Решение № 2-2979/2019 2-2979/2019~М-2740/2019 М-2740/2019 от 18 ноября 2019 г. по делу № 2-2979/2019

<данные изъяты>

<данные изъяты>


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 ноября 2019 года г.о. Самара

Железнодорожный районный суд г.Самара в составе:

председательствующего судьи Грайворонской О.В.,

при секретаре Гусеве А.А.

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО7, представителя ответчика ФИО8, представителя третьего лица ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО1 к ОАО «Российские железные дороги», третьему лицу СПАО «Ингосстрах» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ОАО «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда, указав, что ДД.ММ.ГГГГ на 966 км перегона <данные изъяты> грузовым поездом, принадлежащем ответчику, был травмирован ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. После травмирования пострадавший находился на лечении в ГБУЗ «СОКБ имени ФИО5» с диагнозом: множественная тяжелая травма, неполный отрыв правой стопы на уровне костей предплюсны и голеностопного сустава с размозжением мягких тканей и открытыми многооскольчатыми переломами дистального эпифиза большеберцовой, таранной, пяточной костей. Вывих правой стопы. Травматический шок 2 степени. Постгеморрагическая анемия средней тяжести.

ФИО1 является бабушкой несовершеннолетнего ФИО4, и его опекуном и единственным близким родственником, поскольку, мать с <данные изъяты> года была лишена родительских прав, а в <данные изъяты> году скончалась. Место нахождение отца не известно.

Истица указывает, что вследствие многочисленных повреждений, полученных несовершеннолетним ФИО4, она, являясь его бабушкой и опекуном, испытывала и испытывает до настоящего времени физические и нравственные страдания, поскольку её внук, на момент травмирования, являлся ребенком 14-ти лет, школьником, после травмы более 3-х месяцев находился в больнице на лечении, перенес несколько операций, в том числе и под общим наркозом. Врачи буквально собрали обломки костей правой стопы. ДД.ММ.ГГГГ. ФИО4 был доставлен в ГБУЗ <адрес> «СГКБ № им. ФИО6» с инфицированными гнойно-некротическими ранами правой стопы. Её внуку провели удаление некротических тканей и пересадку кожи. Врачи не дают положительных прогнозов, а хромота останется на всю жизнь, в связи с чем здоровье её внука уже никогда не будет прежним. Из-за травмы он должен постоянно наблюдаться у ортопеда, хирурга и невролога, рекомендовано ношение ортопедической обуви. Ребенок постоянно проходит болезненную реабилитацию, обучается на дому по индивидуальной программе. ФИО4 часто находится в депрессии, унынии, апатии. С ДД.ММ.ГГГГ истцу установлена 3 группа инвалидности бессрочно,

Поскольку вред ФИО4 был причинен источником повышенной опасности, принадлежащим ответчику, травмирование внука принесло как ему, так и ей, как единственному близкому родственнику и опекуну, которая осуществляет за ним уход, - глубокие нравственные страдания от перенесенного, длительного медицинского лечения, восстановления и реабилитации несовершеннолетнего, постоянного ухода на ним, в связи с чем просит суд взыскать ОАО «Российские железные дороги» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

В судебном заседании ФИО1, принявшая участие в судебном заседании с помощью видеоконференц-связи, исковые требования полностью поддержала, изложила доводы, указанные в иске. Дополнила, что она, являясь его опекуном и единственным близким родственником, поскольку его родители ограничены в родительских правах, а его мать в настоящее время умерла, ей очень тяжело смотреть на страдания внука после того, как он получил травму на железной дороге, она осуществляет до настоящего времени уход за своим внуком, выполняет рекомендации врачей, её внук регулярно проходит реабилитацию в её сопровождении, ей тяжело слышать неутешительные прогнозы врачей по поводу полученной внуком травмы, он занимался спортом, а в настоящее время в связи с травмой не имеет возможности. В период восстановления ее внука после полученной травмы, с ДД.ММ.ГГГГ ей установлена 3 группа инвалидности бессрочно, общее заболевание по кардиологическому заболеванию. Пояснила, что ФИО4 в настоящее время является учеником 10 класса общеобразовательной школы, посещает школу самостоятельно, инвалидность ему не установлена, у него присутствует хромота, которая останется на всю жизнь. С заявлением о выплате страхового возмещения в СПАО «Ингосстрах» она не обращалась, ввиду неосведомленности.

В судебном заседании представитель истца ФИО7, действующая на основании доверенности от 28.10.2019г., заявленные требования поддержала в полном объеме, дала пояснения, аналогичные изложенным в исковом заявлении, просила иск удовлетворить. Пояснила, что требования истца связаны с причинением нравственных и физических страданий лично ей в связи с травмированием внука, которые выражаются в утрате здоровья внуком, постоянными проживаниями за его здоровье и психологическое состояние.

Представитель ответчика ФИО8, действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ., исковые требования не признал по основаниям, изложенным в письменных возражениях на иск. Дополнил, что травмирование внука истца ФИО1 - ФИО4 произошло по его вине, из-за небрежного отношения к собственной безопасности. Полагал, что в этой связи сумма исковых требований в части компенсации морального вреда необоснованно завышена.

В судебном заседании представитель третьего лица СПАО «Ингосстрах» ФИО9, действующая на основании доверенности от 27.05.2019г., заявленные требования не признала, возражала против их удовлетворения по основаниям, изложенным в письменном отзыве на исковое заявление.

Куйбышевский транспортный прокурор в судебное заседание не явился, извещался в установленном порядке, причину неявки суду не сообщил.

В соответствии с ч. 3 ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии прокурора и представителя третьего лица.

Выслушав пояснения сторон, изучив материалы настоящего гражданского дела, гражданского дела №, материалы проверки № № суд находит заявленные исковые требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст. 13 ГПК РФ вступившие в законную силу судебные постановления, а также законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и обращения судов являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Согласно ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Вступившим в законную силу решением Железнодорожного районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. установлено, что на основании представленного материала проверки № № по факту травмирования несовершеннолетнего установлено, что ДД.ММ.ГГГГ на 966 км перегона <данные изъяты> грузовым поездом был травмирован ФИО4, <данные изъяты> года рождения. После травмирования пострадавший находился на лечении в ГБУЗ «СОКБ имени ФИО5» с диагнозом: множественная тяжелая травма, неполный отрыв правой стопы на уровне костей предплюсины и голеностопного сустава с размозжением мягких тканей и открытыми многооскольчатыми переломами дистального эпифиза большеберцовой, таранной, пяточной костей. Вывих правой стопы. Травматический шок 2 степени. Постгеморрагическая анемия средней тяжести.

Таким образом, установлено, что травма ФИО4 была получена вследствие воздействия железнодорожного подвижного состава, принадлежащего и эксплуатируемого филиалом ОАО «РЖД» Куйбышевская железная дорога.

Причиненная истцу травма вызывает нравственные страдания и в соответствии с требованиями ст. 151 ГК РФ влечет обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Поскольку достоверно установлен факт причинения истцу травмы, то не признать наличие у него физических страданий, связанных с полученной травмой и подтвержденных копиями медицинских документов, имеющихся в материалах дела, суд не может. Негативные последствия полученных травм, которые проявляются и в настоящее время, свидетельствуют о наличии нравственных страданий.

Учитывая все выше изложенное, суд приходит к выводу, что требования истца о компенсации морального вреда обоснованы.

При определении размера компенсации морального вреда в соответствии со ст.151 ГК РФ и п.2 ст.1101 ГК РФ суд принимает во внимание отсутствие вины ответчика, характер и степень причиненных истцу нравственных страданий с учетом фактических обстоятельств их причинения, возраст потерпевшего.

Суд находит в действиях истца ФИО4 грубую неосторожность, поскольку он нарушил правила нахождения граждан в зонах повышенной опасности проезда и прохода через железнодорожные пути.

Суд также учитывает, что истец пережил сильные нравственные страдания в связи с полученной травмой, длительное время находился на стационарном лечении, до настоящего времени испытывает трудности при ходьбе, продолжает лечение.

Принимая во внимание характер и степень понесенных истцом нравственных и физических страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, суд, руководствуясь принципами разумности и справедливости, определи компенсацию морального вреда, которая подлежит взысканию с ОАО «РЖД», в пользу истца в размере 70 000 рублей (л.д. 54-55).

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье относятся к нематериальным благам.

Статья 12 ГК РФ относит компенсацию морального вреда к способам защиты гражданских прав.

Согласно разъяснений п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 (ред. от 06.02.2007) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причинённых нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имееет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления Пленума).

Исходя из приведённых нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причинённых нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Из содержания искового заявления следует, что требование о компенсации морального вреда заявлено истцом ФИО1 в связи с тем, что лично ею в связи с трагическим случаем (травмированием), произошедшим с ее несовершеннолетним внуком ФИО4 единственным родственником и членом ее семьи, также были причинены нравственные и физические страдания, выразившиеся в утрате здоровья внуком, требующим ухода, и, как следствие, нарушено психологическое благополучие семьи, возникла необходимость нести постоянную ответственность за состояние близкого человека, что привело в результате к нарушению неимущественного права на родственные и семейные связи.

Согласно постановлению Администрации г.о. <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ. №, ФИО1 назначена опекуном несовершеннолетнего ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., родители которого ФИО10, ФИО11, ограничены в родительских правах решением Сызранского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ. (л.д. 15).

Согласно свидетельству о смерти от ДД.ММ.ГГГГ., <данные изъяты> ( до брака - <данные изъяты>) Л.Н. (мать несовершеннолетнего ФИО4) умерла ДД.ММ.ГГГГ

В соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», под общепризнанными принципами международного права следует понимать основополагающие императивные нормы международного права, принимаемые и признаваемые международным сообществом государств в целом, отклонение от которых недопустимо (пункт 1 этого постановления). Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод признаёт юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней.Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьёй 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех её членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьёй 63 Семейного кодекса Российской Федерации родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей. Над детьми, оставшимися без попечения родителей, в целях их содержания, воспитания и образования, а также для защиты их прав и интересов в соответствии с главой 20 Семейного кодекса Российской Федерации и Федеральным законом от 24 апреля 2008 г. № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве» может устанавливаться опека или попечительство.

В силу абзаца первого пункта 6 статьи 1481 Семейного кодекса Российской Федерации опекун или попечитель ребёнка имеет право и обязан воспитывать ребёнка, находящегося под их опекой или попечительством, заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии ребёнка. Таким образом, принимая под опеку ребёнка, опекун фактически принимает на себя функции родителя, несёт за ребёнка ответственность, обязан его воспитывать, заботиться о его физическом, психическом здоровье, духовном и нравственном развитии, то есть ребёнок фактически становится членом семьи опекуна.

Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику, другому лицу, являющемуся членом семьи по иным основаниям (в частности, опека, попечительство).

Таким образом судом установлено, что несовершеннолетний ФИО4 находится под опекой своей бабушки ФИО1, которая в настоящее время является его единственным близким родственником, в связи с чем травмирование несовершеннолетнего ФИО4 и причинение вреда его здоровью явилось причиной нравственных и физических страданий её бабушки и одновременно её опекуна ФИО1, в семье которой несовершеннолетний проживает. Эти нравственные и физические страдания обусловлены заботой бабаушки, принявших на себя обязанности по воспитанию и содержанию несовершенноелтенего внука, о состоянии его здоровья, его восстановлении после полученных ФИО4 в результате транспортного происшествия на железной дороге травм, об обеспечении лечения и о его адаптации к жизни с учётом состояния физического и психического здоровья после происшествия.

Учитывая, что обстоятельства дела о физических и нравственных страданиях члена семьи несовершеннолетнего ФИО4 (его бабушки ФИО1) вследствие причинения вреда его здоровью и последовавшего в связи с этим нарушения психологического благополучия семьи, невозможности продолжения членами семьи ФИО4 активной общественной жизни, то есть нарушения неимущественного права на родственные и семейные связи в обычном формате их существования, не опровергнуты ответчиком ОАО «РЖД» в ходе судебного разбирательства.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064-1101) Гражданского кодекса Российской Федерации и статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие 15 внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинён вред (часть 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесённых им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»). Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2001 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечёт физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причинённого ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинён источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт 16 причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учётом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии с п.п.1,2 ст.1083 ГК РФ, вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В соответствии со статьёй 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В судебном заседании, на основании представленного материала проверки № № по факту травмирования несовершеннолетнего установлено, что ДД.ММ.ГГГГ на 966 км. Перегона «Сызрань-1-Октябрьск» грузовым поездом был травмирован ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. После травмирования пострадавший находился на лечении в ГБУЗ «СОКБ имени ФИО5» с диагнозом: множественная тяжелая травма, неполный отрыв правой стопы на уровне костей предплюсины и голеностопного сустава с размозжением мягких тканей и открытыми многооскольчатыми переломами дистального эпифиза большеберцовой, таранной, пяточной костей. Вывих правой стопы. Травматический шок 2 степени. Постгеморрагическая анемия средней тяжести (л.д. 45-49).

Таким образом, установлено, что травма внуком ФИО1 – ФИО4 была получена вследствие воздействия железнодорожного подвижного состава, принадлежащего и эксплуатируемого филиалом ОАО «РЖД» Куйбышевская железная дорога.

Причиненная ему травма до настоящего времени вызывает у него и бабушки нравственные страдания и в соответствии с требованиями ст. 151 ГК РФ влечет обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Поскольку решением Железнодорожного районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ., достоверно установлен факт причинения внуку ФИО1 - ФИО4 травмы, то не признать наличие у нее физических страданий, связанных с полученной ее внуком травмы и подтвержденных копиями медицинских документов, имеющихся в материалах дела, суд не может. Негативные последствия полученных травм, которые проявляются и в настоящее время, свидетельствуют о наличии нравственных страданий, поскольку она проходит тяжелые реабилитации с внуком, а врачи не дают утешительных прогнозов по поводу полного выздоровления и излечения травмы, полученной ее внуком.

Учитывая все выше изложенное, суд приходит к выводу, что требования истца о компенсации морального вреда обоснованы.

Согласно ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При определении размера компенсации морального вреда в соответствии со ст. 151 ГК РФ и п. 2 ст. 1101 ГК РФ суд принимает во внимание отсутствие вины ответчика, характер и степень причиненных истцу нравственных страданий с учетом фактических обстоятельств их причинения, возраст потерпевшего.

Суд находит в действиях ФИО4 грубую неосторожность, поскольку он нарушил правила нахождения граждан в зонах повышенной опасности проезда и прохода через железнодорожные пути, что и было установлено решением Железнодорожного районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ., вступившим в законную силу.

Суд также учитывает, что истец ФИО1 как ранее, так и сейчас переживает сильные нравственные страдания в связи с тем, что её внук ФИО4 после получения травмы, длительное время находился на стационарном лечении, где она осуществляла за ним уход, до настоящего времени испытывает трудности при ходьбе, продолжает лечение.

Принимая во внимание характер и степень понесенных истцом ФИО1 нравственных и физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями ее внука ФИО4, тот факт, что ФИО1 осуществляла уход за внуком ФИО4, выполняла рекомендации врачей при его реабилитации, суд, руководствуясь принципами разумности и справедливости, определяет компенсацию морального вреда, которая подлежит взысканию с ОАО «РЖД» в пользу истца в размере 20 000 рублей.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика ОАО «РЖД» подлежит взысканию в доход государства государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден при подаче искового заявления в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично.

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей.

В удовлетворении иска в остальной части – отказать.

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в доход государства государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Самарский областной суд через Железнодорожный районный суд <адрес> в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения.

Мотивированное решение составлено - ДД.ММ.ГГГГ.

Судья О.В. Грайворонская