Решение № 2-3180/2017 2-3180/2017~М-2638/2017 М-2638/2017 от 24 августа 2017 г. по делу № 2-3180/2017

дело №2-3180/17


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

25 августа 2017 года Нижнекамский городской суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи А.П.Окишева, с участием прокурора Л.Р. Нурмухаметовой при секретаре судебного заседания Л.А.Селиной, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО12 ФИО1 к Государственному автономному учреждению здравоохранения «Детская городская больница с перинатальным центром» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к Государственному автономному учреждению здравоохранения «Детская городская больница с перинатальным центром» о компенсации морального вреда.

В обосновании иска указано, что его супруга ФИО13 ФИО3 (ФИО1) 16 декабря 2008 года в 11 часов в экстренном порядке по направлению женской консультации поступила в МБУЗ «Родильный дом №1» города Нижнекамска, в настоящее время ГАУЗ «Детская городская больница с перинатальным центром». Медицинская помощь ей была оказана с недостатками, которые явились причиной ... (стойкая утрата общей трудоспособности свыше 30 процентов), в связи с чем, квалифицируются как тяжкий вред здоровью. В феврале 2009 года ФИО4 установили 1 группу инвалидности, 3 степени ограничения (нарушение здоровья со значительно выраженным расстройством функций организма, неспособность самостоятельно передвигаться, противопоказанность и фактическая невозможность выполнения трудовой деятельности), и поставили на диспансерный учет. Интерес к жизни у ФИО4 пропал, она до сих пор не может восстановиться ни морально, ни физически, в личной и семейной жизни у неё очень много проблем, заниматься и воспитывать ребенка она не имеет возможности, ей постоянно требуется посторонняя помощь. Истец является супругом ФИО5 нравственные страдания, постоянное психическое напряжение, вызванные тяжким заболеванием близкого человека, которые приходится испытывать их семье, по мнению истца, являются основанием для взыскания в его пользу компенсации морального вреда в сумме 8 700 000 руб. Так же, истец указывает, что в результате ошибки врача перечеркнута их супружеская жизнь, возможность иметь большую семью.

В судебном заседании истец на заявленных требованиях настаивал по основаниям, указанным в иске.

Представитель ответчика просила в иске отказать, так как компенсация морального вреда, при причинении вреда здоровью родственникам пострадавшего законом не предусмотрена. Решением Нижнекамского городского суда от 14 марта 2017 года с ГАУЗ «Детская городская больница с перинатальным центром» в пользу ФИО4 взыскана компенсация морального вреда в размере 500 000 руб. Апелляционном определением Верховного Суда Республика Татарстан от 08 июня 2017 года указанное решение Нижнекамского городского суда в части размера компенсации морального вреда оставлено без изменения.

Суд, выслушав участников процесса, прокурора, считавшего, что иск подлежит удовлетворению частично (взысканию подлежит компенсация морального вреда в размере 50 000 руб.), допросив свидетеля, изучив материалы дела приходит к следующему.

Нижнекамским городским судом в решении от 14 марта 2017 года по делу №2-2/17 установлено, что результате некачественного оказания ФИО4 медицинской помощи, у нее наступила невосполнимая потеря здоровья и трудоспособности, нарушены все виды чувствительности нижней части тела, с отсутствием коленных, ахилловых и подошвенных рефлексов. Нарушена глубокая чувствительность ног. Нарушение функций тазовых органов по типу задержки. В феврале 2009 года ФИО4 установили 1 группу инвалидности, 3 степени ограничения (нарушение здоровья со значительно выраженным расстройством функций организма, неспособность самостоятельно передвигаться, противопоказанность и фактическая невозможность выполнения трудовой деятельности), и поставили на диспансерный учет.

В ходе рассмотрения дела, было выявлено, что помимо установления ФИО4 первой группы инвалидности у неё имеются сопутствующие заболевания, явившиеся последствием ишемии и отека спинного мозга с развитием нижней параплегии и нарушением функций тазовых органов. ФИО4 не чувствует мочеиспускание и дефекацию, вынуждена самостоятельно проводить катетеризацию мочевого пузыря 4-6 раз в день. В виду того, что ФИО4 прикована к инвалидному креслу, шансы выносить и родить второго ребенка для неё сводятся к нулю, в ходе разбирательства по делу свидетели пояснили, что Алсу с истцом хотели иметь большую семью и родить трех детей.

Согласно заключению №314\16, при оказании медицинской помощи ФИО5 в МБУЗ «Родильный дом №1» города Нижнекамска в период с 16.12.2008 по 22.12.2008 установлено, что абсолютных противопоказаний к проведению эпидуральной анестезии не было (тромбоциты более 100тыс.). Нарушений в технике выполнения процедуры не было – адекватная анестезия, которая позволила провести операцию. Венозный сосуд повредился в момент удаления катетера, так как процедура катетеризации и удаления катетера не может «контролироваться глазом». Вероятно, что катетер «прошел сквозь» вену и вызвал повреждение в момент удаления катетера. Наблюдение анестезиологом после удаления катетера и возникшей симптоматики, проводилось непрерывно.

В послеоперационном периоде назначен ФИО6 по 0,3мг 2 раза в день. В день удаления катетера ФИО6 отменен, но с 19.12.2008 снова назначен. В данном случае, при подозрении на гематому назначение низкомолекулярных гепаринов было нецелесообразным.

Наличие клиники повреждения спинного мозга, обнаружение признаков кровоизлияния на уровне 2-3 поясничных позвонков (при проведении МРТ 19.12.2008) требовало проведения экстренной консультации невролога и нейрохирурга (что было проведено лишь на четвертый день после развития осложнения), и перевод ФИО5 в специализированное учреждение с решением вопроса об оперативном лечении (которое проведено лишь на седьмые сутки).

Более того, оптимальное время выполнения операции 8 часов с момента неврологических признаков сдавления спинного мозга. В худшем случае вероятность полного восстановления функций спинного мозга сводится к нулю. Учитывая, что в данном случае оперативное вмешательство не было проведено в течение 8-24 часов после неврологической симптоматики, прогноз восстановления функций спинного мозга маловероятен.

При оказании ФИО5 медицинской помощи в МБУЗ «Родильный дом №1» города Нижнекамска имелись следующие недостатки:

нарушение методики проведения нейроаксильной блокады – удаление катетера из перидурального пространства спинного мозга 18.12.2008 в 11 часов, через 3 часа после введения фраксипарина (антикоагулянта прямого действия – низкомолекулярного гепарина), тогда как удаление катетера необходимо выполнять не ранее 12-24 часов после использования низкомолекулярного гепарина;

позднее выполнение МРТ (19.12.2008), тогда как необходимо было выполнить МРТ или КТ сразу после появления неврологического дефицита, в виде нарушения двигательных и чувствительных функций нижних конечностей 18.12.2008;

поздние консультации невролога и нейрохирурга (22.12.2008), тогда как их необходимо было провести сразу после появления неврологического дефицита, в виде нарушения двигательных и чувствительных функций нижних конечностей 18.12.2008;

поздний перевод ФИО5 в ГМУ «Республиканская клиническая больница» (22.12.2008) для оказания ей специализированной медицинской помощи.

При оказании ФИО5 медицинской помощи в ГМУ «Републиканская клиническая больница» в период времени с 22.12.2008 по 26.01.2009 имелся недостаток, в виде позднего выполнения оперативного вмешательства, направленного на декомпрессию спинного мозга и корешков спинномозговых нервов (25.12.2008). Имевшийся при оказании медицинской помощи в ГМУ «Республиканская клиническая больница» в период времени с 22.12.2008 по 26.01.2009 недостаток не оказал какого-либо влияния на развитие у ФИО5 патологического состояния, приведшего к формированию стойкой утраты общей трудоспособности, так как даже при условии выполнения экстренного оперативного вмешательства, направленного на декомпрессию спинного мозга и корешков спинномозговых нервов, сразу после поступления ФИО5 22.12.2008 наступление благоприятного исхода, в виде устранения неврологического дефицита было маловероятно.

Имевшиеся недостатки оказания ФИО5 медицинской помощи в МБУЗ «Родильный дом №1» города Нижнекамска в период времени с 16.12.2008 по 22.12.2008 оцениваются в комплексе, так как явились причиной возникновения ишемии и отека спинного мозга с развитием нижней параплегии и нарушением функций тазовых органов, что привело к формированию значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее, чем на одну треть (стойкая утрата общей трудоспособности свыше 30 процентов), в связи с чем квалифицируются как тяжкий вред здоровью.

Указанным судебным актом с ГАУЗ «Детская городская больница с перинатальным центром» в пользу ФИО7, в счет компенсации морального вреда взыскано 500 000 руб.

В соответствии со статьей 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающие его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из данной правовой нормы следует, что каждый из граждан в случае причинения ему морального вреда имеет право на защиту своих прав и интересов.

При определении размеров компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства, а также учитывает степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно статье 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В силу статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера, причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 в пункте 4 Постановления "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (с последующими дополнениями и изменениями) разъяснил, что объектом неправомерных посягательств являются по общему правилу любые нематериальные блага (права на них) вне зависимости от того, поименованы ли они в законе и упоминается ли соответствующий способ их защиты.

Моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях, в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. (пункт 2 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации). Перечень нравственных страданий, являющихся основанием для реализации права на компенсацию морального вреда, не является исчерпывающим.

Как усматривается из материалов дела, требования о взыскании компенсации морального вреда истцом заявлены в связи с тем, что ему лично были причинены нравственные и физические страдания, выразившиеся в фактически невосполнимой утратой здоровья близкого человека, не способного к нормальной жизни вследствие необратимых последствий, выразившейся в том числе: в утрате возможности ведения полноценной супружеской жизни, возможности иметь большую семью и как следствие - невозможностью самому истцу лично продолжать активную общественную жизнь, необходимостью нести постоянную ответственность за состояние близкого человека.

Таким образом, исходя из фактических обстоятельств дела, при которых был причинен моральный вред, с учетом требований разумности и справедливости, установленных правилами статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию в счет компенсации морального вреда – пятьдесят тысяч руб.

Руководствуясь статьями 194, 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

иск удовлетворить частично.

Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения «Детская городская больница с перинатальным центром» в пользу ФИО14 ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

Взыскать с государственного автономного учреждения здравоохранения «Детская городская больница с перинатальным центром» в доход бюджета Нижнекамского муниципального района Республики Татарстан государственную пошлину в размере 300 рублей.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан через Нижнекамский городской суд Республики Татарстан в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья А.П.Окишев