Апелляционное определение № 33-4453/2026 от 27 мая 2026 г.

В О Р О Н Е Ж С К И Й О Б Л А С Т Н О Й С У Д

Дело № 33-4453/2026

УИД 36RS0002-01-2025-001705-39

Строка №2.162


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

г. Воронеж 28 мая 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Воронежского областного суда в составе:

председательствующего Кузнецовой И.Ю.,

судей Гусевой Е.В., Шаповаловой Е.И.,

при секретаре Тарасове А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании впомещении Воронежского областного суда по докладу судьи Гусевой Е.В.,

гражданское дело № 2-3705/2025 по заявлению Публичного акционерного общества Страховая Компания «Росгосстрах» об отмене решения финансового уполномоченного от 05.02.2025 №У-24-127434/5010-008,

по апелляционной жалобе акционерного общества Страховая компания «Росгосстрах»

на решение Коминтерновского районного суда г. Воронежа от 12 мая 2025 г.,

(судья районного суда Волкова Л.И.)

УСТАНОВИЛА:

Публичное акционерное общество «Страховая компания «Росгосстрах» (далее - ПАО СК «Росгосстрах») обратилось с заявлением об отмене решения финансового уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг от 05.02.2025 №У-24-127434/5010-008, которым с ПАО СК «Росгосстрах» в пользу ФИО1 взысканы убытки в сумме 403200 руб. Полагает, что при вынесении решения финансовый уполномоченный необоснованно взыскал в пользу потерпевшего убытки, в то время как последний просил о взыскании страхового возмещения без учета износа заменяемых изделий (т. 1 л.д. 4-15).

Решением Коминтерновского районного суда г. Воронежа от 12.05.2025 в удовлетворении требований ПАО СК «Росгосстрах» об отмене решения уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг в сферах страхования, микрофинансирования, кредитной кооперации и деятельности кредитных организаций от 05.02.2025 №У-24-127434/5010-008 отказано (т. 2 л.д. 26, 27-32).

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ПАО СК «Росгосстрах» обратилось в суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение как незаконное и необоснованное, удовлетворив требования ПАО СК «Росгосстрах» в полном объеме. Указывает на то, что решение финансового уполномоченного нарушает права и законные интересы ПАО СК «Росгосстрах», поскольку при вынесении указанного решения финансовый уполномоченный необоснованно при расчете размера убытков исходил из среднерыночной стоимости восстановительного ремонта автомобиля, поскольку в данном случае, по мнению заявителя, он должен был руководствоваться Единой методикой, учитывая, что спорные правоотношения урегулированы Законом об ОСАГО, кроме того, считает, что финансовый уполномоченный вышел за пределы заявленных требований, поскольку ФИО1 требования о взыскании убытков не заявляло (т. 2 л.д. 49-52).

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ПАО СК «Росгосстрах» по доверенности ФИО2 доводы апелляционной жалобы поддержала по основаниям указанным в ней, просила решение суда отменить, удовлетворив заявление в полном объеме.

Представитель заинтересованного лица службы финансового уполномоченного по доверенности ФИО3 против удовлетворения апелляционной жалобы возражал, считает решение суда законным и обоснованным.

Иные лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного заседания, о причинах неявки судебной коллегии не сообщили.

Стороны извещались публично путем заблаговременного размещения в соответствии со ст. ст. 14 и 16 Федерального закона № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информации о времени и месте рассмотрения дела на интернет-сайте Воронежского областного суда.

При таких обстоятельствах судебная коллегия, руководствуясь положениями части 1 статьи 327, части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с требованиями статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

Как разъяснено в п. п. 2 и 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных факте.

Решение суда указанным требованиям соответствует не в полной мере.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что в результате ДТП, происшедшего 05.08.2024, был причинен вред транспортному средству - автомобилю «<данные изъяты>», г.р.з. № принадлежащего ФИО9 (т. 1 л.д. 25).

Гражданская ответственность ФИО9 на момент ДТП была застрахована в ПАО СК «Росгосстрах» по договору ОСАГО серии №.

Гражданская ответственность ФИО7 на момент ДТП была застрахована в АО «Т-СТРАХОВАНИЕ» по договору ОСАГО серии №.

06.08.2024 между потерпевшим и ФИО1 (далее - Цессионарий) был заключен договор уступки права (цессии) № 347, согласно которому потерпевший уступает, а цессионарий принимает в полном объеме право требования и получения любой денежной суммы в результате ДТП, произошедшего 05.06.2024 (т. 1 л.д.26-27).

13.08.2024 цессионарий обратился в ПАО СК «Росгосстрах» с заявлением о выплате страхового возмещения по договору ОСАГО (т. 1 л.д. 24).

19.08.2024 ПАО СК «Росгосстрах» организован осмотр транспортного средства, по результатам которого составлен акт осмотра (т. 1 л.д. 35-36).

ПАО СК «Росгосстрах» письмом от 27.08.2024 уведомило цессионария о выдаче направления для проведения восстановительного ремонта транспортного средства на станции технического обслуживания автомобилей (далее - СТОА) ИП ФИО4 (адрес: <адрес>). В направлении указана не возмещаемая часть ущерба (франшиза) - 143200 руб. (т. 1 л.д.37).

28.08.2024 ПАО СК «Росгосстрах» произвело выплату франшизы в размере 143200 руб., что подтверждается платежным поручением № (т. 1 л.д. 40).

16.10.2024 цессионарий обратился в ПАО СК «Росгосстрах» с претензией, содержащей требования о доплате страхового возмещения, выплате убытков, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда (т. 1 л.д. 41).

ПАО СК «Росгосстрах» письмом от 28.10.2024, уведомило об отказе в удовлетворении претензионных требований (т. 1 л.д. 43).

Не согласившись с действиями страховой компании ФИО1 обратилась к финансовому уполномоченному с требованием о взыскании убытков вследствие ненадлежащего исполнения ПАО СК «Росгосстрах» обязательства по организации восстановительного ремонта транспортного средства в рамках договора ОСАГО, штрафа, компенсации морального вреда и иных расходов.

Решением финансового уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг №У-24-127434/5010-008 от 05.02.2025 частично удовлетворены требования ФИО1, с ПАО СК «Росгосстрах» взысканы убытки в размере 403200 руб., в удовлетворении иных требований отказано (т. 1 л.д. 16-23).

Из мотивировочной части оспариваемого решения финансового уполномоченного следует, что страховщиком не исполнена обязанность по организации ремонта транспортного средства истца, в связи с чем финансовый уполномоченный пришел к выводу о праве потерпевшего требования взыскания со страховщика убытков. При этом при принятии решения финансовый уполномоченный руководствовался заключением ООО «Гермес», в соответствии с которым рыночная стоимость восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа заменяемых деталей составила 546400 руб. и, установив, что указанная сумма превышает сумму страхового возмещения, выплаченной страховщиком потерпевшему, пришел к выводу о взыскании с ПАО СК «Росгосстрах» в пользу ФИО1 убытков в сумме 403200 руб. (546400 руб. - 143200 руб. (выплаченные страховщиком).

ПАО СК «Росгосстрах» принято решение о производстве доплаты страхового возмещения без учета износа, размер которого был определен заключением ООО «Гермес» от 29.01.2025, исходя из расчета: 260100 руб. (стоимость ремонта без учета износа) - 143200 руб. (произведенная страховая выплата в досудебном порядке) = 116900 руб.

17.02.2025 произведена страховая выплата в размере 116900 руб., что подтверждается платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д.46).

Разрешая заявленный спор, руководствуясь положениями гражданского законодательства, Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО), Федерального закона от 4 июня 2018 года № 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг», оценив по правилам статьи 67 ГПК РФ представленные по делу доказательства, в том числе признав допустимым доказательством по делу заключение ООО «Гермес», которым определен размер стоимости восстановительного ремонта транспортного средства, суд первой инстанции, исходил из того, что соглашение о размере денежного возмещения между ФИО1 и ПАО СК «Росгосстрах» не заключалось. Страховщик, не выполнив свою обязанность по организации и оплате ремонта транспортного средства в натуре, в одностороннем порядке изменил условия исполнения обязательства на выплату страхового возмещения в денежной форме.

Судебная коллегия признает несостоятельными доводы апелляционной жалобы о том, что финансовый уполномоченный вышел за пределы заявленных ФИО1 требований.

Федеральный закон от 4 июня 2018 г. № 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг» не содержит запрета на удовлетворение требований в размере большем, чем заявлено потребителем, не предусматривает обязанности потребителя по доказыванию обстоятельств, на которые он ссылается как на основание своих требований, о чем свидетельствует отсутствие в законе указания на необходимость приложения к обращению документов, обосновывающих требования потребителя, в том числе, их размер. Подготовка и направление потребителем обращения финансовому уполномоченному не требует от него специальных знаний и осуществляется по стандартным формам, размещенным на официальном сайте финансового уполномоченного. Финансовый уполномоченный вправе выйти за пределы размера заявленных требований, вытекающих из неисполнения договора финансовой организацией, и принять решение о взыскании денежных сумм в пользу потребителя в необходимом объеме, в соответствии с действующим законодательством.

Неиспользование потребителем специального юридического термина убытки, не изменяет реальный предмет спора и не означает, что финансовый уполномоченный должен отказать потребителю в восстановлении нарушенного права, уклонившись от дачи надлежащей квалификации существа заявленных требований. А равно, как и указание потребителем в претензии и/или обращении к финансовому уполномоченному словосочетание «взыскание неустойки» и (или) «взыскание процентов по статье 395 ГК РФ» в своей сущности является просьбой о взыскании в его пользу санкции за ненадлежащее исполнение обязательства по договору.

Неиспользование или неправильное использование потребителем термина «взыскание неустойки» и/или «процентов по ст. 395 ГК РФ» не изменяет реальный предмет (требований) спора.

Следует отметить, что право потерпевшего на получение причитающихся ему санкций в действительности нарушено финансовой организацией.

При проверке решения финансового уполномоченного по заявлению страховщика положения части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации применению не подлежат.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, исходя из положений Федерального закона от 4 июня 2018 года № 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг» финансовый уполномоченный принял решение лишь в отношении тех требований, которые указаны в обращении потребителя и заявлялись в финансовую организацию и приведенные выше обстоятельства не свидетельствует о выходе финансового уполномоченного за пределы заявленных требований.

Довод апеллянта о том, что цессионарий не имеет заинтересованности в получении страхового возмещения в виде ремонта транспортного средства, основанием для отмены решения суда служить не может, поскольку переход прав к другому лицу на основании договора уступки сам по себе не является основанием для замены страхового возмещения в форме организации и оплаты восстановительного ремонта транспортного средства на страховую выплату, поскольку законодательством прямо предусмотрена приоритетная форма получения страхового возмещения путем организации и оплаты восстановительного ремонта на СТОА (абз. 2 п. 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022№ 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»).

Согласно материалам дела 06.08.2024 ФИО9 передал право требования ФИО1 на основании договора уступки прав требования (т. 1 л.д. 26-28).

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

На основании пункта 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации при уступке цедент должен передать существующее в момент уступки требование, если только это требование не является будущим требованием.

Лицо, которому причинен ущерб в результате дорожно-транспортного происшествия, в том числе являясь и выгодоприобретателем по договору страхования, вправе заменить себя другим лицом, заключив договор цессии.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 68 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31, если иное не предусмотрено договором уступки требования, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, включая права, связанные с основным требованием.

Пунктом 69 постановления Пленума ВС РФ № 31 предусмотрено, если иное не предусмотрено договором уступки требования, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, включая права, связанные с основным требованием, в том числе требованием уплаты неустойки и суммы финансовой санкции к страховщику, обязанному осуществить страховую выплату в соответствии с Законом об ОСАГО (пункт 1 статьи 384 ГК РФ, абзацы второй и третий пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО). Эти же правила применяются к случаям перехода к страховщику, выплатившему страховое возмещение, прав в порядке суброгации (подпункт 4 пункта 1 статьи 387, пункт 1 статьи 965 ГК РФ).

На основании изложенного, поскольку первоначальным цедентом является физическое лицо, которому как первоначальному кредитору принадлежало право получения страхового возмещения путем организации и оплаты восстановительного ремонта, к ФИО1, как последующему кредитору перешло указанное право.

С учетом изложенного доводы жалобы о том, что по договору уступки не перешло право на восстановительный ремонт, передача указанного права возможна только с одновременным решением вопроса о правообладателе, не возникло право на убытки, основаны на неверном толковании норм действующего законодательства.

В соответствии с п. 15.1 ст. 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных п. 16.1 данной статьи) в соответствии с п. 15.2 данной статьи или в соответствии с п. 15.3 данной статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Страховщик после осмотра поврежденного транспортного средства потерпевшего и (или) проведения его независимой технической экспертизы выдает потерпевшему направление на ремонт на станцию технического обслуживания и осуществляет оплату стоимости проводимого такой станцией восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего в размере, определенном в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, с учетом положений абзаца второго п. 19 той же статьи.

Согласно п. 15.1 Закона об ОСАГО при проведении восстановительного ремонта в соответствии с п.п. 15.2 и 15.3 данной статьи не допускается использование бывших в употреблении или восстановленных комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов), если в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства требуется замена комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов). Иное может быть определено соглашением страховщика и потерпевшего.

Если ни одна из станций, с которыми у страховщика заключены договоры на организацию восстановительного ремонта, не соответствует установленным правилами обязательного страхования требованиям к организации восстановительного ремонта в отношении конкретного потерпевшего, страховщик с согласия потерпевшего в письменной форме может выдать потерпевшему направление на ремонт на одну из таких станций. В случае отсутствия указанного согласия возмещение вреда, причиненного транспортному средству, осуществляется в форме страховой выплаты (п. 15.2).

При наличии согласия страховщика в письменной форме потерпевший вправе самостоятельно организовать проведение восстановительного ремонта своего поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания, с которой у страховщика на момент подачи потерпевшим заявления о страховом возмещении или прямом возмещении убытков отсутствует договор на организацию восстановительного ремонта. В этом случае потерпевший в заявлении о страховом возмещении или прямом возмещении убытков указывает полное наименование выбранной станции технического обслуживания, ее адрес, место нахождения и платежные реквизиты, а страховщик выдает потерпевшему направление на ремонт и оплачивает проведенный восстановительный ремонт (п. 15.3).

В абз. 2 п. 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено, что стоимость восстановительного ремонта легковых автомобилей, находящихся в собственности граждан и зарегистрированных в Российской Федерации, определяется страховщиком без учета износа комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов) (абз. третий п. 15.1 ст. 12 Закона об ОСАГО).

Из приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, по общему правилу осуществляется путем восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства, при этом страховщиком стоимость такого ремонта оплачивается без учета износа комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов). В отсутствие оснований, предусмотренных п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, страховщик не вправе отказать потерпевшему в организации и оплате ремонта транспортного средства в натуре с применением новых заменяемых деталей и комплектующих изделий и в одностороннем порядке изменить условие исполнения обязательства на выплату страхового возмещения в денежной форме.

Перечень случаев, когда страховое возмещение вместо организации и оплаты страховщиком восстановительного ремонта по соглашению сторон, по выбору потерпевшего, по соглашению сторон или в силу объективных обстоятельств производится в форме страховой выплаты, установлен п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО. А именно, в случае: а) полной гибели транспортного средства; б) смерти потерпевшего; в) причинения тяжкого или средней тяжести вреда здоровью потерпевшего в результате наступления страхового случая, если в заявлении о страховом возмещении потерпевший выбрал такую форму страхового возмещения; г) если потерпевший является инвалидом, указанным в абзаце первом п. 1 ст. 17 Закона об ОСАГО, и в заявлении о страховом возмещении выбрал такую форму страхового возмещения; д) если стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства превышает установленную подп. «б» ст. 7 названного Федерального закона страховую сумму или максимальный размер страхового возмещения, установленный для случаев оформления документов о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции, либо если в соответствии с п. 22 настоящей статьи все участники дорожно-транспортного происшествия признаны ответственными за причиненный вред при условии, что в указанных случаях потерпевший не согласен произвести доплату за ремонт станции технического обслуживания; е) выбора потерпевшим возмещения вреда в форме страховой выплаты в соответствии с абзацем шестым п. 15.2 настоящей статьи или абзацем вторым п. 3.1 ст. 15 названного Федерального закона; ж) наличия соглашения в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем).

Как указывалось выше и было установлено судом первой инстанции, ФИО1 обратилась в ПАО СК «Росгосстрах» с заявлением о страховом возмещении.

Вместе с тем, со стороны страховой компании направление на организацию ремонта транспортного средства на СТОА не было выдано, произведена выплата страхового возмещения в денежной форме.

При этом указанных в п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО обстоятельств, дающих страховщику право на замену формы страхового возмещения, а также принятие страховой компанией мер, направленных на организацию ремонта транспортного средства, на получение согласия истца на выдачу направления на ремонт на станцию, не соответствующую требованиям, а также отсутствие согласия страховщика на самостоятельную организацию потерпевшим ремонта на СТОА, с которой у страховщика не заключен договор об организации ремонта, материалы дела не содержат.

Из заявления на страховое возмещение не усматривается воля истца на получение страхового возмещения в виде денежной выплаты, в поданном в адрес страховой компании заявлении (претензии) истец просил выплатить страховое возмещение по договору ОСАГО в установленном законом размере, в том числе убытков вследствие ненадлежащего исполнения ПАО СК «Росгосстрах» своих обязательств договору ОСАГО в размере действительной стоимости восстановительного ремонта, понесенных расходов, неустойки за нарушение срока выплаты страхового возмещения, компенсации морального вреда, штрафа, однако законные требования истца об выплате страхового возмещения в надлежащем размере, убытков со стороны страховой компании выполнены не были.

Доводы апелляционной жалобы о том, что между сторонами по делу достигнуто соглашение о денежной форме страхового возмещения, поскольку все представленные цессионарием документы свидетельствовали о намерении получить страховое возмещение в денежной форме, им указаны банковские реквизиты для перечисления денежных средств, судебной коллегией не принимаются во внимание, исходя из следующего.

Согласно разъяснениям пункта 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 г. № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в отсутствие оснований, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, с учетом абзаца шестого пункта 15.2 этой же статьи, страховщик не вправе отказать потерпевшему в организации и оплате восстановительного ремонта легкового автомобиля с применением новых заменяемых деталей и комплектующих изделий и в одностороннем порядке изменить условие исполнения обязательства на выплату страхового возмещения в денежной форме. О достижении между страховщиком и потерпевшим в соответствии с подпунктом «ж» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО соглашения о страховой выплате в денежной форме может свидетельствовать, в том числе, выбор потерпевшим в заявлении о страховом возмещении выплаты в наличной или безналичной форме по реквизитам потерпевшего, одобренный страховщиком путем перечисления страхового возмещения указанным в заявлении способом. Такое соглашение должно быть явным и недвусмысленным. Все сомнения при толковании его условий трактуются в пользу потерпевшего.

Таким образом, законом предусмотрены специальные случаи, когда страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, может осуществляться в форме страховой выплаты.

Вместе с тем, как усматривается из содержания заявления о страховом возмещении ФИО1 не выбран способ выплаты страхового возмещения по договору ОСАГО, однако указано на осуществление страхового возмещения в полном объеме в соответствии с законом Об ОСАГО.

Судебная коллегия полагает, что указание в последующем в уведомлении об уступке права требования, договоре цессии на банковские реквизиты цессионария, не свидетельствует о выборе страхового возмещения в денежной форме.

После получения страхового возмещения в последующих обращениях к страховщику и к финансовому уполномоченному истец просил взыскать в его пользу убытки, не соглашаясь с размером полученной страховой выплаты, поскольку страховой компанией не был организован ремонт автомобиля.

Таким образом, в нарушение указанных норм материального права, ответчиком не представлено доказательств, а судом не установлено обстоятельств, которые свидетельствовали бы о наличии у страховой компании оснований, предусмотренных п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, для принятия решения о таком способе возмещения ущерба, как выдача потерпевшему суммы страховой выплаты, а не организация и (или) оплата восстановительного ремонта поврежденного автомобиля потерпевшего на станции технического обслуживания, поскольку соглашения о выплате страхового возмещения между сторонами достигнуто не было, доказательств невозможности организовать ремонт транспортного средства со стороны ответчика не представлено, как не представлено доказательств отказа истца от проведения такого ремонта, в том числе, на сторонней СТОА.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как предусмотрено статьей 309 названного кодекса, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

В силу пункта 1 статьи 310 данного кодекса односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных данным Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (пункт 2 статьи 393 ГК РФ).

В силу статьи 397 этого же кодекса, в случае неисполнения должником обязательства выполнить определенную работу или оказать услугу кредитор вправе в разумный срок поручить выполнение обязательства третьим лицам за разумную цену либо выполнить его своими силами, если иное не вытекает из закона, иных правовых актов, договора или существа обязательства, и потребовать от должника возмещения понесенных необходимых расходов и других убытков.

В соответствии со статьей 3 Закона об ОСАГО одним из основных принципов обязательного страхования является гарантия возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах, установленных данным федеральным законом.

Суд первой инстанции, разрешая требования о взыскании со страховой компании убытков, руководствовались разъяснением, содержащимся в пункте 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», согласно которому при нарушении страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта потерпевший вправе произвести ремонт самостоятельно и потребовать со страховщика возмещения убытков. Суд пришел к выводу, что убытки равны стоимости того ремонта, который страховщик обязан был организовать и оплатить, но не сделал этого. При этом суд исходил из того, что размер убытков к моменту рассмотрения дела судом может превышать предельный размер возмещения, закрепленный статьей 7 Закона об ОСАГО, в том числе ввиду разницы цен и их динамики.

Как указано в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации № 34-П от 26 мая 2026 г. по делу о проверке конституционности пунктов 151, 152 и 161 статьи 12 Закона Об ОСАГО, а также подпункта «б» статьи 7 данного закона во взаимосвязи со статьей 15 ГК РФ в связи с жалобой АО «Т-Страхование» применение методики Банка России сочетается с установленной Законом об ОСАГО страховой суммой в 400000 руб. и с тем, что ремонт легковых автомобилей, находящихся в собственности граждан и зарегистрированных в Российской Федерации, должен быть осуществлен с использованием новых деталей (абзац третий пункта 151 статьи 12 Закона об ОСАГО), а согласно разъяснению Пленума Верховного Суда Российской Федерации – также без учета износа транспортного средства (абзац второй пункта 49 постановления от 08 ноября 2022 г. № 31). Это предполагает, что если стоимость ремонта, рассчитанная по специальной методике, не превысит установленной законом страховой суммы, то потерпевший вправе настаивать на возмещении вреда в натуре – на восстановительном ремонте его транспортного средства, причем без доплаты со своей стороны. Однако зачастую по рыночным ценам транспортное средство потерпевшего не может быть восстановлено на СТОА без соответствующей доплаты.

Поскольку специальный механизм оценки стоимости ремонта по методике Банка России не предполагает строгой привязки к рыночной стоимости работ и комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов), в случае превышения фактической рыночной стоимости ремонта над его стоимостью, рассчитанной по специальной методике (притом что такая оценка не превышает страховой суммы), страховщик в силу приоритетности ремонта обязан в целях возмещения вреда в натуре покрыть разницу между рыночной стоимостью ремонта и его стоимостью по методике Банка России, взяв на себя соответствующие расходы. Этим предопределена и обязанность страховщиков направлять средства своих финансовых фондов на покрытие названной разницы. Между тем вызванное в том числе санкционными ограничениями подорожание автомобилей и комплектующих к ним привело к существенному росту разницы между оценкой ремонта по методике Банка России и его фактической рыночной стоимостью.

Ввиду сказанного правоприменительный смысл оспариваемых норм – когда застрахованным лицам предоставляется безусловное право на ремонт за счет страховщика, если оценка стоимости ремонта по методике Банка России не превысила страховой суммы, независимо от рыночной стоимости ремонта – входит в противоречие с целями обеспечения сбалансированности прав, стабильности экономического положения страховщиков и доступности их услуг населению, с учетом рисков роста страховых тарифов. Достижению же этих целей способствовал бы подход, при котором общий объем расходов на возмещение вреда в натуре не может выходить за пределы страховой суммы, предусмотренной Законом об ОСАГО.

Обозначенная проблема проявляется в случае, когда стоимость ремонта транспортного средства, рассчитанная по методике Банка России, укладывается в лимит, а рыночная цена восстановления автомобиля превышает его. В другом случае, когда стоимость ремонта по методике Банка России превышает 400000 руб., а потерпевший не согласен на доплату за ремонт СТОА, страховая компания может выплатить потерпевшему взамен ремонта денежные средства, руководствуясь подпунктом «д» пункта 161 статьи 12 Закона об ОСАГО. В отсутствие же законных на то оснований страховщик, как было сказано, не может произвольно менять одну форму возмещения на другую.

Сам по себе подпункт «д» пункта 161 статьи 12 Закона об ОСАГО порождает неопределенность его понимания. Согласно данному положению если стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства превышает установленную подпунктом «б» статьи 7 Закона об ОСАГО страховую сумму при условии, что потерпевший не согласен произвести доплату за ремонт СТОА, то может быть произведена денежная компенсация взамен ремонта. Однако неясно, какая стоимость должна приниматься в расчет: стоимость, рассчитанная по методике Банка России, или же рыночная стоимость ремонта. В силу пункта 6 статьи 121 Закона об ОСАГО судебная экспертиза транспортного средства, назначаемая в целях определения стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в рамках договора обязательного страхования, проводится в соответствии с методикой Банка России. Однако и в случае, когда стоимость ремонта, рассчитанная по методике Банка России, не превышает страховой суммы, а его рыночная стоимость превышает 400000 руб., требуется доплата. Подпункт «д» пункта 161 статьи 12 Закона об ОСАГО отвечает вытекающим из Конституции Российской Федерации требованиям определенности правового регулирования и сбалансированности прав и обязанностей только при таком его толковании, согласно которому в нем под стоимостью ремонта поврежденного транспортного средства имеется в виду рыночная стоимость. Это соответствует правовой позиции, высказанной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 10 марта 2017 г. № 6-П, о том, что, предусматривая максимальный размер страховой выплаты, на которую вправе рассчитывать потерпевший в случае причинения ему вреда, законодатель – с учетом специфики регулируемых отношений и исходя из принципов эффективности, целесообразности и экономической обоснованности – обозначил пределы, в которых путем страховой выплаты потерпевшему гарантируется возмещение вреда, причиненного его жизни, здоровью или имуществу.

При этом, поскольку приоритетная форма осуществления страхового возмещения вреда – восстановительный ремонт транспортного средства, находящегося в собственности гражданина и зарегистрированного в Российской Федерации, не учитывает его износа, то в целях соблюдения конституционного принципа равенства при замене страхового возмещения в натуральной форме на денежную выплату в обозначенном случае также не следует учитывать износа транспортного средства. При невозможности организовать ремонт транспортного средства по причине превышения рыночной цены его восстановления над страховой суммой в 400000 руб. потерпевшему должна быть выплачена именно эта максимальная сумма.

Вместе с тем это, с одной стороны, не исключает обязанности страховщика предложить потерпевшему осуществить доплату за ремонт в случаях, когда рыночная стоимость ремонта превышает страховую сумму (в том числе и в случае, когда стоимость ремонта, рассчитанная по методике Банка России, не превышает страховой суммы) и когда потерпевший настаивает на восстановительном ремонте транспортного средства в СТОА по направлению страховщика, а с другой стороны, предполагает право страховщика осуществить потерпевшему страховое возмещение в денежной форме в размере страховой суммы в случае его отказа от осуществления такой доплаты или несообщения им в разумный срок о своем решении. Поскольку на потерпевшего возлагается обязанность осуществить доплату за ремонт транспортного средства в указанных выше случаях, со страховщика, нарушившего свою обязанность по организации данного ремонта, могут быть взысканы соответствующие убытки в полном объеме, но без включения в них той суммы, которую надлежало доплатить самому потерпевшему.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, для возложения обязанности возместить убытки суд должен установить состав правонарушения, включающий по общему правилу факт наступления вреда, противоправность поведения и вину причинителя вреда, причинно-следственную связь между его действиями или бездействием и наступившими неблагоприятными последствиями, а равно размер ущерба (постановления от 12 октября 2015 г. № 25-П, от 08 декабря 2017 г. № 39-П, от 10 января 2023 г. № 1-П и др.).

Обязанность страховщика организовать восстановительный ремонт транспортного средства не нарушается, если она не может быть исполнена в связи с тем, что рыночная стоимость ремонта не покрывается страховой суммой, а потерпевший не выразил согласия на доплату. Поскольку СТОА не обязана брать на себя недостающие расходы на ремонт, может возникнуть ситуация невозможности исполнения указанного обязательства страховщиком, который также не обязан нести это финансовое бремя за пределами страховой суммы, определяющей объем его страховой обязанности. При таких обстоятельствах его гражданско-правовая ответственность в форме возмещения убытков может не наступить по причине отсутствия противоправности его поведения.

В то же время страховщик обязан принять все зависящие от него меры по организации ремонта транспортного средства потерпевшего, если стоимость ремонта, рассчитанная по методике Банка России, не превышает страховой суммы. Сами же по себе организационные сложности, возникшие у страховщика в поисках СТОА, не могут рассматриваться в качестве препятствующих страховому возмещению причиненного вреда в натуре, притом что бремя доказывания принятия всех необходимых мер для организации ремонта должно быть возложено на страховую организацию как более сильную сторону в страховых правоотношениях.

В рамках действующей модели института обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств потерпевшему во всяком случае должно быть гарантировано, что, если рыночная стоимость восстановительного ремонта превышает страховую сумму, а его стоимость, рассчитанная по методике Банка России, не выходит за рамки страховой суммы, он имеет право – при его несогласии на доплату за ремонт на СТОА – требовать страховое возмещение в денежной форме, а страховщик обязан его выплатить в размере, равном страховой сумме. Отсутствие таких гарантий в действующем правовом регулировании – как и допускаемое правоприменительной практикой возложение на страховщика полной имущественной ответственности, если он не смог исполнить обязанность по организации восстановительного ремонта транспортного средства в пределах страховой суммы, – нарушает баланс прав участников страховых правоотношений.

Таким образом, из анализа вышеприведенных норм права и их разъяснений следует, что отказ страховщика исполнить обязательство по организации и оплате ремонта автомобиля потерпевшего в отсутствие оснований, предусмотренных п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, позволяющих страховщику в одностороннем порядке заменить такое страховое возмещение на страховую выплату с учетом износа деталей, влечет для потерпевшего возникновение убытков в виде разницы между максимальным лимитом ответственности страховой компании, составляющей в данном случае 400000 руб., и фактически выплаченной ему суммой страхового возмещения.

Принимая во внимание, что в заявлении о страховом возмещении явное согласие на выплату страхового возмещения в денежной форме отсутствует, доказательств безусловного волеизъявления потерпевшего на изменение формы страхового возмещения не имеется, правовых оснований для осуществления страхового возмещения в форме денежной выплаты с учетом износа у страховщика не имелось.

Поскольку страховщик отказался исполнить обязательство по организации и оплате ремонта автомобиля истца в отсутствие оснований, предусмотренных п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, позволяющих страховщику заменить такое страховое возмещение на страховую выплату с учетом износа деталей, потерпевший имеет право на взыскание со страховщика страхового возмещения без учета износа деталей и убытков, определенных как разница между максимальным лимитом ответственности страховой компании, составляющей в данном случае 400000 руб., и фактически выплаченной ему суммой страхового возмещения.

Определяя сумму убытков в размере 403200 руб., подлежащую взысканию с ответчика в пользу истца, финансовый уполномоченный исходил из заключения эксперта ООО «Гермес» от 03.02.2025 № У-24-127434/3020-006, согласно которому рыночная стоимость восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа 546400 руб., за вычетом выплаченного страхового возмещения в размере 143200 руб. (расчет: 546400-143200).

Вместе с тем, районным судом не учтено ограниченное право истца на взыскание убытков лишь в пределах максимального лимита ответственности страховой компании, равного в данном случае 400000 руб., что является основанием для отмены решения суда в данной части.

Определяя сумму убытков в размере 139900 руб., подлежащую взысканию в пользу заинтересованного лица, судебная коллегия исходит из заключения эксперта ООО «Гермес» от 03.02.2025 № У-24-127434/3020-006, согласно которому рыночная стоимость восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа составляет 546400 руб., с учетом ограничения указанной суммы лимитом ответственности страховой компании в размере 400000 руб., за вычетом надлежащего размера страхового возмещения в размере 260100 руб., определенного заключением эксперта ООО «Гермес» от 29.01.2025 № У-24-127434/3020-004 (расчет: 400000 – 260100).

В суде апелляционной инстанции установлено, что 19.05.2025 ПАО СК «Росгосстрах» произведена выплата в размере 139900 руб., что подтверждается платежным поручением № 286816 от 19.05.2025 (т. 2 л.д.38).

В связи с указанными обстоятельствами, судебная коллегия приходит к выводу, что при исполнении решения подлежат учету денежные суммы, выплаченные ПАО СК «Росгосстрах» 19.05.2025.

При таких обстоятельствах решение суда подлежит отмене, а решение финансового уполномоченного подлежит изменению. Доводы апелляционной жалобы об отказе в удовлетворении требования ФИО1 в полном объеме не основаны на нормах закона и на фактических обстоятельствах дела, в связи с чем судебная коллегия их отклоняет.

На основании изложенного и руководствуясь 328 - 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Коминтерновского районного суда г. Воронежа от 12 мая 2025 года отменить.

Принять по делу новое решение.

Решение уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг в сферах страхования, микрофинансирования, кредитной кооперации и деятельности кредитных организаций от 05 февраля 2025 г. №У-24-127434/5010-008 изменить, взыскав с публичного акционерного общества Страховая компания «Росгосстрах» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт №) убытки в размере 139900 рублей.

При исполнении решения суда необходимо учитывать денежные средства в размере 139900 рублей по платежному поручению № от ДД.ММ.ГГГГ.

Апелляционную жалобу публичного акционерного общества Страховая компания «Росгосстрах» удовлетворить частично.

Мотивированное апелляционное определение составлено 10.06.2026.

Председательствующий:

Судьи коллегии: