Апелляционное постановление № 1-217/2024-22-340/2025 22-340/2025 от 15 апреля 2025 г. по делу № 1-217/2024

судья Воронина Е.Б. № 1-217/2024-22-340/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

16 апреля 2025 года Великий Новгород

Судебная коллегия по уголовным делам Новгородского областного суда в составе:

председательствующего Яковлева Д.С.,

при секретаре Фёдоровой Н.Д.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осуждённого ФИО1 на приговор Старорусского районного суда Новгородской области от 26 декабря 2024 года, которым

ФИО1, родившийся <...> в <...>. <...>, гражданин Российской Федерации, несудимый,

осуждён по ч. 3 ст. 256 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года,

на основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным, установлен испытательный срок 1 год 6 месяцев,

в силу ч. 5 ст. 73 УК РФ осуждённый ФИО1 обязан не менять место жительства без уведомления уголовно-исполнительной инспекции, являться на регистрацию в уголовно-исполнительную инспекцию не реже одного раза в месяц,

меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении постановлено отменить после вступления приговора в законную силу,

гражданский иск <...> удовлетворён, с ФИО1 в доход бюджета РФ в лице <...>, взыскан ущерб, причинённый водным биологическим ресурсам, в размере 255 100 рублей,

разрешён вопрос по вещественным доказательствам, процессуальным издержкам.

Выслушав мнение осуждённого ФИО1 и его защитника – адвоката Пакина К.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора Яковлева Н.В., полагавшего приговор оставить без изменения, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1 признан виновным и осуждён за незаконную добычу (вылов) водных биологических ресурсов, совершенную с применением самоходного транспортного плавающего средства и других запрещённых орудий и способов массового истребления водных биологических ресурсов, в местах нереста, с причинением особо крупного ущерба.

В судебном заседании ФИО1 свою виновность по предъявленному обвинению не признал.

Судом постановлен вышеуказанный приговор.

В апелляционной жалобе осуждённый ФИО1 выражает несогласие с приговором суда, указывает, что ловил рыбу, ни как любитель, а как профессионал, мерёжами, которые не запрещены для ловли рыбы. Указанная в приговоре рыба была выловлена в оз. <...>, а не в оз. <...>. Разрешение на лов рыбы у него имелось, поэтому он незаконно осуждён. Просит приговор суда отменить, постановить в отношении него оправдательный приговор, возвратить конфискованные лодку и мерёжи.

В возражениях на апелляционную жалобу заместитель прокурора Парфинского района Лебедев Д.С. указывает на законность и обоснованность приговора суда, отсутствие оснований для его отмены либо изменения.

Проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражения на неё, выслушав стороны, судебная коллегия находит приговор законным и обоснованным.

Выводы суда о доказанности виновности ФИО1 в преступлении, за совершение которого он осужден, являются правильными, основанными на совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании, которые подробно изложены в приговоре.

Доводы защиты о невиновности ФИО1, являлись предметом проверки и обсуждения суда первой инстанции, и обоснованно были отвергнуты им, как противоречащие собранным по делу доказательствам.

В судебном заседании осужденный ФИО1 показал суду о том, что работал <...> В.Г., <...> в ночное время в разрешенном для ловли месте, в оз. <...>, вытащив из ранее установленных им там мереж рыбу, погрузил её в лодку, в лодку также погрузил часть мереж, с целью их намыть и просушить, поехал на оз. <...>, о запрете на вылов рыбы с 5 апреля по 1 июня в оз. <...> в связи с нерестовым периодом ему известно, однако, он не осуществлял добычу рыбы, в оз. <...> он мыл мережи, что и объяснил подъехавшим сотрудникам полиции.

Суд обоснованно критически оценил такую позицию осуждённого и привел убедительные мотивы, почему он её отверг.

Так, согласно показаниям представителя потерпевшего П.И., он замещает должность заместителя начальника отдела государственного контроля, надзора и рыбоохраны по <...><...>, от государственного инспектора данного отдела Х.Н. ему стало известно о том, что <...> в ходе планового рейда на озере <...>, входящее в район нерестилища, была выявлена лодка, в которой находился ФИО1, в лодке была рыба различных видов, в количестве 520 штук и мережи в количестве 18 штук.

Из показаний свидетеля Х.Н. следует, что он замещает должность государственного инспектора отдела государственного контроля, надзора и рыбоохраны по <...><...>, <...> в вечернее время, в ходе мероприятий, направленных на выявление правонарушений и преступлений по незаконной добыче (вылове) водных биологических ресурсов, они со старшим инспектором данного отдела Л.А. обнаружили, что на озере <...> установлены 3 ряда мереж, на мережах имелись бирки с фамилией ФИО1, <...> они с С.А. на служебной лодке на озере, находясь в кустах, наблюдали за обстановкой, где накануне им были обнаружены мережи, к данным мережам на лодке подъехал ФИО1, который достал из воды 1 ряд мережей с рыбой, и погружал находящуюся в них рыбу в свою лодку, в дальнейшем ФИО1 пояснил, что мережи принадлежат ему, ряд мережей он достал на просушку, а рыбу он поймал в ином месте, однако, подтверждающих это документов не было, промысловый журнал, предъявленный ФИО1, заполнен не был.

Свидетель Л.А. дал суду аналогичные показания.

Из показаний свидетеля С.А. следует, что он замещает должность старшего оперуполномоченного <...>, <...> в ходе планового рейда, совместно с Х.Н. и оперуполномоченным Н.Д. на оз. <...> были обнаружены мережи, наблюдая, они увидели, как к мережам на лодке подъехал ФИО1, который стал доставать из воды мережи и извлекал из них пойманную рыбу, в лодке у Сутягина находилось большое количество рыбы различных видов, размеров, которая, со слов ФИО1 была выловлена в озере <...>.

Свидетель Н.Д. дал аналогичные показания.

В соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ показания указанных выше свидетелей в качестве доказательства по уголовному делу, суд проверил путем сопоставления между собой и другими доказательствами, оценил с точки зрения относимости и допустимости, обоснованно признал достоверными, и положил их в основу обвинительного приговора.

Так, виновность осуждённого подтверждается протоколом осмотра места происшествия от <...>; протоколом осмотра предметов от <...>; заключением ихтиологической экспертизы <...> от <...> и дополнительному заключению эксперта <...> от <...>; исследованными судом видеозаписями, произведенными <...>, из которых усматривается, что ФИО1, находясь на моторной лодке на оз. <...>, достает из воды мережи, в лодке обнаружены мережи и большое количество рыбы, а также другими доказательствами, исследованными в ходе судебного следствия.

Доводы осужденного о том, что он не осуществлял вылов рыбы на оз. <...>, тщательно проверялись судом и отвергнуты со ссылкой на представленные обвинением доказательства.

В этой связи суд правильно установил и указал в приговоре о том, что свидетели Х.Н., Л.А., С.А. и Н.Д. прямо указали о том, что наблюдали, как осужденный извлекал из воды в оз. <...> мережи с рыбой, рыбу складывал в лодку.

Показания указанных свидетелей последовательны, непротиворечивы, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, а поэтому обоснованно положены судом в основу обжалуемого приговора как доказательства виновности осужденного.

В судебном заседании осужденный не отрицал, что факт вылова рыбы в оз. <...> в промысловом (рыболовном) журнале, он не зафиксировал.

Показания указанных выше свидетелей согласуются с представленной в материалах дела видеозаписью, согласно которой ФИО1, находясь в моторной ложке на оз. <...> достает из воды мережи.

Как следует из показаний свидетеля Х.Н., еще накануне рейда, <...>, совместно с Л.А. они обнаружили на озере <...> 6 пар мереж, на которых имелись бирки с фамилией ФИО1.

Свидетель Л.А. показания Х.Н. подтвердил, дополнив их показаниями о том, что при обнаружении Сутягина на месте ловли рыбы в оз. <...> последний пояснил о том, что заблудился, и не там поставил мережи.

Данные доказательства опровергают доводы осужденного о том, что изъятую у него рыбу, с помощью мереж он выловил в оз. <...>.

У судебной коллегии нет оснований ставить под сомнение вывод суда о достаточности доказательств, бесспорно свидетельствующих о совершении ФИО1 указанного преступления.

В ходе собирания, закрепления и оценки доказательств, на которые в приговоре суд сослался в обоснование виновности осуждённого, судебная коллегия не усматривает нарушений закона.

Судебное следствие проведено всесторонне, полно и объективно.

В соответствии с п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 ноября 2010 года N 26 "О некоторых вопросах применения судами законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов (часть 2 статьи 253, статьи 256, 258.1 УК РФ), под незаконной добычей (выловом) водных биологических ресурсов (статья 256 УК РФ) судам следует понимать действия, направленные на их изъятие из среды обитания и (или) завладение ими в нарушение норм экологического законодательства (например, без полученного в установленном законом порядке разрешения, в нарушение положений, предусмотренных таким разрешением, в запрещенных районах, в отношении отдельных видов запрещенных к добыче (вылову) водных биологических ресурсов, в запрещенное время, с использованием запрещенных орудий лова), при условии, что такие действия совершены лицом с применением самоходного транспортного плавающего средства, взрывчатых или химических веществ, электротока или других запрещенных орудий и способов массового истребления водных биологических ресурсов, в местах нереста или на миграционных путях к ним, на особо охраняемых природных территориях, в зоне экологического бедствия или в зоне чрезвычайной экологической ситуации либо когда такие действия повлекли причинение крупного ущерба.

Суд правильно установил и указал в приговоре о том, что ФИО1, с применением лодки и мереж, которые являются ловушками и в силу п. 30.5.1 Правил рыболовства для Западного рыбохозяйственного бассейна, утвержденными Приказом Минсельхоза России <...> от <...>, запрещенным орудием и способом добычи (вылова) водных биологических ресурсов при осуществлении любительского рыболовства, способным повлечь массовое истребление водных биологических ресурсов, не имея соответствующего разрешения на добычу водных биологических ресурсов, осуществил незаконный вылов 520 экземпляров рыб различных видов в акватории оз. <...>, которое является местом нереста весенне-нерестующих рыб, где в соответствии с п. 23.1 указанных Правил рыболовства, в период с 5 апреля по 1 июня добыча (вылов) водных биоресурсов запрещена, а также в этот период установлен запрет для добычи (вылова) леща и жереха при любительском рыболовстве (п. 30.2 Правил рыболовства), осуществил вылов 520 экземпляров рыб различных видов, чем причинил водным биологическим ресурсам Российской Федерации материальный ущерб в размере 255 100 рублей, являющийся, согласно примечанию к ст. 256 УК РФ, особо крупным.

С учетом изложенного, квалификация действий ФИО1 по ч. 3 ст. 256 УК РФ, как незаконная добыча (вылов) водных биологических ресурсов, если это деяние совершено с применением самоходного транспортного плавающего средства и других запрещенных орудий и способов массового истребления водных биологических ресурсов, в местах нереста, с причинением особо крупного ущерба, судом дана верно.

Доводы адвоката Пакина К.В., изложенные суду апелляционной инстанции о том, что в ходе предварительного следствия и в судебном заседании право на защиту ФИО1 было грубо нарушено, предварительное расследование проведено с существенным нарушением требований уголовно-процессуального закона, судебная коллегия находит несостоятельными.

Произведённая органом дознания замена адвоката Родина А.С. на защитника по соглашению – адвоката Савчука А.А., в соответствии с постановлением от 15 августа 2023 года, совершена законно, вынесенное постановление стороной защиты не оспорено.

Из материалов уголовного дела, в том числе протокола судебного заседания видно, что позиция осужденного и адвоката Савчука А.А. относительно предъявленного обвинения согласовывалась, адвокат поддерживал доводы осужденного, норм адвокатской этики не нарушал.

Изменение в последующем статуса адвоката Савчука А.А., привлеченного судом в последующем к участию в деле на основании ст. 51 УПК РФ, также не свидетельствует о нарушении права осужденного на защиту.

Как следует из протокола судебного заседания, 15 октября 2024 года подсудимый ФИО1 заявил отказ от защитника, однако данный отказ не был принят судом, и защитник Савчук А.А. участвовал в судебном заседании на основании соответствующего решения суда, что дополнительно гарантировало соблюдение права ФИО1 на защиту.

Постановление суда от 15 октября 2024 года об отказе в удовлетворении заявления ФИО1 об отказе от защитника должным образом мотивировано, принято в условиях состязательности и является законным и обоснованным.

Доводы защитника о нарушениях, допущенных органом предварительного расследования при производстве процессуальных и следственных действий, фальсификации материалов уголовного дела, также являются несостоятельными, поскольку как видно из материалов уголовного дела органами предварительного расследования каких-либо существенных нарушений УПК РФ при производстве предварительного расследования, влекущих необходимость отмены приговора, допущено не было.

Имеющиеся в протоколах следственных и процессуальных действий ошибки, на которые ссылается адвокат Пакин К.В. в суде апелляционной инстанции, имеют характер технических, ряд из них устранены путем внесения соответствующих изменений в процессуальные документы, изменения заверены подписью и печатью должностного лица органа предварительного расследования, другие ошибки на законность произведенных следственных действий не влияют.

Из протокола судебного заседания следует, что судебное разбирательство судом было проведено в соответствии с требованиями УПК РФ, в том числе на основе принципов состязательности и равноправия сторон, по мнению судебной коллегии, суд принял все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, создав сторонам все необходимые условия для реализации предоставленных им законом прав.

Как видно из протокола судебного заседания, заявленные сторонами в ходе судебного следствия ходатайства разрешались в судебном заседании в условиях состязательности, по каждому из них вынесено мотивированное решение, основанное на законе, права осужденного на доступ к правосудию не нарушались.

Иные доводы стороны защиты, изложенные в суде апелляционной инстанции в обоснование позиции о незаконности приговора и необходимости его отмены в связи с нарушением права ФИО1 на защиту, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку, по существу они направлены на переоценку значимых для необходимости принятия такого решения обстоятельств, искажение хода предварительного расследования и процедуры судебного разбирательства.

Назначенное ФИО1 наказание соответствует характеру и степени общественной опасности преступления, за совершение которого он осужден, обстоятельствам его совершения, является законным и справедливым, соответствующим требованиям статей 6, 43 и 60 УК РФ.

При назначении наказания осуждённому ФИО1 суд, принял во внимание смягчающие наказание обстоятельства – состояние здоровья, наличие статуса ветерана труда, наличие благодарностей в связи с трудовой деятельностью, явку с повинной.

Обстоятельств, отягчающих наказание осужденному, судом не установлено.

Судом сделан обоснованный вывод о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ.

Положения уголовно-процессуального закона о конфискации принадлежащих осужденному орудий и средств совершения преступления судом применены правильно.

Так, согласно п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, конфискация имущества есть принудительное безвозмездное изъятие и обращение в собственность государства на основании обвинительного приговора, в том числе, орудий, оборудования или иных средств совершения преступления, принадлежащих обвиняемому.

Из разъяснений, содержащихся в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 ноября 2010 года N 26 "О некоторых вопросах применения судами законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов (часть 2 статьи 253, статьи 256, 258.1 УК РФ)", в соответствии с требованием п. 2 ч. 1 ст. 309 УПК РФ, в резолютивной части приговора надлежит решить вопрос о вещественных доказательствах, в том числе о конфискации в порядке п. "г" ч. 1 ст. 104.1 УК РФ орудий незаконной добычи (вылова) водных биологических ресурсов, оборудования или иных средств совершения преступления, принадлежащих обвиняемому.

В соответствии с п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 июня 2018 N 17 "О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве", к орудиям, оборудованию или иным средствам совершения преступления следует относить предметы, которые использовались либо были предназначены для использования при совершении преступного деяния или для достижения преступного результата.

Указанные требования закона и разъяснения Верховного Суда Российской Федерации судом не нарушены.

Суд правильно установил и указал в приговоре о том, что ФИО1 совершил незаконную добычу (вылов) водных биологических ресурсов, с использованием принадлежащей ему металлической лодки и 18 парных мереж, факт принадлежности подлежащих конфискации предметов ему, не оспаривал, а при таких обстоятельствах выводы суда в части конфискации данного имущества являются верными.

Гражданский иск <...> о взыскании с ФИО1 ущерба, причинённого водным биологическим ресурсам, в размере 255 100 рублей, разрешен правильно, положения ч. 1 ст. 1064 ГК РФ, должным образом учтены.

Другие вопросы, подлежащие разрешению в приговоре в соответствии со ст. 309 УК РФ, решены судом правильно и надлежащим образом мотивированы.

Нарушений требований уголовного, либо уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену или изменение приговора, судом не допущено.

Исходя из изложенного, и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

п о с т а н о в и л а:

приговор Старорусского районного суда Новгородской области от 26 декабря 2024 года в отношении ФИО1 – оставить без изменения, а апелляционную жалобу осужденного ФИО1, без удовлетворения.

Апелляционное постановление и приговор могут быть обжалованы в кассационном порядке в течение шести месяцев со дня их вступления в законную силу, в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции.

В случае пропуска данного срока или отказа в его восстановлении итоговые судебные решения могут быть обжалованы путем подачи кассационной жалобы или представления непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья Д.С. Яковлев