Решение № 2-963/2018 2-963/2018~М-717/2018 М-717/2018 от 27 мая 2018 г. по делу № 2-963/2018

Дело № 2-963/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г.Новоалтайск 28 мая 2018 года

Новоалтайский городской суд Алтайского края в составе

председательствующего судьи Труновой А.В.,

при секретаре Друговой Е.А.,

с участием помощника прокурора г. Новоалтайска Алтайского края Назаренко П.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, ФКУ ЛИУ-8 УФСИН России по Алтайскому краю, Управлению ФСИН России по Алтайскому краю, Федеральной службе исполнения наказания России о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации, ФКУ ЛИУ-8 УФСИН России по Алтайскому краю с иском о взыскании 300 000 руб. в счет компенсации морального вреда.

Судом к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Управление ФСИН России по Алтайскому краю, Федеральная служба исполнения наказания России.

В обоснование заявления указано, что с ДАТА по ДАТА ФИО1 содержался в ФКУ ЛИУ-8 УФСИН России по Алтайскому краю, где проходил лечение от <данные изъяты>. В момент поступления в данное учреждение истец не был обеспечен вещевым довольствием в полном объеме, в том числе и зимними вещами, хотя сотрудники администрации учреждения видели, что ФИО1 нуждался в таких вещах как белье нательное теплое, брюки утепленные, носки полушерстяные, сапоги мужские комбинированные (зимние), рукавицы утепленные, свитер трикотажный, а также в других вещах летнего и всесезонного образца. В учреждении, из которого ФИО1 прибыл – исправительная колония <данные изъяты>, он не был обеспечен вещевым довольствием в полном объеме. За весь период содержания в ЛИУ-8 ФИО1 не был обеспечен (хотя неоднократно обращался с заявлениями в адрес руководства учреждения) следующими вещами: сорочка верхняя, свитер трикотажный, белье нательное, белье нательное теплое, майка, носки хлопчатобумажные, носки полушерстяные, брюки утепленные, рукавицы утепленные, ботинки комбинированные, туфли (полуботинки) летние, пантолеты литьевые, сапоги мужские комбинированные зимние (были выданы в конце ноября 2016 года). Будучи не в полном объеме обеспечен зимними вещами в зимний период, являясь больным <данные изъяты>, ФИО1 испытывал физические страдания от холода, нравственные страдания, выражающиеся в чувстве страха за свое здоровье, страха получить осложнения туберкулеза. Из-за частых переохлаждений ФИО1 часто болел <данные изъяты> и <данные изъяты>, что могло вызвать рецидив <данные изъяты>. Кроме того, питание в ЛИУ-8 не соответствовало нормам питания, установленным законодательно, было плохого качества, в нем отсутствовали растительные и животные жиры, при этом редко выдавали мясо птицы, говядину, яйцо, которые должны получать больные <данные изъяты>. Кроме того, бригада НОМЕР, отряд НОМЕР, в которых содержался ФИО1, были слишком переполнены, норма площади в 4 кв.м. не соблюдалась; спальные помещения нуждались в ремонте, в них отсутствовало кварцевое освещение. Помывка отряда НОМЕР, в котором содержались здоровые осужденные, находящиеся под наблюдением, осуществлялась сразу же после помывки отряда НОМЕР, в котором содержатся больные <данные изъяты>+; кварцевое освещение в бане предусмотрено не было. Уголовное наказание должно осуществляться с учетом уважения человеческого достоинства и гуманизма, не должно сопровождаться пытками и насилием, что закреплено в ст. 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Истцу был причинен моральный вред в связи с содержанием в ненадлежащих условиях, вызванных необеспечением вещевым довольствием, плохим питанием, переполненностью отрядов, создающими угрозу причинения вреда здоровью. Также вред был причинен бездействием администрации учреждения, не выполняющей своих обязанностей по охране здоровья осужденных, по уважению их чести и достоинства, по принятию мер к предотвращению распространения <данные изъяты>.

В письменных дополнениях истец указал, что в связи с неполным обеспечением его вещевым довольствием в осенний, зимний, весенний периоды времени его здоровью наносился вред, т.к. из-за постоянных переохлаждений у него часто повышалась температура тела. По прибытию в ЛИУ-8 истец не был обеспечен ни одной теплой вещью, хотя неоднократно обращался к руководству учреждения с просьбами об обеспечении теплыми вещами. За все время содержания в ЛИУ-8 истец был обеспечен только четырьмя вещами.

Истец ФИО1 отбывает наказание в виде лишения свободы, в судебное заседание не доставлялся, извещен о месте и времени судебного разбирательства, ему были разъяснены формы участия в судебном заседании путем подачи письменных объяснений, путем обеспечения участия представителя.

Согласно позиции Европейского Суда по правам человека статья 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод прямо не предусматривает право на проведение судебного заседания в присутствии заявителя, а скорее общее понятие справедливого судебного разбирательства подразумевает, что уголовный процесс должен проходить в присутствии обвиняемого. Однако в отношении гражданских дел не существует абсолютного права на присутствие в судебном заседании, за исключением ограниченной категории дел, в которых характер и образ жизни лица имеют непосредственное отношение к предмету дела или в которых решение зависит от поведения человека (Постановление от 02.10.2012 N 27359/05 "Дело "Борткевич (Bortkevich) против Российской Федерации").

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации положения статьи 77.1 УИК Российской Федерации и статей 125 и 376 УПК Российской Федерации - по их конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования - предусматривают обязанность суда, рассматривающего вопрос о личном участии осужденного к лишению свободы в судебном заседании, проводимом по его жалобе или по его гражданскому делу, учитывать все обстоятельства дела, в том числе характер затрагиваемых конституционных прав, необходимость дачи осужденным показаний в судебном заседании, и принять обоснованное и мотивированное решение о форме участия осужденного в судебном разбирательстве (Определение Конституционного Суда РФ от 19.05.2009 N 576-О-П).

Учитывая фактические обстоятельства по делу, категорию спора, характер нарушений, на которые ссылается истец, суд не усматривает оснований для обеспечения личного участия истца, отбывающего наказание в местах лишения свободы, в судебном заседании по настоящему делу и считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель ФСИН России, Управления ФСИН России по Алтайскому краю ФИО2, представитель ФКУ ЛИУ-8 УФСИН России по Алтайскому краю ФИО3 в судебном заседании просили отказать в удовлетворении исковых требований.

Представитель Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю в судебное заседание не явился, надлежаще извещен, просил рассмотреть дело в его отсутствие, в письменном отзыве просит отказать в удовлетворении исковых требований, указывает, что Министерство финансов Российской Федерации не является надлежащим ответчиком по делу.

Суд считает возможным рассмотреть дело при установленной явке.

Изучив материалы дела, выслушав участников процесса, заслушав заключение прокурора, указавшего на необоснованность исковых требований, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Согласно ст. 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

В соответствии со ст. 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В силу ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с п. 2 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса.

В силу ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно статье 1071 ГК РФ в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 Гражданского кодекса РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 150 ГК РФ к нематериальным благам относятся жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона.

По делу установлено, что ФИО1, ДАТА г.р., неоднократно судимый, приговором Алтайского краевого суда от ДАТА осужден за совершение ряда преступлений к наказанию в виде лишения свободы на срок в 21 год.

ФИО1 прибыл в ФКУ ЛИУ-8 УФСИН Россиии по Алтайскому краю (далее – ЛИУ-8) ДАТА из <данные изъяты>, убыл ДАТА в <данные изъяты>.

Относительно доводов истца о нарушении его прав при содержании в ЛИУ-8 суд приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 2 ст. 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее - УИК РФ) осужденным предоставляются индивидуальные спальные места и постельные принадлежности. Они обеспечиваются одеждой по сезону с учетом пола и климатических условий.

В соответствии с ч. 3 ст. 99 УИК РФ минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством Российской Федерации. Нормы вещевого довольствия осужденных утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний.

Нормы вещевого довольствия осужденных к лишению свободы, отбывающих наказания в исправительных учреждениях, и лиц, содержащихся в следственных изоляторах, а также Порядок обеспечения вещевым довольствием осужденных к лишению свободы, отбывающих наказания в исправительных учреждениях, и лиц, содержащихся в следственных изоляторах, утверждены Приказом Минюста России от 03.12.2013 N 216.

В пункте 2 названного Порядка обеспечения вещевым довольствием указано, что выдача вещевого довольствия вновь осужденным осуществляется в день их прибытия в исправительное учреждение. Последующая выдача вещевого довольствия производится по письменному заявлению осужденных к лишению свободы, но не ранее истечения установленных сроков носки находящихся в пользовании предметов. Учет выданного вещевого довольствия ведется по лицевому счету.

Согласно п. 3 Порядка в случае преждевременного износа одежды и обуви или утраты вещевого довольствия осужденными к лишению свободы и лицами, содержащимися в следственных изоляторах, новые предметы выдаются им по распоряжению руководителя учреждения на основании их письменных заявлений.

В соответствии с п. 4 Порядка при перемещении осужденных к лишению свободы из одного учреждения уголовно-исполнительной системы в другое они убывают в одежде и обуви, находящихся у них в пользовании. При перемещении осужденные обеспечиваются предметами вещевого довольствия по сезону в пределах положенности по утвержденным нормам снабжения.

Из буквального содержания пункта 2 названных Правил следует, что выдача осужденным вещевого довольствия по установленным нормам осуществляется при их первичном прибытии в исправительное учреждение. Последующая выдача вещевого довольствия производится по письменному заявлению осужденных.

После осуждения в 2010 году ФИО1 отбывал наказание в <данные изъяты>, куда прибыл ДАТА.

Именно в данном учреждении ФИО1 должен был быть обеспечен вещевым довольствием по установленным нормам, в том числе и зимними вещами, т.к. находился там в зимние сезоны.

При прибытии ФИО1 в ЛИУ-8 ДАТА у администрации данного учреждения не имелось обязанности вновь обеспечить ФИО1 всем вещевым довольствием по установленным нормам, поскольку ФИО1 не являлся лицом, впервые прибывшим в исправительное учреждение.

Также названный Порядок от 03.12.2013 не содержит специального указания на обязанность администрации учреждения по прибытию каждого осужденного самостоятельно сверять список тех вещей, с которыми он прибыл, с перечнем вещей, которые осужденному выдаются при первичном поступлении в места лишения свободы.

Напротив, в пункте 2 Порядка прямо указано, что последующая выдача вещевого довольствия производится по письменному заявлению осужденных.

Согласно письму прокуратуры Алтайского края от ДАТА данной прокуратурой за период 2015-2017 годов не разрешались обращения ФИО1 по поводу ненадлежащих условий в ЛИУ-8.

Согласно информации из Барнаульской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях в адрес данной прокуратуры ДАТА из прокуратуры Алтайского края поступало обращение ФИО1 в части ненадлежащих условий содержания в ЛИУ-8, выразившихся в необеспечении его в полном объеме вещевым довольствием. По результатам проверки нарушений не выявлено. Иные обращения ФИО1 в части доводов о ненадлежащих условиях содержания в ЛИУ-8 в прокуратуру не поступали.

Как установлено в результате проведенной прокуратурой проверки, в ЛИУ-8 ФИО1 содержался с ДАТА по ДАТА, за этот период на основании его заявлений о выдаче вещевого довольствия им получено: ДАТА – матрац, одеяло, подушка, простынь (2 штуки), наволочка, ДАТА – телогрейка и шапка, ДАТА – костюм хлопчатобумажный, ДАТА – простынь (2 штуки), ДАТА – зимние сапоги. Отказов в выдаче вещевого довольствия не выявлено.

В справке начальника ОКБО ЛИУ-8 указано, что в период содержания в ЛИУ-8 ФИО1 по его личному заявлению был обеспечен следующим вещевым довольствием: ДАТА - куртка утепленная и шапка зимняя, ДАТА – костюм хлопчатобумажный, ДАТА – сапоги зимние комбинированные. При переходе на летнюю форму одежды ФИО1 зимние вещи на склад не сдавал. Иных заявлений на получение вещевого довольствия в период содержания от осужденного не поступало.

Данное обстоятельство подтверждается карточкой лицевого счета ФИО1 по обеспечению вещевым довольствием в ЛИУ-8.

Таким образом, в период содержания истца в ЛИУ-8 предоставление ему каких-либо единиц вещевого довольствия могло осуществляться администрацией учреждения только на основании личного заявления осужденного.

Как установлено проверкой прокуратуры и подтверждается представленными в суд документами, все заявления ФИО1 о предоставлении ему вещевого довольствия в период содержания в ЛИУ-8 были удовлетворены администрацией данного учреждения.

При указанных обстоятельствах суд не находит оснований для вывода о том, что администрацией ЛИУ-8 были нарушены права ФИО1 относительно обеспечения вещевым довольствием.

Дополнительно суд отмечает, что апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Алтайского края от ДАТА установлен факт необеспеченности ФИО1 в <данные изъяты> в период с ДАТА по ДАТА вещевым довольствием только в части следующих вещей: белье нательное теплое, брюки утепленные, носки полушерстяные.

При таких обстоятельствах является явно несостоятельным довод истца о том, что он не был обеспечен всеми вещами по списку норм вещевого довольствия.

Вещи, предоставленные ФИО1 в период отбывания ЛИУ-8, предназначены для ношения в зимний период времени.

Доводы ФИО1 о том, что администрацией учреждения ЛИУ-8 не были удовлетворены его заявления о предоставлении вещевого довольствия, объективно ничем не подтверждены и опровергаются документами из ЛИУ-8 и документами, представленными из органов прокуратуры.

В связи с тем, что по делу не нашел подтверждения факт необеспечения истца вещевым довольствием, в том числе и зимними вещами, то в данном случае не может быть установлена причинно-следственная связь между этим обстоятельством и причинением вреда здоровью истца, на что он ссылается, а следовательно, не имеют юридического значения доводы истца о его возможном переохлаждении в результате необеспечения зимними вещами.

В силу ч. 6 ст. 12 УИК РФ осужденные имеют право на охрану здоровья, включая получение первичной медико-санитарной и специализированной медицинской помощи в амбулаторно-поликлинических или стационарных условиях в зависимости от медицинского заключения.

Доводы истца о причинении вреда его здоровью при нахождении в ЛИУ-8 какими-либо объективными доказательствами не подтверждены.

Согласно выписке из амбулаторной карты ФИО1 в ней не содержится информации, что в период содержания в ЛИУ-8 он обращался с жалобами на переохлаждение. Напротив, из записей в данной карте следует, что в период нахождения в ЛИУ-8 ФИО1 получал лечение от <данные изъяты>, в результате данного лечения достигнута положительная динамика, ДАТА осужденный был переведен в группу с диагнозом: <данные изъяты>.

Согласно ч. 1 ст. 99 УИК РФ норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в лечебных исправительных учреждениях не может быть менее трех квадратных метров.

Довод истца о необходимости обеспечения каждого осужденного жилой площадью из расчета 4 кв.м. не соответствует нормативно установленным требованиям.

Согласно информации, представленной ЛИУ-8, в данном учреждении общая площадь жилых помещений бригады НОМЕР составляла 202 кв.м., среднесписочная численность осужденных в ней: в 2015 году – 62 человека, в 2016 году – 65 человек, в 2017 году – 60 человек; общая площадь жилых помещений отряда НОМЕР составляет 497,5 кв.м., среднесписочная численность осужденных в нем: в 2015 году – 158 человек, в 2016 году – 136 человек, в 2017 году – 148 человек.

Таким образом, норма жилой площади, приходящегося на одного человека, превышала 3,0 кв.м., что соответствует требованиям ч. 1 ст. 99 УИК РФ.

Доводы ФИО1 о нарушениях при помывках разных группах осужденных, содержащихся в разных отрядах, опровергаются представленными графиками работы банно-прачечного комбината ЛИУ-8 в 2015-2017 гг., из которых следует, что помывка отрядов НОМЕР и НОМЕР (на что ссылается истец) осуществлялась в разные дни недели.

Минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы установлены Постановлением Правительства РФ от 11.04.2005 N 205.

Из представленных суду котловых ордеров на выдачу продуктов питания в ЛИУ-8 за 2015-2017 гг. следует, что предоставляемое осужденным питание соответствовало нормативно установленным требованиям.

Доказательств обращения истца в спорный период с жалобами на питание суду не представлено.

На основании изложенного суд не находит оснований для вывода о том, что в период содержания ФИО1 в ЛИУ-8 имелось нарушение его прав по доводам, изложенным в исковом заявлении и дополнении к нему.

Взыскание компенсации морального вреда осуществляется только в случаях, прямо установленных законом.

Ссылка истца на положения ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод является несостоятельной, поскольку по делу не установлено обстоятельств, которые могут быть расценены как пытки или как обращение, унижающее достоинство осужденного в понимании данной статьи Конвенции.

Доказательств причинения вреда здоровью истца в период содержания в ЛИУ-8 по делу не имеется. Напротив, из медицинской документации следует, что в период получения лечения в данном учреждении состояние здоровья истца по заболеванию <данные изъяты> улучшилось. В связи с этим доводы ФИО1 о том, что он испытывал страх по поводу состояния своего здоровья, по поводу возможных осложнений <данные изъяты>, являются необоснованными и фактически носят субъективный характер.

Поскольку нарушений прав истца не установлено, то и оснований для компенсации ему морального вреда не имеется.

В удовлетворении исковых требований суд отказывает в полном объеме.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, ФКУ ЛИУ-8 УФСИН России по Алтайскому краю, Управлению ФСИН России по Алтайскому краю, Федеральной службе исполнения наказания России о компенсации морального вреда.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд через Новоалтайский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья А.В. Трунова

Мотивированное решение изготовлено 01.06.2018.