Решение № 2-694/2018 2-694/2018~М-484/2018 М-484/2018 от 27 ноября 2018 г. по делу № 2-694/2018

Дело № 2-694/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 ноября 2018 года город Гай

Гайский городской суд Оренбургской области в составе

председательствующего судьи Шошолиной Е.В.,

при секретаре Царегородцевой А.В.,

с участием представителя истца ФИО1, ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО2 о признании завещания недействительным,

установил:

ФИО3 обратилась в суд с вышеназванным исковым заявлением, указав, что ее родители К.Н.В. и ФИО4 состояли в браке с ДД.ММ.ГГГГ года, в ДД.ММ.ГГГГ году развелись и стали проживать раздельно.

ФИО4 сожительствовал с ФИО2, которая сразу стала относиться к ней и ее брату отрицательно, препятствовала их общению. Не смотря ни на что, они все равно общались, встречались с папой, помогали друг другу по возможности. В ДД.ММ.ГГГГ году папа разрешил ей с двумя детьми проживать в принадлежащей ему квартире по адресу: <адрес>, которую он приобрел после развода, но до встречи с ответчиком. Папа часто приезжал к ним в квартиру, по праздникам, на дни рождения, в том числе и когда она переехала в свою квартиру. В ДД.ММ.ГГГГ году у неё родился внук Е., папа сказал, что его квартира перейдет по наследству к Е. как продолжателю рода.

В 2016 году у ФИО4 ухудшилось состояние здоровья, он стал часто болеть и в ДД.ММ.ГГГГ года сообщил, что ему поставили диагноз – онкология. Летом ДД.ММ.ГГГГ года ФИО4 сказал, что оформил брак с ответчиком, но это никак не повлияет на завещание, по которому все его имущество перейдет к Е..

В августе 2017 года ФИО4 сделана операция, он пролежал в реанимации с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 находился на стационарном лечении в хирургическом отделении ГБУЗ «Городская больница» <адрес>. Так как болезнь прогрессировала, ФИО4 испытывал сильные боли, ему прописали прием сильнодействующих препаратов, в больнице его состояние ухудшилось, он перестал узнавать близких людей.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 умер. Из Акта судебно-медицинского исследования следует, что он скончался в результате заболевания: <данные изъяты>.

После похорон, она обратилась к нотариусу с заявлением о вступлении в наследство. Однако, нотариус поставила ее в известность, что она не является наследником, так как за 12 дней до своей смерти, ФИО4 составил завещание на имя ответчика.

Всей их семье известно, что ФИО4 всегда говорил о том, что все свое имущество он завещает своему правнуку Е..

Считает, что в связи с тяжелым заболеванием и приемом сильнодействующих препаратов, ФИО4 не отдавал отчет в своих действиях при подписании завещания на имя ФИО2

Просила суд признать недействительным завещания ФИО4 на имя ФИО2, применить последствия недействительности сделки, возвратив стороны в первоначальное положение.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте слушания дела извещена была надлежащим образом. В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ истец пояснила, что с отцом ФИО4 поддерживала хорошие отношения, они встречались, общались, она навещала его в больнице, несмотря на то, что ФИО2 запрещала общаться. Полагает, что отец не мог составить завещание на ответчика, поскольку намеревался оставить свое имущество правнуку Е. Также считает, что в связи с тем, что ФИО4 принимал сильнодействующие препараты, в момент подписания завещания, он не мог понимать значение своих действий. Кроме того, в период составления завещания, ФИО4 не узнавал родных людей.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 заявленные требования поддержал в полном объеме, по основаниям, изложенным в иске. Пояснил, что в связи с тем, что ФИО3 является законным наследником ФИО4 необходимо выделить долю в праве на наследственное имущество, с учетом принципа разумности и справедливости.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражала против заявленных исковых требований по тем основаниям, что ФИО4 в юридически значимый период осознавал свои действия и руководил ими. Ответчик пояснила, что с ДД.ММ.ГГГГ года состояли с ФИО4 в отношениях, он проживал у нее в квартире. ФИО3 приходила к ним в гости, потом это прекратилось. Она никогда не запрещала ФИО4 общаться с детьми. В конце ДД.ММ.ГГГГ года ФИО4 лег в больницу, она ухаживала за ним, также приходил брат, ФИО3 не приходила, звонков от нее не было. Она (ответчик) никогда не претендовала на имущество ФИО4 ФИО4 попросил ее вызвать нотариуса, она вызвала нотариуса ФИО5 При разговоре нотариуса и ФИО4 она не присутствовала, ее выпроводили, потом пригласили. ФИО4 сказал, что оставил завещание на ее имя, пояснив, что «дети все получили в свое время, они все равно все испортят». ФИО4 нормально мыслил, слабый был из-за болезни.

Третье лицо нотариус ФИО5 в судебное заседание не явилась, о времени и месте слушания дела извещена была надлежащим образом. В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ возражала против заявленных требований, пояснив, что последнюю волю умершего необходимо уважать. ДД.ММ.ГГГГ она удостоверяла завещание на дому. Приехала по месту жительства ФИО4, он был лежачий. Они общались, человек болел, тихо разговаривал, но речь была правильно поставлена, разговаривали на разные темы, для того, чтобы ей понять действительные ли намерения имеет завещатель. Он рассказывал про свои увлечения, про рыбалку. Странностей в его поведении не было, под влиянием лекарственных препаратов он не находился, четко выражал свою волю, правильно изъяснялся, находился в адекватном состоянии, отвечал за свои действия. Общались они вдвоем, беседа была свободной, испуга с его стороны не было. Лестно отзывался в отношении супруги ФИО2, что уход за ним осуществляет приличный, она много значит в его жизни. Дееспособность его проверена.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу п. 2 статьи 218, статьи 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации, наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных нормами Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с нормами п. 1 ст. 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Согласно п. п. 1, 2 ст. 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Исходя из требований ст. 56 ГПК РФ бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 177 ГК РФ лежит на истце.

Из материалов дела следует, что истец ФИО3 приходится ФИО4 дочерью, ответчик ФИО2 приходится ФИО4 супругой.

Материалами дела подтверждается, что ФИО4 на праве собственности принадлежало следующее имущество: квартира, расположенная по адресу: <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 составил завещание, удостоверенное нотариусом <адрес> ФИО5 и зарегистрированное в реестре за №, в соответствии с которым завещал все свое имущество, какое на день его смерти окажется ему принадлежащим и где бы оно ни находилось, в том числе квартиру, находящуюся по адресу: <адрес> все денежные средства на <данные изъяты> своей супруге ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 умер, что подтверждается свидетельством о смерти №.

Из сообщения нотариуса Гайского городского округа Оренбургской области ФИО5 следует, что наследственное дело после смерти ФИО4, умершего ДД.ММ.ГГГГ, ею не открывалось, никто из наследников с заявлением к ней не обращался.

Для проверки доводов истца о состоянии здоровья наследодателя, в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ были допрошены в качестве свидетелей Т.О.В., П.В.А., Н.Т.А., ФИО4

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ допрошена свидетель Т.О.В., которая пояснила, что работает с ФИО2, знала умершего ФИО4, он им всю жизнь помогал, что-то чинил, настраивал музыкальные инструменты. В ДД.ММ.ГГГГ года ей позвонила ФИО2 и сказала, что у нее скопилось много нот. Она пришла в начале ДД.ММ.ГГГГ года, с ФИО4 обменялись общими вопросами. Она подошла к музыкальному инструменту в комнате, где находился ФИО4, спросила: «не помешаю?», он сказал: «нет». Они поговорили на общие темы, ФИО4 отвечал тихо, но адекватно, сомнений в его адекватном состоянии не возникло.

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ допрошена свидетель П.В.А., которая пояснила, что приходится супругой брата ФИО2, знала ФИО4 В ДД.ММ.ГГГГ года навещала ФИО4 в больнице, он ее узнал, они шутили, разговаривали на все темы. ФИО4 был веселый, чистенький, аккуратный. После выписки из больницы, она была через 5 дней, ФИО4 ее узнавал. ФИО4 разговаривал, речь хорошая была. Сомнений в его адекватности не возникло. У ФИО4 и ФИО2 была прекрасные отношения, Козлов старался оставить ФИО2 о себе хорошие впечатления. При посещении ФИО4, он находился в пределах постели, не ставал, приподнимался, присаживался.

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ допрошена свидетель Н.Т.А., которая пояснила, что с ДД.ММ.ГГГГ года проживала по-соседству с ФИО2 и ФИО4 В середине ДД.ММ.ГГГГ года заходила к ним домой, разговаривала с К-вым из зала, он лежал в комнате на кровати с ноутбуком. Внешний вид ФИО4 – «кожа и кости», но оптимистичный, в адекватности сомнений не возникло. ФИО2 осуществляла уход за ФИО4

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ допрошен свидетель ФИО4, который пояснил, что приходится родным братом умершему ФИО4 Указал, что ФИО4 в ДД.ММ.ГГГГ года лежал в больнице, он навещал его. После выписки, через 2-3 дня заходил к брату. После выписки ФИО4 в течение недели был на ногах, потом слег. ФИО4 его узнавал, они разговаривали. ФИО4 ругал его, что тот сообщил сестре о болезни, и она «приехала в такую даль». Про имущество не общались, своих пожеланий он не высказывал. Отношения у ФИО4 и ФИО2 были нормальные, конфликтов не было.

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетелей допрошены Х.Т.М., К.С.И.

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ допрошен свидетель Х.Т.М., который пояснил, что является заведующим хирургическим отделением ГБУЗ «Городская больница» <адрес>. Пациента ФИО4 знает. Он (свидетель) вышел с отпуска, в его отделении лежал ФИО4, у которого в ДД.ММ.ГГГГ года была обнаружена злокачественная опухоль. В конце ДД.ММ.ГГГГ года ФИО4 был прооперирован, <данные изъяты>. В хирургическом отделении ФИО4 находился с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Выписан ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ. Состояние ФИО4 было тяжелым, <данные изъяты>, его полечили и выписали с улучшением. ФИО4 терпеливый, никогда не жаловался, «нормальный мужик», адекватный. Козлов его узнавал, называл по имени отчеству. Течение заболевания не влияет на сознание и мыслительную деятельность. ФИО4 не назначались наркотические препараты, трамодол таковым не является. Когда у больных появляются галлюцинации, сразу вызывают психиатра, у ФИО4 такого не было. Из близких родственников, ФИО4 посещала ФИО2, других родственников он не видел. К ФИО4 он заходил ежедневно, они общались, он находился в ясном уме и полном сознании.

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля допрошена К.С.И., которая пояснила, что приходится супругой родного брата ФИО4 Указала, что ФИО2 часто ей звонила, говорила, что ее пугает состояние ФИО4, она (свидетель) предлагала придти, но ФИО2 отказывалась. Состояние ФИО4 перед смертью было плохое, ее супруг приходил весь «белый», говорил, что брат никого не узнает. При жизни Козлов и ФИО2 не говорили о свадьбе. ФИО4 украдкой встречался с ФИО3, помогал ей. К ФИО4 приезжала сестра Ч.В.К., которая сказала, что Козлов ее не узнал. Сама ФИО4 она не видела, поскольку ФИО2 в дом ее не приглашала, о том, что Козлов общался с ФИО3 ей известно со слов ФИО3.

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля допрошена Ч.В.К.

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ посредством ВКС допрошена в качестве свидетеля Ч.В.К., которая показала, что приходится родной сестрой умершего ФИО4 Указала, что ДД.ММ.ГГГГ приехала в <адрес>, так как ей позвонил брат В. и сообщил, что В. болеет. Когда она приехала, В. был без сознания, с ней не разговаривал. ФИО2 ей сказала, что В. уже 2 месяца лежит. Последний раз была в <адрес> 4 года назад. ФИО3 ей говорила, что отец к ней приезжал, они общались, А. не пускали к отцу, при ней она не ходила.

Оценивая показания допрошенных свидетелей Т.О.В., П.В.А., Н.Т.А., ФИО4, Х.Т.М., суд приходит к выводу о том, что в юридически значимый период ФИО4 имел способность отдавать отчет своим действиям, осознавал их последствия и мог ими руководить.

Какой – либо личной заинтересованности в исходе дела у допрошенных свидетелей не установлено.

Суд отклоняет показания свидетеля К.С.И. о том, что в юридически значимый период ФИО4 не узнавал близких, поскольку в юридически значимый период свидетель непосредственно с ФИО4 не виделась, свидетелем его состояния здоровья не являлась.

Суд критически относится к показаниям свидетеля Ч.В.К. в той степени, в которой они связаны с оценкой состояния здоровья и сознания умершего ФИО4, как неспособного понимать значение своих действий, руководить ими, поскольку она не является специалистом в области психиатрии и психологии, её мнение является следствием субъективного восприятия. Кроме того, как пояснила свидетель, она приезжала в <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, то есть за 4 дня до смерти ФИО4, тогда как завещание составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Для установления фактических обстоятельств по делу, проверки доводов стороны истца о том, что в период подписания завещания ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 не мог понимать значение своих действий и руководить ими, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ была назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ГБУЗ «Оренбургская областная клиническая психиатрическая больница №», с постановкой следующих вопросов:

- в каком психическом и физическом состоянии находился ФИО4 в момент составления завещания от ДД.ММ.ГГГГ?

- мог ли ФИО4 в момент составления завещания от ДД.ММ.ГГГГ понимать значение своих действий и руководить ими в силу имеющихся у него заболеваний?

- обладают ли назначенные ФИО4 после выписки из стационара препараты (вплоть до ДД.ММ.ГГГГ) психотропными эффектами и в терапевтических дозировках могли ли привести к каким-либо психическим расстройствам, а соответственно, повлиять на свободу волеизъявления, способность правильно воспринимать окружающую действительность и понимать характер и значение своих действий?

Из заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что по материалам гражданского дела выраженных психических расстройств, способных повлиять на волеизъявление, у ФИО4 не усматривается (ответ на вопрос 1). ФИО4 в момент составления завещания от ДД.ММ.ГГГГ мог понимать значение своих действий и руководить ими (ответ на вопрос 2). Ответь на поставленный вопрос не представляется возможным, так как подтвержденных сведений (медицинской документации) о назначении и получении испытуемым «препаратов с психотропными эффектами» в исследуемый период (ДД.ММ.ГГГГ) в гражданском деле не имеется (ответ на вопрос 3).

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена дополнительная посмертная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, на разрешение которой поставлен вопрос: обладают ли назначенные ФИО4 после выписки из стационара препараты (вплоть до ДД.ММ.ГГГГ) психотропными эффектами и в терапевтических дозировках могли ли привести к каким-либо психическим расстройствам, а соответственно, повлиять на свободу волеизъявления, способность правильно воспринимать окружающую действительность и понимать характер и значение своих действий?

Из заключения комиссии судебно-психиатрических экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что назначенный ФИО4 трамадол помимо основного (обезболивающего) действия, оказывает седативное (успокаивающее) действие. Трамадол в терапевтических дозировках психических расстройств не вызывает. Прием ФИО4 трамадола в терапевтических дозировках не повлиял на его свободу волеизъявления, способность правильно воспринимать окружающую действительность и понимать характер и значение своих действий.

Заключение судебной экспертизы отвечает требованиями ст. 86 ГПК РФ.

При проведении судебной экспертизы в распоряжение экспертов были предоставлены все имеющиеся в материалах дела доказательства, медицинская документация, которые ими учитывались, что следует из текста заключения.

Доказательств несостоятельности выводов экспертизы или некомпетентности экспертов ее проводивших и предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, суду не представлено. Доказательств, опровергающих заключение экспертизы, или позволяющих усомниться в правильности или обоснованности данного заключения, истцом также не представлено.

Таким образом, аргументированными заключениями судебной экспертизы подтверждается, что по своему психическому состоянию ФИО4 в момент составления завещания, мог понимать значение своих действий и руководить ими.

При этом, суд учитывает, что наличие тяжелого заболевания, не связанного с психическим расстройством, само по себе не исключает дееспособности, а также способности понимать значение своих действий и руководить ими.

Поскольку наследодатель ФИО4 в оспариваемом завещании выразил свою волю на распоряжение имуществом в пользу ответчика ФИО2, при этом в материалы дела истцом не представлено бесспорных, не вызывающих сомнений доказательств того, что на момент составления завещания ФИО4 не мог понимать значения своих действий и руководить ими, а материалы дела, в частности, проведенные по делу экспертизы, напротив, указывают на то, что наследодатель на момент составления завещания мог отдавать отчет своим действиям и руководить ими, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований о признании завещания от ДД.ММ.ГГГГ недействительным.

При этом, довод стороны истца о том, что поскольку ФИО3 является наследником ФИО4, имеется необходимость в выделении доли в наследственном имуществе, не основан на законе и подлежит отклонению, поскольку в данном случае имеется наследник по завещанию.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО2 о признании завещания недействительным – отказать.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Гайский городской суд Оренбургской области в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья: Е.В. Шошолина

Мотивированное решение изготовлено 03 декабря 2018 года.

Судья: Е.В. Шошолина