Решение № 2-2093/2017 2-2093/2017~М-684/2017 М-684/2017 от 27 апреля 2017 г. по делу № 2-2093/2017

Гражданское дело №

Мотивированное
решение составлено 31.07.2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

25 июля 2017 года г. Екатеринбург

Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего судьи Ардашевой Е.С.,

при секретаре Даниловой А.Г.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующей на основании доверенности от 22.12.2016, представителя ответчика Муниципального образования «город Екатеринбург» в лице Администрации города Екатеринбурга ФИО3, действующей на основании доверенности от 28.04.2017,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 <ФИО>16 к Муниципальному образованию «город Екатеринбург» в лице Администрации города Екатеринбурга о восстановлении срока для принятия наследства, признании права собственности в порядке наследования,

по встречному исковому заявлению Муниципального образования «город Екатеринбург» в лице Администрации города Екатеринбурга к ФИО4 <ФИО>17 о признании права собственности в порядке наследования,

установил:

ФИО1 обратилась в Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга с исковым заявлением к Администрации Верх – Исетского района г. Екатеринбурга.

Определением Верх – Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 22.03.2017 произведена замена ненадлежащего ответчика на надлежащего - Муниципальное образование «город Екатеринбург» в лице Администрации города Екатеринбурга (л.д. 71-75).

В обоснование заявленных требований истцом указанно, что в сентябре 2015 года умер ФИО4 <ФИО>18. После смерти ФИО5 открылось наследство, в состав которого вошло, в том числе, ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>. Право общей долевой собственности на 5/8 долей в праве общей долевой собственности на спорное имущество принадлежало умершему, более того, после смерти его сестры ФИО6, последовавшей 10.12.2006 ФИО5 фактически было принято наследство в состав которого вошла 1/8 доля в праве общей долевой собственности на указанную квартиру. При жизни наследодателей завещание составлено не было. Наследников по закону первой очереди после смерти ФИО5 не имеется, наследниками по закону второй очереди являются сестры наследодателя – ФИО1 (истец) и ФИО7 Истец в установленный законом срок с заявлением о принятии наследства к нотариусу не обратилась, поскольку на момент открытия наследства находилась в преклонном возрасте и проходила курс реабилитации после перенесенной операции. Истец является инвалидом с детства, ей была установлена третья группа инвалидности. ФИО1 до февраля 2015 года проходила курс лечения в психиатрической больнице, после чего, в мае 2015 года она начала самостоятельно себя обслуживать, появилась возможность выходить из дома, проходить обследования и готовиться к операции по установлению искусственного глаза, так как в этот период остро стоял вопрос полной потери зрения. После проведенной истцу операции по установлению искусственного глаза в 2016 году ей была повторно установлена инвалидность, выдана индивидуальная программа реабилитации или абилитации инвалида (10.05.2016), в соответствии с которой истец проходила реабилитацию до декабря 2016 года. 16.12.2016 истец от ЗАО «УК «Верх – Исетская» получила письмо о необходимости погасить задолженность по оплате коммунальных услуг за спорное жилое помещение, после чего она посетила спорное жилое помещение, затем обратилась в управляющую компанию, откуда и узнала о смерти ФИО5 Полагает, что пропустила срок для принятия наследства после смерти ФИО5 по уважительным причинам. Учитывая изложенные обстоятельства ФИО1 просила восстановить пропущенный ею срок для принятия наследства после смерти ФИО4 <ФИО>19, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего в сентябре 2015 года, признать за ФИО4 <ФИО>20 право собственности на ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: г. Екатеринбург, <адрес> (далее по тексту – спорное имущество).

Определениями суда от 22.03.2017, 17.05.2016 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО7 и нотариус ФИО8, соответственно (л.д. 68-70, 117-120).

Определением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 19.04.2017 к производству суда принято встречное исковое заявление Муниципального образовании «город Екатеринбург» в лице Администрации города Екатеринбурга к ФИО1 о признании права собственности в порядке наследования (л.д. 93-97).

В обоснование встречного искового заявления представителем Муниципального образования «город Екатеринбург» в лице Администрации города Екатеринбурга указано, что поскольку до настоящего времени наследство, оставшееся после смерти ФИО5, последовавшей в сентябре 2015 года в виде 5/8 доли в праве общей долевой собственности, и смерти ФИО6, последовавшей ДД.ММ.ГГГГ в виде 1/8 доли в праве общей долевой собственности на спорное жилое помещение наследниками не принято, данное недвижимое имущество (6/8 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>) является выморочным и подлежит переходу в собственность Муниципального образования «город Екатеринбург» с включением в фонд социального использования. Отказ от принятия выморочного имущества законодательством не предусмотрен. В материалах дела отсутствуют доказательства уважительности пропуска истцом по первоначальному иску срока установленного для принятия наследства.

В судебное заседание истец по первоначальному иску, не явилась о времени и месте рассмотрения дела была извещена надлежащим образом и в срок, не ходатайствовала об отложении рассмотрения дела, направила в судебное заседание своего представителя. Ранее в судебном заседании 06.06.2017 истец ФИО1 первоначальные исковые требования поддержала, суду пояснила, что ее сестра ФИО6 на момент смерти проживала в квартире по ул. Ясная, после ее смерти в спорной квартире продолжал проживать ФИО5, который нес бремя ее содержания, обеспечивал сохранность всего спорного имущества. У ФИО6 был супруг, который умер до смерти <ФИО>21, их общий сын Алексей умер в 2011 году. Факт проживания ФИО5 на момент смерти в спорной квартире также подтверждается постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела по факту его смерти. На момент смерти ФИО5 она проходила курс реабилитации после проведенной операции по замене глаза. Лечение продолжается и по настоящее время.

Представитель истца по первоначальному иску ФИО1 – ФИО2, действующая на основании доверенности от 22.12.2016, в судебном заседании исковые требования поддержала, просила их удовлетворить в полном объеме. Дополнительно пояснила, что наследодатель при жизни злоупотреблял спиртными напитками, временами вел себя агрессивно, в связи с чем, истец не часто с ним общалась. На момент смерти наследодателя, истец находилась в преклонном возрасте (78 лет), состояние ее здоровья не позволило ей своевременно узнать о смерти наследодателя и обратиться с заявлением о принятии наследства. Истец тяжело переживала новость о том, что она не смогла попрощаться с братом, поучаствовать в его похоронах. Полагает, что встречные исковые требования не подлежат удовлетворению.

Представитель ответчика по первоначальному иску Муниципального образования «город Екатеринбург» в лице Администрации города Екатеринбурга ФИО3, действующей на основании доверенности от 28.04.2017, в судебном заседании возражала против удовлетворения первоначальных исковых требований, настаивала на удовлетворении встречных исковых требований, по доводам изложенным во встречном исковом заявлении.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом и в срок, не ходатайствовали об отложении судебного заседания.

Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО9, ФИО10 пояснили, что истец является сестрой ФИО7 (матери ФИО10), что после того, как истца выписали из психиатрической больницы в феврале 2015 года, она была в очень плохом состоянии, не могла самостоятельно себя обслуживать. К маю 2015 года она начала самостоятельно передвигаться, они начали с ней проходить всех специалистов для того, чтобы подготовиться к операции. У истца серьезные проблемы со зрением, кроме того, ее преклонный возраст подтверждает наличие иных проблем со здоровьем. На момент смерти наследодателя истец проходила курс реабилитации поле проведенной операции по установлению искусственного глаза, после операции она плохо ориентировалась в пространстве, ей необходим был посторонний уход. После того, как в адрес истца пришло извещение о наличии задолженности по спорной квартире (декабрь 2016 года) они вместе поехали в спорную квартиру, затем от работников управляющей компании узнали о смерти наследодателя. ФИО7 не обращалась с заявлением о принятии наследства после смерти своих брата и сестры, не совершала действий по фактическому принятию наследства, не претендует на спорное жилое помещение.

Заслушав лиц участвующих в деле, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, о дополнении которых сторонами не заявлено, каждое представленное доказательство в отдельности и все в совокупности, суд приходит к следующему.

В силу ст. ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Судом установлено, что 23.01.1997 ФИО5, ФИО6, ФИО1, ФИО7 заключили соглашение о передаче квартиры в собственность, расположенной по адресу: г. Екатеринбург <адрес>

Согласно данному соглашению ФИО11 (мать ФИО5, ФИО6, ФИО1, ФИО7) принадлежит 1/2 доли в праве общей долевой собственности на вышеуказанное жилое помещение, ФИО5 принадлежит 1/2 доли в праве общей долевой собственности на спорное жилое помещение.

После смерти ФИО11, ФИО5, ФИО6, ФИО1, ФИО7 получили в порядке наследования по закону по 1/8 доли в праве общей долевой собственности в спорном жилом помещении (принадлежащем, в том числе, ФИО11(л.д. 81).

В соответствии с ответом на судебный, по данным ЕМУП «БТИ» собственниками квартиры № <адрес> в г. Екатеринбурге зарегистрированы: ФИО4 <ФИО>22, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (1/8 доля в праве), ФИО4 <ФИО>23, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (1/8 доля в праве), ФИО7 <ФИО>24, ДД.ММ.ГГГГ. (1/8 доля в праве) на основании свидетельства о праве на наследство, выданного 20.02.1997 нотариусом г. Екатеринбурга ФИО12, реестровый № (регистрация в 5ТИ 12.03.1997 г.); ФИО4 <ФИО>25, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (5/8 долей в праве) на основании договора передачи квартиры в собственность граждан от 26.05.1993 регистрация в БТИ 24.06.1993), соглашения об изменении формы собственности и установлении размера долей, удостоверенного 23.01.1997 нотариусом г. Екатеринбурга ФИО12, реестровый № (регистрация в БТИ 30.01.1997) и свидетельства о праве на наследство, выданного 13.02.1997 нотариусом г. Екатеринбурга ФИО12, реестровый № (регистрация в 5ТИ 26.02.1997 (л.д. 92).

Факт родственных отношений между ФИО1, ФИО5, ФИО6 и ФИО7 ни кем из лиц, участвующих в деле не оспаривался, подтверждается материалами дела (соглашение (л.д. 81), показаниями свидетелей.

Материалами дела подтверждается, что ФИО6 умерла ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 7).

В состав наследства после смерти ФИО6 вошла, в том числе 1/8 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: г. Екатеринбург, ул. <адрес>

Сведений о том, что ФИО6 при жизни было составлено завещание в материалы дела не представлено.

Наследником по закону первой очереди после смерти ФИО6 являлся ее сын ФИО13, который умер ДД.ММ.ГГГГ(супруг скончался до смерти ФИО6(л.д. 82.). Данных свидетельствующих о том, что сыном ФИО13 были совершенны действия по фактическому принятию наследства после смерти своей матери у суда не имеется (данные о том, что ФИО13 обращался к нотариусу с заявлением о принятии наследства не подтвердились в ходе рассмотрения дела, так, согласно ответу на судебный запрос нотариальной палаты Свердловской области наследственное дело после смерти ФИО6 (равно как и после смерти ФИО13), нотариусами Свердловской области не заводилось (л.д. 129).

Вместе с тем, из пояснений истца, ее представителей, свидетелей следует, что ФИО5, являясь одним из наследников умершей ФИО6 по закону второй очереди – братом наследодателя, фактически проживал с ней, нес бремя содержания, обеспечивал сохранность спорной квартиры, доля в праве собственности в которой, в том числе, принадлежала умершей ФИО6 Указанные обстоятельства подтверждаются также и представленными в материалы дела письменными доказательствами, из которых следует, что ФИО5 был зарегистрировал в спорном жилом помещении, что следует из поквартирной карточки (л.д. 104), фактически проживал до своей смерти в данном помещении, обеспечивал сохранность данного помещения, что подтверждается постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 22.09.2015 (из данного постановления следует, что труп ФИО5 был обнаружен в квартире, расположенной по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>) в юридически значимый период оплачивал коммунальные платежи, что подтверждается извещением направленным в адрес истца о наличии задолженности (в данном извещении указанно, что задолженность по оплате жилья образовалась с июня 2015 года).

Как следует из положений абз. 2 п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В соответствии со ст. 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию и по закону.

В силу ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" право наследования, гарантированное ч. 4 ст. 35 Конституции Российской Федерации, обеспечивает переход имущества наследодателя к другим лицам в порядке, определяемом гражданским законодательством; получение свидетельства о праве на наследство является правом, а не обязанностью наследника (п. 7); наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента (если такая регистрация предусмотрена законом) (п. 34). Наследник, подавший заявление о принятии наследства либо заявление о выдаче свидетельства о праве на наследство без указания основания призвания к наследованию, считается принявшим наследство, причитающееся ему по всем основаниям (п. 35).

Пунктом 1 ст. 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно не заключалось, и где бы оно не находилось.

В силу положений ст. 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Закон устанавливает два способа принятия наследства - путем подачи по месту открытия наследства нотариусу заявления наследника о принятии наследства либо о выдаче свидетельства о праве на наследство (п. 1 ст. 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации) или совершением действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства (вступление во владение и управление имуществом принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества и т.д.) (п. 2 ст. 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Учитывая изложенные обстоятельства, суд приходит к выводу, что в отношении наследства, открывшегося со смертью ФИО6, в частности 1/8 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: г. Екатеринбург, ул. <адрес>, ФИО5 выполнял действия по пользованию, владению и распоряжению, позиционируя себя собственником указанного жилого помещения.

Действия по вступлению в права наследования после смерти ФИО6, последовавшей ДД.ММ.ГГГГ совершены ФИО5 в течение 6 месяцев со дня открытия наследства, что свидетельствует о принятии им наследства одним из указанных в ст. 1153 Гражданского Кодекса Российской Федерации способов.

Кроме ФИО5 наследниками по закону второй очереди являлась ФИО7, ФИО1, однако данных о совершении ими каких – либо действий, предусмотренных законом, по принятию наследства после смерти ФИО6, в материалы дела не представлено.

Доказательств опровергающих указанные выше обстоятельства суду не представлено, возражений от лиц, участвующих в дела относительно установленных судом обстоятельств в данной части, не поступило.

Из материалов дела следует, что в связи со смертью ФИО4 <ФИО>26, последовавшей в сентябре 2015 (точную дату смерти, а также причину смерти установить не представляется возможным в связи с гнилостными изменениями трупа, что следует из актовой записи о смерти (л.д. 78), открылось наследство.

Судом установлено, что в состав наследства после смерти ФИО5 пошло 6/8 (или ?) доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: г. Екатеринбург, ул. <адрес> (5/8 доли - принадлежало наследодателя на праве собственности, 1/8 доля - фактически принятое наследство после смерти ФИО6).

Из ответа на судебный запрос нотариальной палаты Свердловской области по данным единой информационной системы нотариуса «еНот» наследственное дело после смерти ФИО5 нотариусами Свердловской области не заводилось (л.д. 65).

Данных о составлении при жизни ФИО5 завещания, равно как и данных о наличии у ФИО5 наследников по закону первой очереди, в материалы дела не представлено.

Наследником по закону второй очереди после смерти ФИО5 является ФИО1 – сестра наследодателя.

Согласно ст. 1113 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство открывается со смертью гражданина.

Ранее судом уже было указанно, что в соответствии со ст. ст. 1153, 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства путем подачи заявления нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом должностному лицу либо совершением действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства.

В силу положений п. 1 ст. 1155 Гражданского кодекса Российской Федерации по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства (статья 1154), суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.

По признании наследника принявшим наследство суд определяет доли всех наследников в наследственном имуществе и при необходимости определяет меры по защите прав нового наследника на получение причитающейся ему доли наследства (пункт 3 настоящей статьи). Ранее выданные свидетельства о праве на наследство признаются судом недействительными.

Согласно разъяснений, содержащихся в п. 40 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств: наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (ст. 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.; обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Разрешая спор по существу, суд полагает необходимым отметить, что доводы истца о затворническом образе жизни наследодателя правового значения не имеют, не являются уважительной причиной для восстановления истцу срока для принятия наследства.

Вместе с тем, заслуживают внимания доводы истца о том, что срок для принятия наследства после смерти ФИО5 ею пропущен по уважительной причине в связи с болезнью и нахождением в беспомощном состоянии на момент открытия наследства.

Так из справки, выданной с психиатрической больницей №6 г. Екатеринбурга, следует, что истец находилась на стационарном лечении в ГБУЗ СО «СОКПБ» в период с 24.11.2014 по 16.02.2015.

Из пояснений свидетелей следует, что ФИО1 после выписки из психиатрической больницы находилась в тяжелом состоянии и только к маю 2015 года смогла самостоятельно без посторонней помощи передвигаться, обслуживать себя.

Также из пояснений свидетелей следует, и подтверждается представленными в материалы дела копиями медицинских документов, что с указанного периода (май 2015 года) ФИО1 осуществляла действия по подготовке к операции, поскольку была острая угроза полной потери зрения (проходила специалистов, сдавала анализы).

В 2016 году ФИО1 перенесла операцию по установлению искусственного глаза.

Перенесенная истцом операция и, в целом, имеющиеся у нее проблемы со здоровьем в виду нахождения ее в преклонном возрасте, приводили к головокружению у истца, были причиной потери ориентации (истец видит только одним глазом), а потому требовалось прохождение реабилитации.

Имеющиеся у истца проблемы со здоровьем привели к тому, что ФИО1 повторно была установлена инвалидность.

После установления истцу инвалидности, ей была выдана индивидуальная программа реабилитации или абилитации инвалида (10.05.2016).

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Судом установлено и подтверждается собранными по делу доказательствами, подтверждается, что в декабре 2016 года истец, как сособственник спорного жилого помещения получила извещение о наличии задолженности по оплате за коммунальные услуги (л.д. 106).

Из пояснений истца, свидетелей, следует, что ФИО1 после получения указанного извещения в сопровождении своего племянника и его супруги приехала в спорную квартиру, где проживал наследодатель, а затем обратились в Управляющую компанию, где и узнали о смерти ФИО5

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что ответчиком по первоначальному иску, не представлено достоверных доказательств того, что ФИО1 узнала о своем праве на наследство, открывшееся после смерти ФИО5, раньше срока, на который она указывает (декабрь 2016 года).

ФИО1 не знала о смерти наследодателя и не могла знать о ней, поскольку в юридически значимый период пребывала в болезненном состоянии, была вынуждена уделять максимальное количество времени своему здоровью, поскольку, будучи в преклонном возрасте, перенесла операцию, сама нуждалась в уходе и помощи посторонних лиц (с мая 2016 года по декабрь 2016 года, включительно, истец проходила курс реабилитации в соответствии с ИПРА, а также продолжает лечение и до настоящего времени).

Сопоставляя представленные сторонами доказательства (в том числе пояснения лиц, участвующих в деле, пояснения свидетелей), суд приходит к выводу, что требования истца по первоначальному иску ФИО1 о восстановлении пропущенного ею срока на принятие наследства после смерти ФИО5, являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Каких – либо допустимых и относимых (статьи 59, 60 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации) доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства, в ходе рассмотрения дела сторонами не представлено.

Учитывая вышеизложенное, а также принимая во внимания ранее указанные судом нормы права, суд не находит оснований для удовлетворения встречных исковых требований Муниципального образования «город Екатеринбург», в лице Администрации города Екатеринбурга.

Указания представителя ответчика по первоначальному иску относительно того, что в материалах дела отсутствуют доказательства уважительности пропуска истцом по первоначальному иску срока, установленного для принятия наследства, суд находит не обоснованными по вышеуказанным доводам.

В соответствии с со ст.ст. 17 и 28 Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» вступившие в законную силу судебные акты являются основаниями для государственной регистрации наличия, возникновения, прекращения, перехода, ограничения (обременения) прав на недвижимое имущество и сделок с ним. Права на недвижимое имущество, установленные решением суда, подлежат государственной регистрации на общих основаниях.

При этом государственный регистратор не вправе отказать в государственной регистрации права, установленного вступившим в силу решением суда, а потому решение суда является основанием для регистрации права собственности истца по первоначальному иску ФИО4 <ФИО>27 на ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: г. Екатеринбург, ул. <адрес>, в установленном законом порядке.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковое заявление ФИО4 <ФИО>28 к Муниципальному образованию «город Екатеринбург» в лице Администрации города Екатеринбурга о восстановлении срока для принятия наследства, признании права собственности в порядке наследования, удовлетворить.

Восстановить ФИО4 <ФИО>29 пропущенный ею срок для принятия наследства после смерти ФИО4 <ФИО>31, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего в сентябре 2015 года.

Признать за ФИО4 <ФИО>30 право собственности в порядке наследования на ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: г. Екатеринбург, <адрес>

Решение суда в данной части является основанием для государственной регистрации права собственности ФИО4 <ФИО>32 на ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: г. Екатеринбург, ул. <адрес> в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии Свердловской области.

Встречные исковые требования Муниципального образовании «город Екатеринбург» в лице Администрации города Екатеринбурга к ФИО4 <ФИО>33 о признании права собственности в порядке наследования, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, с подачей апелляционной жалобы через Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области.

Судья Е.С. Ардашева