Приговор № 1-11/2021 1-195/2020 от 7 июля 2021 г. по делу № 1-11/2021

Дело № 1-11/2021


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Вязьма 8 июля 2021 года

Вяземский районный суд Смоленской области в составе:

председательствующего, судьи Коробкина А.А.,

при секретаре Исуповой И.С.,

с участием государственных обвинителей Вяземской межрайонной прокуратуры – Хорошиловой О.В., Рощина Д.Ю.,

подсудимой ФИО1,

защитника – адвоката Мирского М.А., представившего удостоверение № 314 и ордер № 8 от 28 июля 2020 года Вяземской коллегии адвокатов Смоленской области,

а так же потерпевшей И.А.,

представителя гражданского ответчика ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» - ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в общем порядке в отношении:

ФИО1, <данные изъяты>, ранее не судимой,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ,

исследовав материалы предварительного и судебного следствия, выслушав всех участников процесса, суд,

УСТАНОВИЛ:

Подсудимая ФИО1 совершила причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей, при следующих обстоятельствах.

ФИО1, имея высшее медицинское образование согласно диплома ХХХ от 30.06.1988 об окончании «Смоленского государственного медицинского института» по специальности «лечебное дело», будучи допущенной к осуществлению медицинской деятельности по специальности «акушерство и гинекология», на основании сертификата специалиста ХХХ, выданного 09.03.2016 решением экзаменационной комиссии при Государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Смоленский государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения Российской Федерации, была назначена приказом главного врача ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» ФИО3 от 27.04.2017 на должность заведующей акушерским отделением с совмещением обязанностей врача акушера-гинеколога, на основании дополнительного соглашения ХХХ от 17.04.2017 к трудовому договору ХХХ от 01.03.2010, в акушерское отделение ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» по адресу: <...>.

ФИО1, являясь заведующей акушерским отделением с совмещением обязанностей врача акушера-гинеколога в акушерском отделении ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» обладала соответствующей профессиональной подготовкой, опытом и знаниями, необходимыми для оказания квалифицированной медицинской помощи, и была обязана:

- согласно ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации от 12.12.1993, и п. 15 ч. 1 ст. 2, п. 1 ст. 18, п. 1 ст. 19, ч. 2 ст. 70 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21.11.2011 № 323-ФЗ, обеспечить право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь, организовать своевременное и квалифицированное обследование и лечение пациентов;

- согласно п. 2.1.1, п. 2.1.2. трудового договора № 27 от 01.03.2010, обязана полностью выполнять требования и условия трудового договора, трудовые обязанности, регламентируемые инструкциями, нормативными документами; выполнять в полном объеме возложенные обязанности, обеспечивать установленный уровень качества выполняемых работ;

- согласно должностной инструкции врача акушера-гинеколога, утвержденной главным врачом ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» Г.Г. и согласованной с председателем профкома Е.Л. от 21.07.2012, оказывать квалифицированную медицинскую помощь по своей специальности, используя современные методы профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, разрешенные для применения в медицинской практике; определяет тактику ведения больного в соответствии с установленными правилами и стандартами; разрабатывает план обследования больного, уточняет объем и рациональные методы обследования пациента с целью получения в минимально короткие сроки полной и достоверной диагностической информации; на основании клинических наблюдений и обследований, сбора анамнеза, данных клинико-лабораторных и инструментальных исследований устанавливает (или подтверждает) диагноз; в соответствии с установленными правилами и стандартами назначает и контролирует необходимое лечение; организует или самостоятельно проводит необходимые диагностические, лечебные процедуры и мероприятия; вносит изменения в план лечения в зависимости от состояния пациента и определяет необходимость дополнительных методов обследования;

- согласно должностной инструкции заведующего акушерским отделением, утвержденной главным врачом ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» Г.Г. и согласованной с председателем профкома Е.Л. от 17.02.2016, организовать и обеспечить своевременное обследование и лечение больных в отделении на уровне современных достижений медицинской практики. Распределять больных между врачами отделения, самому вести положенное количество больных; дежурить в вечернее и ночное время, в выходные и праздничные дни по больнице согласно графику, утвержденному заместителем главного врача больницы по медицинской части. При необходимости вызывать консультантов различных специальностей по представлению лечащего врача для решения диагностических и лечебных вопросов;

- согласно должностной инструкции врача акушера-гинеколога акушерского отделения, утвержденной Главным врачом ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» Г.Г. и согласованной с председателем профкома Е.Л. от 09.01.2018, врач акушер-гинеколог подчиняется заведующему отделением, заведующий отделением назначает его вновь поступившим или находящимся на лечении пациенткам; оказывает квалифицированную медицинскую помощь женщинам в период беременности, родов и в послеродовом периоде, используя своевременные методы профилактики, диагностики, лечения, разрешенные для применения в медицинской практике. Определяет тактику ведения беременных, рожениц, родильниц в соответствии с установленными порядками и стандартами. Разрабатывает план обследования, уточняет объем и рациональные методы обследования с целью получения в минимально короткие сроки полной и достоверной диагностической информации. На основании клинических наблюдений и обследований, сбора анамнеза, данных клинико-лабораторных и инструментальных исследований устанавливает (или подтверждает) диагноз. В соответствии с установленными порядками и стандартами назначает и контролирует необходимое лечение. Организует или самостоятельно проводит необходимые диагностические, лечебные, профилактические процедуры, манипуляции; приглашает для консультации врачей специалистов, при необходимости созывает консилиум врачей; передает информацию о сложной (или тяжелой) пациентке, лечащим врачом которой она является, дежурному врачу с указанием в истории болезни (наблюдение дежурного врача);

- согласно функциональных обязанностей дежурного врача, утвержденных главным врачом ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» Г.Г. и согласованной с председателем профкома. Е.Л. от 09.01.2018, в отсутствии лечащих врачей оказывать медицинскую помощь больным, находящимся на излечении в отделении, принимать вновь поступающих больных, оформлять утвержденную медицинскую документацию, назначать необходимое обследование, оказывать медицинскую помощь в соответствии с порядками и стандартами по профилю заболевания, при необходимости организовывать консультации врачей других специальностей, наблюдать больного и после окончания смены передавать информацию о нем лечащему врачу.

27.03.2018 в 11 часов 20 мин. из ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» в акушерское отделение ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», расположенное по адресу: <адрес>, поступила больная О.В., обязанности лечащего врача которой после поступления приняла на себя врач акушер-гинеколог В.В., состоящая на основании приказа главного врача МУЗ «Вяземская ЦРБ» ФИО3 от 25.12.2009 в должности врача акушера-гинеколога акушерского отделения ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» по адресу: <адрес>.

Согласно приказу Минздрава России № 203н от 10.05.2017 «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», при поступлении О.В. была осмотрена врачом В.В. совместно с заведующей акушерским отделением ФИО1, на основании данных осмотра, О.В. был поставлен предварительный диагноз - «<данные изъяты>» и, с учетом предварительного диагноза сформирован план обследования и ведения больной, согласованный и утвержденный с заведующей акушерским отделением ФИО1, одним из пунктов которого была консультация врача-терапевта после результатов обследований. По результатам дополнительных методов обследований пациентки О.В., зафиксированных в истории родов ХХХ от 27.03.2018 были установлены данные общего анализа крови - <данные изъяты>.

<данные изъяты>.

Также, при лабораторных исследованиях, в общем анализе крови у пациентки О.В. был установлен <данные изъяты>, на что должного внимания со стороны В.В. и ФИО1 обращено не было, и было расценено ими как проявление показателей крови соответствовавших норме третьего триместра беременности согласно Национальному руководству по акушерству и гинекологии.

Тем самым, врачом В.В. и ФИО1 не смотря на выставленный О.В. предварительный диагноз «<данные изъяты>», а также выявленные в ходе лабораторных исследований острофазовые показатели периферической крови, не было уделено должного внимания полной оценке состояния дыхательной системы при наблюдении беременной О.В.

Согласно п. 2.2. раздела II Приказа Минздрава России № 203н от 10.05.2017 «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», предусмотрено:

- установление предварительного диагноза врачом приемного отделения или врачом профильного отделения (дневного стационара) не позднее 2 часов с момента поступления пациента в медицинскую организацию;

- формирование плана обследования пациента при первичном осмотре с учетом предварительного диагноза;

- формирование плана лечения при первичном осмотре с учетом предварительного диагноза, клинических проявлений заболевания, лабораторных и инструментальных методов лечения (при наличии);

- назначение лекарственных препаратов с учетом инструкции по применению лекарственных препаратов, возраста и пола пациента, тяжести заболевания, наличия осложнений основного заболевания (состояния) и сопутствующих заболеваний;

- установление клинического диагноза на основании данных анамнеза, осмотра, данных лабораторных и инструментальных методов обследования, результатов консультаций врачей-специалистов, предусмотренных стандартами медицинской помощи, а также клинических рекомендаций;

- установление клинического диагноза в течение 72 часов с момента поступления пациента в профильное отделение (дневной стационар) медицинской организации;

- оформление обоснования клинического диагноза соответствующей записью в стационарной карте, подписанного лечащим врачом и заведующим профильным отделением (дневным стационаром).

Тем самым, у врача В.В., на основании п. 2.2. раздела II Приказа Минздрава России № 203н от 10.05.2017 «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» было время на установление клинического диагноза пациентке О.В. в течение 72 часов, то есть до 11 часов 20 мин. дд.мм.гггг.. Для чего В.В., согласно намеченного и согласованного с заведующей акушерским отделением ФИО1 планом обследования пациентка О.В., 29.03.2018 была направлена к врачу-терапевту на консультацию с полученными и зафиксированными в истории родов ХХХ от 27.03.2018 результатами обследований. Однако, консультация врача-терапевта О.В. проведена не была, о чем была поставлена в известность заведующая ФИО1, однако, каких-либо мер со стороны последней для направления О.В. к другому врачу или привлечения для осмотра дежурного врача-терапевта, предпринято не было.

29.03.2018 с 15 часов 48 мин. до 8 часов 00 минут дд.мм.гггг. ФИО1 являлась дежурным врачом акушерского отделения ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», расположенного по адресу: <...>. дд.мм.гггг. в 3-00 часа у О.В. начались своевременные роды и в 8 часов 40 мин. <данные изъяты>. дд.мм.гггг. в 10 часов 30 мин. О.В. была переведена в удовлетворительном состоянии в послеродовое отделение акушерского отделения ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», лечащим врачом О.В., которым являлась ФИО1, которая находилась на рабочем месте согласно графику рабочего времени дд.мм.гггг. с 8-00 часов до 16-00 часов.

Таким образом, в вышеуказанный период времени с 29.03.2018 с 15 часов 48 мин. и до 16-00 часов дд.мм.гггг. ФИО1, находясь в акушерском отделении ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» по адресу: <...>, являясь сначала дежурным врачом, а в дальнейшем и лечащим врачом О.В., не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий в виде смерти потерпевшей, но при необходимой внимательности и предусмотрительности, с учетом имеющихся профессиональных навыков и опыта работы, должна и могла предвидеть эти последствия, имея реальную возможность и время для выставления верного диагноза и оказания дальнейшей качественной медицинской помощи больной, зная, что первоначальный диагноз О.В., в котором указанное сопутствующее заболевание как «<данные изъяты>» подтверждено или опровергнуто не было, клинический диагноз в полном объеме в установленный законом срок не выставила, в том числе не выполнила в полном объеме план ведения пациентки О.В., указанный в истории родов ХХХ от 27.03.2018, а именно, не провела консультацию врача-терапевта.

Согласно заключению комиссии экспертов (комиссионной судебно-медицинской экспертизы) от 03.12.2018 были выявлены недостатки «дефекты» оказания медицинской помощи:

- своевременно не диагностирован продолжающийся инфекционный процесс в органах дыхания (<данные изъяты>);

- своевременно не выполнена рентгенография грудной клетки; - отсутствовала оценка состояния дыхания до 31.03.2018;

- недостаточная и нерациональная назначенная антимикробная терапия;

- не была подавлена лактация при наличии тяжелого инфекционного процесса.

При своевременной диагностике <данные изъяты> на данном этапе и адекватной антибактериальной терапии смертельный исход у О.В. был бы предотвращен. Отсутствие подавления лактации не повлияло на течение заболевания у О.В. и не находилось в причинной связи с наступлением ее смерти. Между остальными указанными недостатками (дефектами) оказания медицинской помощи и наступлением неблагоприятного исхода (смерти) О.В. имеется причинно-следственная связь. При определении характера причинно-следственной связи доказыванию подлежит невозможность или возможность наступления негативных последствий в отсутствие выявленных недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи. Экспертная комиссия считает наступление негативных последствий (смерти пациентки) событием маловероятным в отсутствие выявленных недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи ввиду чего определяет характер причинно-следственной связи между этими недостатками и неблагоприятным исходом как «прямая».

Согласно допросу эксперта от 07.02.2020, смерть пациентки могла быть предотвращена при своевременной диагностики имевшейся у О.В. <данные изъяты> в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», в отсутствие перечисленных недостатков (дефектов) медицинской помощи.

На проведение вышеуказанных мероприятий и устранение вышеуказанных дефектов у ФИО1 было необходимое время и возможность. Однако, ФИО1 небрежно отнеслась к своим профессиональным обязанностям и допустила ряд дефектов оказания медицинской помощи, что повлекло к развитию заболевания, угрожающего жизни человека (<данные изъяты>).

Согласно приложению № 5 к Порядку оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология» (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий», утвержденной приказом Минздрава России от 01.11.2012 № 572н, базовый спектр обследования беременных женщин в стационарных условиях в том числе в третьем триместре включает консультацию смежных врачей –специалистов при экстрагенитальных заболеваниях, а в послеродовом периоде включает консультацию врачей – специалистов по сопутствующему экстрагенитальному заболеванию (при наличии показаний); также при лечении «<данные изъяты>» проводится базовый спектр обследований беременной женщины в стационарных условиях, что также в третьем триместре включает консультацию смежных врачей –специалистов при экстрагенитальных заболеваниях, а также рентгенографию по назначению врачей-специалистов при подозрении на <данные изъяты> для ее исключения или подтверждения и выбора дальнейшей тактики ведения пациента, что ФИО1 выполнено не было, и привело к установлению ФИО1 клинического диагноза О.В. не в полном объеме, хотя ФИО1 при поступлении О.В. 27.03.2018 в акушерское отделение ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» был известен ее предварительный диагноз, а также тот факт, что на консультацию к врачу-терапевту она не попала, и в дальнейшем врачом-терапевтом до 31.03.2018 проконсультирована не была, хотя реальная возможность, в том числе после родоразрешения О.В. для этого имелась.

Совокупность анамнестических данных, результатов первоначального анализа крови и мочи, а также выставленный первоначальный диагноз «<данные изъяты>», который подтвержден или опровергнут в установленный законом срок 72 часа, не был, при должной внимательности позволяли врачу акушеру – гинекологу ФИО1 заподозрить наличие возможных осложнений, в том числе развитие <данные изъяты> у больной О.В. и назначить соответствующее лечение.

31.03.2018 состояние О.В. ухудшилось, поднялась температура до 38 градусов, отмечены были кашель и боль в грудной клетки, установлен диагноз <данные изъяты>.

02.04.2018 О.В. переведена в пульмонологическое отделение ОГБУЗ «Клиническая больница № 1», расположенную по адресу: <...>, с диагнозом «<данные изъяты>». дд.мм.гггг. была констатирована в 17-00 часов, на фоне постоянно ухудшающегося состояния, смерть О.В.

Согласно заключению комиссии экспертов от 03.12.2018, причиной смерти О.В. явилась <данные изъяты>. Биологическая смерть констатирована дд.мм.гггг. в 17 часов 00 минут в ОГБУЗ «Клиническая больница №1».

Таким образом, заведующая акушерским отделением ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» и по совмещению врач акушер-гинеколог ФИО1, обязанная в силу своей профессии и занимаемой должности, осуществлять диагностику и лечение заболеваний, имела реальную возможность своевременно, а именно с 29.03.2018 с 15 часов 48 мин. и до 8-00 часов дд.мм.гггг., находясь на дежурстве, а в дальнейшем с 8-00 часов до 16-00 часов дд.мм.гггг., находясь в послеродовом отделении акушерского отделения ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» по адресу: <...>, и являясь лечащим врачом О.В., предпринять меры для установления клинически верного диагноза больной О.В. с учетом сопутствующих заболеваний, указанных ранее, и, как следствие, своевременно применить правильную тактику диагностики и лечения.

Фактически потерпевшая в указанный период времени была оставлена без необходимой и показанной ей в полном объеме медицинской помощи, при оказании которой были выявлены, согласно указанному выше заключению комиссии экспертов (комиссионной судебно-медицинской экспертизы) от 03.12.2018, недостатки «дефекты» оказания медицинской помощи. При своевременной диагностике <данные изъяты> на данном этапе и адекватной антибактериальной терапии смертельный исход у О.В. был бы предотвращен.

Допущенные врачом ФИО1 дефекты оказания медицинской помощи О.В., способствовали прогрессированию заболевания, усугублению тяжести состояния пациентки, развитию <данные изъяты> и в итоге привели к наступлению смерти. Между допущенной врачом ФИО1 совокупностью дефектов оказания медицинской помощи и наступлением смерти пациентки О.В. имеется прямая причинно-следственная связь, согласно указанному выше заключению комиссии экспертов (комиссионной судебно-медицинской экспертизы) от 03.12.2018.

В судебном заседании подсудимая ФИО1 свою вину по предъявленному обвинению не признала. Суду показала, что в первый раз она увидела О.В. 27 марта 2018 года, когда с В.В. осматривали ее в приемном отделении. Беременная женщина была направлена в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» из ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» с диагнозом: «<данные изъяты>». При поступлении пациентка не предъявляла жалоб на повышение артериального давления, отеки. Со стороны легочной системы никаких жалоб она не предъявляла, температура при поступлении в приемный покой была в пределах нормы. Она была осмотрена ей совместно с врачом В.В., после чего был составлен предполагаемый план лечения больной, <данные изъяты>. В следующий раз О.В. она увидела 30 марта 2018 года ближе к утру, когда у неё было дежурство по акушерскому отделению гинекологии. О.В. обратилась с жалобами на боли внизу живота. Она была осмотрена, и был поставлен диагноз: «<данные изъяты>», её перевели в родильный блок. При переводе в родильный блок она была осмотрена: <данные изъяты>. В 8 часов 40 минут 30 марта 2018 года произошли роды, роды прошли нормально, со здоровым, нормальным ребенком. После этого, О.В. два часа находилась под наблюдением в родильном зале, и по истечении двух часов была переведена в послеродовую палату, <данные изъяты> Состояние было удовлетворительное, никаких отклонений от норм не было. В послеродовой палате первые сутки роженица наблюдается акушеркой, при каких-либо осложнениях акушеркой вызывается доктор. О.В. она видела в 10 часов 40 минут 30 марта 2018 года, жалоб не было. Когда в субботу её вызвали к тяжелой больной, то при нахождении в отделении ей врачом А.А. было сказано, что у родившей женщины поднялась температура. Она ее осмотрела, потому что температура могла быть связана с родами. По итогам осмотра решили, что по акушерскому статусу все нормально, но жалобы О.В. предъявляла на боли в грудной клетке справа, поэтому совместно с А.А. было решено вызвать дежурного терапевта. Так как она приезжала к другой тяжело больной, то больше О.В. в этот день не занималась, уехала домой. В следующий раз видела О.В. 2 апреля 2018 года, в понедельник, на общем обходе. Предварительно дежурным по смене ей было передано, что О.В. продолжает температурить, и у неё подозрение на <данные изъяты>. В воскресенье О.В. был сделан рентген по назначению терапевта. В понедельник она увидела О.В. на обходе, дождалась описания рентгена, и в связи с тем, что дежурным терапевтом было назначено лечение, но оно было не эффективным, О.В. продолжала температурить, она вызвала заведующего терапевтическим отделением В.А., который ее осмотрел. Он, учитывая то, что послеродовый период, ослабленная женщина, рекомендовал перевести О.В. в реанимацию, или в г. Смоленск. Созвонившись с главным акушером-гинекологом г. Смоленска, на тот момент это была И.М., ими было принято решение переправить женщину в г. Смоленск. В это время в больнице находилась анестезиологическая реанимационная бригада из г. Смоленска, которая приезжала к тяжело больной женщине, и этой скорой О.В. была переправлена в г. Смоленск. Затем она созванивалась с И.М. в течение всего наблюдения О.В. в г. Смоленске, знала, что происходит ухудшение состояния ее здоровья и потом стало известно, что дд.мм.гггг. О.В. умерла.

30 марта 2018 года, когда она у О.В. принимала роды, лечащим врачом у нее была В.В., которая сказала, что если у женщины будет расти давление, то лучше женщину взять на кесарево сечение, у нее основной диагноз был «<данные изъяты>». Но на роды О.В. пришла со стабильным давлением, и она посчитала возможным рожать естественными родовыми путями. О том, что у О.В. на кануне была температура, она не знала. Когда О.В. пришла с жалобами на боли внизу живота, никакой температуры и жалоб на температуру при переводе из родильного зала, не было. Меряется температура при поступлении на роды каждые шесть часов, и при переводе в послеродовую палату. В субботу О.В. был вызван терапевт, об этом есть запись в истории болезни, когда она предъявила жалобы на температуру, также в субботу ей был назначен антибиотик внутримышечно. С 8 часов 40 минут, когда О.В. обратилась с жалобами на боли в низу живота, она находилась под её наблюдением. После родов она была осмотрена, все показатели были занесены в карту, также пишется выписной эпикриз. Женщина когда рожала, тужилась, у нее не было никакого кашля, никакой отдышки в момент родов, и температуры у нее не было температуры, она родила здорового ребенка. Если возникает экстренная ситуация, например, температура, очень высокое давление, очень низкое давление, то вызывается либо заведующий терапевтическим отделением, либо дежурный терапевт в вечернее время. Плановая консультация проводится в плановом порядке после обследования женщины, чтобы у терапевта на руках был какой-то объем обследований необходимый для данной патологии. Основной диагноз у О.В. был <данные изъяты>.

29 марта 2018 года врач В.В. ей сообщала, что терапевтом не осмотрены плановые больные, созвонившись с терапевтом А.Н., которая замещает заведующего, узнала, что В.А. нет, а она смотреть больных не будет. Диагноз «<данные изъяты>» О.В. был поставлен дежурным врачом 31 марта 2018 года, диагноз был поставлен под вопросом. Диагноз: «<данные изъяты>» был поставлен при поступлении О.В. в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». В ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» вообще не звучит никаких указаний на диагноз: «<данные изъяты>». Лечение О.В. было продолжено начатое в ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ», лечение антибиотиком «амоксиклав», потому что курсовая доза была не достигнута. После взятия анализов, и поскольку было повышение печеночных проб, то была снижена суточная доза «<данные изъяты>», но решили продолжить его до достижения курсовой дозы. Есть суточная доза, есть курсовая доза антибиотика, которую можно за один день выпить, а можно за 10 дней выпить. ФИО4 был сделан в воскресенье, показал <данные изъяты>. В понедельник ждали результатов описания рентгена, чтобы вызвать врача В.А., в воскресенье она температурила до 38° С. Снимок был получен дежурным врачом А.В. 1 апреля 2018 года, антибиотики назначены в субботу, за один день эффективность антибиотика не проверяется, и то есть в воскресенье продолжили то лечение, которое было назначено в субботу дежурным врачом. В субботу дежурным терапевтом М.Н. были изменены антибиотики и «<данные изъяты>» был изменен на <данные изъяты>. 2 апреля 2018 года после получения результатов рентгенограммы О.В., осмотрел В.А., который снова сменил антибиотик еще более сильным. В этот же день В.А. рекомендовал перевести О.В. в реанимационное отделение или перевести в Смоленск. На машине из Смоленска О.В. была направлена в Смоленскую областную больницу. У О.В. были жалобы на кашель, боли в грудной клетке, температуру, но она пошла до машины на своих ногах. Основной клинический диагноз у О.В. в Вяземской ЦРБ оставался «<данные изъяты>», он и подтвердился, и женщина благополучно родоразрешена была. Сопутствующий диагноз: «<данные изъяты>», это уже поставили в Вяземской ЦРБ.

Она руководствовалась именно должностными инструкциями заведующего акушерским отделением, и в её обязанности входит: осмотр всех поступивших женщин вместе с лечащим врачом, либо в течение суток, если женщина поступила по дежурству, осмотр всех перед выпиской, осмотр длительно лежащих, утяжеляющихся больных. Также в обязанности входит оперировать больных, осматривать послеоперационных, вызовы консультантов по представлению лечащего врача, и контроль качества оказания медицинской помощи лечащими врачами. При поступлении пациентки, она с лечащим врачом назначают предварительное лечение, если состояние пациентки ухудшается, лечащий врач обязательно об этом говорит ей, и они корректируют лечение.

Виновность ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, подтверждается показаниями потерпевшей, свидетелей, заключениями экспертиз и иными доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Из показаний потерпевшей И.А., данных ей в судебном заседании установлено, что проживает она г. Гагарин вместе с мужем, родными детьми и детьми погибшей сестры. Сестра О.В. проживала по адресу: <адрес>, вместе с детьми, дети от разных отцов. В конце 2017 года стало известно, что О.В. ждет ребенка. С сестрой общалась постоянно по мобильному телефону и периодически ездили друг к другу в гости, всегда старалась помогать О.В. материально. О.В. не жаловалась на состояние своего здоровья, чувствовала себя хорошо, каких-либо хронических заболеваний у нее не было. О.В. в связи с беременностью состояла на учете в женской консультации ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» и при необходимости охотно ее посещала, так как к беременности она относилась серьезно. Весной 2018 года О.В. сказала, что она ранее сдавала анализы, в ее анализах повышен белок, в связи с чем ей предложили лечь на сохранение, она договорилась приехать в ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» после выходных, а именно 19.03.2018. Когда сестра легла в больницу, они созванивались, посещала её в больнице. В ходе общения с О.В. знала, что во второй день ей не делали ни уколов, ни капельниц, и со слов медицинской сестры «про нее забыли», также она сказала, что ее будут выписывать. На следующий день сестра сказала, что ей продолжили делать капельницы и выписывать не будут. О.В. попросила купить ей таблетки от кашля и таблетки «<данные изъяты>». Купив указанные таблетки, отнесла их О.В., в ходе общения с ней она на состояние здоровья не жаловалась, сказала, что все хорошо. Через несколько дней, 24.03.2018 О.В. приходила к ней помыться, ее отпустили врачи. В ходе общения О.В. сказала, что последнее время у нее периодически повышается давление, до 160. 27.03.2018 О.В. позвонила и сказала, что ее перевозят на автомашине скорой помощи в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», в связи с чем, не знает. По приезду в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» она позвонила и сказала, что у нее все хорошо. На протяжении нескольких дней они созванивалась с сестрой, она говорила, что все хорошо и самочувствие хорошее. 29.03.18 ей позвонила О.В. и сказала, что ее готовят к операции «кесарево» и попросила привезти вещи для ребенка. 29.03.2018 она приобрела необходимые вещи для ребенка, направилась в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». Когда приехала, созвонилась с О.В. и она вышла на улицу, села к ней в автомашину, стали с ней разговаривать. В ходе общения обратила внимание на то, что О.В. тяжело дышала, у нее была одышка, однако не придала этому значение, так как посчитала, что ей просто тяжело идти. Они проговорили, уехала домой. В этот же день в вечернее время ей позвонила О.В. и сказала, что у нее поднялась температура тела до 39° градусов, сказала ей обратиться к медицинскому персоналу. Через некоторое время снова позвонила О.В., сказала, что ей сделали жаропонижающий укол. дд.мм.гггг. утром позвонила О.В., сказала, что у нее ночью начались схватки. Спросила, что ей делают врачи, на что она ответила, что врачей нет, они ничего не делают. Сказала О.В., чтобы она незамедлительно сообщила врачам о том, что у нее начались схватки. Около 8 часов 50 мин. позвонила О.В., сказала, что родила мальчика, с чем она ее поздравила и спросила, как прошли роды. О.В. сказала, что все прошло хорошо. Впоследствии в вечернее время в ходе телефонного разговора, О.В. сказала, что у нее высокая температура около 39 градусов, она ей рекомендовала обратиться к врачу. Через некоторое время сестра снова позвонила и сказала, что врачей нет, а медицинская сестра сделала ей жаропонижающий укол. 31.03.2018 в ходе телефонного разговора О.В. сказала, что врач назначил ей рентген. <данные изъяты>. Спросила, какое лечение ей назначили, она ответила, что никакое лечение не назначили, сказали, что в понедельник придет врач и назначит лечение. Стала ругаться, спросила, где ребенок, сестра сказала, что он находится с ней в палате, и что в палате еще лежит девушка с ребенком, простывшие. 31.03.2018 ей позвонила О.В. и сказала, что плохо себя чувствует, что у нее болит спина, и она не может встать из-за боли. Стала на неё ругаться, спросила делают ли ей уколы, на что сестра ответила, что ждут ее лечащего врача, уколы делают жаропонижающие. 01.04.2018 ей позвонила О.В. и сказала, что ночь не спала, так как снова не могла лечь из-за боли в спине и так как у нее высокая температура, то забрали ребенка. 02.04.2018 собиралась ехать к сестре, но О.В. позвонила и сказала, чтобы не ехала, так как ее будут переводить в больницу в г. Смоленск, за ней уже едет автомашина скорой помощи. В ходе общения О.В. сказала, что чувствует себя очень плохо и не может дышать, и что у нее выявили <данные изъяты>. В этот же день несколько раз звонила О.В., узнать, как ее состояние, но она на звонки не отвечала. Позже, около 15 часов сестра сама позвонила и попросила забрать ребенка, так как его выпишут. В ходе общения сестра очень хрипела, плохо понимала, что она говорит, О.В. сказала, что скорая помощь за ней выехала из г. Смоленска. После это сестра позвонила около 17 часов 02.04.2018 и сообщила, что ее забрал реанимобиль и она едет в Смоленск, ей тяжело было разговаривать, хрипела в телефон. В этот момент разговаривала с сестрой в последний раз. Позже звонила сестре, но она не отвечала. После этого позвонила в ОГБУЗ «КБ №1», узнала, что О.В. находится у них в тяжелом состоянии, в медикаментозной коме. 04.04.2018 забрала из ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» сына О.В. - Б.С., дд.мм.гггг. года рождения, и привезла его домой. После этого интересовалась состоянием здоровья сестры в Смоленской областной больнице, с ней лично не созванивалась. Сестра находилась в реанимационном отделении Смоленской областной больнице, куда она звонила каждое утро в 8 часов. Врачи сообщали, что сестра находится в критическом состоянии, <данные изъяты>. 07.04.2018 приезжала в Смоленскую областную больницу, чтобы передать сестре памперсы, пеленки и шампунь. Встретиться с сестрой не дали, так как она находилась в медикаментозной коме, о чем сообщил врач. После этого, дд.мм.гггг. около 17 часов по телефону сообщили, что сестра О.В. умерла. Позвонила в больницу и спросила у врача, с которым разговаривала о том, кто виноват в смерти сестры, на что ей ответили, что это покажет вскрытие. За несколько дней до смерти, когда звонила в больницу, то ей сказали, что О.В. сделали операцию <данные изъяты>. Впоследствии занималась похоронами О.В., забрала к себе ее троих детей, двое детей проживают у нее и сейчас, а сына дд.мм.гггг.рождения забрал биологический отец. Сестра О.В. вела нормальный образ жизни, спиртное употребляла очень редко, часто курила. Хронических заболеваний у нее не было, и в больницу она обращалась редко. За своим здоровьем следила и относилась к нему трепетно. Причиной смерти сестры О.В. считает ненадлежащее исполнение врачами ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» своих должностных обязанностей, не своевременное диагностирование заболевания легких.

Из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля О.А., данных ей на предварительном следствии (том 1 л.д. 75-77), усматривается, что состоит в должности Главы Токаревского сельского поселения Гагаринского района Смоленской области. На территории Токаревского сельского поселения Гагаринского района Смоленской области по адресу: <адрес>, проживала О.В., дд.мм.гггг. г.р. С ней она была знакома лично на протяжении около 25 лет, обучались в одной школе. При вступлении в должность Главы она стала интересоваться семьей О.В., так как у нее было двое несовершеннолетних детей Я.А., дд.мм.гггг. г.р. и М., дд.мм.гггг. г.р., отцы у детей разные. О.В. на протяжении последних лет нигде не работала, а последние годы стала присматривать и ухаживать за престарелыми людьми, за что получала денежные средства. О.В. на протяжении длительного времени курила, спиртными напитками не злоупотребляла. В 2015 году О.В. стала сожительствовать с Д.. В конце 2017 года стало известно от О.В., что она ждет ребенка, в момент беременности продолжала курить. 18.03.2018 она последний раз видела О.В., когда она приходила на избирательный участок в <данные изъяты>. О.В. сказала, что ей тяжело ходить в связи с беременностью и что еле дошла, и что ей скоро рожать. После этого О.В. не видела. дд.мм.гггг. ей позвонила жительница села и сообщила, что О.В. умерла в больнице.

Из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Л.Е., данных ей на предварительном следствии (том 1 л.д. 81-83), видно, что на одной улице с ней по адресу: <адрес> проживала О.В. У О.В. было двое детей. Проживала она с разными мужчинами, иногда выпивала, курила, не работала, ей помогала сестра И., которая проживала в г. Гагарин. В 2017 году от О.В. ей стало известно, что она ждет ребенка от сожителя Д., продолжала курить и во время беременности. Охарактеризовать ее может исключительно с положительной стороны, ее любили дети, как и она их. О хронических заболеваниях О.В. ей неизвестно. В апреле 2018 года ей стало известно, что О.В. родила ребенка в г. Вязьма, а в дальнейшем она была переведена в больницу в г. Смоленск, где скончалась.

Из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Е.Н., данных ей в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 93-97), видно, что с ней по соседству проживала О.В. с детьми. О.В. может охарактеризовать только с положительной стороны, как трудолюбивую, спокойную. На здоровье не жаловалась, не помнит, чтобы вообще обращалась к врачам до беременности. В августе 2017 года узнала, что О.В. ждет ребенка. За время беременности не жаловалась, говорила, что анализы в норме. С октября по ноябрь 2017 года О.В. стала говорить, что отекают сильно у нее ноги, особенно отеки стали возникать к концу беременности. дд.мм.гггг. около 15-16 часов позвонила О.В., узнала, что она родила мальчика, голос был бодрый, на здоровье не жаловалась, собиралась домой. дд.мм.гггг. узнала, что О.В. умерла.

Свидетель Я.А. в судебном заседании показала, что проживает с тетей И.А. в г. Гагарин. Ранее проживала с матерью О.В. В ноябре 2017 года узнала, что мама беременная. До беременности и во время нее мама жалоб на состояние здоровья не высказывала. Своевременно встала на учет в женскую консультацию ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» и посещала больницу при необходимости в нужные сроки. В марте 2018 года по плану матери необходимо было сдать анализы, она поехала в женскую консультацию ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ», где и сдала анализы. Через некоторое время матери сообщили, что анализы не очень хорошие, и попросили приехать повторно их сдать. Мама в марте 2018 года снова поехала в больницу, когда она вернулась домой, то сказала, что ей необходимо лечь на сохранение в больницу, но договорилась, что ляжет в понедельник. В выходные дни мама была дома, а в понедельник 19.03.2018 снова поехала в больницу г. Гагарин. С 19.03.18 по 27.03.2018 мама находилась на стационарном лечении в ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ», она приезжала к ней в больницу, мама на состояние здоровья не жаловалась. Также она созванивалась с мамой по телефону. 27.03.2018 ей от тети стало известно, что маму переводят в больницу г. Вязьма, в связи с чем, не пояснила. дд.мм.гггг. ей на мобильный телефон позвонила мама и сказала, что родила мальчика, в дальнейшем несколько дней с мамой не созванивались. дд.мм.гггг. к ней приехала тетя И.А., от которой узнала, что мама умерла в больнице г. Смоленска. Маму может охарактеризовать исключительно с положительной стороны, спиртные напитки употребляла редко, курила, к детям относилась очень хорошо.

Аналогичные показания были установлены из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля М.А., данных им в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 115-118).

Из показаний свидетеля А.А., данных им на предварительном следствии (том 1 л.д. 84-86), и в судебном заседании видно, что в период с 2008 по 2011 год сожительствовал с О.В., у них был совместный ребенок – М.. Разошлись с О.В. в 2011 году, не сошлись характерами. Впоследствии периодически встречался с сыном, с О.В. отношений не поддерживал, старался помогать материально. Когда проживали вместе с О.В., она часто курила, спиртным не злоупотребляла, какой образ жизни вела О.В. после расставания, не знает. На состояние здоровья О.В. не жаловалась, каких-либо хронических заболеваний у неё не было. Когда приезжал к сыну, видел, что у О.В. проживал мужчина, как говорила О.В. это её сожитель по имени Д., но с ним не был знаком, не общался. Знал, что О.В. была беременна, но её состоянием здоровья не интересовался. Она сама ничего не рассказывала. В конце марта 2018 года приезжал к О.В. домой, чтобы передать деньги, но О.В. не вышла, вышла её дочь Я.А. и сказала, что мать болеет, пригласила зайти. Встретила его О.В. на входе в дом, передал деньги, ни о чем не спрашивал. По внешнему виду, как она себя чувствовала, сказать не может. Позже от знакомой Ю. узнал, что О.В. родила мальчика, но её перевели в больницу в г. Смоленск, в связи с чем не знает. 11.04.2018 от С. узнал, что О.В. умерла в больнице г. Смоленска, по каким причинам не знает. После этого стал оформлять документы на установления отцовства в отношении сына М., и его взял к себе проживать.

Из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Е.Н., данных ей в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 78-80), видно, что состояла в должности медицинской сестры Токаревской врачебной амбулатории ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ», в ее должностные обязанности входило проведение медицинских процедур, осмотр детей школы, ведение амбулаторных карт. В Токаревской амбулатории врачом-терапевтом является В.А., которая производит осмотр обратившихся взрослых и назначает лечение. О.В. практически никогда не обращалась за медицинской помощью до момента беременности. О.В. <данные изъяты>, так как длительное время курила, с ней она была знакома лично. В 2017 года О.В. обратилась в Токаревскую врачебную амбулаторию к врачу-терапевту В.А. для осмотров, так как это необходимо для беременных. Насколько ей известно, О.В. на момент беременности на здоровье не жаловалась. В феврале 2018 года О.В. приходила в амбулаторию, врача-терапевта на месте не было. Ей не понравился внешний вид О.В., у нее были отекшие руки и ноги, а также был сильный кашель, она порекомендовала обратиться незамедлительно в ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ», на что О.В. ответила, что все нормально и кашель из-за курения. При каких обстоятельствах О.В. была госпитализирована в ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ», не знает. 11.04.2019 узнала, что О.В. умерла в ОГБУЗ «КБ №1».

Из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля В.А., данных ей в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 119-121), усматривается, что состояла на должности врача-терапевта Токаревской врачебной амбулатории ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ». В ее обязанности входит осмотр больных взрослого населения с. Токарево, обратившихся за медицинской помощью, назначение медицинских препаратов и лечение больных. Она знакома с О.В., так как в октябре 2017 года она встала на учет в Токаревскую амбулаторию как беременная, ранее в период ее работы, за медицинской помощью она не обращалась. 27.10.2017 на имя О.В. была заведена медицинская документация. О.В. в ходе общения с ней каких-либо жалоб на здоровья не высказывала, она ее осмотрела, каких-либо заболеваний выявлено не было. Впоследствии О.В. также планово приходила на осмотр в январе 2018 года, жалоб на здоровье не высказывала, каких-либо заболеваний и отклонений не было выявлено. О том, что О.В. была госпитализирована в ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» она не знала, а также, что скончалась в ОГБУЗ «КБ №1», узнала об этом лишь в середине апреля 2018 года. В те моменты, когда О.В. приходила к ней на приемы, у нее не было каких-либо явлений ОРЗ, отеков, давление было в норме. О.В. на ее взгляд вела нормальный образ жизни, в состоянии алкогольного опьянения ее никогда не видела. О каких-либо хронических заболеваниях ей ничего не известно.

Из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Г.Т., данных ей в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 98-100), установлено, что состоит в должности врача-акушера-гинеколога Гагаринской ЦРБ. В ее должностные обязанности входит прием пациентов, проведение диагностического обследования. Пациента О.В. не помнит. От заведующей женской консультации Н.Н. стало известно, что в больнице г. Смоленска скончалась О.В., которая до этого наблюдалась у них в женской консультации, скончалась от заболевания легких. Н.Н. рассказала, что О.В. родила, а потом у нее что-то произошло с легкими.

Из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Т.Н., данных ей в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 101-104), видно, что работает акушеркой в акушерском отделении ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ». В ее обязанности входит участие в приеме родов, в выполнении назначений, прописанных врачами пациентам. Пациента О.В. помнит, она находилась у них на лечении в обсервационном отделении примерно в конце марта на сроке 37-38 недель. По ее мнению беременность протекала нормально, только была отечность ног. Ранее она с О.В. знакома не была. В обсервационном отделении О.В. находилась в связи с простудным заболеванием, в данном отделении находилась около одной-двух недель. Обстоятельства поступления О.В. в больницу, ей неизвестны. Лечащим врачом у нее была Т.В. Назначения лекарств и медицинских процедур врача Т.В. в отношении О.В. выполнялись и ей в том числе. Когда именно поступила О.В. в Гагаринскую ЦРБ, не помнит. Она находилась в нормальном состоянии, ее самочувствие улучшалось в ходе лечения, температуры у нее не было, какие-либо симптомы болезни она у нее не наблюдала. На протяжении лечения находилась в палате одна. Кроме лечащего врача Т.В. О.В. смотрел врач-терапевт, который делал свои назначения, в том числе назначал какие-то антибиотики. Из симптомов заболевания помнит у О.В. только насморк и покашливания. Ей О.В. по поводу проводимого лечения никаких претензий не высказывала. Из индивидуальных особенностей пациента помнит, что О.В. была очень полная и курила. На боли в печени и животе не жаловалась. Побочных реакций на лекарственные препараты у нее не было. Все рекомендации врачей О.В. выполняла, была послушным пациентом, предписанный режим не нарушала.

Из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля И.А., данных ей в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 122-124), установлено, что с декабря 2017 года работала акушеркой родильного отделения Гагаринской ЦРБ. С 16 марта по 07 апреля 2018 года она находилась в очередном отпуске. О.В. ей незнакома, о ее лечении в их учреждении ей ничего неизвестно. Гагаринская ЦРБ не оснащена специальным оборудованием, в связи с чем, беременных женщин при каких-либо осложнениях они направляют в Вяземскую ЦРБ. У них по лицензии родильный дом первого уровня, они имеют право принимать только нормально протекающие физиологические роды, роды с какими-либо осложнениями могут приниматься только в медицинских учреждениях более высокого уровня, в частности родильное отделение Вяземской ЦРБ.

Из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Л.В., данных ей в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 128-131), видно, что работает в должности акушера в женской консультации ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ». В ее обязанности входит выполнять назначения врача, за которым она закреплена. Она непосредственно закреплена за Н.Н., которая является заведующей женской консультацией и врачом акушером-гинекологом. В ее обязанности входит измерение таза, выписка анализов по назначению доктора, выписка обменных книжек, расклеивание готовых анализов по амбулаторным картам. О.В. она знает, так как данная пациентка состояла на учете в женской консультации на их участке, и была закреплена за Н.Н. На учет в женскую консультацию в связи с беременностью она встала в ранние сроки. О.В. может охарактеризовать как ответственную женщину, она постоянно являлась на обследование, выполняла в полном объеме рекомендации врачей, это была ее третья беременность. В период с октября 2017 по март 2018 года беременность О.В. протекала нормально, за указанный период времени сведений о каких-либо заболеваниях О.В. у них не было, сама О.В. на здоровье не жаловалась. В начале марта 2018 года О.В. сдала анализы <данные изъяты> в связи с этим они пригласили О.В. на прием, но она пояснила, что у нее нет денег и она приедет после праздников. Когда О.В. приехала на прием к Н.Н., она пояснила О.В., что у нее незначительно повышено содержание белка в моче и предложила ей госпитализацию в роддом Гагаринской ЦРБ. О.В. охотно согласилась, в дальнейшем она легла на обследование в родильное отделение Гагаринской ЦРБ. О ее лечении в данном отделении ей ничего неизвестно, с данного момента у нее был лечащий врач Т.В. В начале апреля 2018 года она звонила О.В., но та не брала трубку. От родственников узнала, что она находится в реанимации г. Смоленска после родов. О.В. курила, никаких жалоб на состояние здоровья не высказывала, вес составлял 80-90 кг, артериальное давление всегда было в норме 120 на 80, 110 на 70, аллергических реакций не было, медицинских препаратов амбулаторно, кроме витаминов, ей не назначалось. На отечность ног О.В. не жаловалась.

Из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля О.А., данных ей в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 132-135), усматривается, что работает в должности акушерки Гагаринской ЦРБ. В ее должностные обязанности входит прием пациентов, ведение документации, выполнение назначений врача. Она закреплена за врачом Т.В., О.В. ей знакома. 19.03.2018 данный пациент поступил в акушерское отделение по направлению врача женской консультации в связи с жалобами на остаточные явления вирусной инфекции, угрозой преждевременных родов. При поступлении О.В. практически не жаловалась на здоровье, говорила, что у нее небольшие боли в области низа живота. Жаловалась ли на отечность в области ног, не помнит. При поступлении О.В. у нее были взяты общие анализы мочи и крови, биохимический анализ крови, анализ крови на коагулограмму и другие анализы, согласно стандартам оказания медицинской помощи беременным женщинам. О.В. была также осмотрена терапевтом, который выставил диагноз «<данные изъяты>» и были даны рекомендации по лечению. Все анализы О.В. были в пределах нормы. Сама О.В. соблюдала все назначения врачей, принимала необходимые медицинские препараты, но очень много курила. О.В. проводилась защитная, сохраняющая антибактериальная терапия, ей были назначены медицинские препараты - <данные изъяты>. Со слов О.В. у нее отмечалось улучшение, никаких конфликтов с медицинским персоналом у нее не было, претензий она не высказывала. В ходе лечения О.В. постоянно курила и просилась домой в связи с тем, что у нее были какие-то проблемы с детьми. 26.03.2018 О.В. сдала повторные анализы для выписки (мочи и крови), но у О.В. был плохой анализ мочи, так как в моче было повышено содержание белка, ей был поставлен диагноз «<данные изъяты>». В соответствии с приказом данная пациентка должна была быть переведена в стационар более высокого уровня. 27.03.2018 О.В. была переведена в удовлетворительном состоянии в условиях санитарного транспорта в Вяземскую ЦРБ для дальнейшего лечения в родильное отделение.

Из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Н.Н., данных ей в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 136-139), усматривается, что работает в должности заведующей женской консультации Гагаринской ЦРБ. В ее обязанности входит руководство отделением женской консультации, а также она проводит прием пациентов. 23.08.2017 О.В. встала на учет в женскую консультацию с беременностью 7-8 недель. Беременность протекала без осложнений. О.В. была ответственным пациентом, всегда вовремя являлась на обследования. С момента постановки на учет у О.В. был выявлен трихомонадный кольпит, ей было назначено лечение дважды, в ноябре 2017 года после контрольных анализов было установлено, что по данному заболеванию анализы в норме. С 22 ноября по 26 декабря 2017 года она находилась на больничном листе, и не наблюдала за О.В.. В январе 2018 года у О.В. была большая однократная прибавка в весе, <данные изъяты>. При повторном контроле через 3-4 дня вес нормализовался, дважды ее осматривал терапевт В.А., в сентябре 2017 года и в начале января 2018 года, заключение было в обоих случаях, что здорова. Сама она выставляла О.В. диагноз <данные изъяты>, так как она была заядлая курильщица, у нее была одышка. В марте 2018 года она пришла на плановый прием, в ходе которого у нее был взят анализ мочи. На приеме она жаловалась на появление отеков на руках и на ногах, при этом вес у нее был в норме. Анализ мочи показал повышенное содержание белка примерно в 2 раза. В связи с этим О.В. направили в стационар родильного отделения. Она поставила диагноз «<данные изъяты>. На простудные заболевания О.В. не жаловалась, но на последнем приеме у нее была сильная одышка. 19.03.2018 года она легла в родильное отделение. В дальнейшем узнала, что О.В. скончалась от <данные изъяты>.

Из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Т.В., данных ей в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 136-139), и в судебном заседании, видно, что работает в должности заведующей родильным отделением Гагаринской ЦРБ. В должностные обязанности входит общее руководство родильным отделением Гагаринской ЦРБ, контроль за деятельностью врачей и среднего, младшего медицинского персонала, также осуществляет прием пациентов и их лечение. О.В. ей знакома, 19.03.2018 года данный пациент поступил в ее отделение, поступила по направлению врача женской консультации Н.Н. в связи с жалобами на остаточные явления вирусной инфекции, кашель и периодические ноющие боли внизу живота. При поступлении О.В. у нее были взяты общие анализы мочи, крови, биохимический анализ крови, анализ крови на коагулограмму и другие анализы согласно стандартам оказания медицинской помощи беременным женщинам. О.В. поступила с диагнозом «<данные изъяты>». О.В. была осмотрена терапевтом, был выставлен диагноз «острый <данные изъяты>» и были даны рекомендации по лечению. Все анализы О.В. были в пределах нормы, давление при поступлении было в норме 120 на 80 мм. рт. Сама О.В. жаловалась на кашель и говорила, что у нее накануне вся семья болела вирусной инфекцией, температурили. В связи с этим она была госпитализирована в стационар. В ходе лечения проводилась сохраняющая терапия, антибактериальная, защитная терапия плода, противовирусная терапия. О.В. в ходе лечения принимала медицинские препараты <данные изъяты>. Со слов О.В. у нее отмечалось улучшение, претензий к медицинскому персоналу она не высказывала. В ходе лечения постоянно курила и просилась домой в связи с тем, что у нее были проблемы с детьми. 26.03.2018 О.В. сдала повторные анализы для выписки (мочи и крови). У О.В. был плохой анализ мочи, так как в моче было повышено содержание белка, ей был выставлен диагноз «<данные изъяты>». В соответствии с приказом Минздрава России № 572 от 12.11.2012 данная пациента подлежала переводу на другой уровень оказания медицинской помощи беременным женщинам, в связи с чем была в условиях санитарного транспорта переведена в Вяземскую ЦРБ для дальнейшего лечения в родильном отделении. В дальнейшем от сестры О.В. узнала о ее смерти. Выписка, представленная в карточке ФИО5 «Вяземская ЦРБ», была написана ординатором их больницы, она в это время находилась на планерке, данные в выписке представлены из карточки О.В. Выписка, представленная в карточке ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» и у И.А., была написана ей, данные в ней приведены из карточки О.В., и она более подробная.

Из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля О.А., данных ей в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 162-164), усматривается, что состоит в должности врача – акушера-гинеколога ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». В ее обязанности входит прием гинекологических больных, ведение беременных, также она принимает роды, назначается лечение наблюдаемых больных. По поводу нахождения на лечении в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» О.В. она ничего пояснить не может. В будние дни в акушерском отделении ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» не находится, осуществляет деятельность в женской консультации. В акушерском отделении находится только в суточное дежурство. В последних числах марта 2018 года и первых числах апреля 2018 года при осуществлении ею суточных дежурств О.В. ни с какими жалобами не обращалась. При заступлении на дежурство данную пациентку ей не передавали, то есть не было пояснено о необходимости ее наблюдения, а также оказания какой-либо помощи. О том, что О.В. скончалась в «КБ №1» г. Смоленска стало известно от коллег, ее диагноз ей неизвестен.

Из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Т.В., данных ей в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 167-169), видно, что является акушеркой ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», в ее должностные обязанности входит прием родов у пациентов. Акушерское отделение состоит из 3 подразделений (постов), а именно: патология беременных, где находятся женщины до родов, родильный зал, где рожают женщины, послеродовое отделение, в котором находятся женщины с детьми до выписки, на каждом этапе родильницу сопровождают разные акушерки. В один из дней в конце марта 2018 года была на рабочем месте в родильном зале акушерского отделения ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», в этот же день в утреннее время около 7 часов в конце смены к ней обратилась роженица из патологии беременных, впоследствии стало известно, что это О.В., которая сказала, что у нее боли в животе. Она пригласила дежурного врача - ФИО1, которая осмотрела О.В. и сказала, что ей необходимо остаться в родильном зале, так как будет рожать. После чего О.В. была переведена из патологии беременных в предродовую палату родильного блока. О.В. жалоб на состояние здоровья не высказывала, за исключением схваток и болей в животе. Впоследствии в 8 часов она сменилась и трое суток у нее были выходные. Когда вышла на работу, от коллег стало известно, что О.В. родила, а затем была переведена в ОГБУЗ «КБ №1», так как ей был выставлен диагноз <данные изъяты>.

Из оглашенных показаний свидетеля А.А., данных ей на предварительном следствии (том 1 л.д. 170-172, том 3 л.д. 100-104), и в судебном заседании, усматривается, что состоит в должности врача-акушера-гинеколога женской консультации ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». В ее должностные обязанности входит прием женщин и назначение лечения. Периодически она осуществляет дежурства в родильном и гинекологическом отделениях ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» в качестве дежурного врача-акушера-гинеколога. 31.03.2018 она находилась на суточном дежурстве в акушерском отделении. По дежурству предыдущий дежурный врач больных, требующих особого внимания, находящихся в тяжелом состоянии, не передавал, в том числе О.В. В вечернее время к ней обратилась О.В., которая лежала в послеродовой палате, так как родила ребенка. Утром, согласно температурному листу, имеющемуся в истории болезни, температура О.В. была в пределах нормы, вечером О.В. пожаловалась на повышение температуры до 39 градусов, кашель. О.В. больше ничего не поясняла, в том числе о самочувствии в предыдущие дни в отделении больницы. Она пригласила дежурного врача-терапевта, а сама пошла принимать женщину. В это время на операцию в отделение приходила ФИО1, которая подходила к О.В. и сделала запись в истории болезни. С терапевтом она не общалась, ушла к другой больной. В дальнейшем, изучила назначения терапевта, который назначил О.В. рентген органов грудной клетки, <данные изъяты>, повторный анализ крови. До конца дежурства к ней О.В. не подходила и на самочувствие не жаловалась, в ночное время ее не вызывала. Утром при смене дежурства передала дежурному врачу О.В., указав на повышение у нее температуры тела. Она О.В. лечение не назначала, по ее линии никаких жалоб не было. 01.04.2018 температура О.В. была в пределах нормы. Согласно листу назначения в истории болезни О.В. с 27.03.2018 получала антибиотик <данные изъяты> в таблетках 3 раза в день, которые согласно листу назначения получала до 31.03.2018, после заменены на <данные изъяты>. В дальнейшем ей стало известно от коллег, что О.В. перевели в ОГБУЗ «КБ №1», так как ей был выставлен диагноз «<данные изъяты>», где вскоре О.В. скончалась.

Свидетель В.А. в судебном заседании показал, что состоит в должности заведующего терапевтическим отделением Вяземской ЦРБ. В его должностные обязанности входит организация работы терапевтического отделения в целом, а также оказание консультативной помощи пациентам других отделений ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», по направлению лечащего врача. По устной договоренности за ним закреплены консультации в родильном, гинекологическом, хирургическом, неврологическом, наркологическом, инфекционном отделениях ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». Плановая консультация происходит следующим образом: лечащий врач какого-либо отделения сообщает лично либо по телефону о необходимости проведения консультации какому-либо пациенту и он приходит в отделение для оказания консультации, либо лечащий врач направляет пациента в терапевтическое отделение ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» в сопровождении медицинского работника с историей болезни пациента. По поводу оказания консультации О.В., данную консультацию он оказывал О.В. 02.04.2018 по вызову заведующего родильным отделением ФИО1 Она по телефону сообщила ему о необходимости консультации О.В., так как у нее повышенная температура, дежурным врачом М.Н. она была ранее осмотрена 31.03.2018, и поставлен предварительный диагноз – <данные изъяты>. ФИО1 также сообщила, что О.В. было сделано рентгенологическое исследование и имеется снимок. Какого числа было проведено рентгенологическое исследование О.В. не помнит, но не ранее 1-2 апреля 2018 года. Рентгенологический снимок он посмотрел, и исходя из анализа снимка понял, что диагноз у О.В. – <данные изъяты>, подтвердился. В дальнейшем он прибыл в родильное отделение, где осмотрел О.В. и так же подтвердил диагноз, поставленный дежурным врачом М.Н. 31.03.2018, которая ее осматривала. Состояние О.В. было удовлетворительное, она предъявляла жалобы на кашель и просила отпустить ее домой. В связи с тем, что О.В. родила дд.мм.гггг., ее организм был ослаблен, а также в связи с наличием воспалительного процесса в легких было рекомендовано заведующей родильным отделением ФИО1 поместить О.В. в отделение реанимации ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» или направить в перинатальный центр г. Смоленска, что в последствии и было сделано. О.В. 02.04.2018 была направлена реанимобилем на лечение в г. Смоленск. Ранее он О.В. до 02.04.2018 не осматривал, для консультации О.В. в родильное отделение его никто не вызывал. Ни В.В., ни ФИО1 не сообщали о необходимости проведения плановой консультации О.В. до 02.04.2018. 29.03.2018 он выезжал в г. Смоленск для участия в совещании в Смоленской областной больнице. Приходила ли 29.03.2018 для плановой консультации в отделение О.В. ему не известно, и ему никто об этом ничего не говорил. В случае его отсутствия в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» плановую консультацию по направлению лечащего врача мог провести другой врач терапевт терапевтического отделения. Всего в терапевтическом отделении ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» работают 3 врача терапевта: он, Л.Ю. и А.Н., М.Н. являлась в 2018 году врачом-дежурантом, то есть оказывала терапевтическую помощь во время своего дежурства. Дежурства у М.Н. были согласно графику дежурств на месяц. Кроме М.Н. в графике стоят и другие врачи терапевтического отделения ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», а также поликлиники ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». По какой причине лечащий врач О.В. не направил ее для плановой консультации во время отсутствия в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» к другому врачу терапевту, не знает. Направление пациента для консультации врачу другого отделения отражается в дневнике ежедневного осмотра, либо в листе назначения. Им и другими врачами, в случае проведения консультации пациента вносятся записи в историю болезни пациента. После госпитализации О.В. в г. Смоленск, через несколько дней стало известно, что она умерла.

Свидетель В.В. суду показала, что в марте 2018 года работала в должности акушера-гинеколога в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». В должностные обязанности входило оказание медицинской помощи беременным, родильницам и роженицам, находящимся в родильном отделение ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». Также в родильном отделении предусмотрены суточные дежурства, но так как она осуществляет уход за престарелым отцом, то по письменному заявлению на имя главного врача ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» она не осуществляла суточные дежурства. 27 марта 2018 года находилась на рабочем месте в акушерском отделении ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». В 11 часов 20 мин. в санпропускник акушерского отделения поступила О.В. из ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» с диагнозом «<данные изъяты>». В выписки из истории болезни О.В. имелась отметка о ее направлении по договоренности с зав. отделением. При поступлении в ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» О.В. выставлялся диагноз «<данные изъяты>». При переводе в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» О.В. в Гагаринской ЦРБ диагноз «<данные изъяты>» выставлен не был. 27.03.2019 около 11 часов 30 мин. она впервые увидела О.В. в акушерском отделении ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», на посту медицинской сестры, где заполнялась история болезни О.В., медсестрой акушерского отделения, кем именно не помнит. Вместе с ней находилась заведующая акушерского отделения ФИО1 После заполнения истории болезни О.В., она была осмотрена на кушетке рядом с постом медсестры. О.В. она осматривала как лечащий врач, а ФИО1 в качестве заведующей акушерского отделения. Чем регламентирован совместный порядок осмотра вновь поступающих больных в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», не знает. На основании осмотра О.В. ей, совместно с заведующей акушерским отделением ФИО1 был выставлен диагноз: «<данные изъяты>». В ходе осмотра О.В. ей задавался вопрос о наличии жалоб на состояние здоровья, она никаких жалоб не предъявляла. В ходе осмотра О.В. акушеркой у нее были взяты анализы: срочно общий анализ мочи и биохимия крови, которые были готовы в течение часа, после его забора. Также в ходе осмотра были назначены обследования О.В. в соответствии с приказом № 572 Минздрава России: <данные изъяты>. Осмотр О.В. продолжался около 20 минут, результаты осмотра и назначения О.В. были внесены ею в историю болезни сразу же после осмотра. Сразу после осмотра О.В. было назначено и начато лечение <данные изъяты>. Диагноз <данные изъяты> в стадии неполной ремиссии был выставлен О.В. на основании выписки из ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ», в которой содержалась запись о наличии у О.В. на момент поступления в ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» 19.03.2018 диагноза: «<данные изъяты>». Так как антибактериальная терапия лечения <данные изъяты> в соответствии со стандартами оказания медицинской помощи по данному заболеванию предусматривает антибактериальную терапию не менее 10 дней, в связи с чем, ею и ФИО1 было назначено продолжение лечения <данные изъяты>, в виде таблеток. Стандартами оказания медицинской помощи в части лечения <данные изъяты> предусмотрена дозировка <данные изъяты>, в виде таблеток. О.В. было произведено снижение дозы препарата <данные изъяты>, в связи с лабораторными показателями нарушения функции печени, результаты которого были получены в течение 1 часа после забора крови у О.В. в ходе осмотра 27.03.2018. В соответствии с назначением лечения <данные изъяты> О.В., курсовая доза препарата <данные изъяты> была соблюдена. Курсовая доза препарата <данные изъяты> при лечении <данные изъяты> определена стандартами оказания медицинской помощи. Какого-либо отдельного медицинского стандарта для лечения <данные изъяты> у беременных нет, в связи с чем, при продолжении лечения <данные изъяты> О.В., ею была определена доза препарата <данные изъяты>, а также в соответствии по медицинскому применению препарата <данные изъяты>. Данные назначения лечения О.В. были согласованы с заведующей отделением ФИО1 Также О.В. была назначена консультация врачом терапевтом в плановом порядке. Плановый порядок консультации врача терапевта подразумевает под собой осмотр пациента после проведения необходимых обследований. Чем регламентирован срок, в течение которого должна быть проведена плановая консультация, не знает, знает, что в срок не позднее 3 суток с момента поступления пациента в отделение, поскольку в течение 3 суток должен быть выставлен клинический диагноз пациенту. Так, О.В. была назначена консультация врача терапевта на 29.03.2018, так как к этой дате были готовы все анализы и обследования. 29.03.2018 консультация врачом терапевтом О.В. не была проведена, как и от кого об этом узнала, не помнит. Ей стало известно, возможно от самой О.В., о том, что врач терапевт – заведующий терапевтическим отделением В.А. уехал в командировку. Так как не было экстренной необходимости в консультации врачом терапевтом О.В., жалоб она никаких не предъявляла на состояние здоровья, не истек предельный срок выставления ей клинического диагноза, то 29.03.2018 она не стала искать другого врача терапевта для плановой консультации. О.В. была направлена для консультации к заведующему терапевтическим отделением В.А., так как он консультирует пациентов родильного отделения. Кто определил такой порядок не знает, это происходит по сложившейся практике, плановые консультации пациентов других отделений осуществляют заведующие профильных отделений. Рентгенография грудной клетки О.В. не проводилась, так как она проводится беременным женщинам в исключительных случаях по назначению терапевта. Рабочий день заканчивается в 15 час. 42 мин., дальнейшее медицинское сопровождение пациентов осуществляется дежурным врачом до 8-00 часов следующего дня. дд.мм.гггг. около 8 часов пришла на работу и узнала, что О.В. находится в родильном блоке. Поскольку 29.03.2018 с 15 часов, после окончания её рабочего дня, ФИО1 заступила на очередное дежурство до 8-00 часов дд.мм.гггг., то она являлась лечащим врачом О.В., а также с момента поступления О.В. в родильный блок в 7-00 часов дд.мм.гггг. и далее ФИО1 как дежурный врач, являлась лечащим врачом О.В. В марте 2018 года лечащим врачом в послеродовых палатах и родильном блоке была ФИО1, согласно графику работы системы чередования. Для того чтобы квалификация врачей акушеров ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» не понижалась, введена система чередования внутри родильного отделения. Каждые 2-3 месяца все врачи акушеры родильного отделения ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» она, А.Н. и ФИО1 становятся поочередно лечащими врачами родильного блока, послеродовых палат и палат патологии беременности. В марте 2018 года она была лечащим врачом палат патологии беременности, куда поступила О.В. первоначально. Как в дальнейшем происходило лечение О.В. заведующей родильного отделения ФИО1, не знает. 02.04.2018 по приходу на работу от медперсонала родильного отделения узнала, что у О.В. диагностирована <данные изъяты>, в связи с чем, для дальнейшего лечения она была переведена в г. Смоленск. Позже стало известно о смерти О.В. в больнице в г. Смоленска.

Из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля М.Н., данных ей в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 185-187), установлено, что является акушеркой ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». В ее обязанности входит прием родов, установка капельниц. В один из дней в конце марта 2018 года заступила на суточное дежурство. Вместе с ней дежурила заведующая гинекологическим отделением ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» А.В., акушерка Л.И. А.В. являлась дежурным врачом. По заступлении на смену ей акушерка предыдущей смены сказала, что в отделении находится женщина, у которой высокая температура после родов, а именно О.В., температура у нее была не ниже 38 градусов. В течение дежурных суток она по назначению врача внутримышечно вводила антибиотики. Также ей было назначено рентгенографическое исследование грудной клетки, легких. В этот же день О.В. была доставлена в рентгенкабинет, рентгенснимки с описанием были предоставлены на следующий день в понедельник, и были переданы дежурному врачу. Проводились ли ею еще какие-то манипуляции с О.В., не помнит, каких-либо манипуляций не указанных в истории болезни врачом, ею не производились. По окончании дежурства, ушла домой, в дальнейшем узнала, что О.В. перевели в ОГБУЗ «КБ №1» г. Смоленска, по какой причине, ей неизвестно.

Аналогичные показания были установлены из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Л.И., данных ей в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 188-190) и в судебном заседании.

Из оглашенных показаний свидетеля А.И., данных ей в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 191-193, том 3 л.д. 87-89), и в суде, видно, что работает в должности врача акушера – гинеколога женской консультации ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». В 2018 году она также выполняла обязанности врача-дежуранта акушера-гинеколога. Акушерское отделение подразделяется на отделение патологии беременных, родильный блок и послеродовое отделение. Отдельно расположено гинекологическое отделение, где получают лечение женщины с гинекологической патологией и женщины беременные с угрозой выкидыша на сроке до 22 недель. дд.мм.гггг. года с 15 часов заступила на дежурство по вышеуказанным отделениям до 08 часов 31.03.2018. Кто был лечащим врачом в послеродовом отделении, не помнит. Помнит, что при заступлении на дежурство, ей пациентов, требующих особого внимания, не передавали, пациентку О.В. наглядно не помнит. За время дежурства от О.В. жалоб не было. От среднего медперсонала, которые могли указать на ухудшение ее состояния или поступившие от нее жалобы, не было. В ином случае она бы отразила данный факт в истории болезни и при необходимости вызвала узкопрофильных специалистов. С каким диагнозом находилась О.В., какие назначения у нее были согласно истории болезни, не помнит. Вечером дд.мм.гггг. ею проводился плановый обход пациентов отделений, жалоб О.В. не предъявляла, температуры не было. Назначение медикаментов происходит по назначению лечащего врача, при этом исполняют назначения средний медицинский персонал. Дежурный врач может внести изменения в назначения в том случае, если появляются жалобы больного или состояние ухудшается. О чем при смене дежурства обязательно сообщается следующему дежурному доктору в выходной день; лечащему и заведующей отделением в рабочий день. При поступлении больного в стационарное отделение, пациенту устанавливается предварительный диагноз, состоящий из основного заболевания, сопутствующего заболевания и осложнений, который должен быть подтвержден в течение трех дней, а именно поставлен клинический диагноз. Если женщина переводится из отделения патологии, в родильный блок и послеродовое отделение, то сопутствующий диагноз в случае его подтверждения сохраняется в формулировке клинического диагноза. В случае если сопутствующий диагноз не подтвержден, но не прошло установленного времени клинических проявлений для постановки клинического диагноза, то он оставляется под вопросом при переводе из отделения в отделения и требует подтверждения и определенного лечения. Про состояние больной О.В. не осведомлена, в ее дежурство от О.В. никаких жалоб не поступало.

Из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля И.Л., данных ей в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 194-196), установлено, что является акушеркой ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». В ее обязанности входит наблюдение за женщинами в предродовой палате, принятие родов и наблюдение за женщинами в течении 2-х часов после родов. дд.мм.гггг. в 8 часов заступила на суточное дежурство в качестве акушерки родильного блока акушерского отделения ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». В этот день на дежурстве находилась заведующая акушерским отделением ФИО1 При заступлении на дежурство в предродовой палате родильного блока находилась О.В., у которой были схватки. Ею с О.В. была проведена беседа, затем она измерила давление, пульс и температуру О.В. и послушала сердцебиение плода. Согласно полученным данным каких-либо отклонений выявлено не было, все параметры были в норме. Впоследствии через 30 минут она снова измерила давление, пульс и температуру О.В. и послушала сердцебиение плода, все параметры были в норме. В 08 часов 30 минут ФИО1 было разрешено О.В. тужиться, она все это время находилась рядом с ней. В 08 часов 40 минут О.В. родила ребенка, роды прошли в плановом режиме, проблем не было. После чего, в течение 2 часов О.В. находилась под наблюдением ее и ФИО1 в родильном зале родильного блока акушерского отделения. На протяжении этих двух часов отклонений не было, О.В. была в хорошем состоянии. В 10 часов 50 минут О.В. была переведена в послеродовое отделение акушерского отделения, больше О.В. она не видела. В ходе общения с ней, было видно, что О.В. находилась в хорошей физической форме, все жизненные показатели были в норме, жалоб на здоровье О.В. не высказывала. В дальнейшем ей стало известно, что О.В. перевели в г. Смоленск, где она скончалась в ОГБУЗ «КБ №1».

Из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Л.А., данных ей в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 199-201), видно, что является акушеркой ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». В марте 2018 года она осуществляла деятельность в отделении патологии акушерского отделения ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». 27.03.2018 в отделение патологии акушерского отделения поступила О.В. 29.03.2018 в 08 часов заступила на дежурную смену, познакомилась с О.В. Ею осуществлялись назначенные врачом О.В. процедуры, она ей делала капельницы магнезии. На протяжении дежурства неоднократно измеряла О.В. давление, раздавались женщинам отделения градусники для измерения температуры. О.В. на повышение температуры не жаловалась, других жалоб на здоровье не высказывала. дд.мм.гггг. в 08 часов ее смена закончилась. 02.04.2018 прибыла утром на работу, где стало известно, что дд.мм.гггг. О.В. родила ребенка, роды прошли хорошо и она находится в послеродовой палате акушерского отделения, а также, что ее осматривал терапевт и поставили диагноз «<данные изъяты>». О.В. дд.мм.гггг. перевели в г. Смоленск, где она умерла.

Аналогичные показания были установлены из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Н.Ф. (том 1 л.д. 202-204), данных ей в ходе предварительного следствия.

Из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Е.Л., данных ей в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 205-207), видно, что является акушеркой в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». 29.03.2018 в 08 часов заступила на дежурство в качестве дежурной акушерки послеродового отделения акушерского отделения. В эту дежурную смену с О.В. не контактировала. 02.04.2018 с 08 часов она снова заступила на дежурство, ей стало известно, что в одной из палат находится О.В., которая дд.мм.гггг. родила ребенка и была переведена к ним. В первой половине дня врачом-акушером-гинекологом ФИО1 был проведен осмотр и обход женщин в послеродовом отделении и даны назначения, в том числе и О.В.. О.В. жалоб на здоровье не высказывала и планировала выписываться домой. Затем она стала выполнять назначение врача, О.В. была поставлена капельница <данные изъяты>, назначенный в этот день врачом–терапевтом. О.В. был поставлен диагноз «<данные изъяты>». В дальнейшем врач сказала, что О.В. будут переводить в г. Смоленск, во второй половине дня на автомашине скорой помощи из г. Смоленска она проводила О.В.. О.В. дошла до машины самостоятельно, но чувствовала себя плохо, у нее была одышка, но при этом жалоб на здоровье она не высказывала. В дальнейшем ей стало известно, что О.В. скончалась в больнице в г. Смоленске.

Из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля А.В., данных ей в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 208-210, том 3 л.д. 95-99), усматривается, что состоит в должности заведующей гинекологическим отделение ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». В ее должностные обязанности входит как заведующей общее руководство отделением, оформление отчетности, лечебная практика, осуществление деятельности в качестве врача-гинеколога, а именно проводит операции, прием и консультации женщин, назначает при необходимости лечение, дежурит в качестве врача-гинеколога в том числе в акушерском отделении ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», при этом в обязанности входит оказание акушерской и гинекологической помощи пациенткам, поступающим в указанные отделения и находящиеся в них. 01.04.2018 в 08 часов до 08 часов следующего дня заступила на суточное дежурство в качестве врача-гинеколога в гинекологическое и акушерское отделения ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». По дежурству на словах без записи в истории болезни предыдущим дежурным врачом ей была передана больная О.В., у которой была повышена температура и подозрение <данные изъяты>. При осмотре меддокументации установлено, что 31.03.2018 в вечернее время О.В. была осмотрена врачом-терапевтом, был выставлен диагноз «<данные изъяты>», и даны назначения, а также назначено проведение <данные изъяты>. В течение дежурства все назначения О.В. продолжали выполняться. Была проведена рентгенография органов грудной клетки, расшифровки не было, так как у врача-рентгенолога был выходной день. Согласно записи истории болезни, у больной были жалобы при движении в грудной клетки справа. Давление 130/80, пульс 88 в минуту, ЧДД -20 в минуту. Утром температура была 35,5, а к вечеру повысилась до 38,2, в связи с чем О.В. было назначено жаропонижающее – <данные изъяты>, на кашель не жаловалась. Гинекологический статус соответствовал суткам после родов. В связи с повышенной температурой тела О.В., было принято решение поместить ребенка в детский блок. Дежурный врач-терапевт ею не вызывался, так как состояние О.В. не ухудшалось, оставалось стабильным, состояние было ближе к удовлетворительному. Согласно назначению был взят общий анализ крови, по которому показатели (лейкоциты и СОЭ) повышены, соответствовали воспалительному процессу. С О.В. она беседовала по поводу состояния, о том, как она себя чувствовала в предыдущие дни, О.В. не сообщала. Заведующая ФИО1 приходила 31.03.2018 и осматривала О.В., ею была назначена консультация врача-терапевта, на следующий день, в ее дежурство, ФИО1 не приходила, так как был выходной день. 02.04.2018 ею была передана ФИО1 больная О.В., описано ее самочувствие за время дежурства. В дальнейшем она сменилась и О.В. больше не видела.

Из оглашенных показаний свидетеля Н.В., данных ей в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 213-215), и в суде, установлено, что является акушеркой в послеродовом отделении ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». В конце марта 2018 года в 08 часов заступила на дежурство вместе с врачом-акушером–гинекологом А.А.. При заступлении О.В. ей передана не была, то есть ей не было известно о том, что ей необходимо дополнительное внимание, о том, что у нее были какие-то жалобы. Примерно в 08 часов 10 минут она вместе с А.А. делала обход пациентов. О.В. жалоб на здоровье и самочувствие не предъявляла. Примерно в обеденное время к ней обратилась О.В., она подошла к ней в процедурном кабинете и пояснила, что у нее болит под лопаткой, боль «тупая». Поставила в известность А.А., которая указала на необходимость инъекции <данные изъяты>. Ею была сделана инъекция в объеме 2 мл., после чего О.В. ушла в палату. Примерно в 18 часов была измерена температура тела О.В., которая была около 38 градусов, о чем сообщила А.А., которая вызвала дежурного терапевта. Терапевтом после осмотра назначена литическая смесь (<данные изъяты>), а также антибиотик. Ею были выполнены данные назначения, <данные изъяты> смесь была введена один раз, температура тела О.В. примерно через час была в норме. Ночью она заходила в палату к О.В., узнать состояние, О.В. спала. Во время дежурства кашля у нее не наблюдала. Утром следующего дня передала О.В. акушерке следующей смены. Ею были выполнены в отношении О.В. только медицинские мероприятия, которые были назначены врачом А.А. и врачом-терапевтом, осмотревшим О.В. в ее дежурство.

Из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля М.Н., данных ей в ходе предварительного следствия (том 3 л.д. 69-72, 79-82), усматривается, что со 2 сентября 2019 года работает в должности врача-кардиолога в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». С 13 октября 2017 года она находилась в должности врача-дежуранта стажера терапевтического отделения ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», как стажер была закреплена за заведующим В.А. В ее обязанности входило наблюдение за пациентами стационара терапевтического отделения, консультирование пациентов других отделений на суточном дежурстве. Ей известно, что при поступлении пациента в стационарные отделения ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» (разной направленности) по показаниям осуществляется консультация врача-терапевта. Консультация осуществляется при наличии кардиограммы, результатов анализов и соответствующих жалоб пациента. 31 марта 2018 года в 08 часов это была суббота, заступила на суточное дежурство в терапевтическое отделение ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». На дежурстве ее могут вызвать в любое отделение больницы при необходимости. В вечернее время, ее вызвал дежурный доктор из послеродового отделения для консультации О.В. в связи с ухудшением состояния, кто был дежурным доктором, не помнит. Когда она пришла в отделение, то ее медсестры сопроводили в послеродовую палату, где находилась О.В. с ребенком. Расспросила ее о самочувствии, пациентка жаловалась на повышение температуры, при этом поясняла, что температура у нее в течение трех последних дней поднимается, говорила, что температура поднималась до 37 градусов, но точно утверждать не может, было ли это отмечено в температурном листе за последние дни, не помнит, так как прошло много времени. Со слов О.В. она об этом говорила лечащему врачу, а также пояснила, что ей делали укол <данные изъяты>, но в какой день, не знает, было ли указано об этом в листе назначения в истории болезни, пояснить не может. Все назначения больному должны быть отражены в листе назначения в истории болезни. Помнит, что 31.03.2018, когда проводила осмотр О.В., то в истории болезни была сделана запись дежурного врача о повышении температуры больной, жалобы на кашель и о консультации терапевта. На начало осмотра О.В. пояснила, что в течение дня у нее поднялась температура до 38-39 градусов, появился сухой кашель и боли в грудной клетке. Сама температуру О.В. не мерила, так как она была измерена уже до ее прихода медсестрами, температура была повышена, точное значение не помнит. В ходе беседы она спросила, не болел ли кто-либо из ее окружения, на что О.В. ответила отрицательно, пояснила, что выходила на улицу без куртки, но в какой день и как долго была на улице, не уточняла. После она произвела физикальный осмотр - прощупала грудную клетку, провела простукивание грудной клетки, произвела прослушивание легких. При прослушивании легких ею было отмечено ослабленное дыхание справа в нижнем отделе и сухие рассеянные хрипы на всей поверхности легких. Также было измерено давление, которое держалось на высоких цифрах, каких точно, указать в настоящее время не может. После ею был выставлен предварительный диагноз «<данные изъяты>», больной было назначено проведение рентгенографии органов грудной клетки, контроль общего анализа в крови, назначено лечение. Принимала ли больная до этого антибиотики, если да, то какие именно и в какой дозировке, сказать не может, что было написано в листе назначения, не помнит. О.В. было назначено антибиотикотерапия <данные изъяты> как жаропонижающий препарат, а также <данные изъяты> в уколе. Писала ли она в листе назначение о повторной консультации дежурного врача-терапевта, не помнит, так как прошло много времени, об этом будет указано в карте стационарного больного, также была назначена плановая консультация у врача-терапевта на 02.04.2018. Так как она производила осмотр в выходной день, то в случае ухудшения состояния больной дежурный врач должен был и имел право вызвать дежурного–терапевта повторно. После осмотра ушла, в течение ночи ее не вызывали. 01.04.2018 в 08 часов она сменилась, при этом новому дежурному доктору при смене дежурства пояснила, что ее вызывали в послеродовое отделение к женщине предположительно с диагнозом «<данные изъяты>». Сам дежурный доктор, заступая на новую смену пациентов из других отделений по прошлому дежурству не консультирует, если не поступает повторная заявка. По прошествии нескольких дней, на одном из дежурств ей стало известно, что О.В. была госпитализирована в г. Смоленск, где скончалась.

Из оглашенных показаний свидетеля С.А., данных ей в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 64-66), и в судебном заседании, видно, что состоит в должности заведующей отделением пульмонологии ОГБУЗ «Клиническая больница №1», в области медицины она работает с 1970 года. В ее должностные обязанности входит оказывать медицинскую помощь больным, а также общее руководство отделением согласно должностной инструкции. 02.04.2018 в 17 часов 20 минут в реанимационно-анестезиологическое отделение ОГБУЗ «КБ №1» из ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» поступила больная О.В. 03.04.2018 ей стало известно о том, что поступила больная О.В. с диагнозом: <данные изъяты>. 03.04.2018 в 09 часов 00 минут ею совместно с доцентом кафедры терапии А.О. и заведующим реанимационным отделением С.В. был проведен осмотр О.В. На момент осмотра О.В. находилась в тяжелом состоянии, в сознании. В ходе осмотра было установлено число дыхательных движений 30 в минуту, сатурация (насыщение организма кислородом) 87 %, пульс 118 в минуту, тоны сердца аритмичны и приглушены, артериальное давление 140/70, живот мягкий, безболезненный. После чего было назначено дообследование, <данные изъяты>. Впоследствии осуществлялось лечение согласно данным назначениям. После проведения рентгенографии органов грудной клетки 03.04.18 выявлена двусторонняя <данные изъяты>. 04.04.2018 в связи с тяжестью состояния О.В. в 10 часов был проведен консилиум в составе помимо нее - профессора А.А., доцента А.О., заведующего РАО С.В. В ходе консилиума было принято решение перевести больную на искусственную вентиляцию легких, в связи с тяжелым состоянием. В 14 часов О.В. была подключена к аппарату искусственной вентиляции легких, далее проводилось лечение согласно стандартам лечения. 05.04.18 в 09 часов ею совместно с С.В. был проведен осмотр О.В., состояние которой было без изменений. 07-08 апреля 2018 года были выходные дни, ее на работе не было, осмотр О.В. производился дежурным врачом. 09.04.2018 в 08 часов 45 мин. ею, совместно с и.о. заведующего ФИО6 проводился осмотр О.В., в ходе осмотра было выявлено, что состояние больной остается тяжелое, <данные изъяты>, было решено провести консилиум. 09.04.2018 в 11 часов был проведен консилиум в составе нее, заместителя главного врача по лечебной работе Л.Н., заместителя главного врача по акушерству и гинекологии Т.А., заведующей отделения гемодиализа Е.А., профессором А.А., доцентом А.О., профессором А.В., и.о. ФИО6, клиническим фармакологом Ю.В., доцентом кафедры хирургии С.В. <данные изъяты>. После помещения О.В. в хирургическое отделение она не принимала участие в ее лечении. дд.мм.гггг. утром она узнала от сотрудников ОГБУЗ «КБ №1», что в отделение гемодиализа скончалась О.В.

Из оглашенных показаний свидетеля С.В., данных им в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 144-146), и в судебном заседании, усматривается, что работает в должности заведующего отделения реанимации ОГБУЗ «Клиническая больница №1». В его обязанности входит организация работы и лечение пациентов, находящихся в отделении. Он точно не помнит, когда, но в его отделение поступила О.В., которой был выставлен диагноз «<данные изъяты>». Она поступила в его отделение из Вяземской ЦРБ. У нее была дыхательная недостаточность, в связи с чем она была переведена на искусственную вентиляцию легких, вроде бы в день поступления, и получала терапию соответственно с поставленным ей диагнозом. Лечащим врачом О.В. являлся врач отделения пульмонологии. В его отделении она находилась около 10 дней, потом была переведена в хирургию, для проведения оперативного вмешательства, на операцию направили врачи-хирурги отделения хирургии и врачи гинекологии. В его отделении О.В. оказывалась медицинская помощь в виде инфузионной и антибактериальной терапии, ей вводились лекарственные препараты, вероятнее всего «<данные изъяты>» и ряд других препаратов, направленных на проведение дезентаксионной терапии и коррекции гомеостаза. О.В. умерла не в его отделении, а после оперативного вмешательства в отделении реанимации хирургического корпуса. Думает, что проведение оперативного вмешательства пациентки О.В. было оперативно, то есть своевременно. В соответствии со стандартами оказания медицинской помощи, при нахождении О.В. в его отделении, необходимо было проведение посиндромной и заместительной терапии. В его отделение О.В. поступила с заболеванием <данные изъяты>. Причиной смерти О.В. явилась <данные изъяты>, которая развилась в его отделении. <данные изъяты>.

Аналогичные показания были установлены из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля А.В. (том 1 л.д. 67-69), данных им в ходе предварительного следствия.

Свидетель Е.А. в судебном заседании показала, что являлась заведующей отделения гемодиализа ОГБУЗ «Клиническая больница №1». В должностные обязанности входит общее руководство отделением, контроль выполнения и оказания медицинской помощи пациентам с хронической и острой почечной недостаточностью. 06.04.2018 она находилась на рабочем месте, в 15 часов 20 минут она была приглашена врачом реаниматологом С.В. в отделение РАО для консультации больной, ей была предоставлена медицинская документация больной. В ходе осмотра 07.04.2018 были даны рекомендации <данные изъяты>. 09.04.2018 был собран консилиум, по результатам которого принято решение <данные изъяты>. В этот же день О.В. в отделении хирургии была проведена операция: «<данные изъяты>. дд.мм.гггг. О.В. в крайне тяжелом состоянии переведена в отделение гемодиализа, при этом она фактически находилась в условиях РАО. дд.мм.гггг. кто-то из работников РАО сообщил о смерти О.В.

Из оглашенных в суде в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля И.В., данных им в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 147-148), усматривается, что он является врачом-хирургом ОГБУЗ «Клиническая больница №1». В его обязанности входит оказание хирургической помощи больным, консультативная помощь в смежных отделениях. В один из дней в апреле 2018 года в реанимационном отделении терапевтического корпуса находилась О.В. Насколько помнит, она проходила лечение в пульмонологическом отделении больницы, куда поступила из Вяземской ЦРБ. В один из дней, когда дежурил, был вызван на консультацию дежурным реаниматологом, для консультации по поводу О.В.. Детали не помнит, он осмотрел ее, хирургической патологии у больной не было, не было оснований для хирургического вмешательства. Ее лечили по поводу <данные изъяты>. Какие рекомендации дал в медицинской карте, не помнит. В соответствии со стандартами оказания медицинской помощи, при вызове на консультацию дежурным реаниматологом он: <данные изъяты>. При осмотре О.В. выявить у нее <данные изъяты>, он не мог, и никто не мог его выявить, потому что это уже делается на основании гистологических исследований, посмертных. <данные изъяты> у нее выявили и от нее лечили. Диагноз, выставленный О.В., <данные изъяты> При осмотре им О.В. не было установлено оснований для хирургического вмешательства. 09.04.2018 ей была проведена в хирургическом отделении операция, ее прооперировали гинекологи, какие были основания, ему не известно.

Свидетель Л.С. в судебном заседании показала, что с 2017 года является и.о. заведующей гинекологическим отделением ОГБУЗ «Клиническая больница №1». О нахождении О.В. в больницы знала с самого начала, но врачи отделения и сама к лечению данной пациентки отношения не имели. Около 12 часов 09.04.2018 ее включили в бригаду по операции О.В., она была на операции ассистентом врача Т.А., операция началась около 13 часов. В ходе операции установленных данных о <данные изъяты> не было. <данные изъяты>. Операция прошла без осложнений.

Свидетель А.Б. в судебном заседании показала, что с 1997 года принята на работу на кафедру акушерства и гинекологии с курсом перинатальной диагностики в Смоленскую медицинскую академию на должности ассистента (преподавателя), с 2004 года в вышеназванной организации в должности доцента. По роду своей деятельности привлекается департаментом Смоленской области по здравоохранению при проведении проверок деятельности медицинских организаций в области. Она входила в состав комиссии по внеплановой проверки департамента Смоленской области по здравоохранению, на основании приказа ХХХ от 20.04.2018, в составе которой также были А.В. главный специалист отдела ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности управления ведомственного контроля и анализа медицинской деятельности в Департаменте Смоленской области по здравоохранению, Т.П. начальник отдела ведомственного контроля и безопасности медицинской деятельности, управления ведомственного контроля и анализа медицинской деятельности Департамента Смоленской области по здравоохранению, О.С. начальник отдела организации медицинской помощи детям и службы родовспоможения Управления организации медицинской помощи населению Департамента Смоленской области по здравоохранению. Целью проверки являлось качество оказания медицинской помощи О.В. в ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ», ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» и ОГБУЗ «КБ-1». В ходе изучения ею медицинской документации О.В. по ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ», ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», ОГБУЗ «КБ-1» было установлено, что настоящая беременность протекала у пациентки на неблагоприятном соматическом фоне, <данные изъяты>. 19.03.2018 в 09 часов О.В. поступила в акушерское отделение «Гагаринская ЦРБ» с жалобами на кашель, заложенность носа, боли внизу живота. <данные изъяты>. 20.03.2018 осмотрена терапевтом, установлен диагноз «<данные изъяты>», назначена соответствующая терапия. Проведено обследование беременной, выявлена гипертензия, изменения показателей крови и мочи, что свидетельствовало у пациентки развитию <данные изъяты>, в связи с чем О.В. переведена в стационар более высокого уровня в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». 27.03.2018 О.В. поступила в акушерское отделении ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» с диагнозом «<данные изъяты>». В течение 3 дней проводилось наблюдение за пациенткой, лечение преэклампсии, антибактериальная терапия <данные изъяты>. Назначенный антибактериальный препарат – <данные изъяты> применялся в неоправданно низкой дозировке соответственно заболеванию. <данные изъяты>. дд.мм.гггг. произошли 3-и своевременные роды. 31.03.2018 состояние пациентки ухудшилось, появился кашель, боль в грудной клетки, повышение температуры тела до 38 градусов. Осмотрена терапевтом, установлен диагноз <данные изъяты>, назначена рентгенография органов грудной клетки, при которой выявлено <данные изъяты>. Произведена смена антибиотиков на <данные изъяты>. Последующие 12 часов тяжесть состояния родильницы нарастало, появились признаки дыхательной недостаточности (одышка). При дальнейшем лечении переведена в «Клиническую больницу №1 г. Смоленска» 02.04.2018 с диагнозом: «<данные изъяты>». При поступлении состояние больной расценено как тяжелое. Для дальнейшего лечения переведена в отделение реанимации. В течение последующих 8 дней состояние больной прогрессивно ухудшалось. <данные изъяты>. Проводились неоднократно консилиумы ведущих специалистов. <данные изъяты>. В послеоперационном периоде состояние больной оставалось крайне тяжелым и дд.мм.гггг. зафиксирована биологическая смерть. При рецензии медицинской документации имелись замечания по ведению и лечению беременной в условиях Гагаринской ЦРБ и Вяземской ЦРБ: не выполнен базовый спектр обследования беременных женщин, неадекватное лечение <данные изъяты>. В Вяземской ЦРБ имело место недооценка степени тяжести беременной с острой инфекцией дыхательных путей. Назначенная антибактериальная терапия не была адекватна заболеванию. Не уделено должного внимания оценки состояния дыхательной системы у беременной. Замечаний по ведению пациентки в условиях «КБ-1» г. Смоленска нет. Непосредственной причиной смерти О.В. явилась <данные изъяты>, смерть непредотвратима ввиду тяжести основных заболеваний и осложнений.

Аналогичные показания были установлены из показаний свидетелей А.В., Т.П. и О.С., данных ими в ходе судебного заседания.

Свидетель-эксперт И.А. в судебном заседании показал, что на базе учреждения – Военно-медицинская академия была создана комиссия, для проведения исследований по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи О.В., дд.мм.гггг. года рождения, по итогам которых комиссией было дано заключение. При проведении экспертизы были установлены ряд недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи О.В.. При исследовании истории родов ХХХ из ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» выявлены следующие недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи: своевременно не диагностирован продолжающийся инфекционный процесс в органах дыхания (<данные изъяты>); своевременно не выполнена рентгенография грудной клетки; отсутствует оценка состояния органов дыхания до 31.03.2018; недостаточность и нерациональность назначенной антимикробной терапии; не была подавлена лактация при наличии тяжелого инфекционного процесса. При своевременной диагностике <данные изъяты> на данном этапе и адекватной антибактериальной терапии смертельный исход у О.В. был бы предотвращен. Отсутствие подавления лактации не повлияло на течение заболевания у О.В. и не находится в причинно-следственной связи с наступлением ее смерти. Между остальными указанными недостатками (дефектами) оказания медицинской помощи и наступлением неблагоприятного исхода (смерти) О.В. имеется причинно-следственная связь. При определении характера причинно-следственной связи доказыванию подлежит невозможность или возможность наступления негативных последствий в отсутствие выявленных недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи. Экспертная комиссия считает, что наступление негативных последствий (смерти пациентки) событием маловероятным в отсутствие выявленных недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи, ввиду чего определяет характер причинно-следственной связи между этими недостатками и неблагоприятным исходом как «прямая». При проведении экспертизы также были выявлены недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи ОГБУЗ «Клиническая больница № 1», но между указанными недостатками (дефектами) оказания медицинской помощи и наступлением неблагоприятного исхода (смерти пациентки) О.В. прямая причинно-следственная связь не усматривается.

Свидетель-эксперт Н.А. показал, что является доцентом кафедры «Акушерство и гинекология им. С.Н. Давыдова», работает в Военно-медицинской академии имени С.М. Кирова и СЗГМУ имени И.И. Мечникова. На базе учреждения – Военно-медицинская академия была создана комиссия, для проведения исследований по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи О.В., дд.мм.гггг. года рождения, по итогам которых комиссией было дано заключение. Он был привлечен как специалист в области акушерства и гинекологии. При проведении экспертизы были установлены ряд недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи О.В.. Первый недостаток, что доза антибиотиков О.В., в частности <данные изъяты>, была назначена не рационально, крайне низкая дозировка, даже ниже допустимой по аннотации, надо было назначать максимальную. Второе нарушение в том, что ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» был назначен <данные изъяты>, был проведен курс лечения около недели, по истории родов было написано, что получена достаточно отчетливая положительная динамика. Но с другой стороны, женщину переводят в акушерский стационар 2 группы, где диагностируют остаточные явления, может даже продолжающиеся явления, которые были снижены этой недостаточной дозой антибиотика, и ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» делает основную ошибку при назначении антибиотика – назначает тот же самый антибиотик, эффективность которого уже никакая. ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» показала свою полную несостоятельность, самая важная ошибка, что антибиотик продолжался тот же самый. На протяжении госпитализации в ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» лечение данным антибиотиком не получило полного эффекта, поэтому должна была быть смена антибиотика, доза тоже была неправильная, но это уже вторая ошибка. Температура после родов у О.В. повысилась до 39°С, что говорит об инфекционном процессе и его течении, а заведующая отделением и врачи не могли сказать с большой долей вероятности, что был инфекционный процесс, потому что женщина была не дообследована.

Согласно представленным документам, О.В. амоксиклав был отменен еще в условиях ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ», то есть между продолжением этой терапии в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» и окончанием терапии в ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» есть промежуток, это тоже не допустимо. Считается, что Вяземская ЦРБ начала курс терапии второй раз, в маленьких неэффективных дозах продолжили эту антибактериальную терапию. В истории болезни Гагаринской ЦРБ О.В. не было зафиксировано, что терапия <данные изъяты> была продолжена. В данной ситуации, и в ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» есть ошибки, и в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», и достаточные ошибки в ОГБУЗ «Клиническая больница № 1», но основная получается в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». То есть, получается, состояние О.В. не правильно расценили на условиях приемного покоя, потому что ее привезли с <данные изъяты>, которую ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» и женская консультация в Гагаринской ЦРБ вообще не видели. В Вяземской ЦРБ правильно диагностировали, но к соматическому заболеванию <данные изъяты> они отнеслись как к вылеченному процессу, а на самом деле его перевели в субклиническую форму маленькими дозами <данные изъяты> и его еще продолжили.

Диагноз - <данные изъяты> безусловно, возможно не сыграла роль в смертельном исходе О.В., но во многом нарушила жизненные функции организма. Сепсис не был диагностирован, потому что одно из проявлений <данные изъяты> – это высокое давление. Именно этого симптома не хватило, потому что сепсис – это три симптома, в том числе сниженное давление и тогда бы диагноз был бы ясен и уже в ОГБУЗ «Клиническая больница № 1» провели бы адекватное лечение. <данные изъяты>. Если смотреть и анализировать все предоставленные медицинские документы в отношении О.В., то только ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» смогла этот диагноз как-то квалифицировать, но это тоже текло от основного соматического заболевания, которое продолжало идти еще с ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ», но с неадекватным выбором антибиотика и неадекватной дозой, он перешел в такую стертую форму. <данные изъяты>. Назначенная доза гипотензивных препаратов тоже была низкая.

В заключении указано, что причиной смерти О.В. является <данные изъяты>. Что касается акушерской стороны вопроса, то каких-то дефектов в диагностике в Вяземской ЦРБ не усматривается, даже наоборот своевременно была диагностирована <данные изъяты>, чего не было на этапе ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ». Но в плане соматического диагноза, то на этапе приемного покоя ее должен был осмотреть терапевт, потому что они, как и ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ», не должны были брать в акушерский стерильный стационар женщину с таким заболеванием. Врач приемного покоя не должен брать на себя ответственность, он должен был вызвать терапевта, привезти, если есть такие технические возможности в стационар более высшего уровня, потому что перинатальный центр г. Смоленска должен брать на себя всех таких пациентов. ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» вообще не должна была брать пациента, потому что это стационар первой группы, это противоречит приказу ХХХ «Об утверждении Порядка оказания медицинско помощи по профилю «акушерство и гинекология». ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» правильно сделала, что выявив вот этот процесс, который они не выявили на этапе поступления в стационар, мгновенно перевели ее в ОГБУЗ «Клиническая больница № 1», но на этапе поступления женщины в стационар ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» есть дефекты организации.

Если бы сепсис был установлен своевременно, то лечение кардинально поменялось, скорее всего, её бы быстрее перевели на аппарат ИВЛ, назначили другие объемы интенсивной терапии, потому что при наличии сепсиса – это целый стандарт, который длился на протяжении всего ее нахождения в ОГБУЗ «Клиническая больница № 1». Может быть, этот стандарт по большому счету и был сделан, но был растянут по времени и не в едином алгоритме, который требует постановки этого диагноза при поступлении этой женщины с таким тяжелым диагнозом. Сепсис был впервые написан под вопросом во время посмертного эпикриза, сколько она пролежала в ОГБУЗ «Клиническая больница № 1» такого диагноза не было, то есть были <данные изъяты>, но доктора не заметили и не выявили сепсис.

Свидетель С.А. в судебном заседании показала, что работает в Военно-медицинской академии им. С.М. Кирова, по специализации - судебно-медицинская экспертиза. Принимала участие в комиссии по проведению исследований по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи О.В., дд.мм.гггг. года рождения, по итогам которых комиссией было дано заключение. Согласно заключению, основные недостатки оказания медицинской помощи были выявлены в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». Выявлены были следующие недостатки: своевременно не диагностирован продолжающийся инфекционный процесс в органах дыхания (<данные изъяты>); своевременно не выполнена рентгенография грудной клетки; отсутствует оценка состояния органов дыхания до 31.03.2018; недостаточность и нерациональность назначенной антимикробной терапии; не была подавлена лактация при наличии тяжелого инфекционного процесса. При своевременной диагностике <данные изъяты> на данном этапе и адекватной антибактериальной терапии смертельный исход у О.В. был бы предотвращен. Отсутствие подавления лактации не повлияло на течение заболевания у О.В. и не находится в причинно-следственной связи с наступлением ее смерти. Между остальными указанными недостатками (дефектами) оказания медицинской помощи и наступлением неблагоприятного исхода (смерти) О.В. имеется причинно-следственная связь. При определении характера причинно-следственной связи доказыванию подлежит невозможность или возможность наступления негативных последствий в отсутствие выявленных недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи. Экспертная комиссия считает наступление негативных последствий (смерти пациентки) событием маловероятным в отсутствие выявленных недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи, ввиду чего определяет характер причинно-следственной связи между этими недостатками и неблагоприятным исходом как «прямая». Между указанными недостатками оказания медицинской помощи ОГБУЗ «Клиническая больница № 1» и наступлением неблагоприятного исхода (смерти) О.В. причинно-следственной связи не усматривается. Основные нарушения, которые стоят в причинно-следственной связи и повлекли за собой смерть О.В., были допущены в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», то есть, при своевременной постановке диагноза и адекватном назначении антимикробной терапии, наступление таких последствий как смерть, могло бы и не повлечь. По заключению был выставлен <данные изъяты>, но если бы в ОГБУЗ «Клиническая больница № 1» вовремя было начато лечение, то нет никакой гарантии, что там можно было что-то исправить.

Кроме того, виновность подсудимой ФИО1 в совершенном преступлении, предусмотренном ч. 2 ст. 109 УК РФ, также подтверждается: актом внеплановой проверки №43/18 Департаментом Смоленской области по здравоохранению от 24.05.2018, согласно описательной части которого установлено, что 27.03.18 в 11 часов 20 минут беременная поступила в акушерское отделение Вяземской ЦРБ, При поступлении жалоб не предъявляла. Диагноз при поступлении беременной- «<данные изъяты>». <данные изъяты>; должностной инструкцией врача акушера-гинеколога, утвержденной Главным врачом ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» Г.Г. 21.07.2012 и согласованной председателем профкома Е.Л. 21.07.2012, с которой под подпись ознакомлена ФИО1 Согласно ч. 2 врач акушер-гинеколог: - оказывает квалифицированную медицинскую помощь по своей специальности, используя современные методы профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, разрешенные для применения в медицинской практике; - определяет тактику ведения больного в соответствии с установленными правилами и стандартами; - разрабатывает план обследования больного, уточняет объем и рациональные методы обследования пациента с целью получения в минимально короткие сроки полной и достоверной диагностической информации; - на основании клинических наблюдений и обследований, сбора анамнеза, данных клинико-лабораторных и инструментальных исследований устанавливает (или подтверждает) диагноз; - в соответствии с установленными правилами и стандартами назначает и контролирует необходимое лечение; - организует или самостоятельно проводит необходимые диагностические, лечебные процедуры и мероприятия; - в стационаре ежедневно проводит осмотр больного; вносит изменения в план лечения в зависимости от состояния пациента и определяет необходимость дополнительных методов обследования (том №3 л.д. 107-109); функциональными обязанностями дежурного врача, утвержденными Главным врачом ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» Г.Г. и согласованные с председателем профкома Е.Л. от 09.01.2018, с которыми под подпись ознакомлена ФИО1 Согласно которым: п. 5 - в отсутствии лечащих врачей дежурный врач оказывает медицинскую помощь больным, находящимся на излечении в отделении. Следит за состоянием больных, переданных как (сложный) или (тяжело больной), переданных с записью в истории болезни «под наблюдение дежурного врача». Об изменениях в состоянии здоровья больных, о всех назначениях и манипуляциях делает соответствующие записи в истории болезни. п. 7 – дежурный врач принимает вновь поступающих больных, оформляет утвержденную медицинскую документацию, назначает необходимое обследование, оказывает медицинскую помощь в соответствии с порядками и стандартами по профилю заболевания, при необходимости организует консультации врачей других специальностей, наблюдает больного и после окончания смены передает информацию о нем лечащему врачу или дежурному врачу следующей смены (том №3 л.д. 139-140); должностной инструкцией заведующего акушерским отделением, утвержденной Главным врачом ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» Г.Г. и согласованной с председателем профкома Е.Л. от 17.02.2016, подписанной ФИО1, согласно которой заведующий на основании: п. 1 ч. 1 – организует и обеспечивает своевременное обследование и лечение больных в отделении на уровне современных достижений медицинской практики; п. 2 ч. 1 – распределяет больных между врачами отделения, самому вести положенное количество больных; п. 3 ч. 1 – дежурит в вечернее и ночное время. в выходные и праздничные дни по больнице согласно графику, утвержденному заместителем главного врача больницы по медицинской части; п. 10 ч. 1 - при необходимости вызывает консультантов различных специальностей по представлению лечащего врача для решения диагностических и лечебных вопросов (том №3 л.д. 141-143); должностной инструкцией врача-акушера-гинеколога акушерского отделения, утвержденной Главным врачом ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» Г.Г. и согласованной с председателем профкома Е.Л. от 17.02.2016, подписанной ФИО1, согласно которой: - оказывает квалифицированную медицинскую помощь женщинам в период беременности, родов и в после родовом периоде, используя современные методы профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, разрешенные для применения в медицинской практике. Определяет тактику ведения беременных, рожениц, родильниц в соответствии с установленными порядками и стандартами; - разрабатывает план обследования, уточняет объем и рациональные методы обследования с целью получения в минимально короткие сроки полной и достоверной диагностической информации. На основании клинических наблюдений и обследовании, сбора анамнеза, данных клинико-лабораторных и инструментальных исследований устанавливает (или подтверждает) диагноз. В соответствии с установленными порядками и стандартами назначает и контролирует необходимое лечение; - организует или самостоятельно проводит необходимые диагностические, лечебные, профилактические процедуры, манипуляции; приглашает для консультации врачей специалистов, при необходимости созывает консилиум врачей (том №3 л.д. 144-147); трудовым договором от 01.03.2010 №27, согласно которому ФИО1 принимается на работу в акушерское отделение в должности врач, акушер-гинеколог с 01.03.2010 (том №3 л.д. 115); дополнительным соглашением к трудовому договору от 01.03.2010 №27 от 17.04.2017 №1, согласно которому ФИО1 переведена в акушерское отделение ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» на должность заведующей акушерским отделением, врача акушера-гинеколога (том №3 л.д. 117); приказом главного врача ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» ФИО3 от 01.03.2010, согласно которому с 01.03.2010 ФИО1 принята на работу в акушерское отделение ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» на должность врача акушера-гинеколога (том №3 л.д. 114); приказом главного врача ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» ФИО3 от 27.04.2017, согласно которому с 17.04.2017 ФИО1 переведена в акушерское отделение ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» на должность заведующей акушерским отделением, врача акушера-гинеколога (том №3 л.д. 116); справкой из ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» №1418 от 09.12.2019, согласно которой: 1. больному, поступающему в стационарное отделение, лечащий врач назначается заведующим отделением (регламентируется п. 5 «Должностной инструкции врача акушера-гинеколога»). 2. Каких-либо правил осмотра больных терапевтом в течение трех суток в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» нет. Пунктом 7 «Функциональных обязанностей дежурного врача» на дежурного врача возложена обязанность организации консультаций врачей других специальностей во время его дежурства и абзацем 3 п. 2 «Должностной инструкции врача акушера-гинеколога акушерского отделения». Такая же обязанность возложена на лечащего врача. 3. Лечащий врач передает дежурному врачу или дежурный врач- лечащему врачу информацию о пациентах, требующего особого внимание – это обязательное требование п.3 Приказа главного врача Вяземской ЦРБ « Об утверждении порядка сдачи и приема смены медицинским персоналом Вяземской ЦРБ»; п. 5 и п. 7 «Функциональных обязанностей дежурного врача» и абзацем 3 п. 2 «Должностных инструкций врача акушера-гинеколога акушерского отделения». 4. Порядок сдачи и приема смены дежурным врачом утвержден приказом главного врача Вяземской ЦРБ «Об утверждении порядка сдачи и приема смены медицинским персоналом Вяземской ЦРБ» (том №3 л.д. 135-136); копией табеля учета рабочего времени, согласно которому ФИО1 осуществляла работу 29.03.2018 и дд.мм.гггг. (том №3 л.д. 163); справкой о графике рабочего времени, выданной 13.04.2020 №361 ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», согласно которой время работы врача акушера-гинеколога акушерского отделения начинается с 08 часов 00 минут по Московскому времени и длится в соответствии с нормой рабочего времени 7,8 часа или 7 часов 48 минут, заканчивается рабочий день в 15 часов 48 минут. Рабочее время врача акушера-гинеколога (дежурного), в будние дни, начинается с 15 часов 48 минут и длиться до 08 часов 00 минут следующего дня, а именно 16 часов 00 минут. В выходные дни, а также в праздничные дни, рабочее время врача акушера-гинеколога (дежурного) начинается с 08 часов 00 минут и длится до 08 часов 00 минут следующего дня (то есть 24 часа) (том №3 л.д. 171); клиническим протоколом диагностики и лечения <данные изъяты>, утвержденного протоколом заседания Экспертной комиссии по вопросам развития здравоохранения МЗ РК №18 от 19.09.2013 (том №3 л.д. 214-222); приказом Минздрава РФ от 01.11.2012 №572н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология» (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий»). Согласно Приложению № 5 - «Этапность оказания медицинской помощи женщинам в период беременности, родов и послеродовом периоде» установлен базовый спектр обследования беременных женщин, согласно которому к диагностическим мероприятиям в стационарных условиях (в отделении патологии беременности) относится в III триместре беременности – анамнез. Общее физикальное обследование органов дыхания, кровообращения, мочевыводящей системы, анализы крови и мочи. Консультация смежных врачей –специалистов при экстрагенитальных заболеваниях. Объем обследования и лечения согласно разделу III (беременность и экстрагенитальные заболевания) 099- Другие болезни матери, классифицированные в других рубриках, но осложняющие беременность, роды и послеродовой период. При болезнях органов дыхания, осложняющих беременность, роды и послеродовой период на стационарном этапе диагностика включает: 1. «Базовый спектр обследования беременных женщин в стационарных условиях». 2. Рентгенография (по назначению врачей-специалистов) при подозрении на <данные изъяты> (том №3 л.д. 242-250, том №4 л.д. 28, 32, 35, 37, 69, 81); приказом Минздрава РФ от 10.05.2017 № 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», согласно которому п. 2.2 устанавливает критерии качества в стационарных условиях: а) ведение медицинской документации –медицинской карты стационарного больного: заполнение всех разделов, предусмотренных стационарной картой; б) первичный осмотр пациента и сроки оказания медицинской помощи в приемном отделении: оформление результатов первичного осмотра, включая данные анамнеза заболевания, записью в стационарной карте; в) установление предварительного диагноза врачом приемного отделения или врачом профильного отделения (дневного стационара) не позднее 2 часов с момента поступления пациента; г) формирование плана обследования пациента при первичном осмотре с учетом предварительного диагноза; д) формирование плана лечения при первичном осмотре с учетом предварительного диагноза, клинических проявлений заболевания, тяжести заболевания или состояния пациента, лабораторных и инструментальных методов исследования (при наличии); е) назначение лекарственных препаратов с учетом инструкций по применению, возраста пациента, тяжести заболеваний, наличия осложнений основного заболевания (состояния) и сопутствующих заболеваний; з) установление клинического диагноза на основании данных анамнеза, осмотра, данных лабораторных и инструментальных методов обследования, результатов консультаций врачей-специалистов, предусмотренных стандартами медицинской помощи, а также клинических рекомендаций: установление клинического диагноза в течение 72 часов с момента поступления пациента в профильное отделение медицинской организации; и) оформление обоснования клинического диагноза соответствующей записью в стационарной карте, подписанного лечащим врачом и заведующим профильным отделением; л) проведение коррекции плана обследования и плана лечения с учетом клинического диагноза, состояния пациента, особенностей течения заболевания, наличия сопутствующих заболеваний, осложнений заболевания и результатов проводимого лечения (том № 5 л.д. 111-115); протоколом осмотра документов от 11.05.2020, согласно которому осмотрена медицинская документация на О.В., дд.мм.гггг. г.р., а именно семь рентгенснимков с описанием; медицинская карта ХХХ в трех частях, история родов ХХХ от 23.07.2010; копия из журнала родов 2009-2010, диспансерная книжка беременной женщины из женской консультации ХХХ, индивидуальная карта беременной женщины ХХХ от 23.08.2017; история родов ХХХ из ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ», история родов ХХХ из ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», выписка из истории родов ХХХ; медицинская карта стационарного больного ХХХ «Клиническая больница №1», протокол операции КБ-1 (том № 6 л.д. 36-41); постановлением о признании и приобщении вещественных доказательств по делу - осмотренных вышеуказанных медицинских документов О.В. (том № 6 л.д. 42).

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Согласно заключению комиссии экспертов от 03.12.2018, причиной смерти О.В., явилась <данные изъяты>. Биологическая смерть О.В. констатирована дд.мм.гггг. в 17. 00 часов. При патологоанатомическом исследовании трупа О.В. каких-либо повреждений не обнаружено (том №2 л.д. 9-45).

Из выводов заключения комиссии экспертов от 03.12.2018 года, следует, что при стационарном наблюдении в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» выявлены следующие недостатки в диагностике и оказания медицинской помощи О.В., в нарушение Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология» (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)», утвержденному приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации №572н»:

- не проводился ежедневный осмотр терапевтом при наличии аускультативной картины воспалительного заболевания легких, что не исключала развитие <данные изъяты> еще в ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ»;

- не соблюден лист маршрутизации, позволяющий предоставить дифференцированный объем медицинского обследования и лечения в зависимости от степени риска возникновения осложнений. Таким образом, беременная О.В., имеющая сочетание <данные изъяты>;

- перевод беременной О.В. в акушерский стационар второй группы («Вяземская ЦРБ») следует считать запоздалым.

Между указанными недостатками (дефектами) оказания медицинской помощи и наступлением неблагоприятного исхода (смерти) О.В. причинно-следственной связи не усматривается. Установление конкретных лиц, допустивших недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи не входит в компетенцию экспертной комиссии.

При исследовании истории родов ХХХ из ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» выявлены следующие недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи:

- своевременно не диагностирован продолжающийся инфекционный процесс в органах дыхания (<данные изъяты>);

- своевременно не выполнена рентгенография грудной клетки;

- отсутствует оценка состояния органов дыхания до 31.03.2018;

- недостаточность и нерациональность назначенной антимикробной терапии;

- <данные изъяты>.

При своевременной диагностике <данные изъяты> на данном этапе и адекватной антибактериальной терапии смертельный исход у О.В. был бы предотвращен.

Отсутствие подавление лактации не повлияло на течение заболевания у О.В. и не находится в причинно-следственной связи с наступлением смерти.

Между остальными указанными недостатками (дефектами) оказания медицинской помощи и наступлением неблагоприятного исхода (смерти) О.В. имеется причинно-следственная связь.

При определении характера причинно-следственной связи доказыванию подлежит невозможность или возможность наступления негативных последствий в отсутствие выявленных недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи. Экспертная комиссия считает наступление негативных последствий (смерти пациентки) событием маловероятным в отсутствие выявленных недостатков (дефектов) оказания медицинской помощи, ввиду чего определяет характер причинно-следственной связи между этими недостатками и неблагоприятным исходом как «прямая».

Установление конкретных лиц, допустивших недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи не входит в компетенцию экспертной комиссии.

В условиях ОГБУЗ «Клиническая больница №1» оказание медицинской помощи было выполнено своевременно, с недостатками (дефектами):

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>.

Между указанными недостатками (дефектами) оказания медицинской помощи и наступлением неблагоприятного исхода (смерти) О.В. причинно-следственной связи не усматривается.

Согласно должностным инструкциям при поступлении в стационар врач приемного покоя должен заподозрить/диагностировать имеющийся острый инфекционный процесс и при необходимости осуществить дальнейшую маршрутизацию. В отделении стационара лечащий врач (консилиум совместно с заведующим) должен подтвердить предварительный диагноз с обязательным привлечением смежных специалистов (терапевта и т.д.). После установления диагноза должно быть и было назначено лечение, в данном конкретном случае, должен был быть осуществлен перевод пациентки в лечебное учреждение более высокого уровня, что и было сделано.

В ОГБУЗ «Клиническая больница №1» симптомы заболевания должен был выявить (и выявил) дежурный терапевт, осмотревший О.В. дд.мм.гггг. в 17 часов 20 минут, и дежурный врач-анестезиолог-реаниматолог, осмотревший ее 02.04.2018 в 17 часов 30 минут на отделении. После установления диагноза должно было быть начато (и было начато) лечение в соответствии с Приказом Минздрава России от 15.11.2012 № 919н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология». Такое лечение О.В. проводилось (том №2 л.д. 56-93).

В соответствии с заключением комиссии экспертов от 03.12.2018 года, обязанность постановки диагноза, послужившего причиной смерти О.В. лежала на лечащих врачах ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ», ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», ОГБУЗ «Клиническая больница №1», а в последней – дежурном анестезиологе-реаниматологе. При постановке диагноза О.В. должны были быть проведены мероприятия в соответствии с: клиническим протоколом диагностики и лечения <данные изъяты> (утвержден протоколом заседания Экспертной комиссии по вопросам развития здравоохранения МЗ РФ №18 от 19.09.2013 года); порядком оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий»), утвержденным приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации №572н»; приказом Министерства здравоохранения РФ от 09 ноября 2012 №741н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при пневмонии тяжелой степени тяжести с осложнениями»; приказом Минздрава России от 15.11.2012 № 919н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология».

Обязанность проведения мероприятий по диагностике и лечению лежала на лечащих врачах ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ», ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», ОГБУЗ «Клиническая больница №1». Данные мероприятия были проведены.

Лечение заболевания, послужившего причиной смерти О.В., обязан был проводить лечащий врач, а в отделении анестезиологии и реанимации в ОГБУЗ «КБ №1»- дежурный врач анестезиолог-реаниматолог.

На всех этапах лечения О.В. были допущены недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи, то есть тактика и методика обследования и лечения О.В. была не вполне верная. Так, при стационарном наблюдении в ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» выявлены следующие дефекты в диагностике и оказания медицинской помощи О.В. (согласно Порядку оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)», утвержденному приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации №572н».:

- не проводился ежедневный осмотр терапевтов при наличии аускультативной картины воспалительного заболевания легких, что не исключало развитие <данные изъяты> еще в ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ»;

- не соблюден лист маршрутизации, позволяющий предоставить дифференцированный объем медицинского обследования и лечения в зависимости от степени риска возникновения осложнений. Таким образом, беременная О.В., <данные изъяты>, должна была быть сразу госпитализирована (своевременно переведена) в акушерский стационар третьей А группы или акушерский стационар второй группы, имеющий обсервационное отделение (ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» является акушерским стационаром второй группы);

- перевод беременной О.В. в акушерский стационар второй группы («Вяземская ЦРБ») следует считать запоздалым.

При исследовании истории родов ХХХ из ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» выявлены следующие недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи:

- своевременно не диагностирован продолжающийся инфекционный процесс в органах дыхания (<данные изъяты>);

- своевременно не выполнена рентгенография грудной клетки;

- отсутствует оценка состояния органов дыхания до 31.03.2018;

- недостаточность и нерациональность назначенной антимикробной терапии;

- не была подавлена лактация при наличии тяжелого инфекционного процесса.

При исследовании медицинской карты ХХХ стационарного больного ОГБУЗ «Клиническая больница №1» выявлены недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи:

- <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>.

Смерть пациентки могла быть предотвращена при своевременной диагностики имевшейся у О.В. <данные изъяты> в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», в отсутствие недостатков (дефектов) медицинской помощи, перечисленных ранее. Установление конкретных лиц, совершающих те или иные действия, в данном случае, допустивших недостатки (дефекты) оказания медицинской помощи, не входит в компетенцию экспертной комиссии.

После поступления О.В. в ОГБУЗ «Клиническая больница №1» медицинская помощь должна была быть оказана сразу после поступления в стационар, оказание медицинской помощи должно было соответствовать Приказу Министерства здравоохранения РФ от 09 ноября 2012 №741 «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при пневмонии тяжелой степени тяжести в осложнениями» (том №2 л.д. 103-141).

Заключением экспертов Смоленской региональной общественной организации «Врачебная палата» (экспертиза качества медицинской помощи) от 06.05.2019 установлено, что согласно Приказу Минздрава России №572 н от 12.11.2012 «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология (за исключением использования ВТР)», при поступлении беременная должна быть осмотрена терапевтом, учитывая указание в выписном эпикризе ХХХ из родильного отделение ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» на обострение <данные изъяты>.

Согласно Приказу Минздрава России №203н от 10.05.2017 г. «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» предусмотрено: - установление предварительного диагноза врачом приемного отделения или врачом профильного отделения (дневного стационара) или врачом отделения (центра) анестезиологии-реанимации медицинской организации не позднее 2 часов с момента поступления пациента в медицинскую организацию; - формирование плана обследования пациента при первичном осмотре с учетом предварительного диагноза; - установление клинического диагноза на основании данных анамнеза, осмотра данных лабораторных и инструментальных методов обследования, результатов консультаций врачей-специалистов, предусмотренных стандартами медицинской помощи, а также клинических рекомендаций; - установление клинического диагноза в течение 72 часов с момента поступления пациента в профильное отделение (дневной стационар) медицинской организации.

Согласно должностной инструкции врача акушера-гинеколога, утвержденной главным врачом ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» Г.Г. 09.01.2007 и согласованной председателем профкома Е.Л. 09.01.2007, имеет право определять тактику ведения больного в соответствии с установленными правилами и стандартами, привлекать в необходимых случаях врачей других специальностей для консультаций, обследования и лечения больных.

Согласно должностной инструкции заведующего акушерским отделением, утвержденной Главным врачом Вяземского района Г.Г. 17.01.2007 и согласованной с председателем профкома Е.Л. 17.01.2007, в обязанности входит организация и обеспечение своевременного обследования и лечения больных в отделении на уровне современных достижений медицинской науки и практики, осуществление регулярного контроля за работой врачей отделения, в том числе за правильностью поставленных диагнозов, качеством проводимого лечения.

Согласно должностной инструкции для дежурного врача терапевта терапевтического отделения, утвержденной Главным врачом Вяземского района в январе 2012 года, дежурный терапевт осматривает больных по вызовам медицинского персонала отделения, в 20 часов 00 минут делает обход отделения и служб больницы.

Согласно должностной инструкции врача акушера-гинеколога, утвержденной главным врачом ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» Г.Г. 09.01.2007 и согласованной председателем профкома Е.Л. 09.01.2007, имеет право определять тактику ведения больного в соответствии с установленными правилами и стандартами, привлекать в необходимых случаях врачей других специальностей для консультаций, обследования и лечения больных.

Согласно Приказу Минздрава России №203н от 10.05.2017 «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» предусмотрено: - проведение в обязательном порядке осмотра заведующим профильным отделением (дневным стационаром) в течение 48 часов (рабочие дни) с момента поступления пациента в профильное отделение (дневной стационар) медицинской организации, далее по необходимости, но не реже 1 раза в неделю, с внесением в стационарную карту соответствующей записи, подписанной заведующим профильным отделением (дневным стационаром); - проведение коррекции плана обследования и плана лечения с учетом клинического диагноза, состояния пациента, особенностей течения заболевания, наличия сопутствующих заболеваний, осложнений заболевания и результатов проводимого лечения.

Согласно должностной инструкции заведующего акушерским отделением, утвержденной главным врачом Вяземского района Г.Г. 17.01.2007 и согласованной с председателем профкома Е.Л. 17.01.2007, в обязанности входит организация и обеспечение своевременного обследования и лечения больных в отделении на уровне современных достижений медицинской науки и практики, осуществление регулярного контроля за работой врачей отделения, в том числе за правильностью поставленных диагнозов, качеством проводимого лечения (том №2 л.д. 146-158).

Исследованные в судебном заседании заключения экспертов у суда не вызывают сомнений, поскольку проведены надлежащими компетентными лицами на основании подробного исследования, в пределах предоставленной компетенции, на основании соответствующего постановления следователя, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, то есть в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства. Экспертизы проведены специалистами, имеющими необходимый стаж работы в своей области, их выводы научно обоснованы и ясны.

В ходе предварительного следствия, а также в судебном заседании подсудимая ФИО1 вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, то есть причинении смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения ею своих профессиональных обязанностей, не признала. Указала, что в отношении пациентки О.В. она исполнила свои должностные обязанности как заведующей акушерским отделением и врача акушера-гинеколога, в соответствии с должностными инструкциями и приказом Минздрава о порядке оказания помощи по профилю «Акушерство и гинекология».

Доводы ФИО1 о том, что на момент поступления пациентки О.В. в их отделение из ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» выставить диагноз «<данные изъяты>» она и дежурный врач не могли, так как не было характерных медицинских признаков, и при этом О.В. была переведена к ним с диагнозом «беременность 37-38 недель, преэклампсия средней степени тяжести, ожирение, хроническая никотиновая зависимость», суд находит не состоятельными и надуманными, не подтверждающимися совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, и считает способом своей защиты и желанием избежать ответственности за совершенное преступление.

Подсудимая ФИО1 ссылается на то, что жалоб со стороны легочной системы О.В. не высказывала, и в выписке на это не было указаний. Родила О.В. самостоятельно, без осложнений, ребенок был здоровым. После родов, по истечении двух часов, она была переведена в послеродовую палату, повышения температуры не было, давление и все показатели, все было в норме. О том, что О.В. стала температурить, ей сообщила дежурный врач, когда она в свой выходной пришла в отделение к другой тяжело больной пациентке. Осмотрев О.В., убедившись, что повышение температуры вызвано не по акушерскому статусу, она с дежурным врачом решила вызвать терапевта. После заступления на дежурство, это был понедельник, ей было передано дежурным врачом, что О.В. продолжает температурить. После консультации с заведующим терапевтическим отделением В.А. ею было принято решение о переводе О.В. в стационар г. Смоленска, на более высший уровень.

Ссылка ФИО1, что необходимости уделить большего внимания состоянию легочной системы О.В., не было, поскольку не было показаний, не состоятельна. Свидетель В.В. суду показала, что при поступлении О.В. в выписке из ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» было в описании указано, что у неё «<данные изъяты>». Антибактериальную терапию пациентка начала получать в ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» и на момент поступления в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» курс лечения не был закончен. Каких-либо жалоб и клинических проявлений данного диагноза у О.В. не было, но они все равно продолжили антибактериальную терапию. При этом, направление на осмотр терапевтом О.В. не выдавалось.

В нарушение предписаний Приказа Минздрава России №572н от 12.11.2012 «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология», которым предусмотрено, что при поступлении беременная должна быть осмотрена терапевтом, и учитывая указание в выписном эпикризе ХХХ из родильного отделение ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» <данные изъяты>, врачом В.В. и заведующей ФИО1 по халатности не было назначено и не проконтролировано обследование врачом терапевтом больной О.В.

В результате не полного обследования О.В. при поступлении в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», и неверного выставления диагноза больной не было своевременно и в полном объеме назначено и применено должное лечение.

Когда ФИО1 дежурным врачом было сообщено, что родившая О.В. температурит, но ФИО1 в этот день находилась в отделении, так как приехала к другой тяжело больной пациентке, то особого внимания она этому не придала, а с дежурным врачом А.А. решила вызвать О.В. терапевта, и до следующего выхода на работу в свое дежурство, она состоянием здоровья О.В. не интересовалась, её лечение не контролировала.

Свидетель В.А. суду также показал, что он был приглашен в родильное отделение для повторной консультации родившей О.В., диагноз «<данные изъяты>» был подтвержден рентгенологическим путем, им скорректировано назначенное ранее лечение, поскольку состояние пациентки было удовлетворительным, но учитывая, что это была роженица, и организм перестраивается, антибактериальная терапия была усилена, и рекомендовано наблюдать пациентку.

К показаниям свидетеля В.А. и подсудимой ФИО1 в части, что состояние О.В. в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» было удовлетворительным, суд относится критически, поскольку потерпевшая И.А. показывала, что при телефонном разговоре О.В. с ней говорила тяжело, у неё была отдышка и сильный кашель, на протяжении нескольких дней. Также, О.В. ей говорила, что у неё на протяжении нескольких дней поднималась температура, но врачи её не смотрели, только давали таблетки, сбивали температуру.

Утверждение ФИО1, что ими О.В. в полной мере была обследована и ей назначено соответствующее лечение своевременно, и это указывает на надлежащее исполнение своих обязанностей, как заведующей отделением и врача, является ошибочным. Поскольку, при поступлении О.В. в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», учитывая указание в выписном эпикризе ХХХ из родильного отделение ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ» на обострение <данные изъяты>, беременная в обязательном порядке должна была быть осмотрена терапевтом, что не было сделано дежурным врачом В.В. и не проконтролировано заведующей отделением ФИО1 в полном объеме, и в связи с чем, не был установлен правильный и полный диагноз, безусловно имевшиеся признаки <данные изъяты>.

Доводы подсудимой и стороны защиты о надлежащем оказании медицинской помощи О.В. в ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» опровергается заключением судебно-медицинской экспертизы от 03.12.2018, проведенной комиссией судебно-медицинских экспертов ФГОУПО «Военно-медицинская академия имени С.М. Кирова» МО РФ г. Санкт – Петербург, в которой указано, что своевременно не диагностирован продолжающийся инфекционный процесс в органах дыхания (<данные изъяты>); своевременно не выполнена рентгенография грудной клетки; отсутствует оценка состояния органов дыхания до 31.03.2018; недостаточность и нерациональность назначенной антимикробной терапии.

Не выставление диагноза О.В. «<данные изъяты>» не находится в причинно-следственной связи с наступлением смерти О.В., однако, как было указано в заключении экспертов и в судебном заседании пояснил эксперт Н.А., что при сложившейся ситуации с О.В. у неё были все симптомы, указывающие на развитие у неё синдрома Гудпасчера, и любой квалифицированный врач должен был это выявить.

Это также подтверждается и заключением комиссии Смоленской региональной общественной организации «Врачебная палата» (экспертиза качества медицинской помощи) от 06.05.2019. Выводы экспертов-медиков и специалистов-медиков идентичны, и не противоречат материалам дела и совокупности исследованных доказательств.

Таким образом, анализируя исследованные по делу доказательства, как каждое в отдельности, так и в своей совокупности, суд приходит к выводу о том, что вина подсудимой ФИО1 в совершении указанного преступления установлена и доказана.

При таких обстоятельствах действия подсудимой ФИО1 суд квалифицирует по ч. 2 ст. 109 УК РФ, поскольку она совершила причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность подсудимой, обстоятельства, смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденной и условия жизни её семьи.

ФИО1 совершила преступление небольшой тяжести.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, судом не установлено.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, судом признается, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, её возраст, состояние её здоровья, положительные характеристики с места работы и жительства, совершение преступления небольшой тяжести впервые.

Суд отмечает, что подсудимая ФИО1 по месту жительства участковым уполномоченным характеризуется удовлетворительно (том 6 л.д. 94), по месту работы - положительно (том 2 л.д. 183), на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит (том 6 л.д. 88, 90). ФИО1 ранее не судима (том 6 л.д. 96, 97).

С учетом материалов дела, касающихся личности ФИО1, обстоятельств совершения ей преступления, суд признает её вменяемой в отношении инкриминированного ей деяния.

Оснований для применения при назначении наказания ФИО1 положений ст. 64 УК РФ, у суда не имеется, поскольку отсутствуют исключительные обстоятельства по делу.

В соответствии с п. 22.1 постановления Пленума Верховного суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания, исходя из положений части 1 статьи 53.1 УК РФ, при назначении наказания принудительные работы применяются как альтернатива лишению свободы лишь в случаях, когда совершено преступление небольшой или средней тяжести либо впервые тяжкое преступление и только когда данный вид наказания наряду с лишением свободы прямо предусмотрен санкциями соответствующих статей Особенной части УК РФ. Следует иметь в виду, что в тех случаях, когда в силу требований закона осужденному не может быть назначено наказание в виде лишения свободы (например, часть 1 статьи 56 УК РФ), принудительные работы не назначаются.

Поэтому, вопреки позиции государственного обвинителя в прениях, принудительные работы подсудимой назначены быть не могут.

С учетом личности подсудимой ФИО1, конкретных обстоятельств дела, тяжести содеянного и социальной значимости совершенного преступления, характера и степени общественной опасности совершенного ей преступления, суд с учетом положений ст. 56 УК РФ, ФИО1 назначает наказание в виде ограничения свободы, с установлением ограничений: не выезжать за пределы территории Вяземского района Смоленской области, не изменять место жительства или пребывания, место работы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Возложить на ФИО1 обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, личности виновной (с учетом многолетнего добросовестного труда последней в сфере здравоохранения), всех обстоятельств дела, суд не находит оснований для лишения ФИО1 права занимать должности в медицинских учреждениях либо заниматься врачебной и иной медицинской деятельностью.

Вместе с тем, согласно п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекло два года.

ФИО1 совершено преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 109 УК РФ, которое относиться к преступлению небольшой тяжести, дд.мм.гггг..

К моменту поступления и рассмотрения уголовного дела в суде, 11 апреля 2020 года истек срок давности привлечения ФИО1 к уголовной ответственности, в связи с чем, она подлежит освобождению от назначенного ей по ч. 2 ст. 109 УК РФ наказания.

Гражданским истцом И.А. в ходе судебного заседания заявлен гражданский иск о возмещении материального ущерба, связанного с осуществлением похорон в размере 92850 рублей, которую просит взыскать со ФИО1, и о компенсации морального вреда в её пользу в размере 500 000 рублей, а также о компенсации морального вреда в пользу детей умершей О.В. – Я.А., М.А. и Б.С., по 500 000 рублей в пользу каждого, просит взыскать компенсацию морального вреда с ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ». Данные требования И.А. поддержала в судебном заседании.

Представители гражданского ответчика ФИО1 и ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» ФИО2 иск о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда не признали, указав, что вина работника медицинского учреждения не доказана, поэтому иски являются не обоснованными.

Согласно ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии со ст. 1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно ст. 98 ФЗ «Об основах охраны здоровья», вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, в случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При решении вопроса о размере компенсации потерпевшей И.А. морального вреда судом принимаются во внимание обстоятельства совершенного преступления, степень вины причинителя вреда, перенесенные им физические и нравственные страдания, требования разумности и справедливости.

С учетом, того что ФИО1 допустила причинение смерти О.В. по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей, являясь заведующей акушерским отделением с совмещением обязанностей врача акушера-гинеколога в акушерском отделении ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», суд взыскивает суммы компенсации морального вреда с гражданского ответчика – ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», с учетом требований разумности и справедливости, материального положения гражданского ответчика ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», в пользу потерпевшей И.А. в размере 500 000 рублей.

Исходя из требований разумности и справедливости, суд определяет компенсацию морального вреда, подлежащую взысканию с ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» в пользу Я.А. и несовершеннолетнего М.А. и малолетнего Б.С. в размере по 500 000 рублей каждому, в соответствии со ст.ст. 1099-1101 ГК РФ.

Гражданский иск о взыскании суммы материального ущерба потерпевшей И.А. суд удовлетворяет в полном объеме и взыскивает указанную сумму, в соответствии с ч. 1 ст. 1064 ГК РФ, с причинителя вреда – ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ».

В соответствии со ст. 81 УПК РФ, вещественные доказательства: семь рентген. снимков с описанием; медицинская карта ХХХ в трех частях, история родов ХХХ от 23.07.2010; копия из журнала родов 2009-2010, диспансерная книжка беременной женщины из женской консультации ХХХ, индивидуальная карта беременной женщины ХХХ от 23.08.2017; история родов ХХХ из ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ», история родов ХХХ из ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», выписка из истории родов ХХХ; медицинская карта стационарного больного ХХХ «Клиническая больница №1», протокол операции КБ-1, хранящиеся в комнате вещественных доказательств Вяземского МСО СУ СК России по Смоленской области, - подлежат передаче по принадлежности.

Руководствуясь ст. ст. 303, 304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, и назначить ей наказание по данной статье в виде ограничения свобода на срок 1 (один) год 6 (шесть) месяцев, с установлением ограничений: не выезжать за пределы территории Вяземского района Смоленской области, не изменять место жительства или пребывания, место работы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.

Возложить на ФИО1 обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, ФИО1 освободить от наказания, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить по вступлению приговора в законную силу.

Вещественные доказательства: семь рентген. снимков с описанием; медицинскую карту ХХХ в трех частях, историю родов ХХХ от 23.07.2010; копию из журнала родов 2009-2010, диспансерную книжку беременной женщины из женской консультации ХХХ, индивидуальную карту беременной женщины ХХХ от 23.08.2017; историю родов ХХХ из ОГБУЗ «Гагаринская ЦРБ», историю родов ХХХ из ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ», выписку из истории родов ХХХ; медицинскую карту стационарного больного ХХХ «Клиническая больница №1», протокол операции КБ-1, хранящиеся в комнате вещественных доказательств Вяземского МСО СУ СК России по Смоленской области, - передать по принадлежности.

Взыскать с ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» в пользу И.А. 92850 (девяноста две тысячи восемьсот пятьдесят) рублей в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением.

Взыскать с ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» в пользу И.А. 500000 (пятьсот тысяч) рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением.

Взыскать с ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» в пользу Я.А. 500000 (пятьсот тысяч) рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением.

Взыскать с ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» в пользу М.А. 500000 (пятьсот тысяч) рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением.

Взыскать с ОГБУЗ «Вяземская ЦРБ» в пользу Б.С. 500000 (пятьсот тысяч) рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Смоленский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения с подачей жалобы через Вяземский районный суд Смоленской области.

В случае подачи апелляционной жалобы, ФИО1 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции. О желании участвовать в заседании суда апелляционной инстанции осужденная должна указать в апелляционной жалобе, либо в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу либо апелляционное представление, в течение 10 суток со дня вручения ей копии постановления либо копии жалобы или представления.

Также поручать осуществление своей защиты избранному ей защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника. В случае неявки приглашенного защитника в течение 5-ти суток, суд вправе предложить пригласить другого защитника, а в случае отказа, принять меры по назначению защитника по своему усмотрению.

Судья А.А. Коробкин