил, в гостях у них не был. Квартира была маленькая, однокомнатная, точно не помнит. В это время он жил рядом на <адрес> в основном на улице, либо во время совместных прогулок с истцом и ФИО3 В доме на <адрес> был, заходил к ним в гости. Это был 2009 год. Однако, как пояснил свидетель ФИО14 о размере доплаты по договору мены квартиры на доли дома, а также об источнике происхождения денежных средств, использованных в качестве доплаты по данному договору, ему ничего не известно, ни финансовую сторону, ни юридическую сторону вопроса заключения договора мены квартиры на дом ни ФИО1, ни ФИО3 с ним не обсуждали. Как показал свидетель, ФИО1 обращался к нему с просьбой занять 10 000 долларов США. Но он (ФИО14) не смог ему в этом помочь. Впоследствии истец сообщил ему о том, что смог занять деньги у другого человека. Часто истец с ним советовался по поводу ремонта дома. Свидетель достаточно часто осуществлял истцу финансовые пожертвования. Бывал в доме приблизительно раз в месяц. Последний раз с истцом виделись в 2016 году. С ФИО3 последний раз виделся в 2017 году, подвозил их в больницу. После этого ФИО3 не видел. С ФИО1 с того времени общался только по телефону. Начиная с 2018 года или с 2019 года общение между ними прекратилось, истец сообщил ему о том, что уезжает в <адрес>, в <адрес>. В основном общался с истцом. На похоронах ФИО3 не был, даже не знал о том, что она умерла.

В свою очередь, свидетель ФИО15 показал, что знаком с истцом, отношений между ними никаких нет. Также знаком с ФИО3, в 1987 году она стала его крестной матерью. Однако, до 2012 года виделись с ней редко, по случаю праздников и юбилеев. В декабре 2012 года он переехал на постоянное место жительства в <адрес>, проживал в пяти минутах ходьбы от дома ФИО3, в связи с чем стал чаще общаться с ФИО3. В первое время после переезда она помогала ему искать жилье в <адрес>. ФИО3 на тот момент времени жила в доме по <адрес> в <адрес> на первом этаже. ФИО1 проживал на втором этаже этого же дома. После того, как истец потерял работу священнослужителя отношения между ним и ФИО3 ухудшились. Начиная с 2016 или с 2017 года (точную дату не помнит) ФИО3 стала проживала в доме по <адрес> в <адрес> одна, в связи с чем он стал чаще ее навещать и помогать по хозяйству. Летом 2020 года он обнаружил ФИО3 лежащей на полу, вызвал сотрудников МЧС и скорую медицинскую помощь, после чего она была госпитализирована и проходила лечение в 1-ой городской больнице <адрес>. За время прохождения лечения только он навещал ФИО3 Он же занимался организацией похорон ФИО3 Все расходы, связанные с ее похоронами оплачивал ее сын – ФИО4 Истец никакого участия в расходах, связанных с погребением ФИО3 не принимал, даже не приехал на ее похороны, несмотря на то, что он (ФИО15) известил его о ее смерти.

При этом суд обращает внимание на то обстоятельство, что допрошенные в ходе рассмотрения спора свидетели ФИО15 и ФИО14 подтвердили лишь факт совместного проживания истца и ФИО3 в спорном домовладении. При этом достаточных и допустимых доказательств подтверждающих факт ведения истцом с ФИО3 совместного хозяйства, суду представлено не было.

В подтверждение довода о том, что мена квартиры на доли домовладения была произведена с доплатой, истец представил в материалы дела договор займа от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО6 (займодавец) и Медведевым И.Н. (заемщик) на сумму 30 000 (тридцать тысяч) долларов США.

Вместе с тем ссылки истца на договор займа, как на доказательство источника денежных средств для осуществления доплаты по договору мены от ДД.ММ.ГГГГ, суд находит несостоятельными в силу следующего.

В силу нормативных предписаний, содержащихся в положениях статье 60 ГПК РФ, обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Факты передачи денежных средств не могут подтверждаться одними только пояснениями истца и свидетельскими показаниями, поскольку надлежащими и достоверными, допустимыми доказательствами указанных фактов будут именно документы о передаче денег.

В рассматриваемом случае, из пояснений истца следует, что размер доплаты по договору мены составлял 10 000 долларов США. Однако, договор займа от ДД.ММ.ГГГГ заключен на сумму в размере 30 000 долларов США. Вместе с тем, условия договора займа не позволяют с достоверностью установить: для каких целей истец брал заем в таком размере, и как им были впоследствии использованы заемные средства (на какие цели).

Иных допустимых доказательств, свидетельствующих о передаче истцом ФИО3 денежных средств для осуществления доплаты по договору мены в материалы дела предоставлено не было.

Ссылаясь на то обстоятельство, что спорные 6/25 долей домовладения были приобретены с доплатой в сумме 10 000 долларов США, истец не подтвердил представлением соответствующих доказательств тот факт, что такая доплата имела место, тогда как содержание пункта 2.1 договора мены от ДД.ММ.ГГГГ данное обстоятельство опровергает.

Кроме того, договор мены не содержит сведений о приобретении 6/25 долей домовладения за счет общих средств истца и ФИО3 или за счет денежных средств истца.

Иных доказательств, свидетельствующих о внесении истцом личных денежных средств в приобретение спорных долей домовладения в материалах дела не имеется.

Также, истцом не представлено суду бесспорных доказательств в подтверждение того, что между ним и ФИО3 в период их совместного проживания без регистрации брака состоялась договоренность о приобретении спорных долей домовладения в общую собственность в равных долях, как и не представлено доказательств вложения истцом личных денежных средств в приобретение указанного имущества, а сам факт совместного проживания, без регистрации брака не свидетельствует о наличии соглашения на создание общей собственности, поскольку само по себе совместное проживание сторон по одному адресу не ведет к возникновению права общей собственности на приобретенное по возмездным сделкам имущество, и не является достаточным основанием для возникновения права общей собственности на спорный объект недвижимости, являющийся предметом спора.

Договоры в отношении спорного имущества заключались только с ФИО3, право собственности на ее имя зарегистрировано в установленном законом порядке. При этом истец каких-либо возражений относительно данных действий с момента заключения договора мены, а также регистрации права собственности на спорные доли домовладения на имя ФИО3, до ее смерти не имел. При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что истец согласился с условием, что право собственности на спорные доли домовладения будет зарегистрировано именно за ФИО3, а не за ним. Данных о том, что собственником каких-либо долей в праве собственности на спорное домовладение будет истец, и что между ним и ФИО3 имелась такая договоренность, в материалах дела также не имеется.

Кроме того заявление представителя ответчика о применении к исковым требованиям сроков исковой давности и последствий их истечения суд находит обоснованным исходя из следующего.

Заявленное ФИО1 требование о признании права собственности на 3/25 доли в праве собственности на домовладение носит имущественный характер. Как следствие, такое требование подлежит рассмотрению с применением общих правил исчисления срока исковой давности (п. 1 ст. 200 ГК РФ) и продолжительности срока исковой давности в три года (ст. 196 ГК РФ).

Согласно разъяснениям Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» в соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица (пункт 1).

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Пунктом 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Такое правовое регулирование направлено на создание определенности и устойчивости правовых связей между участниками правоотношений, их дисциплинирование, обеспечение своевременной защиты прав и интересов субъектов правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов. Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников правоотношений от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и о защите своих прав.

По общему правилу, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Таким образом, действующее законодательство связывает возможность применения судом срока исковой давности с обращением лица в суд с иском по истечении установленного законом срока, исчисляемого либо с момента, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но длительное время не предпринимало действий к его защите, либо с момента, когда лицо в силу своих компетенций и полномочий должно было узнать о таком нарушении права.

Принимая во внимание фактические обстоятельства и с учетом положений ст.ст. 191, 974, 975 ГК РФ срок для предъявления требований в судебном порядке требований о признании права собственности на 3/25 доли в праве собственности на спорное домовладение начал течь со дня совершения договора мены, т.е. с ДД.ММ.ГГГГ, и, как следствие, истек ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, обращение в суд с настоящим иском последовало ДД.ММ.ГГГГ, то есть за пределами установленного законом трехгодичного срока исковой давности.

Ходатайств о восстановлении пропущенного срока истцом не заявлялось.

Таким образом, суд приходит к выводу, что иск необоснованный и подлежит отклонению.

Поскольку исковые требования не подлежат удовлетворению, то судебные расходы истца не подлежат возмещению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 56-57, 88-98, 103, 194-198 ГПК РФ, суд,

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении искового заявления отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в Севастопольский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы в Ленинский районный суд города Севастополя.

Председательствующий

Решение в окончательной форме принято 17 марта 2021 года.