Апелляционное определение № 33-13418/2026 от 28 апреля 2026 г.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

УИД: 78RS0016-01-2024-008442-39

Рег. №: 33-13418/2026 Судья: Ситникова Т.И.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург 29 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе

Председательствующего

Осининой Н.А.,

СудейПри помощнике судьи

ФИО1, ФИО2, ФИО3,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ДЗП-Центр» на решение Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга от 20 марта 2025 года по гражданскому делу № 2-434/2025 по иску ФИО4 к обществу с ограниченной ответственностью «ДЗП-Центр» о признании договора недействительным, прекращении обработки персональных данных, взыскании компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Осининой Н.А., судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО4 обратился в Октябрьский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ООО «ДЗП-Центр», в котором просит признать недействительным в силу ничтожности договор займа, заключенный с ООО «ДЗП-Центр» от <дата> (ID договора – 2№..., уникальный идентификатор договора (УИД) – 76c04dd6-27f2-168e-b706-cb3cd31d25a29-9), обязать ответчика направить информацию о недействительности договора в бюро кредитных историй, обязать ответчика прекратить обработку персональных данных, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

В обоснование заявленных требований ФИО4 указано, что в марте 2024 года ему из кредитных отчетов ООО БКИ «Скоринг Бюро» и АО «НБКИ» стало известно о наличии 7 заключенных договоров займа, в том числе с ООО «ДЗП-Центр» от <дата> на сумму 1 666 руб. 66 коп. Волеизъявления на совершение сделки он не выражал, заявку на получение займа не оформлял, договор не подтверждал и не заключал, электронной подписи не имеет, денежные средства не получал. Каких-либо уведомлений от ответчика об условиях займа ему не поступало, электронных средств платежа в установленном законодательством порядке ему не выдавалось, идентификации истца, как надлежащей стороны договора сотрудниками микрофинансовой организации не проводилось. Истец не давал своего согласия на обработку персональных данных, на их передачу третьим лицам и получении информации из кредитной истории. В целях досудебного урегулирования спора истцом неоднократно направлялись заявления в ООО «ДЗП-Центр» с требованиями признать недействительным договора займа, исключении сведений о данном договоре из кредитной истории, прекращении обработки персональных данных, прекращении всех действий по долговым обязательствам и предоставлении ему документов, послуживших основанием для заключения договора, однако ответа не последовало. <дата> истец повторно заказал кредитные отчеты из АО «НБКИ» и ООО БКИ «Скоринг Бюро» и обнаружил, что сведения о договоре займа с ООО «ДЗП-Центр» не удалены.

Решением Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга от <дата> исковые требования ФИО4 удовлетворены частично, постановлено:

- признать недействительным (ничтожным) договор займа №... от <дата> (ID договора – 2№..., УИД – 76c04dd6-27f2-168e-b706-cb3cd31d25a29-9), заключенный от имени ФИО4 с ООО «ДЗП-Центр»;

- применить последствия недействительности сделок в виде аннулирования обязательств ФИО4, возникших по договору займа №... от <дата>;

- обязать ООО «ДЗП-Центр» направить в АО «Национальное бюро кредитных историй» и ООО БКИ «Скоринг Бюро» информацию об отсутствии у ФИО4 задолженности по договору займа №... от <дата> (ID договора – 2№..., УИД – 76c04dd6-27f2-168e-b706-cb3cd31d25a29-9), а также информацию о недействительности договора займа №... от <дата>;

- обязать ООО «ДЗП-Центр» прекратить обработку персональных данных ФИО4;

- взыскать с ООО «ДЗП-Центр» в пользу ФИО4 компенсацию в размере 30 000 руб.

В апелляционной жалобе ответчик ООО «ДЗП-Центр» выражает несогласие с постановленным решением суда, просит его отменить, полагая незаконным и необоснованным, принять новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

Стороны в заседание судебной коллегии не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом согласно требованиям ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), ходатайств и заявлений об отложении слушания дела, документов, подтверждающих уважительность причины своей неявки, в судебную коллегию не представили. При таком положении в соответствии со ст. 167 ГПК РФ судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, и возражениях относительно жалобы.

Обсудив доводы апелляционной жалобы, изучив материалы дела, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

Двусторонние (многосторонние) сделки могут совершаться способами, установленными п. 2 и 3 ст. 434 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Статьей 820 ГК РФ установлено, что кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

В п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся кредитный договор или договор банковского вклада, заключенный с нарушением требования о его письменной форме (ст. 820, п. 2 ст. 836 ГК РФ).

Последствия нарушения требований закона или иного правового акта при совершении сделок определены ст. 168 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 названной статьи, за исключением случаев, предусмотренных п. 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 этой же статьи).

Согласно ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор и являющегося применительно к п. 2 ст. 168 ГК РФ третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора (п. 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.04.2019).

Специальные требования к предоставлению потребителю полной, достоверной и понятной информации, а также к выявлению действительного волеизъявления потребителя при заключении договора установлены Федеральным законом от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», в соответствии с которым договор потребительского кредита состоит из общих условий, устанавливаемых кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения и размещаемых в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (ч. 1, 3, 4 ст. 5), а также из индивидуальных условий, которые согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально, включают в себя сумму кредита, порядок, способы и срок его возврата, процентную ставку, обязанность заемщика заключить иные договоры, услуги, оказываемые кредитором за отдельную плату, и т.д. (ч. 1 и 9 ст. 5).

Согласно п. 2 ст. 434 ГК РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена письмами, телеграммами, телексами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору. Электронным документом, передаваемым по каналам связи, признается информация, подготовленная, отправленная, полученная или хранимая с помощью электронных, магнитных, оптических либо аналогичных средств, включая обмен информацией в электронной форме и электронную почту.

В соответствии с ч. 2 ст. 5 Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи» простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

Из приведенных норм закона следует, что законодательство Российской Федерации допускает заключение договора займа путем использования кодов, паролей или иных средств подтверждения факта формирования электронной подписи.

Обращаясь в суд ФИО4 указал, что не заключал с ответчиком ООО «ДЗП-Центр» договор займа от <дата>, о наличии указанного договора ему стало известно из сведений, отраженных в кредитных отчетах ООО БКИ «Скоринг Бюро» и АО «Национальное бюро кредитных историй» (л.д. 11-65).

Ответчик, возражая против заявленных требований, представил суду анкету-заявление на предоставление потребительского микрозайма №..., содержащего, в частности согласие субъекта на обработку персональных данных, в том числе на предоставление информации третьим лицам, в бюро кредитных историй, индивидуальные условия договора займа, оформленные в личном кабинете на сайте ООО «ДЗП-Центр» в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». Заемные денежные средства в размере 1 696 руб. 66 коп. перечислены на банковскую карту заемщика 553691******2261.

Договор займа заключен в электронном виде с соблюдением письменной формы посредством использования функционала официального сайта общества в сети «Интернет». Порядок представления займа указан в правилах.

Представитель ответчика не оспаривал тот факт, что до подачи заявки на представление потребительского займа и заключения договора заемщика должен пройти процедуру регистрации на сайте/мобильном приложении, идентификакции и создания личного кабинета. Договор займа подписывается заемщиком смс-подписью, то есть путем ввода в систему на сайт ответчика на шаге подписания договора займа четырехзначного номера, который ООО «ДЗП-Центр» направляет сообщением на мобильные телефон заемщика, указанный в анкете-заявке.

С учетом характера спорных правоотношений и конкретных обстоятельств дела суд первой инстанции счел, что существенным для правильного разрешения спора является выяснение обстоятельств о принадлежности истцу номера телефона, на который ответчиком направлен индивидуальный ключ (СМС-код), а также принадлежность банковской карты, реквизиты которой указаны в анкете при получении займа, на которую ответчиком перечислены денежные средства.

Договор займа является реальным и юридически значимым является установление обстоятельства фактического получения заемщиком денежных средств.

Как следует из банковского ордера №... от <дата> денежные средства в размере 1 696 руб. 66 коп., в том числе комиссия в размере 30 руб. перечислена на карту №... АО «ТБанк» (л.д. 108).

Из ответа АО «ТБанк» на судебный запрос следует, что карта №... на имя ФИО4 банком не выпускалась (л.д. 146).

Согласно сведениям, полученным из налогового органа, на дату заключения договора займа на имя ФИО4 не был открыт счет в АО «ТБанк» (л.д. 143-144).

В анкете-заявлении на предоставление займа, а также в индивидуальных условиях договора займа от имени заемщика указан номер телефона №....

Из ответа ПАО «МТС», представленного истцом, следует, что договор подвижной связи с выделением абонентского номера №... между ПАО «МТС» и ФИО4 не заключался (л.д. 70).

Согласно ответу ПАО «МТС» на судебный запрос, в юридически значимый период, то есть в период заключения договора, указанный номер телефона принадлежал иному лицу (л.д. 132).

Учитывая отсутствие доказательств принадлежности банковской карты с номером №..., открытой в АО «ТБанк», а также сведения, представленные ПАО «МТС» о принадлежности третьему лицу номера телефона +№..., на который ответчиком направлялась уникальная последовательность символов для идентификации заемщика, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований полагать доказанным обстоятельство получения истцом денежных средств от ответчика.

Таким образом, материалами дела подтвержден факт того, что истец не заключал договор займа №... от <дата>.

В соответствии с п. 3 ст. 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.10.2022 № 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков.

В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

Упрощенный порядок предоставления потребительского кредита и распоряжения кредитными средствами противоречит порядку заключения договора потребительского кредита, подробно урегулированному положениями Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», и фактически нивелирует все гарантии прав потребителя финансовых услуг, установленные как этим федеральным законом, так и Законом Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей».

Таким образом, руководствуясь положениями приведенных правовых норм и разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации по их применению, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии правовых оснований для признания договора займа от <дата> №..., заключенного между ФИО4 и ООО «ДЗП-Центр», недействительным (ничтожным), поскольку факт заключения кредитной сделки на согласованных сторонами условиях подтверждения не нашел, своего волеизъявления на заключение договора займа истец не выражал, индивидуальные условия договора с ним в установленном порядке не обсуждались и не согласовывались, денежных средств по договору займа истец не получал.

Исходя из положений ст. 3, 6, 7, 9, 17 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных», принимая во внимание, что договор займа истец не заключал, а соответственно согласия на обработку своих персональных данных истец ответчику не давал, суд первой инстанции пришел к выводу, что имеются основания для возложения на ответчика обязанности прекратить обработку персональных данных истца.

Руководствуясь положениями ст. 151, 1099 ГК РФ, разъяснениями, приведенными в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», учитывая, что в отсутствие должной осмотрительности со стороны займодавца и непринятия повышенных мер предосторожности при дистанционном обслуживании на имя истца третьими лицами оформлен договор займа, чем истцу причинены нравственные страдания, суд первой инстанции счел требования истца о взыскании с ООО «ДЗП-Центр» компенсации морального вреда подлежащими частичному удовлетворению в сумме 30 000 руб.

В силу положений ст. 5, п. 2 ч. 1 ст. 7 Федерального закона от 30.12.2004 № 218-ФЗ «О кредитных историях» и ввиду признания договора займа от <дата> недействительной (ничтожной) сделкой, суд первой инстанции пришел к выводу, что ООО «ДЗП-Центр» обязан направить в АО «Национальное бюро кредитных историй», ООО БКИ «Скоринг Бюро» информацию об отсутствии у ФИО4 задолженности по указанному договору займа и о признании договора займа недействительным.

Оснований не согласиться с такими выводами суда у судебной коллегии не имеется, поскольку они основаны на законе и фактических обстоятельствах дела.

В апелляционной жалобе ООО «ДЗП-Центр» полагает неверными выводы суда первой инстанции о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, указывая, что вина за ненадлежащую идентификацию заемщика ООО «ДЗП-Центр» не доказана, при этом бремя доказывания совокупности обстоятельств, дающих истцу право на компенсацию морального вреда, а именно противоправность действий ответчика, причинно-следственная связь между действиям ответчика и морально-нравственными страданиями истца лежит на истце.

Вместе с тем, доводы ответчика о необоснованности взыскания в пользу истца компенсации морального вреда судебная коллегия не может признать обоснованными.

В соответствии с ч. 2 ст. 17 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных» (далее по тексту – ФЗ «О персональных данных») субъект персональных данных имеет право на защиту своих прав и законных интересов, в том числе на возмещение убытков и (или) компенсацию морального вреда в судебном порядке.

Согласно ст. 24 Федерального закона «О персональных данных» лица, виновные в нарушении требований названного Федерального закона, несут предусмотренную законодательством Российской Федерации ответственность (ч. 1). Моральный вред, причиненный субъекту персональных данных вследствие нарушения его прав, нарушения правил обработки персональных данных, установленных названным Федеральным законом, а также требований к защите персональных данных, установленных в соответствии с названным Федеральным законом, подлежит возмещению в соответствии с законодательством Российской Федерации. Возмещение морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных субъектом персональных данных убытков (ч. 2).

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

В силу требований ст. 12 ГК РФ одним из способов защиты нарушенного права является восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Материалами дела установлено, что истец оспариваемый договор не заключал, а также то, что фактически ответчиком произведены незаконные хранение и обработка персональных данных ФИО4

Сведения в кредитную историю переданы кредитором, по состоянию на момент разрешения спора судом первой инстанции сведения о займе отражены в кредитной истории, при этом ООО «ДЗП-Центр» было осведомлено о возражениях истца относительно факта заключения договора, однако никаких действий в ответ на доводы истца фактически не предприняло, то есть продолжило производить обработку персональных данных.

Оснований полагать обратное исходя из доводов апелляционной жалобы ООО «ДЗП-Центр» не имеется.

Согласно разъяснениями в п. 26-31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности, существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

При установленных обстоятельствах, принимая во внимание, что истец не заключал договор, судебная коллегия полагает доказанными утверждения истца о том, что последний не давал своего согласия на обработку своих персональных данных в отношении кредита, которого он не получал. Однако, ответчик ООО «ДЗП-Центр» в нарушение ст. 820 ГК РФ, ч. 1 ст. 9 Федерального закона «О персональных данных» не удостоверился надлежащим образом в действительности и подлинности согласия истца на обработку его персональных данных, что повлекло за собой негативные последствия для истца.

Ответчик в силу закона был обязан с достоверностью установить подлинность согласия субъекта персональных данных на их обработку, принять все меры осмотрительности, убедиться в том, что волеизъявление заключить договор и предоставить персональные данные для их обработки и передачи исходит от надлежащего лица, самого субъекта персональных данных. Не исполнив требований действующего законодательства надлежащим образом, ответчик нарушил неимущественные права истца на охрану его персональных данных, что в силу приведенных выше норм закона является основанием для взыскания денежной компенсации морального вреда.

С учетом изложенного, а также принимая во внимание бездействие ООО «ДЗП-Центр» относительно обращений истца о нарушении его прав, характер причиненных истцу нравственных страданий, обстоятельств причинения вреда, индивидуальных особенностей истца, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о частичном удовлетворении предъявленных к ООО «ДЗП-Центр» требований истца о компенсации морального вреда в размере 30 000 руб.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о злоупотреблении правом со стороны истца, судебная коллегия находит несостоятельными.

Согласно п. п. 1 и 5 ст. 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

По смыслу п. 5 ст. 10 ГК РФ злоупотребление правом не предполагается, а подлежит доказыванию в каждом конкретном случае.

Доказательств того, что действия истца были направлены исключительно на причинение вреда ответчику, а также доказательств иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав, стороной ответчика не представлено.

Доводов, которые имели бы существенное значение для рассмотрения дела, влияли бы на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергали изложенные в нем выводы, в апелляционной жалобе не содержится.

Таким образом, правоотношения сторон и закон, подлежащий применению, определены судом правильно, обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены на основании представленных доказательств, оценка которым дана с соблюдением требований ст. 67 ГПК РФ, подробно изложена в мотивировочной части решения, в связи с чем доводы в апелляционной жалобе по существу рассмотренного спора не могут повлиять на правильность определения прав и обязанностей сторон в рамках спорных правоотношений, не свидетельствуют о наличии оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, к отмене состоявшегося судебного решения.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга от 20 марта 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ДЗП-Центр» – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное определение изготовлено 27.05.2026.