Апелляционное постановление № 22-977/2021 22К-977/2021 от 15 апреля 2021 г. по делу № 3/1-18/2021

Судья Хабаров Н.В. Дело №22-977/2021


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Томск 15 апреля 2021 года

Судья Томского областного суда Матыскина Л.С.,

с участием прокурора Панько Д.А.,

обвиняемого М.,

адвоката Стрельцовой Н.Б. в защиту интересов обвиняемого М.,

при секретаре Чайниковой О.Д.,

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционному представлению старшего помощника прокурора Советского района г. Томска Панько Д.А. на постановление Советского районного суда г. Томска от 10 апреля 2021 года, которым в отношении

М., /__/, несудимого,

отказано в удовлетворении ходатайства прокурора об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу.

Заслушав выступление прокурора Панько Д.А., полагавшего об отмене постановления суда по доводам апелляционного представления, возражения обвиняемого МаммадлиИ.В.о. и его защитника – адвоката Стрельцовой Н.Б., полагавших необходимым постановление суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

В производстве Следственного отдела Абшеронского РУП МВД Азербайджанской Республики находится уголовное дело по обвинению М. в совершении преступления, предусмотренного ст. 127.2.3 УК Республики Азербайджан.

Постановлением следователя Следственного отдела Абшеронского РУП МВД Азербайджанской Республики от 03 декабря 2018 года объявлен розыск М.

01 мая 2019 года следователем того же следственного отдела вынесено постановление о привлечении М. в качестве обвиняемого.

Согласно постановлению Абшеронского районного суда Республики Азербайджан от 02 мая 2019 года в отношении М. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

11 августа 2020 года в г.Томске М. был задержан в порядке, предусмотренном ч.2 ст. 61 Минской Конвенции «О правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам» от 22 января 1993 года.

Согласно постановлениям Ленинского районного суда г.Томска от 13 августа 2020 года и 18 сентября 2020 года М. была избрана и позже продлена мера пресечения в виде заключения под стражу, в период с 11 августа 2020 года по 11 февраля 2021 года он содержался под стражей.

24 декабря 2020 года постановлением заместителя Генерального прокурора Российской Федерации удовлетворен запрос от 23 сентября 2020 года Генеральной прокуратуры Азербайджанской республики о выдаче М. для привлечения к уголовной ответственности за причинение менее тяжкого вреда здоровью по ст. 127.2.3 УК Азербайджанской Республики.

10 февраля 2021 года Томским областным судом жалоба М. на данное постановление оставлена без удовлетворения.

09 апреля 2021 года М. был вновь задержан в порядке ст.ст. 91 и 92 УПК РФ на основании постановления Абшеронского районного суда Республики Азербайджан от 02мая 2019 года об избрании ему меры пресечения в виде заключения под стражу.

Прокурор Советского района г.Томска старший советник юстиции ФИО1 обратился в суд с ходатайством об избрании в отношении М. меры пресечения в виде заключения под стражу сроком на 30 суток, то есть до 09 мая 2021 года, указав, что, последний, находясь на свободе, может скрыться от следствия и суда, кроме того, избрание меры пресечения в виде заключения под стражу обусловлено необходимостью исполнения международных обязательств Российской Федерации, для обеспечения исполнения постановления суда Абшеронского районного суда Республики Азербайджан от 02 мая 2019 года об избрании ему меры пресечения в виде заключения под стражу, а также для обеспечения фактической передачи М. запрашивающей стороне с целью выполнения Российской Федерацией международных обязательств, вытекающих из положений Конвенции «О правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам» от 22 января 1993 года.

Постановлением Советского районного суда г. Томска от 10 апреля 2021 года в удовлетворении ходатайства прокурора об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении М. отказано.

В апелляционном представлении старший помощник прокурора Советского района г. Томска Панько Д.А. считает, что обжалуемое постановление является необоснованным, незаконным в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Ссылаясь на положения Постановления Пленума Верховного суда РФ № 11 от 14июня 2012 года «О практике рассмотрения судами вопросов, связанных с выдачей лиц для уголовного преследования или исполнения приговора, а также передачей лиц для отбывания наказания», положения Конвенции «О правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам» от 22 января 1993 года и положения уголовно-процессуального законодательства (ст.ст.108, 467 УПК РФ) указал, что предельный срок содержания под стражей, установленный положениями ст. 109 УПК РФ, в отношении М. фактически истек, однако постановлением заместителя Генерального прокурора Российской Федерации от 24 декабря 2020 года удовлетворен запрос Генеральной прокуратуры Азербайджанской Республики о выдаче М. для привлечения к уголовной ответственности по ст. 127.2.3 УК Республики Азербайджан, возможности для применения к последнему иной меры пресечения, несвязанной с заключением под стражу не имеется. Указывает, что М. гражданства РФ не получал, официально не трудоустроен, холост, детей не имеет. Находясь в Российской Федерации, неоднократно выезжал за ее пределы, в связи с чем, находясь на свободе, сможет скрыться от органов следствия и суда. Кроме того, избрание меры пресечение в виде заключения под стражу обусловлено необходимостью исполнения международных обязательств Российской Федерации, для обеспечения исполнения постановления суда Абшеронского района Республики Азербайджан от 02 мая 2019 года, в соответствии с которым в отношении М. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Каких-либо препятствий для его экстрадиции в ходе проверки, проведенной прокуратурой, не установлено. Считает, что избрание меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении М. необходимо для обеспечения его фактической передачи запрашивающей стороне с целью выполнения Российской Федерацией международных обязательств, вытекающих из положений Конвенции «О правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам» от 22 января 1993 года. Просит постановление суда отменить, удовлетворить ходатайство прокурора об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении М.

В суде апелляционной инстанции государственный обвинитель Панько Д.А. поддержал доводы апелляционного представления.

Обвиняемый М. и адвокат Стрельцова Н.Б. возражали против доводов апелляционного представления.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения постановления исходя из следующего.

Согласно ст. 56 Конвенции «О правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам» от 22 января 1993 года и п. 1 ч. 3 ст. 462 УПК РФ договаривающиеся стороны обязуются в соответствии с условиями, предусмотренными настоящей Конвенции, по требованию выдавать друг другу лиц, находящихся на их территории, для привлечения к уголовной ответственности или для приведения приговора в исполнение. Выдача для привлечения к уголовной ответственности производится за такие деяния, которые по законам запрашивающей и запрашиваемой договаривающихся сторон является наказуемым и за совершение которых предусматривается наказание в виде лишения свободы на срок не менее одного года или более тяжкое наказание.

В соответствии с ч.1,2 ст. 466 УПК РФ при получении от иностранного государства запроса о выдаче лица, если при этом не представлено решение судебного органа об избрании в отношении данного лица меры пресечения в виде заключения под стражу, прокурор в целях обеспечения возможности выдачи лица решает вопрос о необходимости избрания ему меры пресечения в порядке, предусмотренном УПК РФ. Если к запросу о выдаче лица прилагается решение судебного органа иностранного государства о заключении лица под стражу, то прокурор вправе подвергнуть это лицо домашнему аресту или заключить его под стражу без подтверждения указанного решения судом Российской Федерации.

Согласно пункту 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14 июня 2012 года №11 «О практике рассмотрения судами вопросов, связанных с выдачей лиц для уголовного преследования или исполнения приговора, а также передачей лиц для отбывания наказания» срок содержания под стражей должен определяться необходимостью разрешения вопроса о выдаче такого лица, включая его фактическую передачу запрашивающему государству (ч. 1 ст. 466 УПК РФ), при этом общий срок нахождения лица под стражей не должен превышать срок, предусмотренный в ст. 109 УПК РФ за преступление соответствующей категории, в связи с совершением которого направлен запрос о выдаче.

Согласно ч. 12 ст. 109 УПК РФ в случае повторного заключения под стражу подозреваемого или обвиняемого по тому же уголовному делу, а также по соединенному с ним или выделенному из него уголовному делу срок содержания под стражей исчисляется с учетом времени, проведенного подозреваемым, обвиняемым под стражей ранее.

Как следует из представленных материалов, М. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ст.127.2.3 УК Республики Азербайджан.

Деяния, предусмотренные указанной статьей 127.2.3 УК Азербайджанской республики, являются преступными по российскому законодательству и соответствуют п. «д» ч. 2 ст. 112 УК РФ, предусматривающей наказание до 5 лет лишения свободы, и согласно ч. 3 ст. 15 УК РФ относятся к категории преступлений средней тяжести.

Сроки давности привлечения М. к уголовной ответственности, предусмотренные ст. 78 УК РФ, не истекли.

М. как лицо, находящееся в Федеральном розыске, по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ст. 127.1 УК Республики Азербайджан, впервые был задержан в г.Томске 11 августа 2020 года.

Постановлением Ленинского районного суда г.Томска от 13 августа 2020 года в целях обеспечения выдачи последнего уполномоченным органам Республики Азербайджан ему была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу до получения требования о выдаче в соответствии со ст. 61 Конвенции «О правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам» от 22 января 1993 года, на срок 40 суток до 19 сентября 2020 года.

Постановлением Ленинского районного суда города Томска от 18 сентября 2020 года срок содержания под стражей М. продлевался до 11 февраля 2021 года.

С учетом выше изложенного, судом первой инстанции, было обоснованно учтено, что предельный шестимесячный срок содержания под стражей, установленный положениями ст. 109 УПК РФ, в отношении М., обвиняемого в совершении преступления средней тяжести, истек.

Новых оснований для заключения М. под стражу не имеется.

Вопреки доводам апелляционного представления, обвиняемый М. имеет место жительства и регистрацию по месту пребывания в /__/, состоит в фактических брачных отношениях со С., характеризующей его положительно, не скрывается, готов являться по первому требованию.

Оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении М. судом первой инстанции не было установлено, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Доводы апелляционного представления о возможности избрания меры пресечения в виде заключения под стражу М. после истечения установленного уголовно-процессуальным законом Российской Федерации срока содержания под стражей, в связи с необходимостью обеспечения его фактической передачи запрашивающей стороне с целью выполнения международных обязательств Российской Федерации в соответствие с положениями Конвенции «О правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам» от 22 января 1993 года, не обоснованы.

Так, согласно п.1 ст.8 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 22.01.1993 г. (с Протоколом к ней от 28.03.1997 г.) при исполнении поручения об оказании правовой помощи запрашиваемое государство применяет законодательство своей страны.

Таким образом, применяется порядок, установленный Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, в частности ст. 466 УПК РФ и нормами главы 13 "Меры пресечения", действия которых как общих норм, распространяется на все стадии и формы уголовного судопроизводства, в том числе - на производство по запросам иностранных государств об оказании им по уголовным делам правовой помощи путем выдачи лиц для уголовного преследования.

Указанная правовая позиция содержится и в Определении Конституционного Суда РФ от 04.04.2006 года, согласно которой положения ст. 466 УПК РФ не могут расцениваться как применение меры пресечения в виде заключения под стражу к лицу, в отношении которого решается вопрос о выдаче, вне предусмотренного уголовно-процессуальным законодательством порядка и сверх установленных им сроков, предусмотренных главой 13 "Меры пресечения", куда входит и ст. 109 УПК РФ.

Таким образом, срок содержания под стражей лица, подлежащего выдаче, не может превышать предельного срока, предусмотренного российским законодательством.

Суд, при решении вопроса о мере пресечения лица, подлежащего выдаче, в соответствии с требованиями закона, обоснованно руководствовался нормами, предусмотренными, в том числе, гл. 13 УПК РФ "Меры пресечения".

Ссылка в представлении на ч.1 и ч.3 ст. 467 УПК РФ также несостоятельна, поскольку в данной статье детализирован порядок передачи выдаваемого лица, предусмотрены условия переноса сроков передачи и основания освобождения лица по истечении 15 либо 30 суток со дня, установленного для его передачи.

С учетом вышеизложенного, суд апелляционной инстанции находит постановление суда первой инстанции, соответствующим требованиям ст.ст. 108, 109, 466 УПК РФ и положениям ст.ст. 56, 60 Международного договора Российской Федерации - Конвенции «О правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам» от 22 января 1993 года, регламентирующих разрешение судом данного вопроса, то есть является законным, обоснованным и мотивированным.

Таким образом, оснований для отмены либо изменения постановления, в том числе по доводам, указанным в апелляционном представлении прокурора, суд апелляционной инстанции не усматривает.

С учетом изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Советского районного суда г. Томска от 10 апреля 2021 года в отношении М. оставить без изменения, а апелляционное представление прокурора – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Судья